Проблемы оспаривания прав на объекты культурного наследия

(Фрадкин К. Б.) ("Закон", 2014, N 2) Текст документа

ПРОБЛЕМЫ ОСПАРИВАНИЯ ПРАВ НА ОБЪЕКТЫ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ

К. Б. ФРАДКИН

Фрадкин Константин Борисович, заместитель начальника управления правового обеспечения и судебной защиты Росимущества.

В статье освещаются основные этапы борьбы с незаконным захватом недвижимости - объектов культурного наследия России. Автор на примере действий органов государственной власти г. Москвы показывает, насколько опасным с точки зрения сохранности культурного фонда может быть изъятие и последующая передача в частную собственность недвижимого имущества, чья историческая и культурная ценность не учитывается при введении соответствующих объектов в гражданский оборот. Попутно затрагиваются проблемы, с которыми приходится сталкиваться Росимуществу при отстаивании в суде требований о возврате спорных объектов недвижимости и выселении лиц, незаконно занимающих помещения в них на основании ничтожных договоров, заключенных с г. Москвой.

Ключевые слова: объекты культурного наследия, памятники истории и культуры, право собственности, государственная собственность, недвижимое имущество.

Начало целенаправленной работы по охране объектов культурного наследия

История находит свое отражение в культурных объектах, и, осознав это, люди с давних времен стараются сохранить ее материальные свидетельства. Учитывая процессы естественного разрушения памятников истории с течением времени, а также их высокую значимость для духовной жизни народа, объектам культуры необходимо предоставлять особый гражданско-правовой статус, который исключал бы возможность их уничтожения или повреждения. Первые известные нам законы об охране памятников относятся к временам разграбления римскими христианами языческих храмов и гробниц. Грегоровиус пишет: "Хотя, - говорит Констанций в 343 г., - всякое суеверие должно быть совсем уничтожено, мы хотим, однако, чтобы здания храмов, находящихся вне стен, оставались нетронутыми и неповрежденными. Так как некоторые храмы положили начало цирковым зрелищам и упражнениям, то не приличествует разрушать то, что составляет основу торжества древних игр римского народа" <1>. -------------------------------- <1> Грегоровиус Ф. История города Рима в Средние века (от V до XVI столетия). М., 2008. С. 55.

Грегоровиус также указывает, что император Майориан вынес эдикт, призванный сдержать быстрое разрушение римлянами древних зданий: "Мы, правители города, решили положить конец бесчинству, которым обезображивается вид почитаемого города и которое давно уже вызывает в нас отвращение. Нам известно, что общественные здания, которые составляют всю красоту города, подвергаются разрушению благодаря преступной снисходительности властей. Под тем предлогом, что камень нужен для возведения общественных зданий, древние величественные сооружения разоряются, и таким образом уничтожается великое, чтобы устроить где-то и что-то ничтожное. А затем является уже и такое злоупотребление, что при постройке частного дома благодаря послаблению городских судей необходимый материал берется из общественных зданий; между тем то, что составляет блеск города, должно было бы оберегаться любовью граждан. Поэтому мы устанавливаем как общий закон, что все те здания, которые были воздвигнуты в древности для общей пользы и украшения города, будут ли то храмы или иные памятники, не должны быть никем разоряемы и к ним никто не должен прикасаться. Судья, потворствующий нарушению этого закона, штрафуется пятьюдесятью фунтами золота; повинующиеся противозаконному приказу судьи и не оказывающие ему сопротивления в этом служитель судьи и нумерарий подвергаются наказанию и, кроме того, им отрубаются руки, так как вместо того, чтобы оберегать памятники, такие люди оскверняют их. Все, что присвоено было до сих пор обманными происками, не может быть ни в каком случае отчуждено от государства, и мы приказываем вернуть ему все; мы учреждаем восстановление отчужденного и на последующее время прекращаем licentiam competendi. Если же потребовалось бы какое-нибудь древнее здание уничтожить, ввиду ли постройки нового общественного учреждения или невозможности ремонта, то об этом надлежит ведать просвещенному и досточтимому сенату, который, найдя по зрелом обсуждении необходимым такое уничтожение, должен представить свое заключение нашему заботливому рассмотрению. И то, что ни в каком случае уже не может быть восстановлено, должно пойти на украшение какого-нибудь другого общественного здания" <2>. -------------------------------- <2> Там же. С. 176 - 177.

Общемировое развитие законодательства в области охраны культурного наследия не является предметом исследования в настоящей статье. Для наших целей важно лишь отметить, что в нашей стране целенаправленная работа по учету и охране объектов культурного наследия была начата в середине XX в. Важной вехой этого процесса следует признать Постановление Совета Министров РСФСР от 22.05.1947 N 389 "Об охране памятников архитектуры". Оно содержало следующие существенные положения: 1) запрещена передача зданий и сооружений памятников архитектуры в пользование другим ведомствам и учреждениям без разрешения Совета Министров РСФСР (п. 3); 2) установлена обязанность учреждений и организаций, в пользовании которых находятся памятники архитектуры, заключать с органами Управления по делам архитектуры обязательства, предусматривающие порядок использования, охраны, содержания и необходимый ремонт (реставрацию) памятников (п. 4); 3) закреплены санкции в отношении организаций, не обеспечивающих сохранность и правильное использование памятников, а также не выполняющих требований органов архитектуры, - памятники могли быть изъяты из ведения соответствующих учреждений и предприятий с освобождением зданий, возмещением убытков и восстановлением повреждений за счет нарушителей (п. 5); 4) запрещен снос и перенос памятников архитектуры (п. 7); 5) утвержден перечень памятников архитектуры и архитектурных заповедников РСФСР, подлежащих государственной охране в первую очередь (п. 10). Этот список мероприятий был впоследствии расширен Постановлениями Совета Министров РСФСР от 22.05.1948 N 503, от 29.06.1957 N 781, от 20.11.1958 N 1292. Все перечисленные акты утратили силу в связи с изданием ныне действующего Постановления Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 N 1327 "О дальнейшем улучшении дела охраны памятников в РСФСР" (далее - Постановление Совмина РСФСР N 1327). Этот документ утвердил действующие до сих пор (с некоторыми поправками) перечни объектов культуры, подлежащих охране как памятники государственного и местного значения. Постановлением Совмина РСФСР N 1327 также было закреплено, что памятники культуры государственного значения могут быть сняты с охраны (при необходимости их сноса, застройки или переделки, вызванных исключительными обстоятельствами) только решением Совета Министров РСФСР <3>; аналогичные действия в отношении памятников культуры местного значения были возможны лишь с разрешения Министерства культуры РСФСР (п. 5). -------------------------------- <3> Несмотря на то что указанный акт не утратил силу, снос памятников федерального значения сегодня нередко осуществляется без какого-либо согласования с центральными органами власти.

Установление права собственности Российской Федерации на объекты культурного наследия

Произошедший в 1990-е гг. раздел государственной собственности на собственность Российской Федерации, ее субъектов и муниципальных образований придал особую значимость Постановлению Совмина РСФСР N 1327. В тех условиях невозможно было составить максимально точные и подробные описи всей государственной собственности, соответственно, нужно было законодательно определить признаки, которые позволили бы отнести конкретные объекты к тому или иному ее уровню. Этот механизм был закреплен в Постановлении Верховного Совета РФ от 27.12.1991 N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" (далее - Постановление Верховного Совета РФ N 3020-1), установившем порядок отнесения имущества к тому или иному уровню государственной собственности. Согласно п. 3 раздела I приложения 1 к данному документу объекты историко-культурного и природного наследия и художественные ценности, учреждения культуры общероссийского значения, расположенные на территории Российской Федерации, были отнесены к исключительной собственности Российской Федерации. В то время регламентация участия недвижимости в гражданском обороте, которая сегодня представляет собой особый правовой режим вещи (а именно требование публичной регистрации прав на нее) <4>, была иной. Законодательство не предусматривало регистрации прав на недвижимое имущество в качестве условия, необходимого для перехода прав на него. Более того, с введением подобной регистрации была подтверждена юридическая состоятельность всех ранее возникших прав на недвижимое имущество. -------------------------------- <4> См.: Суханов Е. А. Вещные права и права на нематериальные объекты // Вестник ВАС РФ. 2007. N 7. С. 19.

Так, в ст. 6 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" закреплено, что "права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу настоящего Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной настоящим Федеральным законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей". При этом согласно п. 5 ст. 214 ГК РФ отнесение государственного имущества к федеральной собственности и к собственности субъектов РФ осуществляется в установленном законом порядке. Таким образом, в силу прямого указания закона возникло право собственности Российской Федерации на соответствующие памятники культурного наследия. То есть все государственное имущество, отнесенное к моменту вступления в силу Постановления Верховного Совета РФ N 3020-1 к объектам культурного наследия, автоматически стало собственностью Российской Федерации независимо от какой-либо регистрации прав на него.

Нарушение прав Российской Федерации на объекты культурного наследия

К сожалению, реалии нашей жизни таковы, что существование норм права предполагает и их нарушение. Пренебрежение законом в сфере охраны памятников культурного наследия сулит безвозмездное получение недвижимости, имеющей огромную рыночную стоимость, поэтому забвение прав законного собственника практически предопределено. В подобных ситуациях зачастую используется рейдерский подход: необходимость и правомерность владения чужой собственностью становятся предметом обсуждения уже по факту ее захвата. Даже если собственнику и удается восстановить свои права, то незаконный владелец (назовем его условно рейдером) ничего не теряет - захват был безвозмезден. А если попытка собственника защитить свои права не даст результата, то рейдер тем более будет в выигрыше. Ведь он, выступая как квазидобросовестный приобретатель (или же легализовав имущество иным образом), пользуется финансовыми преимуществами и выгодами, которые ему дает владение бесценным объектом культурного наследия. Однако "не подлежит никакому сомнению, что государство может и даже обязано ограничивать, т. е. вводить в известные рамки, индивидуальную свободу" <5>. -------------------------------- <5> Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 79.

В отношении объектов культурного наследия подобные противоправные проявления свободы были спровоцированы тремя факторами: 1) отсутствием надлежащего учета ценных объектов, а также необходимости регистрации прав на них в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним; 2) сосредоточением в 1990-е гг. значительных реальных властных правомочий в руках субъектов РФ и одновременным ослаблением влияния федерального центра; 3) значимостью лица, в чью пользу производилось отчуждение имущества Российской Федерации. Как правило, им являлись органы власти субъекта РФ, а потому региональные правоохранительные органы не стремились вмешиваться в ситуацию. Поскольку и сегодня объекты культурного наследия не изъяты из гражданского оборота, они в любой момент могут быть с немалой выгодой сданы в аренду или проданы. Нередки и случаи, когда их сносят, чтобы освободить нужный для тех или иных целей земельный участок. Чтобы совершить все указанные действия, достаточно лишь зарегистрировать свое право на тот или иной памятник истории и культуры и приобрести титул собственника, что в условиях ослабления федеральной власти органам управления субъекта РФ было совсем несложно сделать, поэтому они не замедлили именно так и поступить.

Обжалование Постановления правительства Москвы от 27.03.2001 N 299-ПП

На территории столицы регистрация прав собственности на объекты культурного наследия была осуществлена путем принятия серии постановлений правительства Москвы, наиболее значимым из которых следует признать Постановление от 27.03.2001 N 299-ПП "О регистрации в государственной собственности города Москвы недвижимых памятников истории и культуры, находящихся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы" (далее - Постановление N 299-ПП). Этот документ стал юридическим фактом, на основании которого началась регистрация права собственности г. Москвы (далее - г. Москва, город) на объекты культурного наследия. Постановление N 299-ПП не было исполнено полностью, однако право на большую часть поименованных в нем исторических памятников все же было зарегистрировано за г. Москвой. Одни были впоследствии сданы в аренду, другие были снесены, а на их месте построены современные здания. Сложившаяся ситуация вызвала понятное беспокойство законного собственника этих объектов - Российской Федерации, начавшей кампанию по возврату принадлежащей ей недвижимости. В первую очередь необходимо было разрушить фундамент, на который опиралось незаконное отчуждение объектов из собственности Российской Федерации, - отменить Постановление N 299-ПП. Иск о его признании недействительным был подан еще в 2002 г., но только в 2008 г. он с огромным трудом добрался до кассационной инстанции. Однако вопрос так и не был окончательно разрешен. Постановлением ФАС Московского округа от 15.07.2008 вынесенные по делу N А40-26861/02-79-162 судебные акты были отменены, а дело вновь передано в Арбитражный суд города Москвы, где оно находилось почти три года. Суд неоднократно удовлетворял ходатайство представителя города и откладывал дело. Все эти годы незаконно отчужденное у Российской Федерации имущество активно использовалось, принося своим "владельцам" огромные выгоды, которые были бы утрачены в случае принятия положительного решения по данному иску. К сожалению, согласно ст. 188 АПК РФ "определение арбитражного суда может быть обжаловано отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в случаях, если в соответствии с настоящим Кодексом предусмотрено обжалование этого определения, а также если это определение препятствует дальнейшему движению дела". Эти условия предоставляли ответчикам большие перспективы для затягивания разбирательства и получения выгоды лицами, незаконно захватившими федеральное имущество. Истцам же оставалось ждать, когда суд сочтет, что конфликт может быть урегулирован, не имея ни малейшего законного способа обжаловать его действия. В итоге лишь 4 марта 2011 г. иск был удовлетворен, а Постановление N 299-ПП признано недействительным. Это решение оставлено в силе апелляционной и кассационной инстанциями. Заканчивая анализ самого спора, отметим, что время - существеннейший юридический факт. С течением времени в жизнь входят новые общественные отношения, влекущие определенные юридические последствия, в том числе и те, что осложняют собственнику защиту его прав. И даже в той ситуации, когда права Российской Федерации на объекты культурного наследия восстановлены, лица, незаконно занимающие объекты недвижимости, требуют с государства возмещения своих затрат на содержание и ремонт зданий. Очевидно, что эти негативные последствия не возникли бы, если бы Постановление N 299-ПП было отменено сразу же. Восстановление права по прошествии многих лет после его нарушения затрагивает интересы многих лиц, которые более или менее добросовестно пользовались плодами правонарушения и теперь воспринимают только как посягателя того, кто упорно пытается защитить свои права.

Защита прав Российской Федерации на объекты культурного наследия путем подачи самостоятельных исков

Росимущество, не желая ждать неопределенно долго и не имея законной возможности вернуть все объекты сразу, при обжаловании Постановления N 299-ПП не удовольствовалось ролью наблюдателя и стало возвращать исторические памятники по одному. Был подан ряд исков с целью вернуть отдельные незаконно отчужденные у Российской Федерации памятники культурного наследия, началась работа по выявлению объектов, которые были безосновательно зарегистрированы за г. Москвой. Как только Росимущество получало информацию о подобных правонарушениях, оно направляло в суд очередной иск о признании недействительным права собственности города, признании права собственности Российской Федерации и выселении лиц, незаконно занимающих соответствующие помещения по договорам аренды. Позиция Росимущества по этим делам сводится к следующему: 1) Постановление Верховного Совета РФ N 3020-1 относит объекты культурного значения к федеральной собственности; 2) объекты, на которые зарегистрировано право собственности г. Москвы, являются объектами культурного наследия; 3) следовательно, указанные объекты находятся в федеральной собственности. Разумеется, представители города, не желая отказываться от неправомерно полученного имущества, использовали различные способы защиты своих интересов.

Аргументация г. Москвы по искам о признании права собственности Российской Федерации

Возражения представителей города опирались на ряд аргументов. 1. Аргументация, связанная с тем, что спор не может рассматриваться до разграничения собственности на объекты культурного наследия. Основной довод, как правило, состоял в том, что порядок разграничения и оформления права собственности Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований на объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) федерального значения, получившие статус памятников федерального значения до 27.12.1991, установлен Федеральным законом от 25.06.2002 N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" (далее - Закон об объектах культурного наследия), поэтому спор не может рассматриваться без учета требований названного Закона. Несостоятельность подобного обоснования очевидна, если принять во внимание, что право г. Москвы на объекты есть лишь юридическое заблуждение. Пункт 2 ст. 63 данного Закона указывает, что "Правительство Российской Федерации утверждает перечни объектов культурного наследия, которые необходимы для обеспечения осуществления субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями установленных федеральными законами полномочий". Эти перечни являются лишь основанием для передачи надлежащих объектов недвижимости в собственность субъекта РФ. Право собственности Российской Федерации на рассматриваемые нами объекты уже возникло независимо от его регистрации. Разрешение законом передачи объектов в собственность иных лиц, в том числе и тех, кто произвел незаконное отчуждение соответствующего имущества, не может рассматриваться в качестве факта, легализующего уже совершенное правонарушение. Лицо, чье право нарушено, вправе требовать его защиты, как бы оно ни собиралось им впоследствии распорядиться. Вопрос о применимости Закона об объектах культурного наследия при урегулировании разногласий относительно объектов культурного наследия неоднократно становился предметом рассмотрения в судах, в том числе в ФАС Московского округа (далее - ФАС МО). В частности, в Постановлении ФАС МО от 29.07.2008 N КГ-А40/4251-08-П по делу N А40-80792/06-105-615 суд весьма определенно выразил свое отношение к аргументации г. Москвы: "Установление порядка перерегистрации права собственности на объекты культуры федерального значения не является препятствием для обращения в суд с вещным иском, направленным на защиту права федеральной собственности, которое нарушено в связи с государственной регистрацией не существовавшего в действительности права собственности г. Москвы на спорный объект истории и культуры (здесь и далее в цитатах выделено мной. - К. Ф.). По мнению суда кассационной инстанции, предоставленное истцу п. 2 ст. 63 названного Закона право обратиться в суд с иском к органам государственной власти субъекта РФ об обязании произвести отказ от права собственности на спорный объект, не исключает права истца защитить свои права на спорный объект посредством вещного иска". Аналогичная позиция изложена в Постановлениях ФАС МО от 18.11.2008 N КГ-А40/8764-08 по делу N А40-67828/07-85-589, от 23.09.2008 N КГ-А40/8765-08 по делу N А40-68154/07-85-596, от 21.07.2008 N КГ-А40/14272-07 по делу N А40-13366/07-6-111, от 21.07.2008 N КГ-А40/12110-07 по делу N А40-38696/06-63-206, от 09.07.2008 N КГ-А40/4731-08 по делу N А40-78299/06-50-625, а также в ряде подобных актов. Несмотря на это, представители города в каждом судебном разбирательстве по объектам культурного наследия пытаются обосновать свою позицию ссылкой на указанный Закон. Ни разу эта аргументация не была принята судом кассационной инстанции, что позволяет говорить о наличии единообразной судебной практики. 2. Аргументация, связанная с применением срока исковой давности. В данном случае аргументы г. Москвы были сравнительно просты. Заявляя о применении срока исковой давности, ответчики требовали отказать в иске, так как подобное заявление, сделанное стороной в деле, выступает основанием для отказа в иске. Начало течения срока исковой давности предлагалось исчислять с момента регистрации г. Москвой права собственности на спорный объект, которая, как правило, осуществлялась в 2001 - 2003 гг. По мнению представителей города, собственник имел возможность узнать о том, что на его имущество зарегистрировано право собственности иного лица, и срок исковой давности должен начинать свое течение именно с этого момента. В ряде случаев суды первой инстанции воспринимали эти доводы, что приводило к отказам в иске о признании права собственности Российской Федерации на объекты культурного наследия. Однако кассация сформировала иной подход: в соответствии со ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок. Требования о признании Постановления N 299-ПП недействительным предъявлены в интересах Российской Федерации как публично-правового образования, поэтому срок исковой давности для защиты прав Российской Федерации в отношении признания ее права на объекты культурного наследия был прерван в результате оспаривания заместителем прокурора в суде основания государственной регистрации права собственности г. Москвы на эти исторические памятники. Таким образом, обжалование Постановления N 299-ПП прервало течение срока по всем остальным искам, предъявленным в защиту прав на объекты, упомянутые указанным актом. Позиция по этим вопросам единообразна и нашла отражение, в частности, в Постановлениях ФАС МО от 10.06.2009 N КГ-А40/3941-09-П по делу N А40-35497/07-85-250, от 15.01.2010 N КГ-А40/14628-09-1,2 по делу N А40-94115/08-91-460, от 20.11.2009 N КГ-А40/12076-09 по делу N А40-94792/08-105-542.

Аргументация лиц, занимающих спорные помещения на основании ничтожных договоров, заключенных с г. Москвой, в отношении требований об их выселении

В ряде случаев лица, занимающие помещения на основании договоров, заключенных с городом, пытались возражать против удовлетворения иска об их выселении со ссылкой на то, что на них как на добросовестных арендаторов распространяются нормы ст. 617 ГК РФ. Однако суд принял контраргументы Росимущества о том, что договоры аренды, заключенные несобственником имущества, ничтожны и не порождают правовых последствий (п. 1 ст. 167 ГК РФ). Отношения же из ст. 617 ГК РФ являются следствием правомерного договора аренды. Ничтожный договор аренды, заключенный помимо воли собственника имущества, не порождает подобных правовых последствий. Кроме того, арендаторы предпринимали попытки защитить свое право занимать спорные помещения и легальность договоров аренды, заключенных, в частности, с органами власти субъектов РФ, опираясь на следующие доводы: в период заключения спорных договоров применялись специальные правила предоставления памятников истории и культуры, отличные от порядка использования иного государственного имущества; под этими правилами понимается право на передачу федерального имущества в аренду органами государственной власти субъекта РФ; п. 60 Положения об охране и использовании памятников истории и культуры, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 16.09.1982 N 865 (далее - Постановление Совмина N 865) гласит: "Охранно-арендные договоры заключаются между предприятиями, учреждениями, организациями, гражданами, которым предоставляются недвижимые памятники истории и культуры для использования в хозяйственных целях, и местными государственными органами охраны памятников, на балансе которых состоят эти памятники". Нам представляется, что эти аргументы не могут быть признаны удовлетворительными по следующим причинам. Согласно п. 1 ст. 63 Закона об объектах культурного наследия "...до вступления в силу утвержденных Правительством Российской Федерации нормативных актов, издание которых отнесено настоящим Федеральным законом к полномочиям Правительства Российской Федерации, но не позднее 31 декабря 2010 г. сохраняются правила охраны, реставрации и использования памятников истории и культуры Российской Федерации, установленные Положением об охране и использовании памятников истории и культуры, утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 16 сентября 1982 г. N 865 и применяемым постольку, поскольку указанные правила не противоречат настоящему Федеральному закону". В силу п. 60 этого Положения охранно-арендные договоры заключаются между предприятиями, учреждениями, организациями, гражданами, которым предоставляются недвижимые памятники истории и культуры для использования в хозяйственных целях, и местными государственными органами охраны памятников, на балансе которых состоят эти памятники. В соответствии с п. 3 ст. 55 Закона об объектах культурного наследия "договор аренды объекта культурного наследия, находящегося в федеральной собственности, заключается между федеральным органом исполнительной власти, специально уполномоченным на то Правительством Российской Федерации, и физическим или юридическим лицом". Органы субъекта РФ подобными правомочиями никогда не наделялись. Указом Президента РФ от 14.10.1992 N 1230 "О регулировании арендных отношений и приватизации имущества государственных и муниципальных предприятий, сданного в аренду" установлено, что функциями арендодателя при сдаче в аренду недвижимого имущества, относящегося к собственности Российской Федерации, наделен исключительно Государственный комитет по управлению государственным имуществом и по его поручению соответствующие территориальные агентства. Пунктом 15 Постановления Верховного Совета РФ N 3020-1 в редакции Постановления от 21.07.1993 N 5475-1 закреплено, что управление и распоряжение объектами федеральной собственности, за исключением случаев, предусмотренных законодательными актами Российской Федерации, осуществляет Правительство РФ, которое может делегировать полномочия в отношении объектов федеральной собственности. Согласно п. 15 ранее действовавшей редакции данного документа полномочия по распоряжению государственным имуществом, делегированные до 10 ноября 1991 г. министерствам, ведомствам и иным субъектам, утрачивают свою силу с момента принятия этого Постановления. 21 июля 2007 г. в текст Постановления Верховного Совета РФ N 3020-1 были внесены изменения, однако ранее действовавшая редакция не была признана утратившей силу. Следовательно, полномочия по распоряжению государственным имуществом, прекратившиеся в связи с вступлением в силу Постановления Верховного Совета РФ N 3020-1, не могли возникнуть на основании изменения редакции п. 15 указанного Постановления. Статья 4 Федерального закона от 30.11.1994 N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" закрепляет, что "впредь до приведения законов и иных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с частью первой Кодекса законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик и иные акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и в порядке, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 года "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств", Постановлениями Верховного Совета Российской Федерации от 14 июля 1992 года "О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы" и от 3 марта 1993 года "О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Российской Федерации", применяются постольку, поскольку они не противоречат части первой Кодекса". Статьей 209 ГК РФ установлено, что только собственник или уполномоченное им лицо вправе распоряжаться недвижимым имуществом. Управление и распоряжение федеральным имуществом отнесено к компетенции Правительства РФ (ст. 114 Конституции РФ). Ссылка же на п. 60 Положения об охране и использовании памятников истории и культуры, утвержденного Постановлением Совмина N 865, состоятельна только в отношении договоров, заключенных до вступления в силу законодательства, относящего заключение договоров аренды к полномочиям собственника. Президиум ВАС РФ поддержал позицию Росимущества, указав в Постановлении от 14.11.1995 по делу N 9401/93, что право распоряжения от имени собственника объектами федеральной собственности, к которым относятся памятники архитектуры, принадлежит исключительно Госкомимуществу России, следовательно, г. Москва не вправе заключать арендный договор без его согласия. Позиция ФАС МО была аналогичной по делам N А40-42472/07-82 -379, А40-63398/09-157-443 и А40-9053/08-28-92. По последнему делу, оставляя в силе решения судов первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции отметил, что "с учетом указанных обстоятельств арбитражные суды признали охранно-арендный договор N 298 от 14.10.2002 не соответствующим ст. ст. 209, 608 Гражданского кодекса Российской Федерации, ничтожным в силу ст. 168 Кодекса. В связи с чем [суд] пришел к выводу о занятии ответчиком спорного помещения без правовых оснований и удовлетворил требование о выселении, руководствуясь ст. ст. 301, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации" <6>. -------------------------------- <6> См.: Постановление ФАС МО от 17.03.2009 N КГ-А40/1397-09.

Однако в последнее время практика существенным образом изменилась: рядом судебных актов было отказано в выселении лиц, занимающих объекты культурного наследия по договорам аренды, заключенным с г. Москвой. Судьба тех памятников истории, культуры и архитектуры, на которые Российская Федерация восстановила свое право, также складывается непросто. Все эти объекты представляют слишком большую рыночную ценность, поэтому незаконные собственники не прекращают попыток вернуть себе высоколиквидное имущество. Эта тема станет предметом наших дальнейших исследований.

------------------------------------------------------------------

Название документа