Проблемы правовой природы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним

(Шеметова Н. Ю.) («Право и экономика», 2014, N 3)

ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОЙ ПРИРОДЫ ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ ПРАВ НА НЕДВИЖИМОЕ ИМУЩЕСТВО И СДЕЛОК С НИМ

Н. Ю. ШЕМЕТОВА

Шеметова Наталья Юрьевна, адвокат Адвокатской палаты Иркутской области. Научная специализация — гражданское право. Родилась 10 августа 1975 г. В 1997 г. окончила Иркутский государственный университет (юридический факультет). Автор более 50 научных работ, в том числе 2 монографий, 11 статей, включенных Высшей аттестационной комиссией в список рецензируемых научных изданий, в частности: «Недвижимое имущество: проблемы правовой регламентации» (Иркутск, 2013); «Право жильцов многоквартирных жилых домов на доступ к коллективным приборам учета потребляемых энергетических ресурсов и осуществление контроля за их показаниями» (Цивилист. 2012. N 1); «Использование коллективных приборов учета тепла в многоквартирных жилых домах» (Цивилист. 2012. N 3); «Контроль собственников жилья за деятельностью управляющих компаний (на примере использования коллективных приборов учета)» (Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. N 12); «Проблемы правового качества российского законодательства о ЖКХ» («Европа — Россия — Азия: диалог континентальных культур (история, право, гражданское общество, геополитика)»: Сб. материалов 3-й Всерос. научно-практ. конф.) (Иркутск, 2013); «Проблемы российского законодательства в сфере ЖКХ, пути преодоления» (Город, пригодный для жизни: Материалы первой Международной научно-практической конференции «Современные проблемы архитектуры, градостроительства, дизайна») (Красноярск, 2013); «Противоречия между Федеральным законом «Об энергосбережении и повышении энергетической эффективности» и подзаконными актами в сфере жилищно-коммунального хозяйства» (Город, пригодный для жизни: Материалы первой Международной научно-практической конференции «Современные проблемы архитектуры, градостроительства, дизайна») (Красноярск, 2013); «Проблемы применения российского законодательства о теплоснабжении в сфере жилищно-коммунального хозяйства» (Актуальные проблемы права: Сб. науч. трудов) (Хабаровск, 2013); «Проблемы правового регулирования отношений в жилищно-коммунальном хозяйстве Российской Федерации: практический аспект» (Эффективность государственного управления и местного самоуправления: Сб. мат-лов науч.-практ. конф.) (Иркутск, 2013).

Статья посвящена правовой природе государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним в Российской Федерации. Рассмотрены причины выделения законодателем недвижимости среди других объектов имущества, подчеркнута взаимосвязь правовой регламентации статуса недвижимого имущества и степени столкновения в нем публично-правовых и частноправовых интересов. Анализируются два аспекта государственной регистрации, предусмотренные Федеральным законом «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»: правоустанавливающий и правоподтверждающий аспекты регистрационных действий, возвращение в правовой обиход термина «укрепление прав». Исследуется содержание публичности регистрационных действий, в частности принципа открытости государственной регистрации права. Автор разграничивает момент возникновения вещного права на недвижимость и момент государственной регистрации, которые не всегда совпадают. Рассматривается вопрос о правах, появившихся с момента вступления в силу Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и до момента создания в соответствующем регионе подразделений Росреестра (ранее — Федеральной регистрационной службы).

Ключевые слова: недвижимость, земля, государственная регистрация прав на недвижимое имущество, перечень объектов, подлежащих правовой регистрации, открытость информации о государственной регистрации, нотариальное оформление сделок с недвижимостью, возникновение права собственности, момент возникновения права, содержание регистрационных действий.

Problems of the legal nature of state registration of rights to immovable property and transactions with it N. Yu. Shemetova

This article refers to the legal nature of state registration of rights to immovable property and transactions with it in the Russian Federation. The causes of the real estate allocation among other property assets are considered, the relationship between the status of the legal regulation of real estate and power clashes of public-private legal interests are stressed. Two aspects of state registration under the Federal Law of the Russian Federation «On State registration of rights to immovable property and transactions with it» are analyzed — entitlement and confirming aspects of registration, return to the legal use of the term «reinforcement of rights». The content of publicity registration actions, in particular, the principle of openness of state registration of rights is reviewed. The author distinguishes between the time of acquisition of the real right to property and the time of state registration which do not always coincide. We consider separately the question of the rights that have emerged in the period of time since the entry into force of the Federal Law «On state registration of rights to immovable property and transactions with it» and till the establishment of the respective regional unit of Rosreestr (previously — Federal Registration Service).

Key words: real estate, land, state registration of rights to immovable property, list of objects subject to legal registration, transparency of information on state registration, notarization of real estate transactions, emergence of property rights, content registration actions.

Российское законодательство начиная с 31 января 1998 г., с момента вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее — Федеральный закон; Закон), предусмотрело обязательную государственную регистрацию прав на недвижимое имущество. В ряде случаев, прямо предусмотренных федеральным законодательством, обязательной государственной регистрации подлежат и сделки с недвижимым имуществом. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество впервые появилась в части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), но практическое значение нормы ГК РФ приобрели лишь после вступления в силу Федерального закона. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним — центральный момент всех сделок с недвижимостью и заслуживает особого рассмотрения. Прежде чем подойти к рассмотрению юридической и технической природы регистрации, необходимо выяснить, что представляет собой регистрационное действие в более широком аспекте этого явления? Объективное выражение права вовне, демонстрация его свойств не только внутренних (конкретного содержания, качества привязанности, прикрепленности его к определенному лицу, его глубинной взаимосвязи с конкретной человеческой и (или) юридической личностью), но и противостоящих личности (в ее буквальном значении) внешних механизмов, не всегда приемлемых для одной личности, но необходимых для безопасности общества в целом и отдельных наиболее значимых его составляющих (например, имущественных устоев) механизмов. Надличностный характер регистрации (то, что в праве позже получит определение публичности права, обязательности его для третьих лиц) нельзя ограничить только традиционными ссылками на общественную, социальную, и экономическую значимость недвижимых объектов. Есть еще какие-то причины, заставляющие законодателя столь методично выделять недвижимые объекты среди других вещей. Представляется, было бы недостаточным относить к ним только высокую стоимость и огромную роль недвижимости в экономической жизни. В связи с этим необходимо обратиться к свойствам недвижимости не только юридического или экономического, но и общегуманитарного характера. Традиционная мифология опирается на трактовку земли (соответственно, тех объектов, что с ней связаны) как носительницы материнского начала [1]. Во многих мифологических системах земля — граница, разделительная линия между мирами, некий знак ненарушимости и устойчивости миропорядка. Право собственности, и в первую очередь на землю, — внешнее выражение устойчивости положения субъекта, его, пусть и минимальной, автономности от внешнего мира <1>. Более того, интерес законодателя к проблематике, связанной с недвижимостью, обусловлен состоянием общества, степенью столкновения в нем частноправовых и публично-правовых интересов. Так, Г. Ф. Шершеневич, говоря об отсутствии института недвижимости в древнерусском праве, отмечает: «При редком населении, обширных пространствах земли, занимаемых им, громадных лесах, покрывавших почти всю Россию, существование частной собственности на землю представляется невероятным, потому что из-за земли не возникало никаких споров, которые в первобытном обществе составляют начало юридических определений» [6. С. 239]. Иными словами, именно столкновение интересов вызывает потребность в подробной регламентации того или иного явления. Здесь же приводится интересный факт: прежде всего частная собственность установилась только для движимых вещей, носивших общее название «имения», того, что можно взять (имати) [6. С. 240], т. е. право собственности изначально воспринималось исключительно как граница от воздействия извне (захвата, завладения), разумеется, ни о каком разделении владения и собственности речь изначально не шла, такие нюансы появились намного позже. ——————————— <1> Л. В. Щенникова приводит цитату из сатирического рассказа А. Бирса «Словарь Сатаны»: «Если земля — это часть суши, рассматриваемая как собственность, то она принадлежит А, Б и В. Отсюда следует вывод, что на ней уже нет места Г, Д и Е, которые еще народятся. Так что само их рождение, равно как и последующая жизнь, противозаконны» [2]. К. И. Скловский и другие авторы исследуют по этому поводу интересные материалы: «По первобытным и не знавшим исключения представлениям все вещественное окружение человека было продолжением его личности, им самим (по известному выражению «продолжением его субъективности». Например, египтяне обозначали собственность («дт», «джт») буквально как отнесенное к «плоти», к «самости» лица: «дом его плоти», «быки, скот, ослы его плоти» и т. д. [3, 4], а также: «В древневосточной модели мира вещь предстает связанной, соединенной с человеком» [5].

Если рассмотреть содержание современного Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и подзаконных актов (в том числе многочисленных инструкций и разъяснений региональных регистрационных палат) в части, касающейся содержания регистрационных действий, и выяснить, что подлежит регистрации (служит для нее основанием), можно заключить, что регистратор, внося запись о вещном праве в государственный реестр, опирается на заключенные договоры и иные аналогичные документы, которые сами по себе носят правоустанавливающий характер. Регистрация как юридически значимое действие играет подтверждающую роль. В некоторых случаях момент возникновения права проявляется ярче. При наследовании регистрационному действию предшествует нотариальное оформление свидетельства о праве на наследство. Нотариальный орган (независимо от его статуса) при этом совершает действие от имени государства. То обстоятельство, что во всех этих примерах вышеуказанные органы выступают от имени государства или муниципального образования, свидетельствует не только об особой практической значимости оформляемых ими документов, но и сфере их действия. Для всех них характерна общеобязательность и публичный характер. В действующей Конституции Российской Федерации (ст. 9) определен правовой статус земли и природных ресурсов: они «…используются и охраняются как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории» [7]. Таким образом, объекты, так или иначе связанные с землей, приобрели особый публично-правовой статус. Для более подробного рассмотрения существа публичного акта целесообразно будет обратиться к устоявшейся терминологии. Публичный — буквально «…осуществляемый в присутствии публики, открытый, общественный, в противовес личному — принадлежащему отдельному лицу, не обществу, не государству» [8]. Публичность права иначе можно определить как придание структуре вещного или обязательственного правоотношения качества общественной значимости и автономности от воли частных лиц. Общий подход законодателя на этот счет определен в п. 3 ст. 2 ГК РФ: «К имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством» <2>. Таким образом, для таких отношений характерно подчинение лица требованиям органа публичной власти (публичной организации — в терминологии Л. Эннекцеруса [9]). Наиболее рельефно, по нашему мнению, публичность регистрационных действий проявляется во впервые включенном в российское законодательство принципе открытости информации о зарегистрированных правах. Особенно показательно в этом смысле то, что законодатель не устанавливает даже в порядке исключения юридической возможности для правообладателей сделать информацию о своих правах недоступной для заинтересованных лиц. При этом, к сожалению, не учитываются публично-правовые интересы другого рода: обеспечение общественной безопасности и предупреждение возможных правонарушений в сфере оборота недвижимого имущества. Последнее было бы необходимо для защиты прав наиболее слабых в социальном отношении лиц, например престарелых одиноких граждан, инвалидов и т. д. Несомненно, такого рода информация должна быть открытой для правоохранительных, налоговых и иных подобных органов, однако ее открытость для всех желающих нежелательна опять же с точки зрения общественных, публичных интересов, несмотря на то, что наличие свободного доступа к информации об объектах на недвижимость и правах на нее способствует более активному использованию его в обороте (например, при его залоге) [7]. В этом смысле, безусловно, прав Б. Гонгало, утверждающий, что «…система нынешних регистрационных отношений сформировалась благодаря развитию залоговых обязательств» [11]. ——————————— <2> СПС «КонсультантПлюс».

На основании изложенного можно сделать вывод, что о залоговой «составляющей» систем регистрации прав на недвижимость или сделок с ней, или того и другого одновременно, говорят практически все авторы, от дореволюционных российских цивилистов до исследователей новейшего времени, а также ряда специалистов европейского (континентального) права [12 — 17]. Возвращаясь к вопросу о соотношении частноправового и публично-правового начала в регистрации, нельзя не отметить следующее. Акт государственной регистрации дополняет правоотношения по поводу недвижимого имущества, возникшие до него на основании других юридических фактов (ранее мы указывали, что к ним относятся сделки, акты государственных и муниципальных органов и т. п.). С юридической точки зрения специфика недвижимого имущества как объекта проявляется в правах и обязанностях, возникающих в отношении него. В рассматриваемом случае обязательственное право уже существует к моменту регистрации, но для сторон в сделке. В этом случае оно носит частноправовой характер. Качество обязательности для третьих лиц оно приобретает лишь после внесения сведений о нем в Государственный реестр прав и последующей выдачи свидетельства о регистрации права. Как считает А. Эрделевский, регистрация необходима для вступления в силу самой сделки [18]. Основаниями для проведения регистрации служат различные документы: договоры, судебные решения, акты государственных и муниципальных органов (в том числе приватизационные акты), свидетельства о праве на наследство и другие документы. Рассмотрим каждый из перечисленных случаев оформления прав на недвижимое имущество до их государственной регистрации более подробно. Права на недвижимое имущество, установленные решением суда общей юрисдикции, арбитражного суда или третейского суда, подлежат государственной регистрации. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» предусматривает такую возможность. Таким образом, правоустанавливающий характер в этом случае будет носить решение соответствующей судебной инстанции, а правоподтверждающий — акт государственной регистрации. Приватизация недвижимого имущества в хозяйственной сфере ранее регламентировалась Федеральным законом от 21 июля 1997 г. «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации», п. 3 ст. 28 которого устанавливал для договоров приватизации общий порядок перехода прав на недвижимое имущество. До вступления в силу этого Закона вопрос оставался неурегулированным, что порождало сложности в практической деятельности [19]. К счастью, действующее законодательство не содержит такой проблемы. Действующий в настоящее время Федеральный закон от 21 декабря 2001 г. N 178 «О приватизации государственного и муниципального имущества» в п. 4 ст. 32 прямо предусматривает, что «…право собственности на приватизируемое недвижимое имущество переходит к покупателю со дня государственной регистрации перехода права собственности на такое имущество. Основанием государственной регистрации такого имущества является договор купли-продажи недвижимого имущества, а также передаточный акт или акт приема-передачи имущества. Расходы на оплату услуг регистратора возлагаются на покупателя». Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в Постановлении от 2 декабря 1993 г. N 32 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о приватизации государственных и муниципальных предприятий», анализируя практику по такого рода категориям дел, уточнил в п. 16: «В соответствии с пунктом 3 статьи 27 Закона Российской Федерации «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» право собственности на предприятие переходит от продавца к покупателю с момента регистрации договора купли-продажи в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. До принятия законодательства, устанавливающего порядок регистрации таких договоров купли-продажи, арбитражным судам следует исходить из того, что право собственности у покупателя возникает с момента внесения платежа в соответствии с условиями заключенного договора купли-продажи. Неосуществление регистрации такого договора не является основанием для признания его недействительным» <3>. ——————————— <3> СПС «КонсультантПлюс».

Рассмотрим права, которые появились до 31 января 1998 г. Правовое значение регистрации прав на недвижимое имущество, возникших до введения в действие Федерального закона (оформленных как в соответствии с нормами федерального законодательства, т. е. нотариально с дополнительной регистрацией объекта недвижимости в БТИ и земельных комитетах, так и по правилам регионального и местного законодателя, — в созданных в некоторых субъектах Федерации регистрационных палатах, комитетах и т. д.), представляется нам следующим. Поскольку, как отмечалось выше, регистрация представляет собой двухкомпонентный юридический акт, а законодатель заранее оговорил действительность этих прав (п. 1 ст. 6 Закона), постольку применительно к случаям последующей их регистрации можно говорить именно о подтверждении права, но не о его признании, ведь в качестве юридически значимого акта признания права выступает сама дефиниция Закона. Кроме того, законодателем предусмотрено перспективное действие Закона: он касается лишь отношений, возникших после вступления его в силу; на ранее возникшие отношения он распространяется лишь по обязательствам, которые возникнут после вступления его в действие (п. 6 ст. 33 Закона). Регистрацию, фактически имевшую место до вступления в силу Федерального закона, подтверждают и сами инициаторы его принятия: «Регистрацию прав осуществляли органы Российского фонда федерального имущества, Министерства государственного имущества РФ, Государственного комитета РФ по земельным вопросам и землеустройству, Государственного комитета по жилищной и строительной политике. Сложившийся порядок приводил к противоречивому ведомственному нормотворчеству, установлению «своих» правил регистрации» [20. С. 5, 6]. Нельзя не учитывать и то обстоятельство, что впервые формы государственной регистрации были предусмотрены в Указе Президента РФ от 28 февраля 1996 г. N 293 «О дополнительных мерах по развитию ипотечного кредитования» <4>; саму же регистрацию должны были осуществлять органы, осуществлявшие на дату издания Указа регистрацию и оформление документов о правах на недвижимое имущество. Соответствующие этим формам документы также признаются юридически действительными. Очевидно, что введение обязательной предварительной регистрации таких договоров было обусловлено необходимостью максимально оперативного формирования государственного реестра прав на недвижимое имущество для обеспечения в первую очередь потребностей государства: контролирующих, фискальных, статистических. Тем самым очевиден вспомогательный, технический характер такой регистрации. ——————————— <4> Там же.

В связи с этим представляется необоснованным осуществлявшееся на протяжении 5 лет после вступления в силу Федерального закона и детально прописанное распоряжениями глав администраций большинства субъектов Федерации взимание платы за государственную регистрацию права: за сугубо техническую работу, направленную на обеспечение публично-правовых интересов (сбор базы данных). В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» <5> (п. 1 Постановления), граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Ограничение гражданских прав допускается лишь на основании федерального закона, и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Таким образом, положения, ограничивающие гражданские права физических и юридических лиц, которые содержатся в иных правовых актах (кроме федеральных законов), не подлежат применению. Наконец, лишь изменения, внесенные в Закон от 9 июня 2003 г., урегулировали этот вопрос с исчерпывающей полнотой: при одновременной регистрации ранее возникших прав на недвижимое имущество и перехода (обременения) прав. Таким образом, дополнительная плата за регистрацию этих прав более не взимается, однако если посмотреть на ситуацию с позиций строго юридических, и ранее имевшее место взимание платы за регистрацию нельзя признать законным. ——————————— <5> Там же.

Говоря о правах, юридическая природа регистрации которых представляется нам неоднородной, нельзя не заострить внимание и на проблеме регистрации прав, возникших в период с 31 января 1998 г. до момента создания в регионах и муниципальных образованиях департаментов по регистрации прав на недвижимое имущество. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что сам законодатель предусмотрел, что система регистрирующих органов должна была создаваться в период с момента вступления Закона в силу до 1 января 2000 г. Постановлением Правительства РФ от 1 ноября 1997 г. N 1378 «О мерах по реализации Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в ред. Постановления Правительства РФ от 21 февраля 1998 г. N 238, распоряжения Правительства РФ от 23 января 1999 г. N 138-р) <6> было установлено, что «…до создания в субъектах Российской Федерации учреждений юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — учреждения юстиции по регистрации прав) определить уполномоченными федеральными органами исполнительной власти по обеспечению соблюдения правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним органами технической инвентаризации и жилищными органами — Государственный комитет Российской Федерации по жилищной и строительной политике, органами по земельным ресурсам и землеустройству — Государственный комитет Российской Федерации по земельным ресурсам и землеустройству, органами по управлению государственным и муниципальным имуществом — Министерство государственного имущества Российской Федерации». ——————————— <6> СПС «КонсультантПлюс».

Принятое немногим позже Постановление Правительства РФ от 18 февраля 1998 г. N 219 «Об утверждении Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним» <7> в п. 4 установило, что Правила ведения Единого государственного реестра прав применяются на территории Российской Федерации всеми органами, осуществляющими регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, начиная с даты введения в действие Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». Таким образом, регистрационная деятельность органов, обязанных осуществлять ее до момента создания в соответствующих субъектах Федерации департаментов по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, была признана, что подкреплялось и существовавшей в тот момент регистрационной практикой [21. С. 58 — 60]. Кроме того, в ранее упоминавшемся Постановлении Правительства РФ от 21 февраля 1998 г. N 237 «Об установлении централизуемой доли средств, получаемых в виде платы за регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним и за предоставление информации о зарегистрированных правах» <8> было фактически подтверждено, что до создания в субъектах Российской Федерации учреждений юстиции по государственной регистрации прав регистрацию осуществляли органы технической инвентаризации, жилищные органы, органы по земельным ресурсам и землеустройству; органы по управлению государственным и муниципальным имуществом (в рассматриваемом Постановлении речь шла о перечислении на счет соответствующих ведомств части средств, получаемых в качестве платы за регистрацию). Таким образом, даже при отсутствии в соответствующем субъекте Федерации регистрирующих органов, подчиненных Министерству юстиции, юридически значимые действия, представлявшие собой государственную регистрацию, осуществлялись и имеют те же последствия, что и регистрация в филиалах департаментов по регистрации прав в тех субъектах Федерации, где они уже были созданы. ——————————— <7> Там же. <8> Там же.

Следует учесть и то обстоятельство, что большая часть базовых нормативных актов по вопросам государственной регистрации и функционирования регистрирующих органов появилась в марте 1998 г. и позже, следовательно, соответствующие департаменты, а тем более их филиалы на местах, объективно не могли быть созданы непосредственно после вступления Закона в силу, значит, граждане не смогли бы соблюсти все требования Закона в отношении государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Закрепленная в Постановлении Правительства РФ от 1 ноября 1997 г. обязанность по ведению государственного реестра учреждениями БТИ, земельными комитетами местных администраций и другими организациями на местах выполнялась далеко не всегда [22].

Список литературы

1. Журавский Н. Недвижимость: истоки мифологии // Посев. 1997. N 1. С. 46 — 49. 2. Щенникова Л. В. Недвижимость: законодательные формулировки и концептуальные подходы // Российская юстиция. 2003. N 11. С. 8. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография К. И. Скловского «Собственность в гражданском праве» включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2010 (5-е издание, переработанное). —————————————————————— 3. Скловский К. И. Собственность в гражданском праве. М.: Дело, 2000. 512 с. 4. Перепелкин Ю. Я. Древний Египет. Хозяйство староегипетских вельмож. М.: Наука, 1988. 5. Вейнберг И. П. Человек в культуре древнего Ближнего Востока. М.: Наука, 1986. С. 83. 6. Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права: В 2 т. М., 1907. Т. 1. 7. Конституция Российской Федерации. М.: Центризбирком РФ, 1993. С. 6. 8. Ожегов С. Ю., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка / Российская академия наук. Институт русского языка. Российский фонд культуры. М.: АЗЪ, 1993. 9. Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. М.: Иностранная литература, 1949. Т. I. Полутом 1. С. 30. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Постатейный комментарий к Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (под ред. П. В. Крашенинникова) включен в информационный банк согласно публикации — Спарк, 2001 (2-е издание, исправленное и дополненное). —————————————————————— 10. Постатейный комментарий к Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» / Под общ. ред. П. В. Крашенинникова. М.: Спарк, 1999. С. 207 — 214. 11. Гонгало Б. Открытость сведений о регистрации прав на недвижимость // Закон. 1999. N 5. С. 21, 22. 12. Мейер Д. И. Русское гражданское право: В 2 ч. М., 1997. Ч. 1. С. 253. 13. Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 199 — 201. 14. Жюлио де ла Морандьер. Гражданское право Франции. М.: Иностранная литература, 1961. Т. 3. С. 603. 15. Болтанова Е. С. Операции с недвижимостью: купля-продажа, дарение, наследование, налогообложение. Ростов-на-Дону: Феникс, 2002. С. 40 — 69. 16. Петров Е. Ю. Понятие, признаки и виды недвижимости // Цивилистические записки: Межвуз. сб. науч. трудов. Вып. 2. М.: Статут; Екатеринбург: Институт частного права, 2002. С. 183 — 202. 17. Чубаров В. В. Вопросы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним // Проблемы современного гражданского права: Сб. статей. М.: Городец, 2000. С. 145 — 173. 18. Эрделевский А. М. Регистрация прав на недвижимость // Законность. 1997. N 11. С. 42, 43. 19. Жариков Ю. Г., Масевич М. Г. Недвижимое имущество: правовое регулирование: Науч.-практ. пособие. М.: БЕ К, 1997. С. 9. 20. Степашин С. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество // Российская юстиция. 1998. N 3. С. 5, 6. 21. Степашин С. О создании единой системы регистрации прав на недвижимость и сделок с нею // Российский экономический журнал. 1998. N 2. 22. Панин А. Закон о государственной регистрации прав на недвижимость и местное самоуправление // Российский экономический журнал. 1998. N 3. С. 110, 111.

——————————————————————