Понятие жилищных отношений: постановка проблемы

(Суслова С. И.) («Семейное и жилищное право», 2012, N 1) Текст документа

ПОНЯТИЕ ЖИЛИЩНЫХ ОТНОШЕНИЙ: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ <*>

С. И. СУСЛОВА

——————————— <*> Suslova S. I. Concept of housing relations: statement of problems.

Суслова Светлана Игоревна, заведующая кафедрой гражданского права и процесса Иркутского юридического института (филиала) Российской правовой академии Министерства юстиции РФ, кандидат юридических наук, доцент.

В статье дается характеристика подходов к понятию жилищных отношений в отечественной цивилистике. Автор оценивает существующие позиции и предлагает направления для дальнейшего анализа обозначенной категории.

Ключевые слова: жилищные отношения, жилищные правоотношения, проживание, классификация.

The article analyzes the positions about housing relations in the home science. The author evaluates the current positions and offers directions for further analysis indicated category.

Key words: housing attitudes, housing relationship, residence, classification.

Анализ юридической литературы по вопросу понимания категории жилищных отношений приводит к необходимости констатации следующих обстоятельств. Во-первых, нередко наблюдается попытка смешения категорий «жилищные правоотношения» и «жилищные отношения» <1>, несмотря на достаточно красноречивые предостережения, сделанные О. А. Красавчиковым <2>. Во-вторых, немногочисленное обращение к данным вопросам как советских, так и современных цивилистов привело к повсеместному воспроизведению в учебной литературе утверждений следующего свойства: «Предметом правового регулирования жилищного права являются жилищные отношения, т. е. такие общественные отношения, которые прямо или косвенно связаны с жилым помещением (удовлетворением жилищных потребностей граждан) <3>» или «Жилищные отношения — это главным образом отношения, обеспечивающие удовлетворение потребности граждан в жилище» <4>. Справедливо обращает внимание на проблему жилищных отношений Ю. К. Толстой, когда пишет, что «необходимо, не ограничиваясь характеристикой соответствующих отношений как жилищных, установить, какое именно отношение за этим собирательным понятием кроется» <5>. Однако дальнейший анализ работы автора лишь позволяет отметить, что под жилищными отношениями им понимается собирательное понятие, охватывающее различные по своей природе отношения. ——————————— <1> См., например: Бакирова Е. Ю. Теория фактических составов в жилищном праве современной России: Монография. М.: Издательская группа «Юрист», 2009. С. 39. <2> Напомним, что правовед писал по этому поводу: «…нельзя сказать, что категория жилищных отношений (которые не следует смешивать с жилищными правоотношениями) вообще игнорируется в исследованиях правоведов. Однако и утверждение о том, что она обстоятельно изучена, полнокровно отражена в соответствующем понятийном аппарате, будет стоять от истины на весьма почтительном расстоянии» или «Однако «прав» пока затрагивать не следует — иначе неизбежно смешение юридических и экономических отношений и, как следствие этого, смешение юридических конструкций и понятий с экономическими» (Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 12, 13). <3> Титов А. А. Жилищное право Российской Федерации: Учебник. М.: Юрайт-Издат, 2007. С. 66 — 67. <4> Шешко Г. Ф. Жилищное право: Учеб. пособ. М.: АСТ КОНТРАКТ, 2007. С. 28. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник Ю. К. Толстого «Жилищное право» включен в информационный банк согласно публикации — Проспект, 2011 (2-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— <5> Толстой Ю. К. Жилищное право: Учебник. М.: ТК «Велби»; Изд-во «Проспект», 2007. С. 12.

Было бы несправедливым утверждать, что современные исследователи не ставят перед собой задачу необходимости научного обоснования специфики жилищных отношений. В той или иной степени попытку ее постановки и решения можно встретить в работах Б. М. Гонгало, П. В. Крашенинникова <6>, Е. Ю. Бакировой <7>. Определенные выводы по этому вопросу были сформулированы ранее и нами <8>. Однако признать обозначенную проблему решенной не приходится, что требует дальнейшего исследования данного вопроса. ——————————— <6> Так, в частности, авторы отмечают, что возможность собрать воедино указанные отношения «обусловлена не только и не столько волей законодателя, сколько тем, что они образуют объективную систему взаимосвязанных и взаимообусловленных (выделено авт.) общественных отношений» (Кодификация российского частного права / Под ред. Д. А. Медведева. М., 2008. С. 169 (авторы раздела — Б. М. Гонгало, П. В. Крашенинников)). <7> Бакирова Е. Ю. Указ. соч. С. 39 и далее. <8> Суслова С. И. Жилищные права: понятие и система. М.: Юриспруденция, 2011. С. 12 — 27.

В настоящее время существуют два взгляда на жилищные отношения, предложенные цивилистами, которые условно можно назвать узким и широким. Узкий заключается в том, что под жилищными отношениями должны пониматься только отношения по «владению, нормированному пользованию и ограниченному распоряжению жилым помещением, предоставленным пользователю (несобственнику) для проживания» <9>. Широкий — включают в эту сферу любые отношения, возникающие по поводу особого объекта. При этом, несмотря на практическое аксиоматичное повторение данных постулатов в учебной и научной литературе по жилищному праву, очевидно, что и тот и другой путь изначально выглядят тупиковыми. ——————————— <9> Красавчиков О. А. Основы жилищного законодательства: предмет регулирования и юридическая природа // Основы советского жилищного законодательства: Межвуз. сб. науч. трудов. Свердловск: УрГУ, 1981. С. 22 — 23.

Так, если жилищными считать только отношения по использованию (по терминологии О. А. Красавчикова, по владению, пользованию и распоряжению <10>) жилого помещения для проживания, то это порождает следующие вопросы. ——————————— <10> Мы уже отмечали, что использование при характеристике фактических отношений таких терминов, как владение, пользование и распоряжение, недостаточно корректно, поскольку по устоявшейся в цивилистике терминологии они относятся к сфере правовых категорий (правомочий субъективного права), и их механический перенос в сферу реальных отношений лишь вносит дополнительную неопределенность и недосказанность (более подробно см.: Суслова С. И. Указ. соч. С. 17 — 18).

Во-первых, что понимать под проживанием, как данная категория соотносится с понятием вселения, обеспечения допуска в жилое помещение, с нахождением в нем? О. А. Красавчиков справедливо заметил, что «для раскрытия объекта жилищных отношений необходимо дать известную характеристику категории «проживания» <11>. Однако анализ юридической литературы по этому вопросу позволяет усомниться, что убежденность цивилиста в том, что «цивилистическая наука займется и категорией проживания» <12>, воплотилась в реальную действительность. ——————————— <11> Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 20. <12> Там же.

Редко встречающиеся случаи использования данной категории связаны с тематикой вещных прав на жилое помещение <13>, в которых вопрос о проживании исследуется исключительно с позиции правомочия субъективного права или попытки обоснования его существования в качестве самостоятельного субъективного права, т. е. как правовой формы. Проживание как категория фактических отношений, позволяющая отграничить жилищные отношения от иных отношений в обществе, никем не затрагивается. ——————————— <13> См., например: Щенникова Л. В. Вещное право: Учеб. пособие. М.: Юристъ, 2006. С. 170 — 184; Бабаев А. Б. Система вещных прав: Монография. М.: Волтерс Клувер, 2006; Формакидов Д. А. Вещное право проживания. СПб.: Юрид. центр «Пресс», 2006.

Во-вторых, отсутствие подобных исследований приводит к следующей ситуации. Так, к иным отношениям, которые предшествуют проживанию, сопровождают его, являются следствием их существования, применяются различного рода названия: «находятся в особой взаимосвязи» (об отношениях собственности), «взаимодействуют с другими общественными отношениями», «примыкают к жилищным» (о коммунальных, организационных, трудовых); «как жилищных, так и иных прямо или косвенно связанных общественных отношений» и др. Многозначность используемых оборотов как минимум требует уточнения: почему одни из них только взаимосвязаны, а другие взаимодействуют, а третьи примыкают, а четвертые являются предпосылкой существования? Помимо этого, очевидно и еще одно обстоятельство. Без существования многих из этих отношений само проживание в объекте становится или затруднительным, или невозможным. Понимая эти трудности, многие исследователи пошли по противоположному пути, указав, что отношения по проживанию — это центральное звено, ядро жилищных отношений, но остальные отношения, «прямо или косвенно» связанные с проживанием, также нужно считать жилищными. Ущербность данного подхода заключается в том, что границы жилищных отношений при таком подходе, с одной стороны, остаются абсолютно размытыми и неопределенными. Одновременно с этим, с другой стороны, попытки доказать, что отношения по поводу жилых помещений являются предметом регулирования различных отраслей законодательства (гражданского, земельного, административного и т. д.), вообще в итоге приводят к единственному возможному выводу: никаких жилищных отношений нет, а есть земельные отношения, связанные с жилыми помещениями, гражданские отношения по поводу жилых помещений, административные по поводу предоставления жилых помещений и т. д. Представляется, что выход из сложившейся ситуации может быть найден, если направить исследовательские усилия в следующих направлениях. Во-первых, на устранение терминологической неопределенности. Во-вторых, на определение места жилищных отношений в существующих классификациях общественных отношений и выявлению их отличительных свойств. В-третьих, на видовую характеристику отношений, возникающих по поводу жилых помещений, используя категории реальных фактических отношений, а не существующих правовых форм. В отношении первого направления укажем следующее. Представляется, что необходимо ввести в научный оборот понятие — отношения, возникающие по поводу жилого помещения <14>. В этом случае будет отсутствовать проблема с определением круга этих отношений, поскольку под ними следует понимать любые отношения, возникающие в связи с жилым помещением, а соответственно эти отношения выделяются из иных общественных отношений лишь по одному общепризнанному критерию — объекту. Нет в этом случае надобности в формулировании примерного или точного перечня этих отношений. При этом законодательство, формируемое в области отношений по поводу жилого помещения (гражданское, административное, земельное и т. д.), должно учитывать социальную значимость объекта в жизни конкретного человека. Жилищные отношения следует рассматривать как более узкое понятие, которое должно быть положено в основу формирования жилищного законодательства. При этом необходимо выявить иные (помимо объекта) особенности, для них характерные. Такие особенности обнаруживаются при характеристике субъектного состава данных отношений, а также их содержания. При этом жилищное законодательство (направленное на урегулирование жилищных отношений) должно учитывать не только специфику объекта, но и иные их специфические черты. Не анализируя данный вопрос подробно, отметим, что авторская позиция заключается в выделении особого субъектного состава (в первую очередь речь идет об участии публичных органов власти), а также в особенности содержания жилищных отношений, которая проявляется в наличии такой их черты, как вынужденность <15>. ——————————— <14> На первый взгляд аналогичные предложения высказывали и иные авторы. Так, Е. Ю. Бакирова предлагает «говорить о правоотношениях в жилищной сфере, куда входят в том числе и жилищные правоотношения» (Бакирова Е. Ю. Указ. соч. С. 41). Однако высказанное нами предложение базируется абсолютно на иных постулатах. Во-первых, автор явно смешивает категории жилищных отношений и жилищных правоотношений, что не представляется допустимым. Во-вторых, Е. Ю. Бакирова может быть причислена к ученым, отстаивающим позицию о том, что жилищными отношениями нужно считать только отношения по проживанию в жилом помещении, остальные отношения сопутствуют или предшествуют им. Критика данного подхода была высказана нами ранее. <15> См. более подробно, например: Суслова С. И. О критерии вынужденности участия в жилищных отношениях // Семейное и жилищное право. 2011. N 1. С. 32 — 34.

Важность второго из указанных направлений для исследования заключается в том, что, несмотря на очевидность того обстоятельства, что жилищные отношения есть разновидность общественных отношений, тем не менее этот аспект практически не затрагивается цивилистами. Анализ юридической литературы показал, что характеристика жилищных отношений с подобных позиций ограничивается указанием на то, что они являются материальными, экономическими отношениями <16>, а также тем, что жилищные отношения складываются в основном в сфере общественного распределения и потребления (пользования) <17>. Подобная лаконичность высказываний цивилистов по столь принципиальному вопросу не может не вызывать удивления и должна повлечь более углубленное его исследование. ——————————— <16> «Ни незначительность размера собственной квартирной платы… ни существование отношений членства в ЖСК… ни тот факт, что жилище передается в пользование (а не собственность), и др. не устраняют экономического характера жилищных отношений» (Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 16 — 17). <17> Седугин П. И. Право на жилище. М.: Юрид. лит., 1983. С. 44.

В завершение предложим классификацию отношений, возникающих по поводу жилых помещений, поскольку отсутствие необходимости в перечислении отношений по поводу жилого помещения не снимает вопрос об их систематизации в связи с их многочисленностью и разнообразием. По критерию направленности: 1) отношения, направленные на «ожидание» объекта; 2) отношения по воздействию на объект. Представляется, в корне неверно отказываться от включения в число указанных отношений тех, которые возникают до момента создания готового объекта <18>. Правовое регулирование в этой сфере должно быть не менее жестким (в части защиты жилищных прав) по сравнению с правовым регулированием отношений по поводу созданного объекта. Отсутствие продуманного подхода (являющегося следствием отсутствия учета специфики объекта) уже наглядно продемонстрировало негативные последствия, наступающие в сфере отношений по строительству многоквартирных домов. Несомненно, что к отношениям, возникающим по поводу жилого помещения, должны относиться и отношения по постановке на учет <19>, поскольку возникают по поводу будущего предоставления жилья, индивидуализировать который на момент возникновения данных отношений невозможно, несмотря на четкие законодательные требования к нему. Данные отношения тем и специфичны, что объект лишь «ожидаем» либо с точки зрения его физического отсутствия в природе (объективный критерий), либо с точки зрения невозможности индивидуализации для конкретного субъекта в конкретном правоотношении (субъективный критерий). ——————————— <18> Так, прямо об этом говорил П. И. Седугин. Однако аргументация исследователя об исключении из числа жилищных отношений по строительству ограничивалась только ссылкой на Основы жилищного законодательства (Седугин П. И. Указ. соч. С. 43). При этом еще раз подчеркнем, что термин «жилищные отношения» использовался автором только с позиции учета объекта. <19> Если жестко стоять на позиции о том, что отношения, предшествующие физическому появлению объекта, нельзя считать жилищными, тогда к ним нельзя относить и те отношения, которые касаются учета лиц (как нуждающихся и малоимущих, так и претендующих на получение государственной субсидии или жилищного сертификата). Наиболее последовательно данную идею отстаивал лишь О. А. Красавчиков (см.: Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 16 — 22).

С момента создания жилого помещения, его физического появления возникающие отношения можно представить тремя группами в зависимости от целей вступления в данные отношения. Первая группа. Отношения, связанные с использованием объекта по его назначению (извлечению полезных свойств). В данную группу входят: а) отношения по проживанию в жилом помещении (основные); б) отношения по использованию объекта в иных целях, не запрещенных законом (дополнительные). Отношения по использованию могут быть определены как отношения по проживанию в жилых помещениях, вселению, выселению, а также по предоставлению объекта третьим лицам. Вторая группа. Это отношения, направленные на сохранение тех свойств объекта, которые делают возможным его использование в соответствии с назначением (отношения по сохранению). Дальнейшая классификация данной группы отношений может быть произведена на отношения по содержанию (обязательные — непосредственно направленные на сохранение целостности объекта), благоустройству (факультативные — направленные на повышение уровня комфортного пребывания человека) и управлению (организация осуществления действий по содержанию и благоустройству). Третья группа. Это отношения по прекращению существования объекта. К ним следует относить действия лица по физическому уничтожению объекта, а также отношения по привлечению третьих лиц к совершению данных действий. Кроме того, в данную группу следует отнести те отношения, результатом которых является такое изменение технических характеристик объекта, которые свидетельствуют о появлении другого (измененного) объекта.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *