К вопросу о понятии, объекте и содержании информационно-психологической безопасности

(Смирнов А. А.) («Административное право и процесс», 2013, N 1) Текст документа

К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ, ОБЪЕКТЕ И СОДЕРЖАНИИ ИНФОРМАЦИОННО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

А. А. СМИРНОВ

Смирнов Александр Александрович, докторант ВНИИ МВД России, кандидат юридических наук, доцент.

В статье изучаются концептуальные основы информационно-психологической безопасности как составной части информационной безопасности.

Ключевые слова: информационно-психологическая безопасность, информация, информационное воздействие, психика, общественное сознание.

Concept and objects of information and psychological security A. A. Smirnov

In article conceptual bases of information and psychological security as component of information security are studied.

Key words: information and psychological security, information, information influence, psychic, public conscience.

В Российской Федерации в условиях реализации политики по развитию информационного общества вопросы обеспечения информационной безопасности, включая психологическую ее составляющую, приобретают все большую значимость. Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации <1> в качестве одной из основ развития информационного общества в России закрепляет принцип обеспечения национальной безопасности в информационной сфере. ——————————— <1> Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации // Российская газета. 16.02.2008.

Информационно-психологическая безопасность рассматривается нами как один из видов безопасности, входящий в структуру национальной безопасности. В соответствии со Стратегией национальной безопасности до 2020 г. <2> (далее — СНБ 2020) национальная безопасность есть состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, которое позволяет обеспечить конституционные права, свободы, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальную целостность и устойчивое развитие Российской Федерации, оборону и безопасность государства. ——————————— <2> Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года // Российская газета. 12.05.2009.

Национальная безопасность является родовым понятием по отношению к видам безопасности, классификация которых играет важную роль в построении всей системы обеспечения национальной безопасности и ее правового регулирования <3>. Существует множество классификаций видов безопасности. Так, в СНБ 2020 в п. 7 закреплено, что «силы и средства обеспечения национальной безопасности сосредоточивают свои усилия и ресурсы на обеспечении национальной безопасности во внутриполитической, экономической, социальной сферах, в сфере науки и образования, в международной, духовной, информационной, военной, оборонно-промышленной и экологической сферах, а также в сфере общественной безопасности». Такие виды безопасности, как государственная и общественная, названы основными приоритетами национальной безопасности Российской Федерации в п. 23 СНБ 2020. В ст. 13 утратившего силу Закона РФ от 5 марта 1992 г. N 2446-1 «О безопасности» <4> к задачам Совета безопасности РФ было отнесено рассмотрение стратегических проблем государственной, экономической, общественной, оборонной, информационной, экологической и иных видов безопасности. Различные классификации видов безопасности встречаются в научной литературе. При этом, как справедливо отмечают авторы коллективной монографии, специалисты не всегда заботятся о соблюдении логических правил классификации <5>. ——————————— <3> Правовая основа обеспечения национальной безопасности Российской Федерации: Монография / Под ред. проф. А. В. Опалева. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004. С. 16. <4> Российская газета. 06.05.1992. <5> Правовая основа обеспечения национальной безопасности Российской Федерации… С. 16.

Избегая дискуссий относительно классификации видов безопасности, заметим, что выделение в их номенклатуре информационной безопасности (англ. information security) является общепризнанным как в нашей стране, так и за рубежом. Институционализация информационной безопасности в нашей стране во многом связана с принятием в 2000 г. базового концептуального документа в данной области — Доктрины информационной безопасности Российской Федерации <6> (далее — Доктрина), представляющего собой совокупность официальных взглядов на цели, задачи, принципы и основные направления обеспечения информационной безопасности РФ. В Доктрине информационная безопасность Российской Федерации определяется как состояние защищенности ее национальных интересов в информационной сфере, определяющихся совокупностью сбалансированных интересов личности, общества и государства. ——————————— <6> Доктрина информационной безопасности Российской Федерации // Российская газета. 28.09.2000.

Анализ доктринальных подходов к определению информационной безопасности позволяет выделить два основных подхода к ее определению: узкий — трактует ее как защиту информации и информационных систем; широкий — исходит из дополнения узкого подхода элементами в виде защиты личности и общества от негативного информационного воздействия и противодействия деструктивным действиям в информационном пространстве. В нашем исследовании мы будем исходить из второго названного подхода к определению информационной безопасности, рассматривая информационно-психологическую безопасность (далее — ИПБ) в качестве ее составной части (см. рис. 1).

национальная безопасность

информационная безопасность

информационно — психологическая безопасность

Рис. 1. Место информационно-психологической безопасности в структуре национальной безопасности

Данная простейшая схема позволяет нам двигаться дальше на пути изучения ИПБ. При этом мы оставим за рамками нашего рассмотрения вопрос об исчерпывающем перечне элементов, составляющих содержание системы информационной безопасности наряду с ИПБ, поскольку это не входит в число наших исследовательских задач. Вместе с тем включение ИПБ в указанную систему подразумевает, что она обладает общими признаками, присущими данной сфере безопасности, важнейшими из которых являются информационный характер угроз безопасности и информационная сфера как область проявления данных угроз. Традиционная компонента информационной безопасности, связанная с защитой информации и информационных систем от деструктивного информационного воздействия, имеет дело с конкретными материальными носителями информации (документами, материальными объектами, компьютерными файлами). Оказываемое на них воздействие, как правило, вызывает какие-либо изменения самой информации или носителей, на которых она содержится. Так, Федеральный закон от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» <7> (далее — Закон об информации) в качестве таких возможных негативных последствий называет: уничтожение, блокирование, модифицирование. Объектом воздействия в этом случае выступает такая характеристика информации, как целостность (англ. integrity). Такие изменения достаточно четко выявляются и поддаются верификации, хотя очевидно, что сделать это не всегда просто, особенно с учетом огромных массивов информации, хранящихся в интегрированных базах данных различных уровней. ——————————— <7> СЗ РФ. 2006. N 31. Ст. 3451.

Вторая группа деструктивных действий в отношении информации, выделяемая в Законе об информации, включает неправомерный доступ к информации, ее копирование, предоставление и распространение. В этом случае сама информация сохраняется в неизменном виде, а причинение вреда связано с нарушением интереса обладателя информации, доступ к которой или ее распространение негативно воздействует на реализацию им своих интересов (например, разглашение сведений, составляющих государственную тайну, может причинить ущерб безопасности Российской Федерации). Объектом воздействия в этом случае выступает такая характеристика информации, как конфиденциальность (англ. confidentiality). В качестве третьего компонента защиты информации называется реализация права на доступ к информации. Он выступает прямой противоположностью предыдущего, поскольку здесь критически важным является доступ к определенной информации, ограничение или блокирование которого может иметь негативные последствия для пользователей. Здесь объектом воздействия является доступность (англ. availability) информации. В итоге мы имеем классическую структурную триаду безопасности информации «конфиденциальность — целостность — доступность» (англ. confidentiality — integrity — availability), которая является общепризнанной в мире. Что мы наблюдаем при изучении информационно-психологической безопасности? Принципиально важное отличие этой составляющей информационной безопасности от традиционного блока состоит в том, что здесь необходимо обеспечивать не защиту информации, а защиту от информации (негативного информационного воздействия). Защиту чего? Объектом воздействия выступает сам человек, а если говорить более конкретно — его психика. То есть в категории информационно-психологическая безопасность, по нашему мнению, слово «психологическая» обозначает объект данного вида безопасности — психику человека, а слово «информационно» — характер угроз. Обобщая сказанное, в первом приближении ИПБ можно рассматривать как защиту психики человека от негативного информационного воздействия. Одна из ключевых проблем методологического плана, которая возникает при взятии за основу такого определения, состоит в том, что считать информационным воздействием и как его отграничить от других видов воздействия? Такое отграничение представляется совершенно необходимым, особенно в контексте определения границ предмета правового регулирования. Любое взаимодействие объектов материального мира, включая человека, можно рассматривать через призму передачи информации. Однако такое широкое толкование в нашем случае не подходит, поскольку здесь утрачивается всякая качественная определенность рассматриваемого вида воздействия. Между тем в законодательстве Российской Федерации проводится разграничение физического и психического вида воздействия. Так, Уголовный кодекс Российской Федерации в ст. 40 различает физическое и психическое принуждение. Трудовой кодекс Российской Федерации в ст. 336 говорит о применении методов воспитания, связанных с «физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося, воспитанника». Для того чтобы ответить на вопрос о природе и содержании информационного воздействия, необходимо обратиться к анализу самого понятия информации и рассмотрению ее классификаций. Закон об информации определяет информацию как «сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления». Словарь С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой трактует информацию как сведения об окружающем мире и протекающих в нем процессах, воспринимаемые человеком или специальным устройством <8>. Термин «сведения» в данном контексте акцентирует внимание на наличии у данной информации определенного значения (смысла). Причем одно и то же сообщение с определенным смыслом может быть передано с использованием различных носителей информации и применением разных систем ее фиксации на этом носителе (кодирования информации). ——————————— <8> Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азъ, 1992 // URL: http://ozhegov. info/slovar/ (дата обращения: 14.04.2012).

Представляется, что понимание информации как сведений, обладающих смысловым содержанием, является наиболее распространенным и соответствует значению слова «контент» (англ. content), которое широко используется в последнее время для характеристики информационного содержания средств массовой информации, и особенно интернет-ресурсов. Исходя из такой трактовки информации, мы можем определить информационное воздействие как воздействие определенных сведений на человека. Защита психики от деструктивных сведений (контента) и составляет основное содержание ИПБ <9>. В таком значении информационные угрозы воспринимались в ранние исторические периоды (например, еретические взгляды в эпоху Средневековья), оно сохраняет свою актуальность и до настоящего времени. Действующее уголовное и административно-деликтное законодательство Российской Федерации включает множество составов преступлений и административных правонарушений, в диспозиции которых речь идет о производстве и (или) распространении (обороте) определенных видов деструктивной информации (КоАП РФ — ст. 13.15. Злоупотребление свободой массовой информации; ст. 20.29. Производство и распространение экстремистских материалов и др.; УК РФ — ст. 280. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности; ст. 282. Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства; ст. 242.1. Изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних; ст. 354. Публичные призывы к развязыванию агрессивной войны и др.). ——————————— <9> Показательно, что в одном из немногочисленных диссертационных исследований рассматриваемой сферы информационно-психологическая безопасность определяется как «состояние защищенности индивидуальной психики и общественного сознания от осуществляемого при обороте вредоносной информации негативного психологического воздействия». То есть автором в качестве источника негативного психологического воздействия называется именно вредоносная информация (контент). См.: Рыдченко К. Д. Административно-правовое обеспечение информационно-психологической безопасности органами внутренних дел Российской Федерации: Автореф. дис. … к. ю.н. Воронеж, 2011. С. 10.

Поскольку объектом воздействия информации (сведений) является человек, то оно может осуществляться как непосредственно другим человеком (схема «человек — человек»), так и опосредованно, через различные носители информации («человек — носитель информации — человек»). Представляется, что обе эти формы воздействия можно рассматривать в качестве информационных. Тем не менее применительно к обеим формам информационного воздействия возникает проблема их отграничения от воздействия физического. Для решения этой задачи считаем целесообразным использовать одну из классификаций информации, в основе которой лежит критерий типа используемой сенсорной системы. В современной психологии выделяют семь таких систем: кожные ощущения, вестибулярная система, кинестетическая система, вкус, обоняние, слух, зрение <10>. Следовательно, можно определить соответствующие виды информации: 1) тактильная; 2) вестибулярная; 3) кинестетическая; 4) вкусовая; 5) обонятельная; 6) аудиальная; 7) визуальная. ——————————— <10> Психология: Учебник / В. В. Нуркова, Н. Б. Березанская. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2011. С. 297.

Основным способом непосредственного информационного воздействия является человеческая речь (слуховой канал восприятия). Наряду с ними человеком для передачи информации могут использоваться артикуляция и жестикуляция, задействующие зрительный канал информации (например, выступающий на митинге человек может дополнять свою речь, возбуждающую ненависть к определенной национальной группе, жестами, имитирующими совершение насильственных действий в отношении ее). Два этих канала (слуховой и зрительный) являются основными в плане оказания информационного воздействия и в опосредованной форме. Все существующие средства массовой информации задействуют именно эти два канала. В коммуникативистике и зарубежном законодательстве вполне устоявшимся является термин «аудиовизуальные медиа» (англ. audiovisual media), который используется для обозначения телевидения, радио и интернет-СМИ <11>. ——————————— <11> Так, например, в Европейском союзе базовым правовым актом в сфере СМИ является Директива об аудиовизуальных медиауслугах (Audiovisual Media Services Directive).

Сложнее дело обстоит с информацией, воспринимаемой через иные сенсорные системы. Принципиальное отличие тактильной, вкусовой, вестибулярной и кинестетической информации от визуальной и аудиальной состоит в наличии физического контакта объектов <12>. Что касается обонятельной информации, то она занимает промежуточное положение, так как, хотя и не предполагает прямого физического контакта между человеком и источником запаха, реализуется при попадании частиц вещества на поверхности специализированных рецепторов — клеток обонятельного эпителия. На основании сказанного считаем нецелесообразным включение воздействия «контактных» видов информации (тактильной, вкусовой, обонятельной, вестибулярной и кинестетической) в понятие информационного воздействия, поскольку оно нарушает устоявшееся в юридической науке, правотворческой и правоприменительной практике разграничение психического (психологического) и физического вида воздействий. ——————————— <12> На этой основе психолог Ч. Шеррингтон разделяет ощущения человека на контактные (когда раздражитель сам действует на воспринимающий орган) и дистантные (когда используется дополнительный механизм донесения до сенсора информации об отдаленном объекте). См.: Психология: Учебник / В. В. Нуркова, Н. Б. Березанская. С. 297.

Данный вывод имеет важное прикладное значение, поскольку в специализированной научной литературе по теории обеспечения информационной безопасности и информационной войны часто говорится о неких смешанных системах психофизического воздействия. Так, В. Ф. Прокофьев в числе основных понятий в области информационной безопасности выделяет психофизическое оружие, определяя его как совокупность всех возможных способов и средств скрытого насильственного воздействия на подсознание человека с целью модификации его психики (в основном подсознания) в нужном для воздействующей стороны направлении <13>. К их числу автор относит суггестивные, фармакологические, техногенные и другие информационные технологии скрытого воздействия на подсознание человека. В качестве примера такого оружия В. Ф. Прокофьевым приводятся генераторы специального излучения (в СМИ их часто называют «психотронным оружием»). Несмотря на то, что данная область за пределами научной и ненаучной фантастики исследована недостаточно полно, существуют вполне конкретные образцы таких изделий. Имеют место и факты упоминания их в законодательстве Российской Федерации. Так, Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ «Об оружии» <14> в ст. 6 устанавливает запрет на оборот в качестве гражданского и служебного оружия на территории Российской Федерации «оружия и иных предметов, поражающее действие которых основано на использовании электромагнитного, светового, теплового, инфразвукового или ультразвукового излучения…». ——————————— <13> Прокофьев В. Ф. К проблеме формирования основных понятий в области информационной безопасности // Военная безопасность Российской Федерации в XXI веке: Сборник научных статей / Под ред. Ю. Н. Балуевского. М.: ЦВСИ, 2005. С. 244. <14> СЗ РФ. 1996. N 51. Ст. 5681.

Полагаем, что основным критерием, позволяющим провести границу между устройствами, воздействие которых на человека можно считать информационно-психологическим, от всех остальных, состоит в их прямом влиянии на психику человека, прежде всего на его сознание. Воздействие же на соматические каналы мы будем считать физиологическим воздействием, оставляя его за рамками сферы ИПБ. Для полноценной разработки концепции ИПБ необходимо подробно рассмотреть ее объекты. В теории безопасности под объектами безопасности понимаются «реально существующие явления, процессы и отношения, предупреждение или устранение угроз которым составляет цель и основное содержание политики безопасности» <15>. Выделение объектов ИПБ, по нашему мнению, должно осуществляться от общего к частному с разной степенью детализации. ——————————— <15> Безопасность Евразии-2002: Энциклопедический словарь-ежегодник / Авт. идеи и концепции, рук-ль проекта В. Н. Кузнецов. М., 2003. С. 255.

На первом уровне мы рассматриваем в качестве объектов ИПБ человека, микро — и макросоциальные группы, на которые может оказываться информационное воздействие. Что касается отдельного человека, то речь может идти как о конкретно взятом человеке, выступающем «мишенью» в случае целенаправленного избирательного воздействия, так и об абстрактном человеке, на месте которого может оказаться любой индивид, который подвергается воздействию неизбирательного типа. Вполне очевидно, что приоритетными целями информационных атак выступают глава государства, иные высшие должностные лица государства, командование вооруженных сил и другие представители управленческого звена государственных или корпоративных структур. Микро — и макросоциальные группы преимущественно выступают объектами воздействия неизбирательного или ограниченно избирательного воздействия. Источниками таких воздействий выступают средства массовой информации, интернет-ресурсы, публичные массовые акции и т. д. Несмотря на то, что информационное воздействие в итоге испытывают на себе конкретные индивиды, входящие в состав указанных групп, его итоговый результат не будет определяться простой суммой индивидуальных психических реакций по нескольким причинам. Во-первых, как будет показано нами ниже, помимо индивидуальной психики существуют коллективные психические структуры. Во-вторых, коллективный (массовый) характер воздействия может влиять на содержание реакции на него отдельных индивидов. Показательным примером в этом плане является предметное поле психологии масс (толп), описанной в трудах известных ученых XX в. Г. Лебона <16>, Г. Тарда <17>, З. Фрейда <18>. ——————————— <16> Лебон Г. Психология народов и масс. М.: Академический проект, 2011. <17> Тард Г. Мнение и толпа // Психология толп. М.: Институт психологии РАН; Издательство КСП+, 1999. <18> Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого «Я». М.: Издательство ACT, 2004.

На втором уровне мы переходим к рассмотрению индивидуальных и социальных явлений и процессов, которые выступают объектом информационного воздействия. Как отмечалось нами выше, исходя из самого названия изучаемого вида безопасности, понятно, что речь идет о психических феноменах. Применительно к индивиду таким объектом выступает психика человека. В науке существует множество определений данного понятия. Классическое определение психики в советской психологии трактует ее как свойство высокоорганизованной материи, являющееся особой формой отражения субъектом объективной реальности <19>. В более расширенном виде психика определяется как системное свойство высокоорганизованной материи, заключающееся в активном отражении субъектом объективного мира, в построении субъектом неотчуждаемой от него картины этого мира и саморегуляции на этой основе своего поведения и деятельности <20>. ——————————— <19> Большая советская энциклопедия: В 30 т. М., 1969 — 1978. <20> Психология. Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. 2-е изд., испр. и доп. М.: Политиздат, 1990. С. 299.

Рассматривая психику человека как базовый интегрированный объект ИПБ, мы должны выделить составляющие ее элементы. В наиболее общем плане таковыми выступают сознание и бессознательное (подсознание). Сознание рассматривается как высший уровень психического отражения и саморегуляции, присущий только человеку как общественно-историческому существу. Эмпирически сознание выступает как «непрерывно меняющаяся совокупность чувственных и умственных образов, непосредственно предстающих перед субъектом в его «внутреннем опыте» и предвосхищающих его практическую деятельность» <21>. ——————————— <21> Психология. Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского… С. 368 — 369.

Будучи главной формой психики человека, сознание, однако, не исчерпывает ее; у человека имеются и несознаваемые психические явления и процессы, т. е. такие, в которых он не может дать себе отчета, которые скрыты от его самонаблюдения. Понятие бессознательного есть гипотетический конструкт, используемый для описания действий, феноменов, данных процессов и т. д., выходящих за пределы непосредственного сознания <22>. Бессознательное определяется как совокупность психических процессов, актов и состояний, обусловленных явлениями действительности, о влиянии которых субъект не отдает себе отчета. Оно отличается от сознания тем, что отражаемая им реальность сливается с переживаниями субъекта, его отношением к миру, поэтому в нем невозможны произвольный контроль осуществляемых субъектом действий и оценка их результатов <23>. ——————————— <22> Кэрич М. С. Бессознательное // Психологическая энциклопедия. 2-е изд. / Под ред. Р. Корсини, А. Ауэрбаха. СПб.: Питер, 2006. С. 69. <23> Психология. Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского… С. 38.

Исследование структуры психики человека как основного объекта ИПБ целесообразно проводить с позиций двух подходов, которые можно условно обозначить как динамический и статический. Они являются органичным дополнением друг друга. Динамический подход рассматривает психику как процесс и предполагает выделение в ее структуре слагающих ее психических процессов. Выдающийся советский психолог С. Л. Рубинштейн писал, что «основным способом существования психического является его существование в качестве процесса, в качестве деятельности» <24>. С позиций динамического подхода на следующем уровне детализации в качестве объектов ИПБ можно выделить следующие виды психических процессов <25>: регулятивные (мотивация, эмоциональный процесс, воля, внимание) и познавательные (ощущение, восприятие, мышление, память). ——————————— <24> Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1957. С. 255. <25> При рассмотрении психических процессов мы будем исходить из их классификации на две группы — регулятивные и познавательные, предложенные В. В. Нурковой и Н. Б. Березанской. См.: Психология: Учебник.

Статический подход предполагает выделение в структуре психики составляющих ее элементов («психических образований» по С. Л. Рубинштейну), которые выступают результатами рассмотренных психических процессов. Как отмечает С. Л. Рубинштейн, «всякое психическое образование (чувственный образ вещи, чувство и т. д.) — это, по существу, психический процесс в его результативном выражении» <26>. Данный подход позволяет выделить целую совокупность психических элементов, которые могут выступать в качестве объектов ИПБ: потребности, цели, мотивы, эмоции, ощущения, перцептивные образы, знания, ментальные карты и т. д. Построение их исчерпывающего перечня является весьма трудоемкой и сложно реализуемой задачей. Тем не менее стремиться к ее решению необходимо, так как степень полноты такого перечня влияет на представление об объектах, подлежащих защите, что является необходимым условием выстраивания эффективной системы обеспечения ИПБ. ——————————— <26> Рубинштейн С. Л. Указ. соч. С. 255 — 264.

При рассмотрении указанных психических процессов и образований мы исходим из того, что большинство из них имеют как осознаваемый, так и бессознательный регистры. Вторым базовым объектом ИПБ являются микро — и макросоциальные группы, которые также обладают групповыми психическими образованиями, нередуцируемыми к психике составляющих такие группы индивидов. Современная социальная психология свидетельствует о сохранении дихотомии «сознательное — бессознательное» и на коллективном уровне. Соответственно, здесь в качестве объектов ИПБ можно выделить групповое (общественное) сознание и коллективное бессознательное. В науке существуют и альтернативные подходы. Например, Г. М. Андреева со ссылкой на других исследователей говорит о выделении двух составных частей структуры психологии большой социальной группы: психического склада как более устойчивого образования (к которому могут быть отнесены социальный или национальный характер, нравы, обычаи, традиции, вкусы и т. п.) и эмоциональной сферы как более подвижного динамического образования (в которую входят потребности, интересы, настроения). Мы будем исходить из предложенной нами структуры объектов ИПБ применительно к социальным группам. Первым из них является групповое (общественное) сознание, которое рассматривается как «гипотетический, коллективный, трансцендентный дух или сознание, которое, как считается, характеризует группу или общество» <27>. Такое сознание существует независимо от любого отдельного члена группы, но проявляется как синтезируемое создание, когда уровень сплоченности группы достигает некоторой критической величины и организации. Для характеристики описываемого феномена иногда употребляется понятие «массовое сознание», которое трактуется как общественное сознание масс (классов, социальных групп) конкретного общества, отражающее условия их повседневной жизни, потребности, интересы. Оно включает распространенные в обществе идеи, взгляды, представления, иллюзии, социальные чувства людей <28>. ——————————— <27> Оксфордский толковый словарь по психологии / Под ред. А. Ребера. 2002. С. 543. <28> Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Республика, 2001. С. 315 — 316.

Что касается коллективного бессознательного, то оно является более сложным и менее изученным феноменом. Как известно, концепция «коллективного бессознательного» была сформулирована К. Г. Юнгом. По мнению основателя аналитической психологии, в коллективном бессознательном в виде изначальных психических структур (архетипов) хранится древнейший опыт человечества, обеспечивающий априорную готовность к восприятию и осмыслению мира <29>. В науке на нынешнем этапе эволюции фактически отсутствуют адекватные инструменты измерения и оценки воздействия на коллективное бессознательное. Тем не менее считаем целесообразными его рассмотрение в качестве объекта ИПБ, особенно с учетом перспектив дальнейшего развития психологического знания. ——————————— <29> Там же. С. 707.

На следующем уровне детализации мы можем выделить такие групповые (социальные) психические образования, как групповые потребности, групповые нормы, групповые ценности, групповые цели, групповое мнение, групповые роли, групповая идентичность, архетипы коллективного бессознательного. При этом необходимо учитывать, что номенклатура и характеристики коллективных психических образований могут значительно различаться у больших и малых социальных групп. Обобщая вышеизложенное, информационно-психологическую безопасность можно определить как составную часть системы информационной безопасности, представляющую собой состояние защищенности психики человека , группового (общественного) сознания и коллективного бессознательного от деструктивного информационного воздействия.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *