Особенности процедуры привлечения адвоката к ответственности

(Дабижа Т. Г.) («Адвокат», 2012, N 9) Текст документа

ОСОБЕННОСТИ ПРОЦЕДУРЫ ПРИВЛЕЧЕНИЯ АДВОКАТА К ОТВЕТСТВЕННОСТИ

Т. Г. ДАБИЖА

Дабижа Татьяна Григорьевна, аспирантка Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ.

В статье Т. Г. Дабижа рассматривается процессуальный порядок привлечения адвоката к уголовному и дисциплинарному видам ответственности, обосновываются предложения по совершенствованию особого порядка производства по уголовным делам, а также дисциплинарного производства в отношении адвоката.

Ключевые слова: адвокат; привлечение адвоката к ответственности; процессуальный порядок; привлечение к уголовной ответственности; привлечение к дисциплинарной ответственности.

Features of the procedural order of the lawyer’s prosecution T. G. Dabizha

In the article of the postgraduate student of the Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation T. G. Dabizha the procedural order of the criminal and disciplinary prosecution of the lawyer is considered. The author submits and substantiates proposals to improve the special procedure in criminal cases and disciplinary procedure against the lawyer.

Key words: lawyer; prosecution of the lawyer; procedural order; criminal prosecution; disciplinary prosecution.

Особый процессуальный порядок привлечения адвоката к юридической ответственности обусловлен рядом причин и обстоятельств. Согласно пункту 3 статьи 123 Конституции РФ и статье 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон при разделении функций обвинения и защиты. При данном подходе прокурор, поддерживающий сторону обвинения, а также участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения выступают в качестве процессуального противника адвоката. Адвокатская деятельность в силу возложенных на нее задач по охране прав и законных интересов граждан призвана противостоять государственно-властной структуре в лице правоохранительных органов. Включив адвоката в перечень лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам (ст. 447 УПК РФ), законодатель признает гарантию неприкосновенности адвоката. Указанная гарантия направлена прежде всего на защиту адвоката от необоснованных посягательств со стороны должностных лиц, в том числе правоохранительных органов, выражающихся в попытках применить механизм привлечения к уголовной ответственности в качестве способа давления на адвоката. Значение гарантии неприкосновенности адвоката в виде установления особого порядка производства по уголовным делам содержится в Определении Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 г. N 392-О, постановившего, что данный порядок имеет своей целью обеспечение беспрепятственного исполнения указанными лицами своих профессиональных либо иных обязанностей, их независимости и самостоятельности, а также исключение попыток необоснованного привлечения к уголовной ответственности; повышенные гарантии неприкосновенности этих лиц обусловлены их особым правовым статусом и являются важным условием защиты публичных интересов, связанных с характером выполняемых ими профессиональных функций <1>. ——————————— <1> Определение Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 г. N 392-О «По запросу Верховного Суда Республики Карелия о проверке конституционности пункта 9 части первой, частей второй и третьей статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // http://www. consultant. ru.

Если вопросы привлечения к уголовной ответственности находятся в исключительной компетенции органов государства, то для наступления дисциплинарной ответственности для адвоката государственное принуждение не обязательно. Более того, вопросы привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности отнесены к исключительному ведению органов адвокатского самоуправления, что само по себе является дополнительной гарантией, обеспечивающей неприкосновенность адвоката при осуществлении профессиональной деятельности и независимости адвокатуры, осуществляющей дисциплинарное производство в отношении своих членов без влияния со стороны как государственно-властных органов, так и третьих лиц. В философском понимании ответственность представляет собой следствие и практическое выражение свободы. Там, где нет свободы выбора, возможности поступить иначе, там не может быть и ответственности за совершенный поступок. Там, где есть право действовать, неизбежна и ответственность за совершаемый поступок. Ответственность существует в форме самых различных общественных регуляций. Выделяют следующие виды ответственности: нравственную и правовую, духовную и материальную, индивидуальную и коллективную <2>. ——————————— <2> Ноговицын О. М. Ступени свободы. Логико-исторический анализ категории свободы. Изд. Ленинградского университета, 1990. С. 3 — 5.

В теории права четкой и единой позиции относительно определения юридической ответственности не существует ввиду ее многостороннего и многоаспектного понимания различными авторами. Уяснить сущность юридической ответственности представляется возможным через выделение ее характерных признаков. Так, юридическая ответственность является одной из форм государственно-принудительного воздействия на правонарушителей; применяется специально уполномоченными на то государственными или иными органами; состоит в применении предусмотренных законом санкций, являющихся мерами ответственности; налагается в установленном законом процессуальном порядке <3>. ——————————— <3> Женина М. А. Источники правового регулирования привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. 2008. N 6. С. 28.

В зависимости от характера совершенного правонарушения адвокат может являться субъектом уголовной, административной, гражданской и дисциплинарной ответственности. Каждый из перечисленных видов ответственности характеризуется собственными составами правонарушений. Ввиду неразработанности составов, где субъектом является адвокат, определение материального аспекта ответственности ложится на плечи правоприменителя, и при одних и тех же условиях применяемые меры ответственности будут различаться. Механизм, регулирующий ответственность, подвержен изменению, и меры ответственности будут определяться в каждом конкретном случае на основании практического опыта. Действует так называемая нераспределенная санкция. Попытки исследовать и научно разработать различные виды составов правонарушений, где субъектом выступает адвокат, неоднократно предпринимаются на страницах юридической литературы. Данные вопросы относятся к сфере рассмотрения материального права. В настоящей работе автор остановится на проблемах процессуального характера, существующих в рамках процедур привлечения адвоката к уголовной и к дисциплинарной ответственности. Процессуальный порядок привлечения адвоката к уголовной ответственности имеет свои особенности, обусловленные особым правовым статусом адвоката, и направлен на создание системы гарантий деятельности адвоката. Согласно статье 447 УПК РФ адвокат входит в число лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам. Одна из таких особенностей заключается в определении должностного лица, которое вправе возбуждать уголовное дело, и процессуальном порядке возбуждения, предусматривающего дополнительные гарантии от необоснованного привлечения к уголовной ответственности. С 2002 г. по 2010 г. в статью 448 УПК РФ о порядке возбуждения уголовного дела в отношении адвоката и порядке привлечения его в качестве обвиняемого законодателем вносились изменения шесть раз! До 2003 г. действовал усложненный порядок, предусматривающий двухступенчатую систему защиты от незаконного привлечения адвоката к уголовной ответственности. Данный порядок заключался в возбуждении уголовного дела прокурором на основании заключения судьи. Прокурор выносил «представление о даче заключения о наличии в действиях лица (адвоката) признаков преступления». Судья рассматривал вынесенное представление на предмет установления подсудности, а также исследовал его содержание. Рассмотрение судом представления происходило в присутствии лица, в отношении которого было вынесено представление. Так, при рассмотрении представления прокурора о наличии в действиях адвоката Р. признаков преступления, предусмотренного частью 1 ст. 306 УК РФ, суд отложил рассмотрение заключения в связи с неявкой адвоката Р. <4>. При этом постановление о возбуждении уголовного дела уполномоченным на то прокурором могло быть принято лишь после вступления указанного заключения судьи в законную силу. Заключение судьи о наличии в действиях адвоката признаков преступления как необходимого условия для возбуждения уголовного дела являлось важной гарантией по охране особого правового статуса адвоката от необоснованных посягательств. ——————————— <4> Фадеева Е. И. Особенности возбуждения уголовного дела в отношении прокурора, следователя и адвоката // Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики: Актуальные проблемы юридической науки. Материалы V юбилейной международной научно-практической конференции. Ч. 4. Тольятти: ВУиТ, 2008. С. 170; см. Материал проверки N 10-1-03 // Архив Чамзинского районного суда Республики Мордовия. 2003.

В 2007 г. в результате проведенной реформы был сделан первый и важный шаг, направленный на обособление следственного аппарата прокуратуры от самих прокуроров, а в перспективе — на создание единого вневедомственного следственного органа, в равной мере независимого и от органов прокуратуры, и от органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, и от дознания <5>. Отделение прокуратуры от следствия придало особую значимость фигуре руководителя следственного органа. Право на возбуждение уголовного дела в отношении адвоката было передано руководителю следственного органа по району, городу, выносящего решение на основании заключения судьи. По мнению первого заместителя председателя Комитета Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству В. С. Груздева, уровень принятия решений о возбуждении такого рода уголовных дел был неоправданно занижен <6>. ——————————— <5> Победкин А. В., Калинин В. Н. Процессуальная регламентация предварительного расследования в результате реформы // Гражданин и право. 2007. N 11. С. 74. <6> Груздев В. С. Адвокат под статьей // Российская газета. 2009. N 4928 (104).

С 2008 г. перестает действовать двухступенчатая система защиты, предусматривающая наличие заключения судьи на возбуждение уголовного дела в отношении адвоката. В 2009 г. вносятся поправки, согласно которым возбуждать уголовное дело против адвокатов смогут чины высокого ранга — руководители следственного органа Следственного комитета при прокуратуре РФ по субъекту РФ. В 2010 г. в результате отделения Следственного комитета от прокуратуры действующая норма выглядит следующим образом: «Решение о возбуждении уголовного дела в отношении лица, указанного в части первой статьи 447 настоящего Кодекса, либо о привлечении его в качестве обвиняемого принимается: в отношении адвоката — руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации». Данные изменения прокомментировал Е. В. Семеняко: «В порядке возбуждения уголовных дел в отношении адвокатов произошли изменения. При всем позитиве новой нормы по сравнению с ранее действующей принципиальными их назвать нельзя. Возбудить уголовное дело в отношении адвоката отныне может только руководитель следственного органа, что вовсе не ограждает защитников от ведомственного произвола, поскольку руководство в большинстве ситуаций, как правило, солидаризуется со своими подчиненными. Ситуация могла бы выглядеть иначе, если бы санкцию на возбуждение уголовного дела в отношении адвоката давал прокурор. Федеральная палата адвокатов передавала соответствующие предложения законодателям. Возобладала иная точка зрения» <7>. ——————————— <7> Семеняко Е. В. Адвокат под статьей // Российская газета. 2009. N 4928 (104).

Привлечение адвоката к уголовной ответственности не влечет приостановление статуса адвоката, поскольку адвокат должностным лицом не является и, следовательно, нормы статьи 114 УПК РФ на него распространяться не будут. Факт возбуждения уголовного дела в отношении адвоката не входит в перечень оснований приостановления его статуса согласно пункту 1 ст. 16 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Если бы решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката влекло приостановление его статуса, то должностное лицо, вынесшее данное решение, косвенно наделялось правом по приостановлению статуса адвоката, что могло бы влечь различного рода злоупотребления. Такой подход противоречил бы пункту 4 ст. 16 указанного Закона, постановившему, что решение о приостановлении статуса адвоката принимает совет адвокатской палаты субъекта, а также нарушал бы принцип независимости адвокатуры путем вмешательства в решение вопросов, находящихся в исключительном ведении органов адвокатского сообщества. Гарантии прав адвоката в случае привлечения к уголовной ответственности вряд ли достаточны. Специфика правового статуса адвоката не всегда понимается лицами, ведущими уголовный процесс, а ведь попирание прав адвокатов угрожает основам конституционного строя Российской Федерации, гарантирующего каждому право на получение квалифицированной юридической помощи и право пользоваться помощью адвоката (ст. 48 Конституции РФ). Еще в 1987 г. Г. П. Падва высказал предложение ввести норму, обязывающую согласовывать вопрос о привлечении адвоката к ответственности с президиумом коллегии адвокатов, без согласия которого привлечение адвоката к ответственности не должно иметь место. Такая норма усилит профессиональную независимость адвоката и возможность осуществления им более принципиальной и последовательной защиты интересов своего клиента <8>. При существующем процессуальном порядке, когда заключение судьи на возбуждение уголовного дела в отношении адвоката не требуется, а точнее, законодательно отменено, предложенная Г. П. Падвой дополнительная гарантия выглядит особенно актуально. ——————————— <8> Падва Г. П. Об укреплении процессуальных гарантий независимости адвоката // Адвокатура и современность. М.: ИГиП АН СССР, 1987. С. 82.

Предлагается осуществить передачу права возбуждать уголовное дело в отношении адвоката от руководителя следственного органа Следственного комитета РФ по субъекту прокурору. Необходимость данного изменения обусловлена тем, что существующий порядок создает основу для внепроцессуального давления органов следствия на адвоката, в то время как у прокурора, в отличие от следователей (независимо от их ведомственной принадлежности), отсутствуют побудительные мотивы для использования рассматриваемого полномочия с целью внепроцессуального воздействия на участников предварительного расследования. Адвокату необходимо обладать иммунитетом от юрисдикции только того органа, в ведении которого находится дело, по которому адвокат осуществляет защиту. В настоящее время этим органом является орган следствия. Таким образом, передача полномочия органу более высокого правового статуса, уполномоченному возбуждать уголовные дела в отношении адвокатов, будет способствовать повышению гарантий независимости адвокатов. На основе приведенных доводов также предлагается возвратиться к двухступенчатой системе защиты, предусматривающей наличие заключения судьи на возбуждение уголовного дела в отношении адвоката. В качестве альтернативного варианта возможно прибегнуть к системе, предусматривающей наличие согласия либо заключения совета адвокатской палаты субъекта о наличии в действиях адвоката признаков уголовно наказуемого деяния, после принятия которого возможно вынесение решения о возбуждении уголовного дела уполномоченным лицом. Существуют противоположные суждения относительно выдвинутых выше предложений. Так, норму, предусматривающую наличие заключения судьи на возбуждение уголовного дела в отношении специальных субъектов, считает избыточной, в частности, Верховный Суд РФ, внесший предложения о соответствующих поправках в УПК РФ. Авторы поправок исходят из того, что суд по определению устанавливает чью бы то ни было виновность или невиновность. А если же суд заранее, до начала процесса, дает «заключение», то он фактически становится на сторону обвинения <9>. ——————————— <9> Хамраев В., Сенаторов Ю. Синдром приобретаемого иммунитета // Коммерсантъ. 2009. 22 янв.

В противовес указанному суждению можно привести следующие доводы. «Основанием для возбуждения уголовного дела является не преступление как юридический факт, а «достаточные данные, указывающие на признаки преступления» (п. 2 ст. 140 УПК РФ). Вполне возможно, что эти данные не соответствуют действительности и уголовное дело или уголовное преследование будут прекращены. Именно принцип презумпции невиновности не позволяет отождествлять обвиняемого с виновным, считать человека преступником лишь в силу того, что на него пало подозрение и ему предъявлено обвинение» <10>. Исходя из указанного суждения, заключение судьи на возбуждение уголовного дела в отношении адвоката не предрешает его виновность, а лишь выступает дополнительной гарантией его обоснованного и законного привлечения к уголовной ответственности. ——————————— <10> Стецовский Ю. И., Ларин А. М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту / Отв. ред. В. П. Кашепов. М., 1988. С. 53.

А. В. Карцев отмечает: «…наличие неприкосновенности в случае совершения указанными лицами (специальными субъектами) преступления порой приводит к фактической невозможности привлечения виновных к уголовной ответственности… что влечет нарушение прав граждан, потерпевших от незаконных действий данных субъектов» <11>. ——————————— <11> Карцев А. В. Иммунитеты от уголовного преследования // Уголовный процесс. 2006. N 7. С. 28.

По нашему мнению, наделение неприкосновенностью адвокатов в виде применения к ним особого порядка возбуждения уголовного дела не мешает привлечению их к ответственности за совершенные ими преступления и не создает обстановки безнаказанности за неправомерные действия, не поощряя таким образом злоупотребления с их стороны. При предложенном подходе прокурор, а также суд сохраняют за собой право воспрепятствовать незаконной деятельности адвоката. Объем полномочий обвинительных, а также судебных органов не сокращается. Дисциплинарная ответственность адвоката возникла в результате появления специальных норм адвокатской этики, базирующихся на традициях адвокатуры, и наступала в результате нарушения адвокатом данных норм, разработанных и принятых всем адвокатским сообществом и закрепленных в нормативных правовых актах различного правового уровня. Подобное нарушение норм адвокатской этики квалифицируется как дисциплинарный проступок. Процессуальный порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности содержится во втором разделе Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов в 2003 г., и в принятом Советом ФПА в 2006 г. «Порядке рассмотрения и разрешения обращений в адвокатских образованиях и адвокатских палатах субъектов Российской Федерации». В Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» правовое регулирование привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности отсутствует, что ослабляет результат деятельности органов, осуществляющих дисциплинарное производство. Субъектом дисциплинарного надзора являются квалификационная комиссия и Совет адвокатской палаты, членом которой состоит адвокат. В советский период российского государства данным субъектом выступал Президиум коллегии адвокатов. По праву считается, что «товарищеская форма суда в нравственном отношении может быть как самая благотворная, но вместе с тем и самая тяжелая» <12>. Наделение правом по решению вопросов дисциплинарной ответственности лиц, не состоящих в адвокатском сообществе, является проявлением недоверия к адвокатуре и нарушением Россией принятых на себя обязательств по соблюдению основ международного и европейского права. Согласно Рекомендации Комитета министров Совета Европы «О свободе осуществления профессии адвоката» от 25 октября 2000 г. дисциплинарное производство против адвоката должно находиться в ведении беспристрастных дисциплинарных комиссий, образованных самой адвокатурой. Подобное положение закреплено в статье 24 «Стандартов независимости сообщества юристов», принятых МАЮ в Нью-Йорке в 1990 г., и статье 28 «Основных принципов, касающиеся роли юристов», принятых восьмым Конгрессом ООН в 1990 г. Профессиональное объединение, разрабатывая свои правила, наиболее заинтересовано в их действии и охране. Правила должны применяться самим объединением и его выборными органами. Президент, правительство, парламент не вправе указывать общественным объединениям и их органам, как разрешить то или иное дисциплинарное дело <13>. Надзор за деятельностью адвоката неуместен как на стадии судебного разбирательства со стороны прокурора, так и на стадиях досудебного производства со стороны органов, осуществляющих уголовное преследование, иначе такое положение ставит адвоката в прямую зависимость, нарушая принцип равноправия и состязательности сторон в ходе осуществления судопроизводства. «Ни следствие, ни суд не вправе в процессуальных документах фиксировать неисполнение (ненадлежащее исполнение) адвокатом своих обязанностей перед подзащитным, если только адвокат участвует в судопроизводстве и не отказывается от защиты, по собственной инициативе выходя из дела» <14>. ——————————— <12> Карабчевский Н. П. Как я стал адвокатом. Около правосудия. СПб., 1902. С. XXXVII. <13> Стецовский Ю. И. Указ. соч. С. 389, 390. <14> Резник Г. М. Почему на адвоката-защитника нельзя налагать денежное взыскание? // Российская юстиция. 2003. N 8. С. 14.

Существующая процедура дисциплинарного производства вызывает ряд замечаний и нареканий среди специалистов. Дисциплинарное производство возбуждается президентом адвокатской палаты субъекта РФ и проходит две стадии в виде разбирательства в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта РФ и разбирательства в Совете адвокатской палаты субъекта РФ. Независимо от того, установит квалификационная комиссия в поведении адвоката нарушение или нет, вынесенное ею заключение поступает в Совет. Совет принимает решение либо о прекращении дисциплинарного производства, либо о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности <15>. В отличие от Франции, где производство может быть прекращено еще председателем коллегии адвокатов, и Бельгии, где президент коллегии адвокатов уполномочен прекратить дисциплинарное производство (подробнее см. ниже). Данное обстоятельство обусловлено тем, что на указанных лиц распространяется обязательство по проведению расследования относительно наличия или отсутствия вины адвоката, в то время как на президента адвокатской палаты субъекта РФ распространяется обязательство лишь по рассмотрению жалобы на предмет ее формальной допустимости, без назначения дополнительных проверок. Квалификационная комиссия исследует только те доказательства, которые представлены участниками дисциплинарного производства, и лишь по их просьбе может запросить дополнительные сведения и документы, на которые участники ссылаются в подтверждение своих доводов. В случае если истцом выступает государственно-властный орган, обладающий всей необходимой доказательственной базой, то необходимости по сбору дополнительной информации может и не потребоваться. В ситуациях, где истцом выступает доверитель, наблюдается противоположная ситуация, так как в ряде случаев основная масса доказательств сосредоточена у объекта обвинения — адвоката. Весьма показателен опыт европейских стран — Франции, Бельгии, где закон предписывает проведение самостоятельного расследования органом адвокатского самоуправления, с привлечением следователей, специалистов по сбору доказательств. В связи с этим предлагается наделить органы, осуществляющие дисциплинарное производство в отношении адвоката, полномочием по самостоятельному инициированию и проведению расследования, направленному на обнаружение как обвинительных, так и оправдательных доказательств, закрепив указанное полномочие в пункте 2 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката. ——————————— <15> Карпова Т. М. Ответственность адвоката — юридическая ответственность специального субъекта // Адвокатская практика. 2011. N 1. С. 30.

В пункте 2 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» содержится норма о том, что за неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную этим Законом, в то время как норм, раскрывающих виды подобной ответственности, данный Закон не содержит. Возможны два варианта решения подобной ситуации, заключающиеся либо в указании отсылки на статью 18 Кодекса профессиональной этики адвоката (предусматривающую такие меры дисциплинарной ответственности, как замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката), либо в отдельном регламентировании мер дисциплинарной ответственности в самостоятельной главе Федерального закона об адвокатуре. Об отсутствии в Федеральном законе регламентирования мер ответственности адвоката отрицательно высказывались В. А. Вайпан, Р. Г. Мельниченко, М. А. Женина. Рядом авторов вносятся предложения о дополнительных мерах дисциплинарной ответственности, таких как принудительное приостановление статуса адвоката, частичное приостановление статуса адвоката (в виде запрета заниматься определенным видом адвокатской деятельности), принудительное повышение квалификации, запрет адвокату занимать выборные должности в органах адвокатского самоуправления <16>, «иные меры, установленные Собранием (конференцией) соответствующей адвокатской палаты». Безусловным, как нам представляется, является установление запрета на применение к адвокату мер процессуального принуждения, таких как привод и денежное взыскание. Исключение из пункта 2 ст. 111 УПК РФ формулировки о том, что они могут быть применены к «другим участникам уголовного судопроизводства», и уточнение перечня лиц, к которым могут быть применены указанные меры, разрешило спорный вопрос и подтвердило невозможность применения данных мер к адвокату. Таким образом, адвокат наделен уголовно-процессуальным иммунитетом. В связи с этим предложения Е. В. Тугушевой по наделению следователей и дознавателей правом применять к адвокатам меры процессуального принуждения неправомерны сразу по двум основаниям. Во-первых, в силу конституционного принципа равенства и состязательности судопроизводства такие лица, как следователь и дознаватель, не наделены правом дисциплинарного производства в отношении адвоката, а во-вторых, меры процессуального принуждения (привод, наложение денежного взыскания) не применимы к адвокатам в силу положений закона <17>. ——————————— <16> Мельниченко Р. Г. Виды мер профессиональной ответственности адвокатов // Адвокатская практика. 2011. N 1. С. 23, 24. <17> Тугушева Е. В. Ответственность адвоката как участника уголовного судопроизводства // Вестник Саратовской государственной академии права. 2007. N 2. С. 175, 176.

Вопросы, касающиеся апелляции на решение совета адвокатской палаты в части определения субъекта апелляционной инстанции и его полномочий, также не находят однозначного ответа в законе. Точная формулировка пункта 2 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката сообщает следующее: «Решение совета адвокатской палаты по дисциплинарному производству может быть обжаловано адвокатом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в трехмесячный срок со дня, когда ему стало известно или он должен был узнать о состоявшемся решении». Утверждение о том, что суд выступает в качестве апелляционной инстанции на решение совета адвокатской палаты, лишь косвенно вытекает из данной формулировки закона. В данной норме также не содержится объект, подлежащий обжалованию. Теоретически судебному пересмотру может подлежать либо решение в полном объеме, либо только на предмет соблюдения процессуального порядка рассмотрения дела. Точное определение объекта обжалования позволяет судить о степени вмешательства такого органа, как суд, в дисциплинарные полномочия органов адвокатуры, что служит барометром гарантий ее независимости в решении данного вопроса. Возможность обжалования решения совета адвокатской палаты субъекта РФ в органы Федеральной палаты адвокатов РФ законодательством и Кодексом профессиональной этики адвоката не предусмотрена. Во Франции председатель коллегии адвокатов наделен полномочиями по рассмотрению и исследованию поданных на адвоката жалоб, при этом им инициируется расследование с привлечением следователей, специалистов для сбора доказательств о предполагаемых фактах дисциплинарного нарушения с последующей их передачей в дисциплинарный орган. Органом, обладающим юрисдикцией по рассмотрению дисциплинарных правонарушений адвокатов, является Дисциплинарный совет. Он создается в пределах юрисдикции каждого апелляционного суда, за исключением Парижа, где учрежден собственный Дисциплинарный совет. Это обусловлено тем, что половина адвокатов Франции числится в реестре Парижской коллегии адвокатов, поэтому она имеет свои правила, адаптированные к ее большим размерам <18>. Дисциплинарный совет правомочен вынести предупреждение, выговор; временный запрет на занятие адвокатской деятельностью, который не может превышать трех лет; исключение из числа адвокатов или лишение почетного статуса, звания <19>. Дисциплинарный орган может также, в качестве дополнительного наказания, придать огласке любое наложенное дисциплинарное взыскание. Решение, вынесенное Дисциплинарным советом, может быть обжаловано в апелляционном суде. Слушания, где рассматриваются дела о дисциплинарной ответственности адвоката, проводятся в торжественной форме, в присутствии пяти судей, облаченных в красные одежды. Таким образом, можно заключить, что решения такого органа адвокатского самоуправления Франции, как Дисциплинарный совет, находятся под контролем судьи. ——————————— <18> Закон от 31 декабря 1971 г. «О судебных и юридических профессиях» с поправками Закона от 11.02.2004 «О внесении изменений в положение о судебных и юридических профессиях» (Loi N 2004-130 du 11 fevrier 2004 // Journal Officiel de la Republique Francaise 12 fevrier 2004. P. 2847). <19> Постановление Премьер-м инистра Франции от 27.11.1991 N 91-1197, ст. 184 (Du decret 91-1197 du 27 novembre 1991, article 184) // www. legifrance. gouv. fr.

В Бельгии процессуальный порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности изложен в Судебном кодексе Бельгии, принятом 10 октября 1967 г. <20>. Данный порядок немного схож с французским, предусматривает двухступенчатую систему рассмотрения дисциплинарного производства органами адвокатского самоуправления Бельгии. Первоначально жалоба подлежит рассмотрению президентом коллегии адвокатов, обладающим юрисдикцией по рассмотрению жалоб в отношении адвокатов своей коллегии. Далее на основании обзора дисциплинарного материала им принимается решение об отклонении жалобы ввиду ее необоснованности, малозначительности деяния либо о предании адвоката Дисциплинарному совету с приложением мотивированного решения. В Бельгии действует три Дисциплинарных совета: Дисциплинарный совет в Брюсселе, ответственный за юристов из баров (коллегий адвокатов) Брюсселя и Нивель; Дисциплинарный совет Льеж, компетентный в отношении юристов из баров Арлон, Динан, Эйпен, Зуй, Льеж, Марке, Намюр, Вервье и Нешато; Дисциплинарный совет Монс, компетентный в отношении юристов из баров Шарлеруа, Монс и Турне. ——————————— <20> Судебный кодекс Бельгии (Code Judiciaire) от 10.10.1967 // http://www. juristax. be.

В компетенцию Дисциплинарного совета входит проведение открытого слушания и вынесения дисциплинарной санкции — предупреждения, выговора, приостановления статуса адвоката до одного года или дисквалификации из числа членов адвокатов. Перечень санкций установлен в статье 460 Судебного кодекса Бельгии. Вынесенное решение подлежит обжалованию в Дисциплинарный апелляционный совет Брюсселя, но для бельгийских баров такой случай является крайне редким. Рассмотренный процессуальный порядок привлечения адвоката к уголовному и к дисциплинарному видам ответственности содержит в себе дополнительные гарантии неприкосновенности адвокатов для беспрепятственного осуществления ими возложенных на них обязанностей. Такими гарантиями служат предусмотренные УПК РФ особенности при производстве уголовных дел о преступлениях, совершенных адвокатами, и в исключительной компетенции органов адвокатского самоуправления применять к адвокатам меры дисциплинарной ответственности. Предложенные в данной работе изменения, заключающиеся в передаче прокурору права возбуждать уголовное дело в отношении адвоката, введении двухступенчатой системы привлечения адвоката к уголовной ответственности, предусматривающей наличие заключения судьи на возбуждение уголовного дела либо заключения совета адвокатской палаты субъекта о наличии в действиях адвоката признаков преступления, а также внесении изменений в процедуру привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности в виде ее законодательного закрепления в Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», наделении органов, осуществляющих дисциплинарное производство в отношении адвоката, полномочием по самостоятельному инициированию и проведению расследования, направленного на обнаружение доказательств совершенного адвокатом дисциплинарного проступка, конкретизации и уточнении порядка обжалования решения совета адвокатской палаты по дисциплинарному производству, направлены на укрепление гарантии неприкосновенности адвокатов, создание условий беспрепятственного осуществления ими своих обязанностей, а также исключение возможности необоснованного привлечения адвокатов к ответственности. Будучи дополнительными средствами, предотвращающими произвол в отношении указанных лиц, такие средства позволяют адвокатам в полной мере использовать имеющийся в их распоряжении арсенал законных приемов и средств для выполнения своих профессиональных функций и не опасаться при этом быть незаконно подвергнутым как уголовному, так и дисциплинарному преследованию <21>. ——————————— <21> Мамаев И. Н. Особенности производства уголовных дел в отношении прокурора, следователя и адвоката // Обеспечение законности в российском уголовном судопроизводстве: Материалы Международной научно-практической конференции (Саранск, 7 — 8 декабря 2006 г.). Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2006. С. 257, 258.

Библиография

Груздев В. С. Адвокат под статьей // Российская газета. 2009. N 4928 (104). Женина М. А. Источники правового регулирования привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. 2008. N 6. Закон от 31.12.1971 «О судебных и юридических профессиях» с поправками Закона от 11.02.2004 «О внесении изменений в положение о судебных и юридических профессиях» (Loi N 2004-130 du 11 fevrier 2004 // Journal Officiel de la Republique Francaise 12 fevrier 2004. P. 2847). Карабчевский Н. П. Как я стал адвокатом. Около правосудия. СПб., 1902. Карпова Т. М. Ответственность адвоката — юридическая ответственность специального субъекта // Адвокатская практика. 2011. N 1. Карцев А. В. Иммунитеты от уголовного преследования // Уголовный процесс. 2006. N 7. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту / Отв. ред. В. П. Кашепов. М., 1988. Мамаев И. Н. Особенности производства уголовных дел в отношении прокурора, следователя и адвоката // Обеспечение законности в российском уголовном судопроизводстве. Материалы Международной научно-практической конференции (Саранск, 7 — 8 декабря 2006 г.). Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2006. Мельниченко Р. Г. Виды мер профессиональной ответственности адвокатов // Адвокатская практика. 2011. N 1. Ноговицын О. М. Ступени свободы. Логико-исторический анализ категории свободы / Изд. Ленинградского университета, 1990. Определение Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 г. N 392-О «По запросу Верховного Суда Республики Карелия о проверке конституционности пункта 9 части первой, частей второй и третьей статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // http://www. consultant. ru. Падва Г. П. Об укреплении процессуальных гарантий независимости адвоката // Адвокатура и современность. М.: ИГиП АН СССР, 1987. Победкин А. В., Калинин В. Н. Процессуальная регламентация предварительного расследования в результате реформы // Гражданин и право. 2007. N 11. Постановление Премьер-министра Франции N 91-1197 от 27.11.1991. Ст. 184 (Du decret 91-1197 du 27 novembre 1991, article 184) // www. legifrance. gouv. fr. Резник Г. М. Почему на адвоката-защитника нельзя налагать денежное взыскание? // Российская юстиция. 2003. N 8. Семеняко Е. В. Адвокат под статьей // Российская газета. 2009 N 4928 (104). Стецовский Ю. И. Становление адвокатуры в России. М.: Волтерс Клувер, 2010. Судебный кодекс Бельгии (Code Judiciaire) от 10.10.1967 // http://www. juristax. be. Тугушева Е. В. Ответственность адвоката как участника уголовного судопроизводства // Вестник Саратовской государственной академии права. 2007. N 2. Фадеева Е. И. Особенности возбуждения уголовного дела в отношении прокурора, следователя и адвоката // Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики: Актуальные проблемы юридической науки. Материалы V юбилейной международной научно-практической конференции. Ч. 4. Тольятти: ВУиТ, 2008. Хамраев В., Сенаторов Ю. Синдром приобретаемого иммунитета // Коммерсантъ. 2009. 22 янв.

——————————————————————

Название документа