Применение английского права при заключении сделок в России: развенчание основных мифов

(Айвори Й., Уэст Б., Стюарт Э.) ("Закон", 2013, N 10) Текст документа

ПРИМЕНЕНИЕ АНГЛИЙСКОГО ПРАВА ПРИ ЗАКЛЮЧЕНИИ СДЕЛОК В РОССИИ: РАЗВЕНЧАНИЕ ОСНОВНЫХ МИФОВ

Й. АЙВОРИ, Б. УЭСТ, Э. СТЮАРТ

Йен Айвори, партнер, руководитель практики английского права и корпоративных финансов Goltsblat BLP (российская практика Berwin Leighton Paisner), солиситор Верховного суда Англии и Уэльса.

Бенедикт Уэст, солиситор-стажер Berwin Leighton Paisner.

Эд Стюарт, солиситор-стажер Berwin Leighton Paisner.

Авторы останавливаются на основных заблуждениях, которые, по их мнению, характерны для российских юристов при оценке применяемых для урегулирования коммерческих правоотношений институтов английского права. Исследуют роль судебного прецедента, свободы договора и толкования договорных условий, а также применение доктрины добросовестности в английском праве.

Ключевые слова: английское право, общее право, право справедливости, статут, судебный прецедент, свобода договора, подразумеваемые условия договора, договорное право, добросовестность.

Нормы английского права, равно как и суды и арбитражные инстанции Англии, часто фигурируют в международных сделках, в том числе в сделках с участием российских клиентов. Английское право широко используется во всем мире в силу его четкого, устоявшегося характера. Английская правовая система формировалась на протяжении нескольких сотен лет и продолжает развиваться до сих пор; она характеризуется гибкостью и способностью подстраиваться под окружающие условия. Эта гибкость - один из наиболее привлекательных аспектов английского права - в то же время способна запутать тех, кто с ним недостаточно знаком. При сравнении английского законодательства с европейской континентальной системой права также может возникнуть недопонимание, поскольку нормы английского права не закреплены в едином своде законов. Эта путаница стала причиной появления ряда широко распространенных заблуждений. В этой статье мы надеемся развенчать некоторые из таких мифов и продемонстрировать ряд отличительных особенностей английской правовой системы.

Первый миф: английское право не базируется на гражданском кодексе; в его основе - только судебные прецеденты

Это неверно, поскольку английская правовая система основана на трех ключевых источниках. Это нормы статутного права (законодательство), нормы общего права и нормы права справедливости. Из-за существования системы общего права возникло заблуждение о преобладании судебного прецедента.

Статуты

Нормы статутного права - самый понятный компонент английской правовой системы. Статуты (иначе говоря, законы) принимаются парламентом, после чего вступают в силу. В юрисдикциях континентальной системы права после принятия закон приобретает высшую юридическую силу и все будущие споры рассматриваются исходя из его норм. И хотя сложившаяся прецедентная практика может указать на способ разрешения того или иного вопроса, судьи не обязаны руководствоваться решениями и аргументацией своих предшественников, рассматривавших сходные споры.

Общее право

Английская же правовая система определяется и формируется многолетней судебной практикой. Нижестоящие суды обязаны использовать обоснования и толкования, применявшиеся судами более высокого уровня. Для того чтобы отойти от подобного толкования, суд должен быть равным или выше в иерархии, чем суд, создавший прецедент, либо это возможно, когда обстоятельства дела отличаются. Существующая судебная иерархия подразумевает, что Апелляционный суд, к примеру, не обязан следовать решениям Высокого суда, но решения Верховного суда имеют для него обязательную силу.

Таков принцип действия системы общего права

При рассмотрении дел судьи не руководствуются никакими предусмотренными законом методами толкования; в английской системе отсутствует эквивалент ст. 431 Гражданского кодекса РФ. Методы толкования формировались веками на основе множества различных дел и в итоге были сформулированы лордом Хоффманом, членом палаты лордов, выдающимся судьей Высокого суда Англии (ныне - Верховный суд), в деле Investors Compensation Scheme Ltd. v. West Bromwich Building Society <1>. В общих чертах они заключаются в том, что судьи обязаны придерживаться объективного подхода, должны использовать слова в их обычном и естественном значении, вправе учитывать сопутствующие обстоятельства дела при интерпретации произнесенных слов и могут вносить изменения в использованные сторонами формулировки в случае явной ошибки. -------------------------------- <1> [1997] UKHL 28.

Право справедливости

Право справедливости - это гибкое понятие, используемое судьями для обеспечения справедливости при разрешении дел. Во многих континентальных юрисдикциях используется комплекс "общих оговорок", дающий судьям определенную свободу в применении законов. В английской правовой системе такие оговорки отсутствуют. Вместо этого она предусматривает несколько широких принципов, которые позволяют отойти от формального следования правилам, чтобы достичь справедливого результата. На основе этих принципов были сформированы "максимы справедливости" - двенадцать утверждений этического характера, впоследствии дополненные новыми. Они обосновывают особую компетенцию английских судей при рассмотрении дел. Судьи нечасто обращаются к принципам справедливости в своей практике, но руководствуются ими в случае необходимости.

Совокупность трех компонентов

Английская правовая система включает три компонента, что является результатом ее поэтапного формирования. Судебный прецедент всегда имеет существенное значение, но не является источником права. Предположим, нам нужно проанализировать, какие обязанности должен выполнять директор конкретной организации. Отправной точкой для анализа является соответствующий статут, в данном случае - Закон о компаниях 2006 г. Его ст. ст. 172 - 178 содержат положения, весьма жестко определяющие круг обязанностей директора. Они включают необходимость учета интересов компании при совершении любых действий, проявление независимости суждений, а также разумной осторожности, компетентности и предусмотрительности. После анализа статутных норм, несмотря на их детализированность, мы должны обратиться к судебной практике, чтобы посмотреть, как требования закона реализуются в реальных обстоятельствах. Например, в деле Roberts v. Frohlich <2> было установлено, что степень разумной осторожности, компетентности и предусмотрительности, которую должен продемонстрировать директор прибыльной компании, изменится, если у компании возникнут трудности. А дело Lexi Holdings plc. (In administration) v. Luqman <3> доказывает, что даже пассивные члены Совета директоров могут считаться проявляющими недостаточную для руководителей разумную осторожность, компетентность и предусмотрительность. -------------------------------- <2> [2011] EWHC 257. <3> [2009] 2 BCLC 1.

Таким образом, достаточную базу для анализа конкретных фактов и формирования представления о том, какие обязанности должен иметь директор и как он должен их выполнять, мы получаем из совокупного анализа статутных норм и правоприменительной практики. Очевидно, что и то и другое в данном случае (равно как и почти всегда) значимо. Такой же подход должен применяться и в других ситуациях. Например, в международных сделках недостаточно просто перебрать все прецеденты, необходимо взглянуть на статутные нормы, чтобы обосновать обязательства каждой стороны.

Вывод

Существует распространенное убеждение, что английское право основано на судебном прецеденте. Оно связано с неправильным пониманием общего права как источника права, на котором строится английская правовая система. Между тем это лишь один из ее компонентов. Английская правовая система объединяет статутные нормы, нормы общего права и права справедливости и характеризуется наличием связей между этими компонентами.

Второй миф: в рамках английского права стороны могут договориться о чем угодно

Это утверждение справедливо, но до определенных пределов. В рамках договора стороны могут договориться о чем угодно, однако не все договоренности будут обеспечены правовой защитой. Поскольку суды призваны защищать объективность и справедливость, существует ряд ограничений, регулирующих взаимные договоренности сторон. Безусловно, изначально суды исходят именно из принципа свободы воли сторон, и они никогда не будут вмешиваться в коммерческие вопросы или признавать договор ничтожным только потому, что его условия ущемляют интересы одной стороны. Тем не менее судья может вмешаться в отношения сторон при возникновении определенных обстоятельств.

Неустойки

Одно из наиболее распространенных оснований для вмешательства - это неустойки, характерные для большинства корпоративных и финансовых контрактов. Контракты могут предусматривать меры коммерческой защиты от действий другой стороны. Однако в тех случаях, когда положение договора несет карательную, а не компенсационную функцию, суд признает его ничтожным и лишенным исковой защиты. В этом заключается опасность положений о заранее оцененных убытках как меры, предусматривающей фиксированную или предварительно рассчитанную сумму, подлежащую выплате нарушившей обязательства стороной другой стороне. Если такая сумма не является подлинной предварительной оценкой убытков либо если она слишком велика, она может быть признана неустойкой и лишена исковой защиты.

Гарантийный задаток и проценты

Задатки также зачастую оспариваются. Задаток в размере 50% при отсутствии веского коммерческого обоснования такой большой величины будет признан неустойкой, лишенной исковой защиты. На практике любой задаток в размере более 10% от суммы договора, как правило, вызывает вопросы. Проценты, уплачиваемые в случае невыполнения обязательств, также не должны быть чрезмерно высоки. Установление высокой процентной ставки (более 10%), призванное обеспечить своевременное осуществление выплат и исполнение обязательств, весьма заманчиво, но также может быть признано лишенным исковой защиты.

Исключение и ограничение ответственности

Пункты договора, исключающие или ограничивающие ответственность, - это еще один способ проиллюстрировать случаи судебного вмешательства. Ограничение ответственности в рамках коммерческого контракта необходимо для поддержания приемлемого уровня риска как в рамках сделки, так и в масштабах бизнеса в целом. Однако Закон о несправедливых условиях договоров 1977 г. признает недействительными положения об ограничении и исключении ответственности в случае их "неразумности". В результате потенциальная ответственность стороны, рассчитывающей на такое ограничение, оказывается неограниченной. Условия, целью которых является исключение ответственности за представление недостоверных сведений, особенно часто подвергаются критической проверке. В связи с этим пункты об исчерпывающем характере договора должны иметь четкую формулировку и охватывать случаи введения в заблуждение посредством как преддоговорных заявлений, так и заявлений, непосредственно включенных в договор. Сторона не вправе исключить ответственность за умышленное введение в заблуждение, и зачастую положения об исчерпывающем характере договоренностей сторон содержат прямое указание на это. Закон 1977 г. также устанавливает пределы ограничения ответственности в рамках хозяйственных договоров. Стороны не могут исключить ответственность за смерть или физический ущерб, возникший в результате небрежных действий, независимо от строгости формулировок соответствующего положения. Стандартные исключения ответственности за небрежность также могут подвергаться проверке на предмет обоснованности, если они включены в стандартные условия (т. е. условия, по которым не велись переговоры).

Публичный порядок

Другие запреты, касающиеся взаимных договоренностей сторон, основаны на нормах публичного порядка. Например, если сам предмет договора является незаконным или если договорные обязательства могут быть исполнены лишь незаконным путем, такой договор не будет обеспечен правовой защитой. Но не всегда мелкое нарушение законодательства является поводом для отказа суда признать действительность договора. На самом деле решающее значение имеет сложившаяся судебная практика. Апелляционный суд в деле Parking Eye Ltd. v. Somerfield Stores Ltd. <4> указал, что защита незаконных действий является "откровенно запутанной областью" и "одной из сфер договорного права, находящихся в наименее удовлетворительном состоянии". -------------------------------- <4> [2012] EWCA Civ 1338.

Принуждение

При определении законности договорных положений суды рассматривают не только сам договор. Существенное значение имеют и обстоятельства, которые предшествовали его заключению. Если сторона заключила договор под принуждением, он может быть признан незаконным. Меры экономического (в отличие от физического) принуждения, как правило, будут единственной формой давления, относящейся к коммерческим сделкам, но принцип действия у них один. Для установления наличия экономического принуждения необходимы два обязательных условия: (1) экономическое давление, оказываемое одной из сторон, должно быть противозаконным и (2) в отсутствие такого незаконного давления другая сторона не заключила бы соответствующий договор. Разграничить нормальную коммерческую практику и незаконное экономическое давление сложно. Последнее может включать неэтичное поведение, которое по факту не противоречит закону <5>. В числе прочих факторов суды будут оценивать серьезность совершенного правонарушения и то, являлось ли давление результатом злонамеренных действий, имела ли пострадавшая сторона в данной ситуации "реальный выбор", насколько серьезным было давление и противостояла ли сторона этому давлению. -------------------------------- <5> См.: Progress Bulk Carriers v. Tube City IMS LLC. [2012] EWHC 273 (Comm).

Вывод

Английская правовая система позволяет сторонам связывать себя и друг друга любыми обязательствами, если это не противоречит закону и если такие обязательства не являются кабальными и необоснованными. За нарушением могут следовать санкции, но при этом они не должны носить карательный характер. Стороны могут проявлять энергичность и решительность при обсуждении договорных условий, но не должны принуждать другую сторону к подписанию договора. Принцип свободы договора является нормой, однако существует перечень применяемых к договорным условиям исключений и ограничений, определенных статутом или судебной практикой.

Третий миф: в рамках английского права обязательства, сформулированные в тексте договора, являются исчерпывающими

Утверждение некорректно, поскольку договор, составленный в соответствии с нормами английского права, содержит в себе больше, чем просто текст. Подготовка договоров осуществляется в контексте соответствующих статутных норм и судебной практики, поэтому договоры несут в себе этот подтекст. В некоторых случаях условия могут подразумеваться в контрактах в силу соответствующего статута или по указанию суда, например когда речь идет об обычной практике взаимоотношений сторон либо когда включение соответствующего положения необходимо для функционирования договора. Зачастую в договорах используются формулировки, которые имеют особый смысл и последствия в рамках английского права. И это необходимо понимать при подготовке и заключении договоров.

Подразумеваемые условия

Многие подразумеваемые условия, которые считаются включенными в договоры, касаются потребителей. Это сделано для того, чтобы защитить граждан в их взаимоотношениях с компаниями. Подразумеваемые условия также встречаются в договорах между профессиональными участниками рынка, договаривающимися о коммерческом взаимодействии. Так, первый раздел Закона о праве собственности 1994 г. при наличии определенных формулировок подразумевает включение в договор гарантий наличия титула у продавца для целей передачи некоторых видов имущества. Это подразумеваемое положение предназначено для удобства и уверенности покупателя в наличии у продавца права на распоряжение продаваемым имуществом. Если продавец заявляет о том, что имущество продается с "полной гарантией права собственности", подразумеваемые договорные условия будут включать гарантию того, что продавец имеет право на распоряжение имуществом и что это имущество свободно от любых известных обременений. Если продавец продает имущество с "ограниченной гарантией права собственности", это подразумевает, что оно свободно от любых известных обременений с момента последнего отчуждения в обмен на встречное предоставление. Перечень и значения всех видов договорных условий довольно подробно описаны в Законе 1994 г., при этом они могут меняться по усмотрению сторон. Таким образом, договор о продаже имущества может содержать гораздо больше, чем просто облеченные в слова договоренности сторон.

Общее право

Как и в случае с условиями, предусмотренными статутным правом, некоторые положения подразумеваются включенными в договор в силу общего права. Например, все арбитражные соглашения содержат подразумеваемое условие о конфиденциальности арбитражного производства <6>. -------------------------------- <6> См.: Ali Shipping Corporation v. Shipyard Trogir [1997] EWCA Civ 3054.

Заведенный порядок

Включение в договор подразумеваемых условий также может быть обусловлено деловыми обычаями сторон. К примеру, если две стороны в своей обычной деловой практике руководствовались стандартным набором условий и обоснованно предполагали, что те же условия будут применяться в другой сделке, для которой, однако, они не были сформулированы в явной форме, то суд может признать, что эти условия подразумевались. Установление заведенного порядка предполагает наличие постоянных коммерческих отношений между сторонами <7> при условии идентичности условий и систематичности совершаемых коммерческих сделок <8>. -------------------------------- <7> См.: Hollier v. Rambler Motors (A. M.C.) Ltd. [1971] EWCA Civ 12. <8> См.: McCutcheon v. David MacBrayne Ltd. [1964] UKHL 7.

Этот механизм, однако, не должен использоваться для привнесения в договор новых условий, и стороны обязаны в явной форме в его тексте определять основные условия текущей сделки.

Восполнение пробелов

В первую очередь суд интересует содержание договора. Суды трактуют договор прежде всего, исходя из обычного и естественного смысла его слов. Затем суд может перейти к анализу исходных фактов, касающихся сторон, в результате чего отдельные фразы договора могут получить специфическую трактовку и смысл. Включение подразумеваемых условий - один из способов восполнить пробелы в договоре. Это делается для того, чтобы отразить намерения сторон на момент заключения договора, а также известные им исходные предпосылки. Следует отметить, что суд не признает подразумеваемое условие включенным в договор лишь потому, что его согласование сторонами отвечало бы целям разумности или соответствовало ожиданиям большинства <9>. -------------------------------- <9> См.: Liverpool CC v. Irwin [1976] UKHL 1.

Судебная практика, касающаяся включения подразумеваемых условий, неоднозначна. Раньше подразумеваемое условие включалось для "обеспечения коммерческой эффективности" договора или если необходимость в нем была настолько очевидна, что не вызывала ни малейших сомнений у "дотошного наблюдателя". Современный подход основан лишь на оценке необходимости подразумеваемого условия <10>. Распространенный пример: если в договоре не обозначены ни срок, ни порядок его прекращения, суд вправе признать наличие в нем подразумеваемого условия, предусматривающего прекращение договора посредством заблаговременного уведомления, направляемого одной или обеими сторонами. -------------------------------- <10> См.: Mediterranean Salvage and Towage Ltd. v. Seamar Trading and Commerce Inc. [2009] EWCA Civ 531.

Разумность

Слово "разумный" - одно из тех, что порождают в договорах сложности. Стороны могут рассматривать его как способ смягчения обязательств или понижения пределов ответственности, но единого определения "разумности" не существует. Между тем суды, как правило, оценивают ситуацию в более широком контексте и определяют, как сторонам было бы лучше поступить. Например, если действие, совершаемое в рамках договора, требует получения согласия одной из сторон, в договор может быть включена фраза "в предоставлении такого согласия не может быть неразумно отказано". Однако то, что разумно в одной ситуации, не обязательно будет таковым в другой, и это должна учитывать сторона, принимающая решение. Несомненно, это гораздо сложнее, чем слепо следовать тексту договора.

Обязательства о приложении усилий

Довольно часто контракты включают пункт о "приложении усилий" в том случае, если достичь конкретного результата невозможно. Тогда вместо безусловного обязательства совершить какие-либо действия сторона будет обязана постараться обеспечить их совершение. Зачастую договоры обязывают сторону приложить "максимальные", "разумные" или "все разумные" усилия для достижения результата. Смысл обязательства по приложению усилий в той или иной ситуации будет в значительной мере зависеть от конкретных обстоятельств. При этом судебные решения не могут дать окончательного однозначного определения этих понятий. Так, в решении по делу Jet2.com Limited v. Blackpool Airport Limited <11> Высокий суд указал, что определение смысла пункта о "приложении усилий" остается "вопросом интерпретации, а не экстраполяции фактов других дел". Именно контекст, а не только текст на бумаге зачастую определяет конечный результат. -------------------------------- <11> 2011 EWHC 1529.

"Максимальный" v. "разумный"

Замена "максимальных" усилий "разумными", несомненно, снижает планку (стоит при этом отметить, что в большинстве случаев разницы между "максимальными" и "всеми разумными" усилиями нет). "Максимальные" усилия требуют объективной оценки предполагаемых действий разумной стороны с учетом всех приемлемых для нее планов действий. Сторона не обязана делать все, что в ее силах, для достижения желаемого результата, но она должна будет понести обоснованные расходы. Сторона должна действовать таким образом, как если бы она стремилась удовлетворить свои собственные коммерческие интересы. "Разумные" же усилия предполагают совершение только разумных действий. Сторона определяет для себя один разумный образ действий. При этом она не обязана забывать о своих собственных коммерческих и финансовых интересах и может оправдать бездействие, сославшись на любую из этих причин. Сторона не обязана следовать образу действий, который ставит ее в невыгодную позицию, и вправе в значительной мере исходить из собственного усмотрения, определяя приемлемые для себя действия. На деле усилия стороны могут быть сведены практически к минимуму.

Вывод

В английском праве текст договора не дает исчерпывающего перечня обязательств сторон. Некоторые формулировки и фразы договоров невозможно понять, не зная контекста. Кроме того, условия могут подразумеваться включенными в договор в силу статутного или общего права. Изложенный на бумаге текст договора содержит почти все (но не абсолютно все) обязательства, существующие между сторонами.

Четвертый миф: в английском праве отсутствует понятие добросовестности

Этот распространенный миф основан на мнении, что английская правовая система не требует проявления добросовестности и что сторона может осуществлять свои дискреционные права в рамках договора с тем, чтобы максимально учесть свои интересы. Между тем недавняя судебная практика доказывает, что это мнение не совсем верно. Если мы для начала изучим явно выраженное взаимное обязательство действовать добросовестно, мы сможем понять, что стороны имели в виду под доброй совестью (если они что-то вкладывали в это понятие). В деле Compass Group UK and Ireland Ltd. (trading as Medirest) v. Mid Essex Hospital Services NHS Trust <12> Апелляционный суд заявил, что требования, обусловленные обязательством добросовестного сотрудничества, в значительной степени определялись контекстом. Возможно, это предполагало совершение честных действий без злого умысла либо следование духу договора в контексте его конкретных формулировок. В этом случае явно сформулированное обязательство означало только согласие сторон на честное взаимодействие в стремлении к двум заявленным целям. -------------------------------- <12> [2013] EWCA Civ 200.

Явно сформулированные обязательства добросовестности рассматривались судами и ранее. Например, в деле Horn v. Commercial Acceptances <13> Высокий суд заключил, что нарушение обязательства добросовестности не обязательно является следствием нечестных действий. В этом случае необходимо проанализировать соответствующее поведение и определить, может ли оно считаться нарушением. Ранее в деле Petromec v. Petroleo <14> Апелляционный суд в отношении обязательства добросовестно вести переговоры заключил, что оценка добросовестности или недобросовестности может оказаться сложной, но все же выполнимой задачей. -------------------------------- <13> [2011] EWHC 1757 (Ch). <14> [2006] 1 Lloyd's Report 121.

Таким образом, суды признают, что наличие в договоре явно выраженного обязательства добросовестности говорит о том, что оно имеет значение для сторон. Если такое обязательство становится предметом судебного спора, суд интерпретирует его смысл, чтобы выявить намерения сторон. Теперь выясним, может ли принцип добросовестности подразумеваться в договоре между сторонами. Бытует мнение, что в целях определенности предпринимательских отношений если договор позволяет стороне действовать по своему усмотрению, то она может реализовать это право любым приемлемым для нее образом. Так ли это? Этот вопрос был рассмотрен Апелляционным судом в деле Compass. Выводы Высокого суда о том, что Mid Essex Trust не выполнил обязательств, касающихся добросовестного осуществления действий, были пересмотрены, при этом Апелляционный суд указал, что общей доктрины добросовестности в английском праве не существует. Несмотря на то что понятие добросовестности упоминается в договоре, обязательство не являлось обязательством общего характера, которое ограничивало бы или подкрепляло все обязательства сторон при их взаимодействии. Тем не менее суд пошел дальше и заявил, что возможны ситуации, когда сторона обязана действовать по своему усмотрению в рамках договора и когда ее действия по сути являются добросовестным поведением; суд назвал это подразумеваемым условием (не используя слово "добросовестный"). При осуществлении дискреционных прав стороны не должны принимать необоснованные, иррациональные или непредсказуемые решения. Подразумеваемое условие будет существенным тогда, когда оно предполагает оценку или выбор из нескольких вариантов с учетом интересов обеих сторон. Суд также постановил, что данное подразумеваемое условие крайне сложно, но все-таки возможно исключить. Для этого в договоре необходимо указать, что каждая из сторон будет иметь право на самостоятельный выбор независимо от оснований такого выбора.

Вывод

В английском праве отсутствует общая доктрина добросовестности. И все же это понятие не является для него чуждым. Если договор прямо предусматривает обязательство стороны действовать добросовестно, она будет связана таким обязательством. Действия, которые она может или не может совершать, определяются конкретными обстоятельствами. Если договор наделяет сторону дискреционным правом, осуществление этого права будет ограничено подразумеваемым условием, при этом действия стороны не должны быть необоснованными, иррациональными или непредсказуемыми.

***

Четыре распространенных мифа, которые мы рассмотрели в данной статье, частично основаны на правде, но тем не менее являются заблуждениями. Да, английское право не прописано в каком-либо едином кодексе, но и судебный прецедент не является его единственным источником. Английское право не позволяет сторонам договариваться о чем угодно, без каких-либо исключений и ограничений. Неправильно считать, что стороны связаны только теми условиями, которые прописаны в договоре, регулируемом нормами английского права. Английское право признает понятие добросовестности, правда, с некоторыми ограничениями. Мифы и заблуждения могут использоваться в качестве аргумента о противоречивости и неясности английского права и, как следствие, о том, что это не лучшая альтернатива при выборе регулирующего права для договора и не самая подходящая юрисдикция для разрешения спора. Но ведь любая правовая система кажется запутанной до тех пор, пока ты не изучишь ее более глубоко. Эти мифы скорее указывают на главные достоинства английской правовой системы - ее гибкость и справедливость. Справедливость системы определяется принципами, лежащими в ее основе. Законы создаются парламентом, закрепляются в статутах и применяются судами. Судебный прецедент возникает в результате применения закона в рутинных коммерческих спорах. Часто судам приходится принимать сложные решения, но в их распоряжении имеется многовековая доктрина и принципы, которыми они могут руководствоваться, принимая такие решения. Гибкость заключается в том, что суды имеют возможность выбрать правильный подход для рассмотрения определенного набора фактов из всего разнообразия доступных им норм и инструкций. Это не делает английское право слабым или ненадежным. Напротив, английская правовая система характеризуется коммерческой ориентированностью и прагматичностью и обеспечивает возможность объективного разрешения споров для тех, кто желает добиться справедливости. Если сторона желает воспользоваться преимуществами применения английского права, но в частном порядке, она может обратиться за разрешением своего спора в арбитраж, например в Лондонский международный арбитражный суд (The London Court of International Arbitration). Порядок применения Лондонским арбитражем английского права тот же, что и у государственных судов Англии, при этом его члены (третейские судьи, барристеры и адвокаты) имеют опыт работы как в арбитраже, так и в судах. Многие английские судьи высшего ранга когда-либо работали в качестве третейского судьи либо выступали перед третейским судьей. Это гарантирует определенность, прозрачность и разумный результат, которых требует международная сделка.

------------------------------------------------------------------

Название документа