Взыскание компенсации за нарушение исключительных авторских прав независимо от вины: противоречие между законом и судебной практикой

(Матвеев А. Г.) ("Российский судья", 2014, N 1) Текст документа

ВЗЫСКАНИЕ КОМПЕНСАЦИИ ЗА НАРУШЕНИЕ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫХ АВТОРСКИХ ПРАВ НЕЗАВИСИМО ОТ ВИНЫ: ПРОТИВОРЕЧИЕ МЕЖДУ ЗАКОНОМ И СУДЕБНОЙ ПРАКТИКОЙ <*>

А. Г. МАТВЕЕВ

-------------------------------- <*> Исследование выполнено при поддержке РГНФ, грант N 13-03-00191.

Матвеев Антон Геннадьевич, доцент кафедры гражданского права Пермского государственного национального исследовательского университета, кандидат юридических наук.

В статье анализируются положения Гражданского кодекса Российской Федерации и судебной практики, посвященные вине как условию взыскания компенсации за нарушение исключительных авторских прав. По мнению автора, акты Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, арбитражных судов и судов общей юрисдикции, принятые по данному вопросу, противоречат закону и правовой позиции Конституционного Суда РФ.

Ключевые слова: гражданский кодекс, исключительное авторское право, компенсация, судебная практика, Гражданский кодекс РФ, вина.

Recovery of compensation for infringement of the exclusive copyrights regardless of guilt: the contradiction between the law and judicial practice A. G. Matveev

Provisions of the Civil Code of the Russian Federation and judicial practice, dealing with guilt as a condition of indemnity for infringement of the exclusive copyrights, are analyzed in the article. In the author's opinion acts of the Supreme Court of the Russian Federation, the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation, the arbitration courts and courts of general jurisdiction, taken on this issue, contradict the law and the legal position of the Constitutional Court of the Russian Federation.

Key words: exclusive copyright, compensation, judicial practice, Civil Code of the Russian Federation, guilt.

Среди способов защиты и мер гражданско-правовой ответственности, предусмотренных за нарушение исключительных авторских прав, выплата компенсации без преувеличения является на практике самой популярной. Удобство выплаты компенсации и ее востребованность среди правообладателей обусловлены тем, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения и что правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков (п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса РФ). При этом ГК РФ предоставляет правообладателю возможность выбора варианта исчисления размера компенсации, одним из которых выступает требование выплаты суммы от десяти тысяч до пяти миллионов рублей за каждое нарушение. Конечно, усмотрение обладателя исключительных авторских прав при взыскании компенсации поставлено законодателем в некоторые рамки, которые выражаются в том, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (абз. 2 п. 3 ст. 1252 ГК РФ). Однако в статьях Кодекса, посвященных выплате компенсации за нарушение исключительных прав, ничего не сказано о том, применяется ли эта мера ответственности только при наличии вины нарушителя или нет. Отсутствие прямого ответа на данный вопрос не означает, что в правовых актах ответа нет вообще. Напротив, в современном российском гражданском праве присутствуют две противоположные линии аргументации по вопросу вины как условия гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных авторских прав. Первая - в самом ГК РФ, вторая - в актах судебно-арбитражной практики. Нарушение исключительного авторского права является деликтом, который представляет собой неправомерное использование произведения, охраняемого авторским правом. В статьях ГК РФ, посвященных защите интеллектуальных, в том числе исключительных, прав, не содержится норм, которые бы устанавливали безвиновную ответственность за нарушение исключительных прав. Напротив, п. 3 ст. 1250 ГК РФ косвенно подтверждает классический принцип виновной юридической ответственности. В нем сказано, что отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. Общие положения о внедоговорной ответственности, содержащиеся в ст. 1064 ГК РФ, включают в себя норму, согласно которой законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. К таким случаям безвиновной ответственности относятся следующие. Во-первых, это возмещение вреда, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения и других незаконных действий, предусмотренных п. 1 ст. 1070 ГК РФ. Во-вторых, это возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности (п. 1 ст. 1079 ГК РФ). В-третьих, это возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие недостатков товара, работы или услуги, когда товар был приобретен, работа выполнена, услуга оказана в потребительских целях (ст. 1095 ГК РФ). Наконец, в-четвертых, следует отметить компенсацию морального вреда, применяемую в случаях, предусмотренных ст. 1100 ГК РФ. Важнейшую роль в понимании места безвиновной юридической ответственности в системе действующего правового регулирования играют правовые позиции Конституционного Суда РФ. Конституционный Суд неоднократно подчеркивал, что наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно в законе <1>. Можно согласиться с И. А. Алешковой в том, что правовые позиции высшей судебной инстанции России могут эволюционировать и видоизменяться, при условии, конечно, непротиворечия их Конституции РФ <2>. Однако в данном случае позиция Конституционного Суда остается неизменной на протяжении тринадцати лет, что, безусловно, повышает ее значимость и категоричность. -------------------------------- <1> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 г. N 1-П // Российская газета. 2001. N 30. 13 февраля; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2011 г. N 6-П // Российская газета. 2011. N 98. 11 мая; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 мая 2012 г. N 12-П // Российская газета. 2012. N 124. 1 июня; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2013 г. N 4-П // Российская газета. 2013. N 42. 27 февраля; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 г. N 18-П // Российская газета. 2013. N 157. 19 июля. <2> См.: Алешкова И. А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: правовая природа и формы их осуществления // Российский судья. 2013. N 8. С. 6 - 9.

Итак, положения ГК РФ и правовые позиции Конституционного Суда РФ дают основание утверждать, что внедоговорная ответственность лиц, нарушивших исключительные авторские права, в том числе ответственность лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, наступает только при наличии вины этих лиц, которая презюмируется. До вступления в силу части четвертой ГК РФ судебная практика находилась в русле указанных выше положений. Так, в п. 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2007 г. N 122 <3> указано, что компенсация подлежит взысканию с лица, нарушившего исключительное право на использование произведения, если оно не докажет отсутствие своей вины в этом нарушении. Немаловажно отметить то, что в этом пункте информационного письма содержится ссылка на п. 2 ст. 1064 ГК РФ, свидетельствующая о том, что эта норма должна применяться в качестве общей в делах о нарушении исключительных авторских прав. Однако в практике арбитражных судов, предшествующей вступлению в силу части четвертой ГК РФ, встречаются единичные акты с принципиально иной позицией. Так, в Постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 15 августа 2005 г. <4> указано, что достаточным основанием для взыскания с нарушителя авторских прав компенсации является факт нарушения таких прав и что вопросы о наличии, форме и степени вины ответчика являются безотносительными к обстоятельствам дела, поскольку их разрешение не исключает установленного законом основания для взыскания компенсации. -------------------------------- <3> См.: информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 г. N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2008. N 2. <4> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 15 августа 2005 г. по делу N КГ-А40/7404-05 // СПС "Гарант".

После вступления в силу части четвертой ГК РФ серьезнейшее влияние на судебную практику в сфере интеллектуальной собственности оказало и продолжает оказывать Постановление Пленума Верховного Суда и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 г. N 5/29 <5>. В первом абзаце п. 23 Постановления воспроизведена идея п. 3 ст. 1250 ГК РФ о том, что отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. Во втором абзаце того же пункта разъяснено, что указанное правило подлежит применению к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответственности. Далее в тот же абзац было включено неоднозначное и сомнительное указание на то, что ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к ст. 401 Кодекса. Как точно заметил Э. П. Гаврилов, это неоднозначное указание "проскочило" в Постановление <6>. -------------------------------- <5> См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 г. N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Российская газета. 2009. N 70. 22 апреля. <6> См.: Гаврилов Э. П. Компенсация за нарушение исключительных прав и некоторые новые аспекты ее применения // Хозяйство и право. 2013. N 7. С. 15.

Что означает такая отсылка к ст. 401 ГК РФ применительно к ответственности за нарушение интеллектуальных прав, разъяснил Президиум ВАС РФ в Постановлении от 20 ноября 2012 г. <7>. Суть дела состоит в следующем. ЗАО "Октябрьское поле" обратилось в суд с исковым заявлением к ЗАО "Перекресток" о взыскании в свою пользу компенсации за нарушение исключительных прав на фотографическое произведение. Исковые требования истец обосновывал тем, что в супермаркете, принадлежащем ответчику, продавался журнал "ТВ-парк", на одной из страниц которого была размещена фотография, права на которую принадлежат истцу. Решением Арбитражного суда г. Москвы от 13 декабря 2011 г. <8> исковые требования были удовлетворены, с ответчика взыскана компенсация за нарушение исключительных авторских прав в размере 50000 рублей. Арбитражный суд, сославшись на п. 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2007 г. и на п. 23 Постановления Пленума ВС и ВАС РФ от 26 марта 2009 г., посчитал, что в этих актах выражены аналогичные позиции. Суд пришел к выводу, что ответчик нарушил авторские права в форме неосторожности. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 февраля 2012 г. решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении исковых требований отказано. Федеральный арбитражный суд Московского округа 14 июня 2012 г. <9> Постановление суда апелляционной инстанции отменил и оставил без изменения решение суда первой инстанции. -------------------------------- <7> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2012 г. по делу N А40-82533/11-12-680 // СПС "Гарант". <8> См.: Решение Арбитражного суда г. Москвы от 13 декабря 2011 г. по делу N А40-82533/11-12-680 // URL: http://kad. arbitr. ru/Card/568e8192-4d0d-4f68-b7b0-a947b40ee8c9 (дата обращения: 02.10.2013). <9> См.: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 февраля 2012 г. по делу N А40-82533/11-12-680 // URL: http://kad. arbitr. ru/Card/568e8192-4d0d-4f68-b7b0-a947b40ee8c9 (дата обращения: 02.10.2013).

Постановлением от 20 ноября 2012 г. Президиум ВАС РФ акты всех инстанций по данному делу отменил и направил дело на новое рассмотрение. Выраженную в Постановлении позицию ВАС РФ условно можно разделить на три части. Во-первых, Президиум ВАС РФ правильно заключил, что в действиях ответчика нет вины. Суд указал, что продажа журналов является обычным способом их распространения и по общему правилу не предполагает специальной проверки того факта, нарушены ли при его создании и печати интеллектуальные права третьих лиц. За соблюдение указанных прав отвечают прежде всего лица, указанные в Законе "О СМИ". ЗАО "Перекресток", являясь распространителем средства массовой информации, исходило из принципа надлежащего исполнения обязательств, а также принципа добросовестности. Во-вторых, Президиум ВАС РФ применил норму права, не подлежащую применению в настоящем деле. Суд указал, что в соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т. е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. "Вместе с тем, - сказано в Постановлении, - деятельность общества "Перекресток" является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. Следовательно, общество "Перекресток" может быть привлечено к ответственности за нарушение интеллектуальных прав применительно к пункту 3 статьи 1250 и пункту 23 совместного Постановления Пленумов N 5/29 и при отсутствии его вины". Если вспомнить правовую позицию Конституционного Суда РФ о том, что всякое исключение из принципа вины должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно в законе, то позицию Президиума ВАС РФ следует признать кардинально неверной. Внедоговорная ответственность за нарушение исключительных прав урегулирована соответствующими положениями ГК РФ. Следовательно, для применения норм ст. 401 ГК РФ, регулирующих иные отношения, оснований нет. Наконец, явно искажающими текст и смысл ГК РФ выглядят слова о том, что ответчик может быть привлечен к ответственности применительно к пункту 3 статьи 1250 ГК РФ и при отсутствии его вины. Здесь ВАС РФ взял на себя полномочия законодателя и, по сути, создал новую норму права. В-третьих, ВАС РФ, посчитав, видимо, несправедливым привлечение к ответственности невиновного лица, которое в принципе не могло и не должно было контролировать правомерность воспроизведения фотографий на страницах журнала, решил смягчить свою жесткую позицию. В Постановлении указано, что размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. Размер компенсации за неправомерное использование произведения должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в то имущественное положение, в котором он находился бы, если бы произведение использовалось правомерно. Поэтому при определении размера компенсации следует учитывать возможность привлечения к ответственности правообладателем всех известных нарушителей его права. По мнению Президиума, поскольку в настоящем деле установлено лицо, выпустившее журнал "ТВ-парк" с размещенным фотографическим произведением, арбитражному суду первой инстанции следовало привлечь его к участию в деле как соответчика при наличии согласия истца, а при отказе в таком согласии - определить минимальный размер компенсации с учетом остающейся у истца возможности привлечения к ответственности непосредственного изготовителя периодического издания. В результате направления дела на новое рассмотрение Арбитражный суд г. Москвы решением от 25 июня 2013 г. <10> постановил взыскать с ЗАО "Перекресток" минимальную компенсацию в размере 10000 рублей, с ООО "ТВ-парк" - компенсацию в размере 40000 рублей. -------------------------------- <10> См.: решение Арбитражного суда г. Москвы от 25 июня 2013 г. по делу N А40-82533/11-12-680 // URL: http://kad. arbitr. ru/Card/568e8192-4d0d-4f68-b7b0-a947b40ee8c9 (дата обращения: 02.10.2013).

Представляется, что правовая позиция, сформулированная в Постановлении Президиума ВАС РФ, является не только незаконной и цивилистически несостоятельной, но и несправедливой и циничной. По сути, Суд сказал, что все предприниматели, так или иначе связывающие свою деятельность с использованием объектов авторского права, которые, однако, не могут и не должны контролировать правомерность использования таких объектов, все равно обязаны выплачивать правообладателям как минимум по 10000 руб. за каждое нарушение. В практике судов общей юрисдикции, где проблем с защитой интеллектуальных прав предостаточно <11>, положение совместного Постановления ВС и ВАС РФ N 5/29 о наступлении ответственности применительно к ст. 401 ГК РФ было воспринято не в пользу предпринимателей еще до вынесения Постановления Президиума ВАС РФ от 20 ноября 2012 г. Так, в Определении СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 апреля 2011 г. сказано, что само по себе использование ответчиком фотографий истицы без ее согласия свидетельствует о его виновности (умысле либо неосторожности). Суды субъектов РФ практически единогласно ошибочно квалифицируют внедоговорное нарушение исключительных авторских прав как нарушение обязательства и применяют к этим отношениям п. 3 ст. 401 ГК РФ о безвиновной ответственности предпринимателей, ссылаясь, разумеется, также на п. 23 совместного Постановления ВС и ВАС РФ N 5/29 <12>. -------------------------------- <11> Дорошков В. В. Проблемные вопросы защиты интеллектуальной собственности в судах общей юрисдикции // Право интеллектуальной собственности. 2010. N 2. С. 38 - 40. <12> См.: Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2011 г. N 77-В11-9 // СПС "Гарант".

Представляется, что сам по себе п. 23 Постановления N 5/29 не является безусловным основанием для вынесения решений, явно противоречащих ГК РФ. Примером правильного применения норм о деликтной ответственности предпринимателей за нарушение авторских прав является апелляционное Определение Пермского краевого суда от 12 сентября 2012 г. <13>. Суд верно отметил, что положения ст. 401 ГК РФ касаются договорной ответственности и не могут рассматриваться как основания возложения деликтной ответственности. Также в Определении правильно сказано, что из приведенных норм однозначно не следует вывод о том, что ответственность, предусмотренная в ст. ст. 1250, 1301 ГК РФ, наступает без вины. Суд, применив п. 2 ст. 1064 ГК РФ, перечислил нормы ст. ст. 1070, 1079, 1095, 1100 ГК РФ, предусматривающие безвиновную деликтную ответственность, и подчеркнул, что среди них нет упоминания о нарушении интеллектуальных прав. -------------------------------- <13> См.: Апелляционное определение Пермского краевого суда от 12 сентября 2012 г. по делу N 33-7115 // СПС "Гарант".

История невиновной внедоговорной ответственности за нарушение исключительных прав может получить в России законодательное продолжение. В проекте Федерального закона N 47538-6 "О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса РФ", принятом Государственной Думой РФ в первом чтении и раздробленном на отдельные законопроекты, содержится положение, согласно которому предусмотренные пп. 3 п. 1, п. п. 3 и 5 ст. 1252 настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, если такое нарушение допущено не при осуществлении предпринимательской деятельности, подлежат применению при наличии вины нарушителя. Такая формулировка не является безупречной, однако из нее по принципу исключения явно следует, что возмещение убытков и выплата компенсации при нарушении исключительных авторских прав будут применяться к предпринимателям независимо от их вины. Вряд ли такое ужесточение ответственности предпринимателей пойдет на пользу гражданскому обороту исключительных прав и в конечном счете благоприятно скажется на положении правообладателей. С другой стороны, в российской судебной практике это ужесточение уже состоялось, и произошло оно несмотря ни на ГК РФ, ни на правовую позицию Конституционного Суда.

Литература

1. Алешкова И. А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: правовая природа и формы их осуществления // Российский судья. 2013. N 8. 2. Гаврилов Э. П. Компенсация за нарушение исключительных прав и некоторые новые аспекты ее применения // Хозяйство и право. 2013. N 7. 3. Дорошков В. В. Проблемные вопросы защиты интеллектуальной собственности в судах общей юрисдикции // Право интеллектуальной собственности. 2010. N 2.

------------------------------------------------------------------

Название документа