Принцип справедливости в решениях Конституционного Суда Российской Федерации в сфере таможенного права

(Мухамадеева Г.) («Таможенное дело», 2009, N 2) Текст документа

ПРИНЦИП СПРАВЕДЛИВОСТИ В РЕШЕНИЯХ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СФЕРЕ ТАМОЖЕННОГО ПРАВА

Г. МУХАМАДЕЕВА

Справедливость — это то, что в человеческой душе самое исконное, в обществе самое основное и благородное из всех понятий, и то, что массы сегодня наиболее страстно требуют. Оно — содержание сущности религии, как одновременно оно — форма рассудительности, глубоко скрытый предмет веры и начало, середина и конец знания.

P.-J. Proudchon

1. Конституционный Суд о справедливости, или Справедливый Конституционный Суд

Г. Шпрегнер в своей работе писал: «Опыт учит, что нет ничего труднее, чем описать то, что само собой разумеется» <1>. Именно поэтому мы сталкиваемся со значительными затруднениями, когда пытаемся дать ясное определение справедливости. Содержание понятия справедливости включает в себя различные элементы, и порой не только нормативного характера, оно тесно взаимосвязано с моралью, идеологией и политологией. В данной связи справедливость не статична, а динамична, она развивается с развитием отношений в обществе, с развитием в нем идей морали и понятий права и государственности. С каждым своим изменением справедливость приобретает новое определение и новое понимание. Если в одних случаях преобладает скорее формальный взгляд на различные явления насущной действительности при отчуждении индивидуального, то в других случаях каждый конкретный последующий подход все дальше и дальше отдаляет от соблюдения общих правил и предписаний. Поэтому большинство авторов склоняются к мнению, что решение этой проблемы найти в теории невозможно. Следовательно, к проблеме определения справедливости необходимо подходить путем практического опыта. ——————————— <1> Шпрегнер Г. Взаимодействие: соображения по поводу антропологического понимания масштабов справедливости // Государство и право. 2004. N 5.

Для этой цели обратимся к тому, когда же чаще всего мы задумываемся, что же такое справедливость, справедливо ли то или иное действие или явление нашей повседневной жизни. В таких случаях необходимо найти того арбитра, который бы, отойдя от «правового ощущения несправедливости», определил бы ситуацию справедливой или наоборот. В данной работе таковым арбитром будет выступать Конституционный Суд Российской Федерации, который, принимая то или иное решение, необходимым образом рационализирует предложенную на рассмотрение ситуацию с точки зрения Конституции Российской Федерации. В свою очередь, Конституционный Суд, являясь блюстителем конституционных ценностей, должен обосновывать свои решения конституционными принципами, среди которых, бесспорно, немаловажную роль играет принцип справедливости. Настоящая статья посвящена изучению конституционного принципа справедливости в трактовке органа конституционного контроля Российской Федерации.

2. Соотношение справедливости с принципиальными понятиями конституционного судопроизводства

Конституционный Суд РФ при рассмотрении каждого конкретного дела опирается на принципы конституционного строя и другие положения общего характера. В данном случае речь идет о таких принципиальных положениях, признанных российской Конституцией, как справедливость, равенство, свобода, и другие. Но, подходя опять же к теме данного исследования, хотелось бы отметить, что соотношение данных столь важных для каждой конституции понятий в каждом конкретном случае достаточно индивидуально. Однако конституционный принцип справедливости, на мой взгляд, несмотря на все разнообразие его трактовки нашими уважаемыми судьями, присутствует в каждом решении Конституционного Суда. Естественно, излагая данную мысль, я делаю большое количество оговорок. В частности, они сводятся к следующему. Справедливость, присутствуя в том или ином решении, по-своему особенна. Объясняется это разнообразием тех форм и понятий, с которыми она соотносится в каждом конкретном решении. Под формами здесь мной подразумеваются виды тех решений, которые принимает российский Конституционный Суд, это постановления и определения. А понятия, с которыми судьи обычно употребляют понятие справедливости, — это те же вышеперечисленные равенство, свобода, но не стоит здесь также забывать о тех основах, на которые суд ссылается, вынося то или иное решение, с процессуальной точки зрения. Здесь я отмечу такие составляющие конституционного процесса, как определенность судебных решений, место в данном виде судебного производства судебного усмотрения, и другие принципиальные положения конституционного судопроизводства. Тем самым цель данной статьи — показать соотношение справедливости с некоторыми из основных понятий и форм российской конституционной модели на примерах конкретных решений Конституционного Суда РФ.

Справедливость и равенство

Говоря о равенстве людей и граждан в цивилизованном обществе, нельзя опять же не задуматься о том, какое же Россия государство — правовое или социальное? Тут необходимо обратиться к ценностям того и другого вида современного государства Российского. Теория права сходится на том, что правовое государство подразумевает под собой верховенство закона, равенство всех перед законом, и тут же многие ученые в ряд этих принципов добавляют такое «красивое» понятие, как «демократия». А что же до социального государства, ну, тут, естественно, социальная справедливость, равенство, человек как высшая ценность и тому подобное. Упоминая соотношение двух этих видов государственности в начале своего исследования, я приводила пример их соотношения в работе одного из отечественных авторов. Но неизбежно встает вопрос: как же на примере нашего российского общества можно соотнести такие понятия, как «демократия» и «равенство»? Ведь, на мой взгляд, эти положения взаимоисключают друг друга. Демократия предполагает превосходство мнения большинства, тогда как о равенстве речь сразу исключается. Наглядно такого рода коллизии часто предстают на рассмотрение Конституционного Суда РФ. Наиболее ярко это иллюстрирует Постановление КС РФ от 22 июля 2002 г. N 14-П <2>. Решение КС основывается на одних доводах: «Положения, определяющие порядок голосования и принятия решений на заседании объединения кредиторов, направлены на выявление и согласование общих интересов кредиторов с учетом принадлежащих им сумм имущественных требований, — демократическая процедура, не противоречащая принципу равенства прав всех участников гражданско-правовых отношений (п. 1 ст. 1 ГК РФ <3>), который является проявлением конституционного принципа равноправия. Использование при заключении мирового соглашения иных принципов голосования повлекло бы неоправданное предоставление преимуществ одной группе кредиторов в ущерб другим. Избранный законодателем принцип определения числа голосов кредиторов не противоречит принципу справедливости» <4>. ——————————— <2> Постановление Конституционного Суда РФ от 22 июля 2002 г. N 14-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 31. Ст. 3161. <3> Гражданский кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. N 32. Ст. 3301. <4> Постановление Конституционного Суда РФ от 22 июля 2002 г. N 14-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 31. Ст. 3161.

Справедливость и свобода

Рассматривая понятие «свобода» с правовой точки зрения, я опять прихожу к выводу, что она многогранна. Во-первых, принцип свободы необходимо учитывать не только с материальной, но и с процессуальной точки зрения, и здесь субъектами применения данного принципа являются не только стороны рассмотрения того или иного дела, но и Конституционный Суд как арбитр в споре. Ну а во-вторых, «материальная свобода» также делится на большинство своих составляющих, таких как, например: свобода личности, свобода слова, свобода труда, свобода экономической деятельности, свобода договора, наконец. Соотнося понятие «свобода» с понятием «справедливость», Конституционный Суд подходит к этому «по частям», т. е. реализует в своих решениях принцип той или иной свободы, закрепленной в Конституции. Поэтому при анализе разного рода решений часто встречаются ссылки Конституционного Суда на всякого рода «свободы». Подходя к «свободе» в процессуальном смысле в решениях Конституционного Суда РФ, необходимым является обратить внимание на такое понятие, как «судебное усмотрение». Единого мнения в определении понятия «судебное усмотрение» нет. Ученый Е. В. Васьковский отмечал, что, «несмотря на все старания, несмотря на самое тщательное соблюдение всех правил толкования, суд не в состоянии установить с полной достоверностью норму, необходимую ему в качестве большой посылки для построения силлогизма. Тогда-то ввиду невозможности обратиться за указанием и разъяснением к законодателю открывается простор для судейского усмотрения» <5>. В свою очередь, современные молодые ученые пытаются подойти к понятию судебного усмотрения еще более глубоко. Так, например С. А. Кажлаев замечает, что «при определении тождеств или различий между исследуемыми вопросами Конституционный Суд интерпретирует содержание решений, сформулированных в них правовых позиций ранее рассмотренных дел. Причем в зависимости от степени их схожести при выработке решения по новому делу используется ограничительное или расширительное толкование правовых позиций» <6>. Таким образом, свобода в судебном усмотрении Конституционного Суда РФ определятся через два основных понятия: ограничительное и расширительное толкование. Приведем примеры и того и другого. Используя правовую позицию, содержащуюся в Постановлении от 12 октября 1998 г. N 24-П <7>, Конституционный Суд, используя при этом расширительное толкование, распространил его положения на Определение от 1 июля 1999 г. N 97-О <8>. В свою очередь, из анализа Определения от 12 мая 2003 г. N 165-О по жалобе ОАО «Кобра Интернэшнл» на нарушение конституционных прав ст. 2 ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О налоге на прибыль предприятий и организаций» видно, что Конституционный Суд не распространил ранее сформулированную правовую позицию на обстоятельства нового дела. ——————————— <5> Васьковский Е. В. Судейское усмотрение при толковании законов // Право. 1901. N 50. <6> Кажлаев С. А. Судебное усмотрение в деятельности Конституционного Суда РФ // Журнал российского права. 2003. N 11. <7> Постановление Конституционного Суда РФ от 12 октября 1998 г. N 24-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. N 42. Ст. 5211. <8> Определение Конституционного Суда РФ от 1 июля 1999 г. N 97-О // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. N 31. Ст. 4038.

Принцип справедливости в решениях Конституционного Суда РФ по вопросам таможенных правоотношений

Тем не менее, чтобы наиболее полно осознать, как Конституционный Суд применяет принцип справедливости в том или ином конкретном случае, необходимо, на мой взгляд, проанализировать решения, принятые в определенной отрасли права. Предметом анализа автора стали решения суда в сфере таможенного права. Следует отметить, что Таможенный кодекс РФ 1993 г. не раз становился объектом внимания Конституционного Суда. Все решения тем или иным образом реализуют принцип справедливости, что еще раз доказывает его важность и вездесущность. Рассмотрим акты подробнее. Постановление КС РФ N 8-П от 14 мая 1999 г. <9> анализирует, кроме всего прочего, положения Таможенного кодекса РФ <10>, согласно которым «никто не вправе пользоваться и распоряжаться транспортными средствами, в отношении которых таможенное оформление не завершено», и что, как следует из статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, «сделки, по которым произведена передача другим лицам таких транспортных средств, являются ничтожными». Итогом рассмотрения данной нормы права на предмет соответствия Конституции РФ стало мнение Конституционного Суда, что федеральным законом могут устанавливаться ограничения на пользование и распоряжение товарами и транспортными средствами, которые ввезены на таможенную территорию Российской Федерации, находятся под таможенным контролем и в отношении которых еще не осуществлено таможенное оформление. Справедливость опять является следствием соразмерности ограничения прав и законных интересов граждан и юридических лиц мерами административно-принудительного воздействия. ——————————— <9> СЗ РФ. 1999. N 21. Ст. 2669. <10> Таможенный кодекс РФ от 18 июня 1993 г. N 5221-1 // Российская газета. 1993. 21 июля.

Также предметом рассмотрения данного судебного акта является ст. 380 ТК РФ, которая связана с конфискацией имущества, которое стало предметом административного правонарушения. Данная проблема поднимается также в других актах, таких, как Постановление Конституционного Суда РФ от 20 мая 1997 г. N 8-П <11>, Определение Конституционного Суда РФ от 6 июля 2001 г. N 144-О <12>, Определение Конституционного Суда РФ от 13 января 2000 г. N 21-О <13>, Определение Конституционного Суда РФ от 27 ноября 2001 г. N 202-О. ——————————— <11> СЗ РФ. 1997. N 21. Ст. 2542. <12> СЗ РФ. 2001. N 32. Ст. 3409. <13> СЗ РФ. 2000. N 13. Ст. 1427.

Итак, в таможенной сфере решения Конституционного Суда РФ отнюдь не однозначны, этим и объясняется большое количество обращений, касающихся одних и тех же вопросов. Принцип справедливости в этих актах, безусловно, имеет место быть, и не только быть, но и развиваться. На мой взгляд, связь специфики таможенных отношений и принципа справедливости довольно очевидна, а выражается эта связь в соизмерении (прямом или косвенном) экономических интересов государства и прав и законных интересов лиц, участвующих в таможенных правоотношениях. В итоге хотелось бы сделать следующие выводы: 1. Принцип справедливости конкретно индивидуален в каждом случае. 2. Закономерности же в закреплении принципа справедливости в судебных актах прослеживаются, лишь если рассматривать какой-либо специфический круг правоотношений. 3. Принцип справедливости в решениях Конституционного Суда Российской Федерации динамичен. Таким образом, подводя итог, следует с полной уверенностью сказать, что справедливость необходима решениям Конституционного Суда как воздух.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *