Право: модели и отклонения

(Нанба С. Б.)

(«Журнал российского права», 2014, N 6)

Текст документа

ПРАВО: МОДЕЛИ И ОТКЛОНЕНИЯ

С. Б. НАНБА

Нанба С. Б., старший научный сотрудник ИЗиСП, кандидат юридических наук.

В Институте законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации (далее — ИЗиСП) сформировалась группа молодых ученых, которые под общим руководством доктора юридических наук, профессора Ю. А. Тихомирова исследуют проблемы отклонений в праве. Результатом научных изысканий станет монография «Правовые модели и реальность». Отдельные аспекты проведенных исследований были представлены на обсуждение 7 апреля 2014 г. в Центральном доме ученых Российской академии наук в рамках секции права на тему «Право: модели и отклонения».

Открыл заседание председатель секции Ю. А. Тихомиров. Он пояснил, что к обозначенной теме редко обращаются исследователи в области общественных наук, поскольку речь идет о возможностях предвидения общественных процессов в правовой сфере.

Право является способом опережающего отражения реальности. Современное правовое развитие Российской Федерации идет по формуле ad hoc, нередко являясь стихийно развивающимся. И в данном случае большая роль отводится функции прогнозирования, научного предвидения. В советские годы предпринималась попытка разработки Методики юридического прогнозирования (такими учеными, как В. Н. Кудрявцев, В. П. Казимирчук, В. И. Никитинский, В. В. Глазырин). Изучать современные процессы правового развития необходимо, используя комплексные научные знания философии, социологии и др. Так, сложно спланировать принятие нормативного правового акта без учета специфики динамики населения.

Выступающий пояснил, что одним из вариантов решения проблемы является конструкция правовой модели, под которой понимается прогнозируемый вариант оптимального правового регулирования будущих явлений и процессов и которой определяются цели и средства формирования нового правового состояния и расчеты связанных с этим реальных результатов. Правовая модель отражает уровень действующего правопорядка и тенденции его развития с учетом тенденций, этапов и показателей экономического, социального и политического развития, а также взаимодействия с нормами внешней среды. Модель состоит из комплекса элементов, связанных между собой. Правовая модель позволяет определить возможные границы правового регулирования (корпоративное регулирование, саморегулирование) и, соответственно, наметить предметы правового регулирования.

В выступлении подчеркивалось, что также следует использовать набор правовых регуляторов. Надлежит оценивать регуляторы не только внутреннего, но и международного права. В любом случае необходимо учитывать позитивные и негативные показатели действия законов и иных актов. И наконец, следует учитывать динамику изменений субъектов права в этой перспективе, соотношение функций органов государственной власти и местного самоуправления.

Элементом юридического прогнозирования являются правовые риски. Их анализ позволяет предвидеть как повторяющиеся, так и возможные и неожиданные отклонения от правовых моделей и правовых регуляторов. Риски исследованы в основном в гражданском праве, однако они имеют место и в публичных отраслях права. И задача права на сегодняшний день — диагностировать возможные, постоянно повторяющиеся риски.

Важным элементом юридического прогнозирования является анализ динамики поведения граждан. Имеется в виду не только динамика правомерного и неправомерного поведения и их соотношения между собой, но и так называемого нейтрального поведения. И здесь важны показатели различных видов поведения, т. е. действий, бездействия и т. п.

Ведущий научный сотрудник ИЗиСП кандидат юридических наук Н. И. Хлуденева в докладе представила правовую природу дефектов. Являясь негативным отклонением в праве, дефекты снижают эффективность реализации любой модели правового регулирования. Дефекты в праве (дефекты правового регулирования) представляют собой различного рода несовершенства (недостатки) правовых идей, правовых норм и нормативных правовых актов, их содержащих, а также дефекты правореализации, оказывающие негативное влияние на процессы формирования и действия права как регулятора общественных отношений.

Вместе с тем появление дефектов в праве может быть предопределено и влиянием субъективного фактора, связанного с деятельностью человека, группы людей (зачастую именно этот фактор играет ведущую роль в появлении дефектов в праве).

В целом исследование природы появления дефектов в праве позволяет обозначить в качестве ключевых следующие факторы, способствующие их возникновению: нестабильность и динамизм общественных отношений, обусловленные закономерностями социального развития, приводят к объективному отставанию правового регулятора, который не всегда успевает своевременно корректироваться и приводиться в соответствие с новыми политическими, экономическими и иными условиями жизнедеятельности общества; усложнение общественных отношений нередко приводит к интенсификации правового регулирования, к разрастанию массива правовых норм и нормативных правовых актов, что, в свою очередь, способствует появлению не только многочисленных законотворческих ошибок в процессе разработки и принятия нормативных правовых актов, но и ошибок в правоприменении; преувеличение роли права в регулировании общественных отношений нередко приводит к тому, что в системе права появляются избыточные правовые нормы, нормы, устанавливающие необоснованно широкие пределы усмотрения для субъектов правоприменительной деятельности и др.

Докладчик, классифицируя дефекты в праве, подчеркнула, что с учетом выделяемых в праве составных частей можно говорить о существовании в нем таких правовых дефектов, как дефекты правового сознания, дефекты системы права, дефекты системы законодательства, дефекты системы правоотношений, дефекты реализации правовых предписаний. Отмечались и другие критерии классификации дефектов в праве (в зависимости от стадии механизма правового регулирования по степени распространения на систему права и др.).

Итак, для предотвращения и своевременного устранения дефектов в праве имеет важное значение не только точное определение их правовой сущности, но и решение вопроса о том, какими способами и средствами следует реагировать на столь негативные проявления в праве.

Научный сотрудник ИЗиСП Ф. В. Цомартова остановилась на проблеме позитивных отклонений в праве. В настоящее время проблематика позитивных отклонений в праве фактически выпала из исследовательского поля зрения правоведов ввиду его догматического и узконормативного понимания.

Попытки осмысления явления позитивных отклонений в рамках общественных наук восходят к социологическим девиантологическим концепциям, заключающим в себе идею о том, что девиантность иногда имеет своей целью уничтожение норм и правил, законов, тормозящих общественное развитие в целом и мешающих гармоничному развитию отдельной личности. В отечественной науке всплеск интереса к тематике позитивных отклонений от нормы наблюдался в 1970-е гг., когда появилось большое количество трудов, посвященных проблемам социологии девиантного поведения (В. С. Афанасьев, А. А. Габиани, Я. И. Гилинский, В. Н. Кудрявцев, И. В. Маточкин, Р. С. Могилевский, А. М. Яковлев и др.).

Выступающая пояснила, что необходим исходный критерий оценки, позволяющий разграничить негативные и позитивные отклонения. По-видимому, поиск такого критерия целесообразно осуществлять с учетом того, что позитивные отклонения в праве должны способствовать улучшению качества жизни, устойчивому развитию, стоять у истоков инноваций, быть общественно полезными, в широком смысле — стимулировать прогресс.

Этот вывод косвенно подтверждается наличием в нормативной системе конструкций, выступающих связующим звеном между правовыми моделями и безусловными отклонениями от них в позитивном русле, легитимирующими отклонения по причине их общественной полезности. В качестве таковых выступают, например, правовые моратории (мораторий на смертную казнь, мораторий на приватизацию жилых помещений, государственных и муниципальных образовательных учреждений), концепции обоснованного риска, необходимой обороны, крайней необходимости, физического или психического принуждения, исключающие преступность деяния, несмотря на содержание в таких деяниях состава предусмотренного уголовным законом преступления, в связи с тем что вред, причиняемый таким деянием, является общественно полезным.

Причины возникновения позитивных отклонений в праве, по мнению Ф. В. Цомартовой, могут быть объективного и субъективного характера. К субъективным причинам возникновения позитивных отклонений в праве можно отнести непредвидимые последствия динамики развития правовых состояний, противоречие между сложившимися формами и методами государственно-правового воздействия на определенную сферу общественной жизни и реальными потребностями общественной жизни, недостаточное развитие правовых форм в определенной сфере общественных отношений и др.

Помимо субъективных недостатков правовых моделей позитивные отклонения в праве объективно порождает изменчивость общественной жизни в условиях статичности нормативно-правовых регуляторов. Правовые модели не могут нормально существовать неопределенно долгое время в неизменном виде, поскольку должны отражать объективные общественные потребности.

Основываясь на представлении о позитивном отклонении в праве как о разрыве между правовыми моделями и фактическими результатами, докладчик выделяет следующие виды позитивных отклонений в праве: 1) отклонения, предполагающие согласие с правовыми целями и отрицание предлагаемых для их достижения правовых средств; 2) отклонения, приспосабливающие имеющиеся правовые средства к достижению не предусмотренных правовой моделью целей; 3) отклонения, выражающиеся в отказе и от правовых целей, и от средств их достижения.

По итогам докладов состоялась дискуссия, в которой приняли участие представители различных научных школ, в том числе и неправовых. Профессор кафедры международного частного права Н. Ю. Ерпылева обратила внимание присутствующих, что, исходя из контекста докладов, а именно моделирования ситуаций, возникает вопрос: возможно ли слияние Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ? Представители технических наук отметили, что модель, созданная в техническом плане, осязаема и может быть реально использована. Возможно ли это в праве?

Профессор С. И. Некрасов затронул следующие вопросы: насколько четко выверенная правовая модель сможет эффективно работать и зависит ли это только от самой модели? Главный научный сотрудник ИЗиСП доктор юридических наук В. В. Лазарев подчеркнул, что представленная для обсуждения тема «Моделирование и реальность» видится немного спорной, поскольку модель — это и есть та самая реальность, она многолика и многоаспектна.

В рамках дискуссии поднимался вопрос и о правовой природе эксперимента, приводились примеры закона о местном самоуправлении, едином государственном экзамене, государственном юридическом бюро. Отмечалось, что следует закрепить на федеральном уровне положительный результат проведения правовых экспериментов.

Доктор юридических наук, профессор В. Н. Синюков подчеркнул, что, проводя исследования в построении правовых моделей, нельзя допустить потери материи права и смешения основных категорий, используемых в различных научных знаниях, в противном случае сложившаяся ситуация может привести к методологическому тупику.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *