Переход выморочного наследства к публичному образованию

(Хаскельберг Б. Л., Ровный В. В.) («Наследственное право», 2012, NN 1, 2, 3, 4)

ПЕРЕХОД ВЫМОРОЧНОГО НАСЛЕДСТВА К ПУБЛИЧНОМУ ОБРАЗОВАНИЮ

/»Наследственное право», 2012, N 1/

Б. Л. ХАСКЕЛЬБЕРГ, В. В. РОВНЫЙ

Хаскельберг Борис Лазаревич , профессор кафедры гражданского права

Томского государственного университета, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист России.

Ровный Валерий Владимирович, профессор кафедры гражданского права Иркутского государственного университета, доктор юридических наук, профессор.

В настоящей части статьи рассматриваются общие положения о переходе выморочного наследства и приобретении выморочного наследства, в т. ч. на основе исторического сравнительно-правового анализа. В контексте анализа норм о приобретении наследства авторы определяют особенности перехода выморочного наследства.

Ключевые слова: наследование, наследственное право, наследство, выморочное имущество, приобретение наследства, переход наследства, публично-правовые образования.

Transition of the escheat to the public treasury B. L. Haskelberg, V. V. Rovnyy

This part of the article considers common provisions about transition of the escheat and it’s acquisition, including based on the historical comparative legal analysis. Authors determine features of the transition of the escheat in the context of the analysis of the rules.

Key words: inheritance, inheritance law, descent, escheat, acquisition of the inheritance, transition of the inheritance, public treasuries.

§ 1. Общие положения

Переход выморочного наследства и приобретение выморочного наследства — понятия не равнозначные: приобретение наследства предполагает проявление воли приобретателя (по общему правилу), напротив, переход выморочного наследства не требует проявления воли по прямому указанию закона. Согласно ст. 1167 СЗГ выморочное имущество обращалось в государственную казну, а согласно ст. 1374 — 1376 проекта ГУ — переходило, поступало в собственность (указанных в проекте ГУ субъектов) <1>. О переходе наследства к государству говорилось и в ч. 3 ст. 527, ст. 552 ГК 1964 г. В п. 2 ст. 1151 ГК РФ речь идет о переходе выморочного имущества в порядке наследования по закону, о переходе выморочного наследства сказано и в п. 3 ст. 1175 ГК РФ. Отсюда возникает ряд вопросов, имеющих важное научное и практическое значение, а именно: a) к какому именно публичному образованию переходит выморочное наследство; b) что означает переход выморочного наследства к публичному образованию и каковы его особенности; c) какова роль свидетельства о праве на выморочное наследство; d) как переход наследства по основанию его выморочности соотносится с двумя общими основаниями наследования (наследованием по завещанию и наследованием по закону); e) как соотносятся между собой выморочность наследства и бесхозяйность вещей; f) какова правовая природа перехода выморочного наследства к публичному образованию; g) обратим ли переход выморочного наследства; h) наконец, всякое ли имущество может быть выморочным? Последовательно обо всем этом — далее. ——————————— <1> Используемые далее сокращения: СЗГ — Свод законов гражданских (том X, часть 1 Свода законов Российской империи); проект ГУ — проект Гражданского уложения; ГК 1964 г. — Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации; МГК СНГ — Модельный Гражданский кодекс Содружества Независимых Государств; ЖК РФ — Жилищный кодекс Российской Федерации.

«Выморочное наследство, — читаем в части третьей МГК СНГ, — переходит в собственность административно-территориального образования по месту нахождения соответствующего имущества, входящего в состав наследства». Данный документ носил рекомендательный характер и преследовал цель обеспечить унификацию и гармонизацию гражданского законодательства государств — участников СНГ. Аналогичное положение содержалось и в проекте третьей части ГК РФ (разд. V): выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность муниципального образования по месту открытия наследства. Такое определение судьбы выморочного наследства представляется оптимальным, а в его обоснование можно сослаться на достаточно широкий спектр функций, возложенных на органы местного самоуправления и требующих финансового обеспечения. Однако данное правило проекта не стало нормой ГК РФ: первоначальная редакция п. 2 ст. 1116 и п. 2 ст. 1151 ГК РФ предусматривала, что все выморочное имущество независимо от его состава переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации. Сторонники такого подхода законодателя утверждали, что «избирательность наследования выморочного имущества нарушит принцип универсальности наследственного правопреемства, согласно которому наследственная масса должна переходить к наследникам как единое целое», что «выбор единственного наследника в лице Российской Федерации при наследовании выморочного имущества обусловлен конституционным принципом государственной целостности Российской Федерации и принципом гражданства Российской Федерации, устанавливающего государственно-правовую связь каждого гражданина России с Российской Федерацией как единым государством» <2>. ——————————— <2> Котухова М. В. Гражданско-правовое регулирование отношений с выморочным имуществом в наследственном праве Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 4, 20 — 21.

Противники такого подхода законодателя предлагали разработать вопрос «о возможности предоставления муниципальным органам (правильно — муниципальным образованиям. — Б. Х., В. Р.) права непосредственно наследовать некоторые виды выморочного имущества, в частности жилые дома и квартиры» <3>, указывая при этом, что «контроль за распределением «выморочных» квартир… должен осуществляться на региональном уровне. Нужно, чтобы Федерация занималась государственными делами. Государству заниматься «выморочными» квартирами не пристало» <4>. ——————————— <3> Щербина Н. В. Субъекты наследственного правопреемства по российскому законодательству: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 31. <4> Квадриум. 04.04.07. Цит. по: Блинков О. Е. Новый правовой режим выморочных жилых помещений в российском наследственном праве // Юрист. 2008. N 2. С. 23; Воронова О. Н. Субъекты наследования жилых помещений // Юрист. 2006. N 6. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс»; Она же. Некоторые аспекты определения правового режима выморочных жилых помещений // Наследственное право. 2007. N 1. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

В принятом 29 ноября 2007 г. Законе о внесении изменений в часть третью ГК законодатель, частично восприняв рекомендацию МГК СНГ и правило проекта ГК РФ, расширил круг публичных образований, к которым переходит выморочное наследство, включив в него города федерального значения (Москву и Санкт-Петербург) и муниципальные образования. Эти субъекты теперь являются единственно возможными субъектами, к которым переходят выморочные жилые помещения <5>. Таким образом, все выморочное наследство, исключая жилые помещения, поступает в казну Российской Федерации (абз. 2 п. 4 ст. 214 ГК РФ). ——————————— <5> Трудно переоценить социальную значимость частичного возврата законодателя к сложившейся многолетней практике до принятия третьей части ГК о субъекте права на выморочное наследство, принимая во внимание функции органов местного самоуправления в сфере обеспечения определенных категорий граждан жилыми помещениями за счет фонда социального использования.

Функции по осуществлению работы с выморочным наследством, утверждается в письме ФНС от 04.12.2008 «О выморочном имуществе», возложены на ФНС России и Росимущество: налоговые органы осуществляют работу по учету, оценке и реализации имущества, перешедшего по праву наследования к государству (п. 18 «к» Положения о ГНС), Росимущество принимает выморочное наследство (п. 5.35 Положения о Росимуществе). В письме особо подчеркивается, что налоговые органы: a) не осуществляют полномочия по работе с выморочными жилыми помещениями, поскольку последние более не переходят в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации; b) в остальной части выморочного наследства осуществляют полномочия после призвания Российской Федерации к наследованию и вплоть до получения свидетельства о праве государства на наследство, после чего передают имущество и правоустанавливающие документы Росимуществу; c) не обязаны выявлять выморочное наследство (в т. ч. проводить какие-либо проверки) <6>. Выморочные жилые помещения в зависимости от места их расположения поступают в казну городов федерального значения (абз. 2 п. 4 ст. 214 ГК РФ) или в муниципальную казну (абз. 2 п. 3 ст. 215 ГК РФ). Функции по их первичному учету и оценке осуществляют финансовые, а по последующему принятию и распределению — жилищные органы исполнительной власти городов федерального значения или аналогичные органы местного самоуправления <7>. ——————————— <6> Письмо ФНС России — ведомственный акт, принятый в отсутствие закона, о котором говорится в п. 3 ст. 1151 ГК РФ, по-видимому, должен заполнить вакуум, существующий до тех пор, пока не принят этот закон. Однако предусматриваемый им порядок работы с выморочным наследством, согласно которому свидетельство о праве государства на наследство в установленном порядке получают налоговые органы, передают выморочное имущество и правоустановительные документы Росимуществу, едва ли можно признать оптимальным. Более того, ФНП в письме, адресованном ФНС, считает, что финансовые и налоговые органы не имеют полномочий на получение свидетельства о праве на наследство выморочного имущества и не могут рассматриваться как субъекты, имеющие право на участие в правоотношениях, связанных с выморочным имуществом. Росимущество, осуществляя полномочия собственника, ведет учет, реестр федерального имущества, принимает в установленном порядке имущество, обращенное в собственность РФ, а также выморочное имущество, переходящее в порядке наследования в собственность РФ (письмо зам. руководителя ФНС России. Информация размещена на сайте ФНС). В другом письме ФНП «О выдаче свидетельства о праве на наследство на выморочное имущество» в ответе на запрос указывается, что согласно Положению о Федеральной налоговой службе (п. 7), утвержденному Постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 N 506 (в ред. от 27.01.2009), ФНС не вправе осуществлять управление государственным имуществом. Положением о Росимуществе (п. 1, 5.2, 5.3) (в ред. от 30.04.2009) установлено, что уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим полномочия собственника в отношении федерального имущества в сфере управления имуществом РФ, является Росимущество. На Росимущество возложена обязанность принимать выморочное имущество, переходящее в порядке наследования по закону в собственность РФ (п. 5.35 Положения о Росимуществе). Аналогичные указания (в несколько иной редакции) содержались в Положении о Федеральном агентстве по управлению федеральным имуществом, утвержденном Постановлением Правительства РФ от 27.11.2004 N 691. Отказав в удовлетворении исковых требований Инспекции ФНС об обязании нотариуса выдать свидетельство, суд, ссылаясь на п. 5.30 этого Положения, указал, что принятие выморочного имущества входит в полномочия Федерального агентства по управлению федеральным имуществом. «Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы России N 11 по Московской области не представила полномочий на право принятия имущества умершего С.» (см.: упомянутое выше решение Серпуховского федерального городского суда Московской области от 26.10.2006). ФНП считает, что надлежащим федеральным органом исполнительной власти, представителю которого может выдаваться свидетельство на наследство на выморочное имущество, переходящее в порядке наследования по закону в собственность РФ, является Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (информация размещена на сайте ФНП). Разногласия между ФНС и ФНП по вопросу о субъекте, уполномоченном на получение свидетельства о праве на выморочное наследство, переходящее в собственность РФ, лишний раз подтверждают необходимость скорейшего принятия закона, предусмотренного п. 3 ст. 1151 ГК. <7> Система органов государственной власти городов федерального значения устанавливается данными субъектами Российской Федерации самостоятельно в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленными федеральным законом (п. 1 ст. 77 Конституции). Структура исполнительных органов государственной власти города федерального значения определяется высшим должностным лицом (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти) данного субъекта Российской Федерации в соответствии с его (субъекта) конституцией (уставом) (п. 4 ст. 17 Закона об общих принципах организации законодательных и исполнительных органов государственной власти). Структура органов местного самоуправления определяется населением самостоятельно (п. 1 ст. 131 Конституции, см. также ст. 34 Закона об общих принципах организации местного самоуправления).

Согласно п. 23 Рекомендаций по оформлению наследственных прав (гл. 2 «Выдача свидетельства о праве на наследство выморочного имущества») «свидетельство о праве на наследство на выморочное имущество выдается только представителю федерального органа исполнительной власти, уполномоченного принимать такое имущество в порядке наследования. Выморочное имущество, включая земельные участки (кроме земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения), акции (доли, паи) в уставном (складочном) капитале коммерческих организаций, уполномочено принимать Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом… Согласно ст. 80 (подп. 2 п. 2) Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, являющиеся выморочным имуществом, поступают в фонд перераспределения земель». Как уже отмечалось, в соответствии с п. 2 ст. 1151 и абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК РФ выморочное наследство переходит к публичным образованиям двух уровней в обязательном порядке, и они не вправе отказываться от него. Несколько иначе эти вопросы решаются в иных правопорядках. Так, согласно ст. 1224 ГК Республики Армения все выморочное имущество переходит в муниципальную собственность по месту открытия наследства (аналогично по ГК Украины — все выморочное имущество переходит в собственность территориальной громады по месту открытия наследства, т. е. в коммунальную собственность — см. ст. 327, п. 3 ст. 1277). По ГК Республики Узбекистан все выморочное наследство переходит в собственность органа самоуправления граждан по месту нахождения соответствующего имущества, который, однако, вправе отказаться от выморочного наследства: в этом случае последнее переходит в собственность государства (ч. 3 ст. 1157). Таким образом, в ГК РФ реализована модель императивного «одноступенчатого», но при этом «двухуровневого» перехода выморочного наследства в зависимости от вида входящего в его состав имущества, напротив, ГК Республики Армения и ГК Украины предусматривают императивный «одноступенчатый» и «одноуровневый» переход всего выморочного наследства независимо от состава имущества, а в ГК Республики Узбекистан принят «двухступенчатый» переход всего выморочного наследства к органу самоуправления граждан, а в случае его отказа — к государству без права отказаться от него. От перехода выморочного наследства в порядке наследования по закону следует отличать случаи последующей передачи имущества из состава выморочного наследства, перешедшего к Российской Федерации, другим публичным образованиям. Подобная передача прямо предусмотрена в п. 3 ст. 1151 ГК РФ. В связи с этим надлежит сделать следующие замечания. 1. В литературе правильно отмечают, что только после того, как выморочное наследство перейдет к Российской Федерации, возможна последующая его передача субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям <8>. Правило п. 3 ст. 1151 ГК РФ предусматривает принятие специального закона, который должен особо регулировать: a) порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации; b) порядок последующей его передачи в собственность субъектов Российской Федерации или муниципальных образований. Таким образом, предполагается установление механизма, предусматривающего переход выморочного наследства в порядке наследования по закону сначала в собственность Российской Федерации и последующей его передачи другим публичным образованиям. Так как принятие такого специального закона предусмотрено п. 3 ст. 1151 ГК РФ, он станет составной частью гражданского законодательства (абз. 1 п. 2 ст. 3 ГК РФ), находящегося в ведении Российской Федерации (см. ст. 71 Конституции, п. 1 ст. 3 ГК РФ). Речь, следовательно, идет о федеральном законе. А поскольку такого закона до сих пор нет, согласно письму «О выморочном имуществе» продолжает действовать Положение N 683 («О порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, имущества, перешедшего по праву наследования к государству, и кладов»), а вместе с ним и некоторые ведомственные акты, в частности Инструкция N 185 («О порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, имущества, перешедшего по праву наследования к государству, и кладов»). ——————————— <8> Котухова М. В. Указ. соч. С. 10 — 11, 18.

Передача поступившего в собственность Российской Федерации выморочного имущества ее субъектам или муниципальным образованиям зависит от двух взаимосвязанных обстоятельств: a) вида имущества и b) возможности конкретного публичного образования обладать правом собственности на соответствующий объект. Ориентиром в решении данного вопроса на сегодня являются положения Закона об общих принципах организации законодательных и исполнительных органов государственной власти (см. ст. 26.11 «Собственность субъекта Российской Федерации») и Закона об общих принципах организации местного самоуправления (см. ст. 50 «Муниципальное имущество»). 2. Правило п. 3 ст. 1151 ГК РФ и предусматриваемый им специальный закон касаются всякого имущества, входящего в состав выморочного наследства и переходящего в собственность Российской Федерации, и не касаются жилых помещений, которые изначально переходят в муниципальную собственность или в собственность городов федерального значения. Все прочее выморочное имущество сначала поступает в собственность Российской Федерации, однако затем может и (или) должно передаваться в собственность ее субъектов или муниципальных образований. Перешедшие в муниципальную собственность (в собственность городов федерального значения) выморочные жилые помещения изначально включаются в жилищный фонд социального использования (см. предл. 2 п. 2 ст. 1151 ГК РФ) и используются по целевому назначению, т. е. в соответствии с жилищным законодательством предоставляются гражданам по договорам социального найма (см. подп. 1 п. 3 ст. 19, подробнее — разд. III ЖК РФ). Прямой и непосредственный переход жилых помещений в собственность муниципальных образований (городов федерального значения) способствует ускорению их предоставления лицам, нуждающимся в улучшении жилищных условий. Решение данной задачи возложено именно на те субъекты, которые по своему функциональному назначению обязаны заботиться об обеспечении жильем определенных категорий граждан. 3. Российская Федерация приобретает все выморочное наследство (кроме выморочных жилых помещений) в порядке наследования по закону (п. 2, 3 ст. 1151 ГК РФ). Поэтому последующая передача такого имущества субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям не освобождает Российскую Федерацию от обязанности удовлетворения требований кредиторов наследодателя (п. 3 ст. 1175 ГК РФ). Субъектам Российской Федерации и муниципальным образованиям имущество передается без каких-либо юридических обременений (юридически «чистым»). В отсутствие нормативно установленного порядка оформления передачи можно рекомендовать осуществлять ее по передаточному акту, подписываемому уполномоченными лицами передающей и принимающей стороны. И последнее. De lege ferenda известны предложения по расширению круга приобретателей выморочного наследства, в частности, за счет юридических лиц, участником (учредителем) которых на момент смерти был наследодатель <9> или которые были связаны с наследодателем отношениями по воспитанию и (или) уходу за ними, их обслуживанию (специализированные учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, специализированные дома-интернаты для престарелых и инвалидов, психоневрологические интернаты, иные стационарные учреждения социального обслуживания, общины коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока) <10>. Так, в одном из подобных предложений указывается следующее: «Если наследодатель находился на содержании учреждений для престарелых инвалидов, лечебных, воспитательных учреждений и учреждений социального обеспечения, то выморочное имущество переходит в собственность указанных учреждений» <11>. Данное предложение, на первый взгляд, может показаться обоснованным и даже привлекательным, однако непонятно ограничение круга наследодателей лишь инвалидами и исключение из этого списка престарелых лиц, обычно являющихся пенсионерами. По всей видимости, следовало бы установить некое минимальное время (период) нахождения гражданина на содержании указанного учреждения для приобретения последним наследства данного гражданина в случае его выморочности. Кроме того, нельзя забывать, что в составе выморочного наследства могут быть жилые помещения, которые в соответствии с внесенными в п. 2 ст. 1151 ГК РФ поправками переходят в собственность муниципальных образований (городов федерального значения), что именно эти публичные образования обязаны решать проблемы обеспечения жильем малоимущих и нуждающихся граждан, используя в т. ч. и выморочные жилые помещения. Поэтому реализация указанного предложения вступит в противоречие с обновленным правилом п. 2 ст. 1151 ГК РФ в новой редакции. ——————————— <9> Кожевина Е. В. Наследственное правопреемство: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 10, 19. <10> Щербина Н. В. Указ. соч. С. 7, 34. <11> Воронова О. Н. Некоторые аспекты определения правового режима выморочных жилых помещений.

§ 2. Особенности перехода выморочного наследства

Гражданский кодекс Российской Федерации, достаточно подробно регламентирующий вопросы принятие наследства (см. ст. 1152 — 1155), в отношении перехода выморочного наследства не содержит подобных установлений. В литературе имеются различные, порой прямо противоположные высказывания о переходе к публичным образованиям выморочного наследства на почве законодательства прошлых лет, а также действующего ГК РФ. «…Для государства, — писал более полувека назад В. И. Серебровский, — не требуется акта принятия наследства, что является необходимым для прочих наследников. Государство делается преемником в имущественных правах умершего гражданина не в результате акта принятия наследства, а в силу выдачи нотариусом свидетельства о выморочности наследственного имущества» <12>. «…Переход имущества в случае выморочности, — утверждала Н. В. Орлова, — не может рассматриваться как автоматически совершающийся помимо или даже вопреки воле наследника». «…Государство считается принявшим наследство, — писала она, ссылаясь на Постановление ВС СССР N 1/2/У, — в момент получения свидетельства о выморочности… наследства». Не соглашаясь с известной в литературе критикой данного Постановления, она считала, что последнее полностью соответствует ст. 3 Указа от 14.03.1945. В то же время, отметив временное значение п. 3 Постановления ВС СССР N 1/2/У, она заключила, что право собственности государства на выморочное наследство «…возникает в момент истечения шестимесячного срока, предусмотренного ст. 430 и ч. 2 ст. 433 ГК» <13>. «Право государства на выморочное имущество, — писал в том же (1955) году Ю. К. Толстой, — не возникает автоматически в тот самый момент, когда имущество становится выморочным. По истечении шести месяцев со дня открытия наследства на стороне государства возникает лишь право на принятие выморочного имущества в установленном законом порядке. При этом свидетельство нотариальной конторы о признании наследственного имущества выморочным, а в случае спора о праве гражданском — решение суда, имеет конститутивное значение, т. е. значение завершающего элемента сложного юридического состава, в силу которого наследственное имущество переходит в собственность государства… Временем перехода наследственного имущества в собственность государства считается день выдачи нотариальной конторой подлежащему финоргану свидетельства о выморочности имущества или день вступления в законную силу решения суда о признании имущества выморочным. При этом право государства на наследственное имущество считается возникшим с момента открытия наследства» <14>. ——————————— <12> Серебровский В. И. Очерки советского наследственного права // Избр. труды по наследственному и страховому праву. М., 1997. С. 247. <13> Орлова Н. В. Правовая природа выморочного имущества // ВИЮН. Вопросы советского гражданского права: Сб. статей / Под ред. Д. М. Генкина. М., 1955. С. 131, 132 — 133, 134. <14> Толстой Ю. К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 171 — 172; Черепахин Б. Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву // Труды по гражданскому праву. М., 2001. С. 439.

Наследование государством выморочных имуществ, писали тогда же Б. С. Антимонов и К. А. Граве, имеет ряд особенностей, не свойственных наследованию гражданами и юридическими лицами: a) государство не отказывается от принятия выморочного наследства; b) не связано сроком на его принятие; c) государство не платит пошлины, получая свидетельство о выморочности наследства; d) свидетельство о выморочности наследства, имея сходные черты со свидетельством о праве наследования, выдаваемым гражданам и юридическим лицам, имеет, однако, существенные отличия. Ниже авторы подчеркивали, что в судебной практике изменена точка зрения на момент перехода наследства в собственность государства: если согласно п. 3 Постановления ВС СССР N 1/2/У выдача свидетельства о выморочности наследства и в самом деле являлась актом, устанавливающим право государства на наследство, то впоследствии с принятием Постановления ВС СССР N 7 данное свидетельство стало актом, удостоверяющим существование права, возникшего до его выдачи и независимо от таковой <15>. ——————————— <15> Антимонов Б. С., Граве К. А. Советское наследственное право. М., 1955. С. 67, 244 — 245.

«Положение государства как наследника, — указывала позднее К. Б. Ярошенко, комментируя ст. 552 ГК 1964 г., — имеет определенную специфику: государству не нужно осуществлять никаких действий, направленных на принятие наследства» <16>. Другое утверждали Н. В. Карлова и Л. Ю. Михеева: «Государство… не становится наследником выморочного имущества автоматически, поскольку для этого ему необходимо совершить действия по принятию наследства, что следует из положений ст. 552 и 553 ГК РСФСР 1964 г.» <17>. ——————————— <16> Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. С. Н. Братуся, О. Н. Садикова. М., 1982. С. 654 (автор — К. Б. Ярошенко). —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография Н. В. Карловой, Л. Ю. Михеевой «Приобретательная давность и правила ее применения» включена в информационный банк. —————————————————————— <17> Карлова Н. В., Михеева Л. Ю. Приобретательная давность и правила ее применения. М., 2002. С. 26.

Особенность наследования выморочного имущества, отмечает сегодня М. Л. Шелютто, состоит в том, что Российская Федерация (его наследник) заранее выразила в законе волю на приобретение любого выморочного имущества, именно поэтому при наследовании выморочного имущества (в отличие от случаев, когда Российская Федерация наследует по завещанию) принятие наследства не требуется, а отказ от него не допускается <18>. Воля государства на принятие выморочного наследства, пишет И. С. Дутов, выражена изначально путем закрепления в законодательстве правила о переходе к нему этого имущества. Однако то обстоятельство, что государство не должно выражать волю на принятие наследства, не означает, что оно становится собственником имущества автоматически и не нуждается в оформлении своих прав. В другом месте он указывает, что до оформления наследственных прав и права собственности государство не приобретает права собственности на вещь из состава выморочного наследства (кстати, несколькими строками ниже автор утверждает обратное, а именно, что «государство становится собственником в силу прямого указания закона при наличии юридических фактов, предусмотренных законом») <19>. ——————————— <18> Наследственное право / Под ред. К. Б. Ярошенко. М., 2005. С. 158 (автор — М. Л. Шелютто). <19> Дутов И. С. Наследование выморочного имущества // Законы России: опыт, анализ, практика. 2006. N 10. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

По мнению В. В. Суденко, с введением в действие части третьей ГК РФ «установлена презумпция государственной собственности на наследственное имущество, которое не принято физическими лицами — наследниками по закону», поэтому-то государство и не вправе отказываться от выморочного наследства <20>. «Для легитимации имущества умершего в качестве выморочного, — пишет М. В. Котухова, — не требуется принятия соответствующего судебного или иного акта. Оно приобретает статус выморочного в силу закона при наличии указанных в нем оснований со дня открытия наследства и сохраняет этот статус до момента оформления прав государства на наследство» <21>. Наконец, И. А. Минахина пишет о том, что в силу прямого указания закона от публичных образований не требуется совершения действий по принятию выморочного наследства, поэтому право на него переходит к публичному образованию автоматически <22>. ——————————— <20> Суденко В. В. Право на отказ от наследства: теоретические и практические проблемы осуществления // Наследственное право. 2006. N 1. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс». <21> Котухова М. В. Указ. соч. С. 17. <22> Минахина И. А. Наследование. Дарение. Пожизненная рента. Вопросы правового регулирования. Издат.-торг. корп. Дашков и К., 2007. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

Гражданский кодекс РФ называет предпосылки выморочности наследства (п. 1 ст. 1151) и говорит о его переходе в порядке наследования по закону в собственность публичного образования (п. 2, 3 ст. 1151), предусматривая, что для такого перехода принятие наследства не требуется, а отказ от него не допускается (абз. 2 п. 1 ст. 1152 и абз. 2 п. 1 ст. 1157). В абз. 3 п. 1 ст. 1162 ГК РФ закреплен обычный — заявительный — порядок получения свидетельства о переходе выморочного наследства к публичному образованию. Наконец, в предл. 3 абз. 1 п. 3 ст. 1175 ГК РФ указывается, что если требования кредиторов наследодателя предъявлены к исполнителю завещания или к самому наследственному имуществу, суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или до перехода выморочного наследства к публичному образованию. Как видно, ГК РФ не предусматривает какой-либо специальной процедуры для признания наследства выморочным и его перехода в собственность публичного образования: не существует ни особого «срока ожидания», ни необходимости специального подтверждения режима выморочности наследства (например, в административном или в судебном порядке). Между тем согласно ст. 1162 СЗГ имущество признавалось выморочным в т. ч. и в том случае, если никто из потенциальных наследников умершего не являлся в течение 10 лет со времени последнего опубликования в ведомостях вызова о явке для получения наследства, а при отсутствии такой публикации — со времени открытия наследства (или если никто из явившихся в этот же срок не докажет своего права на наследство). Согласно ч. 2 ст. 1157 ГК Республики Узбекистан и п. 3 ст. 1083 ГК Республики Казахстан для признания наследства выморочным необходим фактический состав из трех юридических фактов: a) истечения одного года со дня открытия наследства плюс b) заявления уполномоченных органов по месту открытия наследства в суд плюс c) признания наследства выморочным в судебном порядке. Судебное решение о признании наследства выморочным необходимо также согласно п. 1 ст. 1069 ГК Республики Беларусь и п. 2, 3 ст. 1277 ГК Украины, после чего такое наследство переходит в собственность соответствующей административно-территориальной единицы (в Беларуси) или территориальной громады (в Украине). Действующее законодательство РФ не содержит каких-либо указаний, связывающих поступление выморочного наследства к публичному образованию с получением свидетельства о праве на наследство. Поэтому надлежит решительно отвергнуть тезис о правоустанавливающей, конститутивной роли свидетельства о переходе выморочного наследства к публичному образованию (как и свидетельства о праве на наследство): свидетельство выполняет факультативную (доказательственную, служебную) функцию. Серьезное сомнение как противоречащий правилу абз. 2 п. 1 ст. 1152 ГК РФ вызывает и другой тезис — будто бы воля государства на принятие выморочного наследства выражена изначально путем закрепления в законе правила о переходе к нему соответствующего имущества, т. к. для приобретения выморочного наследства его принятие не требуется, то нет необходимости и в выражении воли на его принятие ни «изначально» (нормативно), ни после открытия наследства (индивидуально). Действие общего правила о переходе выморочного наследства к публичным образованиям исключает требование подобных действий. Кроме того, нельзя заранее соглашаться на принятие выморочного наследства, т. к. невозможно приобрести еще не открывшееся наследство, несуществующее наследство <23>. ——————————— <23> Кожевина Е. В. Наследование государством выморочного имущества // Рос. юрид. журнал. 2005. N 1. С. 104.

Следует также заметить, что понятие «наследник» употребляется в законодательстве и в доктрине в двояком смысле: a) как лицо, которое может быть призвано к наследованию, т. е. входит в круг наследников по закону или назначено завещателем, и b) как лицо, принявшее наследство и ставшее обладателем передаваемых по наследству прав и обязанностей наследодателя. Лицо, призванное к наследованию, — это возможный (потенциальный) наследник, принявший наследство, — действительный (реальный) правопреемник наследодателя <24>. В этой связи заметим, что вышеприведенное утверждение Н. В. Карловой и Л. Ю. Михеевой о том, что государство не становится наследником выморочного имущества автоматически, для этого необходимо совершение действий по принятию наследства, ошибочно в обоих смыслах данного понятия: ни ст. 552, ни ст. 553 ГК 1964 г. не связывали признание государства наследником с принятием наследства. «Наследственное имущество, — говорилось в ст. 552 ГК 1964 г., — по праву наследования переходит к государству», далее указывались необходимые для этого обстоятельства, о принятии наследства как условии его перехода к государству в ст. 552 ГК 1964 г. нет ни слова. Статью 553 ГК 1964 г., определявшую пределы ответственности наследника, принявшего наследство, по долгам наследодателя, также невозможно толковать так, будто принятие наследства является условием его перехода к государству. ——————————— <24> Антимонов Б. С., Граве К. А. Указ. соч. С. 191.

Трудно также согласиться и с тем, что часть третья ГК РФ якобы устанавливает презумпцию публичной собственности на наследство, которое не принято физическими лицами — наследниками по закону. Неясно, почему действие данной «презумпции» ограничено случаями, когда наследство не принято физическими лицами — наследниками по закону (согласно п. 1 ст. 1151 ГК РФ выморочным наследство считается в т. ч. в случае, если его не принял никто из наследников). Против данной «презумпции» говорит и то, что презумпции в нашем праве признаются опровержимыми, между тем указание закона, что при наличии предусмотренных юридических фактов наследство считается выморочным (п. 1 ст. 1151 ГК РФ) и переходит в собственность публичных образований (п. 2 ст. 1151 ГК РФ), исключает доказывание иного. После этих — общих — замечаний перейдем к анализу действующего законодательства. 1. Основания выморочности открывшегося наследства — один или несколько юридических фактов, указанных в п. 1 ст. 1151 ГК РФ. Возникшая на основании этих юридических фактов выморочность наследства сама является основанием перехода такого наследства к публичному образованию. Таким образом, основания выморочности наследства следует отличать от основания перехода такого наследства к публичному образованию. Выморочность наследства — единственное («самодостаточное») основание его перехода к публичному образованию, никакие другие юридические факты законом не предусмотрены. Согласно части третьей ГК РФ, пишет М. Л. Шелютто, государство в лице Российской Федерации может быть призвано к наследованию по закону в одной лишь ситуации — при выморочности имущества <25>. ——————————— <25> Наследственное право / Под ред. К. Б. Ярошенко. С. 157 — 158 (автор — М. Л. Шелютто).

Примечательно, что основания выморочности наследства и основание перехода выморочного наследства в собственность публичного образования различает сам законодатель, формулируя их в разных нормах ст. 1151 ГК РФ: основания выморочности предусмотрены в п. 1, основание же перехода выморочного наследства в собственность публичного образования — в п. 2. В нормах п. 1 и п. 2 ст. 1151 ГК РФ предусмотрены различные гипотезы и не совпадающие диспозиции: гипотеза нормы п. 1 устанавливает условия выморочности наследства, а ее диспозиция признает наследство выморочным (эффект выморочности); гипотеза нормы п. 2 указывает на условия (факты) выморочности наследства, а ее диспозиция — на переход такого наследства к публичному образованию. Итак, необходимо различать юридические факты, влекущие выморочность наследства, и выморочность наследства как единственное основание его перехода к публичному образованию. Нельзя поэтому признать точным утверждение о том, что «основания признания имущества умершего выморочным являются основаниями наследования этого имущества государством» (выделено нами. — Б. Х., В. Р.) <26>. Неточно и другое утверждение: «…наследственное имущество переходит к государству в силу открытия наследства при условии отсутствия или отпадения других наследников» <27>. «В силу» означает не что иное, как на основании, однако основанием перехода открывшегося наследства к публичному образованию является юридический факт — его выморочность. ——————————— <26> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья / Под ред. Л. П. Ануфриевой. М., 2004. С. 144 (авторы — Л. П. Ануфриева, Т. Д. Чепига). <27> Рассказова М. Ю. Право на принятие наследства // Закон. 2006. N 10. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

2. Поскольку для приобретения выморочного имущества принятие наследства не требуется, а отказ от него не допускается, правила о способах и сроках принятия наследства и отказе от него (ст. 1153 — 1155, 1157 — 1159 ГК РФ) актуальны только для наследников по завещанию и по закону физических лиц. Выморочное наследство переходит к публичному образованию без совершения каких-либо действий — юридических (п. 1 ст. 1153 ГК РФ) или фактических (п. 2 ст. 1153 ГК РФ) — в силу указания закона, автоматически (ipso jure) и в том случае, если публичное образование не знает о существовании выморочного наследства (или не заинтересовано в нем) <28>. Вместе с тем правило абз. 2 п. 1 ст. 1152 ГК РФ не препятствует активным действиям публичного образования по приобретению выморочного наследства, включая «досрочное» получение свидетельства о праве на переход наследства (п. 2 ст. 1163 ГК РФ). ——————————— <28> Интерес представляет рассмотренное судами г. Томска дело, решение которого полностью подтверждает сказанное о переходе выморочного наследства ipso jure к публичному образованию. Ч. Г.В. обратилась с иском к администрации г. Томска о признании за ней права на долю (3/40) в праве общей собственности в двухэтажном жилом доме. В обоснование своих требований она указала, что эту долю приобрел ее бывший муж А. А.Ч. в 1989 г. по договору дарения, и они вселились в помещение N 3, которым владеет и пользуется как своим с 1989 г. по настоящее время. В 1993 г. ее бывший муж передал эту долю дочери Ч. Е.А., а сам выехал из спорного жилого помещения, а истица с дочерью остались проживать в доме. 20.10.2008 бывший муж умер. Впоследствии истице стало известно, что 3/40 в праве на дом принадлежат Г., который умер до ее вселения еще в 1981 г. Наследство никем не принято. Право на долю 3/40 не зарегистрировано ни за муниципальным образованием, ни за государством. Жилой дом принадлежит на праве общей долевой собственности нескольким сособственникам, которые не возражают против признания за истицей доли в праве общей собственности на дом. Решением мирового судьи от 19.10.2009, оставленным в силе апелляционной инстанцией, иск удовлетворен. Администрация г. Томска подала надзорную жалобу на определение апелляционного суда, в которой просила отказать истице в ее исковых требованиях. В передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции отказано. В обоснование отказа указано, что приобретение по давности владения (ст. 234 ГК РФ) права собственности возможно на имущество любой формы собственности. Учитывая, что давностное владение началось в условиях действия ГК 1964 г., применив ст. 552, а также последующие законы РФ, сделан вывод о том, что спорная доля в праве общей собственности на жилой дом перешла как выморочное имущество к муниципальному образованию (г. Томск), владение истицей жилым помещением отвечает всем установленным ст. 234 ГК требованиям. Таким образом, судебные инстанции исходили из верного положения о том, что открывшееся наследство на спорную долю в общей собственности на дом, никем из потенциальных наследников не принятое, перешло в собственность г. Томска.

В обоснование можно еще раз напомнить, что институт перехода выморочного наследства к публичным образованиям, помимо своей основной функции — преодоления бесхозяйности наследств, призван также препятствовать захвату выморочного наследства посторонними лицами, в т. ч. противодействовать активности злоумышленников и лженаследников, для которых оставшееся без присмотра имущество умершего — лакомый кусок, а в условиях бездействия и попустительства власти — еще и легкая добыча. Трудно согласиться с Б. Б. Черепахиным, «когда он сводит весь смысл соответствующего института (перехода выморочного наследства к государству. — Б. Х., В. Р.) к одному только устранению неопределенности в правовой принадлежности имущества… — отмечал М. И. Брагинский. — Предусматривая возможность перехода имущества после смерти лица к государству на основе прямо выраженной воли наследодателя (в случае завещания) или презюмированной (во всех остальных случаях), законодатель, очевидно, расширяет возможности распоряжения имуществом для граждан, обеспечивая тем самым их личные интересы, и одновременно расширяет круг оснований для перехода имущества к государству. В последнем находят свое отражение и особые интересы самого государства (выделено нами. — Б. Х., В. Р.)» <29>. ——————————— <29> Брагинский М. И. Участие советского государства в гражданских правоотношениях // Избранное. М., 2008. С. 378 — 379.

В отличие от правила абз. 2 п. 1 ст. 1152 ГК РФ, не препятствующего активным действиям публичного образования по приобретению выморочного наследства, правило абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК РФ исключает в принципе возможность отказа от выморочного наследства (ст. 1157 — 1159 ГК РФ), исключается бесхозяйность и оккупация наследственного имущества, одновременно это правило гармонично сочетается с общей нормой ст. 236 ГК РФ, согласно которой отказаться от права собственности на принадлежащее имущество может только гражданин или юридическое лицо, напротив, публичные образования не вправе отказываться от принадлежащего им имущества, т. к. публичная собственность должна использоваться в общественных интересах. Между тем в судебной практике встречаются решения, основанные на неверном применении норм ГК РФ о переходе выморочного наследства в публичную собственность. Так, при рассмотрении дела по иску покупателя квартиры к администрации г. Томска как к правопреемнику по закону (продавец квартиры умер, договор купли-продажи не был зарегистрирован и права покупателя, естественно, не были оформлены, а у умершего продавца не осталось наследников) суд в иске отказал. В обоснование отказа суд указал, что, поскольку спорная квартира не перешла в собственность муниципального образования (аналогичное утверждал и представитель администрации муниципального образования), последнее не может быть ответчиком по делу, является ненадлежащим ответчиком. В кассационном порядке данное решение было отменено, дело передано на новое рассмотрение <30>. ——————————— <30> Кассационное определение судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 16.01.2009. Дело N 33/41/2009.

3. Вывод об автоматическом переходе к публичному образованию права на выморочное наследство не предрешает вопроса о времени такого перехода. Между тем данный вопрос имеет большое практическое значение, в частности, для определения основания истребования выморочного имущества от незаконного владельца и сопутствующих при этом расчетах. Согласно п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а в соответствующих случаях — так же независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество. Правило п. 4 ст. 1152 ГК РФ имеет универсальное значение и распространяется также на переход к публичным образованиям права собственности на вещи, входящие в состав выморочного наследства, для таких случаев закон не предусматривает ничего иного прямо, не следует иное и из немногочисленных правил о выморочном наследстве. Итак, согласно п. 4 ст. 1152 ГК РФ выморочное наследство принадлежит публичному образованию со дня открытия наследства; введением правила п. 4 ст. 1152 ГК РФ законодатель имеет в виду не только и не столько сам акт принятия наследства (в смысле ст. 1153 ГК РФ), сколько любое его приобретение вообще, включая и то, которое возможно без акта принятия. Поскольку в п. 4 ст. 1152 ГК РФ говорится о «принятом наследстве», а в отношении выморочного наследства принятие не требуется, особенность реализации правила п. 4 ст. 1152 ГК РФ состоит в том, что у наследника (по завещанию или по закону) право на наследство возникает при условии его принятия, у публичного образования, напротив, право на выморочное наследство возникает безусловно на основании его выморочности со дня открытия наследства. Других различий нет: a) если право наследника (приобретателя выморочного наследства) на наследственное имущество подлежит государственной регистрации, последняя осуществляется вне рамок указанных правоустанавливающих оснований и выполняет правоподтверждающую функцию; b) и у наследника, и у публичного образования в отношении выморочного наследства право на имущество умершего возникает с момента открытия наследства (ex tunk — «с обратной силой»). Значение использования законодателем приема (конструкции) ex tunk состоит в том, что в каждом конкретном случае основаниями выморочности наследства могут быть различные юридические факты, предусмотренные в п. 1 ст. 1151 ГК РФ, однако независимо от этого право публичного образования в отношении выморочного наследства всякий раз возникает в один и тот же момент — в день открытия наследства. 4. Обратимся, наконец, к п. 3 ст. 1175 ГК РФ (который, как пишет Ю. К. Толстой, «вызывает больше вопросов, нежели ответов на них» <31>). Как следует из его первого абзаца (см. предл. 3), суд приостанавливает рассмотрение дела по требованиям кредиторов наследодателя, предъявленным к исполнителю завещания или к самому наследственному имуществу, до принятия наследства наследниками или до перехода наследства как выморочного в собственность публичного образования. Различие в формулировках, определяющих продолжительность приостановления рассмотрения дела («до принятия» — «до перехода»), объясняется тем, что наследники по завещанию или по закону по своему желанию могут принять или не принять наследство (в т. ч. отказаться от него), тогда как переход выморочного наследства к публичному образованию обязателен и не зависит от воли и желания публичного образования. Однако из использованного законодателем в предл. 3 абз. 1 п. 3 ст. 1175 ГК РФ разделительного союза «или» («до принятия… или перехода…») не следует, что выморочное наследство переходит к публичному образованию лишь спустя некоторое время после того, как наследники в установленный законом срок не примут наследство или что публичное образование должно каким-то образом обеспечить переход к нему выморочного наследства. Смысл предл. 3 абз. 1 п. 3 ст. 1175 ГК РФ состоит в том, что требования кредиторов наследодателя подлежат рассмотрению судом и удовлетворению только после того, как наследство будет принято наследниками, в противном случае (как непринятое, а значит, выморочное) переходит к публичному образованию. ——————————— <31> Сергеев А. П., Толстой Ю. К., Елисеев И. В. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный). Ч. 3. М., 2002. С. 164 (автор — Ю. К. Толстой).

Непринятие наследниками наследства — одно из оснований его выморочности, которое автоматически с обратной силой переходит к публичному образованию, оставаясь таковым до тех пор, пока не отпало основание его выморочности (в частности, пока суд не восстановит наследнику пропущенный для принятия наследства срок и не признает его принявшим наследство — п. 1 ст. 1155 ГК РФ). Напротив, принятое наследство не может быть выморочным, и только при совокупности двух условий — с отпадением основания его принятия (конкретным наследником) и невозможности его перераспределения (между другими наследниками) — наследство становится выморочным и автоматически с обратной силой переходит к публичному образованию.

/»Наследственное право», 2012, N 2/

В настоящей части статьи анализируется сущность и значение свидетельства о переходе выморочного наследства. В контексте анализа общих норм о наследовании авторы рассматривают переход выморочного наследства к публичным образованиям в качестве особого «резерва» наследственного права.

Ключевые слова: наследование, наследственное право, наследство, выморочное имущество, приобретение наследства, свидетельство о праве на наследство.

In this part of the article is analyzed the essence and significance of the evidence on the transition of the escheat. In the context of the analysis of the General norms of the escheat of the authors consider the transition inheritance to the public formations as a special «reserve» inheritance law.

Key words: inheritance, inheritance law, inheritance, the escheat, the acquisition of inheritance, a certificate of right to inheritance.

§ 3. Свидетельство о переходе выморочного наследства и его значение

Лицо, призванное к наследованию по завещанию или по закону, вправе принять наследство (абз. 1 п. 1 ст. 1152 Гражданского кодекса (далее — ГК)). Принимая наследство, наследник принимает все наследство в полном составе наследственной массы безусловно и безоговорочно (п. 2 ст. 1152 ГК). Законом предусмотрены два способа принятия наследства: путем совершения наследником юридических действий — подачи заявления о принятии наследства или о выдаче свидетельства о праве на наследство (абз. 1 п. 1 ст. 1153 ГК) либо совершения фактических действий, свидетельствующих об этом (п. 2 ст. 1153 ГК). Свидетельство о праве на наследство выдается нотариусом или должностным лицом, уполномоченным совершать такое нотариальное действие, на основании заявления наследника по месту открытия наследства всем наследникам вместе на все наследство в целом или каждому наследнику в отдельности на его долю (абз. 1, 2 п. 1 ст. 1162 ГК). Установленный ст. 1162 ГК порядок выдачи свидетельства о праве на наследство является единым, распространяется и на выдачу свидетельства о переходе выморочного имущества в порядке наследования по закону к публичным образованиям (абз. 3 п. 1 ст. 1162 ГК). Это, однако, не означает, что заявление о выдаче свидетельства в данном случае выступает в качестве способа принятия выморочного наследства. Заявление о выдаче свидетельства на переход выморочного наследства к публичному образованию функционально направлено не на выражение воли о принятии выморочного наследства, а на получение документа, официально подтверждающего переход выморочного наследства к публичному образованию. Свидетельство в данном случае, как и свидетельство о праве на наследство, выданное наследнику, принявшему наследство, имеет не правообразующее (конститутивное), а лишь правоподтверждающее значение. Во многих случаях, установленных нормативно, юридические факты требуют оформления определенными документами, в связи с чем возникает вопрос о юридическом значении документа, оформляющего соответствующий факт, о его правовой природе. Отмечая, что документы чаще всего являются средствами установления фактических обстоятельств (в т. ч. юридических фактов), С. В. Никитин, ссылаясь на В. Б. Исакова, пишет, что «отдельные документы сами выступают в качестве объектов познавательной деятельности суда, поскольку они в определенных случаях приобретают самостоятельное правовое значение и становятся юридическими фактами либо элементами фактических составов». Автор считает, что документы приобретают значение юридических фактов «…в тех случаях, когда они являются необходимой формой воплощения юридически значимого обстоятельства гражданского дела, вне которого оно теряет свое правовое значение» <1>. Для иллюстрации он ссылается на ордер на жилое помещение, нотариально удостоверенные сделки «…и другие факты, требующие специального юридического закрепления. Здесь факт по существу неотделим от определенного документа, а последний сам приобретает свойство юридического факта… отсутствие документального воплощения определенного факта приводит к тому, что он не приобретает юридического значения» <2>. ——————————— <1> Никитин С. В. Разграничение документов — юридических фактов и документов — источников доказательств в гражданском процессе // Методологические проблемы теории юридических фактов. Ярославль, 1988. С. 35. <2> Там же. С. 36.

Признание юридических фактов возникшими и в самом деле во многих предусмотренных законом случаях требует формализации (документирования): в частности, рождение ребенка документирует свидетельство о рождении, смерть человека — свидетельство о смерти, вещное право на недвижимость — его государственная регистрация (запись в Единый государственный реестр прав на недвижимость (далее — ЕГРП)), право на наследственное имущество — свидетельство о праве на наследство. В одних случаях формализуются акты гражданского состояния, т. е. действия граждан или события, влияющие на возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей, а также характеризующие правовое состояние граждан (ст. 47 ГК, п. 1 ст. 3 Федерального закона от 15.11.1997 N 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»), в других — прочие юридические факты (ср. свидетельство о рождении и совершенная в простой письменной форме сделка). Указанные документы сами не имеют значения оснований возникновения прав и обязанностей, каковыми являются юридические факты, получившие закрепление в этих документах. Какое бы большое юридическое значение ни имела форма воплощения того или иного обстоятельства, сама она не может приобрести значения юридического факта, таковым является формализуемое (документируемое) обстоятельство. Последнее приобретает характер юридического факта не вследствие его формализации (документирования), а потому что гипотеза нормы права связывает с ним правовые последствия, указанные в диспозиции нормы права <3>. ——————————— <3> Сказанное не исключает того, что иногда документ обязателен для формализации юридического факта, и не умаляет значения такой формализации в соответствии с требованиями законодательства (соглашения сторон). Нарушение формальных требований чревато сложностью, а в ряде случаев невозможностью доказывания соответствующего обстоятельства, со всеми вытекающими отсюда неблагоприятными последствиями для заинтересованного лица. На этот счет известны специальные нормы со своими гипотезами и диспозициями. Так, согласно п. 1 и 2 ст. 162 ГК нарушение простой письменной формы сделки (гипотеза нормы п. 1) исключает использование свидетельских показаний, но не исключает использования других доказательств (диспозиция нормы п. 1), а в предусмотренных законом или соглашением сторон случаях влечет недействительность сделки (диспозиция нормы п. 2); согласно п. 3 ст. 162 ГК нарушение простой письменной формы внешнеэкономической сделки (гипотеза) во всяком случае влечет ее недействительность (диспозиция); согласно п. 1 ст. 165 ГК несоблюдение нотариальной формы сделки (гипотеза) влечет ее недействительность (диспозиция). Однако, если a contrario предположить, что некая сделка и ее письменная форма — необходимые элементы фактического состава для возникновения правового эффекта, то при условии самостоятельности и полноценности двух этих юридических фактов оба они должны были бы обладать достаточной степенью автономии, при этом один без другого не мог бы породить правовых последствий. В действительности же форма сделки (ее соблюдение или нарушение) имеет юридическое значение не сама по себе, а именно как элемент сделки; сделка может породить правовые последствия и в случае несоблюдения простой письменной формы (в частности, если между контрагентами нет спора о заключении и условиях сделки либо при наличии спора имеются другие доказательства, кроме свидетельских показаний, — см. п. 1 ст. 162 ГК). Формальные нарушения, о которых идет речь в п. 2 и 3 ст. 162 ГК, преодолимы истечением исковой давности (п. 1 ст. 181 ГК), а несоблюдение нотариальной формы сделки — также путем судебного признания данной сделки действительной, при этом последующее ее нотариальное удостоверение не требуется (п. 2 ст. 165 ГК).

При определении правовой роли документа следует отличать письменное доказательство существования права от самого существующего права, а процессуальные вопросы — от материально-правовых, нельзя также забывать о том, что единое содержание может быть воплощено в разные формы. Так, если в состав наследства входит недвижимость, свидетельство о праве на наследство (о переходе выморочного наследства к публичному образованию) необходимо для записи в ЕГРП. Согласно п. 1 ст. 17 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее — Закон о регистрации) свидетельство — одно из оснований для государственной регистрации права для записи в ЕГРП, но не основание возникновения права (собственности), которое в силу прямого указания Закона возникает со дня открытия наследства независимо от его государственной регистрации (п. 4 ст. 1152 ГК). Основанием для регистрации права на недвижимость в составе спорного наследства является также вступивший в законную силу судебный акт как самостоятельное и самодостаточное основание для регистрации права: в п. 1 ст. 17 Закона о регистрации он указывается наряду со свидетельством о праве на наследство. Из сказанного следует, что свидетельство о праве на наследство (о переходе выморочного наследства) имеет не правоустанавливающее (конститутивное), а лишь правоподтверждающее значение. Этот вывод подтверждается совокупностью следующих положений Закона. 1. Согласно п. 1 ст. 1151 ГК при наличии указанных в нем юридических фактов имущество умершего считается выморочным, согласно п. 2 ст. 1151 ГК оно переходит в порядке наследования по закону в публичную собственность. Содержание ст. 1151 ГК никак не позволяет сделать вывод о правоустанавливающем значении свидетельства о переходе выморочного наследства. К тому же согласно ст. 2 Федерального закона от 29.11.2007 N 281-ФЗ «О внесении изменений в часть третью Гражданского кодекса Российской Федерации» выморочные жилые помещения, на которые до дня вступления в силу данного Закона свидетельства не выданы, несмотря на отсутствие свидетельства, переходят в публичную собственность по новым правилам. 2. Получение свидетельства не является обязательным для наследника по завещанию или по закону, а также и при переходе выморочного наследства к публичному образованию. Дело в том, что наследник по завещанию или по закону может принять наследство иными способами, предусмотренными в ст. 1153 ГК, выморочное наследство переходит независимо от совершения действий, предусмотренных ст. 1153 ГК (абз. 2 п. 1 ст. 1152 ГК) <4>. Кроме того, уже много лет сначала правило ч. 2 ст. 557 ГК 1964 г., а теперь абз. 3 п. 1 ст. 1162 ГК распространяют на получение свидетельства о переходе выморочного наследства единый — заявительный — порядок. Нотариус по месту открытия наследства обязан уведомить соответствующий государственный орган о прекращении мер охраны наследственного имущества, но он не обязан направлять ему свидетельство о переходе выморочного наследства (ср. ч. 2 ст. 68 и ч. 5 ст. 71 Основ о нотариате). ——————————— <4> В качестве примера неверного, на наш взгляд, толкования значения свидетельства о переходе выморочного наследства к РФ можно привести следующее Определение ВАС РФ. Отделение Сберегательного банка РФ обратилось к Российской Федерации в лице Межрайонной инспекции ФНС России о взыскании в пределах стоимости наследственного имущества С. М.Ф. задолженности по кредитному договору от 05.06.2007. В обеспечение исполнения кредитного обязательства заключен договор поручительства между банком и С. И.Ф. Заемщик и поручитель умерли 06.01.2008. Так как наследники заемщика не установлены и наследство никто не принял, а на счете заемщика в банке числится 13 656 руб., истец предъявил иск ответчику — РФ как ответственному по ст. 1175 ГК по долгам С. М.Ф. Суды первой и кассационной инстанций в иске отказали. Рассмотрев надзорную жалобу банка, ВАС РФ не нашел оснований для пересмотра дела в порядке надзора, указав, что истец не представил доказательств «…выдачи в установленном порядке свидетельства о праве государства на наследство либо соответствующее судебное решение, по которому денежные средства, находящиеся на счете умершего заемщика, были зачислены в доход федерального бюджета и перешли в порядке наследования к соответствующему налоговому органу» (Определение ВАС РФ от 02.07.2009 N ВАС-8222/09). Едва ли это Определение нуждается в комментарии ввиду его очевидной необоснованности. Напротив, обоснованным является другой судебный акт, соответствующий законодательству о выморочности наследства. Региональное отделение Фонда социального страхования обратилось в арбитражный суд с исковым требованием к Сберегательному банку РФ о возврате ошибочно перечисленных страховых выплат на лицевой счет вкладчика С. Н.А., смерть которого подтверждена соответствующим документом. Арбитражный суд в иске отказал. Его решение поддержала кассационная инстанция, указав, что в случае смерти вкладчика и отсутствия наследников требования по возврату страховых выплат, перечисленных после смерти получавшего их физического лица, а также по исключению их из наследственной массы предъявляются к государству в лице налоговых органов (Постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 5 ноября 2009 г. N Ф04-6681/2009). При этом суд исходил из верного положения, что выморочное имущество (в данном случае денежные средства на счете вкладчика) автоматически переходит в соответствии со ст. 1151 ГК в собственность РФ.

3. В абз. 1 п. 1 ст. 1153 и абз. 1, 2 п. 1 и п. 2 ст. 1162 ГК речь идет о свидетельстве о праве на наследство, а в абз. 3 п. 1 ст. 1162 ГК говорится о свидетельстве, которое выдается при переходе выморочного имущества. Такая формулировка также подтверждает тот факт, что в первом случае право возникает, а во втором — переходит независимо от выдачи и получения свидетельства, которое лишь сопутствует возникновению (переходу) права, сопровождает его и подтверждает право наследника (публичного образования). 4. Наконец, последнее. Наследники по завещанию или по закону могут принять наследство в течение шести месяцев со дня открытия наследства или в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу решения суда об объявлении гражданина умершим (п. 1 ст. 1154 ГК), а в некоторых случаях — позднее (ст. 1155 ГК). Свидетельство о праве на наследство выдается по истечении шести месяцев со дня открытия наследства (п. 1 ст. 1163 ГК) или досрочно (п. 2 ст. 1163 ГК). С отказом современного законодателя от прежнего запрета на досрочную выдачу свидетельства о переходе выморочного наследства (см. ч. 3 ст. 558 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г.) правило п. 2 ст. 1163 ГК РФ является универсальным и касается любых случаев перехода наследственного имущества к другим лицам («если имеются достоверные данные о том, что кроме лиц, обратившихся за выдачей свидетельства, иных наследников, имеющих право на наследство или его соответствующую часть, не имеется») <5>. Поэтому при явной выморочности наследства заявителем на досрочное получение свидетельства может быть публичное образование, а упоминание в п. 2 ст. 1163 ГК об отсутствии «иных наследников» означает в т. ч. и отсутствие любых наследников вообще <6>. ——————————— <5> П. 5 продолжающей действовать Инструкции N 185 предусматривает, что свидетельство о праве государства на наследство: a) подтверждает право государства на наследство; b) выдается нотариальным органом налоговому органу не ранее истечения 6 месяцев со дня открытия наследства. Первая часть данного правила полностью соответствует современному положению дел, вторая же его часть воспроизводит правило ч. 3 ст. 558 ГК 1964 г., не соответствует ГК РФ и п. 5.35 Положения о Росимуществе, а потому более не актуально. <6> Применение правила п. 2 ст. 1163 ГК затруднительно при неявной выморочности наследства (в частности, в условиях отсутствия наследников по закону и оспаривания завещания компетентным государственным органом, а также в условиях сложности установления некоторых законных наследников, в т. ч. неочевидности некоторых фактов, необходимых для призвания лица к наследованию по закону, напр. иждивения и (или) совместного с наследодателем проживания наследника восьмой очереди).

Если после досрочного получения публичным образованием свидетельства о переходе выморочного наследства обнаружатся наследники по завещанию или по закону, которые в пределах срока на принятие наследства заявят свои права на данное наследство, указанное свидетельство в судебном порядке подлежит аннулированию как недействительное, а вплоть до этого момента оно документирует только предполагаемое право (на выморочное наследство). Сходной ситуация будет и в случае, если публичное образование получило свидетельство о переходе выморочного наследства в соответствии с п. 1 ст. 1163 ГК, а суд впоследствии восстановил наследникам срок для принятия наследства (п. 1 ст. 1155 ГК). Итак, документы сами по себе не являются юридическими фактами и не выполняют функции оснований динамики правоотношений, они имеют значение письменных доказательств существующих или существовавших юридических фактов. Свидетельство о праве на наследство (о переходе выморочного наследства) также только фиксирует (формализует, документирует) права наследника (публичного образования, к которому перешло выморочное наследство), имеет не правообразующее (конститутивное), а правоподтверждающее (доказательственное) значение, следовательно, и получать свидетельство о праве на наследство наследник вправе, но не обязан. Последнее прямо подчеркнуто в п. 11 Постановления ВС РФ N 2. Поэтому нет никаких сомнений в том, что «лицо, указанное в свидетельстве в качестве наследника, не становится наследником на основании свидетельства. Наоборот, лишь то лицо, которое является наследником, может получить это свидетельство о праве наследования» <7>. К сожалению, в некоторых ведомственных актах можно встретить ошибочные формулировки на этот счет. Так, в упомянутом письме ФНС говорится, что «налоговые органы передают данное (наследственное. — Б. Х., В. Р.) имущество и правоустанавливающие документы Росимуществу». Из контекста, в котором содержится эта формулировка, следует, что имеется в виду свидетельство о переходе выморочного имущества к государству <8>. ——————————— <7> Антимонов Б. С., Граве К. А. Советское наследственное право. М., 1955. С. 223. <8> Неверные формулировки о значении свидетельства о переходе выморочного имущества в собственность к публичному образованию встречаются и в судебной практике. Так, в Определении ВАС РФ от 28.07.2009 N ВАС-9612/09 указывается: «Судами установлено, что квартира… перешла в собственность Российской Федерации как выморочное имущество на основании свидетельства о праве на наследство по Закону от 03.12.2004…».

§ 4. Переход выморочного наследства к публичным образованиям — «резерв» наследственного права

Выморочное наследство переходит к публичным образованиям за рамками двух общих оснований наследования (ст. 1111 ГК) и представляет собой самостоятельное особое (резервное, экстраординарное) основание определения судьбы имущества умершего. Данный вывод подтверждается следующим. В отличие от граждан — законных наследников публичные образования de lege lata приобретают выморочное наследство в порядке наследования по закону (п. 2, 3 ст. 1151 ГК), при этом они не относятся ни к какой очереди наследников по закону (не образуют самостоятельной очереди, хотя бы и последней — девятой) и, находясь за списком «очередников», являются «послеочередниками» (ср. абз. 1 п. 1 ст. 1141 и ст. 1151 ГК). Поскольку публичные образования не наследуют наряду с законными наследниками, не действует принцип равного долевого наследования (п. 2 ст. 1141 ГК). Адресный (направленный) отказ наследника от наследства в пользу публичного образования (ст. 1158 ГК) возможен при совокупности двух условий: если публичное образование является одним из наследников по завещанию и не все имущество завещано назначенным наследникам. И это понятно, принимая во внимание, что: a) публичные образования не относятся к числу наследников по закону какой-либо очереди, как предусматривает абз. 1 п. 1 ст. 1158 ГК; b) правило абз. 2, 3 п. 1 этой статьи не допускает отказ наследника по завещанию от наследства в пользу лиц, указанных в абз. 1 п. 1, когда завещанием охвачено все наследственное имущество; c) правило абз. 1 п. 2 строго ограничивает круг адресатов направленного отказа от наследства и исключает его распространительное толкование. Далее. Если наследниками по завещанию могут быть назначены любые лица, в т. ч. любые публичные образования (п. 1 ст. 124 ГК), то приобретать выморочное наследство могут только определенные публичные образования (п. 2 ст. 1116, п. 2 ст. 1151 ГК). Используя юридический потенциал завещания, сам наследодатель может по своему усмотрению моделировать и создавать разные наследственно-правовые ситуации (в частности, завещать все свое имущество или его часть любым лицам, отстранять от наследования любого законного наследника (за исключением лиц, указанных в ст. 1149 ГК), изменять первоначальное завещание или отменять его, подназначать наследника — ст. 1119 — 1121 ГК), но он не может поступить аналогичным образом в отношении публичного образования и исключить его в принципе как преемника наследства в случае выморочности последнего <9>. Во власти наследодателя — при жизни исключить (свести к минимуму) случаи выморочности остающегося после его смерти наследства, в частности, назначив наследниками любых лиц, включая упомянутых в ст. 1117 ГК, использовав субституцию (п. 2 ст. 1121 ГК). Однако при наличии необходимых и достаточных предпосылок для выморочности наследства (в частности, если никто из наследников не принял наследство или все наследники совершили безадресный (ненаправленный) отказ от наследства) наследодатель не может исключить его переход к публичному образованию как последнему легальному и притом обязательному правопреемнику. В отсутствие такого нормативного положения имущество умершего становилось бы бесхозяйным, а значит, могло бы быть оккупировано посторонними лицами (ст. 225 ГК). Обоснованность исключения такой ситуации — нецелесообразной и не соответствующей общественным интересам — и оправдывает действие взаимосвязанных правил абз. 2 п. 1 ст. 1152 и абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК: первое предусматривает автоматический переход выморочного наследства к публичному образованию, а второе запрещает публичному образованию отказываться от выморочного наследства. ——————————— <9> В ч. 2 ст. 696 ГК Квебека закреплено прямо: те завещательные распоряжения, которые не регулируют переход наследственного имущества и одновременно ограничивают право государства на выморочное наследство, не имеют силы.

В случае, если нет законных наследников и все имущество завещано Российской Федерации, она, конечно, вправе отказаться от него, как и всякий другой наследник, но в таком случае наследство станет выморочным и уже в порядке наследования по закону перейдет в собственность Российской Федерации, а входящее в его состав жилое помещение — в собственность соответствующего муниципального образования (города федерального значения). Публичные образования, к которым выморочное наследство переходит в порядке наследования по закону, не будучи наследниками, не могут быть недостойными в смысле ст. 1117 ГК. Приобретение публичными образованиями выморочного наследства в порядке наследования по закону, находясь за рамками двух общих оснований наследования (ст. 1111 ГК), осуществляется по особому основанию посмертного перехода имущества — выморочности. Дело в том, что согласно п. 1 ст. 1110 ГК наследование — переход имущества умершего к другому лицу (лицам) в порядке универсального правопреемства, т. е. в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное, но как раз иное нередко характерно для случаев перехода выморочного наследства в связи с особенностями публичного образования как субъекта гражданского права. Приведем три наиболее иллюстрирующих сказанное примера. 1. Доля участия в полном товариществе (пай в кооперативе) согласно абз. 2 п. 2 ст. 48 ГК представляет собой обязательственное право и может наследоваться с учетом специальных правил п. 1 ст. 76, п. 2 ст. 78, п. 4 ст. 111, п. 1 ст. 1176, ст. 1177 ГК. Однако при выморочности наследства, остающегося после смерти полного товарища (члена кооператива), публичное образование не имеет права на долю участия (пай), т. к. не может быть членом таких организаций в принципе (см. п. 4 ст. 66, п. 1 ст. 107, п. 1 ст. 116 ГК), поэтому вместо доли (пая) оно во всяком случае приобретает право на получение денежной (натуральной) компенсации <10>. ——————————— <10> Еще в 1997 г. Л. И. Корчевская связывала особенности наследования после смерти участника коммерческой организации с конструкцией самой организации и принципами участия в ней, подчеркивая, что полное (т. е. универсальное) наследственное преемство в правах и обязанностях наследодателя наступает не всегда. Так, в организации, являющейся «объединением лиц» (в хозяйственных товариществах и производственных кооперативах), как правило, имеет место неполное наследственное преемство (наследуется право на стоимость доли, пая или на получение соответствующей части имущества организации); напротив, в организации, являющейся «объединением капиталов» (в хозяйственных обществах), как правило, имеет место полное наследственное преемство (наследуется сама доля участия) (см.: Корчевская Л. И. Объекты наследственного преемства в условиях экономических преобразований: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1997. С. 6 — 7, 18 — 19). Во имя соблюдения прав участников хозяйственных товариществ и обществ предлагалось во всяком случае не включать наследника в состав хозяйственного товарищества (общества), а ограничиваться выплатой ему денежной компенсации (см.: Кравчук А. Г. Правовая судьба наследственного имущества: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 18).

2. Принадлежащее наследодателю исключительное право на результат интеллектуальной деятельности (п. 1 ст. 1225 ГК), будучи имущественным (ст. 1226 ГК), включается в состав его наследства и наследуется на общих основаниях (ст. 1112, 1241 ГК). Это относится и к случаям наследования по закону (гражданами), и к случаям наследования по завещанию (гражданами, юридическими лицами, публичными образованиями). Иное дело — исключительное право в составе выморочного наследства. Правило ч. 1 ст. 6957 Свода законов гражданских (том X, часть 1 Свода законов Российской империи) предусматривало, что если автор не распорядился при жизни своим авторским правом и после него не осталось наследников, то авторское право прекращается со дня смерти автора. Позднее это же прямо предусматривала ст. 12 Постановления об авторском праве 1928 г. <11>. Более того, в середине прошлого века высказывалось мнение, будто бы государство не наследует авторские права вообще, в принципе. «Государство, — считал В. М. Гордон, — в порядке наследования авторских прав не приобретает. Переход к наследникам автора его имущественных прав обозначает сохранение в пользу наследников системы вознаграждения за использование результатов работы автора. Если авторское право оказывается в руках социалистического государства, а значит, всего общества, то отпадает всякая необходимость в сохранении этой системы вознаграждения. Личные же права автора после его смерти, при отсутствии наследников, органы государства охраняют в качестве представителей власти, а не в качестве носителей авторского права. Поэтому смерть автора, не оставившего после себя наследников, приводит не к переходу авторских прав к государству, а к прекращению существования авторского права» <12>. Именно эта позиция позднее легла в основу правила ч. 4 ст. 552 ГК РСФСР 1964 г., согласно которому авторское право прекращается как в тех случаях, когда государство наследует по завещанию (см. подп. 1 ч. 1 ст. 552 ГК РСФСР 1964 г.), так и в других предусмотренных законом случаях (см. подп. 2 — 4 ч. 1, а также ч. 2, 3 ст. 552 ГК РСФСР 1964 г.). Согласно п. 2 ст. 1283 ГК в случаях, предусмотренных ст. 1151 ГК, входящее в состав наследства исключительное право на произведение прекращается, а произведение переходит в общественное достояние. Это же касается и исполнения (см. п. 4 ст. 1318 ГК). ——————————— <11> Антимонов Б. С., Флейшиц Е. А. Авторское право. М., 1957. С. 152. <12> Гордон М. В. Советское авторское право. М., 1955. С. 74.

3. По общему правилу в случае отказа от наследства (непринятия наследства), обремененного завещательным отказом (легатом — ст. 1137 ГК), доля отпавшего наследника переходит к другим наследникам, которые обязаны исполнить легат (ст. 1140 ГК). Если по различным обстоятельствам отпали все наследники, выморочное наследство в соответствии со ст. 1151 ГК переходит к публичному образованию. На вопрос, обязано ли последнее в соответствии со ст. 1140 ГК исполнить легат и возникает ли у легатария право требования, следует ответить отрицательно, а легат de lege lata — признать отпавшим. В отличие от наследников как по закону, так и по завещанию, которые вправе отказаться от принятия наследства, а в случае его обременения легатом — и от исполнения легата, отказ публичных образований от выморочного наследства не допускается (абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК), следовательно, казалось бы, исключается и отказ от исполнения легата. Однако в обсуждаемом случае правила ст. 1140 ГК неприменимы ввиду отсутствия одного из элементов гипотезы нормы — перехода наследственного имущества отпавшего наследника (наследников) к другим наследникам. Переход выморочного наследства к публичному образованию осуществляется по закону. Во избежание разночтения (различного толкования) правило об отпадении легата в случае выморочности наследства следовало бы прямо закрепить в ст. 1140 ГК. Наряду с мнением об отпадении легатов и возложений при выморочности наследства <13> известно и другое мнение <14>. ——————————— <13> Хаскельберг Б. Л. Правоотношение из завещательного отказа и его элементы // Гражданское право: Избр. труды. Томск, 2008. С. 403; Щербина Н. В. Указ. автореф. дис. С. 30. <14> Иоффе О. С. Советское гражданское право (курс лекций). Л., 1965. Т. III. С. 328; Советское гражданское право: В 2 т. / Под ред. О. С. Иоффе, Ю. К. Толстого, Б. Б. Черепахина. Л., 1971. Т. 2. С. 514 — 515 (автор — Е. А. Поссе); Котухова М. В. Гражданско-правовое регулирование отношений с выморочным имуществом в наследственном праве Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 22.

Переход выморочного наследства к публичному образованию в порядке наследования по закону, будучи обязательным, представляет собой исключительный, а потому «резервный» механизм определения судьбы наследства. В этом он сопоставим с институтом приобретательной давности — «резервным» способом приобретения права частной собственности (ст. 234 ГК). Так как переход выморочного наследства к публичному образованию — последнее правовое средство определения судьбы наследства, вывод о выморочности наследства должен сопровождаться исключением всех прочих («лучших», а потому блокирующих, «парализующих» данное состояние) наследственно-правовых институтов и механизмов. Так, следует исключить: a) всех возможных для данного случая наследников (по завещанию и по закону, включая зачатых при жизни и к моменту открытия наследства еще не родившихся, а также субститутов и представляющих наследников — абз. 1 п. 1 ст. 1116, п. 2 ст. 1121, ст. 1142 — 1146, 1148 ГК); b) трансмиссаров (ст. 1156 ГК); c) право приращения (ст. 1161 ГК). Необходимо помнить и о некоторых других блокирующих выморочность правилах: недостойное поведение наследника исключает возможность наследования им по закону (что само по себе способно обусловить выморочность наследства), однако если наследодатель «прощает» такого наследника и назначает его наследником по завещанию (см. п. 1, 2 ст. 1117 ГК), он может наследовать, а выморочность блокируется. Обусловить выморочность наследства при определенных условиях может распоряжение наследодателя об отмене завещания (п. 4 ст. 1130 ГК), а также недействительность завещания (ст. 1131 ГК), однако при наличии более раннего завещания наследование осуществляется согласно этому — более раннему — завещанию, которое «активируется» вместе с отменой или недействительностью последующего завещания, тем самым блокируя возможную выморочность наследства (п. 3, 4 ст. 1130 ГК). Выморочность наследства блокирует и безвестное отсутствие наследника (ст. 42 ГК), т. к. в этом случае не могут наследовать ни субституты (п. 2 ст. 1121 ГК), ни представляющие наследники (ст. 1146 ГК), ни трансмиссары (ст. 1156 ГК) <15>. Если безвестно отсутствующий наследник не принял наследство потому, что не знал и не должен был знать о его открытии или пропустил установленный законом срок на принятие наследства по уважительной причине, суд при последующем обращении такого наследника может восстановить пропущенный им срок для принятия наследства (п. 1 ст. 1155 ГК). Таким образом, вывод о выморочности наследства должен стать результатом тщательного анализа всех обстоятельств дела и не всегда может быть окончательным (бесповоротным). ——————————— <15> Известно предложение считать пропавшего без вести гражданина до момента объявления его умершим находящимся в живых и, презюмируя его согласие, принявшим наследство, а право на подачу заявления в суд с требованием признать данного гражданина принявшим наследство — предоставить его потенциальным законным наследникам, которые могут быть призваны к наследованию в случае последующего объявления его умершим (см.: Кожевина Е. В. Наследственное правопреемство: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 8 — 9, 17 — 18). В то же время резерв п. 2 ст. 1121 ГК (а именно использование в нем словосочетания «либо не примет наследство по другим причинам») позволяет завещателю предусмотреть, что подназначенный наследник (субститут) наследует, если основной наследник (по завещанию или по закону) не принял наследство как раз по причине безвестного отсутствия.

Наряду с многочисленными блокирующими выморочность наследства правилами есть и такие, которые действуют «в обратном направлении» и способны «активировать» выморочность наследства. Приведем следующие три примера. 1. Невозможность наследования коммориентами друг после друга (п. 2 ст. 1114 ГК) обусловливает выморочность имущества того из них, у которого нет других наследников, кроме умершего с ним в один день. 2. Согласно п. 2 ст. 1118 ГК завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения полной дееспособностью. В случае смерти гражданина, недееспособного или дееспособность которого ограничена, и отсутствия у него законных наследников или отпадения последних его имущество становится выморочным и переходит к публичному образованию. 3. Представляющие наследники (см. п. 2 ст. 1142, п. 2 ст. 1143, п. 2 ст. 1144 ГК) призываются к наследованию лишь в случае, если представляемый наследник умер до открытия наследства или одновременно с наследодателем (п. 1 ст. 1146 ГК). Поскольку никаких других случаев наследования по праву представления не существует, если предположить, что наследодатель при жизни не оставил завещания, а после смерти его сын, единственный законный наследник, от наследства отказался, внук наследодателя, хотя и является ближайшим его родственником, не наследует, следовательно, наследство является выморочным и переходит к публичному образованию. Для исключения подобных парадоксальных ситуаций обоснованно предлагается наделить представляющих наследников правом наследования не только в случае смерти представляемого наследника, но и в случае его безадресного (ненаправленного) отказа от наследства <16>. ——————————— <16> Шилохвост О. Ю. Проблемы правового регулирования наследования по закону в современном гражданском праве России: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. С. 17, 39 — 40.

/»Наследственное право», 2012, N 3/

В настоящей части статьи дан сравнительный анализ категорий выморочного наследства и бесхозяйного имущества. В контексте анализа общих норм о наследовании авторы определяют правовую природу перехода выморочного наследства к публичному образованию.

Ключевые слова: наследование, наследственное право, наследство, выморочное имущество, бесхозяйное имущество.

In this part of the article the comparative analysis of categories of the escheat and vacant property. In the context of the analysis of the general norms of the inheritance of the authors define the legal nature of the transition of the escheat to the public formations.

Key words: succession, inheritance law, inheritance, the escheat, vacant property.

§ 5. Выморочность наследства и бесхозяйность вещей

Выморочность наследства — определенное юридическое положение имущества умершего, у которого нет правопреемников. Переход выморочного наследства к публичному образованию исключает его бесхозяйность, что и составляет основную функцию данного института. Различие между явлениями выморочности и бесхозяйности и соотношение между ними состоит в следующем. (1) Состояние бесхозяйности относится только к вещам, является конструкцией вещного права, нормы о бесхозяйности расположены в первой части ГК РФ (гл. 14 «Приобретение права собственности»). Приобретение права на бесхозяйные вещи относится к первоначальным способам приобретения права собственности. Напротив, состояние выморочности относится к наследству в целом, в состав которого входят не только вещи; является конструкцией наследственного права, нормы о выморочности расположены в третьей части ГК РФ (гл. 63 «Наследование по закону»). Примечательно, что в названии ст. 1151 ГК РФ, а также в ее п. 1 говорится об имуществе, а в правилах п. 2 и 3 — о выморочных вещах, из которых одни переходят в собственность Российской Федерации с последующей передачей в собственность ее субъектов или в муниципальную собственность, другие — непосредственно в муниципальную собственность или в собственность городов федерального значения. Судьба прочего (невещного) выморочного имущества определяется вне рамок ст. 1151 ГК РФ (п. 2 ст. 1283 ГК) или и вовсе остается открытой. Приобретение права на выморочное наследство является резервным институтом наследственного права и относится не к первоначальным, а к производным способам приобретения прав и обязанностей, особенность которого состоит в том, что в составе выморочного наследства к публичному образованию переходят права, а также обязанности умершего гражданина и не переходят те обязанности, которые при ином раскладе должен был бы выполнять наследник по завещанию или по закону — легаты и возложения. (2) Бесхозяйной согласно п. 1 ст. 225 ГК РФ является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался <1>. Для приобретения права на бесхозяйную вещь путем ее захвата (оккупации) принципиальное значение имеет деление вещей на движимые и недвижимые. Согласно п. 2 ст. 225 ГК РФ право собственности на бесхозяйные движимые вещи приобретается по правилам ст. 226 ГК РФ «Движимые вещи, от которых собственник отказался», ст. 227 «Находка» и 228, ст. 230 «Безнадзорные животные» и 231, ст. 233 «Клад», и только при невозможности их применения — в силу ст. 234 ГК РФ «Приобретательная давность». Право собственности на бесхозяйную недвижимую вещь (независимо от того, идет ли речь о жилом помещении или иной недвижимости) приобретается согласно правилам п. 3, 4 ст. 225 ГК РФ. ——————————— <1> Легальное определение понятия «бесхозяйная вещь», по мнению М. Г. Масевич, требует уточнения. «Понятие бесхозяйной вещи, — пишет она, — имеет практическое значение для случаев, когда по закону эти вещи могут путем завладения быть обращены в собственность любых лиц». Отсюда вещи, которые не имеют собственника, могут считаться бесхозяйными при двух условиях: a) если собственник раньше был и b) отказался от вещи. Вещи, собственник которых неизвестен, на основании закона меняют собственника, до этого момента такие вещи (как правило, они могут быть виндицированы) уже находятся в фактическом владении определенного лица, а значит, не могут быть законно присвоены другими лицами (см. подр.: Масевич М. Г. Основания приобретения права собственности на бесхозяйные вещи // Проблемы современного гражданского права / Под ред. В. Н. Литовкина, В. А. Рахмиловича. М., 2000. С. 175 — 176).

Оккупация бесхозяйных вещей возможна любым лицом. Обычно такие вещи приобретаются в частную собственность, включая «резервные» случаи применения ст. 234 ГК РФ (п. 2, абз. 3 п. 3, абз. 3 п. 4 ст. 225 ГК РФ), однако в отдельных случаях закон все же отдает «предпочтение» публичной собственности — муниципальной (абз. 2 п. 3 ст. 225, п. 2 ст. 228, абз. 2 п. 1 ст. 231 ГК РФ) или городов федерального значения (абз. 2 п. 4 ст. 225 ГК РФ). Приобретение права на бесхозяйные вещи является добровольным, и только органы местного самоуправления (государственные органы) в силу императивности норм права, регулирующих соответствующие ситуации (п. 2 ст. 228, абз. 2 п. 1 ст. 231, абз. 1 п. 2 ст. 233 ГК РФ), не вправе отказываться от бесхозяйных вещей. Напротив, приобретение права на открывшееся наследство по основанию его выморочности связывается с эффектом выморочности. Право на выморочное наследство переходит к Российской Федерации, и только право на выморочные жилые помещения — к городам федерального значения или муниципальным образованиям (п. 2 ст. 1152 ГК РФ). Указанные публичные образования приобретают право на выморочное наследство в любом случае (абз. 2 п. 1 ст. 1152 ГК РФ), не могут отказаться ни от наследства (абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК РФ), ни от возникшего права на выморочную вещь. Согласно ст. 236 ГК РФ отказаться от права собственности могут только граждане и юридические лица. Приобретение права на выморочное наследство подчинено принципу ex tunk, относится ко дню открытия наследства (п. 4 ст. 1152 ГК РФ). (3) Приобретение права на выморочную вещь в отличие от оккупации бесхозяйной вещи не связано ни с истечением определенного срока (ср. абз. 2 п. 3, абз. 2 п. 4 ст. 225, п. 1 ст. 228, п. 1 ст. 231 ГК РФ), а также давностного владения (п. 2, абз. 3 п. 3 и абз. 3 п. 4 ст. 225 ГК РФ), ни с принятием судебного акта о признании имущества выморочным (ср. абз. 2 п. 3, абз. 2 п. 4 ст. 225, абз. 2 п. 2 ст. 226 ГК РФ). (4) Поскольку вещи, не имеющие собственника, о которых упоминается в п. 1 ст. 225 ГК РФ, — это нередко вещи, входящие в состав выморочного наследства, то очевидно следующее. (a) Признание вещи, у которой нет собственника, бесхозяйной и ее оккупация возможны, если данная вещь не входит и не входила в состав выморочного наследства и по этой причине не перешла к публичному образованию согласно правилам абз. 2 п. 1 и п. 4 ст. 1152 ГК РФ. Так, например, бесхозяйной вещью, у которой нет собственника (п. 1 ст. 225 ГК РФ), может оказаться вещь, оставшаяся после ликвидации юридического лица и не перешедшая к другим лицам, управомоченным на получение такого остаточного имущества (п. 7 ст. 63 ГК РФ). Учитывая сказанное, состояние бесхозяйности вещей обычно связывается не с той ситуацией, когда у вещи нет собственника, а с двумя другими — когда собственник вещи неизвестен или отказался от своего права на вещь. (b) Оккупация бесхозяйной вещи — еще более отдаленный, резервный в еще большей степени способ приобретения права по сравнению с приобретением права (на вещь) на основании выморочности наследства. В самом деле выморочное наследство переходит к соответствующему публичному образованию автоматически (абз. 2 п. 1 ст. 1152 ГК РФ) и в обязательном порядке (абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК РФ), однако далеко не всегда представляет для него интерес: выморочное наследство может быть представлено малоценным изношенным имуществом, тем не менее переходит в собственность Российской Федерации. Нельзя исключать, что публичное образование в лице компетентных государственных органов попросту не захочет «знать» о существовании такого выморочного наследства и связываться с определением входящего в его состав имущества, не обратится к нотариусу за получением свидетельства, одновременно не проявят в этом вопросе инициативы и другие компетентные органы (внутренних дел, жилищные, нотариальные и т. п.) и должностные лица. В результате выморочное наследство, de jure автоматически перешедшее к публичному образованию, de facto окажется «брошенным на произвол судьбы», а значит, рано или поздно будет оккупировано третьими лицами (соседями, случайными гражданами, лицами без определенного места жительства и т. п.). В одном случае оно может поступить в их незаконное владение с отдаленной перспективой трансформации в право собственности в силу ст. 234 ГК РФ; в другом — с утратой индивидуализирующих свойств (смешении, обезличении) — в соответствующий момент образует неосновательное обогащение. Неслучайно, что для легализации этой, а также других возможных ситуаций, связанных с выморочным наследством, в рамках правила абз. 2 п. 1 ст. 1157 ГК РФ в литературе предлагается сформулировать исключения. «Приобретение выморочного наследства, — пишет Е. В. Кожевина, — нецелесообразно, во-первых, тогда, когда оно малоценно. Оставшиеся после смерти гражданина вещи (поношенная одежда, посуда и т. д.), незначительные по стоимости, можно причислить к вещам бесхозяйным и допустить завладение ими любым желающим. Даже если государство принимает выморочное имущество, оно не заинтересовано в приобретении перечисленных вещей, и в этом случае указанные вещи можно отнести к бесхозяйным. Во-вторых, если наследство обременено большими долгами, размер которых превышает актив, следует открывать конкурсное производство в отношении имущества умершего, аналогично тому, как при банкротстве гражданина. В-третьих, если наследство обременено большими долгами (например, в его состав входит небольшое убыточное предприятие), необходимо разработать правовой механизм, позволяющий государству продавать наследство как единое целое с тем, чтобы покупатель стал универсальным правопреемником наследодателя» <2>. ——————————— <2> Кожевина Е. В. Наследственное правопреемство: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 10, 20.

М. В. Котухова считает целесообразным установить в законе право завещателя лишить публичное образование (как и всякого другого наследника) наследства, а также срок для принятия выморочного наследства и возможность отказа от его принятия. В случае лишения публичного образования наследства, пропуска срока для принятия выморочного наследства, а также отказа от него выморочное наследство должно переходить в категорию бесхозяйного <3>. ——————————— <3> Котухова М. В. Гражданско-правовое регулирование отношений с выморочным имуществом в наследственном праве Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 12 — 13, 22.

Сказанным не исчерпывается вопрос о соотношении между явлениями (состояниями) выморочности и бесхозяйности. Дело в том, что каждое из этих состояний в той или иной мере используется при определении природы перехода наследства в отсутствие наследников к публичному образованию. Этому вопросу особо посвящен следующий параграф.

§ 6. Правовая природа перехода выморочного наследства к публичному образованию

Проблема определения судьбы выморочного наследства состоит не в решении вопроса о том, подлежит или не подлежит такое имущество переходу к публичным образованиям по закону, а в том, на чем основан такой переход, по какому праву он осуществляется и каково существо этого права. В раннем римском праве выморочное наследство (bona vacantia) считалось ничьим (бесхозяйным) и могло быть захвачено (оккупировано) любым желающим. В период принципата право на выморочное наследство переходило к государству (фиску). Фиск приобретал выморочное наследство ipso jure, однако, если выморочное наследство оказывалось несостоятельным, фиск считался не принявшим его, а над наследством открывалось конкурсное производство. Фиск, принявший выморочное наследство, становился в положение, аналогичное положению наследника с той особенностью, что за входящие в состав наследства долги он отвечал в размере актива наследственной массы. Даже если завещание утратило силу, в частности, потому, что все указанные в нем наследники умерли раньше завещателя или не приняли наследства, то есть стало testamentum destitutum, он должен был выполнять назначенные в нем легаты и фидеикомиссы. Ю. Барон, ссылаясь на римские источники, писал, что фиск мог принять bona vacantia или отречься от него: в первом случае фиск становился универсальным преемником, а потому, хотя и не являлся наследником, но будучи в том же положении, что и наследник, отвечал за долги не только в размере наследства, но и за этим пределом; во втором — над наследством открывался конкурс. Фиск, продавший имущество из состава перешедшего к нему выморочного наследства, освобождался от всякой ответственности, его место занимал покупатель данного имущества. Право фиска на выморочное наследство погашалось истечением четырехлетней давности. В период домината право фиска на выморочное наследство стало ограничиваться преимущественным правом ряда организаций (в частности, муниципального сената, церкви или монастыря, легиона или эскадрона, если умерший был декурионом, священником, монахом, военным) <4>. ——————————— <4> См.: Барон Ю. Система римского гражданского права. СПб., 2005. С. 1002 — 1003. См. также: Хвостов В. М. Система римского права. М., 1996. С. 453, 460; Новицкий И. Б. Основы римского гражданского права. М., 2000. С. 238; Суворов Н. С. Об юридических лицах по римскому праву. М., 2000. С. 260 и сл.

Определение правовой природы перехода выморочного наследства к публичным образованиям представляет теоретический и практический интерес, в особенности в наследственных правоотношениях с участием иностранного элемента, когда наследство открывается на территории одного государства, а наследодателем является гражданин другого государства. Государство, гражданином которого является наследодатель, естественно, заинтересовано в том, чтобы выморочное наследство перешло в его собственность, но аналогичный интерес, надо полагать, имеет и государство, на территории которого данное наследство находится. «Прежде, — подчеркивал Ю. Барон, — было очень распространено мнение, по которому фиск собственно не есть универсальный преемник умершего, а только привилегированный оккупант наследственных вещей (в силу права верховенства) и, стало быть, только сингулярный преемник умершего (выделено нами. — Б. Х., В. Р.); отсюда, далее, выводили то следствие, что если части наследства находятся в различных территориях, то ими может овладевать фиск каждой отдельной территории. Это мнение противоречит ясным определениям источников; его следствие надо отвергнуть и, напротив, утверждать, что все наследство достается фиску местожительства наследодателя» <5>. ——————————— <5> Барон Ю. Указ. соч. С. 1003. См. также: Суворов Н. С. Указ. соч. С. 261.

«Если считать, — писал в советское время М. В. Гордон, — что наследственное имущество переходит к государству в качестве выморочного, то это имущество должно перейти к тому государству, на территории которого оно находится в момент открытия наследства. Получение государством имущества явится в таком случае актом государственного верховенства. Если же имущество переходит к государству в порядке наследования, то имущество должно перейти к тому государству, чьим гражданином был наследодатель в момент своей смерти (выделено нами. — Б. Х., В. Р.)» <6>. ——————————— <6> Гордон М. В. Наследование по закону и по завещанию. М., 1967. С. 35.

В литературе принято выделять две основные системы определения судьбы выморочного наследства — более распространенную систему наследования и систему оккупации. Принципиальное различие между ними покоится на различии оснований (титула) перехода выморочного наследства к государству. В странах, в которых выморочное наследство переходит к государству по праву наследования (данная система действует в Германии, Испании, Италии, Швейцарии и других государствах), правопорядок признает, что в случае отсутствия наследников у наследства есть собственник, его приобретение поэтому является производным, имеет место универсальное правопреемство в правах и обязанностях наследодателя, а также правопреемник, обязанный удовлетворять требования кредиторов наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследства. Так, в § 1936 Германского гражданского уложения (далее — ГГУ) «Право казны на наследование по закону» указывается: «1. Если на момент открытия наследства у наследодателя не осталось ни родственника, ни партнера или супруга, то наследником по закону является казна земли, в которой наследодатель проживал на момент смерти. Если наследодатель проживал в нескольких землях, казна каждой из земель призывается к наследованию в равных долях. 2. Если наследодатель был немцем, но не проживал ни в одной из земель, то наследником по закону является казна Федерации». Согласно § 1964 ГГУ невозможность выявить наследника в течение разумного срока, установленного исходя из обстоятельств, является основанием для судебного установления факта отсутствия наследника (п. 1), соответствующее определение суда — основание для презумпции, что наследником по закону является казна (п. 2). За отсутствием в § 1967 ГГУ иного всякий наследник, в том числе наследующая по закону казна, отвечает по обязательствам наследства (п. 1), включая непосредственные долги наследодателя, а также обязательства, затрагивающие наследника как такового (в частности, связанные с легатами и возложениями). Согласно п. 2 § 1942 ГГУ «казна не может отказаться от наследства, перешедшего к ней по закону», будучи необходимым наследником, она не может отстраняться от наследования ни как недостойный наследник (см. § 2344 ГГУ), ни завещанием наследодателя (такое завещание ничтожно — § 134 ГГУ) вследствие нарушения против легального запрета <7>. Таким образом, невозможно предотвратить факт наследования государством по закону. Государство — последний наследник по закону. Этим исключается ситуация, когда наследство лишено наследника <8>. ——————————— <7> Brox H. Erbrecht. 20. Auflage. Carl Heymanns Verlag. Keln, Berlin, Bonn, Munchen, 2003. S. 53. <8> Ibid. S. 54.

Согласно ст. 565 «Категории наследующих» ГК Италии «при наследовании по закону наследство переходит… и к государству в порядке и в соответствии с правилами, установленными в настоящем титуле» (то есть в тит. II «О наследовании по закону»). Согласно ст. 586 «Приобретение имущества государством» ГК Италии (гл. III «О наследовании государством») «при отсутствии других наследников (ст. 459, 472) наследство переходит к государству. Приобретение происходит ipso jure, без необходимости принятия [наследства] и не может иметь место отказ [от наследства]». При переходе выморочного наследства к государству по праву оккупации или завладения по праву территориального верховенства, осуществляемого сувереном, на территории которого открылось наследство (к этой системе традиционно относят Англию, Австрию, США, Францию <9>), правопорядок признает, что в условиях отсутствия наследников у наследства нет собственника, его приобретение поэтому является первоначальным, а значит, нет ни универсального правопреемства, ни правопреемника, обязанного удовлетворять требования кредиторов наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследства. По английскому (прецедентному) праву если не окажется ни одного из наследников, то все оставшееся незавещанное имущество переходит к короне, как bona vacantia (выморочное имущество) <10>. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник М. М. Богуславского «Международное частное право» включен в информационный банк согласно публикации — Юристъ, 2005 (5-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— <9> Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть. М., 1975. С. 437; Богуславский М. М. Международное частное право. М., 1989. С. 300; Международное частное право / Отв. ред. О. Н. Садиков. М., 1984. С. 246 (автор — Н. И. Марышева); Гражданское и торговое право капиталистических государств / Под ред. Е. А. Васильева. М., 1993. С. 544 — 545 (авторы — А. И. Яфаев, А. А. Костин); Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. А. Л. Маковского, Е. А. Суханова. М., 2002. С. 197 (автор — А. А. Рубанов); Наследственное право / Под ред. К. Б. Ярошенко. М., 2005. С. 391 (автор — В. П. Звеков); Гонгало Ю. Б. Юридико-фактические основания динамики наследственного правоотношения (сравнительное исследование права России и Франции): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2009. С. 17. <10> Дженкс Э. Английское право. М., 1947. С. 247.

«Государство, — говорится в одном из учебников по французскому гражданскому праву, — не является наследником. В случае, когда оно принимает наследство наследодателя, у которого нет ни семьи, ни наследника (или же все члены семьи или наследники отказываются от наследства), государство выступает не в качестве наследника, но в качестве высшей инстанции (с целью не оставить имущество бесхозным, а права — без обладателя) (выделено нами. — Б. Х., В. Р.)» <11>. В ГК Франции, в отличие от ГГУ, в котором основание перехода выморочного наследства к публичным образованиям предельно четко формулирует § 1936, нет не только нормы подобного содержания, но и вообще правила, прямо определяющего основание перехода выморочного наследства в собственность государства. В ст. 811 ГК Франции (кн. III «О различных способах приобретения права собственности», тит. I «О наследовании», гл. V «О принятии наследства и об отказе от наследства», разд. IV «О выморочном наследственном имуществе») говорится следующее: «Когда по истечении сроков, предоставленных для составления описи и обдумывания решения о принятии наследства, на наследственное имущество никто не предъявит требований и когда не окажется известных наследников или когда известные наследники от него отказались, такое наследственное имущество считается выморочным». Судьбу выморочного наследства определяют другие статьи ГК Франции: «Имущество лиц, которые умирают, не оставив наследников, или наследники которых от него отказались, принадлежит государству» (ст. 539); «В отсутствие наследников наследство переходит к государству» (ст. 768). Здесь необходимо сделать два важных дополнения. ——————————— <11> Вуарен П., Губо Ж. Гражданское право. Частное нотариальное право. Режимы имущественных отношений между супругами. Наследование по закону — безвозмездные сделки (завещание, дарение). М., 2007. Т. 2. С. 150.

(a) Закон N 2004-809 от 13 августа 2004 г. существенно изменил правило ст. 539, а также ст. 713 ГК Франции. «Любое невостребованное и бесхозяйное имущество, а также то, что принадлежит умершим, которые не оставили наследников, или наследники которых от него отказались, — говорилось в первоначальной редакции ст. 539, — является публичной собственностью государства». «Имущество лиц, которые умирают, не оставив наследников, или наследники которых от него отказались, — говорится в новой редакции ст. 539, — принадлежит государству». «Бесхозяйное имущество, — по ст. 713 в первоначальной редакции, — принадлежит государству». «Бесхозяйное имущество, — говорится в новой редакции ст. 713, — принадлежит коммуне, на территории которой оно находится. Однако право собственности на него переходит к государству в силу закона, если коммуна откажется реализовать свои права». Таким образом, если согласно первоначальной редакции ст. 539 ГК Франции выморочное наследство и в самом деле приравнивалось к бесхозяйному имуществу, то сегодня Кодекс от этого отказался, и если первоначально и бесхозяйное имущество и выморочное наследство принадлежали государству, то сегодня приобретение права на бесхозяйное имущество отличается от приобретения права на выморочное наследство: приоритетное право на бесхозяйное имущество получила коммуна, напротив, выморочное наследство во всяком случае принадлежало и принадлежит государству. Примечательно, что упоминавшаяся выше ст. 768 ГК Франции по своему существу не изменилась (ср.: «В отсутствие пережившего супруга, — говорилось в ст. 768 до вступления в силу Ордонанса N 58-1307 от 23 декабря 1958 г., — наследство переходит к Республике»; «В отсутствие наследников, — говорится в ст. 768 в редакции вышеназванного Ордонанса, — наследство переходит к государству»). (b) Согласно ст. 812, 813 ГК Франции по просьбе заинтересованных лиц или по требованию прокурора Республики суд назначает попечителя выморочного наследства, в обязанности которого входит определение состояния наследственного имущества путем составления описи, а также осуществление прав и предъявление исков, выступление в качестве ответчика по искам в отношении данного имущества, управление этим имуществом, исполнение обязанности внести денежные средства из состава наследства, а также вырученные от продажи прочего наследственного имущества в кассу сборщика непрямых королевских [национальных] налогов. Но если бы государство и в самом деле приобретало выморочное наследство как бесхозяйное имущество (а не наследовало бы его), то имело бы место первоначальное (а не производное) его приобретение, следовательно, не приходилось бы говорить ни об исках в отношении выморочного наследства, ни об исполнении за его счет финансовых обязанностей. Из приведенного видно, что в ГК Франции прямо не закреплена ни система оккупации, ни система наследования; легальное (формальное) противопоставление друг другу бесхозяйности и выморочности, а также наличие у выморочного наследства обременений в виде возможных исков и финансовых обязательств не подтверждают по ГК Франции систему оккупации в чистом виде. Такую неопределенность только усиливают известные случаи, когда судьба выморочного наследства связывается не с «наследованием», а с «как бы наследованием». В ГК Квебека в книге третьей «О наследовании», титуле третьем «О переходе наследства по закону» есть специальная глава шестая «О правах государства». Понятие «выморочное наследство» здесь не употребляется, однако если после наследодателя не осталось наследников либо все наследники по разным причинам отпали, то «наследственное имущество, которое находится в Квебеке, переходит в силу закона к государству» (ст. 696). Далее указывается на то, что «государство не является наследником; однако оно получает как наследник (выделено нами. — Б. Х., В. Р.) имущество наследодателя… Государство не отвечает по обязательствам наследодателя сверх стоимости полученного им имущества» (ст. 697). Сходной формулировке «как наследник» можно признать формулировку «в порядке наследования по закону» в п. 2, 3 ст. 1151 ГК РФ. Дореволюционное российское законодательство не содержало определенных указаний о праве, по которому выморочное наследство переходило к государственной казне (ст. 1167 Свода законов гражданских, далее — СЗГ) и не определяло основание его перехода к различным ведомствам в зависимости от статуса наследодателя (ст. 1168 — 1174 СЗГ). Вместе с тем устанавливалось, что «казна и прочие места и ведомства, принявшие наследство в выморочных имуществах, не изъемлются от обязанности удовлетворять долги, на тех имениях лежащие, и вообще ответствовать в исках порядком, законами установленным» (ст. 1263 СЗГ). Несмотря на это, в доктрине преобладало мнение о том, что переход выморочного наследства осуществляется не по праву наследования. Основанием права законного наследования, писал Д. И. Мейер, служит кровное родство. Правда, отчасти и другие лица непосредственно самим законом призываются к открывшемуся наследству, например государство наследует имущества выморочные, однако право государства на выморочные имущества только по фактическому своему назначению, по результату представляется правом наследования. Законодательство, указывал автор, определяет порядок наследования в имуществах выморочных. Но если казна получает выморочные имущества, то это не значит еще, что ей принадлежит право наследования по ним: имущества выморочные оказываются бесхозяйными, ничьими, а таковые принадлежат государству; и вот казна получает имущества выморочные как бесхозяйные, а не по праву наследования. Само же выражение «наследование в имуществах выморочных» содержит в себе противоречие: выморочным именно и называется такое имущество, по которому нет наследника или по крайней мере все равно, что нет, например, когда он отказывается от наследства. В практическом отношении, подчеркивал Д. И. Мейер далее, быть может, и все равно, считать ли право государства на выморочные имущества правом наследования или рассматривать его только как право на имущества бесхозяйные. Но по одному практическому результату нет возможности определять существо юридического учреждения, а нужно обращать внимание на саму идею, присущую учреждению. Так и оказывается относительно права казны на выморочные имущества. «Например, наследники по общему правилу уплачивают все долги наследодателя независимо от того, достаточно или недостаточно наследства для их покрытия; казна, отдельные ее ведомства и общества уплачивают долги наследодателя, насколько хватает его имущества, но не отвечают своими средствами, потому что не наследуют, а приобретают столько, насколько имущество превышает долги, т. е. насколько оно действительно существует» <12>. ——————————— <12> Мейер Д. И. Русское гражданское право: В 2-х ч. М., 1997. Ч. 2. С. 429, 441 — 443.

«За неимением наследников, — писал Г. Ф. Шершеневич, — имущество поступает к государству. Закон наш называет и этот переход имущества наследованием. Однако едва ли можно признать за государством наследственное право на имущество его граждан… Оставляя в стороне спорный вопрос о возможности для государства быть субъектом частноправовых отношений, мы должны признать существенное отличие такого перехода, в противоположность настоящему наследованию, в том, что государство не отвечает по обязательствам наследодателя, как это делает принявший наследник, потому что в десятилетний срок (ст. 1162 СЗГ. — Б. Х., В. Р.) погашаются уже все долги наследодателя. К нему (то есть к государству. — Б. Х., В. Р.) поступают только оставшиеся бесхозяйные вещи, но не имущество, и то по удовлетворении из их ценности всех долгов наследодателя» <13>. ——————————— <13> Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995. С. 510.

По утверждению В. И. Синайского, «а) казна и прочие места и ведомства наследуют б) в выморочных имуществах (ст. 1263, спорно)» <14>. ——————————— <14> Синайский В. И. Русское гражданское право. М., 2002. С. 579.

Развитие советского законодательства шло по пути от отмены наследования <15> в частной капиталистической собственности (признания имущества умершего стоимостью более 10 000 рублей государственным достоянием РСФСР) до определенного ограничения случаев перехода выморочного имущества к государству. Согласно первоначальной редакции ст. 433 ГК РСФСР 1922 г. выморочное наследство поступало в распоряжение соответствующих органов государства, согласно последней ее редакции от 12 июня 1945 г. — переходило в собственность государства. Государство отвечало по долгам, обременяющим наследство, в пределах действительной стоимости наследственного имущества. ——————————— <15> Об отмене наследования: Декрет ВЦИК от 27 апреля 1918 г.

В доктрине отсутствовало единство мнений относительно квалификации перехода выморочного наследства государству. Так, А. В. Карасс рассматривал выморочное имущество в качестве одного из случаев бесхозяйного имущества <16>. В. И. Серебровский указывал на то, что хотя ГК РСФСР и не называет прямо право государства на выморочное имущество правом наследования, однако общий смысл ст. 418, 433 и 434 ГК РСФСР, а также место, отведенное ГК РСФСР порядку перехода выморочного имущества к государству (в разделе «Наследственное право»), дает все основания утверждать, что ГК признает право государства на выморочное имущество именно правом наследования <17>. «Выморочное наследство, — писали Б. С. Антимонов и К. А. Граве, — переходит к Советскому государству (ст. 433 ГК). Советское государство выступает в этом случае в качестве особого рода наследника по закону. Нельзя считать, что государство приобретает выморочное имущество просто как бесхозяйное (ст. 68 ГК). Выморочное наследство существенно отличается от наследства, открывшегося, но еще не принятого наследниками… Никакой неопределенности в правовой судьбе выморочного наследства нет. Государство всегда принимает выморочные наследства» <18>. Д. М. Генкин также отмечал, что выморочное имущество «не является предметом оккупации, так как по советскому законодательству оно переходит к государству в порядке наследования (ст. 433 ГК РСФСР), т. е. в порядке производного способа приобретения права собственности в силу закона» <19>. ——————————— <16> Карасс А. В. Право государственной социалистической собственности (объекты и содержание). М., 1954. С. 55. <17> Серебровский В. И. Очерки советского наследственного права // Избранные труды по наследственному и страховому праву. М., 1997. С. 247. <18> Антимонов Б. С., Граве К. А. Советское наследственное право. М., 1955. С. 236. <19> Генкин Д. М. Право собственности в СССР. М., 1961. С. 133.

Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. (далее — Основы 1961 г.), а затем и ГК РСФСР 1964 г. отказались от термина «выморочное имущество». В Основах 1961 г. предусматривалось, что в случае, если нет наследников ни по завещанию, ни по закону или отпадения по различным обстоятельствам всех наследников по завещанию и по закону, имущество умершего переходит к государству по праву наследования (ч. 3 ст. 117 Основ). Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. также устанавливал, что если нет наследников ни по закону, ни по завещанию, если ни один из наследников не принял наследства, если все наследники лишены завещателем наследства, наконец, если при отсутствии наследников по закону завещана только часть имущества, все имущество умершего или незавещанная его часть переходит к государству по праву наследования, при этом государство, как и любой другой наследник, принявший наследство, отвечает по долгам наследодателя в пределах действительной стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (ч. 3 ст. 527, п. 2 — 4 ч. 1 и ч. 3 ст. 552, ст. 553 ГК РСФСР 1964 г.). После принятия ГК РСФСР 1964 г. о наследовании по основанию выморочности наследственного имущества, ссылаясь на его ст. 527, 552, 553, писали О. С. Иоффе <20>, а также М. И. Брагинский. Так, М. И. Брагинский признавал государство наследником имущества умершего гражданина, при этом положительное значение именно такого законодательного решения вопроса он видел в том, что в результате устраняется неопределенность в правовой принадлежности имущества умершего при отсутствии у него наследников и расширяется круг оснований для перехода имущества к государству (в чем находят свое отражение особые интересы последнего), и, наконец, обеспечиваются интересы третьих лиц — кредиторов наследодателя. Дело в том, что если бы после смерти гражданина государство получало его имущество как бесхозяйное (а не как унаследованное), то отпадали бы все прежние обременения, лежащие на данном имуществе, так как приобретение бесхозяйного имущества является первоначальным способом приобретения права собственности (оккупация). Напротив, унаследованное имущество государство как правопреемник приобретает в полном составе, включая вещи, права и обязанности <21>. ——————————— <20> Иоффе О. С. Советское гражданское право: Курс лекций. Л., 1965. Т. III. С. 324 — 329. <21> Брагинский М. И. Участие советского государства в гражданских правоотношениях // Избранное. М., 2008. С. 378 — 379.

Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. не содержали никаких указаний о переходе имущества умершего к государству, кроме случая, когда государство назначено наследником по завещанию (ст. 155 Основ). Итак, советское законодательство на разных этапах развития неоднозначно определяло правовую природу перехода по закону имущества умершего к государству, в доктрине господствовало мнение, признававшее государство наследником с оговоркой «sui generis» и обозначением особенностей, отличающих его от положения других наследников, а переход имущества в собственность публичных образований — в качестве наследования, наследственного преемства с присущими ему особенностями по отношению к наследованию другими наследниками. Гражданский кодекс РФ, восстановив исключенный советским законодателем термин «выморочное имущество», текстуально неоднозначно определяет право, по которому оно переходит к публичным образованиям. Согласно п. 2 ст. 1116 ГК РФ Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования могут призываться к наследованию в соответствии со ст. 1151 ГК РФ. При этом она называется «Наследование выморочного имущества», а в п. 2 и 3 данной статьи указывается, что выморочное имущество переходит «в порядке наследования по закону». Неоднозначно определяется правовая природа перехода выморочного наследства и в современной отечественной доктрине. «Используемое законодателем словосочетание «в порядке наследования по закону», — пишут Н. Ф. Качур, Е. А. Баукина, И. С. Богданова, — имеет принципиальное значение для определения механизма передачи выморочного имущества в собственность государства, поскольку означает использование законодательной конструкции наследственного права по отношению к выморочному имуществу» <22>. Л. И. Попова считает переход выморочного наследства к публичному образованию наследованием по закону и включает в состав данного основания наследования <23>. О. Ю. Шилохвост отмечает, что регулирование наследственных отношений традиционно строится на сочетании двух базовых начал — индивидуального (отражающего интересы отдельной личности) и социального (отражающего интересы общества и государства), последнее всегда отражалось в наследовании по закону и наиболее наглядно проявлялось в положении государства на «наследственной лестнице», в наделении Российской Федерации наследственными правами, а характерное современному этапу ограничение социального начала проявляется в перенесении границы выморочности наследства в ряду законных наследников на девятое место <24>. ——————————— <22> Качур Н. Ф., Баукина Е. А., Богданова И. С. Некоторые проблемы наследования выморочного имущества // СПС «КонсультантПлюс». <23> Попова Л. И. Наследование как основание приобретения права собственности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2005. С. 8, 13. <24> Шилохвост О. Ю. Проблемы правового регулирования наследования по закону в современном гражданском праве России: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 2006. С. 5, 9, 11, 12 — 13.

По мнению М. В. Котуховой, переход выморочного наследства к публичному образованию является наследованием. Последовательно проводя эту мысль уже с первых строк своего специального исследования, для обеспечения равенства участников наследственных правоотношений, автор предлагает: a) признать приобретателя выморочного наследства законным наследником девятой очереди; b) признать его возможным недостойным наследником (основанием для этого должны стать приведение в исполнение смертного приговора в отношении лица, невиновность которого впоследствии была доказана и он был реабилитирован, уклонение от исполнения легата и (или) возложения); c) включить его в круг наследников, лишенных завещателем наследства <25>. А. Е. Казанцева также считает, что выморочное наследство переходит к публичному образованию по праву наследования <26>. ——————————— <25> См. подр.: Котухова М. В. Указ. соч. С. 3, 9, 11 — 12, 20 — 21, 22. <26> Казанцева А. Е. Приобретение права собственности в порядке наследования // Вещные права: система, содержание, приобретение / Под ред. Д. О. Тузова. М., 2008. С. 251.

В решении рассматриваемого вопроса известен и другой подход. «В порядке наследования», — пишут Л. П. Ануфриева и Т. Д. Чепига, — это режим, осуществляемый по правилам наследования («квазинаследование»), но не само наследование». Отмечая уязвимость формулировки названия ст. 1151 ГК РФ, они считают, что при выморочности имущества «вопрос перехода права собственности на него должен ставиться в какой-то иной плоскости — не в плане наследственных правоотношений». «Содержание принадлежащего государству права на наследование выморочного имущества, — указывают они далее, — существенно отличается от права наследования, возникающего по иным основаниям у наследников по закону или по завещанию» <27>. А. Г. Кравчук полагает, что, поскольку публичное образование не вправе не принять выморочное наследство или отказаться от него, наследование выморочного имущества по существу наследованием не является, поэтому для предотвращения путаницы в дефинициях в наименовании ст. 1151 ГК РФ целесообразно отказаться от термина «наследование» в пользу термина «получение», а в ее п. 2 и 3 — ограничиться указанием на переход выморочного имущества <28>. «Говорить о государстве — наследнике выморочного имущества, — категорично утверждают В. И. Сергеев и А. С. Марданшина, — представляется чем-то абсурдным и не соответствующим времени» <29>. ——————————— <27> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья / Под ред. Л. П. Ануфриевой. М., 2004. С. 137, 147 (авторы — Л. П. Ануфриева, Т. Д. Чепига). <28> См.: Кравчук А. Г. Правовая судьба наследственного имущества: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 23 — 24. <29> Сергеев В. И., Марданшина А. С. Почему авторское право не может быть выморочным имуществом? // Юрист. 2006. N 10; СПС «КонсультантПлюс».

В современной российской цивилистике вопрос о правовой природе перехода выморочного наследства к публичным образованиям исследован недостаточно. И хотя наметившиеся подходы к его решению различны, с произошедшими изменениями в составе приобретателей выморочного наследства и включением выморочных жилых помещений в жилищный фонд социального использования муниципальных образований и федеральных городов — субъектов РФ, а также сохраняющейся неопределенностью в механизме передачи имущества из состава выморочного наследства, перешедшего в собственность Российской Федерации, в собственность субъектов РФ и собственность муниципальных образований (п. 3 ст. 1151 ГК РФ), у публичных образований должна возрасти заинтересованность в приобретении выморочного наследства, а у исследователей — интерес к этому вопросу. На постсоветском пространстве вопрос о правовой природе перехода выморочного наследства к публичным образованиям также не имеет однозначного решения. Вот лишь некоторые тому подтверждения. (1) Гражданские кодексы Республики Узбекистан (ст. 1118, 1157 ГК Республики Узбекистан) и Республики Казахстан (ст. 1044, 1083 ГК Республики Казахстан) не признают государство законным наследником выморочного наследства, нет в них и формулировки о переходе выморочного наследства в порядке наследования по закону (ср. со ст. 1151 ГК РФ). В Республике Узбекистан выморочное имущество переходит в собственность органа самоуправления граждан по месту нахождения соответствующего имущества, а в случае его отказа от имущества — в собственность государства, в Республике Казахстан — в коммунальную собственность по месту открытия наследства (ср. ч. 3 ст. 1157 ГК Республики Узбекистан и абз. 1 п. 2 ст. 1083 ГК Республики Казахстан). «По праву наследования, — писали Э. Б. Бабыкова и К. М. Ильясова, — имущество может переходить к государству как по закону, так и по завещанию. Выморочное наследство переходит к государству как особому наследнику по закону» <30>. Выморочное наследство, писала позднее Э. Б. Бабыкова, переходит к государству не в порядке наследования, выморочное наследство является частным случаем имущества, не имеющего собственника, государство не является наследником и не несет ответственности по долгам наследодателя <31>. ——————————— <30> Гражданское право: В 3-х т. / Под ред. М. К. Сулейменова, Ю. Г. Басина. Алматы, 2004. Т. III. С. 351 (авторы — Э. Б. Бабыкова, К. М. Ильясова). <31> Гражданский кодекс Республики Казахстан (Особенная часть): Комментарий (постатейный): В 2-х кн. / Под ред. М. К. Сулейменова, Ю. Г. Басина. Алматы, 2006. Кн. 2. С. 638, 640 (автор — Э. Б. Бабыкова).

(2) По Гражданскому кодексу Украины (далее — ГКУ) наследовать по закону могут только граждане (п. 1 ст. 1222 ГКУ), при этом о выморочном наследстве (ст. 1277 ГКУ) говорится за рамками наследования по завещанию (гл. 85 ГКУ) и по закону (гл. 86 ГКУ), а именно в гл. 87 «Осуществление права на наследование». Наследство признается выморочным в судебном порядке (п. 1 ст. 1277 ГКУ), после чего переходит в собственность территориальной громады по месту открытия наследства, территориальная громада, ставшая собственником выморочного имущества, обязана удовлетворить требования кредиторов наследодателя (п. 3, 4 ст. 1277 ГКУ): им возмещаются причиненный имущественный ущерб (убытки) и моральный вред, уплачиваются неустойки, штрафы, пени (ст. 1231 ГКУ). «Получение территориальной громадой выморочного имущества, — пишет И. В. Жилинкова, — осуществляется вне рамок наследственных отношений. Оно рассматривается как самостоятельное основание возникновения коммунальной собственности (выделено нами. — Б. Х., В. Р.)» <32>. ——————————— <32> Жилинкова И. В. Современные тенденции развития наследственного законодательства Украины // Гражданское законодательство / Под ред. А. Г. Диденко. Алматы, 2010. Вып. 35. С. 52.

(3) Согласно п. 2 ст. 1039 ГК Республики Беларусь (далее — ГК РБ) выморочное наследство переходит в собственность административно — территориальной единицы по месту нахождения наследственного имущества. Эта формулировка оставляет открытым вопрос о том, по какому праву выморочное наследство переходит к публичному образованию. Однако на основании п. 1 ст. 1069 ГК РБ «для приобретения выморочного наследства принятия наследства не требуется. Такое наследство переходит в собственность административно-территориальной единицы на основании решения суда, которым наследство признается выморочным». Можно предположить, что имеется в виду не наследование, в противном случае потребовалось бы приобретение владения наследственным имуществом, его принятие. Статья 1086 ГК РБ «Ответственность наследников по долгам наследодателя» также не содержит никаких указаний об ответственности публичного образования — приобретателя выморочного наследства. (4) Наконец, согласно ст. 385 и 391 ГК Латвийской Республики (далее — ГК ЛР) наследовать могут физические и юридические лица, при этом наследовать по закону призываются: a) супруг; b) родственники; c) усыновленные. Государство не упоминается в общих нормах о наследовании ни в качестве наследника по закону, ни в качестве наследника по завещанию. И все же в гражданском законодательстве Латвии есть норма о переходе наследства к государству — подраздел, содержащий правила о переходе наследства государству, который назван «Имущество без наследников» (ст. 416 — 417 ГК ЛР). В нем такое наследство (выморочным оно не называется) в соответствии со ст. 416 ГК ЛР остается государству, однако не определяется, по какому праву. По долгам государство отвечает только тем имуществом, которое оно в этом порядке действительно получило (ч. 2 ст. 416 ГК ЛР). Поскольку в РФ и в ряде других государств СНГ переход выморочного наследства к публичным образованиям рассматривается в контексте наследования по закону, а в некоторых правопорядках прямо предусматривается наследование по закону казны, логичен вопрос, соответствует ли квалификация перехода выморочного наследства к публичным образованиям в качестве наследственного преемства социально-экономическому назначению наследования? Представляется, что ответ на этот вопрос должен быть отрицательным по крайней мере по следующим соображениям. (1) Прежде всего, сама идея наследования неразрывно связана с семейно-родственными отношениями, назначение наследования заключается в обеспечении имущественных интересов семьи, перехода имущества после смерти гражданина к его близким — детям, родителям, внукам, другим родственникам, пережившему супругу, наконец, иным лицам, состоявшим с умершим в приравненных к указанным отношениях. Особенности «наследования» выморочного имущества публичными образованиями позволяют утверждать, что подобное приобретение имущества основывается все-таки не на праве наследования, которое по закону может принадлежать только гражданам, а осуществляется именно в порядке наследования по закону (п. 2, 3 ст. 1151 ГК РФ, ст. 697 ГК Квебека), то есть по правилам, установленным наследственным правом, в соответствии с ними. (2) Особенность правила п. 2 ст. 1116 ГК РФ состоит в том, что оно лишено самостоятельного регулятивного эффекта, а название ст. 1151 ГК РФ — «Наследование выморочного имущества», как и любой другой статьи закона, само по себе не имеет значения правовой нормы и не является ее частью. (3) Понятия «наследование» и «в порядке наследования» (п. 2 ст. 1151 ГК РФ) не тождественны по содержанию, тем более не являются синонимами. Поэтому следует согласиться в принципе с утверждением, что переход выморочного наследства к публичным образованиям — не есть само наследование: отличаясь от наследования по ряду общих признаков и основным правовым последствиям, он лишь приравнивается к наследственному правопреемству. В этом смысле уместна параллель с усыновлением, которое, не создавая родства (кровной связи между лицами по происхождению), тем не менее порождает права и обязанности, аналогичные правам и обязанностям между родственниками. В п. 1 ст. 137 СК РФ прямо говорится о том, что усыновленные дети и их потомство по отношению к усыновителям и их родственникам, а усыновители и их родственники по отношению к усыновленным детям и их потомству приравниваются в личных неимущественных и имущественных правах и обязанностях к родственникам по происхождению, а ст. 1147 ГК РФ о наследовании усыновленными и усыновителями в п. 1 предусматривает, что при наследовании по закону усыновленный и его потомство, с одной стороны, а с другой — усыновитель и его родственники приравниваются к родственникам по происхождению.

/»Наследственное право», 2012, N 4/

В последней части статьи дан анализ отмены перехода выморочного наследства к публично-правовым образованиям. В контексте анализа общих норм о наследовании авторы отвечают на вопрос о допустимости выморочности части наследства.

Ключевые слова: наследование, наследственное право, наследство, выморочное имущество, бесхозяйное имущество.

In the last part of the article gives the analysis of cancellation of the transition of the escheat to the public formations. In the context of the analysis of the general norms of the inheritance of the authors of the answer to the question of admissibility of partial transition of the escheat.

Key words: succession, law of succession, inheritance, the escheat, vacant property.

§ 7. Поворот права на выморочное наследство

Автоматический переход выморочного наследства к публичному образованию не исключает поворота такого перехода. Поворот права на выморочное наследство возможен в случае отмены судом решения об объявлении наследодателя умершим и, следовательно, отпадения основания открытия наследства, основания выморочности открывшегося наследства. В первом случае выморочное наследство подлежит возврату «наследодателю», во втором — наследнику (наследникам) по завещанию и (или) по закону. Если наследство открылось в связи с объявлением судом гражданина умершим (ст. 45, 1113 ГК РФ), который впоследствии явился (ст. 46 ГК РФ), решение суда об объявлении гражданина умершим подлежит отмене, в связи с чем отпадает и основание открытия наследства, а явившийся гражданин вправе потребовать возврата своего имущества. Это означает, что если наследство перешло к наследникам гражданина, объявленного умершим, то в случае его явки возвращать наследство придется наследникам, а если его наследство как выморочное перешло к публичному образованию, возвращать наследство обязано публичное образование. В данной ситуации первично решение суда об объявлении гражданина умершим, без него не возник бы вопрос ни об открытии наследства, ни о наследниках или выморочности наследства, ни о последующем его возврате наследниками или публичным образованием. Отпадение данного обстоятельства в связи с явкой гражданина влечет возврат наследства в пользу самого явившегося гражданина — мнимого наследодателя — и вне связи с обсуждением вопроса о возникшей выморочности данного наследства. Иное дело, если наследство, открывшееся в связи со смертью или с объявлением судом гражданина умершим (ст. 1113 ГК РФ), оказывается выморочным и переходит к публичному образованию, однако впоследствии отпадает не основание открытия наследства, а основание выморочности открывшегося наследства. С отпадением основания выморочности наследства возникает вопрос о наследниках по завещанию или по закону, которые вправе претендовать на данное наследство и требовать от публичного образования его возврата. Достаточно отпадения хотя бы одного основания выморочности наследства. Например, наследство оказалось выморочным потому, что не было принято наследником в установленный законом срок, однако впоследствии суд восстановил наследнику срок как пропущенный по уважительной причине и признал его принявшим наследство (п. 1 ст. 1155 ГК РФ) <1>. Закон предусматривает двоякий порядок принятия наследства лицом, пропустившим установленный срок для его принятия — согласительный, с письменного согласия всех остальных наследников, принявших наследство (п. 2 ст. 1155 ГК РФ), и судебный (п. 1 ст. 1155 ГК РФ). ——————————— <1> В отличие от ГК РСФСР 1922 г. и основанной на нем судебной практики, исходившей из невозможности продления наследникам срока для принятия наследства (Антимонов Б. С., Граве К. А. Советское наследственное право. М., 1955. С. 241 и след.), ст. 547 ГК РСФСР 1964 г. предусматривала возможность его продлевать, а ст. 1155 ГК РФ позволяет его восстанавливать и одновременно признавать наследника принявшим наследство. В ч. 2 ст. 547 ГК РСФСР 1964 г. прямо говорилось не только об имуществе, принятом другими наследниками, но и о перешедшем к государству, в ст. 1155 ГК РФ такое положение не содержится, однако едва ли есть сомнения в том, что и в ст. 547 ГК РСФСР 1964 г., и в ст. 1155 ГК РФ значение имеет не фигура приобретателя наследства (является таковым другой наследник или приобретатель выморочного наследства), а уважительность причины пропуска заявителем срока для принятия наследства.

Одним из условий восстановления судом срока на принятие наследства и признания «запоздавшего» наследника принявшим наследство является обращение в суд в течение шести месяцев после того, как отпали причины пропуска срока. Закон не определяет природу этого срока: он является исковой давностью или пресекательным сроком. Это повод для неоднозначной его квалификации в доктрине. Судебная практика склонна трактовать этот срок как пресекательный. Так, Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда в обоснование отказа в удовлетворении кассационной жалобы А. указала на то, что из материалов дела, подтвержденных в судебном заседании, следует, что истец в период с августа 2003 г. (дня смерти наследодателя) по февраль 2006 г. не знал и не должен был знать об открытии наследства. В феврале 2006 г. причина пропуска срока для принятия наследства отпала. С иском же о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшим наследство истец обратился только в сентябре 2007 г., пропустив установленный ст. 1155 ГК РФ шестимесячный срок. По своей правовой природе этот срок «является пресекательным, поэтому к нему не применяются правила главы 12 ГК РФ о сроках исковой давности, в том числе об их восстановлении. По смыслу закона истечение именно этого срока погашает право на наследство наследника, пропустившего срок на его принятие» <2>. ——————————— <2> Определение Рязанского областного суда от 15 января 2008 г. N 33-3 // СПС «Гарант Эксперт».

Если же основание выморочности наследства не может отпасть в принципе, например, при недостойности единственного наследника, лишенного родительских прав и не восстановленного в них к моменту открытия наследства (абз. 2 п. 1 ст. 1117 ГК РФ), при совершении единственным наследником неизменного и бесповоротного акта отказа от наследства (п. 3 ст. 1157 ГК РФ), поворот права на выморочное наследство исключен в принципе. В случае отмены решения суда об объявлении наследодателя умершим или отпадения основания выморочности открывшегося наследства у публичного образования возникает неосновательное обогащение в размере стоимости перешедшего к нему наследственного имущества, а средством его преодоления является соглашение с наследником, принявшим наследство (п. 2 ст. 1155 ГК РФ), или кондикционный иск (п. 3 ст. 1155 и гл. 60 ГК РФ). Общим последствием является кондикционное обязательство. Вместе с тем нельзя исключать и вещно-правовую связь между истцом и индивидуально-определенными и сохранившимися в натуре вещами в составе выморочного наследства, которые после отмены решения суда об объявлении наследодателя умершим или отпадения основания выморочности наследства оказываются в незаконном владении публичного образования. В таком случае они могут быть истребованы собственником (виндицированы, ст. 301 ГК РФ). Особенно иллюстративен этот тезис в отношении выморочного жилого помещения, которое, как и любая недвижимость, представляет собой индивидуально-определенную вещь <3>, а кроме того, переходит отдельно от прочего выморочного наследства, в связи с чем субъектом пассивной легитимации здесь будет не Российская Федерация, а муниципальное образование (город федерального значения). Эффективность кондикционного (обязательственного) иска обеспечивается правилом п. 3 ст. 1155 ГК РФ, а также возможностью исполнения этого обязательства не только в натуре, но и в денежной форме (ст. 1104, 1105 ГК РФ). Эффективность виндикационного (вещного) иска, направленного на возврат конкретной вещи в натуре, не абсолютна и ограничена правилами п. 2 ст. 46 ГК РФ, установленными на случай явки гражданина, объявленного умершим, и ст. 302 — ГК РФ, в случае приобретения вещи добросовестным возмездным приобретателем. ——————————— <3> Подробнее об особенности индивидуальной определенности недвижимости см.: Хаскельберг Б. Л., Ровный В. В. Индивидуальное и родовое в гражданском праве. М., 2004. С. 36 — 46.

После отмены решения суда об объявлении наследодателя умершим явившийся наследодатель вправе виндицировать сохранившуюся вещь от любого безвозмездного приобретателя, публичного образования, к которому она перешла в составе выморочного наследства в порядке наследования по закону, а значит, безвозмездно, а также от третьего лица, безвозмездно приобретшего вещь впоследствии, за исключением денег и ценных бумаг на предъявителя (абз. 1 п. 2 ст. 46 в связи с п. 3 ст. 302 ГК РФ). И только при наличии совокупности двух условий — если ответчик приобрел вещь по возмездной сделке, не зная о том, что объявленный умершим находится в живых, — виндикационный иск явившегося наследодателя не подлежит удовлетворению (абз. 2 п. 2 ст. 46 ГК РФ) <4>. Сказанное относится и к случаям объявления умершим единственного наследника, который по этой причине не принял и не мог принять наследство, а последнее как выморочное перешло в порядке наследования по закону к публичному образованию. Если такой наследник впоследствии явится и потребует возврата наследства, а суд восстановит ему срок для принятия наследства как пропущенный по уважительной причине (п. 1 ст. 1155 ГК РФ), то отпадет основание выморочности наследства, тем не менее удовлетворение виндикационного иска явившегося наследника должно также регулироваться ст. 46 ГК РФ. ——————————— <4> Если публичным образованием, приобретшим в порядке наследования по закону имущество гражданина, объявленного умершим, данное имущество впоследствии продано или иным образом возмездно отчуждено третьему лицу, явившийся гражданин вправе потребовать от публичного образования денежную сумму, вырученную от реализации его имущества. В ГК РСФСР 1964 г. это прямо предусматривалось в ч. 4 ст. 22. В ГК Республики Казахстан (п. 6 ст. 32) прямо говорится о том, что «если имущество лица, объявленного умершим, перешло по праву наследования к государству и было реализовано, то после отмены решения об объявлении лица умершим ему возвращается сумма, вырученная от реализации имущества с учетом его рыночной стоимости на день выплаты».

При отпадении основания выморочности наследства по другим причинам, не связанным с объявлением наследника умершим и последующей его явкой, наследник также может виндицировать сохранившуюся вещь от любого лица (публичного образования, приобретшего данную вещь в составе выморочного наследства в порядке наследования по закону, а также от третьего лица, приобретшего вещь впоследствии). Согласно п. 1 ст. 302 ГК РФ виндикационный иск не подлежит удовлетворению при наличии совокупности трех условий — если ответчик приобрел вещь по возмездной сделке, не знал и не мог знать о неуправомоченности отчуждателя, а вещь выбыла из владения собственника (титульного владельца) по его воле. В рассматриваемой ситуации (то есть при отпадении основания выморочности наследства), когда истец (новый собственник) утратил вещь, даже не став ее владельцем, бесспорно отсутствует третье условие — выбытие вещи по воле собственника, следовательно, виндикационный иск подлежит удовлетворению. Особый интерес представляет проблема возврата наследнику, которому восстановлено право на принятие наследства, выморочного жилого помещения, перешедшего в собственность муниципального образования (города федерального значения) и предоставленного гражданину по договору социального найма. Жилищный кодекс РСФСР 1983 г. устанавливал определенный порядок предоставления жилых помещений общественных жилищных фондов, выдачи ордера на конкретное жилое помещение, на основании которого заключался договор и производилось вселение в указанное в ордере жилое помещение. Этот Кодекс содержал специальные нормы об основаниях, порядке и последствиях признания ордера недействительным. Ордер мог быть признан недействительным в судебном порядке по основаниям, указанным в ст. 48 ЖК РСФСР, которые представляли собой различные нарушения установленного порядка распределения и предоставления жилых помещений. Последствия признания ордера недействительным определялись в ст. 100 ЖК РСФСР и различались по содержанию в зависимости, в частности, от упречности действий получателя ордера, способствовавшего последующему предоставлению жилого помещения. Ни закон, ни судебная практика не квалифицировали в качестве недействительного сам договор жилищного найма, хотя ввиду недействительности ордера очевидна была и недействительность договора. В литературе же лишь в отдельных работах при обращении к ст. 48 и 100 ЖК РСФСР 1983 г. можно было встретить указание на недействительность заключенного на его основании договора жилищного найма. В Жилищном кодексе РФ порядок предоставления жилых помещений социального использования не предусматривает выдачу ордеров. Согласно п. 3 и 4 ст. 57 ЖК РФ жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам на основании решений органа местного самоуправления, которые являются основанием заключения договоров социального найма. В Кодексе нет каких-либо указаний о возможности, основаниях и порядке оспаривания решения, принятого с нарушением нормативно установленного порядка предоставления жилых помещений социального использования. Между тем нельзя исключать случаи появления наследника, которому восстановлен в судебном порядке срок на принятие наследства и который признан принявшим наследство и оспаривает предоставление квартиры нанимателю по договору социального найма. В такой ситуации возникает ряд вопросов, и прежде всего о действительности договора социального найма в случае признания решения о предоставлении жилого помещения недействительным, а также о выселении нанимателя. К сожалению, ЖК РФ не дает ответа на эти вопросы. «Ордер на занятие жилого помещения по договору найма, — указывал Ю. К. Толстой в период действия ЖК РСФСР 1983 г., — должен удовлетворять всем предусмотренным в законе требованиям… В частности, ордер может быть выдан лишь на то помещение, которое является свободным как фактически, так и юридически… Требования, предъявляемые законом как к самому ордеру, так и к условиям его выдачи, зачастую нарушаются, что может повлечь признание выданного ордера недействительным… Признание недействительным ордера влечет недействительность заключенного на его основе договора жилищного найма» <5>. Разработчики проекта ЖК РФ, как верно отмечает А. П. Сергеев, не предусмотрели такой случай выселения с предоставлением другой жилой площади, как выселение в связи с нарушением порядка предоставления жилой площади социального использования. В случае подобных нарушений (принятие решения о предоставлении жилья не уполномоченным на то органом, предоставление помещения, на которое сохраняется право других лиц, нарушение очередности и т. д.) автор предлагает руководствоваться правилами о недействительности сделок, не соответствующих требованиям закона или иных правовых актов (ст. 168 ГК РФ) <6>. ——————————— <5> Гражданское право: В 3-х т. / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 2003. Т. 2. С. 269 — 270. <6> Гражданское право: В 3-х т. / Под ред. А. П. Сергеева. М., 2009. Т. 2. С. 400.

Рассматривая в связи с появлением наследника случай возникновения спора о праве на жилое помещение и признания решения о его предоставлении другому лицу недействительным, Д. Е. Потяркин считает, что договор найма жилого помещения в данном случае совершен под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ). Обе стороны договора, пишет он, находятся в заблуждении относительно предмета договора: документальные подтверждения права собственности наймодателя жилого помещения не смогли быть получены или были оспорены. Помимо отмены распоряжения о предоставлении жилого помещения автор считает возможным и необходимым расторгнуть договор социального найма, а поскольку ЖК РФ не предусматривает его расторжения по данному основанию, он «нашел выход» в признании договора совершенным под влиянием заблуждения обеих сторон <7>. Это утверждение вызывает возражения. ——————————— <7> Потяркин Д. Е. О выморочных жилых помещениях // Адвокат. 2007. N 10.

В целях обеспечения стабильности гражданского оборота законодатель признает основанием недействительности сделки не любое заблуждение, а лишь заблуждение, имеющее существенное значение. Существенным является заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению (п. 1 ст. 178 ГК РФ). Никакие другие обстоятельства существенного значения не имеют, так как правило абз. 2 п. 1 ст. 178 ГК РФ, предусматривающее перечень случаев существенности заблуждения, императивно и распространительному толкованию не подлежит <8>. В случае с предоставлением выморочного жилого помещения гражданину по договору социального найма и последующим отпадением основания такого предоставления в связи с отпадением основания открытия наследства или основания выморочности наследства такие обстоятельства отсутствуют. Даже если предположить, что компетентный орган, принимая решение о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, не знал об отсутствии у него права распоряжаться данным жилым помещением, то и в этом случае применение ст. 178 ГК РФ к возникшим отношениям по договору социального найма представляется неверным. В такой ситуации заинтересованное в возврате жилого помещения лицо вправе на основании ст. 13 ГК РФ и в порядке гл. 24 ГПК РФ обратиться в суд с заявлением о признании недействительным (незаконным) решения компетентного органа о предоставлении жилого помещения. В соответствии с решением суда и свидетельством о праве на наследство, являющимися основанием для государственной регистрации права собственности наследника на квартиру (ст. 17 Закона о регистрации), наследник вправе предъявить виндикационный иск об истребовании жилого помещения из чужого незаконного владения и выселении нанимателя и членов его семьи. Суд должен возложить на соответствующий компетентный орган обязанность предоставить выселяемому равноценное жилое помещение. С учетом сказанного de lege ferenda в ЖК РФ следовало бы включить специальную статью, предусматривающую право заинтересованного лица оспорить решение компетентного органа о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, а также последствия выселения нанимателя и членов его семьи из помещения социального использования. ——————————— <8> Подробнее о существенности заблуждения при совершении сделки в ГК РФ см.: Зезекало А. Ю. Заблуждение при совершении сделки: европейская правовая традиция и современное российское право: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Томск, 2008. С. 8 — 10, 18 — 22.

Поворот права на выморочное наследство (на отдельное имущество в его составе) возможен не всегда. В связи с этим стоит обратиться к договору дарения <9> и вопросу о возможности отмены дарения в тех случаях, когда даритель пережил одаряемого (п. 4 ст. 578 ГК РФ), и после смерти одаряемого подаренный объект в составе выморочного наследства перешел в собственность публичного образования. ——————————— <9> Вопреки существующему мнению (Манылов Н. Е. Наследование жилых помещений. М., 2007. С. 30), полагаем, нет оснований продолжать обсуждение вопроса о правовой природе дарения. Дарение как акт, требующий согласованного волеизъявления (соглашения) дарителя и одаряемого, является договором. Презумпция согласия одаряемого на принятие дара не способна изменить договорную природу дарения (см., напр.: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995. С. 336).

Вопрос о последствиях отмены дарения для правопреемников одаряемого достаточно определенно решался в дореволюционном гражданском законодательстве. По общему правилу «по смерти принявшего дар, оный переходит на законном основании к его наследникам; даритель не может от них требовать возвращения подаренного» (ст. 977 Свода законов гражданских) <10>. Проект Гражданского уложения, посвятивший отмене дарения 13 статей (1797 — 1809), предусматривал, что «даритель может выговорить себе право отмены дарения на случай, если бы одаренный или одаренный и его нисходящие умерли ранее дарителя» (ст. 1785 проекта), однако «права третьих лиц, возмездно и добросовестно приобретенные на подаренное имущество, отменою дарения не нарушаются» (ст. 1805 проекта). ——————————— <10> Свод законов Российской Империи. Том X. Часть 1.

Доктрина также утверждала, что смерть одаренного обычно не может влиять на последствия совершившегося дарения. «По общему правилу, — писал Г. Ф. Шершеневич, — смерть одаренного не имеет никакого влияния на дальнейшие отношения между ним и дарителем, и дар переходит вместе с прочим имуществом к его наследникам… Однако когда родители или усыновители при жизни подарили сыну, или дочери, или усыновленным, то в случае бездетной смерти одаренного при жизни дарителей подаренное имущество возвращается к последним не в виде наследства… а яко дар» <11>. ——————————— <11> Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 340; Пахман С. В. История кодификации гражданского права: В 2-х т. СПб., 1876. Т. II. С. 148; Победоносцев К. П. Курс гражданского права: В 3-х т. М., 2003. Т. 1. С. 326; Синайский В. И. Русское гражданское право. М., 2002. С. 362.

В ГК РФ предусмотрена возможность отмены дарителем дарения по четырем основаниям (ст. 578 ГК РФ). В связи с рассматриваемым здесь вопросом интерес представляет правило п. 4 ст. 578 ГК РФ, согласно которому «в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого». При этом не имеет значения, какой именно договор дарения имеет место — реальный (точнее — вещный) <12> или консенсуальный. Последствием отмены дарения является обязанность одаряемого вернуть подаренную вещь, если к моменту отмены дарения она сохранилась в натуре (п. 5 ст. 578 ГК РФ) <13>. ——————————— <12> Подробнее о вещных договорах см.: Хаскельберг Б. Л., Ровный В. В. Консенсуальные и реальные договоры в гражданском праве. М., 2004. С. 26 — 29. <13> В зарубежных правопорядках вопрос об отмене дарения в случаях, когда даритель пережил одаряемого, решается неоднозначно. Так, Германское гражданское уложение (§ 532), Гражданский кодекс Квебека (ст. 1837), Обязательственно-правовой закон Эстонской Республики (ст. 270) вообще не предусматривают такого основания отмены, как дарение. Согласно ст. 951 Гражданского кодекса Франции даритель может оговорить право требования возврата подаренных предметов в случае, когда раньше него умрет одаряемый либо когда раньше него умрет одаряемый и его наследники по нисходящей линии. Это требование может быть оговорено только в пользу дарителя. Правила Гражданского кодекса Республики Беларусь (п. 3 ст. 542) и Гражданского кодекса Республики Казахстан (п. 4 и 5 ст. 512) аналогичны правилам п. 4 и 5 ст. 578 ГК РФ.

Закон связывает с отменой дарения обязанность одаряемого возвратить подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения (п. 4 и 5 ст. 578 ГК РФ). Эта формулировка закона является некорректной (на одаряемого, умершего ранее дарителя, нельзя возложить какую-либо обязанность). Условно можно было бы возложить обязанность на правопреемника одаряемого. Однако законом такой вариант последствий отмены дарения по п. 4 ст. 578 ГК РФ не предусмотрен. Если путем распространительного толкования допустить возможность применения правила п. 5 ст. 578 ГК РФ к случаям отмены дарения по п. 4 ст. 578 ГК РФ, свобода подобного толкования не может и не должна относиться к случаям выморочности наследства ввиду отсутствия здесь обычных правопреемников (в лице наследников по завещанию или по закону). Не может что-либо изменить в данном вопросе и применение аналогии (ст. 6 ГК РФ). Прежде всего, обращение к аналогии возможно в случае пробела в правовом регулировании соответствующего отношения, в данном же случае говорить о наличии пробела весьма проблематично (буквальное толкование правила п. 5 ст. 578 ГК РФ позволяет утверждать, что законодатель возложил обязанность по возврату сохранившейся вещи именно на одаряемого, а не на его правопреемников). Кроме того, применение п. 1 ст. 6 ГК РФ возможно в случаях наличия сходного отношения и его урегулированности гражданским законодательством. Между тем публичное образование, к которому переходит выморочное наследство в порядке наследования по закону, можно сравнивать с наследником (по завещанию или по закону) и можно говорить о сходстве двух видов отношений, однако весьма сложно сравнивать эти отношения с отношениями, связанными с отменой дарения (п. 5 ст. 578 ГК РФ). Вопрос о последствиях отмены дарения по п. 4 ст. 578 ГК РФ интересен и в тех случаях, когда одаряемый при жизни распорядился подаренным имуществом в пользу третьего лица (приобретателя) и к нему перешло право собственности; после смерти приобретателя и в связи с отсутствием у него наследников его наследство как выморочное перешло к публичному образованию. В случае отсутствия пороков в приведенной цепи юридических фактов за дарителем не должно признаваться право требования возврата подаренного имущества от правопреемников приобретателя (наследников либо публичного образования в случае выморочности наследства). Принявший наследство и в его составе имущество одаряемого (наследодателя) стал его собственником и обладателем всех признаваемых законом правомочий собственника. У приобретателя-третьего лица также возникает такое же право. «Принявший дар, — писал еще в XIX веке К. П. Победоносцев, — приобретает на него право собственности… следовательно может и располагать им по своему усмотрению вообще, и передает его по себе наследникам, если не было постановлено условие о противном… Следовательно, вообще когда дарение безусловное, то право собственности безусловно приобретается» <14>. ——————————— <14> Победоносцев К. П. Указ. соч. С. 326 — 327.

Субъективное право собственности при отсутствии пороков в основании его возникновения обладает свойствами неограниченности существования во времени, безусловности и бесповоротности, а обладатель данного права может распоряжаться объектом (вещью) по своему усмотрению (ст. 209 ГК РФ). Любые исключения из этого должны быть прямо установлены законом (например, ч. 1 ст. 491 ГК РФ).

§ 8. Выморочность части наследства

Вопрос о допустимости выморочности части наследства решался в советском законодательстве на различных этапах его развития неоднозначно. Так, согласно первоначальной редакции ст. 422 с ее примечанием, а также ч. 1, 2 ст. 429 и ст. 433 ГК РСФСР 1922 г. выморочным могло быть все наследство или его часть. Так, если присутствующий в месте открытия наследства наследник в течение трех месяцев со дня принятия мер охранения наследства не заявлял об отказе от наследства, то он считался принявшим его; доля отказавшегося наследника переходила к государству (ч. 1, 2 ст. 429 ГК РСФСР 1922 г.). В случае неявки наследников в течение шести месяцев по принятии мер охранения наследства, а равно в случае отказа наследников от наследства (кроме случая установления завещателем субституции) имущество признавалось выморочным и поступало в распоряжение органов государства (ст. 433); это же последствие наступало и в том случае, если завещатель лишал права наследования одного или некоторых своих наследников (прим. к ст. 422 УК РСФСР) <15>. ——————————— <15> Судебная практика признавала выморочность соответствующей части наследства только в случаях безусловного распоряжения завещателя о лишении наследника права наследования, а также безусловного отказа наследника от наследства. Поэтому, например, при фактическом непринятии наследства некоторыми наследниками считалось, что доля отпавшего наследника должна переходить к другим законным наследникам (Антимонов Б. С., Граве К. А. Указ. соч. С. 40, 238).

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 12 июня 1945 г. в соответствии с Указом от 14 марта 1945 г. были внесены изменения в правила ГК РСФСР 1922 г.: из ст. 422 исключено вышеуказанное примечание, а из ст. 429 — упоминание о переходе к государству доли наследника, отказавшегося от наследства, наконец, в ст. 433 включен новый институт — приращения долей наследников. Выморочным могло стать только все наследство в целом. Теперь в случае неявки в течение шести месяцев со дня открытия наследства, отказа от принятия наследства, кроме случаев установления завещателем субституции, или лишения завещателем права наследования одного либо нескольких наследников доля отпавшего наследника переходила к другим наследникам по закону и делилась между ними поровну, если в завещании не указывалось, что завещатель оставляет все свое имущество назначенным им наследникам (ч. 1 ст. 433 ГК РСФСР 1922 г.); и только если указанные обстоятельства (неявка, отказ от наследства, лишение наследства) касались всех наследников, имущество умершего признавалось выморочным и переходило к государству (ч. 2 ст. 433 ГК РСФСР 1922 г.) <16>. ——————————— <16> См. подр.: Граве К. А. Вопросы наследственного права в практике Верховного Суда СССР. М., 1949. С. 26 — 29.

Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. допускал частичную выморочность наследства. Так, согласно его ч. 3 ст. 552, если при отсутствии наследников по закону была завещана только часть имущества наследодателя, то остальная часть переходила к государству. Действующий ГК РФ прямо не предусматривает частичной выморочности наследства, но и не исключает ее. В литературе также не было единства мнений об институте частичной выморочности наследства. В разное время его признавали В. И. Серебровский, О. С. Иоффе, М. В. Гордон, П. С. Никитюк, Ю. К. Толстой и другие авторы <17>. Так, В. И. Серебровский признавал частичную выморочность наследства при наследовании как по завещанию, так и по закону, при этом допускал возникновение общей собственности государства и гражданина на наследственное имущество с последующим переходом доли наследства гражданина к государству <18>. О. С. Иоффе допускал частичную выморочность наследства только при наследовании по завещанию <19>. П. С. Никитюк, отрицавший универсальность наследственного преемства, писал, что законодательство Молдавской ССР предусматривает возможность наследования государством по закону не только всего наследства, но и его части. Он также считал возможным как полный, так и частичный отказ от наследства, отмечая, что, «поскольку ни ранее действовавшие, ни новые ГК не содержат запретов частичного отказа от наследства, практике известны случаи принятия их в пользу государства» <20>. При частичном отказе от наследства, не направленном в пользу государства, часть наследства, от которой наследник отказался, считается выморочной <21>. ——————————— <17> Серебровский В. И. Очерки советского наследственного права // Избранные труды по наследственному и страховому праву. М., 1997. С. 246; Иоффе О. С. Советское гражданское право (курс лекций). Л., 1965. Т. III. С. 327 — 328; Гордон М. В. Наследование по закону и по завещанию. М., 1967. С. 34; Никитюк П. С. Наследственное право и наследственный процесс. Кишинев, 1973. С. 108; Сергеев А. П., Толстой Ю. К., Елисеев И. В. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный). Ч. 3. М., 2002. С. 164. С. 135. <18> Гражданское право: В 2-х т. / Под ред. П. Е. Орловского, С. М. Корнеева. М., 1970. Т. II. С. 561; Серебровский В. И. Очерки советского наследственного права. С. 246. <19> Иоффе О. С. Указ. соч. С. 327 — 328. <20> Никитюк П. С. Указ. соч. С. 109. <21> Там же. С. 18 — 19, 107 — 108, 148.

Б. С. Антимонов и К. А. Граве до принятия Указа от 14 марта 1945 г. признавали возможной частичную выморочность наследства, а впоследствии выступали ее противниками, отмечая, что в условиях, когда ст. 422 ГК РСФСР 1922 г. исключала завещания в пользу посторонних лиц, правило о выморочности долей наследников, которых завещатель лишил наследства, защищало интересы семьи. После вышеназванного Указа, считали они, частичная выморочность наследства невозможна при наследовании по закону и практически не наступает при наследовании по завещанию, допуская ее лишь в том редчайшем случае, когда для завещания постороннему лицу паевого кооперативного взноса использовалась соответствующая запись в членской книжке без нотариального удостоверения таковой (примечание к ст. 425 ГК РСФСР 1922 г., появившееся 14 апреля 1928 г.) <22>. Авторы особо подчеркивали нецелесообразность частичной выморочности наследства при социализме, ссылаясь на служебное назначение института выморочности наследств, а также на то, что частичная выморочность наследства возможна лишь в условиях временного сохранения частной собственности <23>. ——————————— <22> Собрание узаконений РСФСР. 1928. N 53. Ст. 403. <23> Антимонов Б. С., Граве К. А. Указ. соч. С. 40, 237, 239, 240 — 241, 246.

Сегодня Е. В. Кожевина категорично утверждает, что, «если есть хотя бы один наследник, неважно, по какому основанию он призван, он получит все имущество» <24>. Иную позицию в этом вопросе занимает М. В. Котухова. «Выморочным, — пишет она, — может быть признано не только все имущество умершего в целом, но и его часть, если она соответствует признакам выморочного имущества. Когда завещана часть имущества, а в отношении другой части наследственной массы наследников по закону не оказалось и эта другая часть не подпадает под действие правил о приращении наследственных долей, оставшаяся незавещанной часть наследства может приобрести статус выморочного» <25>. ——————————— <24> Кожевина Е. В. Наследственное правопреемство: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 20. <25> Котухова М. В. Гражданско-правовое регулирование отношений с выморочным имуществом в наследственном праве Российской Федерации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 12, 24.

Универсальный характер наследственного правопреемства общепризнан в доктрине и прямо закреплен в п. 1 ст. 1110 ГК РФ. Следует также заметить, что призвание наследника к наследованию возможно одновременно по нескольким основаниям, наследник может принять наследство, причитающееся ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям (абз. 2 п. 2 ст. 1152 ГК РФ). Отказ от наследства может быть безадресным (ненаправленным) или адресным (направленным), в последнем случае закон устанавливает исчерпывающий круг адресатов. Отказ в пользу публичного образования возможен при совокупности двух условий — если публичное образование является одним из наследников по завещанию и завещано не все наследство (абз. 1 п. 1 ст. 1157, п. 1, 2 ст. 1158 ГК РФ). Отказ от части наследства в рамках одного основания наследования исключается (п. 3 ст. 1158 ГК РФ). Наследование по закону может сочетаться: a) с наследованием по завещанию, если наряду с наследниками по завещанию есть необходимые наследники или завещание признано недействительным в части; b) с наследованием по праву представления, если из нескольких законных наследников из числа первых трех очередей, которые призываются к наследованию, один умрет до открытия наследства или одновременно с наследодателем, живые «очередники» наследуют по закону, а потомки умершего наследника — по праву представления (п. 1 ст. 1146 ГК РФ); c) с наследованием в порядке наследственной трансмиссии, если из нескольких законных наследников, которые призываются к наследованию, один умрет после открытия наследства, не успев его принять, живые «очередники» наследуют по закону, а наследники умершего наследника — в порядке наследственной трансмиссии (п. 1 ст. 1156 ГК РФ). Однако наследование по закону не может по общему правилу сочетаться с переходом наследства по основанию его выморочности. При наследовании по закону и отпадении одного из наследников той очереди, которая призвана к наследованию, часть наследства, причитавшаяся отпавшему наследнику, наследуется другими наследниками той же очереди по праву приращения (абз. 1 п. 1 ст. 1161 ГК РФ), а при отсутствии наследников той же очереди — наследниками следующей очереди (абз. 2 п. 1 ст. 1141 ГК РФ) и так вплоть до последней очереди (п. 3 ст. 1148 ГК РФ); с отпадением законных наследников всех очередей наследство становится выморочным (п. 1 ст. 1151 ГК РФ) и по основанию выморочности переходит к публичному образованию в порядке наследования по закону (п. 2 ст. 1151 ГК РФ). Исключением из общего правила является единственный случай наследования по закону в сочетании с переходом наследства по основанию его выморочности. Так, если завещатель лишил права наследования всех законных наследников (абз. 1 п. 1 ст. 1119 ГК РФ), в том числе необходимых наследников (несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя), они независимо от содержания завещания призываются к наследованию по закону в соответствии с правилами об обязательной доле и наследуют «не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону» (п. 1 ст. 1149 ГК РФ). Оставшаяся часть наследства будет выморочной. Данный пример частичной выморочности наследства приводил еще В. И. Серебровский <26>. ——————————— <26> Гражданское право: В 2-х т. / Под ред. П. Е. Орловского, С. М. Корнеева. М., 1970. Т. II. С. 561.

Следует заметить, что суждения о выморочности наследства, когда имеются необходимые наследники, не надуманные. Так, по данным Первой Московской нотариальной конторы, из 109 наследственных дел по завещанию в 9 случаях (8,2%) завещатели устраняли от наследования необходимых наследников, при этом все завещания составлялись в пользу лиц, не являющихся родственниками, в большинстве случаев от наследования устранялись дети наследодателя <27>. ——————————— <27> См.: Омарова У. А. Основные институты наследственного права России и степень отражения в них принципа социальной справедливости: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 1999. С. 41.

Известен и другой подход к решению данной ситуации. «Если завещатель, — писали Б. С. Антимонов и К. А. Граве, — выйдет за пределы предоставленной ему законом свободы завещательных распоряжений и лишит, например, наследства своих несовершеннолетних детей, то это приведет не к выморочности наследства, а к признанию завещательного распоряжения недействительным в силу ч. 2 ст. 422 ГК РСФСР и к применению правил о наследовании по закону» <28>. Логическое продолжение этой мысли состоит в следующем: если необходимый наследник является единственным законным наследником, он наследует все имущество умершего независимо от воли последнего, выраженной в завещании, а это исключает выморочность наследства, как частичную, так и полную. Примечательно следующее. Книга цитируемых авторов датируется 1955 г., а значит, относится к тому периоду, когда обязательная доля необходимых наследников составляла долю, которую они наследовали бы по закону (ст. 422 ГК РСФСР 1922 г., в ред. от 12 июня 1945 г.). Понятно, что ситуация значительно меняется, а ее правовая оценка приобретает куда более принципиальное значение в условиях, когда закон устанавливает обязательную долю в виде части от той доли, которую необходимый наследник получил бы при наследовании по закону, причем принципиальность правовой оценки тем выше, чем меньше эта часть. Как известно, необходимые наследники наследовали вначале не менее 3/4 доли (прим. 2 к ст. 422 ГК РСФСР 1922 г.) <29>, затем не менее 2/3 доли (ч. 2 ст. 119 Основ 1961 г., ст. 535 ГК РСФСР 1964 г.), сегодня — не менее 1/2 доли (п. 1 ст. 1149 ГК РФ). ——————————— <28> Антимонов Б. С., Граве К. А. Указ. соч. С. 239, 163 — 164. <29> Следует уточнить, что примечание 2 к ст. 422 ГК РСФСР 1922 г. появилось только в мае 1928 г. (Собрание узаконений РСФСР. 1928. N 65. Ст. 468), касалось лишь несовершеннолетних законных наследников и было отменено в 1945 г. После 1945 г. и вплоть до вступления в силу Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. обязательная доля необходимых наследников, причем как несовершеннолетних детей, так и других нетрудоспособных лиц, определялась согласно ч. 2 ст. 422 ГК РСФСР 1964 г. (в ред. от 12 июня 1945 г.) и составляла долю, которая причиталась бы им при наследовании по закону.

На наш взгляд, отрицание в рассматриваемой ситуации выморочности части наследства невозможно, в противном случае либо все наследство передается необходимым наследникам в нарушение правила абз. 1 п. 1 ст. 1119 ГК РФ, формулирующего ключевой принцип наследственного права — свободы завещания, а вместе с тем игнорируется воля завещателя, либо все наследство переходит как выморочное к публичному образованию в нарушение правила абз. 2 п. 1 ст. 1119 ГК РФ, тем самым нарушаются права необходимых наследников — социально уязвимых категорий граждан. Ввиду неприемлемости ни того ни другого выход может быть найден в следующем: a) признать завещание недействительным (ничтожным) только в той части, в которой завещатель нарушил право необходимых наследников на получение ими обязательной доли, что не равнозначно получению ими целой доли (ст. 180, п. 1 и 4 ст. 1131 ГК РФ) <30>; b) признать выморочной только ту часть наследства, которая в каждом конкретном случае остается после определения и вычета обязательной доли необходимых наследников. ——————————— <30> О недействительности подобного завещания в части см.: Иоффе О. С. Указ. соч. С. 310, 315.

Более практически актуальным и распространенным является переход одной части наследства по завещанию, а другой — как выморочной в порядке наследования по закону. Такое сочетание возможно в следующих случаях. 1. Если завещана часть наследства лицу, не являющему законным наследником («постороннее лицо»), и нет законных наследников, то завещанная часть наследства наследуется назначенным наследником, а поскольку он не является законным наследником, к нему не переходит незавещанная часть наследства по праву приращения (ст. 1161 ГК РФ), которая, таким образом, считается выморочной. Отрицание некоторыми авторами в данном случае выморочности незавещанной части наследства, видимо, связано с буквальным толкованием некоторых положений п. 1 ст. 1151 ГК РФ — слов «отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию» и др. Однако согласиться с таким подходом нельзя. (a) Прежде всего, отказ в данном случае от признания выморочности части наследства противоречит принципу свободы завещания и, следовательно, праву завещателя распорядиться только частью наследства (ст. 1119, ч. 2 ст. 1120 ГК РФ), а также положениям о посмертном переходе наследства по двум разным основаниям — в порядке наследования по завещанию и правопреемства в порядке наследования по закону публичными образованиями. Такой отказ не учитывает отсутствие запрещения и ограничений в возникновении общей собственности гражданина и государства (ч. 1 ст. 116, ст. 123 ГК РСФСР 1964 г.), а также того, что наследниками по завещанию могут быть не только законные наследники, в том числе единственные, но и посторонние лица (п. 1 ст. 1121 ГК РФ), недооценивается и разнообразие завещаний, в том числе по содержанию (ст. 1119 ГК РФ), по форме и по объекту (ст. 1128 ГК РФ), а также недействительных в части (п. 4 ст. 1131 ГК РФ). (b) Отказ в данном случае от признания выморочности части наследства может повлечь одно из двух одинаково необоснованных последствий: a) либо все наследство переходит к публичному образованию как выморочное, а наследник по завещанию отстраняется от наследования без всяких на то оснований, а главное — вопреки воле наследодателя; b) либо также без каких-либо оснований и вопреки воле наследодателя все наследство по завещанию наследует наследник, не входящий в круг законных наследников. Ввиду неприемлемости ни того ни другого выход может быть только один — незавещанную часть наследства признать выморочной. 2. В случае, если завещана часть наследства единственному законному наследнику, он призывается к наследованию по двум основаниям — по завещанию и по закону (в той части наследства, которая осталась незавещанной). Выморочной в данном случае может стать любая часть наследства, если по одному из оснований наследник не принял наследство (абз. 2 п. 2 ст. 1152 ГК РФ) либо отказался от него (абз. 1 п. 1 ст. 1157, п. 3 ст. 1158 ГК РФ). И это понятно: a) право наследника принять наследство, причитающееся ему по одному из нескольких оснований (абз. 2 п. 2 ст. 1152 ГК РФ), как и право наследника на безадресный (ненаправленный) отказ от наследства, причитающегося ему по одному из нескольких оснований (абз. 1 п. 1 ст. 1157, п. 3 ст. 1158 ГК РФ), ничем не ограничивается в принципе; b) завещание может не предусматривать субституцию на случай отказа такого наследника от незавещанной части наследства (п. 2 ст. 1121 ГК РФ); c) применение правила о праве приращения (ст. 1161 ГК РФ) здесь невозможно, так как нет других наследников; по этой же причине невозможен и переход к следующей очереди законных наследников (абз. 2 п. 1 ст. 1141 ГК РФ). Следует подчеркнуть, что речь идет именно о единственном законном наследнике. В другой ситуации, когда часть наследства завещана наследнику первой очереди, но есть другой наследник той же очереди, к наследованию по завещанию призывается назначенный по завещанию наследник, другую (незавещанную) часть наследства наследуют оба наследника первой очереди по закону. Если отпал наследник по завещанию или один из двух наследников, наследующих по закону в незавещанной части наследства, причитающаяся отпавшему наследнику часть наследства не становится выморочной, она переходит к другому наследнику по праву приращения (абз. 1 п. 1 ст. 1161 ГК РФ). 3. Часть наследства может стать выморочной и в других случаях. Так, если наследодатель совершил в пользу постороннего лица два завещания на две разные части наследства, что вполне возможно (ч. 2 ст. 1120 ГК РФ), то в случае отсутствия (отпадения) законных наследников и признания одного из двух завещаний недействительным, когда нарушена форма или порядок совершения завещания (ст. 1124 — 1128 ГК РФ), часть наследства, завещанная по признанному недействительным завещанию, считается выморочной. В другом (гипотетическом) случае, если все наследство завещано определенному лицу, нет законных наследников или все они отпали, завещание ничтожно или эффективно оспорено и аннулировано в определенной части (п. 1, 4 ст. 1131 ГК РФ), причем при этих условиях отпавшую в результате часть наследства наследник по завещанию не наследует согласно п. 5 ст. 1131 ГК РФ, наследство в той части, которая завещана по ничтожному или аннулированному завещательному распоряжению, становится выморочным. Актуален, наконец, пример, приведенный О. С. Иоффе: «Мыслимо также, — писал он, — сочетание двух указанных видов наследования (по завещанию и по основанию выморочности наследства. — Примечание наше) не только по объектному, но и по субъектному признаку: если при отсутствии наследников по закону и по завещанию часть имущества завещана государству, другую его часть государство получит по основанию выморочности наследства» <31>. ——————————— <31> Иоффе О. С. Указ. соч. С. 328.

Итак, полагаем, что ст. 1151 и 1161 ГК РФ и их доктринальное толкование позволяют сделать вывод как о юридической, так и социальной обоснованности перехода одной части наследства к наследникам, а другой части — к публичным образованиям в порядке наследования по закону. В ограниченном числе случаев публичное образование может делить наследство с наследниками как по закону, так и по завещанию (если завещано не все наследство).

——————————————————————