Задачи внутренних войск по обеспечению прав и свобод граждан в период действия чрезвычайных правовых режимов

(Померлян А. Н.) («Военно-юридический журнал», 2013, N 12) Текст документа

ЗАДАЧИ ВНУТРЕННИХ ВОЙСК ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ПРАВ И СВОБОД ГРАЖДАН В ПЕРИОД ДЕЙСТВИЯ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ ПРАВОВЫХ РЕЖИМОВ

А. Н. ПОМЕРЛЯН

Померлян Александр Николаевич, заместитель начальника Новосибирского военного института внутренних войск МВД России по учебной работе, кандидат юридических наук, доцент.

В статье рассмотрены проблемы ограничения прав граждан в условиях чрезвычайных правовых режимов, проанализированы механизмы правовой защиты прав граждан и охраняемых законом интересов.

Ключевые слова: чрезвычайный режим, правовая защита, законные ограничения прав и свобод, наказание, ответственность, меры пресечения.

Tasks of internal troops with regard to ensuring rights and freedoms of citizens during the period of emergency legal regimes A. N. Pomerlyan

In the article problems of restriction of the rights of citizens in the conditions of extreme legal regimes are considered, mechanisms of a legal protection of the rights of citizens and interests protected by the law are analysed.

Key words: an extreme mode, a legal protection, lawful restrictions of the rights and freedom, punishment, responsibility, a preventive punishment.

Приоритетная задача обеспечения прав и свобод граждан приобретает особое значение в период действия чрезвычайных правовых режимов при возникновении различных ситуаций чрезвычайного характера, когда нормальное функционирование общества и государства вследствие тех или иных причин становится невозможным. Как справедливо отмечают известные российские ученые В. В. Маклаков и Б. А. Страшун, «конституции часто предусматривают возможность ограничения тех или иных прав и свобод при чрезвычайных обстоятельствах» <1>. Конституцией Российской Федерации (ст. ст. 56, 87, 88) предусмотрено введение в РФ таких чрезвычайных правовых режимов, как военное положение и чрезвычайное положение. Исходя из смысла ст. 87 Конституции Российской Федерации, иных оснований для введения Президентом Российской Федерации на территории России или в ее отдельных местностях военного положения, кроме агрессии или непосредственной угрозы агрессии против РФ, федеральным законодательством предусмотрено быть не может. ——————————— <1> Конституционное (государственное) право зарубежных стран: Учебник / Под ред. Б. А. Страшуна. М., 1995. Т. 1 — 2. С. 121.

Изложенные условия введения военного положения имеют исчерпывающий характер и расширительному толкованию не подлежат. Что касается чрезвычайного положения, то, как закреплено в ч. 2 ст. 56 и ст. 88 Конституции Российской Федерации, оно может вводиться Президентом Российской Федерации при наличии обстоятельств и в порядке, предусмотренном федеральным конституционным законом. К таким обстоятельствам в соответствии со ст. 3 ФКЗ от 30 мая 2001 г. «О чрезвычайном положении» относятся, например, попытки насильственного изменения конституционного строя, попытки захвата или присвоения власти, вооруженный мятеж, массовые беспорядки, террористические акты, межконфессиональные и региональные конфликты, чрезвычайные ситуации природного и техногенного характера, стихийные бедствия, эпидемии и другие обстоятельства, угрожающие жизни и безопасности граждан или нормальной деятельности государственных институтов. По мнению Ф. С. Галенпольского, «чрезвычайное положение предполагает необычное, угрожающее существованию государства положение и отличается, таким образом, от повседневной правоохранительной деятельности по обеспечению общественной безопасности, которая в рамках нормальных общественных отношений противодействует помехам общественной безопасности посредством административного управления» <2>. С другой стороны, на что обращает внимание С. Н. Бабурин, «в отличие от подхода к чрезвычайному положению, Конституция не содержит для территорий военного положения каких-либо изъятий в ограничении прав и свобод» <3>. Такая позиция обосновывается тем, что в ст. 87 Конституции Российской Федерации, устанавливающей основания объявления Президентом Российской Федерации военного положения, не содержится прямое упоминание о возможности ограничения при этом прав и свобод граждан, как это, например, непосредственно предусматривает редакция ст. 88 Конституции Российской Федерации о чрезвычайном положении. ——————————— <2> Галенпольский Ф. С. Чрезвычайное положение и сходные правовые режимы: (на примере ФРГ) // Сибирский юридический вестник. 1998. N 2. С. 41. <3> Бабурин С. Н. Территория государства: правовые и геополит. проблемы. М., 1997.

Однако, по мнению автора, это вовсе не означает, что при военном положении права и свободы граждан вообще не подлежат какому-либо ограничению. Подобные суждения представляются ошибочными, поскольку не учитывают предоставленной ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации возможности ограничения на основании федерального закона прав и свобод граждан в пределах, которые необходимы для обеспечения безопасности государства и обороны. Это не только совпадает по смыслу с содержанием ч. 2 ст. 29 Всеобщей декларации прав человека, но и основано на редакции ст. 19 Федерального закона «Об обороне», дающей понятие военного положения как особого правового режима деятельности органов государственной власти, иных государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, предусматривающего ограничения прав и свобод граждан. Аналогичная норма закреплена также и в п. 2 ст. 1 ГК РФ, что признается в научной литературе обоснованной мерой воздействия со стороны государства при необходимости обороны страны, но при непременном условии принятия соответствующего федерального закона <4>. Не случайно в юридической энциклопедической литературе одним из наиболее характерных признаков военного положения признается именно применение комплекса ограничений для населения <5>. ——————————— <4> Гражданское право: Учебник / Под ред. А. Г. Калпина, А. И. Масляева. М., 1997. Ч. 1. С. 58. <5> Додонов В. Н., Румянцев О. Г. Энциклопедический юридический словарь. М., 1996. С. 43.

Таким образом, с принятием Конституции Российской Федерации основания введения военного и чрезвычайного положения впервые в истории России были строго разграничены. Международная практика применения институтов чрезвычайного и военного положения в различных странах свидетельствует о том, что законодательство большинства зарубежных государств рассматривает эти режимы в качестве правовых институтов, регламентирующих чрезвычайный режим осуществления государственной власти в различных ситуациях, когда нормальное функционирование общества и государства становится невозможным. При этом поддержание режимов чрезвычайного или военного положения практически неизбежно связано с ограничениями прав и свобод граждан, приобретающими зачастую неоправданно жесткий характер. Однако возможные ограничения любых прав и свобод граждан должны коррелировать с международно-правовыми нормами и осуществляться в строгом соответствии с национальным законодательством. Всеобщей декларацией прав человека (п. 2 ст. 29) закреплено, что «при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, которые установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе». С учетом изложенного представляется крайне важным объективное сочетание целесообразности и разумной достаточности мер государственного ограничения прав и свобод граждан, которые при этом не должны противоречить нормам международного права, установленным в обществе основам правопорядка и конституционным нормам <6>. Высказанные в современной отечественной юридической литературе точки зрения содержали различные подходы к этой проблеме, речь идет о том, что в законодательной и правоприменительной практике вопрос о предельности ограничений часто решается без опоры на прочный теоретический фундамент. В международно-правовых документах, в конституциях государств практически невозможно встретить четких и ясных упоминаний о возможных пределах ограничений. В Международном пакте о гражданских и политических правах указывается, например, что в случае чрезвычайного положения возможны отступления от некоторых положений статей (ч. 3 ст. 4), однако какова крайняя степень, предельная граница этих отступлений, не говорится. Ограничения отдельных юридических прав граждан допускаются только в той мере, в какой это необходимо для обеспечения обороны страны и безопасности государства. Они не могут затрагивать основополагающих прав и свобод граждан и должны согласовываться с требованиями ст. ст. 55 и 56 Конституции Российской Федерации <7>. ——————————— <6> Шайо А. Самоограничение власти: (крат. курс конституционализма). М., 2001. С. 276 — 283. <7> Конституционное право: Энцикл. слов. / Отв. ред. С. А. Авакьян. М., 2000. С. 98 — 99.

В то же время высказываются соображения о том, что закрепленный в Конституции Российской Федерации перечень прав и свобод, не подлежащих ограничению при введении чрезвычайного положения, значительно расширен по сравнению с Международным пактом о гражданских и политических правах. Это право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, право на тайну частной жизни и др. Поэтому следовало бы внести соответствующие изменения в Конституцию Российской Федерации, которые позволяли бы более эффективно осуществлять режим чрезвычайного положения. При введении чрезвычайного положения происходит ограничение прав и свобод человека и гражданина, причем это ограничение носит не индивидуальный, персонифицированный характер, как при правонарушении, но распространяется на все население соответствующей территории, вне зависимости от того, предпринимались ли конкретными субъектами противоправные или ставящие под угрозу общественную безопасность действия, или нет. Таким образом, обсуждавшаяся в течение длительного времени возможность ограничения прав и свобод граждан в период действия чрезвычайных правовых режимов получила законодательное закрепление с учетом, однако, того, что эти ограничения: а) не затрагивают основополагающих прав и свобод граждан; б) могут допускаться только в той мере, в какой это необходимо для нужд обороны страны и обеспечения безопасности государства; в) с учетом международно-правовых норм не должны повлечь за собой какую-либо дискриминацию отдельных лиц или групп населения по признаку пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, принадлежности к общественным объединениям, а также по другим обстоятельствам.

Список литературы

1. Бабурин С. Н. Территория государства: правовые и геополит. проблемы. М., 1997. 2. Галенпольский Ф. С. Чрезвычайное положение и сходные правовые режимы: (на примере ФРГ) // Сибирский юридический вестник. 1998. N 2. 3. Гражданское право: Учебник / Под ред. А. Г. Калпина, А. И. Масляева. М., 1997. Ч. 1. 4. Додонов В. Н., Румянцев О. Г. Энциклопедический юридический словарь. М., 1996. 5. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: Учебник / Под ред. Б. А. Страшуна. М., 1995. Т. 1 — 2. 6. Конституционное право: Энцикл. слов. / Отв. ред. С. А. Авакьян. М., 2000. 7. Шайо А. Самоограничение власти: (крат. курс конституционализма). М., 2001.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *