Зачем мобильник адвокату?

(Колоколов Н.)

(«ЭЖ-Юрист», 2012, N 40)

Текст документа

ЗАЧЕМ МОБИЛЬНИК АДВОКАТУ?

Н. КОЛОКОЛОВ

Никита Колоколов, доктор юридических наук, профессор кафедры судебной власти и организации правосудия НИУ — ВШЭ, г. Москва.

Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными Минюстом России 03.11.2005, не разрешается проносить на свидание с осужденным отнесенные к запрещенным вещам телефон и другие технические средства. Рассмотрим на конкретных примерах два вопроса, относящихся к данному запрету: правомерно ли распространять это требование на адвокатов и могут ли такие ограничения устанавливаться ведомственным нормативным правовым актом?

Что предусмотрено законом

Приказом Минюста России от 03.11.2005 N 205 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее — Правила). В соответствии с п. 76 этих Правил лица, прибывшие на свидание с осужденными, после разъяснения им администрацией исправительного учреждения (ИУ) порядка проведения свидания сдают запрещенные вещи на хранение до окончания свидания младшему инспектору по проведению свиданий под расписку. Пунктом 80 Правил установлено, что пронос каких-либо вещей лицами, прибывшими на свидание с осужденными, в комнаты краткосрочных свиданий не допускается.

Согласно ч. 1 ст. 82 УИК РФ режим в ИУ — установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В силу ч. 3 ст. 82 УИК РФ в ИУ действуют Правила, регламентирующие и конкретизирующие соответствующие вопросы деятельности исправительных учреждений, в том числе порядок предоставления осужденным свиданий. Правила, как указано в п. 2, обязательны для персонала исправительных учреждений, содержащихся в них осужденных, а также иных лиц, посещающих эти учреждения.

Приложением N 1 к Правилам установлен Перечень вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать (далее — Перечень). В Перечне обозначены также фотоаппараты, фотоматериалы, химикаты, кинокамеры, видео-, аудиотехника (кроме телевизионных приемников, радиоприемников), средства связи и комплектующие к ним, обеспечивающие работу (п. 18). Согласно п. 5 Правил вещи, включенные в Перечень, являются запрещенными.

Правовое противоречие

Как следует из ст. 89 УИК РФ, законодатель, предусматривая предоставление свиданий осужденным к лишению свободы, различает, с одной стороны, свидания, которые предоставляются им в целях сохранения социально полезных связей с родственниками и иными лицами, и с другой — свидания с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, в целях реализации осужденными конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи, устанавливая различные условия и порядок реализации данного права в зависимости от вида свидания.

Согласно ч. 1 ст. 48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В вышеуказанный Перечень включены предметы и вещи, которые необходимы адвокату для оказания осужденным этой квалифицированной юридической помощи.

По смыслу приведенных конституционных норм и корреспондирующих с ними положений Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. «b» п. 3 ст. 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подп. «b», «с» п. 3 ст. 6), а также конкретизирующих их норм УПК РФ (ч. 1 ст. 16, п. 11 ч. 1 ст. 53, п. 1 ч. 3 ст. 86) существенным и неотъемлемым элементом права на помощь адвоката (защитника) является не только предоставление содержащемуся под стражей обвиняемому (подозреваемому) возможности непосредственного общения со своим защитником, но и возможность последнего оказать квалифицированную юридическую помощь обвиняемому (подозреваемому) всеми средствами и способами, не запрещенными законом.

Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подп. 1, 3, 6 п. 3 ст. 6), УПК РФ (ст. 84, п. 1 ч. 3 ст. 86) закрепляют право адвоката (защитника) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, получать и представлять предметы, документы и иные сведения, к которым могут относиться материалы фото — и киносъемки, аудио — и видеозаписи и иные носители информации. При этом не установлено запрета на получение адвокатом (защитником) при проведении свидания с осужденным сведений, зафиксированных при помощи соответствующих технических средств в материалах фото — и киносъемки, аудио — и видеозаписи и на иных носителях информации. Например, сведений об имеющихся у осужденного телесных повреждениях, информации, содержащейся в документах и записях, пояснений осужденного для последующей квалифицированной подготовки его защиты и т. п.

Однако ограничения, установленные п. п. 76 и 80 Правил, в равной мере распространяются на всех лиц, прибывших на свидание, в том числе на адвокатов.

По существу, это означает лишение осужденного конституционного права на получение в полном объеме квалифицированной юридической помощи, а адвоката (защитника) — возможности надлежащим образом выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности, если отсутствие при свидании соответствующих предметов и технических средств, использование которых при осуществлении адвокатской деятельности не запрещено законом, препятствует получению необходимых для защиты документов и сведений.

Мнение КС РФ

КС РФ, анализируя в Постановлении от 25.10.2001 N 14-П правовой режим свиданий с адвокатом и основываясь на положениях ч. 2 ст. 48, подп. «в», «о» ст. 71 и ч. 1 ст. 76 Конституции РФ в их взаимосвязи, пришел к выводу, что федеральный законодатель при регулировании права на помощь адвоката (защитника), относящегося к основным правам и свободам человека и гражданина, обязан установить в уголовно-процессуальном законе все важнейшие элементы данного права, включая условия и порядок его реализации.

Исходя из этого, КС РФ признал не соответствующим Конституции РФ положение п. 15 ч. 2 ст. 16 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», допускающее регулирование конституционного права на помощь адвоката (защитника) ведомственными нормативными актами, поскольку это положение по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, служит основанием неправомерных ограничений данного права, ставя реализацию возможности свиданий обвиняемого (подозреваемого) с адвокатом (защитником) в зависимость от наличия специального разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело.

История одного дела

Осужденный М. обратился в ВС РФ. Он оспаривал положения, обязывающие лиц, прибывших на свидание с осужденными, сдавать запрещенные вещи на хранение (п. 76 Правил), запрещающие пронос каких-либо продуктов или вещей лицами, прибывшими на свидание с осужденными в комнаты краткосрочных свиданий (п. 80 Правил).

Заявитель полагал, что оспариваемые им положения Правил и Перечня в части, допускающей ограничение конституционного права на помощь адвоката (защитника), не соответствуют требованиям закона и подлежат признанию недействующими.

Кроме того, ограничения и запреты на пронос адвокатом (защитником) в УИ предметов и вещей для использования при свидании с осужденными в целях оказания им квалифицированной юридической помощи могут быть введены только федеральным законом, а не ведомственным нормативным правовым актом.

По мнению Минюста России, Правила полностью соответствуют действующему законодательству и прав осужденных при этом не нарушают. Помимо этого, представитель этого Министерства высказал мысль о том, что адвокат может передать осужденному пронесенные им запрещенные предметы.

Генеральная прокуратура РФ также посчитала требования заявителя необоснованными, так как наличие диктофона и фотоаппарата у адвоката не связано напрямую с качеством оказания юридической помощи; пронос на режимную территорию диктофона и фотоаппарата считается нецелесообразным ввиду того, что отнесенные к средствам связи мобильные телефоны, наличие которых у адвоката при посещении им исправительного учреждения не запрещено, в подавляющем большинстве оснащены функциями диктофона, видео-, фотокамеры.

Позиция суда

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ заявление М. удовлетворила. Оспариваемые заявителем положения обязывают лиц, прибывших на свидание с осужденными, сдавать запрещенные вещи на хранение (п. 76 Правил), запрещают пронос каких-либо продуктов или вещей лицами, прибывшими на свидание с осужденными в комнаты краткосрочных свиданий (п. 80 Правил).

Довод представителя Минюста России, что адвокат может передать осужденному запрещенные предметы, суд считает несостоятельным. Право адвоката (защитника) пользоваться при свидании предметами и вещами, необходимыми ему для надлежащего выполнения своих профессиональных и процессуальных обязанностей, не означает, что он может передавать эти предметы и вещи подозреваемым и обвиняемым. В случае попытки такой передачи свидание досрочно прерывается, а адвокат (защитник) за допущенное нарушение может быть привлечен к ответственности, установленной федеральным законом (п. п. 2, 79 Правил).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней Минюст указал, что федеральный закон, разрешая использование технических средств при осуществлении адвокатской деятельности, устанавливает границы их применения — фиксирование информации, содержащейся в материалах дела, которые в исправительных учреждениях не находятся. В исправительных учреждениях находятся только личные дела осужденных, имеющие гриф ограниченного распространения «Для служебного пользования», документы из которых размножаются (тиражируются) с письменного разрешения соответствующего руководителя (п. 2.3 Постановления Правительства РФ от 03.11.1994 N 1233).

В силу ч. 5 ст. 24 УИК РФ кино-, фото — и видеосъемка объектов, обеспечивающих безопасность и охрану осужденных, осуществляется с разрешения в письменной форме администрации учреждения или органа, исполняющего наказание. Данная норма распространяется на всех лиц, посещающих учреждения, исполняющие наказания, в том числе и на адвокатов (защитников).

Дело завершилось тем, что Определением Апелляционной коллегии ВС РФ от 19.06.2012 N АПЛ12-238 решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Преодолевая региональные препоны

Приведем в пример еще одно дело, в котором против технического прогресса (участник процесса хотел пронести в судебное заседание диктофон) выступил суд. Заметьте, о каком именно техническом средстве идет речь, правового значения в данном случае не имеет, поскольку большинство телефонов в наше время оснащены опциями и функциями, позволяющими осуществлять видео — и аудиозапись, видеосъемку и пр.

Постановлением мирового судьи судебного участка N 1 г. Волгодонска Ростовской области от 05.06.2007 И. Дигун признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 17.3 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 500 руб.

Решением судьи Волгодонского городского суда Ростовской области от 13.08.2007 вышеназванное Постановление мирового судьи оставлено без изменения.

Заместитель председателя Ростовского областного суда от 26.12.2007 жалобу И. Дигуна на указанные судебные Постановления оставил без удовлетворения.

Заместитель прокурора Ростовской области 19 февраля 2008 года принес в Ростовский областной суд протест на состоявшиеся по делу судебные Постановления.

Постановлением заместителя председателя Ростовского областного суда от 31.03.2008 Постановление мирового судьи судебного участка N 1 г. Волгодонска Ростовской области от 05.06.2007 и решение судьи Волгодонского городского суда Ростовской области от 13.08.2007 оставлены без изменения, протест заместителя прокурора Ростовской области — без удовлетворения.

Заместитель Генерального прокурора РФ С. Кехлеров и И. Дигун поставили перед ВС РФ вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных Постановлений.

Заместитель Председателя ВС РФ В. Нечаев, удовлетворяя протест и жалобу И. Дигуна, указал следующее.

И. Дигун 11 мая 2007 года в 11 часов 00 минут прибыл в Волгодонский городской суд Ростовской области для участия в судебном заседании по рассмотрению его жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ. На посту N 1 Волгодонского городского суда Ростовской области судебным приставом ОУПДС Волгодонского городского отдела УФССП по Ростовской области у И. Дигуна был обнаружен диктофон. Распоряжение судебного пристава о выключении и сдаче диктофона на временное хранение И. Дигуном выполнено не было.

В связи с указанными обстоятельствами 11 мая 2007 года судебный пристав ОУПДС Волгодонского городского отдела УФССП по Ростовской области в отношении И. Дигуна составил протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 17.3 КоАП РФ.

Признавая И. Дигуна виновным в совершении административного правонарушения, мировой судья сослался на п. 10 Перечня предметов, запрещенных для проноса в здание суда (участка мировых судей) (приложение N 1 к приказу руководителя Главного управления ФССП по Ростовской области — главного судебного пристава Ростовской области и начальника Управления судебного департамента в Ростовской области от 20.03.2006 N 84/34), согласно которому запрещается проносить в здание суда без разрешения председателя суда звукозаписывающую аппаратуру.

Вместе с тем ч. 5 ст. 241 УПК РФ устанавливает, что лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудио — и письменную запись. Для фиксации участниками процесса хода судебного заседания с помощью аудиозаписи специального разрешения суда не требуется.

Таким образом, уголовно-процессуальное законодательство не запрещает ведение аудиозаписи лицами, присутствующими в открытом судебном заседании, в связи с чем вывод судебных инстанций о нарушении И. Дигуном установленных в суде правил является несостоятельным.

Приведенные выше примеры — далеко не единичны, однако очевидно и то, что инициативные действия участников процесса — реальная сила, на стороне которой высшая судебная инстанция.

Подводя итог описанным выше историям, отметим следующее. Запрет адвокатам проносить в комнату свиданий оргтехнику лишает подзащитного конституционного права на получение в полном объеме квалифицированной юридической помощи, а адвоката (защитника) — возможности надлежащим образом выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности. Ограничения и запреты на пронос адвокатом в ИУ предметов и вещей для использования при свидании с осужденным в целях оказания им квалифицированной юридической помощи могут быть введены только федеральным законом, а не ведомственным нормативным правовым актом.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *