Проблемы предмета и содержания соглашения участников хозяйственных обществ по российскому праву

(Кононов В.) («Корпоративный юрист», 2010, NN 10, 12)

ПРОБЛЕМЫ ПРЕДМЕТА И СОДЕРЖАНИЯ СОГЛАШЕНИЯ УЧАСТНИКОВ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ОБЩЕСТВ ПО РОССИЙСКОМУ ПРАВУ

/»Корпоративный юрист», 2010, N 10/

В. КОНОНОВ

Кононов Виталий, юрист некоммерческого партнерства «Центр защиты прав предпринимателей и инвесторов «Арт де Лекс».

Определение правовой природы соглашений между участниками обществ важно для решения практических вопросов осуществления корпоративных прав. Автор статьи рассматривает общие характеристики соглашения, а также дает сравнение с отдельными типами договоров.

Предмет договора является системообразующим признаком <1>, который учитывается при построении системы обязательств в гражданском праве. Определение предмета договора имеет большое практическое значение, так как используется при решении вопросов о его заключенности и действительности, а также при определении содержания обязательства, особенно если стороны допустили пробелы в регулировании своих отношений. ——————————— <1> См.: Романец Ю. В. Система договоров в гражданском праве России. М., 2001. С. 205.

Предмет и содержание договора характеризуют его правовую природу. Выяснение правовой природы соглашений между участниками обществ с ограниченной ответственностью и акционерных обществ (далее — соглашение между участниками (акционерами)) важно для решения практических задач, нормативная регламентация этих соглашений лаконична и не лишена неясностей. Корпоративное законодательство считает соглашение участников (акционеров) договором. Поэтому в рамках настоящей статьи важно определить место нового вида договора в системе гражданско-правовых обязательств. В научных статьях пока остается неразработанной проблема предмета соглашений участников (акционеров) <2>. Рассмотрение вопросов о предмете и содержании соглашений необходимо начинать с общей характеристики договора, включающей его классификационную принадлежность. ——————————— <2> Примером может стать статья А. Куделина «Акционерное соглашение по российскому праву», опубликованная в журнале «Корпоративный юрист». 2009. N 10. С. 23 — 29.

Общая характеристика соглашений участников (акционеров)

Если рассматривать соглашение участников (акционеров) как разновидность сделки, то исходя из его легального определения оно относится к консенсуальным, каузальным, возмездным (меновым) договорам <3>. ——————————— <3> В настоящей статье использованы классификации сделок и договоров (и примененные в них термины), которые предложены авторским коллективом МГУ в учебнике «Гражданское право» / Под ред. Е. А. Суханова. Т. 1. Волтерс Клувер, 2008.

Первые две характеристики с очевидностью следуют из текста законов, регулирующих соглашение участников (акционеров). Последние не содержат норм, которые прямо устанавливают возмездность соглашения, им также не предписан и встречный характер обязательств сторон, однако для отнесения соглашения участников (акционеров) к безвозмездным договорам нет правовых оснований. Дело даже не в том, что при умолчании в норме о возмездности подлежит применению ст. 423 ГК РФ, вводящая презумпцию возмездности любого договора. Полагаем, что природа соглашения участников (акционеров) вносит специфику в возмездность: взаимное предоставление может иметь особое содержание (например, когда одна сторона осуществляет принадлежащие ей корпоративные права в интересах другой стороны соглашения и в установленном ею порядке). Отмеченная презумпция возмездности может быть изменена сторонами соглашения. Соглашение, заключенное более чем двумя участниками (акционерами), является многосторонним договором. Данный вывод опирается на положения доктрины о том, что стороной сделки может быть признано лицо, которое выражает волю на ее совершение <4>. В судебной практике проблемы с понятием стороны сделки не возникает. Однако соглашение, в котором участвуют два лица, может принять вид одностороннего договора, в котором у одной из сторон имеются только права, а у другой — только обязанности (например, если соглашение будет касаться исключительно обязанности участника (акционера) голосовать на общем собрании определенным образом). Вариант одностороннего договора не может быть признан дарением, так как соглашение участников (акционеров) распространяется и на неимущественные корпоративные права. ——————————— <4> См.: Практика рассмотрения коммерческих споров: Анализ и комментарии постановлений Пленума и обзоров Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации / О. Р. Зайцев, А. А. Маковская, Л. А. Новоселова и др.; Под ред. Л. А. Новоселовой, М. А. Рожковой. М.: Статут, 2009. Вып. 9.

По вопросу о сторонах соглашения в литературе высказано мнение о том, что кроме акционеров стороной соглашения могут быть акционерное общество, а также будущие акционеры <5>. Эта позиция связана с практическим вопросом — ситуацией, когда акционерное общество приобрело акции акционеров. Поэтому некоторые авторы предлагают использовать акционерное соглашение для определения юридической судьбы таких акций. Полагаем, что статус акционерного общества, владеющего акциями, существенно отличается от статуса акционера, и это не позволяет распространить на акционерное общество нормы о соглашении. По мнению специалистов, в ситуации, когда общество приобрело акции, «отсутствует правомочие пользования и сведено к минимуму правомочие распоряжения. Владение носит скорее учетный, чем гражданско-правовой характер» <6>. ——————————— <5> Куделин А. Акционерное соглашение по российскому праву // Корпоративный юрист. 2009. N 10. <6> Долинская В. В. Изменения в акционерном законодательстве // Законы России: опыт, анализ, практика. 2006. N 11.

Признание того, что стороной соглашения участников (акционеров) могут быть только лица, которые реализуют корпоративные права, ставит вопрос о судьбе соглашения в ситуации, когда его сторона лишилась этой возможности в период действия соглашения участников (акционеров). Рассмотрим это на примере. Соглашение акционеров заключено доверительным управляющим, в период его действия договор доверительного управления был прекращен <7>. Согласно законодательству приобретенные доверительным управляющим права в результате действий по доверительному управлению имуществом включаются в состав имущества, переданного в доверительное управление. Поэтому при прекращении договора доверительного управления права по соглашению акционеров перейдут к акционеру. Полагаем, что обязанности, связанные с порядком осуществления этих прав, также должны перейти к акционеру. Ситуация, когда сторона соглашения участников (акционеров) продает долю (акции), по своей сути является нарушением обязательств по соглашению — сторона не выбывает из него, однако должна нести ответственность за нарушение его условий. ——————————— <7> Судебная практика указывает, что прекращение договора доверительного управления не влечет прекращение договоров, заключенных управляющим в период действия договора (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 11.12.2009 по делу N А46-9009/2009 (в деле был затронут вопрос о судьбе договора аренды недвижимого имущества после прекращения доверительного управления)).

Соглашение опосредует отношения между участниками (акционерами). Некоторые исследователи считают, что такие отношения относятся к корпоративным отношениям <8>. Однако это не позволяет относить соглашение участников (акционеров) к корпоративным сделкам. Полагаем, что соглашение участников (акционеров) может быть заключено в пользу третьего лица (например, если предусматривает условие о продаже акций (долей) третьему лицу), но обычная конструкция соглашения позволяет отнести его к договорам в пользу контрагента. Данное утверждение не противоречит императивной норме о том, что соглашение обязательно только для сторон. Аналогичная норма предусмотрена для любых обязательств (п. 3 ст. 308 ГК РФ, которая не исключает применение конструкции договора в пользу третьего лица). Заключение соглашения участников (акционеров) в пользу третьего лица расширяет возможности по установлению контроля над обществом, не создавая при этом риска возникновения группы лиц. Например, если соглашение предоставляет третьему лицу возможность давать указания о порядке голосования, то это не означает получения третьим лицом полномочий <9> в отношении долей (акций). Необходимо отметить, что на третье лицо будет распространяться требование ст. 92 Закона об АО о раскрытии информации о полученном праве определять порядок голосования на общем собрании. ——————————— <8> См.: Степанов Д. И. Устав как форма сделки // Вестник гражданского права. 2009. N 1. <9> В доктрине предлагается понимать под полномочиями представительство участника (акционера) (Пузыревский С. А., Чеснокова Т. Н., Ходыкина Т. А. Ответы на актуальные вопросы применения антимонопольного законодательства // Законы России: опыт, анализ, практика. 2010. N 1. С. 6 — 29).

Соглашение участников (акционеров) относится к основным договорам и не может быть сконструировано сторонами как акцессорное обязательство (даже если воспользоваться нормой об открытом перечне способов обеспечения исполнения обязательств), так как существенное условие соглашения по своей правовой природе не является обеспечительным. На практике соглашения иногда имеют направленность на обеспечение каких-либо интересов участников <10>. Однако обеспечительная функция соглашения участников (акционеров) будет проявляться и при варианте основного обязательства. Эта функция может быть усилена, если включить в соглашение условия, которые обеспечивают исполнение обязательства, возникшего по другим основаниям. ——————————— <10> Например, соглашение между акционерами ЗАО «North-West GSM», хотя Арбитражный трибунал при арбитражном институте Торговой палаты г. Стокгольма не признал это соглашение обычным соглашением акционеров (Мозолин В. П. Современная доктрина и гражданское законодательство. М.: Юстицинформ, 2008).

В классификации договоров по субъектному составу соглашение участников (акционеров) сложно отнести к одной из групп: предпринимательским договорам или договорам с участием граждан-потребителей. Неопределенность создает и судебная практика: несмотря на то что участники (акционеры) признаются инвесторами, их участие в хозяйственных обществах не относится к предпринимательской деятельности. Полагаем, что соглашение по своей природе ближе к предпринимательским договорам, а на них недопустимо распространять режим законодательства о защите прав потребителей. Если соглашение участников (акционеров) рассматривать как обязательство, то его видовая принадлежность в разных классификациях будет следующей: соглашение относится к обязательству, возникшему из договора; оно не может возникнуть из односторонней сделки (например, при заявлении участника (акционера) о готовности голосовать определенным образом); соглашение является обязательством из многосторонней сделки. Необходимо отметить, что в доктрине к числу многосторонних сделок стали относить устав хозяйственного общества <11>. Близость правовой природы соглашения и устава не позволяет предполагать возможность включения в устав общества положений, которые могут войти в соглашение участников (акционеров). С формальных позиций это связано с прямым указанием в законодательстве на то, что соглашение участников (акционеров) является самостоятельным договором; ——————————— <11> См.: Степанов Д. И. Реформа законодательства об ООО: к принципу свободы договора в корпоративном праве // Корпоративный юрист. 2009. N 6. С. 13 — 19; Степанов Д. И. Устав как форма сделки // Вестник гражданского права. 2009. N 1.

соглашение может относиться как к простейшим (одна сторона связана в обязательстве только правом, а другая — только обязанностью), так и к сложным обязательствам; соглашение может относиться к смешанным обязательствам, включающим различные типы договорных обязательств (например, содержать элементы договора купли-продажи); соглашение может быть как альтернативным, так и факультативным обязательством. В первом случае один из участников обязывается совершить одно из совокупности действий (например, выдать доверенность на голосование или самостоятельно голосовать по указанию другой стороны). Во втором случае участник обязан совершить конкретное действие, но вправе заменить его иным предметом; по субъекту исполнения соглашение участников (акционеров) может быть обязательством личного характера. В нем исполнение может производиться лично должником или быть возложено на иное лицо. Для соглашения акционеров личный характер связан с наличием обязательств стороны договора, а не со статусом акционера. Так, когда акции переданы в доверительное управление, этот характер также сохраняется, хотя доверительный управляющий не является акционером <12>. ——————————— <12> Судебная практика указывает на то, что доверительные управляющие осуществляют права акционера и их юридические действия в корпоративных отношениях могут быть признаны недействительными при условии прекращения (или признания недействительным) договора доверительного управления (например, Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 09.06.2008 N А74-95/07-Ф02-2387/08, А74-95/07-Ф02-2483/08, А74-95/07-Ф02-2814/08 по делу N А74-95/07).

В корпоративном законодательстве указывается, что соглашение направлено на осуществление корпоративных прав. Однако это не дает оснований относить обязательство, оформленное соглашением участников (акционеров), к обязательствам с неимущественными правами. Если соглашению давать противоположную характеристику, то был бы правомерен вопрос о противоречии понятия соглашения общему понятию обязательства, признаком которого признается наличие имущественного характера. Рассмотрим эту важную проблему подробнее. В доктрине имеется спор по вопросу об отнесении корпоративных прав в целом к имущественным правам. Преобладающим подходом является разграничение комплекса корпоративных прав на имущественные и неимущественные. Этот подход поддерживают судьи <13>. Следуя данной классификации прав <14>, необходимо признать, что соглашение об осуществлении корпоративных прав, не связанных с распределением прибыли, разделом имущества общества при ликвидации, должно относиться к обязательству, содержащему неимущественные права. Полагаем, что вопрос об имущественном или неимущественном характере соглашения участников (акционеров) не может быть решен только ссылкой на характер корпоративных прав, указанных в соглашении. ——————————— <13> См.: Добровольский В. И. Анализ и комментарий корпоративного законодательства и судебной практики. М.: Волтерс Клувер, 2007. <14> См.: § 1, 2 гл. IV монографии Д. В. Ломакина «Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах» (М.: Статут, 2008).

В литературе давно было отмечено, что характер обязательства должен определяться в целом <15> общей направленностью воли сторон. В соглашении участников (акционеров) порядок реализации права на управление обществом направлен на решение вопросов, связанных с имуществом общества или в отношении иного имущества. Например, реализация права на участие в общем собрании (неимущественное право) является единственным способом, доступным участнику (акционеру) для решения вопроса относительно имущества общества (например, при совершении обществом сделок и др.). Поэтому считаем, что законодатель обоснованно отнес соглашения о порядке реализации неимущественных прав участника (акционера) к договорам (обязательствам). ——————————— <15> Агарков М. М. Обязательства по советскому гражданскому праву. М.: Юриздат, 1940.

Вопрос о каузе соглашения участников (акционеров) необходимо отнести к числу неисследованных. Он может вызвать споры, так как в законе дано достаточно широкое определение содержания соглашения участников (акционеров). В литературе можно встретить утверждение, что определенный тип договора может включать виды договоров, имеющих разную каузу <16>. Полагаем, что такое положение характерно и для соглашения участника (акционера). Типичной правовой целью, ради которой участник (акционер) заключил соглашение, является осуществление другими участниками (акционерами) корпоративных прав определенным образом. Эта цель может дополняться другими, как связанными с отчуждением имущества (включая инвестирование участниками в хозяйственное общество инвестиций), так и касающимися организационных процедур. ——————————— <16> Например, инновационные договоры (см.: Договоры в предпринимательской деятельности / О. А. Беляева, В. В. Витрянский, К. Д. Гасников и др.; Отв. ред. Е. А. Павлодский, Т. Л. Левшина. М.: Статут, 2008).

При обсуждении вопросов совершенствования гражданского законодательства на заседании совета по кодификации было высказано мнение о том, что соглашение участников (акционеров) может преследовать цель установления контроля над обществом без реальных инвестиций в виде приобретения долей (акций), что приведет к злоупотреблению <17>. ——————————— <17> Из практики Совета по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства при Президенте Российской Федерации // Вестник гражданского права. 2008. N 1.

Соглашение участников (акционеров) может иметь только письменную форму одного документа. Формально несоблюдение сторонами письменной формы соглашения не влечет его недействительность (п. 2 ст. 162 ГК РФ) <18>. Получить судебную защиту по соглашению в устной форме затруднительно, так как в данном случае действует ограничение о недопустимости свидетельских показаний относительно обстоятельств совершения сделки (заключения соглашения) и ее условий. Если стороны вместо оформления одного документа совершили обмен документами (в данном случае имеется письменная форма), такое соглашение должно быть признано недействительным. ——————————— <18> В корпоративном законодательстве нет указания на то, что несоблюдение сторонами соглашения требований о его письменной форме влечет недействительность такового.

Учитывая, что законодательство об обществах с ограниченной ответственностью предусматривает квалифицированную (нотариальную) форму договора об отчуждении доли в уставном капитале, необходимо рассмотреть вопрос о форме соглашения участников этого общества, включающего условие об осуществлении прав на долю. В случаях, когда стороны соглашения предусматривают условие отчуждения доли третьим лицам, не являющимся участниками общества, такое соглашение должно быть заключено в нотариальной форме. Рассмотренные характеристики соглашения участников (акционеров) показывают, что его содержание может быть достаточно широким, что делает необходимым определение предмета и существенных условий соглашения.

Понятие предмета соглашения участников (акционеров)

В российском Гражданском кодексе РФ используются такие понятия, как «предмет обязательства» (ст. 322), «предмет договора» (ст. 429, 432), «предмет сделки» (ст. 178). Учитывая многозначность понятия «договор», рассматриваемого и как сделка, и как обязательство, определение «предмет договора» касается исключительно обязательства. Предмет договора не тождественен существу обязательства, поэтому в Гражданском кодексе РФ имеются нормы, которые разграничивают эти понятия <19>. Такое разграничение соответствует традиции: например, в римском праве предметом признавалась вещь или действие; характер обязательства и предмет договора не были тождественными понятиями <20>. ——————————— <19> Соотношение природы договора и предмета, указанное в ст. 178 ГК РФ, используется и в зарубежном законодательстве (Civil code of Quebec, art. 1400 (1): «Error vitiates consent of the parties… where it relates to the nature of the contract, the object of the prestation or anything that was essential in determining that consent»). <20> Римское частное право: Учеб. / В. А. Краснокутский, И. Б. Новицкий, И. С. Перетерский и др.; Под ред. И. Б. Новицкого, И. С. Перетерского. М.: Юристъ, 2004.

В судебной практике трудно обнаружить единый подход к вопросу определения предмета договора. Можно встретить такую позицию: под предметом сделки понимают все то, по поводу чего может совершаться сделка и на что может быть направлена воля лица или лиц, ее совершающих, включая, в частности, действия, направленные на передачу имущества, выполнение работ, оказание услуг <21>. Так же характеризуется и предмет договора <22>. ——————————— <21> Постановление Президиума ВАС РФ от 20.05.2008 N 15756/07 по делу N А40-72598/05-19-458. <22> Постановление Президиума ВАС РФ от 28.10.1997 N 6056/96 по делу N 96-31/115.

В современных доктринальных работах нет единой точки зрения относительно предмета договора. Нередко разграничивают предмет (действия обязанного лица) и объект (имущество) <23>. Пожалуй, одним из авторитетных является подход, согласно которому предмет договора включает два рода объектов: объектом первого рода служат действия обязанных лиц по передаче друг другу имущества, объектом второго рода является само имущество <24>. ——————————— <23> Малеина М. Н. Договор о частном сервитуте // Вестник гражданского права. 2008. N 4. <24> Витрянский В. В. Договор мены // Вестник ВАС РФ. 2000. N 1, 2.

Для целей настоящего исследования использована позиция выдающегося российского ученого Г. Ф. Шершеневича, который считал, что «предмет договора… есть то юридическое последствие, на которое направлена согласная воля двух или более лиц» <25> (выделено авт. — В. К.). ——————————— <25> Шершеневич Г. Ф. Курс русского гражданского права. Т. 2. С. 74. Примечательно, что в проекте Гражданского уложения предмет определялся как действие стороны обязательства.

В легальных определениях соглашений участников (акционеров) указано, что соглашение является договором об осуществлении или об особенностях осуществления корпоративных прав. Законодательство конкретизирует указанный предмет путем закрепления примерного перечня. Создается впечатление, что предмет соглашения широкий и включает группы обязанностей: активного типа (голосовать определенным образом на общем собрании, приобретать или отчуждать акции (доли), совершать иные согласованные действия) и пассивного типа (воздерживаться от отчуждения акций (долей) и др.). Перечень обязанностей в каждой группе законодатель связал с направленностью на управление обществом и его деятельностью. Последнее требование, на наш взгляд, должно толковаться с учетом принципа деятельности хозяйственного общества через исполнительные органы. Поэтому деятельность общества может затрагиваться соглашением участников (акционеров) только опосредованно — путем формирования органов управления, определения локальных корпоративных норм (устав, внутренние документы общества). Наличие в законодательстве открытого перечня условий и указания на направленность обязательств (отмечена выше) требует использования ограничительного толкования норм о предмете соглашения участников (акционеров): им является юридическое действие (бездействие), на которое направлена согласованная воля сторон соглашения по управлению обществом. Такая направленность воли позволяет говорить о возможной общей правовой цели у сторон соглашения. Обязанности у сторон могут быть различными и носить встречный характер, однако общая цель, касающаяся управления обществом и организующая совместную деятельность сторон соглашения для ее достижения, является характерной чертой соглашения участников (акционеров). Сопоставление соглашения участников (акционеров) с близкими правовыми конструкциями позволит более четко охарактеризовать его правовую природу.

Сравнение соглашения участников (акционеров) с отдельными типами поименованных договоров

Определение места соглашения в системе обязательств позволит выделить существенные признаки этого договора. Полагаем, что сопоставление соглашения участников (акционеров) со всеми поименованными типами договоров было бы целесообразным при решении вопроса о признании его самостоятельным типом договора. Соглашение участников (акционеров) отнесено законодательством к обязательствам, направленным на совершение сторонами согласованных действий, хотя оно и может включать условия о переходе прав на имущество. Наличие элемента согласованности свидетельствует о принадлежности соглашения к общецелевым обязательствам, что позволяет проводить его сопоставление с видами договоров названного типа, а не с другими. В доктрине обосновывается точка зрения по поводу того, что такой тип договора, как «договор совместной деятельности», объединяет несколько видов договоров, для которых характерен признак направленности деятельности <26>. Это означает, что у всех участников договора имеются единая цель и общность интересов. Для общецелевых договоров можно выделить родовые признаки, характерные для всех видов этого типа. К таковым относят следующие: в рамках обязательства организуется деятельность двух и более лиц; все участники обязательства имеют единую цель; целью является достижение общего результата. На наш взгляд, все указанные признаки присущи соглашению участников (акционеров). ——————————— <26> Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Договоры о займе, банковском кредите и факторинге. Договоры, направленные на создание коллективных образований: В 5 т. М.: Статут, 2006. Кн. 5. Т. 1; Романец Ю. В. Договор простого товарищества и подобные ему договоры (вопросы теории и судебной практики) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 12. В доктрине нет единого подхода по вопросу о видах общецелевых договоров (см.: Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008).

Конечно, в соглашении могут быть предусмотрены и взаимные обязанности участников, в частности обязанность одного участника произвести возмездное отчуждение акций (долей) другому участнику при определенных условиях. Но и это обстоятельство может подтверждать наличие общих интересов: отлагательное условие является своеобразным выходом из проблемной ситуации, наличие которой свидетельствует о недостижении сторонами общей цели, возникновение которой не может быть вменено им. До момента исполнения условия стороны соглашения участников (акционеров) имеют общий интерес. Закон связывает отчуждение акций с наступлением конкретных обстоятельств, это свидетельствует о том, что до этого момента обязательство по отчуждению акций (долей) еще не наступило, оно не стало элементом правоотношения. Отлагательное условие изменяет соглашение участников (акционеров). По сути, условие направлено на его прекращение (в части или полностью), так как после исполнения обязательства по отчуждению акций (долей) прекращается общность интересов. Примечательно, что в судебной практике не признается противоречащим общецелевому характеру договора включение условий о передаче вещей в качестве вклада <27>, не связанной с передачей права собственности на имущество другой стороне договора <28>. ——————————— <27> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 05.08.2008 N Ф04-4554/2008(8709-А46-30) по делу N А46-15460/2007. <28> Постановление Президиума ВАС РФ от 08.08.2000 N 7274/99.

В доктрине высказано мнение по поводу того, что общая цель не исключает наличие у сторон различных экономических или юридических результатов: «Суть общецелевого обязательства заключается не в том конкретном результате, который достигается вступлением в подобные встречные правоотношения, она — во внутренних отношениях между лицами, преследующими единую цель. Поэтому направленность общецелевых договоров как нормообразующий фактор выражается не в конкретной экономической (юридической) цели, а в организации деятельности лиц, преследующих единую цель» <29> (выделено авт. — В. К.). Принимая данное положение, считаем важным для понимания правовой природы соглашения участников (акционеров) то, как урегулированы внутренние отношения сторон этого общецелевого обязательства. ——————————— <29> Романец Ю. В. Система договоров в гражданском праве России. М., 2001.

С позиции регулирования внутренних отношений соглашение участников (акционеров) отличается от иных общецелевых обязательств. Это обнаруживается при сопоставлении с таким видом общецелевых обязательств, как договор о совместной деятельности (простое товарищество). Принципиальным отличием соглашения участников (акционеров) является отсутствие имущественных отношений, связанных с внесением вкладов в совместную деятельность и определением юридической судьбы полученного участниками этой деятельности имущества и возникшими обязательствами. Как уже указывалось, соглашение участников (акционеров) может быть смешанным договором и включать элементы договора о совместной деятельности (что случается на практике), однако это не изменяет правовую природу соглашения. Второе отличие заключается в том, что соглашение участников (акционеров) по своей природе не имеет направленности на возникновение правоотношений с участием третьих лиц (нет общего ведения дел в понимании гл. 55 ГК РФ <30>). Поэтому во внутренних отношениях сторон соглашения отсутствуют элементы, необходимые для представительства с третьими лицами. Так как правоотношения с третьими лицами не являются правовым результатом исполнения соглашения участников (акционеров), в нем нет необходимости регулировать и ответственность по общим обязательствам или определять порядок распределения прибыли или убытков. ——————————— <30> В частности, совершение сделок, представление интересов других участников.

Приведенные различия показывают, что по правовой природе соглашение участников (акционеров) не может быть отнесено к виду общецелевого договора (обязательства) — договору простого товарищества. Вторым видом общецелевого договора признается соглашение о совместной деятельности, связанной с возникновением нового субъекта права — юридического лица. Сопоставление соглашения с этим видом договора обнаруживает, что соглашение участников (акционеров) имеет еще меньше общих элементов. Оно регулирует отношения по поводу управления хозяйственным обществом, тогда как в обязательстве о создании общества права и обязанности участников не распространяются на вопросы управления <31>. ——————————— <31> Такие вопросы управления, как формирование органов управления обществом, оформляются решением учредителей, являющимся самостоятельным юридическим фактом, а не договором о создании.

Таким об разом, соглашение участников (акционеров) необходимо признать самостоятельным видом общецелевого обязательства. Специфика данного договора раскрывается не только его предметом, но и содержанием, которое будет рассмотрено в следующем номере журнала «Корпоративный юрист».

/»Корпоративный юрист», 2010, N 12/

Продолжая статью, опубликованную в октябрьском номере «Корпоративного юриста», автор во второй части рассматривает различные вопросы, в том числе о существенных условиях соглашения участников (акционеров), а также возможности распространения иностранного права на данный вид соглашения.

Существенное условие соглашения участников (акционеров)

Сопоставление норм, регламентирующих соглашения участников обществ с ограниченной ответственностью и участников акционерных обществ, показывает принципиальное сходство в правовом регулировании отношений между сторонами. Прежде всего, необходимо выделить существенные условия договора. Нормы права указывают, что стороны соглашения должны согласовать порядок осуществления (или условия воздержания от осуществления) корпоративных прав <1>. На существенный характер этого условия указывает первое предложение п. 1 ст. 32.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее — Федеральный закон об акционерных обществах). Косвенно существенный характер условия подтверждают ограничения, предусмотренные для сторон в части голосования в соответствии с указаниями органов общества, распространения действия соглашения на все акции (доли) участников и обязанности по раскрытию сведений об определении порядка голосования (п. 5 ст. 32.1 Федерального закона об акционерных обществах). ——————————— <1> Буквальное толкование п. 1 ст. 32.1 Федерального закона об акционерных обществах позволяет говорить, что в соглашении может быть указано только на осуществление прав на акции. Но в этом случае соглашение акционеров только о продаже акций не будет отличаться от обычного возмездного договора по отчуждению имущества под условием.

В пункте 1 ст. 32.1 упомянутого Закона конкретизировано содержание существенного условия — осуществление (или воздержание от осуществления) корпоративных прав. Оно может касаться определения варианта голосования на общем собрании или обязательств сторон согласовывать тот или иной вариант голосования. Необходимо обратить внимание на следующую формулировку в приведенных нормах — «соглашением может быть предусмотрено», а также на двойной союз «и (или)» в сочетании с условием о порядке осуществления прав на акции <2>. Создается впечатление альтернативности существенных условий. Буквальное значение нормы позволяет отнести к существенным условие соглашения о порядке осуществления прав на акции. Однако при таком толковании произойдет смешение соглашения участников (акционеров) с другими типами договоров (например, с предварительным договором или каким-либо иным договором, включающим отлагательное условие). ——————————— <2> В Федеральном законе об обществах с ограниченной ответственностью аналогичной нормы нет, но полагаем возможным по аналогии закона применение нормы Федерального закона об акционерных обществах.

Принято считать, что для акционерного общества не важна личность его участника, тем не менее указанные в законе условия соглашения акционеров не свидетельствуют о том, что законодатель защищает заинтересованность акционеров в сохранении статус-кво в части корпоративного контроля. Можно приводить различные экономические оправдания такому подходу, но для правового анализа важно отграничить условия, характерные для соглашения участников (акционеров), от условий, которые регулируются другими обязательствами. Например, включение в соглашение условия о продаже акционером принадлежащих акций необходимо признать элементом договора купли-продажи <3>. Включенное в акционерное соглашение обязательство передать акции в залог не изменит его акцессорного характера и не исключит толкование как элемента договора залога в соглашении. ——————————— <3> Наличие в соглашении акционеров указания на момент (условие), когда должна произойти продажа, не меняет квалификации.

Даже при таком выборочном анализе становится ясно, что обязательства по осуществлению прав на акции (доли) не могут быть единственным условием соглашения участников (акционеров). Это обязательство не связано со спецификой соглашения, и его отсутствие не ведет к незаключенности соглашения. Выделяя только одно существенное условие — осуществление (воздержание от осуществления) прав, важно учитывать, что корпоративные права являются комплексным образованием. Поэтому формулировка «может быть предусмотрено» в отношении одной группы корпоративных прав (голосование на общем собрании) не исключает возможности включить в соглашение участников (акционеров) такое же условие в отношении других групп корпоративных прав. Например, в соглашении может идти речь о правах, связанных с управлением обществом, предшествующих праву на голосование на общем собрании, таких, как право требовать созыва общего собрания, формировать повестку дня, выдвигать кандидатуры в органы управления обществом. Законодательство предусматривает требование заключать акционерное соглашение в отношении всех акций, принадлежащих стороне. В связи с этим в литературе ставится вопрос о судьбе соглашения на случай, если в период его действия у акционера изменится количество акций (они могут быть приобретены у других акционеров или при дополнительной эмиссии, а также в иных случаях). Буквальное толкование указанного ограничения устанавливает момент, когда фиксируется количество акций, в отношении которых действуют условия соглашения, т. е. момент заключения соглашения. При подобном толковании условия соглашения, возникающие после его заключения, не распространяются на акции. В пользу такого толкования свидетельствуют нормы раскрытия стороной акционерного соглашения сведений о количестве голосов, которыми распоряжается акционер. Эти нормы привязаны к моменту заключения соглашения, и требование раскрытия информации после изменения у акционера количества акций не установлено. Таким образом, существенным условием соглашения участников (акционеров), которое указывает на видовую специфику договора, является порядок осуществления (или воздержания от осуществления) корпоративных прав.

Природа права распоряжения голосами

В статьях законодательства, касающихся соглашений участников (акционеров), использованы две формулировки: «право определять порядок голосования на общем собрании» и «возможность распоряжаться голосами». Последняя применяется в законодательстве, регулирующем публичные отношения (например, в Федеральном законе «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства»), и трактуется как фактическая возможность одного лица определять порядок голосования другого лица, являющегося участником (акционером) общества. В Федеральном законе от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» возможность распоряжения голосами связана с наличием определенного соглашения, предоставляющего данную фактическую возможность. В антимонопольном законодательстве применяется понятие «право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов» <4>. Приведенные акты свидетельствуют об отсутствии единообразия в содержании формулировок, поэтому можно согласиться с мнением исследователей по поводу неопределенности приведенных норм <5>. ——————————— <4> Статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». <5> Добровольский В. И. Применение корпоративного права: Практическое руководство для корпоративного юриста. М.: Волтерс Клувер, 2008.

Однако эти права не выделяются в нормах о статусе акционера (участника) общества, а также в законодательстве о ценных бумагах в числе прав, оформленных таковыми. Такие права нельзя отнести к корпоративным, потому что в отличие от последних их можно реализовать, предъявив акционеру требование совершить определенные действия (воздержаться от их совершения). При этом хозяйственное общество не является обязанным лицом. Оба вида прав включают возможность определения варианта голосования теми акциями (долями), на которые распространяется соглашение. Участник (акционер), который в соответствии с соглашением получил возможность контролировать голосование (например, в форме дачи обязательных для исполнения указаний о варианте голосования), конечно же, не приобретает право голоса по чужим акциям (долям). Но в данном случае важно рассмотреть не фактические отношения, а правоотношение <6>. Для реализации отмеченного ранее права контроля необходимо выполнить дополнительные правовые действия (например, выдать доверенность на участие в общем собрании и голосовании на нем). Соглашение участников (акционеров) не может быть использовано для подтверждения полномочий на голосование. Данный вывод связан с императивной нормой о том, что соглашение «является обязательным только для его сторон» <7>. Необходимо отметить, что фактически соглашение участников (акционеров) позволяет обойти ограничения, установленные корпоративными актами в части количества голосов, предоставляемых одному участнику (акционеру) <8>, хотя такие ограничения и ранее не всегда получали правовую защиту <9>. ——————————— <6> Антимонопольное законодательство указывает на важность наличия полномочий в отношении голосов (ст. 9 Федерального закона «О защите конкуренции»). Фактические отношения предусматривают для стороны соглашения возможность голосовать в собственных интересах, тогда как в правовом плане такое голосование является реализацией полномочий, полученных от участника (акционера). <7> Пункт 4 ст. 32.1 Федерального закона об акционерных обществах. <8> Пункт 3 ст. 11 Федерального закона об акционерных обществах, п. 3 ст. 14 Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью. <9> Постановление Президиума ВАС РФ от 02.08.2005 N 2601/05; Маковская А. А. Правовые последствия недействительности решений общего собрания акционеров и совета директоров акционерного общества // Недействительность в гражданском праве: проблемы, тенденции, практика: Сборник статей / Отв. ред. М. А. Рожкова. М.: Статут, 2006. С. 351 — 385.

Спецификой отмеченного условия соглашения участников (акционеров) является то, что оно не носит имущественного характера. Голос на общем собрании имеет опосредованную ценность, он производит правовой эффект после принятия решения. Последнее порождает правовые последствия, которые в некоторых случаях могут быть связаны с возникновением имущественных прав. Однако голос важен как необходимый элемент корпоративного контроля. По одному из дел Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отметил связь голоса на общем собрании акционеров с уровнем влияния на управление обществом. При этом внимание было обращено на то, что на общем собрании голоса, определяющие реальный объем корпоративных прав акционера, должны соотноситься с предоставлением обществу должного эквивалента в виде надлежащего имущественного вклада <10>. Этот принцип не соблюдается в соглашении участников (акционеров). ——————————— <10> Постановление Президиума ВАС РФ от 06.04.2010 N 17536/09 по делу N А51-11603/200844-328.

Голос реализуется не только его обладателем, законодательство допускает возможность его реализации любым лицом, уполномоченным участником (акционером), что и составляет содержание передачи голоса. Следовательно, право распоряжения голосами не касается возможности отчуждения голоса, а связано с правом одного лица давать обязательные для участника (акционера) указания по голосованию. Природа права распоряжения голосами представляет собой обязательство лица, которому принадлежит право голосования на общем собрании участников (акционеров), выполнить указания распоряжающегося голосами лица в отношении вариантов голосования или воздержания от него.

Условия соглашения участников (акционеров) и право корпоративного контроля

При анализе содержания соглашения участника (акционера) важно определить, возникает ли право корпоративного контроля у лица, которое контролирует голоса участников (акционеров). Важность этого обстоятельства подтверждается требованием раскрытия информации о заключенном соглашении участников (акционеров) <11>, в котором в виде санкции предусмотрено ограничение по количеству голосов при голосовании. ——————————— <11> Пункт 5 ст. 32.1 Федерального закона «Об акционерных обществах». Такое ограничение не установлено для обществ с ограниченной ответственностью, однако норма Закона об акционерных обществах может применяться к этим отношениям по аналогии.

Право корпоративного контроля специально не выделяется в законодательстве, но судебная практика стала его признавать <12>. В доктрине, с одной стороны, отмечают его собирательный характер <13>, что, по сути, обосновывает его фактическое, а не правовое, содержание, связанное с реализацией прав, заключенных в акциях или иных инструментах <14>. ——————————— <12> Постановление Президиума ВАС РФ от 09.03.2010 N 13358/09 по делу N А40-4569/08-137-25; Постановление Президиума ВАС РФ от 10.06.2008 N 5539/08 по делу N А40-11837/06-138-91. <13> Фатхутдинов Р. С. Уступка доли в уставном капитале ООО: теория и практика: Монография. Волтерс Клувер, 2009. <14> Степанов Д. И. Феномен корпоративного контроля // Вестник гражданского права. 2009. N 3.

Такой подход позволяет учитывать связь между корпоративным контролем и количеством упомянутых инструментов. По мнению С. В. Сарбаша, «наличие членства в организации помимо прочего (выделено автором. — В. К.) предоставляет участнику юридического лица возможность так называемого корпоративного контроля, т. е. определенные права по принятию управленческих решений, корпоративных актов по управлению юридическим лицом. Преобладающий корпоративный контроль дает возможность предопределять практически все управленческие решения, извлекая из этого соответствующие выгоды» <15>. ——————————— <15> Сарбаш С. В. Восстановление корпоративного контроля // Вестник гражданского права. 2008. N 4.

Суть корпоративного контроля заключается в возможности навязывать свою волю хозяйственному обществу (путем формирования органов управления, принятия решения о выплате дивидендов и др.) для получения от него имущественных благ. Хотя корпоративный контроль имеет имущественную ценность (например, это находит отражение в стоимости пакета акций), право корпоративного контроля не может быть признано имущественным — оно реализуется с использованием корпоративных прав, предусмотренных законодательством. Соглашение участников (акционеров), несомненно, может быть связано с возможностью влияния на корпорацию (в т. ч. на решения, принимаемые органами корпорации). В правовом плане такое влияние осуществляется путем перераспределения сторонами соглашения права голоса. Отмеченная связь соглашения участников (акционеров) с правом корпоративного контроля не позволяет при определении правовой природы соглашения использовать понятие «право корпоративного контроля», так как первое является правовым средством для реализации второго. Признавая, что порядок реализации права голоса может быть элементом существенного условия соглашения, важно определить правовые пределы свободы сторон при формулировании этого условия с учетом права корпоративного контроля. Прямых ограничений закон не устанавливает. Полагаем, что нормы антимонопольного законодательства о контроле над отчуждением акций (долей) не могут быть использованы при решении поставленного вопроса, но в правовой системе РФ имеются подходы, которые позволяют выявить направления развития (возможно, путем законотворчества) регулирования соглашений участников (акционеров) в части влияния на корпоративный контроль в обществах. Конституционный Суд РФ указал на важность четкого определения процедур, касающихся перераспределения акций в обществе, в целях защиты прав миноритарных акционеров как слабой стороны корпоративных отношений <16>. Судом выделен критерий для оценки юридических действий с акциями — общее для акционерного общества благо. Например, если целью юридических действий с акциями общества является повышение их стоимости, инвестиционной привлекательности и в конечном счете приобретение конкурентных преимуществ как на внутреннем, так и на международном рынке, то такие действия юридически безупречны. Полагаем, что если условия соглашения участников (акционеров) свидетельствуют об иной направленности интересов участников, то к такому соглашению можно применить нормы, пресекающие злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ). ——————————— <16> Постановление Конституционного Суда РФ от 24.02.2004 N 3-П.

По одному из дел Президиум Верховного Арбитражного Суда РФ отметил необходимость защиты интересов акционеров общества в случае, если юридические действия (решения общего собрания) других акционеров совершены не с целью привлечения существенных инвестиций для развития общества <17>. Представляется, что в этом деле применен критерий, который был выделен Конституционным Судом РФ. Отмеченный подход судебных органов показывает обоснованность опасений ученых по поводу того, что нормы, предусмотренные для соглашений участников (акционеров), создают новые зоны риска для инвесторов. ——————————— <17> Постановление Президиума ВАС РФ от 09.03.2010 N 13358/09 по делу N А40-4569/08-137-25 (в данном деле речь шла о дополнительной эмиссии ценных бумаг).

Суды признают, что иски о признании прав на долю (акции) направлены на восстановление права корпоративного контроля, и относят их к такому способу защиты, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права <18>. Однако можно отметить иной подход Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, который заключается в следующем. Судьи считают возможным для более эффективной защиты нарушенного корпоративного права применять специальный способ — восстановление корпоративного контроля. С. В. Сарбаш так охарактеризовал его: «Этот способ защиты корпоративных прав как бы вбирает в себя все другие способы защиты, широко применяемые на практике: виндикация и признание права собственности, признание сделки недействительной и реституция, защиту нарушенного преимущественного права покупки, признание недействительными различных корпоративных актов (решения собрания участников юридического лица, решения совета директоров, одобрение крупной сделки и сделки с заинтересованностью), признание недействительными корпоративных записей в системе Единого государственного реестра юридических лиц, признание недействительными реорганизации и учредительных документов и т. д.» <19>. ——————————— <18> Постановление Президиума ВАС РФ от 03.06.2008 N 1176/08 по делу N А14-14857/2004-571/21; Постановление Президиума ВАС РФ от 10.06.2008 N 5539/08 по делу N А40-11837/06-138-91; Постановление ФАС Московского округа от 06.08.2009 N КГ-А40/9699-08-1,2 по делу N А40-61381/07-83-536; Постановление ФАС Московского округа от 16.04.2010 N КГ-А40/1870-10-П по делу N А40-16629/08-57-120. <19> Сарбаш С. В. Восстановление корпоративного контроля // Вестник гражданского права. 2008. N 4.

Применение указанного способа на практике привязывается к ситуациям, когда имеется реальное снижение доли участия в обществе (или исключение лица из общества). В корпоративных отношениях защита может быть оформлена в виде присуждения истцу доли участия в уставном капитале общества, которую он имел бы, если бы ответчик соблюдал требования законодательства, действуя добросовестно и разумно <20>. Но соглашение участников (акционеров) может изменять структуру корпоративного контроля и не затрагивать права на доли (акции) не только участников (акционеров), не являющихся сторонами акционерного соглашения, но и сторон соглашения. Поэтому применение указанного способа для оспаривания соглашения участников (акционеров) представляется затруднительным. ——————————— <20> Постановление Президиума ВАС РФ от 03.06.2008 N 1176/08 по делу N А14-14857/2004-571/21.

Важно отметить, что отсутствие нормативного регулирования права корпоративного контроля создает существенную неопределенность при рассмотрении споров судами. Это связано с оценкой обстоятельств дела. Например, при рассмотрении вопроса о защите текущего состояния корпоративного контроля суд может учесть недоказанность наличия у акционера намерений сохранить этот контроль <21>. ——————————— <21> Постановление ФАС Московского округа от 21.01.2010 N КГ-А40/15054-09 по делу N А40-73835/08-43-536.

Соглашение акционеров может стать способом обхода определенных требований законодательства, направленных на защиту экономических интересов членов открытого акционерного общества при нарастании в нем корпоративного контроля со стороны одного из акционеров или группы аффилированных лиц. Например, заключение акционерного соглашения не имеет противовеса в виде обязанности по выкупу акций у акционеров, которые не участвуют в соглашении <22>. С учетом медлительности отечественной судебной системы при защите нарушенных прав поиск судами подходов к рассмотрению споров, связанных с заключением и исполнением соглашений, вероятно, не станет надежным противовесом рискам, созданным законодательством о соглашениях. ——————————— <22> Глушецкий А. Аффилированность и приобретение крупных пакетов акций // Корпоративный юрист. 2009. N 5. С. 32 — 40.

Таким образом, соглашение участников (акционеров) может изменить распределение прав корпоративного контроля в обществе.

Ограничение условий соглашения императивными нормами корпоративного права

Соглашение участников (акционеров) определяет порядок осуществления корпоративных прав (или воздержания от их реализации), что делает актуальным вопрос об ограничениях свободы усмотрения сторон при регулировании этого порядка. Начинать необходимо с выявления ограничений, связанных с императивными нормами корпоративного законодательства. В данном случае полагаем целесообразным рассматривать вопрос применительно к указанным в корпоративном законодательстве видам прав. Обязанность сторон голосовать определенным образом на общем собрании связана с неограниченной законом свободой участника (акционера) выбирать один из вариантов голосования по конкретному вопросу. Данное право может быть реализовано только после регистрации участника (акционера) непосредственно перед собранием в форме совместного присутствия <23>. Стороны соглашения участников (акционеров) не могут изменять порядок выражения голоса, т. е. указывать в соглашении перечень действий обязанного лица, не предусмотренный корпоративным законом для процедуры голосования. ——————————— <23> Пункт 2 ст. 37 Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью, п. 1 ст. 58 Федерального закона об акционерных обществах. При проведении общего собрания в форме заочного голосования (голосование осуществляется бюллетенями) право голосовать связано с включением в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании.

Форма общего собрания не всегда может быть выбрана сторонами соглашения участников (акционеров). Например, годовое (очередное) общее собрание нельзя проводить в форме заочного голосования <24>. По сути, рассматриваемое условие соглашения касается возложения на сторону обязанности выбрать одно решение из списка предложенных при формировании повестки дня общего собрания. Если акционер участвует в общем собрании через представителя, то обязанность голосовать определенным образом может быть исполнена путем включения в доверенность полномочия на голосование таким образом <25>. ——————————— <24> Следует из ст. 50 Федерального закона об акционерных обществах, ст. 38 Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью. <25> В данном случае затруднительно говорить об отношениях представительства, но корпоративное законодательство требует оформления доверенности.

Право определять порядок голосования на общем собрании как условие соглашения также не может изменить процедуру голосования. Суть этого права состоит в возможности управомоченного лица давать обязательные для другой стороны соглашения указания относительно выбора варианта решения («за», «против» или «воздержался» <26>). Представляется, что право определять порядок голосования связано с получением согласия на определенный вариант голосования, тогда как обязанность сторон голосовать устанавливается для конкретного вопроса (вопросов) повестки дня. Данное право предоставляет стороне соглашения более широкие возможности. ——————————— <26> Пункт 4 ст. 60 Федерального закона об акционерных обществах.

Полагаем, что обязанность по согласованию варианта голосования с другим участником (акционером) означает обязанность стороны соглашения воздержаться от голосования без получения от противоположной стороны согласия на голосование определенным образом. Такое согласие не является условием для возникновения права голоса у участника (акционера), так как моменты возникновения права голоса установлены императивными нормами корпоративных законов. Предел усмотрения сторон соглашения в регулировании указанных прав или обязанностей установлен нормами, прописывающими, что соглашение не обязывает ни общество, ни других участников (акционеров), которые не заключали этого соглашения. Другим ограничителем свободы усмотрения является норма, устанавливающая, что нарушение обязанным лицом условия о порядке голосования не влияет на юридическую силу решения общего собрания. То есть, если на общем собрании сторона проголосовала, противореча условиям соглашения, это является нарушением договора, а не процедуры голосования. Закон не содержит нормы, которая позволяет признавать недействительным голосование конкретного участника (акционера) или засчитать его голоса в пользу определенного решения. В случае нарушения порядка голосования возможно лишь применение обеспечительных мер или взыскание убытков. Судебная защита в форме возложения судом на сторону соглашения исполнения обязанности в натуре (голосования определенным образом) до проведения общего собрания невозможна, так как осуществляется в отношении нарушенного права; после проведения общего собрания такое требование неисполнимо. В литературе справедливо отмечается, что присуждение исполнения обязательства голосовать на общем собрании определенным образом в натуре имеет практический смысл только при проведении нового собрания, на котором будет рассмотрен вопрос об изменении принятого решения. Судебная практика признавала право акционера на свободное выражение своей воли путем голосования на общем собрании акционеров <27>, поэтому отказывала в удовлетворении исков об обязании голосования на общем собрании определенным образом. Возможно, такой подход будет изменен в связи с принятием норм о соглашениях участников (акционеров). ——————————— <27> Пункт 4 Обзора судебной практики ФАС Московского округа «Обзор практики арбитражных судов Московского региона по применению Федерального закона об акционерных обществах».

Путем применения судом обеспечительных мер можно создать условия для реальной защиты интересов стороны соглашения по голосованию <28>. Применение этих мер должно быть прямо связано с предметом исковых требований <29>, иначе судом могут быть не приняты доводы о том, что голосование не в соответствии с соглашением может непосредственно касаться ключевых решений, принимаемых органами управления обществом. ——————————— <28> Суды общей юрисдикции применяют обеспечительные меры в виде ареста акций с запретом голосовать ими (Постановление Президиума ВАС РФ от 03.06.2008 N 1154/08 по делу N А05-3791/2007). Высший Арбитражный Суд РФ полагает, что запрет на голосование на общем собрании для всех участников общества противоречит целям обеспечительных мер, так как делает невозможным осуществление обществом финансово-хозяйственной деятельности (Определение ВАС РФ от 04.09.2008 N 10977/08 по делу N А48-225/08-11; Постановление Пленума ВАС РФ от 09.07.2003 N 11), однако допускает возможность такого запрета для конкретного лица (п. 15 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.06.2009 N 131 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров о преимущественном праве приобретения акций закрытых акционерных обществ»). <29> Постановление Президиума ВАС РФ от 20.03.2007 N 4937/05 по делу N А55-3006/2004-46.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отметил, что в ходатайстве о принятии судом обеспечительной меры в виде запрета ответчику голосовать на общем собрании акционеров должно быть обосновано, каким образом непринятие этой меры затруднит или сделает невозможным исполнение решения суда при удовлетворении иска <30>. Такой подход был подтвержден позже <31>. ——————————— <30> Пункт 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.07.2003 N 72 «Обзор практики принятия арбитражными судами мер по обеспечению исков по спорам, связанным с обращением ценных бумаг». <31> Определение ВАС РФ от 22.01.2007 N 4937/05 по делу N А55-3006/2004-46.

Следовательно, законодательство о соглашениях участников (акционеров) не снизило риск голосования на общем собрании не в соответствии с обязательством, установленным в соглашении участников (акционеров). Воздержание от голосования на общем собрании не тождественно такому варианту голосования, как «воздержался» <32>. Воздержание от голосования упоминается в корпоративном законодательстве, например: «не принимал участия в голосовании» (ст. 75 Федерального закона об акционерных обществах). Ранее судебная практика считала недопустимым обязывать акционера воздерживаться от голосования. Мотивом служили следующие доводы: «В соответствии со ст. 31 Федерального закона об акционерных обществах акционер, являющийся владельцем обыкновенных акций, вправе участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам, отнесенным к компетенции общего собрания. Поэтому ответчик, являясь акционером общества, вправе реализовать право голосовать по своему усмотрению по любому вопросу, рассматриваемому общим собранием акционеров. Требование иска ущемляет права акционера свободно выразить свою волю при голосовании» <33>. ——————————— <32> Постановление Президиума ВАС РФ от 01.06.2004 N 1098/04 по делу N А12-4859/03-с32. <33> Постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы от 22.01.2003 по делу N А40-35297/02-57-365 (Постановление ФАС Московского округа от 16.04.2003 N КГ-А40/1855-03).

Полагаем, что обязанность стороны соглашения о воздержании от голосования в случае его неисполнения не влечет признания недействительным решения общего собрания. Это означает, что интерес участника соглашения об определенном варианте голосования на общем собрании реально не обеспечен. Регулирование запрета на совершение участником (акционером) сделок с долями (акциями) схоже с правовым режимом, когда в уставе общества с ограниченной ответственностью предусматривалось положение о получении согласия участников или общества на отчуждение доли (сделка также являлась оспоримой <34>). Теперь императивно установлено, что сделка по отчуждению акций (долей) в нарушение соглашения участников (акционеров) может быть оспорена в суде. При этом условием признания недействительности является знание стороной оспариваемой сделки ограничений, включенных в соглашение участников (акционеров). Такое ограничение снижает ценность соглашения как инструмента по обеспечению заинтересованности стороны в контроле над составом участников (акционеров) общества. ——————————— <34> Определение ВАС РФ от 12.04.2010 N ВАС-1466/10 по делу N А35-9309/08-С5.

Большое количество императивных норм, регулирующих порядок проведения и голосования на общем собрании, существенно ограничивает стороны соглашения участников (акционеров) в определении условий реализации (или воздержания от реализации) корпоративных прав.

Возможность распространения иностранного права на соглашение участников (акционеров)

Постановка данного вопроса связана с возможностью получения стороной соглашения участников (акционеров) дополнительных гарантий, которые предоставляет иностранное право и которые не закреплены в праве РФ. Теоретическая возможность этого связана с определением соглашения участника (акционера) как гражданско-правового договора. Гражданское законодательство РФ позволяет сторонам при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору. При этом стороны договора могут выбрать подлежащее применению право как для договора в целом, так и для отдельных его частей. Применение иностранного права ограничено, если договор реально связан только с одной страной. Полагаем, что данное ограничение распространяется на ситуацию, когда в договоре отсутствует иностранный элемент. В доктрине отмечается, что отсутствие иностранного элемента не создает ситуацию, когда возникает необходимость решить коллизионный вопрос <35>. ——————————— <35> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей (постатейный) / Т. Е. Абова, А. В. Банковский, М. П. Бардина и др.; Под ред. Т. Е. Абовой, М. М. Богуславского, А. Г. Светланова. М.: Юрайт, 2004; Жильцов А. Н. Новое в российском международном частном праве (о новеллах раздела VI части III Гражданского кодекса РФ) // Подготовлена для СПС «КонсультантПлюс», 2002.

С учетом содержания ст. 1186 ГК РФ применительно к соглашению участников (акционеров) иностранный элемент, прежде всего, касается сторон соглашения. Следовательно, в отсутствие иностранного элемента существует препятствие для распространения норм иностранного права на соглашение участников (акционеров). В случае выбора сторонами права другой страны (когда имеется иностранный элемент) соглашение участников (акционеров) не может затрагивать действий императивных норм России, так как соглашение реально связано с этим государством. При применении права какой-либо страны суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с отношением, если согласно праву этой страны такие нормы должны регулировать соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. Кроме отмеченных ограничений арбитражные суды указывали на следующие обстоятельства <36>: ——————————— <36> Степанов Д. И. Соглашения акционеров в российской судебной практике // Корпоративный юрист. 2008. N 9.

в силу ст. 96, 98 ГК РФ и п. 2 ст. 1, п. 2 ст. 11 Закона об акционерных обществах права и обязанности акционеров российского юридического лица регулируются исключительно положениями российского законодательства и учредительными документами. Заключенные акционерами соглашения не могут нарушать нормы законодательства страны места инкорпорации и учредительных документов общества; регулирование вопросов правового статуса субъектов российского права является суверенным правом Российского государства, поэтому к соглашениям акционеров не могут применяться нормы иностранного права; принцип автономии воли в международном частном праве не является безусловным. Выбор применимого права не может осуществляться с нарушением пределов, установленных российским законодательством. Нормы, регулирующие соглашения участников (акционеров), не позволяют утверждать невозможность применения отмеченных правовых позиций судов при действующем правовом регулировании. На практике для заключения соглашения акционеров часто избиралось английское право или право штата Нью-Йорк <37>. До недавнего времени суды признавали недействительным регулирование иностранным правом условия акционерного соглашения относительно: ——————————— <37> Кабатова Е. В. Соглашения акционеров: вопросы применения российского и иностранного права // Вестник гражданского права. 2009. N 2.

1) деятельности общества; 2) собрания акционеров, совета директоров, правления и генерального директора; 3) управления финансами; 4) передачи акций и сопутствующих прав; 5) запрета на конкуренцию <38>. ——————————— <38> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 31.03.2006 N Ф04-2109/2005(14105-А75-11), Ф04-2109/2005(15210-А75-11), Ф04-2109/2005(15015-А75-11), Ф04-2109/2005(14744-А75-11), Ф04-2109/2005(14785-А75-11) по делу N А75-3725-Г/04-860/2005.

В настоящее время полагаем, что по первой, третьей и четвертой позициям в соглашении участников (акционеров) может быть применено иностранное право (при наличии иностранного элемента). Неопределенность в возможности распространения иностранного права на соглашения также связана с неясностью отнесения корпоративного права к сверхимперативным нормам. В сфере акционерного права нет исследований по поводу того, какие императивные нормы российского акционерного права являются сверхимперативными. Этот предмет требует самостоятельного исследования не в рамках настоящей статьи. Полагаем, что судебная практика может выработать подходы, которые создадут ограничения для усмотрения сторон при регулировании отношений иностранным правом. Таким образом, корпоративное законодательство и судебная практика не позволяют четко определить границы применения норм иностранного права к отношениям сторон соглашения участников (акционеров). Рассмотрение вопросов, касающихся предмета и содержания соглашения участников (акционеров), показывает, что правовое регулирование такого договора не вполне отвечает интересам участников оборота. К сожалению, в отличие от иных договоров стороны соглашения участников (акционеров) ограничены в свободе регулирования отношений. Принятие норм о соглашениях участников (акционерах), несомненно, является шагом вперед, тем не менее неполнота регулирования и сохранение рисков для отношений сторон не способствуют расширению инвестирования в хозяйственные общества.

——————————————————————