Установление происхождения детей при применении искусственных методов репродукции человека

(Бурмистрова Е. В.) («Семейное и жилищное право», 2013, N 2) Текст документа

УСТАНОВЛЕНИЕ ПРОИСХОЖДЕНИЯ ДЕТЕЙ ПРИ ПРИМЕНЕНИИ ИСКУССТВЕННЫХ МЕТОДОВ РЕПРОДУКЦИИ ЧЕЛОВЕКА <*>

Е. В. БУРМИСТРОВА

——————————— <*> Burmistrova E. V. Establishment of an origin of children at application of artificial methods of a reproduction of the person.

Бурмистрова Екатерина Владимировна, помощник судьи Солнцевского районного суда г. Москвы, аспирант кафедры авторского права, смежных прав и частноправовых дисциплин ФГБОУ ВПО Российской государственной академии интеллектуальной собственности, советник юстиции 3 класса.

В данной статье автор рассматривает проблемы, связанные с установлением происхождения детей, рожденных с помощью применения искусственных методов репродукции человека, в России и анализирует опыт зарубежных государств, таких, как США, Белоруссия и Украина, в правовом регулировании данной сферы. Также автор статьи предлагает внести некоторые изменения в российское семейное законодательство в рассматриваемой сфере для его совершенствования.

Ключевые слова: вспомогательные репродуктивные технологии, происхождение детей, генетические родители, суррогатная мать, семейное право.

In this article the author considers the problems connected with establishment of an origin of children, the artificial methods of a reproduction of the person given rise by means of application in Russia and analyzes experience of the foreign states, such as the USA, Belarus and Ukraine in legal regulation of this sphere. Also the author of article suggests to make some changes in the Russian family legislation in the considered sphere, for its improvement.

Key words: reproductive technology applicaition, origin of children, genetic parents, surrogate mother, family law.

Рождение ребенка — важное событие в жизни мужчины и женщины, давших ребенку жизнь <1>. В силу ст. 47 Семейного кодекса Российской Федерации (далее по тексту — СК РФ) права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке <2>. Под термином «происхождение детей» имеется в виду их кровное (биологическое) происхождение от определенных мужчины и женщины, зарегистрированное с соблюдением установленного порядка <3>. Таким образом, именно от родителей зависит не только фамилия, имя и отчество ребенка, но и все факторы, определяющие его судьбу, — физическое, психическое и нравственное развитие ребенка, осуществление, охрана и защита его субъективных прав, условия его жизни, его здоровье и образование <4>. ——————————— <1> Пчелинцева Л. М. Семейное право России: Учеб. для вузов. 6-е изд., перераб. М.: Норма; Инфра-М, 2010. С. 253. <2> Статья 47 Семейного кодекса Российской Федерации от 29 дек. 1995 г. N 223-ФЗ // РГ. 1996. 27 янв. <3> Пчелинцева Л. М. Указ. соч. С. 253. <4> Михайлова И. А. Законодательство, регламентирующее установление происхождения детей, нуждается в корректировке // Вопросы ювенальной юстиции. 2009. N 2.

В настоящее время широко распространилось использование вспомогательных репродуктивных технологий. Это порождает новые правовые проблемы, связанные в т. ч. с установлением происхождения детей. Особенно остро данный вопрос встает при применении суррогатного материнства. Принимая во внимание то, что в России бесплодие супружеских пар составляет около 15 — 20% <5>, а благодаря использованию методов вспомогательных репродуктивных технологий родилось уже более 3 миллионов детей <6>, вопросы правового регулирования суррогатного материнства затрагивают достаточно широкий круг лиц. ——————————— <5> Дронова Ю. А. Что нужно знать о суррогатном материнстве? М.: Городец, 2007. С. 5. <6> Новоселова Е. Мама на девять месяцев // РГ. 2006. 8 дек.

Учитывая это, неудивительно, что данному правовому институту посвящено большое количество научных работ. Так, целый ряд теоретических и практических проблем, возникающих при регулировании суррогатного материнства, был рассмотрен А. А. Пестриковой, сформулировавшей довольно интересные выводы относительно субъектного состава данного обязательства, правовой сущности договора о суррогатном материнстве, содержания субъективных прав и обязанностей участников данного договора <7>. ——————————— <7> Пестрикова А. А. Обязательства суррогатного материнства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2007. С. 7 — 9.

Правовые проблемы суррогатного материнства исследуются и другими авторами, такими, как Е. С. Резник, А. В. Майфат, Е. Щучкина, М. Н. Малеина. Однако до настоящего времени так и не определен единый подход к решению наиболее важной и наиболее сложной проблемы, имеющейся в законодательной регламентации и практическом применении данного института. В данном случае речь идет о норме, закрепленной в ст. 51 Семейного кодекса РФ. В соответствии с указанным положением законодательства лица, состоящие в браке и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ребенка только с ее согласия <8>. Иными словами, если суррогатная мать отказывается дать такое согласие, она указывается органами загса как мать новорожденного. Это влечет за собой возникновение у суррогатной матери имущественных и личных неимущественных прав и обязанностей в отношении выношенного ею ребенка. ——————————— <8> Статья 51 Семейного кодекса Российской Федерации от 29 дек. 1995 г. N 223-ФЗ // РГ. 1996. 27 янв.

Как представляется, это положение не может быть признано абсолютно справедливым, поскольку таким образом нарушаются права и законные интересы генетических родителей, заключивших договор о суррогатном материнстве с женщиной, согласившейся на процедуру по вынашиванию ребенка. Данная законодательная норма оценивается в современной литературе неоднозначно. Например, М. В. Антокольская утверждает, что Семейный кодекс закрепил весьма удачное решение сложной с моральной точки зрения проблемы <9>. Такого же мнения придерживается Л. М. Пчелинцева, считающая, что правило, предусмотренное ст. 51 Семейного кодекса РФ, носит принципиальный характер и направлено на объективный учет интересов всех лиц с учетом накопленного опыта разрешения таких проблем в зарубежных государствах. Это объясняется тем, что в процессе вынашивания эмбриона между ним и суррогатной матерью возникает особая биологическая и эмоциональная связь, которая даст о себе знать только после рождения ребенка <10>. Именно это является основанием для учета интересов суррогатной матери при фиксации родителей ребенка. ——————————— <9> Антокольская М. В. Семейное право: Учеб. Изд. 2-е, перераб. и доп. М.: Юристъ, 2002. С. 184. <10> Пчелинцева Л. М. Указ. соч. С. 284.

Схожая позиция высказана и в исследовании Е. Щучкиной, которая, отстаивая приоритет суррогатной матери в решении вопроса об установлении происхождения ребенка, утверждает, что потенциальные заказчики должны учитывать при заключении договора возможность того, что после рождения ребенка он не будет им передан. Особое недоумение вызывает то, что автор называет суррогатную мать биологической, а генетических родителей ребенка — заказчиками <11>. Данное утверждение представляется не подтвержденным действующим законодательством, поскольку в силу ст. 55 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что «суррогатная мать не может быть одновременно донором яйцеклетки» <12>. Иными словами, суррогатная мать в данном случае выступает в качестве лица, которое вынашивает ребенка. Никакой кровнородственной связи между ними нет, в отличие от существующей связи с генетическими родителями. ——————————— <11> Михайлова И. А. Указ. соч. <12> Пункт 10 ст. 55 Федерального закона от 21 нояб. 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // Парламентская газета. 2011. 24 нояб. — 1 дек.

Иная позиция изложена у М. Н. Малеиной и А. В. Майфата. Так, по мнению М. Н. Малеиной, «родителями ребенка должны признаваться супруги, являющиеся заказчиками и предоставившие генетический материал, т. к. биологическое родство определяется именно им, а не вынашиванием ребенка» <13>. Солидарен с такой позицией и А. В. Майфат, который утверждает, что «решение, предложенное в законе, является неверным как не отвечающее интересам всех заинтересованных участников процесса суррогатного материнства, и прежде всего лиц, ожидающих ребенка» <14>. ——————————— <13> Малеина М. Н. Человек и медицина в современном мире. М.: БЕК, 1995. С. 99. <14> Майфат А. В. Суррогатное материнство и иные формы репродуктивной деятельности в новом Семейном кодексе Российской Федерации // Юридический мир. 2000. N 2. С. 24.

Данный подход к проблеме поддержан и рядом зарубежных стран. Так, согласно ст. 52 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье, матерью ребенка, рожденного суррогатной матерью, признается женщина, заключившая с суррогатной матерью договор суррогатного материнства. Отцом ребенка, рожденного суррогатной матерью, признается супруг женщины, заключившей с суррогатной матерью договор суррогатного материнства <15>. Аналогичная норма предусмотрена и в Семейном кодексе Украины (ст. 123 и 136) <16>. Судебная практика ряда штатов США также защищает права генетических родителей. Так, в 1993 г. Верховный Суд штата Калифорнии вынес решение о том, что юридическими родителями ребенка, рожденного с помощью метода суррогатного материнства, являются супруги, заключившие договор на вынашивание ребенка с заменяющей матерью <17>. ——————————— <15> Статья 52 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье от 9 июля 1999 г. N 278-З [Электронный ресурс]. URL: www. pravo. by. <16> Статьи 123, 136 Семейного кодекса Украины [Электронный ресурс]. URL: www. ubc. ua. <17> Айвар Л. К. Правовое положение суррогатного материнства в России [Электронный ресурс]. URL: www. to-1.ru.

Представляется, что закрепление в законодательстве Российской Федерации права суррогатной матери оставить себе выношенного и рожденного ею ребенка может привести к злоупотреблению имеющимися у нее правовыми возможностями. Не следует забывать и то, что данная ситуация может нанести серьезную моральную травму генетическим родителям ребенка. Однако в семейном законодательстве Российской Федерации нравственные страдания генетических родителей ребенка по какой-то причине считаются менее значимыми, чем решение женщины, которая на выгодных для себя условиях вполне осознанно приняла функции по вынашиванию и рождению чужого для нее ребенка <18>. ——————————— <18> Михайлова И. А. Указ. соч.

Не следует забывать и то, что решение не передавать ребенка биологическим родителям зачастую вызвано корыстными мотивами, желанием получить дополнительное вознаграждение. Для юридической оценки данной ситуации следует учитывать и то, что суррогатная мать дает письменное информированное согласие на медицинское вмешательство <19>. Таким образом, она заранее знает о последствиях своего шага. ——————————— <19> Пункт 10 ст. 55 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ.

В настоящее время суррогатная мать, по существу, решает, кто будет являться родителями новорожденного. Тем самым законодатель охраняет интересы только одного участника возникших правоотношений <20>. ——————————— <20> Михайлова И. А. Указ. соч.

Рассматриваемая законодательная норма, с одной стороны, ставит под угрозу существующий брак генетических родителей, т. к. в России одной из частых причин расторжения брака является отсутствие в семье ребенка. С другой стороны, нарушаются права и законные интересы самого ребенка, предусмотренные Семейным кодексом, в частности право ребенка знать своих родителей, право на их заботу о нем, право на совместное проживание с ними <21>. ——————————— <21> Статья 54 Семейного кодекса Российской Федерации от 29 дек. 1995 г. N 223-ФЗ // РГ. 1996. 27 янв.

Кроме того, ни в семейном, ни в гражданском законодательстве не решена проблема, связанная с возложением на суррогатную мать ответственности за отказ от добровольно принятого ею решения по передаче ребенка генетическим родителям. По мнению Л. К. Айвар, «штрафные санкции, взыскание расходов с недобросовестной стороны, возмещение морального вреда и другие материальные возмещения должны быть существенными…» <22>. Однако их введение не в полной мере позволит исключить злоупотребления данным правом, т. к. договор о суррогатном материнстве, как правило, заключается с женщинами с невысоким уровнем дохода и взыскание денежной компенсации с них представляется проблематичным. Кроме того, очевидно, что ни одна денежная компенсация не сможет заменить долгожданного ребенка генетическим родителям. ——————————— <22> Айвар Л. К. Правовая защита суррогатного материнства // Адвокат. 2006. N 3. С. 17.

Учитывая это, как представляется, разрешение данной коллизии заключается в отказе от законодательного закрепления права суррогатной матери оставить выношенного ребенка у себя. Только таким образом указанная ситуация будет приведена в логическое соответствие с действующим законодательством, в настоящее время не в полной мере учитывающим права семьи, желающей обрести ребенка с помощью суррогатной матери.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *