Неопределенность некоторых положений законодательства о материальной ответственности военнослужащих может привести к произвольным решениям со стороны командования

(Глухов Е. А., Барков С. В., Чуркин Д. С.) («Право в Вооруженных Силах», 2012, N 9) Текст документа

НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ НЕКОТОРЫХ ПОЛОЖЕНИЙ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О МАТЕРИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К ПРОИЗВОЛЬНЫМ РЕШЕНИЯМ СО СТОРОНЫ КОМАНДОВАНИЯ

Е. А. ГЛУХОВ, С. В. БАРКОВ, Д. С. ЧУРКИН

Глухов Е. А., подполковник юстиции.

Барков С. В., подполковник юстиции.

Чуркин Д. С., майор юстиции.

В статье рассматриваются пробелы и противоречия процесса привлечения военнослужащих к материальной ответственности. Ввиду неточных и расплывчатых формулировок законодательства некоторые военнослужащие оказываются незащищенными от усмотренческих действий командования в части привлечения их к материальной ответственности и определения ее вида.

Ключевые слова: материальная ответственность военнослужащих, коррупциогенные факторы законодательства, расследование утраты военного имущества, передача имущества под отчет, признаки состава преступления воинских должностных лиц.

Uncertainty in some of the provisions of the law on liability of soldiers that can lead to arbitrary decisions by the command E. A. Glukhov, S. V. Barkov, D. S. Churkin

This article explores the gaps and contradictions in the process of attracting soldiers to liability. Because of the inaccurate and imprecise form-language legislation, some soldiers find themselves unprotected from in matters action command in part of the material in a responsible and determine its type.

Key words: liability of military legislation, investigation of corruption appear factors of loss of military assets, the transfer of property under report signs of corpus delicti of military officials.

С офицером можно сделать столько! Столько с ним можно сделать! Столько с ним можно совершить! Что грудь моя от восторга переполняется, и от этого восторга я просто немею.

А. Покровский. Расстрелять!

В самом общем виде ответственность — это определенный уровень негативных последствий для субъекта в случае нарушения им установленных правом требований. В юридической науке сущность ответственности изучается главным образом в плане наказуемости нарушителя принятых правил поведения. Военнослужащие наравне с иными гражданами нашей страны могут быть привлечены к юридической ответственности, однако с некоторыми особенностями, определяемыми их правовым статусом. Независимо от воинского звания и воинской должности они равны перед законом и могут привлекаться к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в зависимости от характера и тяжести совершенного ими правонарушения (ст. 26 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее — УВС ВС РФ) <1>). ——————————— <1> Утвержден Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. N 1495.

Материальная ответственность военнослужащих обусловлена задачами охраны и сбережения государственной собственности. Она предусмотрена п. 4 ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (с изменениями и дополнениями) и детально регламентирована Федеральным законом от 12 июля 1999 г. N 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (в редакции от 4 декабря 2006 г.). Под материальной ответственностью военнослужащих в юридической науке понимается возможность возложения на них компетентными государственными органами юридической обязанности возместить в денежной форме полностью или частично причиненный ими реальный ущерб имуществу военной организации при исполнении обязанностей военной службы. Возмещение ущерба производится независимо от привлечения военнослужащего к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия (бездействие), которыми причинен ущерб. Таким образом, основанием привлечения военнослужащих к материальной ответственности является сам факт обнаружения причиненного ими государству при исполнении обязанностей военной службы и по их вине реального ущерба. В свою очередь, под реальным ущербом здесь понимаются утрата или повреждение имущества военной организации, расходы, которые военная организация произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные военной организацией (абз. 5 ст. 2 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих»). Наиболее часто негативные санкции государством в виде привлечения военнослужащего к материальной ответственности применяются именно в связи с утратой или повреждением имущества военной организации. Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих» относит к такому имуществу все виды вооружения, военной техники, боеприпасы, горюче-смазочные материалы, топливо, продовольствие, вещевое имущество и иные виды военного имущества, здания, сооружения, деньги и ценные бумаги, другие материальные средства, являющиеся федеральной собственностью и закрепленные за воинской частью. Исходя из положений п. п. 61 — 68 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации <2>, в целях обеспечения сохранности имущества все материальные средства воинской части должны быть оприходованы и закреплены за конкретными должностными лицами. Ни в одном из имеющихся в распоряжении у авторов нормативных правовых актов не определено, какие именно должностные лица должны назначаться материально ответственными, а какие категории должностных лиц материально ответственными быть не должны. На практике материально ответственными лицами назначаются руководители структурных подразделений воинской части (взводов, рот, батальонов, отделов и т. п., начальники складов, начальники служб и отделов, не имеющие в своем непосредственном подчинении иных должностных лиц). ——————————— <2> Утверждено Приказом Министра обороны Российской Федерации от 23 июля 2004 г. N 222 (в редакции от 27 августа 2008 г.).

Обнаружение утрат и недостач военного имущества в военных организациях происходит довольно часто, особенно на небольшие суммы. Наиболее часто утраты и недостачи материальных средств выявляются либо при приеме-сдаче дел и должности воинскими должностными лицами, отвечающими за ведение войскового хозяйства, либо при проведении ревизий и проверок хозяйственной деятельности. В соответствии со ст. 106 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации обо всех фактах хищения или порчи военного имущества, незаконного расходования денежных средств, злоупотреблениях, недостатках в содержании вооружения и военной техники или других фактах нанесения ущерба Вооруженным Силам Российской Федерации военнослужащий обязан доложить непосредственному командиру (начальнику). Поскольку действующее законодательство все случаи нанесения реального ущерба воинской части (как умышленно, так и по неосторожности) относит к грубым дисциплинарным проступкам либо преступлениям, то такой доклад должен оформляться письменным документом (рапортом) и представляться по команде командиру воинской части. После того как командиру воинской части стало известно о причинении вреда имуществу воинской части, он должен назначить по этому факту административное расследование для установления непосредственных причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены судом, в ходе разбирательства по факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка либо в результате ревизии, проверки, дознания или следствия (ст. 7 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих»). Согласно п. 97 Наставления по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации <3> проведение административного расследования может поручаться любому офицеру. Административное расследование не может проводиться офицером, являющимся подчиненным того лица, чьи действия необходимо расследовать, а также офицером, который прямо или косвенно заинтересован в исходе дела. ——————————— <3> Утверждено Приказом Министра обороны Российской Федерации от 31 января 2001 г. N 10 // СПС «КонсультантПлюс».

Наверное, наиболее сложными и неопределенными вопросами как с юридической, так и с моральной точки зрения для расследующего являются определение круга лиц, подлежащих привлечению к материальной ответственности, и определение вида материальной ответственности по отношению к каждому правонарушителю. Разрешению указанных вопросов и будет посвящена настоящая статья. Проблема N 1. Определение конкретного и полного круга лиц, которых необходимо привлечь к материальной ответственности при конкретных обстоятельствах утраты военного имущества. Дело в том, что в каждой воинской части имеется множество лиц, в чьи служебные обязанности входит принятие мер по сбережению, сохранности военного имущества, а также по контролю за его наличием и своевременным истребованием. В соответствии со ст. 16 УВС ВС РФ каждый военнослужащий воинской части обязан беречь военное имущество, а каждый командир в соответствии со ст. 82 УВС ВС РФ обязан организовывать учет и хранение военного имущества, предотвращать его утрату, недостачу, порчу и хищение. Так, например, за сохранность автомобильной техники в полку отвечают сам командир полка, его заместитель по вооружению, начальник штаба (в части своевременности и точности контроля и учета), начальник автомобильной службы, командиры подразделений, где числится указанная техника, и их заместители по вооружению, а также техники, личный состав нарядов по паркам, члены внутрипроверочных (инвентаризационных) комиссий по проверке автомобильной техники и собственно материально ответственные лица. Таким образом, при утрате какого-либо материального средства во взводе формально около 10 должностных лиц полка не выполнили (не в полном объеме выполнили) свою обязанность по сбережению военного имущества. Следовательно, в деяниях всех указанных лиц можно усмотреть противоправность и при наличии вины привлечь их всех к различного рода юридической ответственности. В том случае, когда размер ущерба от утраты имущества небольшой и не превышает одного оклада денежного содержания и одной надбавки за выслугу лет материально ответственного лица, выявление иных лиц, чье действие или бездействие в некоторой степени также привело к утрате военного имущества, для привлечения их к материальной ответственности, как правило, не проводится. Хотя остальные причастные к ненадлежащему сбережению имущества должностные лица в проиллюстрированной ситуации могут быть наказаны в дисциплинарном порядке <4>. ——————————— <4> В случае совершения правонарушения, связанного с причинением государству материального ущерба, военнослужащие могут быть привлечены одновременно к материальной и дисциплинарной (уголовной) ответственности.

В тех же случаях, когда размер ущерба от утраченного имущества больше, чем один оклад денежного содержания и одна надбавка за выслугу лет (далее — ОДС) материально ответственного за указанное имущество лица, расследующий нередко искусственно старается обосновать необходимость привлечения к материальной ответственности более широкого круга должностных лиц (в зависимости от суммы ущерба: чем больше сумма ущерба, тем больше виновных желательно обнаружить в ходе расследования). Иными словами, расследующий старается найти именно столько виновных лиц, сколько необходимо для полного возмещения материального ущерба путем привлечения их всех к ограниченной материальной ответственности. Получается, что если размер ущерба невелик и не превышает один ОДС, то виновным в возникновении ущерба оказывается одно материально ответственное лицо, и даже при наличии виновных действий со стороны других лиц им, как правило, удается уйти от материальной ответственности. Если же размер ущерба превышает один ОДС, то те же лица уже привлекаются к материальной ответственности. Делается это, по мнению авторов, ввиду негласного указания командования принимать меры к как можно более полному возмещению ущерба в административном порядке посредством издания приказа командира войсковой части о возмещении причиненного материального ущерба, т. е. количество виновных в причинении ущерба должностных лиц может варьироваться по усмотрению лица, проводящего расследование и выполняющего распоряжения командования, в зависимости от размера ущерба и желания командования решить дело внесудебным путем. Здесь необходимо акцентировать внимание читателя на существующих двух видах материальной ответственности: ограниченной и полной. Как видно уже из их наименования, при привлечении к полной материальной ответственности военнослужащие обязаны возместить весь причиненный ими ущерб в полном размере, а при привлечении к ограниченной материальной ответственности — лишь в ограниченном размере (обычно не превышающем одного ОДС и одной надбавки за выслугу лет <5>). Поэтому при утрате в воинской части имущества на крупную сумму, иногда на миллионы рублей, естественно желание любого связанного с данной утратой военнослужащего в первую очередь уклониться от привлечения к полной материальной ответственности. ——————————— <5> В некоторых случаях, указанных в п. п. 2 и 4 ст. 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», военнослужащие могут быть привлечены к ограниченной материальной ответственности на сумму до двух и трех ОДС и надбавок за выслугу лет соответственно. Однако такие случаи на практике не столь многочисленны и в настоящей статье не рассматриваются.

Полагаем, что в законодательстве существует некая размытость в вопросе разграничения ограниченной и полной материальной ответственности по отношению к каждому из причастных к возникновению ущерба военнослужащих. Это обстоятельство также негативно влияет на воинские правоотношения и влечет как минимум усмотрение, а то и произвол со стороны командиров воинских частей. Ниже поясним данную позицию более подробно. В целях наглядности изложения проблемы рассмотрим распространенный случай утраты некоего имущества, закрепленного за командиром взвода лейтенантом А., т. е. при очередной проверке своего имущества в хранилище сам же командир взвода выявил факт его отсутствия. Для упрощения изложения будем считать, что утраченное имущество не относится к оружию, боеприпасам и предметам военной техники и по факту их утраты уголовное дело по ст. ст. 346 и 347 УК РФ <6> возбуждать не требуется. Также для наглядности проблемы будем считать, что стоимость утраченного имущества составляет 350000 руб., что явно превышает один ОДС и одну надбавку за выслугу лет любого командира взвода. ——————————— <6> Статья 346 «Умышленное уничтожение или повреждение военного имущества», статья 347 «Уничтожение или повреждение военного имущества по неосторожности» УК РФ.

При проведении административного расследования по факту утраты имущества лица, его похитившие, выявлены не были, да и само событие кражи осталось неподтвержденным, хотя и неопровергнутым. Однако поскольку реальный ущерб имуществу воинской части вне зависимости от наличия или отсутствия хищения произошел, то его необходимо возмещать. Как было рассмотрено выше, в некоторых случаях командование по результатам административного расследования в административном порядке привлекает к ограниченной материальной ответственности сразу нескольких военнослужащих. Как правило, это само материально ответственное лицо, несколько его командиров (начальников), начальников служб, по которым учитывалось утраченное имущество, — в зависимости от размера ущерба и фантазии командования (пусть в нашей ситуации их будет пятеро). Но при указанном алгоритме весь размер причиненного ущерба все равно не будет возмещен даже при привлечении к ограниченной материальной ответственности пяти среднестатистических офицеров Вооруженных Сил Российской Федерации <7>, поэтому некоторая часть ущерба останется не возмещенной с виновных лиц, ее необходимо будет в последующем списывать, докладывать о не полностью возмещенном ущербе в отчетах и т. д., что несет негативный оттенок для командования. Если же привлечь за утрату указанного имущества военнослужащего к полной материальной ответственности, то он будет обязан возместить воинской части всю сумму ущерба, что будет свидетельствовать о принятии командованием исчерпывающих мер для возмещения ущерба и в конечном итоге об эффективной его работе. ——————————— <7> Исходя из размеров их должностных окладов на момент написания настоящей статьи — июнь 2012 г.

Естественно, что, имея в своем арсенале, с одной стороны, изначально трудновыполнимые в полном объеме обязанности своих подчиненных по сохранности материальных средств, а с другой — возможность привлечения их к ограниченной материальной ответственности во внесудебном порядке своим же приказом, многие командиры будут действовать именно таким образом. Теперь перейдем к рассмотрению проблемы N 2 — определения вида материальной ответственности, к которому требуется привлечь виновного военнослужащего. Вот здесь и возникает необходимость проанализировать некоторые положения Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» об обстоятельствах наступления полной и ограниченной материальной ответственности. Все случаи наступления полной материальной ответственности перечислены в ст. 5 указанного Закона, их перечень является исчерпывающим, расширительному толкованию не подлежит. Военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен: 1) военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей; 2) действиями (бездействием) военнослужащего, содержащими признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации; 3) в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации; 4) умышленными действиями военнослужащих, повлекшими затраты на лечение в военно-медицинских учреждениях и учреждениях здравоохранения военнослужащих, пострадавших в результате этих действий; 5) военнослужащим, добровольно приведшим себя в состояние опьянения. В остальных, не указанных выше, случаях причинения ущерба государству при исполнении обязанностей военной службы военнослужащие несут ограниченную материальную ответственность. В ракурсе настоящего исследования нас будут интересовать первые два из перечисленных выше случаев наступления полной материальной ответственности. Трудность в применении первого из них (утраты имущества, находящегося под отчетом) связана с тем, что ни в самом Федеральном законе «О материальной ответственности военнослужащих», ни в действующих приказах Министра обороны Российской Федерации не определены случаи, когда имущество считается переданным военнослужащему именно под отчет. И чем отличается правовой статус имущества, переданного под отчет, от правового статуса имущества, переданного военнослужащему не под отчет? Означает ли закрепление всех имеющихся в распоряжении воинской части материальных средств за материально ответственными лицами факт передачи им данного имущества под отчет? Тождественны ли понятия «подотчетное имущество» и «закрепленное имущество»? Кстати, правоприменительная практика по данному вопросу выглядит весьма противоречивой и не дает однозначного ответа на поставленные вопросы. Так, в своей статье К. С. Щедринов приводит, по его мнению, ошибочные действия командования при привлечении подчиненного к материальной ответственности: «При увольнении с военной службы полковника К., занимавшего должность начальника отдела материально-технического обеспечения, была выявлена недостача вверенного ему имущества на общую сумму 170000 руб. Начальником управления МЧС России, где проходил военную службу полковник К., было принято решение снизить размер материальной ответственности полковника К. до пределов его среднемесячного заработка, составлявшего на тот момент 35000 руб. Принимая указанное решение, руководство управления МЧС России, где проходил военную службу полковник К., не учло требования ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», предусматривающие возложение на военнослужащих материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому данное имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей» <8>. ——————————— <8> Щедринов К. С. О некоторых вопросах практики привлечения к материальной ответственности военнослужащих войск гражданской обороны МЧС России // Право в Вооруженных Силах. 2011. N 7.

Иную позицию занимали не раз различные судебные инстанции при рассмотрении дел по искам органов военного управления к бывшим военнослужащим. Приведем пару из них в качестве примера. Верховный суд Удмуртской Республики не усмотрел оснований для привлечения бывшего военнослужащего — водителя одной из войсковых частей внутренних войск МВД России (ответчика) к полной материальной ответственности за ущерб, возникший в результате совершения ДТП по его вине. Верховный суд Удмуртской Республики не согласился с выводом суда первой инстанции о том, что автомобиль был передан военнослужащему-водителю под отчет, каких-либо доказательств этого в материалах дела не усмотрел и поэтому отменил состоявшееся по делу решение суда первой инстанции о привлечении военнослужащего-водителя к полной материальной ответственности <9>. ——————————— <9> См. Кассационное определение Верховного суда Удмуртской Республики от 24 января 2011 г. N 33-160 // http://actoscope. com/.

Схожую правовую позицию занял и Санкт-Петербургский городской суд в июле 2011 г. при рассмотрении искового заявления военной академии о привлечении бывшего военнослужащего военной академии полковника А. к полной материальной ответственности. Судом было установлено, в частности, что в период прохождения военной службы в военной академии полковнику А. по накладным согласно книге учета наличия и движения материальных средств инженерной службы было выдано различное имущество, которое последний в период увольнения со службы не сдал, а в ходе последующей инвентаризации была выявлена его недостача. Обосновывая отказ в удовлетворении заявленных требований со стороны военной академии, Санкт-Петербургский городской суд указал следующее: «Доводы кассационной жалобы о том, что А. должен нести полную материальную ответственность за утраченные приборы, так как они были выданы ему под отчет, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку представленные в дело документы не содержат сведений о том, что данное имущество было передано А. именно под отчет; в действующем законодательстве прямого указания на передачу военнослужащему названного имущества именно как передачу под отчет также не имеется…» <10>. ——————————— <10> Определение Санкт-Петербургского городского суда от 13 июля 2011 г. N 33-10628/2011 // http://base. consultant. ru.

Доступная авторам практика военных судов также свидетельствует о том, что сама по себе передача материального средства на хранение материально ответственному лицу не свидетельствует о возможности привлечения его к полной материальной ответственности. Вот как описывает такой случай Е. Г. Воробьев <11>: ——————————— <11> Воробьев Е. Г. О соотношении материальной и дисциплинарной ответственности военнослужащих // Военно-юридический журнал. 2009. N 9.

«Военнослужащий, являясь материально ответственным лицом, разместил принятые им материальные ценности для хранения в своем служебном помещении. Но окно в данное помещение полностью не закрывал, так как там работала аппаратура, которой была необходима дополнительная вентиляция, что подтвердил представитель командира части. Ночью через открытое окно помещения было совершено хищение ценного имущества неустановленными лицами. Командование части пыталось привлечь этого военнослужащего к полной материальной ответственности, но военный суд, учитывая, что ущерб был причинен по неосторожности военнослужащего, а командиры (начальники) не приняли необходимых мер к предотвращению хищения, привлек военнослужащего только к ограниченной ответственности» <12>. ——————————— <12> Обзор судебной практики с участием воинских частей и подразделений Пограничной службы ФСБ России за 2006 г. Официально не публиковался.

В юридической литературе также нет однозначного ответа на вышепоставленные вопросы. Некоторые авторы указывают на особый порядок передачи имущества для того, чтобы оно стало именоваться подотчетным, обязательность фиксации его передачи документами учета, необходимость последующего возврата, а также на возможность осуществления каких-либо действий с данным имуществом лишь тем лицом, которому оно передано под отчет <13>. Однако все материальные средства военных организаций должны проводиться первичными учетными документами, все основные материальные средства могут быть переданы от одного лица к другому или из военной организации в другую организацию. Поэтому, по нашему мнению, существенным и определяющим для отнесения имущества к категории подотчетного здесь является только третий признак — это личное распоряжение подотчетным имуществом материально ответственного лица и невозможность производства с ним каких-либо действий иными лицами до момента передачи им такого имущества подотчетным лицом. ——————————— <13> См., напр.: Гусейнова Н. Ч., Титов А. В., Тюрин А. И. Комментарий к Федеральному закону «О материальной ответственности военнослужащих» (постатейный). М., 2010.

К такому имуществу однозначно относятся денежные средства, полученные подотчетным лицом. Именно о денежных суммах говорилось как о подотчетных материальных средствах в ранее действовавшем Положении о финансовом хозяйстве воинских частей Советской Армии и Военно-Морского Флота <14>. Так, ст. 162 данного Положения предусматривала выдачу военнослужащим под отчет денежных сумм для следующих целей: ——————————— <14> Введено в действие Приказом Министра обороны СССР от 30 марта 1973 г. N 80. Согласно Справочнику по приказам и директивам Министра обороны Российской Федерации (по состоянию на 1 января 2012 г.) указанный Приказ является недействующим.

— на расходы при служебных командировках; — на расходы при сопровождении воинских эшелонов или команд; — на хозяйственные и другие расходы командирам подразделений, расквартированных отдельно от воинской части; — на разовые покупки материальных ценностей; — на текущие хозяйственные, почтово-телеграфные и прочие расходы. Косвенным подтверждением такого вывода может служить и положение п. 3 ст. 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», где указано, что командиры (начальники), нарушившие своими приказами установленный порядок хранения, использования, расходования, перевозки имущества или не принявшие необходимых мер к предотвращению его хищения, уничтожения, повреждения, порчи, что повлекло причинение ущерба, привлекаются к ограниченной, а не полной материальной ответственности. Нетрудно заметить, что диспозиция п. 3 ст. 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» имеет общие черты с диспозицией абз. 2 ст. 5 указанного Федерального закона. В обоих случаях имущество может быть утрачено в связи с непринятием должностным лицом (командиром подразделения) необходимых мер к предотвращению его хищения, уничтожения, повреждения, порчи, т. е. объективная сторона, само противоправное действие или бездействие, повлекшее утрату военного имущества, могут быть совершенно одинаковыми как для привлечения к полной, так и для привлечения к ограниченной материальной ответственности одного и того же командира подразделения. Что понимается под необходимыми и достаточными мерами по сохранности военного имущества, законодательство также не разъясняет. В одном случае можно отнести к принятию таких мер, например, написание командиром подразделения рапорта об аварийном состоянии хранилища, а в другом — не считать написание такого рапорта принятием всех необходимых мер по предотвращению утраты вверенного имущества и требовать личного проживания такого командира в указанном хранилище в целях охраны имущества. Очередная неопределенность, на взгляд авторов, в вопросе относительно вида материальной ответственности содержится в абз. 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», согласно которому полная материальная ответственность наступает в случае, когда ущерб воинской части причинен действиями (бездействием) военнослужащего, содержащими признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации. Постараемся выяснить, в каких действиях содержатся признаки состава преступления. Термин «преступление» относится к области уголовно-правовых отношений. Статья 14 УК РФ дает определение преступления через его признаки. Преступление — это виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК РФ под угрозой наказания. Таким образом, признаками преступления являются само деяние (действие или бездействие) и его производные: 1) оно способно нанести вред общественным отношениям; 2) оно запрещено уголовным законом под угрозой наказания; 3) оно совершено с определенным психическим состоянием, которое характеризуется умыслом либо неосторожностью. Однако в абз. 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» говорится не о признаках преступления, а о признаках состава преступления. Теория уголовного права определяет состав преступления как совокупность закрепленных в уголовном законе объективных и субъективных признаков, характеризующих конкретное общественно опасное деяние как преступление <15>. Таких составляющих всего четыре: объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона; их выявление в деянии позволяет установить и квалифицировать событие как конкретное преступление. Указанные обязательные элементы состава (объект, действие (бездействие), преступные последствия, причинная связь между ними, вина (умысел или неосторожность) и субъект преступления) входят в составы всех без исключения преступлений. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник «Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть» (под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева) включен в информационный банк согласно публикации — «КОНТРАКТ», «ИНФРА-М», 2006 (издание исправленное и дополненное). —————————————————————— <15> Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник / Под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева. М., 2005. С. 77; Упоров И. В., Грошев А. В. Уголовное право России: Краткий учебный курс. Ростов н/Д, 2006. С. 83; и др.

Для понимания проблемы в целом следует обратиться к значению термина «признак». В. Даль определяет признак как отличие, примета, все, по чему узнают что-либо <16>. По Д. Н. Ушакову, это та сторона в предмете или явлении, по которой его можно узнать или описать, которая служит его приметой, знаком <17>. Все это позволяет нам дефинировать признак как некий атрибут предмета или явления, его качественную характеристику. ——————————— <16> Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 1990. Т. 3. С. 414. <17> Ушаков Д. Н. Большой толковый словарь русского языка. М., 2011. С. 518.

Следовательно, и понятие «признаки состава преступления» не тождественно понятию «состав преступления», а является неким набором обстоятельств, напоминающим преступление, но не обязательно включающим все его составляющие. Лицо, производящее предварительное следствие или дознание, рассматривает деяние на предмет соответствия его признакам преступления. Согласно ч. 2 ст. 140 УПК РФ основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Получается, что установление всего состава преступления не является обязательным на этапе принятия решения о возбуждении (или об отказе в возбуждении) уголовного дела. Для перевода отношений в плоскость уголовно-правовых и процессуального оформления проверки сообщения о преступлении достаточно лишь выявления признаков преступления. Вместе с тем согласно ст. 8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, т. е. если в ходе предварительного следствия или дознания весь состав преступления не найдет своего подтверждения, то уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). То же можно сказать и о стадии проверки сообщения о преступлении — здесь выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела также по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Как указывает А. П. Рыжаков, это наиболее распространенное основание для отказа в возбуждении и (или) прекращения уголовного дела. Отсутствие в деянии состава преступления означает, что событие, о котором сообщено в заявлении (сообщении), пусть даже общественно опасное, имело место, однако за его совершение лицо не может подлежать уголовной ответственности <18>. Не всякое правонарушение, формально содержащее признаки какого-либо преступного деяния, признается преступлением. Согласно ч. 2 ст. 14 УК РФ действие или бездействие, хотя и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, не признается преступлением. ——————————— <18> Рыжаков А. П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) // СПС «КонсультантПлюс».

Накладывая вышеприведенную логику уголовно-процессуальных отношений, как лекало, на правоотношения по привлечению военнослужащих к материальной ответственности, получаем следующую картину. Утрата, исчезновение из ведения материально ответственного лица образуют признаки преступления. Возможно, имущество было украдено, тогда мы имеем дело с преступным деянием в виде кражи (ст. 158 УК РФ). Если имущество было незаконно обращено в чью-то собственность самим материально ответственным лицом, то здесь усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата). В случае, когда имущество было утрачено ввиду неисполнения или ненадлежащего исполнения должностными лицами своих обязанностей, можно говорить о наличии в указанном деянии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ (халатность). И во всех перечисленных случаях есть основания для проведения не только административного расследования, как то предусмотрено Федеральным законом «О материальной ответственности военнослужащих», но и последующей проверки сообщения о преступлении в порядке ст. ст. 144 — 145 УПК РФ. Снова обратимся к ранее приведенному примеру утраты военного имущества стоимостью 350000 руб. командиром взвода лейтенантом А. Обнаружил утрату своего имущества сам же указанный лейтенант А.; в ходе расследования по данному факту лиц, совершивших его хищение, растрату или присвоение, не выявлено. Формально в такой ситуации в действиях командира взвода усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 «Халатность» УК РФ: лейтенант А. является должностным лицом — командиром взвода, свои обязанности по сбережению закрепленного военного имущества он не исполнил (исполнил ненадлежащим образом), деяние совершено по неосторожности (легкомыслие, небрежность), ущерб в результате наступил. Поэтому материалы административного расследования после его окончания должны быть переданы одному из дознавателей воинской части для проведения доследственной проверки. Спасает лейтенанта А. от привлечения к уголовной ответственности в данном случае то, что размер ущерба не является крупным и составляет всего 350000 руб. <19>. Поэтому в данном случае в отношении лейтенанта А. должно быть вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). ——————————— <19> В соответствии с примечанием к ст. 293 УК РФ крупным ущербом в данной статье признается ущерб, сумма которого превышает один миллион пятьсот тысяч рублей.

Важно обратить внимание на то, что отсутствие в деянии состава преступления не означает отсутствия и признаков состава преступления в данном деянии. При отсутствии признаков преступления в возбуждении уголовного дела следовало бы отказать не по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, а по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — за отсутствием события преступления. Следовательно, признаки состава преступления в проиллюстрированной ситуации имелись. А значит, в соответствии с абз. 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» есть основания для привлечения лейтенанта А. к полной материальной ответственности на всю сумму ущерба в размере 350000 руб. Приведенный авторами порядок не является распространенным, и обычно при утрате военного имущества без признаков хищения на сумму менее указанной в примечании к ст. 293 УК РФ проверка сообщения о преступлении дознавателем не проводится, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не выносится. Как свидетельствует личный опыт авторов, в таком случае материально ответственные лица привлекаются к ограниченной материальной ответственности на сумму ущерба, но не более одного ОДС и одной надбавки за выслугу лет. Возможно, с точки зрения здравой логики действительно не нужно проводить уголовно-правовое оформление документов по указанным выше случаям утраты военного имущества (на сумму менее указанной в ст. 293 УК РФ), если через несколько дней будет по данному факту все равно вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Возможно, командиры таким образом стараются сэкономить служебное время подчиненных военнослужащих (дознавателей и лиц, от которых необходимо взять пояснения и иные документы) и не афишировать указанный факт перед военным прокурором. Однако по сложившейся в войсках практике все случаи травмирования военнослужащих, даже явно не преступного происхождения (например, в результате укуса собаки), все равно оформляются уголовно-процессуальными документами. Военные прокуроры жестко надзирают, чтобы ни один случай травмирования военнослужащих не остался без уголовно-правовой оценки. По каждому случаю получения травмы проверяется умысел военнослужащего на уклонение его путем причинения себе вреда здоровью от прохождения военной службы (ст. 339 УК РФ); военнослужащий должен объяснять, что травма произошла непредумышленно. Поэтому дознаватель воинской части, изначально зная, что через несколько дней он сам вынесет постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту травмы военнослужащего, сначала вынужден писать рапорт об обнаружении признаков преступления в том же самом случае травмы. В этом авторам видится двойной стандарт по отношению к равной (с точки зрения уголовно-процессуального закона) категории деяний: по всем случаям травм проверка сообщений о преступлении дознавателями проводиться должна, а по случаям утраты военного имущества — необязательна. Ведь признаков состава преступления в получении военнослужащим случайной травмы на занятии по физической подготовке не больше, чем в непреднамеренной утрате военного имущества. В связи с вышеизложенным представляется необходимым ввести одинаковые и всем понятные правила выявления тех категорий деяний, в которых обоснованно усматриваются признаки состава преступления. Ведь при некоторой доле фантазии признаки состава преступления можно усмотреть в любом правонарушении военнослужащего: в опоздании на построение — признаки неисполнения приказа (ст. 332 УК РФ), в произнесении нецензурных слов сослуживцем — признаки оскорбления военнослужащего (ст. 336 УК РФ), в щелчке одного военнослужащего другому — признаки нарушения уставных правил взаимоотношений между военнослужащими (ст. 335 УК РФ) и т. д. Словом, почти по всем проступкам военнослужащих можно составлять постановления об отказе в возбуждении уголовных дел, и такой процесс будет соответствовать законодательству. Другой вопрос — зачем нужен такой процесс, отвлекающий множество военнослужащих от исполнения своих прямых служебных обязанностей? Возвращаясь к проблематике материальной ответственности военнослужащих, следует подытожить, что с большой свободой усмотрения в вопросе составления или несоставления постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по факту утраты военного имущества командиры воинских частей получают в свой арсенал и дополнительное доказательство, обосновывающее привлечение военнослужащего именно к полной материальной ответственности в соответствии с абз. 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих». Согласованное с военным прокурором постановление об отказе в возбуждении уголовного дела именно по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие в деянии военнослужащего состава преступления) как бы подтверждает наличие в его действиях или бездействии признаков состава преступления. Заканчивая рассмотрение двух вышеуказанных проблем привлечения военнослужащих к материальной ответственности, приходим к выводу о наличии коррупционных факторов законодательства, регламентирующего вопрос привлечения военнослужащих к материальной ответственности. В частности, в абз. 2 и 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» авторами обнаружены следующие коррупциогенные факторы <20>: а) широта дискреционных полномочий; б) отсутствие и/или неполнота административных процедур; в) юридико-лингвистическая неопределенность. ——————————— <20> Один из авторов — Е. А. Глухов — является независимым экспертом, уполномоченным на проведение экспертизы на коррупциогенность нормативных правовых актов и их проектов. Перечень коррупциогенных факторов приведен в приложении N 2 к Постановлению Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96.

Указанное положение дел (как в части пробела законодательства относительно подотчетных военнослужащих, так и в части неоднозначности толкования словосочетания «признаки состава преступления» по фактам утрат военного имущества) приводит к принятию произвольных решений командирами воинских частей о привлечении подчиненных им военнослужащих к материальной ответственности. Однако при этом оказываются нарушенными базовые принципы привлечения человека и гражданина к юридической ответственности, а именно: 1) принцип законности, который означает, что процедура возложения и реализации ответственности должна протекать в строгих рамках закона, юридических норм, исключать дискриминацию, усмотрение и произвол; 2) принцип обоснованности, который предполагает, что ответственность должна быть следствием правонарушения, содержащего в себе признаки всего его состава, а не части из них; 3) принцип неотвратимости, который требует, чтобы ни одно правонарушение не оставалось безнаказанным; 4) принцип справедливости и адекватности — наказание должно соответствовать тяжести содеянного, обстоятельствам его совершения и личности виновного; 5) принцип персонифицированности (индивидуализации) возложения ответственности — никто не должен отвечать за совершенное другим лицом правонарушение, запрещается наказание коллектива за правонарушение определенных его членов. Учитывая изложенное, полагаем целесообразным для устранения коррупциогенных положений действующего законодательства внести изменения в абз. 2 и 3 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» в части конкретизации оснований привлечения военнослужащих к полной материальной ответственности.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *