Нетипичные элементы в трудовых отношениях

(Бычков А. И.) («Имущественные отношения в Российской Федерации», 2013, N 2) Текст документа

НЕТИПИЧНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ В ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЯХ

А. И. БЫЧКОВ

Александр Игоревич Бычков, начальник юридического отдела закрытого акционерного общества «Туристский гостиничный комплекс «Салют» (г. Москва).

На основании анализа и обобщения сложившейся судебной практики автор рассматривает правомерность уступки работником своего права на получение заработной платы, перевода долга работодателем по выплате заработной платы на третье лицо, изменения обязанности работодателя по выплате заработной платы, а именно возможности ее прекращения не надлежащим исполнением, а предоставлением отступного или зачетом. Даны рекомендации по совершенствованию правового регулирования трудовых отношений.

Ключевые слова: перевод долга по заработной плате, уступка права на получение заработной платы, предоставление отступного.

Atypical elements in the labor relations A. I. Bychkov

On the bases of analyses and generalization of judicial practice we consider the lawfulness of cession by worker his right to salary, the lawfulness of transfer by employer of a debt on salary payment on the third person, the dynamic of employer’s obligation to pay salary, namely, the possibility of its termination not appropriate execution, but provision of a compensation or set-off. The article provides the specific recommendations to improve the active legal regulation of labor relations in connection with considered issues.

Key words: transfer of a debt on salary, concession of a right to salary, termination of an obligation to pay salary by set-off.

Гражданское право и трудовое право являются самостоятельными правовыми отраслями. Каждая из них имеет свой собственный предмет правового регулирования. Так, если предметом гражданского права выступают имущественные и личные неимущественные отношения равноправных субъектов гражданского оборота, то предметом трудового права — трудовые и иные непосредственно связанные с ними отношения между работником и работодателем, складывающиеся в процессе трудовой деятельности. Если основным способом регулирования имущественных и личных неимущественных отношений, составляющих предмет гражданского права, является диспозитивный метод, то регулирование трудовых отношений осуществляется преимущественно императивным методом. Это обусловлено целью защиты прав экономически более слабой стороны трудовых отношений — прав работников. Самостоятельность двух названных отраслей нашего отечественного права выражается в том, что нормы одной из них не могут применяться при регулировании отношений, составляющих предмет другой отрасли. В силу пункта 3 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, нормы этого Кодекса не применяются, если иное не предусмотрено законодательством. Трудовой кодекс Российской Федерации (далее — ТК РФ) также не предусматривает возможности применения к трудовым и иным непосредственно связанным с ними отношениям норм гражданского права, напрямую или по аналогии. Трудовой договор, например, в отличие от гражданско-правового договора не может быть признан недействительным полностью или в части, недействительными могут быть признаны лишь его отдельные условия, если они ущемляют права работника по сравнению с тем, как они определены трудовым законодательством Российской Федерации. Статья 5 ТК РФ, кроме того, прямо предусматривает, что в тех случаях, когда судом установлено, что договором гражданско-правового характера фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Однако запрет на применение гражданского законодательства Российской Федерации к трудовым отношениям не следует толковать слишком расширительно. Если между определенными лицами сложились трудовые отношения, то запрет на применение гражданского законодательства Российской Федерации относится именно к таким отношениям. Он не касается случаев, когда между сторонами трудового договора возникают иные отношения, выходящие за пределы трудовых. К таким отношениям с учетом их существа подлежат применению соответствующие законоположения. Если стороны состоят в трудовых отношениях, это не мешает им вступать и в гражданско-правовые отношения по самым различным основаниям. Например, работодатель может предоставить своему работнику, которому доверяет, заем, и такие отношения будут регулироваться правилами о договоре займа (§ 1 гл. 42 ГК РФ), поскольку они выходят за рамки трудовых и отвечают существу заемных правоотношений. Аналогичным образом и работник не лишен возможности, помимо заключенного с работодателем трудового договора, принять на себя обязательство выполнить определенную работу или оказать определенную услугу на условиях гражданско-правового договора. На такие ситуации указанный запрет не распространяется, поскольку речь здесь идет не о трудовых отношениях, а об отношениях, которые составляют предмет регулирования гражданского права, поэтому оно и подлежит применению к ним. При этом важно иметь в виду, что сам факт наличия или отсутствия трудовых отношений между определенными лицами не влияет на гражданско-правовые отношения между ними <1>. ——————————— <1> Бычков А. И. Поручительство в трудовых отношениях // Трудовые споры. 2012. N 10. С. 40 — 45.

Для иллюстрации приведенного подхода можно привести следующий показательный пример. Физическое лицо в гражданский оборот может вступать как обычный гражданин, а может действовать в качестве индивидуального предпринимателя. Если физическое лицо зарегистрировано в качестве индивидуального предпринимателя, ничто не мешает ему совершать сделки как обычному гражданину, в частности приобретать товары, работы или услуги для личного, семейного, домашнего и иного использования, не связанного с осуществлением предпринимательской деятельности. Следовательно, такой гражданин не может быть лишен правовой защиты, предоставляемой ему законом как потребителю, на том основании, что он имеет регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя. Подтверждение этого вывода можно обнаружить в судебной практике. В одном деле по вопросу подведомственности спора о сделках предпринимателя суд указал следующее: если индивидуальный предприниматель заключил договор и произвел по нему оплату как физическое лицо, то сама по себе его регистрация как предпринимателя не свидетельствует о заключении договора в предпринимательских целях [6]. При заключении гражданско-правовых договоров в их положения во всяком случае не могут включаться условия, которые ущемляют права работников. При заключении гражданско-правовых договоров свобода заключения договора практически абсолютна (при условии соблюдения интересов государства и третьих лиц). Применительно к трудовым отношениям такая свобода ограничена рамками законодательства, прежде всего ТК РФ, определяющего положениями своих статей 8, 9, 50, 57 и 74, что условия нормативных актов и договоров о труде, ухудшающие положение работников в противоречие законодательству, являются недействительными и не подлежат применению. В одном деле суд установил, что условие пункта 4.2 договора купли-продажи имущества, по которому покупатель принимает на себя обязательство проработать непрерывно у продавца 10 лет после его заключения, безусловно, относится к трудовым, в связи с этим оно должно соответствовать нормам ТК РФ. Внесение этого пункта в договор должно было повлечь изменение трудового договора, заключенного истцом с ответчиком, что в рассматриваемом случае не произошло и не могло произойти, поскольку нарушило бы положения ТК РФ, статьей 80 которого закреплено право работника расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен этим кодексом или иным федеральным законом. Любое ограничение этого права, в том числе возможными негативными для работника последствиями его реализации, незаконно. В связи с этим пункт 4.2 спорного договора является недействительным и применяться не может, как и не может обусловливать какие-либо обязательства по гражданско-правовому договору [7]. Таким образом, для правильного определения круга правовых норм, подлежащих применению в той или иной ситуации, юридическое значение в первую очередь имеет существо соответствующих отношений, а затем только субъектный состав их участников. Следовательно, стороны трудовых отношений могут совершать между собой и гражданско-правовые сделки. К возникающим в результате их совершения отношениям подлежат применению нормы гражданского права. Несмотря на то что законодатель разграничивает сферы общественных отношений, в которых могут действовать работник и работодатель (трудовые, а также имущественные и личные неимущественные отношения), устанавливая для каждой из них особый правовой режим, на практике они нередко пересекаются. Повседневная жизнь богата различными событиями, а современный деловой оборот развивается столь динамично и стремительно, что имеющиеся в позитивном праве юридические конструкции оказываются недостаточными для регулирования возникающих общественных отношений, поэтому возникает вопрос о необходимости совершенствования существующего режима правового регулирования. Применительно к трудовым отношениям это проявляется в отсутствии в законодательстве Российской Федерации эффективных и действенных механизмов, при помощи которых работодатели и работники могут реализовывать свои права и обязанности в нестандартных ситуациях. Можно привести несколько примеров таких ситуаций. В случае недостаточности средств работодатель не имеет возможности произвести расчеты с работниками, погасив образовавшуюся перед ними задолженность. В то же время в распоряжении работодателя имеется имущество, которое он готов отдать работникам взамен заработной платы, и они не против такого обмена. Работодатель может договориться с третьим лицом, которое согласно погасить задолженность за него, а его работникам при этом все равно, кто именно произведет выплату заработанных денег, главное — получить их. Работник, кроме того, может выгодно предложить свое право на взыскание с работодателя заработной платы третьему лицу, получив деньги сразу же, не дожидаясь их фактического взыскания с работодателя в свою пользу. Однако нормы трудового законодательства Российской Федерации указанной возможности сторонам трудового договора не предоставляют. В них нет прямого запрета, но нет и разрешения. На практике суды по-разному оценивают допустимость подобной возможности, что можно увидеть из следующих показательных примеров.

Перевод долга по заработной плате

В одном деле по гражданско-правовому договору акционерное общество перевело на колхоз свой долг по заработной плате перед работниками за период с 1996 по 1998 год в общей сумме 3563862 рубля 66 копеек. В договоре имелась ссылка на приложение N 1 о согласии кредиторов (работников общества) на перевод долга. О согласии работников свидетельствовали и платежные ведомости о получении заработной платы, выплаченной колхозом, в который были переведены работники общества. Колхоз взамен от общества получал в собственность недвижимое имущество. Признавая договор о переводе долга недействительным, суд первой инстанции исходил из того, что трудовое законодательство Российской Федерации не предусматривает возможности перевода долга по заработной плате на другого работодателя. Однако вышестоящий суд, не принимая такую позицию, отметил, что нижестоящим судом не было учтено, что нормы трудового права не регулируют отношения между юридическими лицами при заключении между ними гражданско-правовой сделки, каковой является оспариваемый договор. Перемена лиц в обязательстве, в частности перевод долга, регулируется главой 24 ГК РФ. Оспариваемый договор следовало оценить с точки зрения соответствия его указанной главе ГК РФ. Признавая договор о переводе долга притворной сделкой, нижестоящий суд неправильно применил пункт 2 статьи 170 ГК РФ. В соответствии с названной нормой притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила. Признав оспариваемую сделку скрытой продажей недвижимости, нижестоящий суд при этом не рассмотрел действительность такой сделки и не указал, какие положения закона при продаже недвижимости нарушены [8]. В другом деле окружной суд, наоборот, не согласился с возможностью перевода работодателем долга по заработной плате на третье лицо. По условиям договора предприятие уступило одной гражданке имущественное право требования к администрации района, возложив на гражданку обязанность (перевело долг) по выплате задолженности по заработной плате работникам предприятия. Суд указал, что посредством гражданско-правового договора предприятие возложило на другое лицо обязанности, предусмотренные трудовыми договорами, по выплате задолженности по заработной плате своим работникам, что противоречит как смыслу главы 24 ГК РФ, так и нормам трудового законодательства, поскольку к трудовым правоотношениям не применимы нормы гражданского законодательства о замене лиц в обязательстве. Трудовой договор имеет индивидуальный характер и предусматривает обязанность предприятия (организации, учреждения), заключившего трудовой договор, выплачивать работнику заработную плату, вследствие чего такая обязанность не может быть возложена на другое лицо [9]. В третьем деле арбитражный управляющий заключил договор перевода долга, посредством которого были выплачены долги по заработной плате трудовому коллективу завода. Действия управляющего впоследствии стали предметом обжалования. Суд установил, что заключению названного договора предшествовала сложная социальная обстановка. Органами средств массовой информации начиная с 2001 года фиксировались массовые митинги работников завода, в том числе с проникновением в здания органов власти города Перми и области, «голодные» забастовки, перекрывание пикетами федеральной автомобильной дороги, вмешательство органов внутренних дел для поддержания общественного порядка. Реальность угрозы таких событий охраняемым законом интересам общества, достигшая критического предела в августе 2004 года, привела к тому, что комитет кредиторов, в состав которого также входил уполномоченный государственный орган, согласился на неоднократные требования профсоюзного комитета работников завода по выплате задолженности по заработной плате посредством заключения договора перевода долга на третье лицо. Эти фактические обстоятельства оказали непосредственное влияние на совершение арбитражным управляющим действий, результатом которых явилось, с одной стороны, погашение социального конфликта, а с другой — нарушение требований Закона о банкротстве [10] о соблюдении очередности платежей. Из материалов дела, отметил суд, не видно, имелась ли у арбитражного управляющего иная возможность для соблюдения требований законодательства, которую он не использовал. Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязанность аккумулирования капитализированных платежей в случае ликвидации страхователя и контроль за деятельностью страхователя возложены на Фонд социального страхования Российской Федерации. Решение же комитета кредиторов о первоочередной выплате задолженности кредиторам второй очереди при неудовлетворении требований по уплате капитализированных платежей кредиторов первой очереди принято в описанной ситуации с ведома и без возражений со стороны уполномоченного государственного органа. В связи с изложенным в рамках дела о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности недоказанными являются факт отсутствия крайней необходимости в совершении арбитражным управляющим спорных действий и его вина в их совершении [12]. Оценивая возможность перевода долга по заработной плате в рамках гражданско-правового договора, необходимо иметь в виду следующее. Как видно из материалов первых двух приведенных нами гражданских дел, участники делового оборота заключили между собой гражданско-правовой договор, предметом которого выступила передача одной стороной принадлежащего ей имущества в собственность другой стороны. Такая сделка являлась возмездной, поскольку имущество отчуждалось не бесплатно, а взамен исполнения другого обязательства принимающая имущество сторона должна была рассчитаться с кредиторами своего контрагента (его работниками). Как видно из этой конструкции, речь здесь идет даже не столько о переводе долга по заработной плате, сколько о возложении на должника обязательства произвести платеж в счет предоставленного имущества не самому кредитору, а указанному им лицу. Соответствует такой договор закону? Да, потому что и в обычном договоре купли-продажи ничто не мешает сторонам оговорить условие о перечислении денег в счет оплаты не продавцу, а указанному им лицу или нескольким лицам. Продавец может быть им должен в рамках других обязательств, заручился их согласием на перечисление платежа от третьего лица и включил такое условие в договор с покупателем, которое не противоречит закону и соответствует принципу свободы договора. Статья 430 ГК РФ прямо предусматривает указанную договорную конструкцию — договор в пользу третьего лица. Таким образом, в том случае, когда участники делового оборота договариваются о взаимных имущественных предоставлениях в рамках гражданско-правовых отношений, даже когда формой имущественного предоставления выступает расчет с работниками одного из участников делового оборота, нормы трудового права применению не подлежат. В рассматриваемой ситуации не происходит подмены стороны трудового договора, поскольку обязанной стороной перед работниками продолжает оставаться работодатель, работники вправе от него требовать надлежащего исполнения своих обязанностей. Работодатель, не нарушая нормы законодательства Российской Федерации, права и законные интересы третьих лиц, привлекает денежные средства с целью осуществления расчетов со своими работниками для обеспечения их права на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы. Другой вопрос, что теоретически работники могут отказаться от получения денег от третьего лица и продолжать требовать их уплаты именно от своего работодателя. Кроме того, даже получив деньги от третьего лица, не исключена вероятность того, что работники все равно потребуют от работодателя выплаты заработной платы, мотивируя свое требование тем, что задолженность по заработной плате не погашена. Даже заключив с работниками какие-либо соглашения с целью обезопасить себя, работодатель не минимизирует возможные риски, поскольку перевод долга по заработной плате в рамках именно трудовых отношений не соответствует закону, тем более учитывая отсутствие согласия работников. В такой ситуации работодатель продолжает оставаться должен своим работникам и при этом не вправе что-либо требовать от контрагента, который рассчитался с работниками, поскольку обязательство последнего по оплате полученного в собственность имущества прекратилось надлежащим исполнением. Вместе с тем с работников, которым контрагент работодателя перечислил деньги, контрагент вправе взыскать их обратно по правилам о неосновательном обогащении, поскольку между ними не существовало предусмотренное законом или сделкой основание, по которому работники были бы вправе оставить деньги себе. Предусмотренный статьей 137 ТК РФ закрытый перечень оснований, по которому у работников из заработной платы могут производиться удержания (к примеру, счетная ошибка), в этом случае не имеет значения, поскольку он касается только их трудовых отношений с работодателем, а не взаимоотношений с третьим лицом. Однако это право есть только у контрагента работодателя. Сам работодатель не вправе требовать от своего контрагента взыскания с работников выплаченных сумм неосновательного обогащения и перечисления их работодателю, равно как и не вправе требовать осуществления уступки права требования сумм неосновательного обогащения, поскольку закон подобной возможности не предусматривает. Работодатель вдобавок ко всему не сможет уменьшить свою налоговую базу по налогу на прибыль на сумму расходов по выплате заработной платы, поскольку эти расходы лично им как налогоплательщиком понесены не были. Несмотря на тот факт, что работодатель при описанной нами ситуации остался с прежними долгами по заработной плате, да еще и лишился своего имущества, нарушений его прав со стороны работников или контрагента не усматривается. Такой итог является результатом просчетов самого работодателя. Это убыток, относящийся на его счет, как следствие принятия неправильного экономического решения. Иным образом обстояло бы дело, если бы в ТК РФ была предусмотрена возможность выплаты заработной платы работникам не непосредственно работодателем, а третьими лицами, работники были бы обязаны получать заработную плату и лишались бы права после получения требовать ее от работодателя, при этом в такой ситуации работодатель расходы по заработной плате мог бы принять к учету при исчислении базы по налогу на прибыль на общих основаниях. Однако в законодательстве Российской Федерации подобных положений нет, поэтому для работодателя совершение такой сделки — дело очень затратное и рискованное. Если же работодатель такой договор заключил и возникла указанная нами ситуация, то ему следует его оспаривать со ссылкой на недействительность перевода долга по заработной плате, что не соответствует нормам ТК РФ. При этом работодателю следует настаивать на признании этой сделки недействительной не только в части перевода долга по заработной плате, а целиком, поскольку та часть, где работодатель предоставляет своему контрагенту что-либо взамен, не была бы им принята без включения первой, недействительной, части (ст. 180 ГК РФ). Так, по условиям одного договора предприятие приняло на себя обязательство погасить долг общества перед его работниками по заработной плате, перед поставщиками, задолженность по обязательным платежам в бюджет и внебюджетные фонды на общую сумму 12628210 рублей. За это общество уступило предприятию право требования по обязательствам со своих должников на аналогичную сумму. Оспариваемый договор, таким образом, содержал перевод долга и уступку права требования, связанные равным соотношением передаваемой кредиторской и дебиторской задолженностей, которые имеют взаимозачетный характер. Суд первой инстанции признал этот договор недействительным в части передачи обществом предприятию долгов на 8612247 рублей, оставив в силе обязательство по передаче обществом предприятию имущественного права (требования) к третьим лицам (должникам общества) на ту же сумму. Однако Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации с таким подходом не согласился, отметив, что фактически решением суда была установлена безвозмездность спорного договора в части названной передачи права (требования). Безвозмездность же договора в этой части повлекла неосновательное обогащение предприятия, что противоречит пункту 4 статьи 575 ГК РФ, не допускающего дарения в отношениях между коммерческими организациями. Признание такой сделки недействительной в части передачи кредиторской задолженности (перевод долга), исходя из смысла статьи 180 ГК РФ, отметил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, должно было повлечь за собой признание сделки недействительной в части передачи дебиторской задолженности (уступка требования) в равнозначной сумме, так как без включения недействительной части договора сделка не была бы совершена [13].

Уступка требования по получению заработной платы

По поводу уступки требования по получению заработной платы суды занимают категоричную позицию — уступка работником указанного права невозможна. Вступившим в законную силу решением суда в пользу работника была взыскана денежная компенсация в связи с досрочным прекращением трудового договора, компенсация за неиспользованный отпуск, проценты за просрочку выплаты, расходы по оплате услуг представителя и компенсация морального вреда. По заключенному с третьим лицом договору цессии работник уступил право требования всех взысканных в его пользу денежных сумм. После совершения уступки он обратился в суд с ходатайством об осуществлении процессуального правопреемства. Отказывая в удовлетворении заявления, суд исходил из того, что правоотношения, сложившиеся между работником и его работодателем по спору о заработной плате и иных выплатах, связанных с работой, регулируются нормами трудового законодательства, в то время как правоотношения, возникающие по договору уступки права требования (цессия), подпадают под правовое регулирование требований норм ГК РФ. При этом положения гражданского законодательства не устанавливают возможности применения к трудовым отношениям аналогии права. Предметом договора об уступке права требования является право работника на получение заработной платы, которое неразрывно связано с его личностью. В соответствии со статьей 383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, не допускается. Таким образом, право на получение заработной платы не может перейти к другому лицу на основании гражданско-правового договора уступки права требования и, как следствие, такой договор не может являться основанием для возникновения процессуального правопреемства [14]. Аналогичным образом и в другом деле суд, отказывая в замене взыскателя правопреемником на основании договора уступки права требования, отметил, что право на получение заработной платы неразрывно связано с личностью работника, поскольку заработная плата выплачивается работнику за личное выполнение им своих трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором. Указанный договор не может являться основанием и для возникновения правопреемства в процессуальном праве [15]. Трудовое законодательство Российской Федерации действительно не предусматривает для работника возможности уступить свое право на получение заработной платы в пользу третьих лиц. Однако оно и не исключает этого, поскольку прямого запрета в законе не содержится, нет только специального механизма, посредством которого работник смог бы совершить указанную сделку. В соответствии со статьей 383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается. Право на получение заработной платы обусловлено выполнением работником порученной ему по трудовому договору работы. Только он вправе претендовать на ее получение, поскольку выполнил свои трудовые обязанности. Следует поэтому согласиться с тем, что право на получение заработной платы неразрывно связано с личностью работника. Между тем норма статьи 383 ГК РФ в принципе не подлежит применению к рассматриваемым правоотношениям в силу запрета, предусмотренного пунктом 3 статьи 2 ГК РФ, и отсутствия правил в ТК РФ, позволяющих произвести уступку работником своего права в пользу третьего лица. Насколько обоснованно такое правовое регулирование? Работник, выполнивший свои трудовые обязанности, за что ему причитается заработная плата, вправе распоряжаться ею по своему усмотрению. Если у работника есть возможность уступить право третьему лицу на приемлемых для него условиях, такая сделка не нарушает требования закона и права третьих лиц. Для работника важно получить свои деньги как можно быстрее, не дожидаясь, пока работодатель погасит задолженность, если он вообще будет в состоянии это сделать. Для последнего в части выполнения обязанности по выплате заработной платы личность работника не имеет существенного значения — какая разница, кому именно производить платеж, работнику или указанному им лицу? Несмотря на то что право на получение заработной платы неразрывно связано с личностью работника, законодательством предусмотрен случай, когда допускается переход права на получение такой суммы к третьим лицам. Так, начисленная, но не полученная работником ко дню смерти заработная плата входит в состав его наследства, право на ее получение получают наследники (ст. 1112 ГК РФ). В соответствии с пунктами 1 и 3 ст. 1183 ГК РФ право на получение подлежавших выплате наследодателю, но не полученных им при жизни по какой-либо причине сумм заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, стипендий, пособий по социальному страхованию, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию, принадлежит проживавшим совместно с умершим членам его семьи, а также его нетрудоспособным иждивенцам независимо от того, проживали они совместно с умершим или нет. Согласно статье 141 ТК РФ заработная плата, не полученная ко дню смерти работника, выдается членам его семьи или лицу, находившемуся на иждивении умершего на день его смерти. Выдача заработной платы производится не позднее недельного срока со дня подачи работодателю соответствующих документов. Таким образом, мы не видим препятствий для того, чтобы ввести в ТК РФ специальный институт уступки работником своего права на получение заработной платы и иных причитающихся ему в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации выплат в пользу третьих лиц. В соглашении о такой уступке необходимо указать размер уступаемого права и в чем оно конкретно состоит (заработная плата или компенсация, период начисления), сделав ссылку на трудовой договор работника с его работодателем, право требования которому будет уступаться. Для уступки права на получение заработка и иных выплат согласие работодателя не требуется, достаточно только уведомить его. Условие о вознаграждении работнику за произведенную уступку и порядок его уплаты, а также иные условия устанавливаются по соглашению сторон такой сделки. Для указанного соглашения необходимо установить письменную форму, чтобы имелись доказательства произведенной уступки. Работодатель при этом должен быть наделен правомочиями по предъявлению новому кредитору тех возражений, которые он имел бы к работнику. Иными словами, если в соответствии с ТК РФ работодатель вправе из заработка производить удержания, то по требованию нового кредитора он обязан перечислить только сумму, фактически причитающуюся работнику. Последний в таком случае при наличии доказательств обоснованности произведенного работодателем удержания будет обязан вернуть новому кредитору часть полу ченного вознаграждения.

Отступное взамен заработной платы

В силу статьи 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением взамен исполнения отступного (уплата денег, передача имущества и т. п.). Размер, сроки и порядок предоставления отступного устанавливаются сторонами. Отступное представляет собой эффективный инструмент прекращения гражданско-правовых обязательств, позволяя должнику предоставить кредитору другое исполнение, если исполнение обязательства в первоначальном виде станет невыгодным или просто неудобным. В соответствии со статьей 131 ТК РФ выплата заработной платы производится в денежной форме в валюте Российской Федерации (в рублях). В соответствии с коллективным договором или трудовым договором по письменному заявлению работника оплата труда может производиться и в иных формах, не противоречащих законодательству и международным договорам Российской Федерации. Доля заработной платы, выплачиваемой в неденежной форме, не может превышать 20 процентов от начисленной месячной заработной платы. Таким образом, закон прямо ограничивает размер заработка работника, который может ему выплачиваться в неденежной форме, — 20 процентов. Между тем практике известны случаи, когда работнику взамен заработной платы передавалось имущество в качество отступного. В связи с образовавшейся задолженностью по заработной плате общее собрание участников общества приняло решение о передаче работникам в общую долевую собственность имущества общей стоимостью 7410019 рублей 98 копеек. На основании указанного решения общество заключило с работниками соглашение от 4 мая 2010 года о передаче имущества в счет погашения задолженности по заработной плате. Общество исполнило обязательства по соглашению, право общей долевой собственности работников общества зарегистрировано в установленном законом порядке. Работники впоследствии распорядись своими долями путем их продажи третьим лицам. Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением к работникам должника о признании соглашения о передаче имущества в счет погашения задолженности по заработной плате недействительной сделкой, применении последствий недействительной сделки в виде возврата недвижимого имущества и восстановлении права собственности общества на спорные объекты недвижимого имущества. В качестве основания заявления указано нарушение при заключении соглашения статьи 131 ТК РФ, согласно которой доля заработной платы, выплачиваемой в натуральной (неденежной) форме, не может превышать 20 процентов от начисленной месячной заработной платы. Иные основания для признания соглашения недействительным не заявлялись. Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд отметил следующее. Размер задолженности общества по заработной плате конкурсным управляющим не оспорен, доказательства, подтверждающие отсутствие у общества задолженности по заработной плате или ее наличие в меньшем размере либо перед иными лицами, не представлены. Доказательства, свидетельствующие о том, что стоимость переданного имущества превышала сумму задолженности по заработной плате, отсутствуют. Конкурсный управляющий не представил доказательств несоответствия стоимости спорного имущества, определенной соглашением, его рыночной стоимости. Специальные основания для признания оспариваемого соглашения недействительным, предусмотренные Федеральным законом от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсным управляющим не заявлены, соответствующие доказательства не представлены. Предусмотренные гражданским законодательством основания для признания соглашения недействительным также конкурсным управляющим не заявлены и соответствующие доказательства не представлены. Нарушение статьи 131 ТК РФ в части несоблюдения формы оплаты труда не является основанием для признания оспариваемого соглашения недействительным по заявлению конкурсного управляющего в рамках дела о банкротстве. Названная норма направлена на защиту прав лиц, работающих по трудовому договору; кроме того, нормами ТК РФ установлен исчерпывающий перечень исключений, когда уплаченная заработная плата может быть взыскана с работника [16]. Оценивая вынесенное судом решение, нельзя не отметить, что оно в любом случае является справедливым. Права работников не нарушены, поскольку они получили свой заработок в виде имущества, что их устраивало. Не был против этого и сам работодатель. В материалах дела отсутствовали доказательства того, что такой сделкой нарушены права кредиторов работодателя или нормы законодательства. Указанной сделкой нарушается установленный статьей 131 ТК РФ запрет на выплату заработной платы в неденежной форме, однако, когда предприятие не работает в нормальном режиме, образуется серьезная задолженность по заработной плате и для реализации имущества требуется время, указанный запрет не должен рассматриваться в качестве безусловного препятствия для расчетов с работниками путем передачи им отступного. Фундаментальным принципом регулирования трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений является обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное существование человека и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Соблюдение этого базового принципа имеет более важное значение, чем установленного в статье 131 ТК РФ запрета. Указанная норма направлена на защиту трудовых прав работников от возможных злоупотреблений со стороны недобросовестных работодателей. Однако в рассматриваемой ситуации неукоснительное соблюдение этого запрета приведет как раз к обратному результату — права работников окажутся нарушенными, что является недопустимым. Таким образом, следует дополнить ТК РФ нормой о том, что работодатель вправе погасить образовавшуюся задолженность по заработной плате путем предоставления в собственность работника имущества или иного имущественного предоставления, имеющего для последнего положительный экономический эффект. Для такой сделки необходимо наличие согласия работника, а если одно имущество предоставляется сразу нескольким работникам, то согласие всех участвующих в сделке работников. Кроме того, совершением указанной сделки не должны нарушаться права третьих лиц (акционеров или участников предприятия, кредиторов и т. д.).

Уступка права на получение заработной платы и предъявление его к зачету

В силу статьи 409 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны. Этот инструмент регулирования гражданско-правовых отношений находит применение и в трудовых отношениях. В одном деле коммерсанты заключили договор купли-продажи объекта недвижимости стоимостью 2200000 рублей, однако в счет исполнения обязательства покупателя по оплате стоимости имущества предусмотрели не перечисление денег, а погашение покупателем задолженности продавца по заработной плате перед его работником. Между сторонами договора купли-продажи и работником было заключено соглашение, по условиям которого была подтверждена имеющаяся задолженность перед работником по заработной плате в сумме 2200000 рублей. Работник уступил право требования получения заработной платы покупателю, а продавец и покупатель свои взаимные обязательства погасили зачетом (обязательство покупателя по оплате стоимости имущества против обязанности выплатить заработную плату, эквивалентные по сумме). В соглашении стороны установили, что задолженность покупателя перед продавцом считается погашенной, правоотношения сторон по этому договору прекращаются в связи с надлежащим исполнением обязательств. На основании соглашения продавец и покупатель подписали акт зачета взаимных требований. Изучив условия соглашения, суд констатировал его действительность, поскольку задолженность по заработной плате перед работником, право на получение которой было уступлено покупателю, реально существовала. Уступка права требования не противоречит статьям 382 и 383 ГК РФ; обязательство покупателя по договору купли-продажи прекращено зачетом. Указанное соглашение и акт о проведении зачета к нему подписаны сторонами без возражений, взаимные обязательства были исполнены. В связи с этим они не вправе требовать исполненное обратно [17]. Ранее, рассматривая возможность перевода работодателем своего долга по заработной плате, мы отметили, что речь, по сути, идет не о сделке по переводу долга, а о гражданско-правовом договоре между равноправными субъектами делового оборота. В приведенном примере мы видим, что стороны заключили договор купли-продажи имущества, однако причитающийся продавцу платеж по его указанию получил работник продавца. Несмотря на указание в трехстороннем соглашении на уступку работником своего права и последующее предъявление полученного покупателем права к зачету, фактически перед нами гражданско-правовой договор, изменяющий условия первоначально заключенного договора купли-продажи. Этот договор его сторонами исполнен, поскольку покупатель произвел выплату указанному продавцом третьему лицу, подписанным актом они подтвердили исполнение взаимных обязательств. Поскольку в ТК РФ нет норм, позволяющих осуществить уступку права на получение заработка, при заключении такого соглашения продавец сталкивается с тем же риском, о котором мы упомянули при рассмотрении возможности перевода долга по заработной плате. Если в ТК РФ ввести специальные правила, которыми разрешить уступку права на получение заработка и право перевести долг по заработку, то прекратить в дальнейшем обязательства участников делового оборота, в том числе зачетом, будет вполне возможным. К примеру, работник передал третьему лицу право на получение заработной платы, третье лицо предъявило это требование работодателю, а тот при наличии к третьему лицу встречного однородного (денежного) требования, срок исполнения по которому наступил или определен моментом востребования, вправе прекратить обязательство зачетом. При этом в ТК РФ также должно быть введено положение о том, что переданное право требования или переведенный долг выступают объектами гражданского оборота на общих основаниях. В заключение отметим, что введение в трудовое законодательство Российской Федерации новых правил позволит сторонам трудового договора эффективно разрешать возникающие на практике проблемы, связанные с реализацией принадлежащих им прав и обязанностей. С помощью действующего правового инструментария это не представляется возможным. Необходимость проведения законодательных изменений, осознанная в результате критического анализа существующего правового режима регулирования трудовых отношений, ни в коем случае не должна сдерживать исследователей, поскольку, как справедливо отмечают А. Г. Карапетов и А. И. Савельев, «…современный ученый просто не вправе игнорировать прямой анализ того, каким позитивное право должно быть с содержательной точки зрения» <2>. ——————————— <2> Карапетов А. Г., Савельев А. И. Свобода договора и ее пределы. М.: Статут, 2012. Т. 1. Теоретические, исторические и политико-правовые основания принципа свободы договора и его ограничений. С. 41.

Литература

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): Федеральный закон от 30 ноября 1994 года N 51-ФЗ. 2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая): Федеральный закон от 26 января 1996 года N 14-ФЗ. 3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья): Федеральный закон от 26 ноября 2001 года N 146-ФЗ. 4. Трудовой кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 30 декабря 2001 года N 197-ФЗ. 5. Бычков А. И. Поручительство в трудовых отношениях // Трудовые споры. 2012. N 10. 6. Определение Ленинградского областного суда от 26 января 2012 года N 33-299/2012. 7. Определение Владимирского областного суда от 19 апреля 2012 года по делу N 33-1071/2012. 8. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 1 июля 2002 года N А56-33528/01. 9. Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 апреля 2000 года N 1-666/96-Ф02-416/00-С. 10. Федеральный закон от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 11. Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 12. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 9 января 2007 года N Ф09-11545/06-С1 по делу N А50-13721/06. 13. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 октября 2001 года N 8414/00 по делу N А52-/509/2000/1. 14. Апелляционное определение Мурманского областного суда от 12 апреля 2012 года по делу N 33-931-2012. 15. Определение Московского городского суда от 12 октября 2011 года по делу N 33-32482. 16. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 5 сентября 2012 года по делу N А22-400/2010. 17. Постановление Федерального арбитражного суд Северо-Западного округа от 26 сентября 2008 года по делу N А56-60348/2005. 18. Карапетов А. Г., Савельев А. И. Свобода договора и ее пределы. М.: Статут, 2012. Т. 1. Теоретические, исторические и политико-правовые основания принципа свободы договора и его ограничений.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *