Ограничение гражданских прав актами федеральных органов исполнительной власти (на примере ФСИН России)

(Мокшанов А. Г.) («Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление», 2012, N 4)

ОГРАНИЧЕНИЕ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ АКТАМИ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ОРГАНОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ (НА ПРИМЕРЕ ФСИН РОССИИ) <*>

А. Г. МОКШАНОВ

——————————— <*> Mokshanov A. G. The restriction of the civil rights by the acts of the federal bodies of executive power (on the example of the Federal Penitentiary Service of Russia).

Мокшанов Александр Геннадьевич, Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний.

В данной статье автор раскрывает проблематику ограничения гражданских прав актами органов исполнительной власти, рассматривая данную проблему на примере уголовно-исполнительной системы. В статье анализируется правомерность ограничений прав осужденных актами ФСИН России и целесообразность закрепления подобных норм в уголовно-исполнительном законодательстве.

Ключевые слова: ограничение гражданских прав, уголовно-исполнительное законодательство, ФСИН России, права осужденных.

In this article the author reveals problems of the restriction of the civil rights by the acts of the federal bodies of executive power considering this problem on the example of the penitentiary system. Lawfulness of the restriction of the rights of convicted by the acts of the Federal Penitentiary Service of Russia and expediency of fixation this kind of rules in penitentiary legislation are analyzed in the article.

Key words: restriction of the civil rights, penitentiary legislation, the Federal Penitentiary Service of Russia, rights of convicted.

Для современного, динамичного развивающегося Российского государства характерно наличие широкого спектра прав и обязанностей, закрепленных за человеком и гражданином, декларированных Конституцией РФ. Эти права в совокупности образуют правовой статус личности и в зависимости от объема этих прав можно судить о том, является ли государство правовым или существенным образом ограничивает права своих граждан. Вступление обвинительного приговора суда в законную силу всегда влечет для лица, в отношении которого он вынесен, определенные правовые последствия. Чаще всего эти последствия выражаются в правоограничениях, обусловленных сущностью назначенного наказания, и носят определенный, установленный в законе характер. Однако наряду с вышеуказанными правоограничениями проявляются и иные, не менее значимые, запреты и ущемления прав лица, в отношении которого исполняется уголовное наказание, которые регулируются гражданским законодательством. Общее количество лиц, в отношении которых исполняются уголовные наказания, претерпевающих в связи с этим гражданско-правовые ограничения, составляет, по официальным данным, около 1,4 млн. человек, без учета лиц, которым по приговору суда было назначено уголовное наказание в виде штрафа. Мера внешней свободы лица при осуществлении своего субъективного права не является неизменной и постоянной. Она меняется в зависимости от степени развития общества, особенностей формирования национального самосознания, уровня правовой культуры граждан и ряда других условий. При этом любое право имеет определенные границы, которые можно назвать естественными границами или пределами его осуществления. Возможность ограничения прав человека государством предусматривается как международными (например, Всеобщая декларация прав человека), так и национальными правовыми актами (например, Конституция РФ, Гражданский кодекс РФ, Земельный кодекс РФ). В случае когда гражданские права человека ограничиваются на основании закона, принято говорить о правомерном ограничении таких прав. Однако в контексте рассматриваемого вопроса стоит задуматься о том, можно ли считать ограничения, устанавливаемые уголовно-исполнительным законодательством, правомерными. В науке под правомерным ограничением прав и свобод человека и гражданина понимается такое ограничение, которое устанавливается федеральным законом, имеет как постоянный, так и временный характер, отвечает принципам справедливости, соразмерности, законности, обусловлено объективными причинами, имеет целью установление баланса интересов индивидуумов и общества в целом. Сама сущность ограничений состоит в том, чтобы затруднить осуществление лицом своих субъективных прав. Поэтому логично предположить, что они не могут выражаться в обязанности совершить какие-либо действия. По мнению В. П. Камышанского, правомерные ограничения не приводят к уменьшению субъективных прав. При наложении ограничений объем субъективных прав сохраняется. Однако их осуществление затрудняется в силу сужения возможностей реализации. Эти ограничения правомочий обусловлены тем, что третьим лицам передается только возможность реализации отдельных субъективных прав, но не сами права. С этой точкой зрения стоит согласиться потому, что в соответствии с Конституцией РФ ограничение субъективных прав допускается только на определенный срок и для определенных целей. Например, при изоляции осужденного и лишении его свободы осуществляется цель обеспечения безопасности как государства, так и самого общества, его интересов, в связи с повышенной опасностью лица. Сроком ограничения осуществления гражданских прав для данного лица будет являться срок исполнения наказания в виде лишения свободы, в течение которого на него налагаются санкции, затрудняющие осуществление некоторых гражданских прав. Но правовой статус осужденного полностью восстанавливается с момента отбытия им уголовного наказания. Тогда снимаются ограничения и субъект приобретает полную правоспособность. Таким образом, на вопрос о правомерности ограничений гражданских прав уголовно-исполнительным законодательством, на наш взгляд, можно ответить утвердительно. Основным нормативно-правовым актом, регулирующим порядок исполнения наказания, является Уголовно-исполнительный кодекс РФ. В данном нормативно-правовом акте содержатся как нормы, непосредственно регулирующие порядок исполнения наказаний, так и нормы, значительным образом ограничивающие возможность реализации осужденными своих гражданских прав (свобода передвижения, выбор места жительства и т. п.). Целью подобных ограничений является обеспечение осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, личная безопасность и т. д. Однако УИК РФ является не единственным нормативным актом, содержащим ограничения гражданских прав. В соответствии со ст. 4 УИК РФ федеральные органы исполнительной власти также имеют право принимать нормативные правовые акты по вопросам исполнения наказаний. Данные нормативные акты самым непосредственным образом затрагивают способы реализации осужденными лицами своих гражданских прав, а также налагают некоторые ограничения при их реализации. Так, в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденные в форме приказа Минюста. В качестве примера норм, ограничивающих круг гражданских прав осужденных, можно привести норму, которая запрещает осужденным продавать, покупать, дарить, принимать в дар, отчуждать иным способом в пользу других осужденных либо присваивать продукты питания, предметы и вещества, находящиеся в личном пользовании (п. 15 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений). Однако само закрепление вышеуказанных норм в подзаконных нормативных актах противоречит положению ч. 2 ст. 1 ГК РФ, в соответствии с которой ограничение гражданских прав допустимо только на основании норм, установленных федеральным законом. Данное положение обнажает несоответствие положений ч. 2 ст. 1 ГК РФ и ст. 4 УИК РФ. По нашему мнению, федеральные органы исполнительной власти некомпетентны в издании подобных актов, а соответственно, данные акты не должны иметь юридической силы в той части, в которой они ограничивают гражданские права. Практика издания федеральными органами исполнительной власти актов, которые могут ограничивать гражданские права, не находит применения в зарубежных правовых системах с различными формами государственного устройства. Так, Конституция ФРГ устанавливает в ст. 19 исключительную компетенцию законодателя в издании актов, на основании которых могут ограничиваться гражданские права: «Основное право может быть ограничено законом или на основе закона, такой закон должен иметь общее действие, а не распространяться на отдельный случай. Ни в каком случае не может затрагиваться существенное содержание основного права». В Конституции Польши 1997 г. находим: «Ограничения пользования конституционными свободами и правами могут устанавливаться только в законе и только в том случае, когда они необходимы в демократическом государстве для его безопасности или публичного порядка либо для охраны окружающей среды, здоровья и публичной нравственности». В правовой системе США возможность ограничения гражданских прав лиц, которые подвержены уголовному наказанию, делегирована законодательным органам каждого из штатов, которые издают соответствующий закон. Правила исполнения наказания также закреплены законодательством штата, и никакие федеральные органы не вправе изменить, дополнить либо издать свой акт, который регулировал бы данный вопрос. Таким образом, акты, содержащие нормы, которые в той или иной мере ограничивают гражданские права лиц, в отношении которых исполняется уголовное наказание, должны приниматься исключительно в форме федерального закона, а никак не в форме актов федеральных органов исполнительной власти, некомпетентных в данном вопросе. Это позволит устранить коллизию между ч. 2 ст. 1 ГК РФ и уголовно-исполнительным законодательством, приблизиться к европейским стандартам соблюдения прав человека, придать ограничениям гражданских прав легальный характер.

——————————————————————