Новое качество в системе подготовки адвокатов в Европейском союзе как возможное начало формирования адвокатуры ЕС

(Деханов С. А.) («Адвокатская практика», 2012, N 5) Текст документа

НОВОЕ КАЧЕСТВО В СИСТЕМЕ ПОДГОТОВКИ АДВОКАТОВ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ КАК ВОЗМОЖНОЕ НАЧАЛО ФОРМИРОВАНИЯ АДВОКАТУРЫ ЕС <*>

С. А. ДЕХАНОВ

——————————— <*> Dehanov S. K. New quality in training lawyers in the European union as possible beginning of legal profession in EU.

Деханов Сергей Александрович, профессор кафедры авторского права, смежных прав и частноправовых дисциплин Российской государственной академии интеллектуальной собственности, доктор юридических наук.

По мнению автора, необходимо сделать упор на подготовке юристов-практиков для формирования адвокатуры ЕС.

Ключевые слова: адвокат, Европейский союз, юрист-практик, Европейская комиссия.

According to the author it’s necessary to focus on the training of legal practitioners for the formation of legal profession in EU.

Key words: lawyer-defendant, the European Union, legal practitioner, European Commission.

Вопросы реформирования адвокатуры в рамках Европейского союза уже становились предметом обсуждения внутрироссийского адвокатского сообщества, включая и участие в этой дискуссии автора <1>. ——————————— <1> Деханов С. А. О некоторых тенденциях в современной европейской адвокатуре // Адвокатура, государство, общество: Сборник материалов VII международной научно-практической конференции. М., 2010. С. 35 — 44.

Суть моих тезисов применительно к западноевропейской адвокатуре сводилась к тому, что все свободные профессии в последнее время подвергаются в ЕС дерегулированию <2>. ——————————— <2> Проблема дерегулирования состоит в том, чтобы доказать, что определенные барьеры (например, условия допуска в адвокатуру) не являются обязательными, их можно или нужно убрать или существенно снизить. В этом случае возникнет рыночная среда, которая сама во многом решит проблемы эффективности распределения и использования ресурсов.

В отношении адвокатуры Европейская комиссия предпринимает действия, направленные на отмену мер, сдерживающих возможности свободной конкуренции на юридическом рынке (дерегулирование), и, как следствие, по ослаблению адвокатского права. Четыре лозунга Европейская комиссия написала на своих знаменах: определение вознаграждения лица свободной профессии на основе соглашения, конкурентное право, упрощение процедуры доступа к свободной профессии, профессиональное сотрудничество, посредством которых проводятся в жизнь принципы корпоративного дерегулирования адвокатуры. В этой связи важное значение имеет как уяснение юридической силы директив ЕС, т. к. именно в форме директив принимаются решения о реформировании адвокатуры, так и сопоставление права ЕС и общего международного права. Характеристика европейского права была разработана и сформулирована в решениях суда ЕС. В серии дел, среди которых можно выделить такие, как «Ван Генд», дело Коста, дело Франукович, дело Симменталь, дело МОКС, Суд ответил на вопрос, является ли право ЕС частью международного права или самостоятельной правовой системой. Суд, опираясь на четкую аргументацию и в частности на характер созданных интеграционных образований, пришел к выводу, что право ЕС нельзя идентифицировать ни с национальным правом государств-участников, ни с международным правом. Суд констатировал в своих решениях, что это самостоятельная правовая система, существование которой обусловлено наделением ЕС собственными, хотя и производными полномочиями и созданием институтов по ее осуществлению <3>. ——————————— <3> Европейское право. Право Европейского союза и правовое обеспечение защиты прав человека: Учебник / Рук. авт. кол. и отв. ред. Л. М. Энтин. М.: ИНФРА-М, 2011. С. 67.

Какое же место в системе нормативного регулирования ЕС занимают директивы и обладают ли директивы принципом прямого действия? Статья 288 ДФЕС (Договора о функционировании Европейского союза), воспроизводящая прежнюю ст. 249 Договора о сообществе, перечисляет и характеризует юридически обязательные акты, принимаемые институтами ЕС. При этом указывается на прямое действие только одного вида актов — регламентов, которые имеют особое значение, как правило, носят общий характер, регулируют наиболее важные сферы общественных отношений и являются обязательными во всех своих составных частях. Однако в том, что касается других разновидностей нормативно-правовых актов ЕС, то какое-либо указание на их прямое действие отсутствует. Директива определяет лишь цели и задачи регулирования, оставляя за национальными государствами выбор методов и средств реализации. Директива также устанавливает срок, в течение которого она должна быть реализована. Суд ЕС в серии своих решений уточнил случай возможного прямого действия директивы — частные лица при предъявлении иска могут ссылаться на директиву в случае, если они полагают, что она не была реализована в срок или реализована надлежащим образом. Таким образом, основываясь на том, что директивы, на мой взгляд, не порождают императивных обязательств государств, входящих в ЕС, мне представляется правильным сделать вывод о том, что нормы международного права в этой связи могут иметь приоритет перед региональными нормами, т. е. правом Европейского союза. Что касается адвокатуры, то это прежде всего положения, сформулированные в Основных принципах относительно роли адвокатов (приняты VIII конгрессом ООН в 1990 г. в Гаване), которые закрепили общие идеалы адвокатуры, сформулировали требования по соблюдению адвокатами этического долга (ст. 9: «Адвокаты должны осознавать идеалы и этический долг»), а также, хотя и косвенно, закрепили право адвокатов на объединение. Возвращаясь к директивам Европейской комиссии, следует поставить перед собой вопрос: если положения Европейской комиссии по дерегулированию будут реализованы, какие проблемы могут возникнуть у адвокатов? Прежде всего, на мой взгляд, и эта точка зрения разделяется и некоторыми другими адвокатами, это движение в так называемую докорпоративную адвокатуру. Вектор этого движения задают отдельные европейские страны, в частности Финляндия. Возврат в так называемую докорпоративную (некорпоративную), несословную адвокатуру — американский тип адвокатуры (финский тип), т. е. ту адвокатуру, где юридическая помощь и юридические услуги рассматриваются как юридический бизнес. Стремление разрушить корпоративную адвокатуру может иметь несколько последствий, в т. ч. и ту, что адвокатура постепенно может ослабить, а то и утратить свою ярко выраженную публично-правовую функцию. Непростое и не совсем ясное положение дел в западноевропейской адвокатуре наделяет российских адвокатов и ученых правом поставить перед властью в широком смысле этого слова вопрос, признает ли государство нас да и остальное юридическое сообщество в качестве значимых участников системы правосудия (формально-догматическая сторона вопроса в данном случае не обсуждается). Если да, то нам должно быть предоставлено первоочередное право на занятие судейских должностей и обеспечено непрерывное финансирование системы подготовки или переподготовки адвокатов наравне с судьями и прокурорами. Если нет, то государство, очевидно, должно по-иному отстраивать систему обеспечения граждан бесплатной юридической помощью. Недавнее исключение адвокатуры из названия научной специальности 12.00.11 (судебная власть; прокурорский надзор; организация правоохранительной деятельности) требует от нас, особенно тех, кто в первую очередь занимается теоретическими исследованиями проблем адвокатуры, более остро и настойчиво поднимать этот вопрос. Одновременно с фактами дерегулирования свободных профессий нельзя не обратить внимание и на другие юридически значимые обстоятельства в сфере организации юридической помощи и адвокатуры ЕС. Так, 13 сентября 2011 г. был принят документ под названием «Положение о новом измерении в европейской судебной системе». Следующие характерные особенности определяют содержание данного документа: — признание необходимости формулирования принципов европейской судебной культуры; — подтверждение уважения принципов субсидиарности и независимости национальной судебной системы; — создание эффективно действующего механизма организации обучения и переобучения судей; — признание того, что обучение судей является одним из важнейших элементов усиления взаимного доверия между государствами-членами. Но самое главное, что может и должно стимулировать усилия и российских адвокатов, заключается в том, что в этом документе вопросы подготовки судей и адвокатов (практикующих юристов) увязаны воедино (ранее принятые директивы ЕС под практикующими юристами понимают в первую очередь адвокатов). В качестве основания для реализации именно такой формы сотрудничества называется Лиссабонский договор, доклад Марио Монти, а также Стокгольмская программа действий <4>. ——————————— <4> Эти документы направлены на реализацию прав в области свободы, безопасности и юстиции.

Насколько масштабными являются задачи по обучению и переобучению судей и других юристов, включая и адвокатов? В настоящее время в 27 государствах — членах ЕС профессиональные группы юристов по численности распределены следующим образом: профессиональные судьи — 79100; прокуроры — 35032; юристы, адвокаты — 868615; сотрудники суда — 351220; судебные приставы — 29060; нотариусы — 38269; всего — 140129614. В документе подчеркивается, что масштаб европейской подготовки судей и практикующих юристов, как на национальном, так и европейском уровне, остается скромным. Статистические исследования показали, что в 2011 г. 51% судей и прокуроров заявили, что они никогда не принимали участие в подготовке судей по праву Европейского союза или зарубежному праву других стран-участников, в то время как 74% заявили, что количество дел, связанных с правом Союза, выросло за эти годы. Что касается адвокатов, то в документе признается, что каждый новый адвокат должен знать право Союза с самого начала ведения адвокатской практики. Для реализации этих целей должны быть задействованы уже существующие 17 судебных школ или созданы новые судебные или адвокатские школы или академии. Важное место в документе уделяется необходимости разработки новых стратегий для расширения государственно-частного партнерства. Как известно, по целям и функциям своей деятельности частно-государственное партнерство занимает промежуточное положение между частным и государственным предпринимательством. Целью частного предпринимательства служит максимизация прибыли на вложенный капитал. Целью государственного предпринимательства — обеспечение макроэкономической устойчивости национальной экономики. Комбинация целей и функций частного предпринимательства, с одной стороны, и государственного — с другой, определяет специфику целей и функций частно-государственного партнерства. Его основная задача состоит в реализации целей частного предпринимательства (т. е. максимизация прибыли) в направлениях и сферах хозяйственной деятельности, соответствующих целям государственного предпринимательства. В качестве основной функции частно-государственного партнерства выступает удовлетворение общественных потребностей в части обеспечения эффективного воспроизводства национального капитала. Государственно-частное партнерство может создать дополнительные средства, чтобы ответить на новые вызовы в быстро меняющейся европейской судебной системе. Например, финская ассоциация адвокатов организует учебные курсы для юристов, судей и прокуроров по правовым вопросам в сотрудничестве с университетами г. Турку, Хельсинки и Лапландии, а также с министерством юстиции. По программам софинансирования обучалось от 4000 до 9000 практикующих юристов в год. До 2020 г. должно быть переучено до 50% практикующих юристов, и на это будет потрачено 35,5 млн. евро. Европейским юридическим сообществом осознается, что европейская правовая система быстро развивается и в этой связи от всех ее звеньев требуется высокая степень квалификации. В документе заявлено, что Европейская комиссия будет активным партнером государств-членов для достижения амбициозных целей по подготовке юристов-практиков. Это принесет дополнительную ценность деятельности, проводимой национальными структурами, через конкретные действия для улучшения количества, качества, результативности и охвата европейской программы по обучению судей и практикующих юристов, которая будет включать всевозможные тренинги и другие полезные мероприятия. В завершение, основываясь на вышесказанном, хотелось бы сформулировать ряд общих выводов и предложений применительно к российской адвокатуре. Полагаю, что российская адвокатура может следовать в русле развития западноевропейской адвокатуры или, во всяком случае, учитывать происходящее в западноевропейской адвокатуре. В этой связи, на мой взгляд, будет правильным общими усилиями адвокатов под руководством Федеральной палаты адвокатов (курирующего это направление вице-президента ФПА РФ) подготовить так называемую «Белую книгу», в которую включить наиболее значимые проблемы, стоящие перед российской адвокатурой. Далее, необходимо добиваться создания в федеральных округах региональных центров по повышению квалификации адвокатов (научно-исследовательских, учебных центров). Параллельно этому процессу на базе курсов повышения квалификации при РААН или на базе юридического факультета крупного государственного вуза предлагается создать Федеральный центр по повышению квалификации адвокатов. Способом реализации данного предложения могло бы стать принятие федеральной целевой программы. Актуальность принятия такой программы необходимо связать с конституционным принципом права любого гражданина на получение квалифицированной юридической помощи. Органами, ответственными за принятие целевой программы, могли бы выступить Минюст и Федеральная палата адвокатов РФ. При Федеральной палате адвокатов предлагается создать группу по сотрудничеству с Государственной Думой, Администрацией Президента и Правительством РФ (законопроектная группа; такие группы можно было бы создать и при региональных палатах).

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *