Проживание как осуществление права и исполнение обязанности

(Суслова С. И.) («Семейное и жилищное право», 2013, N 4) Текст документа

ПРОЖИВАНИЕ КАК ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ПРАВА И ИСПОЛНЕНИЕ ОБЯЗАННОСТИ <*>

С. И. СУСЛОВА

——————————— <*> Suslova S. I. Accommodation as the exercise subjective right and performance of duties.

Суслова Светлана Игоревна, заведующая кафедрой гражданского права и процесса Иркутского юридического института (филиала) Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент.

В статье анализируется возможность рассмотрения проживания в качестве действий по осуществлению права и исполнению обязанностей. Предлагается установление обязательности проживания в отношении отдельных субъективных прав, а также обосновывается необходимость закрепления особых субъективных прав проживающих лиц.

Ключевые слова: проживание, осуществление права, исполнение обязанности, равноправие.

The paper analyzes the possibility of considering the term «residence» as the action to implement the rights and performance of duties. If is proposed to consolidate the law in certain cases, the duty to live in a housing, as well as the necessity of establishing the subjective rights of residents.

Key words: accommodation, the implementation of law, performance of duties, equality.

Категория «проживание», несмотря на ее безусловную значимость для исследований в области жилищного права, не получила должного освещения в юридической литературе. Следует заметить, что в основном данный вопрос затрагивается применительно к изучению отдельных субъективных прав на жилое помещение, в содержание которых входит правомочие пользования (в том числе и проживание) <1>. Однако рассмотрение проживания как возможности — это только один из ракурсов исследования. Необходимо оценить проживание в качестве долженствования лица установить содержание такой обязанности, а также последствия ее неисполнения. ——————————— <1> См., напр.: Формакидов Д. А. Вещное право проживания. СПб.: Юрид. центр «Пресс», 2006. 180 с.

В ст. 1 ЖК РФ одним из основных начал жилищного законодательства назван принцип осуществления жилищных прав по своему усмотрению и в своем интересе. Это на первый взгляд означает, что устанавливать какие-либо требования по проживанию лица в жилом помещении или негативные последствия непроживания незаконно. На волне борьбы за свободу передвижения и выбор места жительства было принято одно из ключевых постановлений Конституционного Суда РФ в отношении ст. 60 ЖК РСФСР в части доводов о соотносимости «проживания» в жилом помещении и «прав на жилое помещение» <2>, трактовка положений которого на долгие годы предопределила складывающуюся судебную практику по данному вопросу. Суть ее очень проста: само по себе непроживание лица в жилом помещении никаких негативных последствий для обладателя субъективного права нести не может. Проживание — это лишь реализация (осуществление) имеющегося субъективного права, а соответственно, его обладатель хочет — реализует его, а не хочет — не реализует. Главное, чтобы он исполнял иные обязанности — платил, содержал, а также иным образом демонстрировал желание по сохранению своего права на жилое помещение. ——————————— <2> Постановление Конституционного Суда РФ от 23 июня 1995 г. «По делу о проверке конституционности части первой и пункта 8 части второй статьи 60 Жилищного кодекса РСФСР в связи с запросом Муромского городского народного суда Владимирской области и жалобами граждан Е. Р. Такновой, Е. А. Оглоблина, А. Н. Ващука» (далее — Постановление). URL: http://www. ksrf. ru.

Однако при анализе законодательства и судебной практики следует обратить внимание на следующее. Во-первых, Постановление касалось только прекращения права по договору социального найма и не может распространяться на иные субъективные права на жилые помещения. Во-вторых, в Постановлении речь идет о «временном отсутствии» <3> как основании недопустимости лишения права, что не исключает возможности прекратить право лица в случае его постоянного выбытия. Более того, такая «постоянность» может иметь индивидуальные рамки в зависимости от правового основания проживания в жилом помещении (в частности, его срочности или бессрочности). В-третьих, в законодательстве прямо установлено два случая прекращения субъективного права на жилое помещение и никто не оспаривает их конституционности. Речь идет о расторжении договора найма с беженцами и вынужденными переселенцами в случае отсутствия (неиспользования предоставленного жилого помещения) без уважительных причин свыше 6 месяцев <4>. ——————————— <3> В частности, итоговое решение таково: «…признать положения… допускающие лишение гражданина… права пользования жилым помещением в случае временного отсутствия, не соответствующими статьям 40 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации». <4> СЗ РФ. 2000. N 46. Ст. 4562; СЗ РФ. 2001. N 16. Ст. 1604.

Таким образом, не должны признаваться не соответствующими Конституции РФ нормы, в которых устанавливается обязанность по постоянному проживанию в жилом помещении, последствием несоблюдения которой будет являться досрочное прекращение субъективного права на жилое помещение <5>. В первую очередь следует говорить о тех субъективных правах, которые возникают в связи с: а) вселением и (или) б) проживанием в жилом помещении <6>. Кроме того, представляется, что в настоящее время назрела необходимость говорить об обязательности осуществления прав, возникающих на безвозмездной основе (на основании договора ссуды). Об учете фактического непроживания в жилом помещении как основании для прекращения договора коммерческого найма исследователи говорят применительно к договору коммерческого найма жилого помещения <7>. При этом подчеркнем, что обязательность проживания будет выражаться в том, что несоблюдение данной обязанности приведет к возможности прекращения права по инициативе субъекта, его предоставившего. ——————————— <5> Безусловно, речь может идти о любых, кроме права собственности, субъективных правах. <6> Так, проживание нередко является юридическим фактом, порождающим возникновение субъективного права на жилое помещение, но этот факт совершенно не учитывается как влияющий на его прекращение (лицу достаточно вселиться, прожить в жилом помещении непродолжительный период времени (от одного дня), а потом выехать из него, не нуждаясь в проживании). Почему законодатель и судебная практика жестко стоят на защите интересов такого субъекта, а не лица, непосредственно проживающего в данном объекте? Вопрос остается открытым. <7> См., напр.: Поротикова О. А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. М., 2007. С. 67.

Представляется, что одну из самых больших сложностей представляет процессуальный момент, связанный с доказуемостью факта проживания/непроживания в жилом помещении. Анализ судебной практики это подтверждает <8>. Так, проживание оценивается судами в случае выяснения факта надлежащего уведомления ответчиков <9>. Оплата за отдельные виды коммунальных услуг рассчитывается исходя из количества проживающих, что также требует подтверждения в случае возникновения спора <10>. Факт совместного проживания устанавливают лица, претендующие на получение государственных жилищных сертификатов <11>. ——————————— <8> См., напр.: Постановление Верховного Суда Российской Федерации от 31 мая 2011 г. N 20-АД11-1 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс: ВерсияПроф»; решение Мариинского городского суда Кемеровской области от 11 мая 2010 г. (дата просмотра: 22.01.2013). <9> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 22 сентября 2008 г. по делу N А44-2447/2007 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс: ВерсияПроф». <10> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 17 января 2011 г. N А78-9278/2009 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс: ВерсияПроф». <11> О признании членами семьи и установлении факта проживания: решение Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 9 июля 2010 г. N 2-814/2010. URL: http://rospravosudie. com (дата просмотра: 21.01.2013).

Вместе с тем наличие определенных практических сложностей не должно препятствовать реализации основной идеи о допустимости рассмотрения проживания в качестве обязанности для обладателей ряда субъективных прав на жилое помещение. Примером попытки указанного подхода являются и положения Концепции развития законодательства о вещном праве, в рамках которой предусматривается, и это выглядит абсолютно правильным, что непроживание в жилом помещении влечет прекращение соответствующего вещного права (узуфрукт) на жилое помещение. Другими словами, ответственность в виде прекращения субъективного права на жилое помещение может наступить только в том случае, если соответствующие нормы будут закреплены в действующем законодательстве. Ратуя за подобный подход, безусловно, требующий продуманного и дифференцированного применения, уточним, что его истоки лежат в оценке подобных действий в качестве злоупотребления правом. Одна ситуация, когда имущество принадлежит на праве собственности, совсем другая — когда оно предоставляется публичными органами нуждающимся лицам. Помещение предоставлено по договору социального или специализированного найма, но лицо длительное время не использует его для проживания, и это означает, что необходимости в удовлетворении защитной и индивидуалистической функций жилого помещения субъект не испытывает. Одновременно с этим есть многотысячная очередь лиц, нуждающихся в удовлетворении данной физиологически важной потребности. Невозможно в связи с этим не согласиться с особым мнением судьи Ю. М. Данилова, который справедливо указал, что «…такие действия гражданина (непроживание. — С. С.) представляют собой не что иное, как злоупотребление своими правами» <12>. ——————————— <12> Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Ю. М. Данилова по делу о проверке конституционности части первой и п. 8 части второй ст. 60 Жилищного кодекса РСФСР. URL: ksportal. garant. ru (дата просмотра: 08.01.2012).

Другими словами, введение такого правового последствия, как досрочное прекращение субъективного права в случае его постоянного неосуществления (которое может быть дифференцировано в зависимости от конкретного субъективного права) <13>, может быть рассмотрено в русле новой редакции ст. 10 ГК РФ <14>, допускающей судам применять иные меры, предусмотренные законом (а не только отказ в защите права) в качестве последствия заведомо недобросовестного осуществления субъективного права. ——————————— <13> В частности, для социального найма это может быть 5 — 10 лет; для непроживающих членов семьи собственника — 3 года; для специализированного найма — в зависимости от срока трудового договора или учебы и т. д. <14> Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2012. N 53 (ч. 1). Ст. 7627.

И еще один момент, который связан с частноправовыми последствиями непроживания в жилом помещении. Речь идет о возможности законодательного закрепления ситуаций предоставления проживающим обладателям субъективного права больших возможностей по сравнению с непроживающими. С точки зрения теоретического обоснования подобной возможности следует ссылаться на ст. 1 ЖК РФ, в которой установлена возможность отступления от принципа равноправия в жилищном праве. Давая оценку равенства в жилищном праве, П. В. Крашенинников, Б. М. Гонгало отмечают, что в данном случае имеется в виду равноправие пользователей. Пользователи равны в правах и обязанностях <15>. Таким образом, участники жилищных отношений рассматриваются как равноправные в том смысле, что при законодательном закреплении за ними определенных субъективных прав и обязанностей возможности, определяющие содержание правомочий и необходимостей, не должны отличаться. ——————————— <15> Кодификация российского частного права / Под ред. Д. А. Медведева. С. 184.

ЖК РФ содержит примеры отступления от данного основного начала. Так, у одних членов семьи собственника в содержании их субъективного права на жилое помещение право следования присутствует (если данный член семьи собственника участвовал в приватизации и отказался от передачи доли в праве собственности на жилое помещение), а у других — нет. Допустимым в связи с этим представляется установление различного объема возможностей у обладателей одинаковых субъективных прав в случае их проживания/непроживания в жилом помещении. Иллюстрацией использования подобного подхода могут служить отношения по содержанию жилого помещения. В настоящее время отсутствие в жилом помещении проживающих является основанием для внесения платежей лишь за необходимые для нормального функционирования объекта коммунальные услуги. Представляется, что необходимо делать и следующий шаг: непроживание в жилом помещении должно влиять и на оплату иных расходов, связанных с содержанием данного имущества (уборка подъездов; дополнительные расходы в виде, например, организации охраны территории, ее озеленения, установки детских площадок). Более серьезная защита прав проживающих в жилом помещении уже не редкость в нормах действующего законодательства, что находит свое подтверждение и в судебной практике. Показательным примером является судебное дело о предоставлении отдельных социальных выплат в случае непригодности занимаемого жилого помещения. Истице было отказано во включении в список лиц, подлежащих переселению из ветхого жилья (несмотря на то обстоятельство, что она являлась собственником данного жилого помещения), на том основании, что Правилами предоставления субвенций на реализацию программ местного развития и обеспечения занятости для шахтерских городов и поселков, утвержденными Постановлением Правительства от 13.07.2005 N 428, в качестве лиц, имеющих право получить соответствующую субсидию, названы проживающие и зарегистрированные там граждане. Как посчитали судебные инстанции, указанные нормы законодательства являются специальными по отношению к гражданам, проживающим на момент ликвидации угольных предприятий и зарегистрированным в жилых помещениях, которые пришли в негодность из-за воздействия горных работ, что не лишает других граждан защищать свои права с помощью иных способов, предусмотренных в ст. 12 ГК РФ. Другими словами, проживающий собственник имеет возможность воспользоваться механизмом, установленным специальным нормативно-правовым актом, а не проживающий — нет <16>. ——————————— <16> «По смыслу приведенных актов они регулируют вопросы переселения проживающих (выделено мной. — С. С.) в непригодных для проживания помещениях граждан в другое благоустроенное жилье… Правоотношения с собственниками помещений, которые не проживали (выделено мной. — С. С.) в жилом помещении или стали собственниками после утверждения списков граждан, подлежащих переселению, указанные правовые акты не регулируют»: Определение Ростовского областного суда от 16 июля 2012 г. N 33-8038. URL: http://rospravosudie. com (дата просмотра: 21.01.2013).

В завершение следует отметить, что категория «проживание», имеющая центральное значение для жилищного права, не может нивелироваться, а ее значимость, как в рамках законодательных конструкций, так и правоприменения, должна подчеркиваться путем увеличения возможностей охраны и защиты прав проживающих лиц. Никто не претендует на ущемление свободы передвижения, выбора места жительства и места проживания субъекта, но если он реализует лишь экономическую функцию жилого помещения в ущерб тем участникам жилищных отношений, которые действительно нуждаются в проживании, то приоритеты должны расставляться правильно.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *