Правовая природа ответственности по договорам, предусмотренным семейным законодательством

(Звенигородская Н. Ф.) («Семейное и жилищное право», 2011, N 2) Текст документа

ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПО ДОГОВОРАМ, ПРЕДУСМОТРЕННЫМ СЕМЕЙНЫМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ <*>

Н. Ф. ЗВЕНИГОРОДСКАЯ

——————————— <*> Zvenigorodskaya N. F. Legal nature of responsibility under contracts provided for by family legislation.

Звенигородская Наталья Федоровна, доцент кафедры гражданского права юридического факультета Санкт-Петербургской академии управления и экономики, кандидат юридических наук, доцент.

Настоящая статья — попытка проникнуть в природу семейно-правовой ответственности, проанализировать выводы современной доктрины, представить основные точки зрения на проблемы ответственности по договорам, предусмотренным семейным законодательством.

Ключевые слова: семейно-правовая ответственность, семейные правонарушения, семейные правоотношения.

The present article is the attempt to penetrate into the nature of family-law responsibility, analyze the conclusions of contemporary doctrine, present the main viewpoints to the problems of responsibility under contracts provided for by family legislation.

Key words: family-law responsibility, family-law violations, family-law relations.

В правовой науке М. В. Антокольской высказано мнение, что понятие ответственности в семейном праве идентично гражданско-правовому. Она определяет семейно-правовую ответственность как обязанность лица претерпевать лишения права и иные дополнительные неблагоприятные последствия своего виновного противоправного поведения. Однако такое понятие не отражает специфики ответственности за семейные правонарушения. Автор не объясняет, почему в семейных правоотношениях правонарушитель несет прежде всего личные, а не имущественные лишения, как это имеет место в гражданско-правовой ответственности. Позицию автора мы можем понять, так как в отличие от нас она придерживается мнения, что семейное право является подотраслью гражданского права при сохранении за семейным законодательством статуса самостоятельной отрасли законодательства <1>. Мы же считаем, что семейное право — отличная от гражданского права отрасль права, имеющая самостоятельный характер, характеризующаяся своим собственным предметом и методом правового регулирования. В предмете регулирования семейным правом доминируют личные неимущественные отношения. Р. О. Халфина отмечала: «Из круга отношений, регулируемых семейным правом, основное место занимают личные (неимущественные) отношения между супругами и другими членами семьи. Прочность семьи и стабильность брачного союза зависят от их личных отношений. Имущественные же отношения в семье обусловлены личными отношениями, зависимы от них, а потому не играют решающей роли для определения характера взаимоотношений супругов…» <2>. Занимающая позицию о суверенности семейного права А. М. Нечаева справедливо отмечает, что лично-доверительный характер норм семейного права, регулирующих как личные, так и имущественные отношения, составляет их ядро, сущность, накладывающую свой отпечаток на все семейно-правовые институты <3>. ——————————— <1> Антокольская М. В. Семейное право: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрист, 2003. С. 98. Такой же позиции придерживаются и авторы учебника: Гражданское право: Учебник: В 3 т. Т. 3 / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 2003. <2> Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М.: Юридическая литература, 1974. С. 104. <3> Нечаева А. М. Семейное право: Курс лекций. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2001. С. 14.

В своем диссертационном исследовании, посвященном ответственности в семейном праве (2004 г.), Л. Е. Чичерова формулирует понятие семейно-правовой ответственности и предлагает два его определения. В одном случае она определяет семейно-правовую ответственность как предусмотренную санкцией нормы права или условиями договора меру возможного воздействия на правонарушителя при несоблюдении требований закона, условий договора или судебного акта, влекущую для него лишения или ограничение имущественного или личного неимущественного права <4>. В другом случае юридическую ответственность в семейном праве автор определяет как одну из форм государственного принудительного воздействия на нарушителей норм права, условий договора или судебного акта, заключающуюся в применении к ним предусмотренных законом или договором мер ответственности, лишении или ограничении имущественного или личного неимущественного права, возложении дополнительных имущественных обременений <5>. Оба определения содержат общие характеристики юридической ответственности, на которые указывается как в общей теории государства и права, так и в отраслевых правовых науках, в том числе в цивилистической науке. Но, к сожалению, специфики семейно-правовой ответственности в них не отражено. Эти определения ответственности могут быть применимы также и к гражданско-правовой ответственности, но автор выделяет в юридической ответственности семейно-правовую ответственность. Вместе с тем автор отдельно отмечает, что спецификой семейно-правовой ответственности является то, что она, как правило, применяется не к обязанному лицу, а к управомоченному. Примеров этого автор не привел, хотя в диссертации дает достаточно широкий перечень мер семейно-правовой ответственности. Полагаем, что привести такие примеры весьма затруднительно. ——————————— <4> Чичерова Л. Е. Ответственность в семейном праве: вопросы теории и практики: Автореф. к. ю.н. Краснодар, 2004. С. 8. <5> Там же. С. 22 — 23.

В семейных правоотношениях праву одного субъекта соответствует обязанность другого, и наоборот, праву другого соответствует обязанность первого. Корреспонденция прав и обязанностей, взаимный характер прав и обязанностей участников семейных правоотношений обусловливает двусторонне обязывающий характер семейных обязательств, где субъект одновременно выступает и как обязанное лицо — должник, и как управомоченное лицо — кредитор. Следует учитывать особенность родительского правоотношения, в котором родители одновременно являются и обязанной, и управомоченной стороной в правоотношении, поскольку ст. 63 Семейного кодекса РФ (далее — СК) <6> закрепляет положение, что родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Эта своеобразная правовая конструкция рассматривается как «двуединая правообязанность родителей». Можно, следуя логике законодателя, ребенка назвать в родительском правоотношении только управомоченной стороной, так как раздел IV «Права и обязанности родителей и детей» указывает лишь на права несовершеннолетних детей, не закрепляя обязанности детей. Но, как известно, несовершеннолетние дети к семейно-правовой ответственности не привлекаются. Таким образом, с выводом Л. Е. Чичеровой о применении, как правило, семейно-правовой ответственности не к обязанному лицу, а к управомоченному трудно согласиться. ——————————— <6> Федеральный закон от 29 декабря 1995 г. N 223-ФЗ (в ред. от 23.12.2010 N 386-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 16.

Отсутствие в СК главы об ответственности за совершенные семейные правонарушения наводит Л. Е. Чичерову на ряд вопросов: механизм какой юридической ответственности будет применен в семейном праве; публично-правовое или частноправовое воздействие оказывается на недобросовестного участника семейно-правовых отношений? Признавая специфику ответственности в семейном праве <7>, Л. Е. Чичерова тем не менее делает вывод о применении мер и механизма гражданско-правовой ответственности <8> и пока не решается занять позицию о самостоятельности семейно-правовой ответственности. Мы же считаем, что отождествлять гражданско-правовую ответственность с семейно-правовой ответственностью нельзя. ——————————— <7> Чичерова Л. Е. Гражданско-правовая ответственность в семейном праве // Цивилистические записки: Вып. 5: Проблемы кодификации гражданского законодательства в РФ / Под ред. В. А. Рыбакова, А. Я. Гришко. М.: Издательская группа «Юрист», 2004. С. 597. <8> Там же. С. 601.

В отличие от гражданско-правовой ответственности, для которой характерным является принцип автономии кредитора, в семейном праве инициатива в применении семейно-правовой ответственности исходит не от другого участника правоотношения, не от стороны семейно-правового договора, а от государства в лице его государственных органов. Это прежде всего те семейные правоотношения, где один из субъектов недееспособен, например родительские, опекунские, усыновительские. Виновное неосуществление родительских, опекунских, усыновительских обязанностей является семейным правонарушением и влечет для правонарушителя лишение или ограничение права. Так, например, если усыновители уклоняются от выполнения возложенных на них обязанностей родителей, злоупотребляют родительскими правами, жестоко обращаются с усыновленным ребенком, являются больными хроническим алкоголизмом или наркоманией, усыновление может быть отменено (ст. 141 СК). Это влечет прекращение взаимных прав и обязанностей усыновленного ребенка и усыновителей, передачу ребенка от усыновителей родителям ребенка, а при их отсутствии на попечение органа опеки и попечительства (ст. 143 СК). В правоотношении, возникающем из договора о приемной семье, инициатива в применении семейно-правовой ответственности исходит от государственных органов. Орган опеки и попечительства в случае возникновения в приемной семье неблагоприятных условий для содержания, воспитания и образования ребенка (детей) ставит вопрос о досрочном расторжении договора о приемной семье. С правонарушителями — приемными родителями расторгается договор о передаче ребенка (детей) на воспитание в приемную семью. Приемный ребенок возвращается приемными родителями органу опеки и попечительства (п. 2 ст. 153.2 СК). Прежняя редакция ст. 152 СК (существовавшая до изменения СК на основании Федерального закона «Об опеке и попечительстве» N 48-ФЗ от 24.04.2008) <9> предусматривала два специальных основания досрочного расторжения договора о приемной семье: а) по инициативе приемных родителей при наличии уважительных причин (болезнь, изменение семейного и имущественного положения, отсутствие взаимопонимания с ребенком или детьми, наличие конфликтных отношений между детьми и др.); б) по инициативе органа опеки и попечительства в случае возникновения в приемной семье неблагоприятных условий для содержания, воспитания и образования ребенка или детей, возвращения ребенка или детей родителям или усыновления ребенка или детей. О семейно-правовой ответственности приемных родителей речь идет только во втором случае, когда досрочного расторжения договора о приемной семье требует орган опеки и попечительства. Естественно, следует рассматривать только ситуацию, когда в приемной семье возникли неблагоприятные условия для содержания, воспитания и образования ребенка или детей, поскольку только тогда можно считать это семейным правонарушением, совершенным виновно приемными родителями. Возвращение ребенка или детей родителям или их усыновление нельзя рассматривать в контексте семейно-правовой ответственности в связи с отсутствием семейного правонарушения, являющегося основанием ответственности. ——————————— <9> СЗ РФ. 2008. N 17. Ст. 1755.

В связи с принятием ФЗ «Об опеке и попечительстве» значительно изменена с 1 сентября 2008 г. глава 21 СК «Приемная семья», и эти специальные основания, предусмотренные семейным законодательством, для досрочного расторжения договора о приемной семье названы в п. 2 ст. 153.2 СК. Так, орган опеки и попечительства вправе отказаться от исполнения договора о приемной семье в связи с возникновением тех же самых ситуаций, которые были названы в прежней редакции СК. Проанализировав обе редакции, сопоставив их с положениями гражданского законодательства, регулирующими исполнение обязательств (ст. 309, 310 ГК РФ) и изменение и расторжение договора (ст. 450 ГК), мы пришли к выводу, что, несмотря на то что законодатель в СК изменил формулировку — вместо «права на досрочное расторжение договора» использовал «право на отказ от исполнения договора», суть осталась прежней. В соответствии со ст. 309 ГК обязательства сторонами договора о приемной семье должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 310 ГК). Именно такой случай и предусмотрен специальным законодательством в п. 2 ст. 153.2 СК. А в соответствии с п. 3 ст. 450 ГК в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным. Таким образом, используя понятийный аппарат причинно-следственной связи, мы видим в прежней редакции СК следствие — досрочное расторжение договора, а в новой редакции причину — односторонний отказ от исполнения договора, приведшую к досрочному расторжению договора. Именно это позволяет нам утверждать, что семейно-правовая ответственность приемных родителей, когда они возвращают ребенка органу опеки и попечительства при досрочном расторжении договора о приемной семье, осталась прежней. Законодатель в п. 2 ст. 152 СК (прежняя редакция) термин «расторжение договора» употребил в широком смысле, подразумевая под этим прекращение взаимных прав и обязанностей, которые сложились между приемным ребенком (детьми) и приемными родителями, а также между ними и органом опеки и попечительства, обусловленное возникновением определенных условий — уважительного или неуважительного характера. О. В. Фетисова предложила различать расторжение договора в форме освобождения приемных родителей от исполнения обязанностей при наличии уважительных причин и расторжение договора в форме отстранения приемных родителей от исполнения обязанностей в случае возникновения по их вине неблагоприятных условий для содержания, воспитания и образования приемного ребенка или детей <10>. Такое разграничение, на наш взгляд, прежде всего основано на необходимости различать в данном случае меры ответственности и меры защиты. В том случае, когда договор о приемной семье расторгается в форме освобождения приемных родителей от исполнения обязанностей при наличии уважительных причин, это следует рассматривать как меру защиты приемных детей. А когда расторжение договора происходит в форме отстранения приемных родителей от исполнения обязанностей в случае возникновения по их вине неблагоприятных условий для содержания, воспитания и образования приемного ребенка или детей, в таком случае имеет место не только мера защиты приемных детей, но и мера ответственности приемных родителей. ——————————— <10> Фетисова О. В. Приемная семья // Закон. 2004. N 4. С. 90.

По мнению Р. А. Шукурова <11>, Л. Е. Чичеровой <12>, М. Н. Гливинской <13>, семейно-правовая ответственность приемных родителей выступает в виде досрочного расторжения договора. Однако с этим нельзя согласиться, так как само по себе досрочное расторжение договора о приемной семье не может являться семейно-правовой ответственностью, поскольку не влечет для приемных родителей, совершивших семейное правонарушение, неблагоприятных последствий. Для них неблагоприятные последствия, лишения наступают лишь в связи с возвращением ими приемного ребенка органу опеки и попечительства, когда приемные родители лишаются личных прав на его воспитание, т. е. устраняются от воспитания ребенка. ——————————— <11> Шукуров Р. А. Приемная семья по семейному праву России: Дис. … канд. юрид. наук. Белгород, 2004. С. 10. <12> Чичерова Л. Е. Ответственность в семейном праве: вопросы теории и практики: Автореф. к. ю.н. Краснодар, 2004. С. 8; Семейно-правовая ответственность в семейном праве // Семейное и жилищное право. 2005. N 1. С. 2. <13> Гливинская И. Н. О соотношении мер защиты и мер ответственности в семейном праве // Актуальные проблемы юридической науки и правоприменительной практики: Сб. научных трудов (по материалам V Международной научно-практической конференции, состоявшейся 1 ноября 2006 г.): В 2 ч. Ч. 2 / Отв. ред. И. М. Машаров. Киров: Филиал НОУ ВПО «СПбИВЭСЭП» в г. Кирове, 2006. С. 13.

Стороны договора об осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка (п. 2 ст. 66 СК), могут предусмотреть в договоре условие о досрочном расторжении договора, если сторона договора будет создавать препятствия другой стороне — другому родителю в осуществлении им родительских прав. Однако по аналогии с договором о приемной семье нельзя досрочное расторжение договора об осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, квалифицировать как договорную семейно-правовую ответственность, поскольку отсутствует один из двух ее признаков — наличие неблагоприятных последствий, лишений для правонарушителя. Но в отличие от договора о приемной семье в договоре об осуществлении родительских прав ребенок не передается от родителя-правонарушителя к родителю-потерпевшему, как это имеет место при досрочном расторжении договора о приемной семье. Л. Е. Чичерова обосновывает необходимость усилить ответственность родителя, с которым проживает ребенок, за нарушение прав другого родителя на осуществление им родительских прав, для чего предлагает дополнить ст. 66 СК следующим положением: «Родитель, проживающий с ребенком, в случае виновного непредоставления возможности общаться ребенку с другим родителем, обязан по требованию родителя, чьи права нарушены, возместить материальный и моральный вред, причиненный другому родителю, если иная мера ответственности не предусмотрена в соглашении о порядке общения родителя с ребенком» <14>. Предложение автора заслуживает поддержки, так как данная мера ответственности смогла бы надлежащим образом выполнить превентивную, компенсационную и стимулирующую функции и явилась бы мерой семейно-правовой ответственности, наступающей для субъектов семейного права за виновно совершенное ими семейное правонарушение, предусмотренное семейным законодательством. ——————————— <14> Чичерова Л. Е. Ответственность в семейном праве: вопросы теории и практики: Автореф. к. ю.н. Краснодар, 2004. С. 10.

В ст. 66 СК мы видим указание законодателя на два вида юридической ответственности — гражданско-процессуальную (за неисполнение решения суда) и семейно-правовую ответственность. В случае семейного правонарушения, совершенного виновно родителем, препятствующим осуществлению родительских прав другим родителем, проживающим отдельно от ребенка, наступает семейно-правовая ответственность. Так, законодатель в п. 2 ст. 66 СК установил: «Родители вправе заключить в письменной форме соглашение о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка. Если родители не могут прийти к соглашению, спор разрешается судом с участием органа опеки и попечительства по требованию родителей (одного из них)». Поэтому нам представляется, что в случаях неисполнения договора об осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, или его ненадлежащего исполнения выход у сторон договора только один — судебная процедура разрешения разногласий между родителями. Суд своим решением определяет порядок осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка. Далее в законе указано: «При невыполнении решения суда к виновному родителю применяются меры, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством» (п. 3 ст. 66 СК). Но это не есть семейно-правовая ответственность родителей, это — ответственность гражданско-процессуальная, предусмотренная гражданским процессуальным законодательством за невыполнение решения суда. О семейно-правовой ответственности законодатель говорит в п. 3 ст. 66 СК: «При злостном невыполнении решения суда суд по требованию родителя, проживающего отдельно от ребенка, может вынести решение о передаче ему ребенка исходя из интересов ребенка и с учетом мнения ребенка». Поэтому передачу ребенка другому родителю можно рассматривать как внедоговорную семейно-правовую ответственность за семейное правонарушение, влекущее для правонарушителя неблагоприятные последствия личного характера. Семейное правонарушение в данном случае выражается в нарушении норм семейного права. Законодатель устанавливает: «Родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем» (п. 1 ст. 66 СК). Однако, когда родитель не выполнил установленную законом семейную обязанность даже после определения судом порядка осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, это влечет за собой семейно-правовую ответственность. Сущность семейного правонарушения выражается в создании виновным родителем-нарушителем препятствий другому родителю-потерпевшему в общении с ребенком, устранении его от воспитания ребенка. В правовой литературе оспаривается гражданско-правовая природа ответственности по данному соглашению. Так, по мнению Г. В. Богдановой, нельзя конструировать гражданско-правовую ответственность одного из участников соглашения о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, за его неисполнение или ненадлежащее исполнение, так как такого рода соглашения, считает она, нельзя квалифицировать в качестве договоров, во всяком случае гражданско-правовых. Оно в отличие от гражданско-правовых договоров преследует другие цели: определить порядок реализации соответствующей семейно-правовой обязанности по отношению к ребенку <15>. Нами данное соглашение признается семейно-правовым договором, по которому за неисполнение или ненадлежащее его исполнение семейным законодательством установлена семейно-правовая ответственность. По мнению Н. С. Шерстневой, семейно-правовая ответственность «может быть предусмотрена соглашением сторон лишь в случаях, предусмотренных в законе (например, соглашение об уплате алиментов)» <16>. Такой взгляд нам представляется необоснованно узким, ограничивающим свободу семейно-правового договора. Мы исходим из принципа: «Что не запрещено, то разрешено», поэтому считаем, что стороны семейно-правового договора могут предусматривать в договоре условия, касающиеся ответственности сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора. При этом эти условия не должны противоречить нормам семейного законодательства. А для того чтобы договорная семейно-правовая ответственность, предусмотренная семейным законодательством и договором, имела эффективность, необходимо на законодательном уровне решить вопрос об исполнении семейно-правовых договоров, для чего предлагается установить в СК штрафные санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение договоров. ——————————— <15> Богданова Г. В. Права и обязанности родителей и детей. М.: Издательство «Книга-сервис», 2003. С. 52. <16> Шерстнева Н. С. Понятие, сущность и система принципов семейного права: Монография. М.: ЗАО «Юстицинформ», 2006. С. 44.

Семейно-правовой договор, оказываясь частью механизма правового регулирования, своим содержанием отражает установления закона. Соответственно саморегулирование в таком случае осуществляется участниками договорных отношений, хотя и путем согласования встречных волеизъявлений, но не произвольно, а строго следуя нормативным предписаниям. Особенности семейно-правовой ответственности по договорам, предусмотренным семейным законодательством, определяются спецификой субъектного состава семейных правоотношений, их длящимся характером, личной природой семейных прав и другими моментами. Субъектами семейно-правовой договорной ответственности являются сами участники семейных договорных правоотношений, совершившие семейные правонарушения. Семейно-правовая договорная ответственность предусмотрена нормами семейного законодательства, семейно-правового договора и устанавливается с учетом принципов семейного законодательства (ст. 1 СК). Все это в комплексе позволяет характеризовать самостоятельную правовую природу такой ответственности и обозначить ее как семейно-правовую.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *