Идея правового закона в контексте характеристики различных правовых культур

(Петровская А. В.) («История государства и права», 2007, N 4) Текст документа

ИДЕЯ ПРАВОВОГО ЗАКОНА В КОНТЕКСТЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ РАЗЛИЧНЫХ ПРАВОВЫХ КУЛЬТУР

А. В. ПЕТРОВСКАЯ

Петровская А. В., адъюнкт кафедры теории права и государства Московского университета МВД РФ, старший лейтенант милиции.

Идея правового закона в том или ином виде фигурирует во всех правовых культурах, она имеет универсальный характер. Отметим, что мы ограничиваемся лишь фрагментом сравнительного анализа содержания идеи правового закона в европейской и российской правовой культуре. Это представляется наиболее естественным, так как исторически и сегодня самые актуальные связи России, в том числе и в области права, обнаруживаются с Западом. Связь с Западом крайне важна при обращении к правовой проблематике. Ибо только западная цивилизация является правовой, только в западной цивилизации право наиболее разработано, наиболее эффективно действует, в ней право является базовым, универсальным регулятором всех общественных отношений. В России же исторически господствовало право скорее в содержательном, чем в формальном плане. Общим для всей отечественной общественной мысли было и является мнение о низком уровне правовой развитости, неуважение к формальному началу, пренебрежение, легкомысленное отношение к закону <1>. Поэтому роль права, если сравнивать с Западом, в России не так значительна. «Право функционирует лишь в тех социальных сферах, в которых может действовать только право, и его нельзя заменить какими-либо «альтернативными» социальными регуляторами» <2>. Следовательно, идея правового закона в рамках различных правовых культур имеет свои особенности. ——————————— <1> Байниязов Р. С. Правосознание и правовой менталитет в России: введение в общую теорию. Саратов: СЮИ МВД России, 2001; Герасимов И. Российская ментальность и модернизация // Общественные науки и современность. 1994. N 4; Ильин И. А. О сущности правосознания. М., 1993; и др. <2> Правовая мысль XX века: Сб. обзоров и рефератов. М., 2002. С. 120.

Несомненно, самым оптимальным, желаемым содержанием правовой культуры является совпадение, включение действующего права в сложившуюся правовую культуру. В реальности правовая культура может и не совпадать с действующим правом. На Западе действующее юридическое право в целом находится в сфере правовой культуры, не только общественной, но и индивидуальной. В России же существуют слои, которые органичны для правовой жизни, определенной юридическим правом, но существуют и параллельные слои правовой культуры, контркультуры. Всегда существовала правовая культура, которая опиралась на иные, помимо закона, средства, прежде всего на нравственность, обычаи. Идея правового закона имманентна правовой культуре. На самом деле не все переплавляется в традиции, ценности правовой жизни. Ибо тогда они не исчезали бы. Поскольку постоянно происходят изменения в культурной жизни цивилизаций, можно сделать вывод, что не все вписывается в правовую культуру. Правовой закон является феноменом западной правовой культуры, так как она в целом — правовая. В рамках российской правовой мысли она является преломлением западных идей, традиций, особенностей. Следовательно, вне связи западного и российского понимания смысла этой идеи саму идею правового закона понять трудно. Западное общество отличается доминированием системы политико-экономических условий и форм жизни. Западный человек — существо политическое. Быть им — значит быть гражданином, членом государства и тем самым быть обязанным жить, действовать в соответствии с законом государства <3>. Право прагматично и политично, рассматривается, как средство достижения определенных социальных целей. Закон выступает преимущественно как политическая целесообразность, общественная полезность. ——————————— <3> Малахов В. П. Философия права. М., 2002. С. 407.

Говоря о политичности западного общества, нельзя обойти стороной вопрос об идее свободы, которая является непосредственным и первым выражением политичности. Идея свободы в свете европейской правовой культуры предстает как идея политической свободы. Политичность Запада связана с рациональностью, при этом рационализм имеет смысл как господствующий способ понимания, мотивации и образа жизни человека <4>. Западное общество высокодинамично, и принципы правового сознания здесь вполне естественны, а потому юридическое право и право как форма действительной жизни общества в принципе совпадают <5>. ——————————— <4> См.: Борман Г. Западная традиция права. М., 1995; Зиновьев А. А. Запад. Феномен западнизма. М., 1995. <5> См.: Малахов В. П. Философия права. М., 2002. С. 408.

Западное право выступает как форма социального и духовного бытия людей, как способ организации общественной жизни. В основе правового мышления западноевропейца лежит формальный правовой принцип. Содержательный ценностный критерий не может служить всеобщим масштабом деятельности, следовательно, не может в равной мере ограничивать свободу каждого индивида в самостоятельном выборе цели своей деятельности и средств ее достижения. В системе западноевропейской правовой культуры органично связаны принципы либерализма, гражданственности, законности, уважения прав и свобод человека и справедливости. Эти принципы проистекают из системообразующих идей западноевропейской правовой идеологии: идеи свободы, гражданского общества, закона, естественности прав человека и справедливости. Западное правосознание индивидуализировано, основано на приоритете личностного, индивидуального начала. Данную установку наиболее ярко раскрывает идея свободы, она содержит способность человека к выражению своей воли, быть источником разумного, рационального решения, что является основанием свободного выбора. Логическим следствием идеи свободы является идея естественных прав человека. Естественное право является фундаментальностью, атрибутивностью права, разумностью, неотчужденностью прав и свобод человека. Естественное право на Западе лежит в основе позитивного права, оно не противоречит ему, а, напротив, является свидетельством его подлинности. Естественное право интерпретируется в субъективном смысле, как совокупность прав. В центре такого правопонимания стоит человек с его нуждами и потребностями, его права святы и принадлежат ему от природы. Этим естественным правам противопоставляется обязанность их соблюдения. Идея естественных прав человека определяет смысл идеи гражданского общества. Индивидуальное, личностное начало западной правовой ментальности заключается в том, что личность больше полагается на себя, на свои собственные силы, нежели на государство. Государство рассматривается в русле выполнения им общественных функций юридического «арбитра», в качестве легитимного политического центра власти, строго охраняющего индивидуальную свободу, неприкосновенность, безопасность, собственность своих граждан и действующего в соответствии с предписаниями права. Право выступает институтом гражданского общества, противостоящим государству. Для западной правовой культуры характерна рационально-целевая направленность. Жизнь по закону воспринимается естественной, а сами законы — целесообразными. Отличительной чертой западноевропейского правосознания является установка на компромиссное сочетание мотивов действий с установкой на абсолютность правовых ценностей. Главным критерием ценностей в области познания и в сфере действия является полезность. Западное правосознание исходит из органичности, единства и взаимного подкрепления морали и права. Моральные, нравственные установки определены бытом, условиями жизни и материальной сферой. Западноевропейской нравственности свойственно вписываться в социальную реальность, определенную, организованную главным образом в социально-экономическом и политико-юридическом смысле. Таким образом, нравственность становится способом установки планки приемлемого, достойного, морального образа жизни человека в обществе сообразно с минимальным духовным запросом к реальности. Логическим следствием идеи гражданского общества выступает идея закона как закона правового. В качестве идеи, характеризующей систему правовой культуры, закон воспринимается как нечто устанавливаемое в соответствии с природой социальной жизни и человека, то, что является условием равнозначимости людей в правовом отношении, условием правового равенства, гарантией правового отношения и формой его существования. Закон выступает эквивалентом справедливости в распределительном смысле <6>. ——————————— <6> Малахов В. П. Указ. соч. С. 410.

В России дело обстоит иначе. Идея правового закона существовала в отечественной правовой мысли в несколько иной интерпретации. Первый литературный памятник, который приемлем для анализа правовой мысли России, — книга митрополита Илариона «Слово о законе и благодати». Идея правового закона, если проводить аналогии, интерпретируется им следующим образом: закон есть форма, которая чужда жизни, она необходима, но не действительна как цель жизни, действительной целью выступает благодать, которая также является формой, но качественно иной, чем закон. Благодать исходит из христианских заветов, она универсальна, содержательна и направлена во внутренний мир человека, к его душе. Поэтому идея благодати может быть вплетена и более сочетаема в идее правового закона <7>. ——————————— <7> См.: Иларион. Слово о законе и благодати. М., 1994.

Но в древности существовало еще одно понятие — понятие правды. Идея правды является доминантной в российском правосознании, ее можно считать наиболее близкой, по смыслу и духу, к идее правового закона. Правда есть высшее благо, совершенство, полнота удовлетворения, а следовательно, ее можно и должно искать. Поиск правды вырастает в традицию, которая тесно связана с российской ментальностью, с представлениями о лучшем устройстве общества, месте человека в нем. Поэтому в рамках российской правовой культуры идея правового закона преломляется через идею правды, где причудливо сочетаются и закон, и благодать. Своеобразие российской правовой культуры заключается в сочетании религиозности и моральности. История национального менталитета России во многих аспектах предстает историей православия. Религиозный фактор оказывал самое мощное воздействие на осознанные и неосознанные представления, ценностные ориентации, установки русского народа. Российская религиозность отличается от западноевропейской религиозности особой, ярко выраженной традиционной моральностью. Смысл российской моральности заключен в следующем: в восприятии социальной реальности преобладает пассивно-критическое отношение; в идеологии и в повседневной жизни общественное сознание ориентировано на идеальное долженствование, на завышенные оценки, в силу чего ярко выражена тенденция к морализированию любых явлений жизни; ориентация на интуитивно-обычное восприятие требований, правильность и обязательность которых неоспоримы и обязательны для каждого; негативное отношение к рационально-прагматическому образу жизни, в особенности к благополучию, достатку, повышению социального статуса человека; разорванность между идеально-моральной и нравственно-обычной сторонами жизни; в ней проявлены все основные моральные проблемы, в том числе проблемы авторитета требований, ответственности, вины, справедливости и т. д., пропитанные религиозным чувством, верой в божественность земного бытия человека, в богоугодность его нравственности <8>. ——————————— <8> См.: Малахов В. П. Философия права. М., 2002. С. 412 — 413.

Религиозность русского народа сочетается с установкой на душевно-духовную связанность людей в служении Богу и миру, сплоченностью в вере. Эта установка была синтезирована в идею соборности. «Соборность» — в самом общем смысле означает стремление жить и действовать сообща, общими силами, артельно, всем «миром», согласием. Эта черта определяет и наличие у русского народа сильного чувства государственности. Политизированность западного общества позволяет совпадать юридическому праву и праву как форма жизни общества. В правовой истории России стержневой идеей правосознания было положение о примате государства в отношении права, приоритете перед законом и правами личности. Такого рода позитивистское правосознание стало юридическим лейтмотивом российского государственного бытия. Действительно, правовая система была не столько правовой, сколько «государственнической», ибо государственная организация, а точнее сказать — имперско-державная, подмяла под себя культурно-правовые начала и начинания. Отсюда и доминирование в менталитете россиян убеждения в необходимости сильной власти и этатических настроений. На почве таких настроений развивалась идея милости как одна из доминантных идей российского правосознания. Власть одаряет человека правом, а потому может отнять в любой момент, индивид лишен значительной доли ответственности за свои деяния, тем не менее является носителем гипертрофированного чувства вины, и иного пути, чем через милость, у него нет, чтобы избежать мучительности наказания <9>. ——————————— <9> См.: Там же. С. 415.

Анализируя особенности психологии этатизма российского правового менталитета, важно также отметить специфику взаимоотношения государства и личности в России. С точки зрения позитивного законодательства данные отношения носят равноправный, справедливый, взаимовыгодный характер, в действительности же это не всегда верно. История России свидетельствует о том, что личность в ней всегда была бесправна и безмолвна в отношениях с государственной властью. Государство строго и детально регламентировало жизнь людей, пресекалось и преследовалось всякое инакомыслие, игнорировалась политическая и экономическая свобода, власть нарушала принятые ею же законы. Это касается и правовой ментальности русского человека, для которого характерным является внешнее, формально-законное проявление законопослушного поведения, хотя на самом деле фактически реальные действия россиянина во многих случаях выходят за юридические границы закона. Далее, как уже отмечалось, особенностью российского менталитета является четкое разграничение идеи закона и идеи правды. Правда определяла внутреннее отношение народа к положительному праву, закон же воспринимался как нечто формальное, с чем приходится считаться. Ее имманентные структуры российской ментальности ориентированы на поиск правды, справедливости больше в религиозных ценностях, чем в праве, законе. Последние не вызывают в душе россиянина особых положительных чувств и эмоций, ибо в его представлении в праве нельзя найти справедливость и правду. В сознании россиянина правовая норма, идея не могут заменить жизненную правду. К ней наиболее близка нравственность. Правовые установки, в отличие от нравственности, есть формальное явление, что отвечает его природе и сути. Но это вовсе не должно усиливать отстраненность российской ментальности от идеи права и закона. В XIX — XX вв. идея правового закона становится заимствованной из западноевропейской правовой культуры. Однако возникает вопрос: насколько в этой идее преломлена исконно русская идея правды, насколько она важна, является ли она неотъемлемым атрибутом для характеристики идеи правового закона? Однозначный ответ, как нам представляется, дать нельзя. Дискуссии на эту тему ведутся начиная с XIX в., когда появились два мощных течения политико-правовой мысли России: западники и славянофилы, которые до сих пор высказывают диаметрально противоположные мнения на этот счет. Славянофилы стараются воспроизводить русские ценности, что ведет к тому, что идея правового закона носит двойственный характер, имманентной является идея правды. Западники выступают за принятие идеи правового закона, поглощение идеей правового закона идеи правды.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *