Частноправовые средства стимулирования рождения детей

(Филиппова С. Ю.) («Семейное и жилищное право», 2013, N 1) Текст документа

ЧАСТНОПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА СТИМУЛИРОВАНИЯ РОЖДЕНИЯ ДЕТЕЙ <*>, <1>

С. Ю. ФИЛИППОВА

——————————— <*> Filippova S. Yu. Private-law means of birth rate stimulation. <1> При информационной поддержке СПС «КонсультантПлюс».

Филиппова Софья Юрьевна, доцент кафедры коммерческого права и основ правоведения МГУ имени М. В. Ломоносова, кандидат юридических наук.

В настоящей статье рассматриваются вопросы применения частноправовых средств стимулирования рождения детей, рассматриваются возможные изменения в законодательстве для предполагаемого улучшения ситуации в данной сфере.

Ключевые слова: семейное право, материнский капитал, стимулирование рождаемости, демография.

The present article concerns the issues of application of private-law means in stimulation of birth rate, considers the possible legislative changes for the proposed improvement in the said sphere.

Key words: family law, maternity capital, stimulation of birth rate, demography.

Необходимость решения демографической проблемы остро стоит перед Российским государством. На это обращал внимание в своих актах и посланиях Президент В. В. Путин <2>. Утверждена Концепция демографической политики Российской Федерации на период до 2025 г., где одной из задач указывается увеличение рождаемости <3>. Разрабатывается и внедряется комплекс мероприятий, призванных стимулировать рождаемость, часть которых направлена на имущественное стимулирование рождения ребенка государством (установление и неуклонное повышение размера материнского капитала, увеличение размера пособия по беременности и родам и пр.), а часть — на улучшение социального положения женщины (создание условий для совмещения женщинами обязанностей по воспитанию детей с трудовой деятельностью, организация профессионального обучения женщин, находящихся в отпуске по уходу за ребенком, и пр.). В итоге в настоящее время стимулирование рождаемости фактически целиком ложится на государство. Между тем государственное стимулирование деторождения нельзя считать достаточно эффективным, несмотря на затраченные на него организационные и материальные ресурсы <4>. С сожалением вынуждены констатировать, что государственная демографическая политика Российской Федерации малоэффективна. Заметим, что отечественная государственная демографическая политика в целом аналогична системе мероприятий, разработанных и внедренных в государствах Европы, причем, по статистическим данным, ситуация в России в этом плане еще более благоприятна, чем в среднем в Европе, где суммарный коэффициент рождаемости составляет 1,48 (в сравнении с 1,6 в России <5>), несмотря на несомненно лучшее качество жизни в Европе <6>. Это наводит на мысль, что государственных мер поддержки рождаемости недостаточно, они не оказывают должного стимулирующего воздействия на субъектов. ——————————— <2> См., напр.: Указ Президента РФ от 7 мая 2012 г. «О мерах по реализации демографической политики Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2012. N 19. Ст. 2343. <3> Указ Президента РФ от 9 октября 2007 г. N 1351 // Собрание законодательства РФ. 2007. N 42. Ст. 5009. <4> См.: Мишекурин В. Ю. Современные возможности терапии соматических заболеваний молодых женщин в контексте биомедицинской этики // Медицинское право. 2012. N 3. С. 18 — 24. <5> По данным Федеральной службы государственной статистики. URL: http://www. gks. ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/population/demography/b273bf80446245b682bcb26964b99b0f. <6> См., напр.: Калинкина М. Ю. Инновационные подходы социальной и демографической политики: Швеция, Швейцария, Бельгия, Австрия // Международное публичное и частное право. 2010. N 4. С. 39 — 42; Прокофьева В., Дмитриева О. и др. Недетская помощь. Как в других государствах стимулируют рост рождаемости // Российская газета. 2010. 2 декабря.

Очевидно, что на сегодня нельзя считать допустимым заимствование собственного военного и послевоенного опыта принуждения к рождению детей путем установления налога «на бездетность», который был обязателен для всех бездетных мужчин от 20 до 50 и женщин от 20 до 45 лет <7>. Также крайне сомнительны перспективы предлагаемого в литературе использования запрета и ограничения абортов как реального механизма, который мог бы привести к увеличению рождаемости <8>. Скорее эффектом внедрения такового будет существенное ухудшение женского здоровья, увеличение женской смертности вследствие криминальных абортов, увеличение числа брошенных детей, что очевидно не является надлежащим способом решения проблемы. ——————————— <7> См.: Указ Президиума Верховного Совета СССР от 21 ноября 1941 г. «О налоге на холостяков, одиноких и бездетных граждан СССР» // Ведомости ВС СССР. 1941. N 42. <8> См.: Силуянова И. В., Яковлев В. В. Правовые аспекты демографической проблемы в России // Медицинское право. 2010. N 3. С. 3 — 5.

Семейное право — отрасль частного права, а значит, воздействие на субъектов частных отношений может оказывать не только государство, но и другие субъекты частного права, стимулируя рождение детей с помощью актов саморегулирования. Этот аспект проблемы никогда не подвергался серьезному научному изучению, и вообще категория «правовое средство» в семейно-правовой науке практически не используется. Нами в течение нескольких последних лет разрабатывается инструментальный подход как особое направление, предполагающее переосмысление цели юридической науки и ставящее основной своей задачей подыскание правовых возможностей для удовлетворения потребностей субъектов. Правильно построенная система правового регулирования стимулирует субъектов совершать действия, полезные для общества, и решать задачи, стоящие перед государством, путем присвоения рекомендованных правом правовых средств для решения своих личных задач (достижения собственных правовых целей) <9>. Ранее мы уже обращались к вопросу о возможности с помощью гражданско-правовых средств достигать правовые цели в сфере семейного права <10>. ——————————— <9> См. об этом: Филиппова С. Ю. Частноправовые средства организации и достижения правовых целей. М., 2011. <10> См.: Филиппова С. Ю. Гражданско-правовые средства достижения цели построения семьи путем фактических брачных отношений // Семейное и жилищное право. 2010. N 3. С. 3 — 7.

Этот регулятор отношений в области деторождения фактически не исследуется в юридической литературе. Стоит заметить, что в Концепции демографической политики РФ на период до 2025 г. о таком способе стимулирования рождаемости даже не упоминается. Представляется, что целесообразна разработка научно обоснованного механизма стимулирования рождаемости с помощью договорных инструментов и последовательное внедрение его в правореализационную деятельность. На сегодня, без внесения каких-либо изменений в существующие нормативные правовые акты, стимулирование рождения ребенка может производиться с помощью ряда правовых средств, к которым относятся следующие. 1. Заключение договора с суррогатной матерью. Развитие вспомогательных репродуктивных технологий названо одним из направлений решения демографической проблемы в Концепции демографической политики РФ на период до 2025 г., однако само по себе развитие медицины в сфере репродукции недостаточно для широкого применения имеющихся технологий. Большая часть проблем, связанных со стимулированием рождения детей таким способом, кроется в серьезных просчетах в правовом регулировании отношений суррогатного материнства, и в частности в явно избыточном императивном регулировании частноправовых по своей природе отношений, при котором необоснованно сужается сфера применения суррогатного материнства, родители ребенка остаются практически незащищенными от произвола суррогатной матери, что не приводит к необходимому государству распространению этого способа рождения детей. По своей природе договор с суррогатной матерью, как нам представляется, может быть квалифицирован как договор возмездного оказания услуг, поскольку его предметом является не имеющая овеществленного результата деятельность суррогатной матери по вынашиванию и рождению ребенка, которая очевидно носит личный характер и не может быть отделена от исполнителя (суррогатной матери), хотя этот вопрос является дискуссионным в литературе <11>. При таком подходе его регулирование осуществляется одновременно нормами главы 39 ГК РФ, нормами ст. 51 Семейного кодекса, ст. 55 ФЗ от 21 ноября 2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», что накладывает отпечаток на содержание этого договора. Стимулирование рождения ребенка здесь осуществляется путем встречного предоставления в виде денег суррогатной матери, которая вынашивает ребенка по заданию его родителей. Использование данного договора, с одной стороны, приводит к рождению ребенка, который в противном случае не был бы рожден (ввиду состояния здоровья родителей ребенка, иных причин), в свою очередь суррогатная мать — женщина детородного возраста, способная родить собственного ребенка, не имеет желания, возможности для его вынашивания и рождения, в связи с этим заключение такого договора позволяет родиться ребенку, который в противном случае не родился бы. А таким образом этот договор исходя из цели его заключения можно расценить как направленный на стимулирование рождения ребенка. Основной проблемой при применении этого договорного правового средства является крайняя незащищенность биологических родителей ребенка, давших согласие на имплантацию их эмбриона другой женщине, заключивших с ней договор и оплативших услугу. В соответствии с п. 4 ст. 51 Семейного кодекса РФ, п. 5 ст. 16 ФЗ «Об актах гражданского состояния» запись родителями этих лиц производится только с согласия суррогатной матери. Кроме того, в литературе отмечают целый ряд морально-этических проблем, связанных с применением данного договора (неэтичность торговли женской природной способностью к деторождению, возникновение моральных травм для всех участников правоотношения, обесценивание понятия материнства и пр.) <12>. Вместе с тем в этом, как и в ряде других случаев, следует сопоставлять потенциальный вред и ожидаемую пользу от применения правового средства. На одной чаше весов — возможность рождения желанного здорового ребенка, который в противном случае не был бы рожден, а на другой — гипотетические угрозы нравственности и морали. Реальную угрозу составляет только слабая защищенность кровных родителей ребенка, заключивших договор с суррогатной матерью. Вместе с тем для достижения цели стимулирования рождаемости этот риск не имеет значения — ребенок будет рожден и в любом случае не окажется брошенным — на него претендуют даже больше, чем необходимо, родителей. Таким образом, основная цель стимулирования рождения решается. Что же касается спора между кровными родителями и суррогатной матерью, то законодательное решение в пользу социального родства, исходящее из того, что между суррогатной матерью и выношенным ребенком за девять месяцев беременности установились фактические отношения, во многом более значимые, чем отношения кровные (привязанность), является объяснимым и правильным. Вместе с тем понятно и нежелание кровных родителей терять связь с собственным ребенком, на дело вынашивания и рождения которого они затратили денежные средства, здоровье и моральные переживания. Как видится, самым простым выходом, с учетом того, что проблема разрешения споров между фактическими и кровными родителями с развитием репродуктивных технологий будет приобретать все большее распространение, было бы законодательное расширение числа возможных равноправных родителей ребенка до пяти (два донора половых клеток, суррогатная мать, супруги-заказчики). Традиционная семья с непременно двумя родителями в настоящее время не отвечает современным реалиям. Как видится, в данном случае мораль, право и устои мешают решению проблемы, стоящей перед государством, не позволяют субъектам достигать их правовых целей. ——————————— <11> Борисова Т. Е. Суррогатное материнство в Российской Федерации: проблемы теории и практики. М., 2012; Митрякова Е. С. Правовое регулирование суррогатного материнства в России. Дис. канд. юрид. наук. Тюмень, 2007. С. 81. <12> См.: Борисова Т. Е. Указ. соч.

2. Составление условного завещания. Допустимость составления завещаний под условием, при наступлении которого соответствующее завещательное распоряжение вступает в силу, является дискуссионной в юридической литературе <13>, однако прямого запрета действующие положения Гражданского кодекса не содержат. Существующая в настоящее время теория условий в сделке исходит из того, что таковым можно рассматривать только обстоятельство, наступающее без воли сторон сделки и заинтересованных лиц. В отношении рождения цивилистическая доктрина сформировала четкое понимание такового в качестве события — то есть обстоятельства, не зависящего от воли человека, а поэтому рождение ребенка, несомненно, может рассматриваться как соответствующее требованиям, предъявляемым к условиям. Основная дискуссия в отношении содержания завещания сводится к недопустимости ограничивать завещанием конституционные права граждан. Представляется, что установление в качестве условия перехода определенного имущества в порядке наследственного правопреемства к наследнику рождения им ребенка не ограничивает конституционных прав наследника. Таким образом, в настоящее время законодатель допускает установление в завещании в качестве условия наследования определенного имущества рождение ребенка или даже установление количества рожденных детей, которое дает лицу право наследования по завещанию. Следует стимулировать завещателей к включению подобного рода завещательных распоряжений в том числе с помощью правового воспитания, разъяснительной работы через СМИ и пр. ——————————— <13> См. об этом: Долинская В. В. Наследственное право Российской Федерации. М., 2002. С. 25; Барщевский М. Ю. Если открылось наследство. М., 1989. С. 61; Жаркова Г. И. Проблема действительности условных завещаний // Бюллетень нотариальной практики. 2004. N 5. С. 45; Девицын М. Ю. О недопустимости условных завещаний // Наследственное право. 2009. N 1.

3. Заключение договора о фактическом сожительстве. Приводятся данные, что на 2000 г. каждый четвертый ребенок рождался вне брака <14>, сегодня ситуация фактического сожительства стала еще более распространенной. В настоящее время фактическое сожительство не регулируется ни семейным, ни гражданским законодательством, что нельзя признать нормальным с учетом степени распространения этого явления. Специалисты в области семейного права негативно оценивают фактические брачные отношения, отмечают неустойчивый характер данного социального образования и указывают на необходимость стимулирования заключения зарегистрированного брака. Несоответствие научных рекомендаций реальным потребностям приводит к тому, что огромный ресурс фактических браков, в которых могут рождаться так необходимые стране для развития дети, оказывается неиспользованным. Вместе с тем в фактических браках состоит огромное число женщин репродуктивного возраста, физиологические возможности которых для рождения детей должны быть востребованы и использованы. В настоящее время сложилась тенденция все более позднего заключения брака в органах загса, вызванная увеличением социальных ожиданий от статуса, образования, профессии, дохода, имущественного положения будущих супругов, в связи с чем снижается общий период состояния в браке лиц репродуктивного возраста. Очевидно, что стимулирование рождения детей должно проводиться и в группе женщин, не состоящих в зарегистрированном браке. Уклонение науки семейного права от разработки эффективных правовых средств для этой категории граждан необоснованно и нуждается в преодолении. Для сравнения, 5 марта 2007 г. были существенно расширены возможности регулирования фактических брачных отношений в Гражданском кодексе Франции (Кодексе Наполеона), где признается возможность заключения договора о совместной жизни, а также легализовано фактическое сожительство, кроме того, в ст. 342 ГК Франции иск о взыскании материальной помощи ребенку, в отношении которого отцовство не установлено на основании презумпции отцовства мужа матери, может быть предъявлен независимо от установления происхождения к любому лицу, с которым мать ребенка имела связь в установленный законом период (от 180 до 300 дней до рождения ребенка) <15>. Преодоление зависимости между установлением брачных отношений и рождением детей — в настоящее время насущная потребность. До изменения законодательства, которого в ближайшее время ожидать не приходится в силу уже упомянутого стойкого неприятия фактических брачных отношений семейно-правовой наукой, несмотря на объективную реальность, усиливаются возможности использования гражданско-правового договора простого товарищества (о совместной деятельности) для регламентации отношений между сожителями, в том числе в части стимулирования рождения детей. Поскольку отношения из данного договора регулируются только положениями Гражданского кодекса и нормы Семейного кодекса к нему не применяются, специфика цели такого договора не находит отражения в правовом регулировании, что усиливает значение договора как правового средства согласования правовых целей сторон, планирования их общей деятельности. В частности, в контексте рассматриваемого вопроса допустимо в таком договоре устанавливать принятие отцом будущего ребенка обязательств в отношении содержания фактической сожительницы на период ее беременности и в течение определенного срока после рождения ребенка, аналогичные установленным законом правам жены на содержание в период беременности. Алиментные права самого ребенка нет необходимости регламентировать этим соглашением — в соответствии с отечественным семейным законодательством алиментные права ребенка не зависят от состояния его родителей в браке между собой, а связаны с установлением происхождения ребенка от родителей. В этом договоре также допустимо устанавливать имущественные последствия рождения ребенка в виде предоставления его матери определенного имущества в собственность. О форме и порядке заключения такого договора мы писали ранее <16>. Еще раз подчеркнем, что, к сожалению, в настоящее время возможности такого договора как правового средства стимулирования рождения детей не использованы. ——————————— <14> См.: Борисова Т. Е. Указ. соч. <15> См.: Гражданский кодекс Франции (Кодекс Наполеона) / Пер. с фр. В. Н. Захватаевой. М., 2012. <16> См.: Филиппова С. Ю. Указ. соч.

4. Установление специальных условий гражданско-правовых договоров с третьими лицами на случай рождения ребенка. Одним из наиболее известных является кредитный договор, условия которого были разработаны и предложены банком «Уралсиб», предлагавшим заемщикам снижение процентной ставки по кредиту при рождении в течение срока действия кредитного договора ребенка, причем количество таких снижений процентной ставки не ограничивалось, а значит, чем больше детей родится у заемщика в период действия договора, тем меньше окажется выплата по нему <17>. В одном из предложений Сберегательного банка России и банка «ВТБ 24» существовала возможность предоставления отсрочки внесения процентов при рождении ребенка <18>. Такие условия договора являются частноправовым средством стимулирования рождения ребенка в нашем понимании. Кредитор, включающий подобное условие в договор, тем самым расширяет круг потребителей своего финансового продукта. Так, заместитель председателя правления этого банка И. Филатов отмечает, что, по их оценкам, «более 700 тыс. российских семей планируют приобрести квартиры при помощи ипотеки в ближайшие год-два. Аналогичная акция, проведенная нами весной этого года, доказала востребованность программы, которая призвана сделать ипотеку более доступной для семейного человека. Поэтому мы расширили предложение, распространив условия акции не только на готовое, но и на строящееся жилье» <19>, а по мнению Д. Яременко, «это прекрасная социальная инициатива, не несущая для банка большого риска, ведь чем больше детей в семье, тем выше мотивация заемщика к выплате кредита» <20>. Действительно, использование такого условия способствует не только привлечения клиентов в банк, что, несомненно, является частным делом менеджмента этого банка, но и приводит к стимулированию рождения ребенка в период действия договора — ведь при больших суммах кредита и продолжительных сроках снижение процентной ставки даже на объявленные 0,5% годовых приводит к существенной экономии за весь период возврата кредита. Большим достоинством в этом случае является отсутствие необходимости траты имущественных ресурсов Российской Федерации на реализацию данного проекта, при этом решение частных задач банка (привлечение клиентов), физических лиц (получение кредита на более выгодных условиях) приводит к решению имеющей важнейшее значение проблемы стимулирования рождения ребенка. ——————————— <17> См.: URL: http://expert. ru/2011/10/5/bolshe-detei-nizheprozent/. <18> http://www. banki. ru/wikibank/ipoteka_molodyim/ <19> Там же. Высказывание приводится целиком, с точки зрения правильности использования терминологии очевидно, что под ипотекой И. Филатов понимает кредитный договор с условием об обеспечении исполнения обязательства заемщика залогом недвижимости, как это принято в бытовой речи. <20> URL: http://k-f-b. ru/news/76-ipoteka-uralsib-zavit-ot-kolichestvadetej.

Представляется, что инициатива этого коммерческого банка должна быть поддержана государством (в частности, Центральным банком РФ), которым должны быть разработаны специальные меры, направленные на стимулирование коммерческих банков, предоставляющих семьям, имеющим детей, специальные условия. При этом, как представляется, такие стимулирующие меры не должны быть направлены на снижение налоговой нагрузки. Достаточно организационных стимулов в виде упрощения процедуры получения кредитов Центрального банка, выдачи разного рода стимулирующих дипломов, призов и пр. В частности, упомянутое предложение было названо лучшим розничным финансовым продуктом 2010 года <21>. Такие меры представляются оправданными и действенными <22>. Оправданным было бы распространение подобных условий и на микрозаймы, предоставляемые микрофинансовыми организациями. ——————————— <21> URL: http://www. russianipoteka. ru/banksnews/1323803559.html. <22> Заметим, однако, что на момент подготовки настоящей статьи нам не удалось обнаружить приведенного предложения в качестве действующих на официальном сайте банка, несмотря на это, инициатива банка должна быть поддержана и распространена и на другие банки.

Кроме упомянутых правовых средств, уже имеющихся в законодательстве, использование которых может способствовать стимулированию рождения детей, представляется оправданной разработка и внедрение в отечественное гражданское законодательство дополнительных правовых возможностей, которые будут присваиваться субъектами для собственных нужд и тем самым приводить к достижению рассматриваемой цели государства. Таковыми могут быть: 1. Изменение законодательства о ренте. Представляется, что имеет смысл разработать дополнительную возможность включения в договор ренты условия о том, что срок выплаты рентных платежей может устанавливаться не только пожизненно или постоянно, но и до окончания периода несовершеннолетия. В этом случае рента будет выплачиваться до достижения несовершеннолетним ребенком возраста 18 лет. Такой договор мог бы использоваться при рождении ребенка женщиной, не состоящей в браке, если отцовство в отношении ребенка не устанавливается по каким-то причинам (состояние отца ребенка в зарегистрированном браке, нежелание родителей и пр.), вместе с тем фактический отец желал бы обеспечить имущественные интересы ребенка, не афишируя наличия родственных отношений с этим ребенком. Договор ренты в этом смысле является оптимальным правовым средством, поскольку: а) обременяет недвижимость, это значит, что обязательства выплачивать ренту сохранятся даже при смерти плательщика ренты (фактического родителя) до достижения ребенком совершеннолетия; б) подлежит нотариальному удостоверению, что позволяет более тщательно проверять законность заключаемого договора; в) не создает отношений принятия на иждивение, дающих основание для включения в состав обязательных наследников (чего часто опасаются состоятельные отцы, вследствие чего полностью отказывают в предоставлении содержания своему фактическому ребенку с неустановленным отцовством). 2. Представляется целесообразным установление возможности заключения договора коммерческого найма до достижения несовершеннолетним, проживающим в жилом помещении, возраста 18 лет. Напомним, что в настоящее время максимальный срок договора коммерческого найма — 5 лет. На основании изложенного полагаем возможным сделать вывод о том, что решение демографической проблемы — одной из главнейших проблем современной России — не может быть целиком возложено на семейное законодательство и семейно-правовую науку. Следует комплексно разрабатывать возможность ее решения и с помощью других инструментов, к которым, в первую очередь, относятся гражданско-правовые средства договорной природы. Предложенные в настоящей статье меры не исчерпывают все богатство частноправового инструментария, не востребованного и не использованного в настоящее время. Надеемся, что поставленные вопросы побудят исследователей заняться разработкой и пропагандой договорных правовых средств стимулирования рождения детей, а таким образом юридическая наука сможет внести свой вклад в решение основной проблемы Российского государства.

——————————————————————

Название документа