Полномочия прокурора при рассмотрении жалоб на незаконные процессуальные решения органов предварительного расследования

(Никифоров С. А.)

(«Законность», 2014, N 4)

Текст документа

ПОЛНОМОЧИЯ ПРОКУРОРА ПРИ РАССМОТРЕНИИ ЖАЛОБ

НА НЕЗАКОННЫЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ

ОРГАНОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

С. А. НИКИФОРОВ

Никифоров Сергей Анатольевич, заместитель прокурора Рязанской области.

Статья посвящена полномочиям прокурора при рассмотрении жалоб на незаконные постановления органов предварительного расследования о прекращении уголовного преследования в отношении обвиняемых и подозреваемых по уголовным делам, находящимся в производстве судов.

Ключевые слова: прокурор, полномочия, незаконное постановление.

The powers of public prosecutors for consideration of complaints against unlawful procedural decisions of preliminary investigative authorities

S. A. Nikiforov

The article considers the powers of the public prosecutors in case of reviewing claims on illegal procedural acts of bodies of preliminary investigation of termination of prosecution accused and suspected in criminal actions in judicial proceedings.

Key words: public prosecutor, powers, illegal procedural act.

В практике обжалования решений органов предварительного расследования прокурору встречаются случаи обжалования участниками судопроизводства, а также иными лицами постановлений следователя и дознавателя о прекращении уголовного преследования в части в отношении обвиняемого или полностью в отношении лиц, привлекавшихся по делу в качестве подозреваемых и обвиняемых в тот момент, когда производство предварительного расследования по делу в целом уже окончено составлением обвинительного заключения или акта, а само дело направлено в суд для рассмотрения по существу и, соответственно, находится в производстве суда.

При осуществлении надзорной деятельности, с одной стороны, возникает вопрос о возможности разрешения прокурором таких обращений по существу, а с другой стороны, в случае отсутствия такой возможности вопрос о восстановлении законности при установлении факта принятия решения о прекращении уголовного преследования с нарушением требований уголовного или уголовно-процессуального закона.

Рассматривая первый аспект затронутой проблемы, следует отметить следующее.

Частью 1 ст. 123 УПК, в частности, установлено, что решения органа дознания, дознавателя, начальника подразделения дознания, следователя, руководителя следственного органа могут быть обжалованы в установленном УПК порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

Согласно требованиям ст. 124 УПК прокурор рассматривает жалобу в течение 3 суток со дня ее получения. В исключительных случаях, когда для проверки жалобы необходимо истребовать дополнительные материалы либо принять иные меры, допускается рассмотрение жалобы в срок до 10 суток, о чем извещается заявитель. По результатам рассмотрения жалобы прокурор выносит постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении. Заявитель должен быть незамедлительно уведомлен о решении, принятом по жалобе, и дальнейшем порядке его обжалования. В случаях, предусмотренных УПК, дознаватель, следователь вправе обжаловать решения прокурора вышестоящему прокурору.

На первый взгляд, учитывая, что ст. ст. 123 и 124 УПК содержатся в части первой УПК, определяющей общие положения уголовного судопроизводства, вполне можно прийти к неправильному выводу о том, что приведенные положения закона носят общий характер и могут быть применены на стадии как досудебного, так и судебного производства. Однако такой подход к рассматриваемой проблеме носит слишком поверхностный и упрощенно-формальный характер.

Любые полномочия прокурора в уголовном судопроизводстве следует рассматривать прежде всего через призму положений ч. 1 ст. 37 УПК. Прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия.

После направления уголовного дела в суд процессуальная деятельность органов дознания и органов предварительного следствия по делу не осуществляется, поскольку дело находится в производстве суда, а функция надзора прокурора за процессуальной деятельностью, соответственно, трансформируется в функцию уголовного преследования в форме поддержания государственного обвинения. После направления уголовного дела в суд прокурор не вправе использовать свои надзорные полномочия, которые у него есть на стадии досудебного производства, в том числе и возможность отмены незаконных и необоснованных постановлений о прекращении уголовного преследования в части или полностью.

Более того, исходя из принципа независимости судей, определенного ст. 81 УПК, судьи рассматривают и разрешают уголовные дела в условиях, исключающих постороннее воздействие на них. И, хотя прокурор не является посторонней фигурой в уголовном процессе, использование им своих полномочий может иметь место только на той стадии судопроизводства, которая четко определена законом.

Конечно же, гарантией недопущения коллизий, связанных с необходимостью отмены незаконных и необоснованных постановлений следователя и дознавателя по уголовным делам, принятым судом к производству, в первую очередь является добросовестная деятельность прокуроров при осуществлении прокурорского надзора как в ходе расследования уголовного дела, так и при утверждении обвинительного заключения и обвинительного акта.

Однако из любого правила существуют исключения, в связи с чем полагаем необходимым рассмотреть и второй аспект проблемы — вопрос о восстановлении законности при установлении факта принятия решения о прекращении уголовного преследования следователем или дознавателем с нарушением требований уголовного или уголовно-процессуального закона, когда дело, по которому принято решение, находится в производстве суда.

До недавнего времени четкого ответа на этот вопрос не существовало, поскольку, как уже было отмечено выше, после направления уголовного дела в суд прокурор не вправе использовать свои надзорные полномочия, которыми он обладает на досудебной стадии уголовного судопроизводства. Те же самые выводы можно сделать и о полномочиях руководителей следственных органов в части отмены незаконных и необоснованных постановлений подчиненных им следователей после направления уголовного дела в суд. Суды же не могли рассматривать вопрос о необходимости отмены незаконного и необоснованного постановления следователя и дознавателя о прекращении уголовного преследования в связи с положениями ст. 252 и ст. 237 УПК. При системном толковании приведенных норм правоприменительная практика исходила из того, что ухудшение положения обвиняемого путем увеличения объема предъявленного обвинения и ужесточения квалификации содеянного судом недопустимо, как недопустимо было и возвращение уголовного дела прокурору по указанным основаниям.

После принятия Конституционным Судом РФ Постановления от 2 июля 2013 г. N 16-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б. Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда» ситуация в корне изменилась, поскольку этим решением положения ч. 1 ст. 237 УПК признаны не соответствующими Конституции РФ, ее ст. 10, ч. 1 ст. 17, ч. ч. 1, 2 ст. 19 и ч. 1 ст. 21, ст. 45, ч. ч. 1 и 2 ст. 46, ч. 3 ст. 55, ч. ч. 1 и 2 ст. 118 и ч. 1 ст. 120, в той мере, в какой эти положения в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с ч. 2 ст. 252 УПК, исключающей в судебном разбирательстве возможность изменения обвинения в сторону, ухудшающую положение подсудимого, препятствуют самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного закона в случаях, когда он приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления, либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления.

Следовательно, если руководствоваться приведенной позицией Конституционного Суда в случае, когда постановление о прекращении уголовного преследования в отношении самого обвиняемого (в части) или его предполагаемого соучастника препятствует самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного закона, суд имеет возможность устранить это препятствие путем возвращения прокурору уголовного дела. После вступления в законную силу судебного решения прокурор, связанный позицией суда, будет обязан отменить незаконное и необоснованное постановление следователя или дознавателя и требовать от органов предварительного расследования ужесточения обвинения. Важно подчеркнуть, что, на наш взгляд, отмена постановления о прекращении уголовного преследования возможна не только в отношении обвиняемого, но и лица, которое ранее по делу привлекалось в качестве соучастника, а впоследствии было незаконно освобождено от уголовной ответственности, если судом, например, будут установлены фактические обстоятельства, свидетельствующие о совершении группового преступления, или группы с иным составом участников, нежели это установлено органами предварительного расследования.

Именно с позиции таких полномочий суда должен действовать и прокурор в случае поступления ему для рассмотрения жалобы на законность постановления органов предварительного расследования о прекращении уголовного преследования по уголовным делам, находящимся в производстве суда.

В случае, если жалоба поступает от участников производства по уголовному делу, прокурор должен им разъяснить право на постановку такого вопроса перед судом, в производстве которого находится уголовное дело. В то же время прокурор как лицо, осуществляющее функцию поддержания государственного обвинения, должен принять информацию, содержащуюся в жалобе, к сведению и выработать по этому вопросу свою позицию в судебном разбирательстве, которую он обязан довести до сведения суда при обсуждении вопроса о возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК.

Более сложная ситуация может возникнуть при разрешении жалобы иных лиц, не участвующих в производстве по делу, поскольку они не имеют возможности участвовать в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу. Полагаем, что в этом случае, при наличии достаточных оснований, прокурор может и сам инициировать перед судом вопрос о возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *