Оспаривание сделок должника: сравнительно-правовые аспекты, доктринальное толкование и правоприменительная практика

(Одинцов С. В.)

("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2013, N 12)

Текст документа

ОСПАРИВАНИЕ СДЕЛОК ДОЛЖНИКА: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ,

ДОКТРИНАЛЬНОЕ ТОЛКОВАНИЕ И ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА

С. В. ОДИНЦОВ

Одинцов Станислав Валерьевич, доцент кафедры гражданского и трудового права юридического факультета Российского университета дружбы народов, кандидат юридических наук (г. Москва).

В статье рассматривается один из эффективных правовых инструментов в делах о банкротстве, предоставляющий возможность оспаривания "подозрительных" сделок должника с целью пополнения конкурсной массы в результате возврата в нее ранее отчужденного имущества. Проведены сравнительно-правовые исследования как общих условий недействительности сделок, так и оснований для оспаривания сделок, совершенных должником. На базе нормативной и доктринальной классификации недействительных сделок анализируются актуальные проблемы судебно-арбитражной практики по делам о банкротстве, а также новеллы и тенденции развития отечественной цивилистики.

Ключевые слова: недействительные сделки, оспоримые сделки, подозрительные сделки, оспаривание сделок, Паулианов иск, конвалидации.

Challenging transactions debtor: comparative legal aspects doctrinal interpretation and practice

S. V. Odintsov

In the article one of the most effective instruments in the bankruptcy proceedings, which is to challenge "suspicious" transactions of the debtor in order to replenish the estate as a result of her return to the previously expropriated property. Conducted comparative legal studies as the general conditions of the invalidity of transactions, as well as the grounds for challenging the transactions made by the debtor. On the basis of normative and doctrinal classification of invalid transactions analyzed actual problems judicial practice bankruptcy and short stories and trends of domestic civil law.

Key words: invalid transactions, disputable transactions, suspicious transactions, contesting transactions, Actio Pauliana, convalidation.

Практически невозможно переоценить актуальность и значимость оспаривания сделок должника в делах о несостоятельности (банкротстве). Возможность оспаривания сделок должника является одним из эффективных правовых инструментов, который потенциально способствует пополнению конкурсной массы должника в результате возврата ранее отчужденного имущества. Неуклонное возрастание количества споров, рассматриваемых арбитражными судами по такой категории дел, подтверждает актуальность и правоприменительную значимость исследования вопроса о подозрительных сделках должника.

С целью всестороннего и наиболее подробного рассмотрения вопросов, связанных с процессом оспаривания сделок должника, представляется целесообразным посвятить этой теме ряд статей.

Начать следует с того, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными прежде всего в соответствии с положениями § 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Ничтожная сделка - это сделка, в силу закона являющаяся недействительной с момента заключения независимо от признания ее таковой судом. К ничтожным сделкам относятся:

- сделка, совершенная с целью, противной основам правопорядка и нравственности;

- мнимая сделка;

- притворная сделка;

- сделка, совершенная полностью недееспособным лицом (либо не достигшим 14-ти лет (малолетним);

- сделка, совершенная лицом, признанным недееспособным в судебном порядке;

- сделка, совершенная с нарушением требований законодательства о ее форме.

Ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения, не порождает каких-либо последствий для контрагентов так, если бы сделка и не была совершена. Иными словами, ничтожная сделка недействительна в результате своего совершения.

Однако на практике нередки случаи обращения заинтересованных лиц за судебной защитой с исковыми требованиями о признании недействительными сделок, которые в соответствии с положениями ГК РФ являются ничтожными. Еще в первые годы действия российского гражданского кодекса с целью уточнения различий недействительных сделок Постановлением совместного Пленума Верховного и Высшего Арбитражного судов Российской Федерации от 1 июля 1996 года N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" было установлено, что ГК РФ не исключает возможности предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки.

Отличие оспоримых сделок от ничтожных весьма существенно и состоит в том, кто и когда может предъявлять иски о признании сделки недействительной.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в ГК РФ и федеральных законах, а иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может предъявить любое заинтересованное лицо, чьи права и законные интересы нарушены вследствие совершения недействительной сделки и которое должно быть действительно материально заинтересовано в исходе дела. Например, в случае публичных торгов в связи с продажей предмета залога заинтересованными лицами считаются не только приобретатель, но и должник-залогодатель, взыскатель-залогодержатель, а также лица, по каким-либо причинам (основаниям) не допущенные к торгам, а в случае продажи с торгов дебиторской задолженности сам дебитор не признается заинтересованным лицом, так как перемена кредитора не меняет правового положения должника.

Срок исковой давности для ничтожных сделок составляет три года (со дня, когда началось исполнение этой сделки), а для оспоримых - лишь один год (со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной).

Оспоримая сделка является недействительной в силу решения суда при обращении к судебной форме защиты одним из участников такой сделки, чьи права и законные интересы могут быть потенциально нарушены при совершении недействительной сделки. К оспоримым сделкам относятся:

- сделка юридического лица, выходящая за пределы его правоспособности;

- сделка, совершенная лицом с ограниченными полномочиями;

- сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте 14 - 18 лет;

- сделка, совершенная лицом, ограниченным судом в дееспособности;

- сделка, совершенная лицом, неспособным понимать значение своих действий или руководить ими;

- кабальная сделка, совершенная под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств.

С одной стороны, ГК РФ устанавливается исчерпывающий перечень оснований признания оспоримой сделки недействительной, но при этом в Федеральных законах от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" и от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" содержатся иные основания:

- крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных законами об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его акционера (участника) общества;

- сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных законами об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его акционера (участника).

Аналогичный подход предусмотрен и Федеральными законами "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" и "О некоммерческих организациях". Согласно первому из указанных законов сделка, в совершении которой имеется заинтересованность руководителя унитарного предприятия и которая совершена с нарушением требований о порядке ее совершения, может быть признана недействительной по иску унитарного предприятия или собственника имущества унитарного предприятия, согласно второму сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением законодательных требований, может быть признана судом недействительной.

Небезынтересным и не только с теоретической точки зрения является проблематика возможности последующего подтверждения (одобрения) оспоримых сделок. В Принципах международных коммерческих договоров (УНИДРУА от 2004 года) содержится следующее положение: "Если сторона, которая вправе отказаться от договора, прямо или в подразумеваемом виде подтверждает договор после того, как начал течь период времени для уведомления об отказе от договора, отказ от договора не допускается" [11]. Следует отметить, что гражданское законодательство России не предусматривает возможности последующего подтверждения (одобрения) оспоримых сделок, а также возможности в некоторых случаях конвалидации ("исцеления") ничтожных сделок. Хотя добиться конвалидации (присутствующей в доктринах стран континентальной системы права со времен Римского права), то есть придания ничтожной сделке юридической силы с момента ее совершения, возможно и в России - в судебном порядке. Так, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения, то суд вправе по требованию исполнившей сделку стороны признать сделку действительной (п. 2 ст. 165 ГК РФ).

В настоящее время судебная практика по спорам о признании сделок недействительными (как ничтожными, так и оспоримыми) на основании соответствующих норм ГК РФ настолько повсеместно распространена, что нередко порождает злоупотребление правом, когда субъект осуществляет свое право на судебную защиту недобросовестно, а именно исключительно с намерением причинить вред другому лицу. Формирующаяся правоприменительная практика по делам о недействительности сделок явно свидетельствует о том, что действующее гражданское законодательство предоставляет возможность недобросовестным лицам оспаривать в суде практически любую сделку, что, в свою очередь, означает применение института недействительных сделок в противоречие с его подлинным назначением - поддержание стабильности гражданского оборота.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ содержатся требования, которые не допускают осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Недаром в Концепции по развитию гражданского законодательства Российской Федерации, сформированной на основании и в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 года N 1108, указывается на то, "что в настоящее время споры о признании сделок недействительными по различным основаниям приобрели массовый характер. Значительная часть этих споров инициируется недобросовестными лицами, стремящимися избежать исполнения принятых на себя обязательств".

Следующим проблемным моментом оспоримости сделок является выход за пределы правоспособности при заключении (совершении) сделки. Применение доктрины ultra vires (за пределами полномочий) в европейских странах было отменено Первой директивой Совета Европейского сообщества (ЕС) от 1968 года (68/151/EEC) [12], которая обязала имплементировать соответствующий подход в национальные законодательства стран - участниц ЕС.

В основном положения Гражданского кодекса Российской Федерации были смоделированы по западноевропейским образцам. Так, прототипом норм статьи 174 ГК РФ является Гражданский кодекс Нидерландов от 1992 года [13]. При применении норм этой статьи на практике возникали определенные проблемы, связанные с их толкованием. Например, в этой статье указано, что "сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях". Что за лицо, "в интересах которого установлены ограничения", и что в этом контексте означает "заведомо должна была знать"?

В целях обеспечения правильного и единообразного применения арбитражными судами статьи 174 ГК РФ Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации принял Постановление от 14 мая 1998 года N 9, согласно которому ограничения полномочий органа юридического лица устанавливаются учредительными документами (уставом) в интересах именно этого юридического лица. Соответственно, только оно и имеет право предъявить исковые требования о признании сделки недействительной вследствие ограничения полномочий на ее совершение. Иные же лица, в том числе участник(-и)/акционер(-ы) общества, могут предъявить такой иск лишь в случаях, прямо предусмотренных соответствующим законом.

Что касается "заведомости обладания информацией", то необходимо учитывать, что указанное обстоятельство входит в предмет доказывания по такого рода делам и в соответствии со статьей 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания этого обстоятельства возлагается на истца, заявившего иск о признании оспоримой сделки недействительной. Тем самым судебно-арбитражная практика перекладывает риск недобросовестности сделки на контрагента(-ов), что свойственно упомянутой доктрине ultra vires.

Целью признания сделки недействительной как способа судебной защиты гражданских прав является недопущение исполнения недействительной сделки, либо, если на момент предъявления иска сделка уже исполнена, применение последствий недействительности сделки. Иск о применении последствий недействительности в случае ничтожной сделки может предъявляться самостоятельно, а в случае оспоримой - только при наличии предварительного судебного решения о признании ее недействительной. С точки зрения практики правоприменения предъявление иска о признании недействительной исполненной сделки без предъявления требования о применении последствий недействительности такой сделки, как правило, свидетельствует об отсутствии у лица, предъявившего иск, законного интереса в оспаривании сделки и может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ последствия недействительности ничтожной сделки суд вправе применить по собственной инициативе. Такое право суд может реализовать как в процессе рассмотрения дела о признании сделки недействительной, так и в процессе рассмотрения любого другого дела, когда ответчик или иной участник процесса в качестве возражения заявляет о ничтожности сделки, на которой основаны требования истца.

Действующая редакция статьи 166 ГК РФ допускает либо иски о признании оспоримой сделки недействительной, либо иски о применении последствий недействительности ничтожной сделки. При этом у суда имеется возможность признавать ничтожную сделку недействительной без применения последствий ее недействительности, которое в таком случае становится предметом самостоятельных судебных разбирательств. Помимо иска о применении последствий, у заинтересованного лица появляется возможность подачи иных исков: о признании права собственности, о неосновательном обогащении, виндикации. Так, например, если предметом оспариваемой сделки являются акции (доли), принадлежащие акционеру (участнику) общества или самому обществу, то факт недействительности сделки может повлечь и обжалование различных корпоративных процедур этого общества.

Некоторые специалисты исходят из того, что применение последствий недействительности сделки является субъективным правом, принадлежащим непосредственно лицам, права и законные интересы которых защищаются путем обращения за судебной защитой. Соответственно, при отсутствии соответствующих исковых требований заинтересованного лица суд не должен обладать правом принятия последствия ничтожной сделки по собственной инициативе.

В правоприменении не следует забывать и о том, что недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Законодательный подход к регулированию недействительности сделок и применения последствий недействительности предсказуемо тождественен в странах Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества. Стоит отметить, что несколько большим отличием от российского и белорусского кодифицированных актов обладает Гражданский кодекс Республики Казахстан. Прежде всего следует обратить внимание на перечень лиц, указанных в статье 157 этого Кодекса, обладающих правом предъявить иск о признании сделки недействительной. Помимо заинтересованных лиц (права и законные интересы которых нарушены или могут быть нарушены в результате совершения указанной сделки), заявителем может быть также прокурор либо надлежащий государственный орган. Причем перечень лиц, имеющих право требовать признания ее недействительной, не закрытый - может дополняться кодексом или иными законодательными актами.

Приведенные в казахстанском Кодексе основания недействительности сделки также не исчерпывающи, и, помимо схожих подходов, в статье 159 указаны такие основания, как совершение сделки без получения необходимой лицензии либо после окончания срока действия лицензии, а также преследование цели недобросовестной конкуренции или нарушение требований деловой этики.

Что касается последствий недействительности, то, помимо restitutio, предусмотрена конфискация, если сделка была направлена на достижение преступной цели, и при наличии умысла у обеих сторон.

Порядок и основания оспаривания сделок должника в делах о несостоятельности (банкротстве) регулируются нормами конкурсного права.

Возможность, предоставившая кредиторам особые средства судебной защиты против неправомерных (недобросовестных) действий должника по оспариванию сделок, совершенных должником в целях причинения вреда, была заложена еще в Римском праве. Прочно вошедший в доктрину континентальной системы права Паулианов иск, названный так по имени претора Павла (Paulus), в несколько измененной форме и в настоящее время позволяет оспорить сделку лишь на том основании, что она совершена с намерением причинить ущерб кредиторам.

Согласно статье 1167 поныне действующего Гражданского кодекса Наполеона [15] Паулианов иск охраняет кредитора не от упущения должника, а от юридического действия, которое уменьшает имущество должника. Результатами предъявления Паулианова иска пользуются не все кредиторы, а лишь истец, добившийся признания юридического действия ничтожным. Только этот кредитор может включить в состав имущества, являющегося предметом общего залога, ту часть, которая была восстановлена в результате удовлетворения его иска.

Паулианов иск может быть предъявлен кредитором лишь для защиты его законных интересов, связанных с угрозой неплатежеспособности должника. Таким образом, целью предъявления Паулианова иска является предотвращение неплатежеспособности должника. Признание недействительным юридического действия, оспариваемого путем предъявления Паулианова иска, зависит (кроме тех случаев, когда речь идет о безвозмездных сделках) от недобросовестности лица, заключившего договор с должником. Если это лицо было добросовестным, то имущество, переданное по договору и вышедшее из состава имущества должника, не может быть изъято у приобретателя. Недобросовестность заключается в том, что это лицо знало, что в результате договора его контрагент может стать неплатежеспособным.

Рене Саватье в "Теории обязательств" приводит и такой возможный случай, когда "приобретатель, бывший соучастником недобросовестных действий должника, в свою очередь, отчуждает имущество новому добросовестному приобретателю возмездно. Этот последний также защищен против Паулианова иска. Однако выгода от предъявления иска не исчезает; она превращается только в требование о возмещении, поскольку недобросовестный приобретатель, в результате действий которого был причинен вред кредитору, обязан передать ему сумму, полученную от добросовестного приобретателя" [21].

Е. А. Васильев указывает на ретроактивные последствия открытия конкурсного производства, влекущие за собой период "подозрительности". В результате конкурсный управляющий имеет право опротестовать сделки, совершенные должником, в течение установленного в законе времени до открытия конкурсного производства. Так, согласно § 30 - 33 ранее действовавшего Германского конкурсного устава "конкурсный управляющий может оспорить: сделки, заключенные несостоятельным должником в ущерб или с намерением причинить ущерб конкурсным кредиторам после подачи ходатайства в суд или прекращения платежей, если контрагенту по такой сделке было известно о прекращении платежей или подаче ходатайства; сделки после прекращения платежей или подачи ходатайства, предоставляющие преимущества кому-либо из кредиторов; возмездные договоры, совершенные несостоятельным должником в течение года, предшествующего открытию конкурсного производства, со своими ближайшими родственниками и супругом; договоры дарения, совершенные должником в течение года до открытия конкурсного производства, за исключением тех, предмет которых является обычным подарком в известных случаях; договоры дарения в пользу супруга, совершенные в течение 2 лет до открытия конкурсного производства, и др." [20].

Регулированию этих вопросов посвящен третий раздел ныне действующего в Германии Положения от 5 октября 1994 года "О несостоятельности" [16]. В соответствии с базовой нормой этого Положения (ст. 129) "юридические действия, осуществленные до открытия дела о несостоятельности и ущемляющие права кредиторов, могут быть оспорены арбитражным управляющим". В рамках так называемого конгруэнтного обеспечения (ст. 130) могут быть оспорены юридические действия, в результате которых кредитору была обеспечена гарантия или предоставлено удовлетворение:

- если гарантия была обеспечена (удовлетворение предоставлено) в течение трех месяцев до подачи заявления об открытии дела о несостоятельности, при условии, что в момент совершения действия должник был неплатежеспособен, а кредитор знал об этом;

- если гарантия была обеспечена (удовлетворение предоставлено) после подачи заявления об открытии дела о несостоятельности и если кредитор в момент совершения действия знал о неплатежеспособности должника или о факте подачи заявления.

В случае так называемого инконгруэнтного обеспечения (ст. 131 Положения) могут быть оспорены юридические действия, в результате которых кредитору была обеспечена гарантия или предоставлено удовлетворение, на которые он не должен был претендовать или претендовать в таком виде либо в такое время:

- если действие было совершено в течение месяца, предшествовавшего подаче заявления об открытии дела о несостоятельности или после подачи такого заявления;

- если действие было совершено в течение второго или третьего месяцев до подачи заявления об открытии дела о несостоятельности, а должник в момент совершения действия был неплатежеспособен;

- если действие было совершено в течение второго или третьего месяцев, предшествовавших подаче заявления об открытии дела о несостоятельности, а должнику в момент совершения действия было известно, что оно наносит ущерб кредиторам.

Равным образом в суде могут быть оспорены преднамеренные действия должника, наносящие ущерб кредиторам. Правовые последствия таковы: то, что из имущества должника в результате оспариваемых действий было отчуждено, отдано, передано (с переходом права собственности), должно быть возвращено в конкурсную массу. Предписания в отношении неоправданного обогащения, при котором выгодоприобретатель знал о неправомерности своих действий, имеют ту же силу.

В англо-саксонской системе права возможность оспорить сделки должника основана на положениях правового института доверительной собственности (trust). Так, ликвидатор, будучи доверительным собственником (trustee), может оспорить сделку и потребовать передачи ему титула на имущество (прежде всего на объекты недвижимого имущества). Аналогичный подход, урегулированный в доктрине "возвратных отношений" (relation back principal), нашел отражение, например, в австралийском Законе от 1966 года "О банкротстве" [17].

В соответствии с § 544 - 549 американского Закона о банкротстве от 1978 года [18], вступившего в силу с 1 октября 1979 года и полностью заменившего Акт Нельсона от 1898 года, bankruptcy commissioner (соответствует понятию "арбитражный управляющий") способен оспорить сделки должника, совершенные в ущерб кредиторам в течение года до подачи ходатайства о признании должника банкротом.

В постсоветском правовом пространстве на законодательном уровне также закреплена возможность истребовать имущество должника, переданного до возбуждения дела о банкротстве. Например, Закон Республики Казахстан от 21 января 1997 года N 67 "О банкротстве" предоставляет возможность реабилитационному или конкурсному управляющему истребовать имущество, переданное в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве служащим (работникам), участникам хозяйственного товарищества, руководителю, а также супругу, родственникам по прямой нисходящей и восходящей линиям несостоятельного должника. При осуществлении своих полномочий реабилитационный или конкурсный управляющий вправе предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать иные действия, направленные на возврат имущества должника. Согласно казахстанскому закону в случае невозможности истребования имущества в связи с его утратой, порчей либо последующим его добросовестным приобретением третьими лицами первоначальные приобретатели истребуемого имущества несут ответственность перед должником по возмещению возникших в связи с этим убытков в пределах стоимости утраченного, испорченного либо добросовестно приобретенного третьими лицами имущества.

В основополагающем нормативном акте российского конкурсного права [8] указывается, что при невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.

Литература и информационные источники

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): Федеральный закон от 30 ноября 1994 года N 51-ФЗ (в редакции от 11 февраля 2013 года (с изменениями и дополнениями, вступившими в силу с 1 марта 2013 года)). Первоначальный текст документа см.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. N 32. Ст. 3301; Российская газета. 1994. N 238 - 239.

2. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 24 июля 2002 года N 95-ФЗ (в редакции от 30 декабря 2012 года). Первоначальный текст документа см.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 30. Ст. 3012; Российская газета. 2002. N 137.

3. Указ Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 года N 1108 "Концепции по развитию гражданского законодательства Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. 2008. N 29 (ч. 1). Ст. 3482; Российская газета. 2008. N 155.

4. Федеральный закон от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ "Об акционерных обществах".

5. Федеральный закон от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

6. Федеральный закон от 14 ноября 2002 года N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (в редакции от 3 декабря 2012 года). Первоначальный текст документа см.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 48. Ст. 4746; Российская газета. 2002. N 229.

7. Федеральный закон от 12 января 1996 года N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" (в редакции от 11 февраля 2013 года). Первоначальный текст документа см.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 3. Ст. 145; Российская газета. 1996. N 14.

8. Федеральный закон от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

9. Постановление совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Российская газета (Ведомственное приложение). 1996. N 151 и 152.

10. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 мая 1998 года N 9 "О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок" // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. N 7.

11. Принципы международных коммерческих договоров (УНИДРУА от 2004 года). URL: http://law. edu. ru/norm/norm. asp? normID=1259627&subID;=100121775,100121776.

12. Первая директива Совета Европейского сообщества от 1968 года (68/151/EEC). URL: http://eulaw. edu. ru/documents/legislation/corporate/first_1968.htm.

13. Гражданский кодекс Нидерландов от 1992 года. URL: http://www. dutchcivillaw. com/civilcodegeneral. htm

14. Гражданский кодекс Республики Казахстан // Ведомости Верховного Совета Республики Казахстан. 1994. N 23 - 24. URL: http://adilet. zan. kz/rus.

15. Французский гражданский кодекс от 1804 года, с изменениями до 1939 года / пер. с французского И. С. Перетерского. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1941. URL: http://www. legifrance. gouv. fr/content/download/1950/.../3/.../Code_22.pdf.

16. Германское право: Закон об общих условиях сделок, Закон об ответственности за недоброкачественную продукцию, Закон о праве собственности на жилье, Закон о чеках, Закон о векселях, Положение о несостоятельности / Науч. ред. Р. И. Каримуллин; введ. В. Бергмана. М.: Статут, 1999. Ч. 3.

17. Закон Австралии от 1966 года "О банкротстве". URL: http://www. comlaw. gov. au/Details/C2012C00173.

18. The Bankruptcy Reform Act of 1978. URL: http://www. lawreview. byu. edu/archives/1979/4/min. pdf.

19. Закон Республики Казахстан от 21 января 1997 года N 67 "О банкротстве" // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 1997. N 1 - 2. Ст. 7. URL: http://adilet. zan. kz/rus.

20. Гражданское и торговое право зарубежных государств / Под ред. Е. А. Васильева. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Международные отношения, 2005.

21. Саватье Р. Теория обязательств. Юридический и экономический очерк. М.: ПРОГРЕСС, 1972.

----- -------------------------------------------------------------

Название документа