Проблемы ликвидации беспризорности в СССР в 1920 — 1930-е гг. (правовой аспект)

(Билим Н. Н.) («Общество и право», 2011, N 1) Текст документа

ПРОБЛЕМЫ ЛИКВИДАЦИИ БЕСПРИЗОРНОСТИ В СССР В 1920 — 1930-Е ГГ. (ПРАВОВОЙ АСПЕКТ)

Н. Н. БИЛИМ

Билим Наталья Николаевна, кандидат исторических наук, доцент, профессор кафедры общеправовых дисциплин Хабаровского пограничного института ФСБ России.

Статья посвящена правовым аспектам ликвидации беспризорности в СССР в 1920 — 1930-е гг. Показаны особенности советского права, дан анализ советской правовой системы защиты детей и подростков.

Ключевые слова: советское право, подростки, беспризорность, беспризорник, детский дом.

The article is devoted legal aspects of liquidation of homelessness in. The USSR in 1920 — 1930 ss. features of the Soviet right Are shown, the analysis is given. The Soviet legal system of protection of children and teenagers.

Key words: the soviet right, teenagers, homelessness, the homeless child, children’s home.

После Октябрьской революции 1917 г., Гражданской войны и иностранной интервенции в Советской России начался процесс создания нового, социалистического права и нормативно-правовой базы государства. Правовой основой внутренней политики в предвоенный период были Конституции РСФСР 1918 г., СССР 1923 и 1936 гг.; постановления и решения партии большевиков и Советского правительства, которые обладали, наряду с конституционными нормами, высшей юридической силой в РСФСР и СССР; отраслевое законодательство; ведомственные и региональные документы. Основная нормотворческая работа легла на Совет Народных Комиссаров (СНК), т. к. всероссийские съезды Советов собирались сессионно. Советское право имело некоторые особенности. Во-первых, по определению В. И. Ленина, право — это возведенная в закон воля господствующего класса: «диктатура пролетариата, т. е. организация авангарда угнетенных в господствующий класс для подавления угнетателей» [1]. Объективная необходимость права в социалистическом государстве определялась необходимостью юридического закрепления политической власти рабочего класса. Следовательно, право в 1920 — 1930-е гг. в СССР выступало как классовый регулятор общественных отношений. Лидер партии большевиков отмечал, что «…оно (право. — Н. Б.)… остается в качестве регулятора (определителя) распределения продуктов и распределения труда между членами общества» [2]. Во-вторых, особенностью социалистического правотворчества было то, что в нем принимали участие и общественные организации страны — ВЦСПС, РКСМ (ВЛКСМ), добровольные общества. Самым активным из них был комсомол. Одним из тяжелейших последствий Первой мировой и Гражданской войн, иностранной интервенции и послевоенной разрухи стала беспризорность и безнадзорность подрастающего поколения [3]. Огромные массы детей и подростков, потерявших родителей и родных, бродили по стране в поисках пропитания и жилья. Многие пополняли ряды грабителей, бандитов, убийц. В 1920-е гг. росту числа беспризорных и безнадзорных детей и подростков способствовали: низкий уровень жизни значительной части граждан, безработица взрослого населения и неспособность вследствие этого достойно содержать детей в семье. Результатом этого стало широкое распространение серьезных болезней среди детей и подростков: туберкулез, трахома, тиф и т. д. Для скорейшего преодоления этих трудностей необходимы были усилия не только государственных организаций, но и всего общества. В январе 1921 г. ВЦИК РСФСР принял решение о создании Комиссии по улучшению жизни детей (Деткомиссия), председателем которой был назначен Ф. Э. Дзержинский. Тогда же в Приказе по ВЧК N 23 указывалась необходимость ее создания: «Положение детей, особенно беспризорных, тяжелое, несмотря на то, что советская власть не щадила для этого ни средств, ни сил». После окончания Гражданской войны советская власть смогла в первую очередь уделить внимание детям — «этой будущей нашей опоре коммунистического строя» [4]. И сразу же стала приобретать в каждой рабочей и крестьянской семье своих сторонников и защитников [5]. Это было более действенно, чем длинные речи в защиту новой власти. Именно ВЧК было поручено возглавить работу по ликвидации беспризорности и безнадзорности в стране. Во-первых, председатель ВЧК Ф. Э. Дзержинский был инициатором создания этого учреждения, во-вторых, по его мнению, аппарат ВЧК был одним из наиболее четко работающих органов. По некоторым данным, в стране в начале 1923 г. насчитывалось около 4 млн. сирот, 3 млн. из которых находились на содержании государства или общественных организаций [6]. Большая часть этих детей и подростков была определена в детские дома. Однако достаточно много было среди беспризорников и малолетних правонарушителей, которых следовало поместить в другие детские учреждения. Росло число уголовных дел в отношении беспризорных и безнадзорных. Если в 1920 г. их было 12500, то в 1925 г. уже 32635 [7]. В обращении ВЦИК «Все на помощь детям» 1923 г. отмечалось, что несколько миллионов детей-сирот требуют немедленной реальной помощи. «…Детская беспризорность, часто выявляющаяся в самых уродливых, ужасающих формах — как детская преступность, проституция, — угрожает подрастающему поколению самыми тяжелыми последствиями и заставляет бить тревогу» [8]. Что было делать с малолетними преступниками? В детских домах им не место, в лагерях и тюрьмах они не перевоспитаются, а только пополнят ряды взрослых преступников. На коллегии ОГПУ было принято решение создать специальное учреждение для таких молодых людей. Главной его задачей было перевоспитание малолетних правонарушителей. Приказом АОУ ОГПУ от 18 августа 1924 г. N 185 для борьбы с нарушителями закона в возрасте от 13 до 17 лет [9] была организована детская трудовая коммуна при ОГПУ на 50 человек. Так появилось первое учреждение нового типа для малолетних преступников — исправительно-воспитательная колония в Большеве. Беспризорность к концу 1920-х гг. резко сокращается. Была поставлена задача ее полного устранения. Однако тогда в масштабах всей страны сделать это не удалось. Политика коллективизации и ликвидации кулачества как класса, репрессии увеличили к началу 1930-х гг. число беспризорников и особенно детей, оставшихся без надзора родителей и родственников. На начало 1926 г., по данным Наркомпроса, в республике было 300 тыс. детей, нуждавшихся в помощи. Из них не менее 150 тыс. беспризорных. Был разработан проект документа по организации плановой борьбы с беспризорностью. Предполагалось принять 23 тыс. беспризорников в детские учреждения в 1926 — 1927-х гг. [10]. К концу 1933 г. количество беспризорных в стране резко снизилось, а в начале 1934 г. вновь возросло. В этом году было зарегистрировано 1600 преступлений подростков. По данным ОГПУ при СНК СССР, в 1934 г. (только по 20 регионам) состояние беспризорности в стране характеризовалось крайне неблагополучно. На улице находилось 56372 ребенка (из них 14000 девочек), 60% из них — подростки от 12 лет и старше. Были зарегистрированы случаи смерти детей в детских домах [11]. Необходимо было усилить работу по ликвидации беспризорности в стране. Постановлением СНК СССР от 1 июня 1935 г. учреждения для беспризорных и безнадзорных детей переходили в ведение Наркомата внутренних дел СССР. Приказом Наркома внутренних дел СССР в этом году вводился порядок учета беспризорных и несовершеннолетних правонарушителей в трудовых колониях. В апреле 1935 г. выходит Постановление ЦИК и СНК СССР «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних». Документом закреплялась уголовная ответственность несовершеннолетних с 12 лет за совершение краж, причинение насильственных телесных повреждений, увечий или убийств «с применением всех мер уголовного наказания», а также подвергались тюремному заключению взрослые, привлекавшие или подстрекавшие подростков к противоправным деяниям — нищенству, спекуляции, проституции и пр. [12]. В 1935 г. Постановлением СНК СССР было направлено 50 млн. руб. на мероприятия по ликвидации беспризорности в стране. В Докладной записке наркома внутренних дел Г. Г. Ягоды И. В. Сталину от 26 октября 1935 г. «О детской беспризорности, безнадзорности и преступности» отмечалось, что неправильно было бы все внимание, как это делали представители Наркомпроса, обратить на борьбу с беспризорностью. «Анализ имеющихся в нашем распоряжении материалов говорит о том, что беспризорность как проблема больше не стоит перед Советским государством» [13]. Если раньше беспризорность принимала огромные размеры в результате Первой мировой и Гражданской войн, голода в Поволжье, ликвидации кулачества как класса, то теперь таких условий для массовой беспризорности в стране больше не было. В документе указывалось, что к этому времени «…безработица ликвидирована, когда материальное обеспечение трудящихся значительно улучшилось <…> нет и не может быть больше притока беспризорных» [14]. Далее нарком отмечал, что дело не в беспризорности, а в плохой работе детских учреждений Наркомпроса [15]. В них отсутствовал должный порядок и контроль за воспитанниками, которые бежали из них, пополняя ряды уличных преступников. Практика борьбы с детской преступностью показывала, что детьми, совершавшими дерзкие квалифицированные преступления, были главным образом безнадзорные. Количество безнадзорных детей несравненно больше количества беспризорных [16]. Было отмечено, что существовавшая практика борьбы с детской преступностью с помощью комиссий по делам несовершеннолетних (Комонесы) не дала существенных результатов. Поэтому требовались пересмотр системы воспитания, порядок в детских домах, ликвидация комиссий. Кроме того, следовало ужесточить наказания для несовершеннолетних и создать детские суды [17]. Необходимо было внести изменения в Уголовный кодекс об ответственности несовершеннолетних преступников с 12-летнего возраста (в то время подростки до 16 лет к ответственности не привлекались). Необходимо было повысить влияние взрослых и привлекать к уголовной ответственности родителей и опекунов, которые способствовали правонарушениям детей или брали их под опеку из корыстных побуждений. Изменений требовало и регулирование гражданско-правовых отношений. Предлагалось привлекать родителей в гражданском порядке за убытки, причиненные действиями их детей [18]. Нужно было изменить и систему детских учреждений, чтобы не допустить криминализации подростков. Предлагалось создать следующие типы детских учреждений: приемники-распределители, детские дома нормального типа, детские дома с более строгим режимом для трудновоспитуемых детей, закрытые трудовые колонии (для детей преступников-рецидивистов с 12 лет). Было дано поручение Наркомпросу организовать «платные детские дома для безнадзорных детей с содержанием за счет средств родителей» [19]. Не было забыто и обязательное трудовое воспитание в этих учреждениях как одно из условий перевоспитания: в колониях создавалась производственная база [20]. Расширялась сеть закрытых учреждений НКВД для осужденных несовершеннолетних преступников [21]. В январе 1935 г. Секретариат ВЦСПС принимает Постановление «Об участии профсоюзных организаций в борьбе с детской безнадзорностью», которое много внимания уделяло делу трудоустройства подростков. Оно обязывало все профсоюзные организации страны заботиться о детях, в частности оказывать «культурно-бытовую помощь беспризорным и безнадзорным подросткам, вовлеченным в производство» [22]. Приказом НКТП СССР от 15 августа 1935 г. N 988 всех выпускников детских домов направляли на производство в соответствии с полученной квалификацией и обеспечивали жильем [23]. Вместе с тем в Постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 31 мая 1935 г. отмечалась слабая работа органов народного образования по искоренению беспризорности и безнадзорности в стране, а также необходимость усиления ответственности родителей за воспитание детей [24]. По данным НКВД СССР, на 1 января 1935 г. в городах страны насчитывалось 26250 детей-беспризорников, «что составляет 8% к общему количеству (302522) детей, находящихся в детских учреждениях на то же число» [25]. Опыт работы Советского государства по ликвидации беспризорности и безнадзорности при всех ошибках и несовершенствах сохраняет актуальность. К сожалению, в Российской Федерации существует проблема детей, оставшихся без надзора взрослых, которая требует решения.

Литература

1. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 33. С. 88. 2. Там же. С. 94 — 95. 3. Беспризорность — явление, связанное с социальными, экономическими кризисами, войнами. В силу этих обстоятельств и возникает беспризорность — статус несовершеннолетнего, характеризующийся отсутствием у ребенка одновременно родителей (или лиц, их заменяющих) и места постоянного проживания. Она тесно связана с понятием «безнадзорность» — отсутствие воспитательного влияния и контроля за поведением и занятиями детей и подростков со стороны родителей или лиц, их заменяющих // Большая российская энциклопедия. М., 2005. Т. 3. 4. ЦА ФСБ России. Ф. 66. Оп. 1. Д. 102. Л. 30. 5. Там же. Л. 30об. 6. Гладыш С. Д. Дети большой беды. М., 2004. С. 28. 7. Цит. по: Гладыш С. Д. Указ. соч. С. 6. 8. Там же. С. 30. 9. Там же. С. 42. 10. См.: Полярная звезда. 1926. 14 февраля. 11. ЦА ФСБ России. Ф. 3. Оп. 1. Д. 317. Л. 14, 16. 12. Там же. Ф. 66. Оп. 1. Д. 374а. Л. 69. 13. Там же. Ф. 3. Оп. 2. Д. 799. Л. 1. 14. Там же. 15. Там же. Л. 2. 16. Там же. Л. 3. 17. Там же. Л. 11. 18. Там же. Л. 15. 19. Там же. Л. 13. 20. Там же. Л. 13. 21. Там же. Л. 11. 22. Там же. Ф. 66. Оп. 1. Д. 374а. Л. 164. 23. Труд подростков. М., 1936. С. 25. 24. КПСС о комсомоле и молодежи // Сб. резолюций и решений съездов, конференций и постановлений ЦК. 1917 — 1958. М., 1958. С. 278. 25. ЦА ФСБ России. Ф. 3. Оп. 2. Д. 799. Л. 12.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *