Интерпретация в правоприменении

(Боруленков Ю. П.) («Мировой судья», 2013, N 1) Текст документа

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ В ПРАВОПРИМЕНЕНИИ

Ю. П. БОРУЛЕНКОВ

Боруленков Юрий Петрович, заместитель директора Института повышения квалификации СК РФ, кандидат юридических наук, доцент.

По мнению автора, необходимо создание общей теории юридической интерпретации — элемента механизма системы единого юридического процесса, в связи с этим требуется комплексное научное исследование и обобщение опыта.

Ключевые слова: интерпретация, правоприменение, юридический процесс.

Interpretation in law-application Yu. P. Borulenkov

The author believes that creation of a general theory of juridical interpretation as an element of mechanism of the system of a uniform juridical procedure is necessary, in this connection complex scientific research and generalization of experience are required.

Key words: interpretation, law-application, juridical procedure.

В юридической деятельности, рассматриваемой под углом зрения ее интеллектуальных характеристик, можно выделить три основных компонента: познание, интерпретация (толкование) и принятие решения. Вопрос интерпретаций в юридической деятельности не случайно с древнейших времен является одним из центральных и рассматривается в рамках герменевтической традиции <1>. В основе герменевтического подхода находится понятие «интерпретация», под которой понимается процесс разъяснения, толкования смысла чего-либо сложного для понимания, неясного и т. д. — это истолкование, разъяснение смысла, значения текста. ——————————— <1> Выделяется философская, лингвистическая, религиозная, юридическая и т. п. герменевтика. Подробнее см.: Герменевтика: история и современность (критические очерки). М., 1985; Гусев С. С., Тульчинский Г. Л. Проблема понимания в философии. М., 1985; Кузнецов В. Г. Герменевтика и гуманитарное познание. М., 1991.

Текст — объединенная смысловой связью последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность и цельность <2>. Текст — это идеи, выраженные средствами определенного языка. Тексты могут быть и невербальными, предметом интерпретации могут быть объекты, события, действия. Многозначность и скрытая неисчерпаемость текста определяют возможность существования бесконечного множества интерпретаций, относительность их характера и объективности каждого индивидуального толкования. ——————————— <2> Лингвистический энциклопедический словарь. URL: http://tapemark. narod. ru/les/396a. html.

Профессор Г. И. Рузавин предложил толковать интерпретацию предельно широко. «Интерпретация, — пишет он, — не ограничивается только областью языка, а охватывает широкие сферы коммуникации и деятельности людей в целом. Можно даже сказать, что в принципе интерпретация возможна и без языка, но язык невозможен без интерпретации. Вот почему интерпретация составляет фундаментальную основу не только нашего мышления, но и любой коммуникативной деятельности и взаимопонимания между людьми» <3>. ——————————— <3> Рузавин Г. И. Методология научного исследования: Учебное пособие для вузов. М., 1999. С. 205.

Смысл любого текста актуализируется в коммуникации и расшифровывается в контекстах, избираемых интерпретатором. Контекст — это смысловая база интерпретации. Роль контекста могут выполнять любые тексты (часть текста, текст в целом или совокупность текстов), выступающие по отношению к интерпретируемому тексту (или его фрагменту) смысловым окружением. Контексты содержат пресуппозиции <4>, выполняющие роль дешифраторов и необходимые для расшифровки смысла любого текста или его фрагмента <5>. ——————————— <4> Пресуппозиция (лат. prae — впереди, перед и supposition — предположение) (презумпция) — термин лингвистической семантики, обозначающий компонент смысла предложения, который должен быть истинным для того, чтобы предложение не воспринималось как семантически аномальное или неуместное в данном контексте. См.: Лингвистический энциклопедический словарь. URL: http://tapemark. narod. ru/les/396a. html. <5> Малинова И. П. Интерпретационная деятельность в праве (методологические основания и систематизация) // Российский юридический журнал. 2011. N 1 (76). С. 18 — 25.

Интерпретация — когнитивный процесс и одновременно результат в установлении смысла речевых и/или неречевых действий и событий. Как и при анализе когнитивной деятельности, можно говорить о субъекте, объектах, процедуре, целях, результатах, материале и инструментах интерпретации. Причем: 1. Интерпретация характеризуется триединством: одновременно процессом (обладающим объектами и результатами), результатом и установкой (презумпцией интерпретируемости объекта). Результат бывает воспринимаемым внешне — в виде воспроизведения, пересказа, перевода, реминисценции и т. п. или исключительно внутренним — как понимание. 2. Интерпретация — целенаправленная когнитивная деятельность, обладающая обратной связью с промежуточными (локальными) и глобальными целями интерпретатора. 3. Объект интерпретируется только в рамках системы, когда заранее определен набор допустимых видов и форм представления результата <6>. ——————————— <6> Демьянков В. З. Интерпретация как инструмент и как объект лингвистики // Вопросы филологии. М., 1999. С. 5 — 13.

Каждой интерпретации обязательно должен предшествовать трудоемкий процесс сбора информации, который сопровождается процессами идентификации и эмпатии <7>. И это не вопрос чисто рациональной информации, но информации, которая делает объект понятным и воспроизводимым. Сознание не копирует действительность, поскольку имеет собственное содержание (внутренние контексты), выполняющее роль призмы в любом акте восприятия, осмысления. Любое явление, факт становятся содержанием сознания только в интерпретированном виде. На сцене сознания событие предстает облаченным в словесные одежды (т. е. наименованным) и имеющим свое место в пространстве и времени. Пространственно-временная локализация дополняется «координированием» события смыслом и значением <8>. ——————————— <7> Эмпатия (греч. empatheia — сопереживание) — постижение эмоционального состояния, проникновение-вчувствование в переживания другого человека, идентификация говорящего с участником или объектом сообщаемого события См.: Лингвистический энциклопедический словарь. URL: http://tapemark. narod. ru/les/396a. html. <8> Батыгин Г. С. Обоснование интерпретационных схем // Социологические исследования. 1984. N 2. С. 22.

Центральным методологическим принципом интерпретации является герменевтический круг — главное методологическое понятие герменевтики, суть которого заключается в том, что, во-первых, интерпретатор всегда должен иметь в виду взаимосвязь целого и частей, когда целое познается через его части и наоборот. Во-вторых, идея герменевтического круга связывает воедино процессы понимания и объяснения: чтобы понять, необходимо объяснить, но чтобы объяснить, нужно понять <9>. Это первичное понимание служит предпосылкой толкования любого текста. В юриспруденции в качестве таких предпосылок выступают юридические и иные знания, умения, навыки и т. п., личный опыт интерпретатора, а также объективированный вовне правовой и иной социальный опыт. ——————————— <9> Гусев С. С., Тульчинский Г. Л. Проблема понимания в философии. М., 1985. С. 30 и след.

Важное значение в герменевтике придается идее о понимании и объяснении как реконструктивном процессе, в ходе которого для правильного уяснения смысла и значения текста интерпретатор реконструирует его и логически преобразует <10>. Это позволяет подойти к проблеме юридической интерпретации с кибернетической и информационной точек зрения. ——————————— <10> Герменевтика: история и современность (критические очерки). М., 1985. С. 173.

Объяснение и понимание с необходимостью предполагают друг друга, условием их продуктивности являются общие теоретические, логико-методологические, фактуальные и аксиологические предпосылки. Понимание — универсальная форма освоения действительности, постижение и реконструкция смыслового содержания явлений исторической, социально-культурной, а также природной реальности <11>. Понимание — личностный процесс, связанный с особенностями психики, нервной системы, духовного развития и т. п., одновременно оно связанно с его включенностью в различные коммуникативные системы человеческого общения. Соотношение субъективного и объективного, психологического и логического, интуитивного и рационального по-разному представлены на разных уровнях и типах понимания <12>. Интерпретация объекта всегда носит гипотетический характер и может быть пересмотрена. Таким образом, главная цель понимания состоит в том, чтобы придать смысл объекту познания. ——————————— <11> Философия / Под ред. В. П. Кохановского. Ростов н/Д, 2003. С. 493. <12> Рузавин Г. И. Указ. соч. С. 76 — 77.

В настоящее время герменевтикой обозначается подход (концепция) и даже целая наука; интерпретации же отводится роль метода (процедуры). Процесс герменевтического понимания может включать в себя несколько интерпретаций, например, грамматическую и психологическую. «Герменевтика, — указывает П. Рикер, — означает не что иное, как последовательное осуществление интерпретаций» <13>. ——————————— <13> Рикер П. Герменевтика и метод социальных наук // Герменевтика. Этика. Политика. М., 1995. С. 3.

Расширение рамок понимания, а за ним и применения данного понятия, происходит и в юридической сфере <14>. ——————————— <14> Белкин Р. С. Курс криминалистики: В 3-х т. М., 1997. Т. 1. С. 127, 132; Громов Н. А., Гущин А. Н. Проблемы интерпретации оперативно-розыскных данных в качестве доказательств // Профессионал. 1999. N 2 — 3; Поляков М. П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Монография / Под науч. ред. проф. В. Т. Томина. Н. Новгород, 2001.

Среди активных проводников широкого подхода к правовой интерпретации следует выделить профессора В. Н. Карташова. Владимир Николаевич предлагает рассматривать интерпретацию как особый вид юридической практики (интерпретационная практика) с соответствующими исходными понятиями, конструкциями, выводами и направлениями поиска. Данное понятие, по его мнению, представляет собой не просто разновидность определенной деятельности, а диалектическое единство деятельности по установлению содержания и формы правовых явлений (динамическая ее сторона) и правового опыта, социально-правовой памяти (статический компонент) <15>. ——————————— <15> Карташов В. Н. Теория правовой системы общества: Учебное пособие: В 2 т. Ярославль, 2005. Т. 1. С. 351 — 353.

Техники интерпретации можно подразделить на когнитивные, сфокусированные на методах мыслительных операций интерпретационного типа, осуществляемые через обращение к методологическим контекстам герменевтики, лингвистики, аналитической философии, семиологии, философии права, и собственно юридические, нацеленные на процессуально-юридические аспекты толкования. Юридическими техниками толкования занимается теория права, а когнитивными — юридическая герменевтика. Мы согласны с авторами, считающими, что интерпретация — родовое понятие, а толкование — это вид интерпретационной деятельности, связанный только с вербальными текстами <16>. ——————————— <16> Малинова И. П. Интерпретационная деятельность в праве (методологические основания и систематизация) // Российский юридический журнал. 2011. N 1 (76). С. 18 — 25.

«Интерпретационным играм» в праве более двух тысяч лет, и именно они препятствуют рутинизации юридического мышления, побуждая юристов к поиску тончайших юридических нюансов в текстах норм, к совершенствованию юридических техник. Интерпретационная деятельность служит средством согласования юридической догмы и постоянно меняющихся социальных условий, жизненных ситуаций <17>. Ни одна из разновидностей юридической деятельности невозможна без толкования (интерпретации) правовых норм, принципов права, юридически значимых свойств фактических обстоятельств. Интерпретация заложена в самой природе права и является постоянно действующим источником его обновления и либерализации. Одно из значений интерпретации — импровизация, подвигающая к особому творческому осмыслению информационных продуктов. ——————————— <17> Там же. С. 18 — 25.

Цель является частью социально-психического механизма интерпретации и выступает важным ориентиром и средством интеграции разнообразных действий и операций интерпретатора в соответствующую систему. Выраженные вовне цели предстают в качестве определенных задач, которые указывают, что должно быть достигнуто в процессе интерпретации. Цели-задачи определяют существование и реализацию тех или иных функций интерпретации, конкретное содержание, способы воздействия на общественные отношения. Значительной спецификой обладает юридическая интерпретация в зависимости от того, какую юридическую практику она «обслуживает». Поэтому можно говорить об интерпретации в правотворческой (законодательной и т. п.) и правосистематизирующей юридической практике (кодифицирующей и т. п.), реализации права (правоприменении и т. п.), о судебной, нотариальной и иной юридической интерпретации <18>. ——————————— <18> Карташов В. Н. Теория правовой системы общества… Т. 1. С. 380, 388 — 389.

Наиболее наглядна роль интерпретации в правоприменении. Именно здесь интерпретация показала себя как особо ценный эвристический инструмент. Правоприменение есть процесс рассмотрения компетентными субъектами юридического дела и принятия по нему решения, содержанием которого являются правоприменительные действия и операции, объединенные в три логически взаимосвязанные стадии. Эти стадии отражают этапы движения юридического дела с момента его возникновения до момента его разрешения: установление фактических обстоятельств; установление юридической основы для решения дела; вынесение решения по делу, выраженное в акте применения права. В любом судебном разбирательстве толкованию правовых норм, на основе которых суд принимает решение, предшествует юридически значимая интерпретация событий, составляющих фабулу дела. Правоприменительные действия и операции на стадии установления фактических обстоятельств дела направлены на воссоздание объективной картины социально-правовой ситуации, которую необходимо разрешить путем вынесения правоприменительного решения. Интерпретация в юридическом познании <19> представляет собой умственную и языковую практику с использованием общедоступных средств. Интерпретации подлежат фактические обстоятельства, поведение и высказывания людей, имеющие юридическое значение. Говоря о субъектном аспекте информации в юридическом познании, подразумевается, что информация о юридическом событии имеет субъективную природу, поскольку является разновидностью актуальной информации. ——————————— <19> Подробнее о юридическом познании см.: Боруленков Ю. П. Юридическое познание как фундаментальная категория правоведения // Юридический мир. 2009. N 12 (156). С. 52 — 56.

Говоря о субъективном характере процессуальных средств познания, в первую очередь подразумеваются интерпретативные способности субъекта создавать информацию с привлечением собственного сознания <20>. Можно утверждать, что ретрансляционная интерпретация в определенном смысле является свойством процессуальных доказательств <21>. ——————————— <20> Поляков М. П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2002. С. 23. <21> Подробнее о процессуальных доказательствах см.: Боруленков Ю. П. Теоретические основы процессуального познания: Монография. Владимир, 2006. С. 102 — 162.

Стадию установления юридической основы для решения дела образуют правоприменительные действия, связанные с выбором нормы, ее проверкой, операции по толкованию и юридической квалификации. Толкование выступает средством конкретизации и индивидуализации нормы применительно к конкретным субъектам и обстоятельствам. Норма конкретизируется в индивидуальном сознании правоприменителя, и этот процесс носит субъективный характер и осуществляется через призму правовых знаний, профессионального опыта, личностных установок, готовности, и испытывает при этом влияние индивидуально усвоенных, ведомственных («цеховых») интересов, целей и устремлений личности (например, карьерных и др.), что неизбежно приводит к возникновению различных вариантов толкования. Формализация в праве сама по себе еще не обеспечивает действительного равенства всех перед законом. Только состязательность, возможность интерпретационной инициативы делает это равенство реальным. Состязательность — самая древняя форма проявления правовой свободы, основана на интерпретации субъектами права в своих интересах норм и событий, которые под эти нормы «подверстываются». Большинство споров о праве связано с разными интерпретациями одних и тех же норм и фактических обстоятельств. В состязательном процессе интерпретационный элемент развивается до партийной пристрастности сторон, достигает острой фазы кризиса и снимается тем, что суд отдает предпочтение наиболее правдоподобной, сильной интерпретации. Через диалог происходит понимание, реконструкция события, ставшего объектом юридического познания. При этом важнейшей составляющей является авторитетность, общепризнанность, научная и культурная ценность тех методологических оснований, на которых построены предлагаемые вниманию суда интерпретации. Результатом доказывания является юридический факт — это знание, являющееся проекцией сложной юридической деятельности, несущей на себе печать и личности субъектов, и особенности социально-культурного контекста <22>. ——————————— <22> Малинова И. П. Юридическая герменевтика и правопонимание: Материалы к спецкурсу. Екатеринбург, 2004. С. 59, 63; Александров Д. В. Интерпретационный риск в юридической деятельности и правореализующей практике: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Владимир, 2007. С. 21 — 23; Александров А. С. Новая теория доказательств. URL: http://www. iuaj. net/book/export/html/406; Малинова И. П. Интерпретационная деятельность в праве. С. 18 — 25.

Интерпретация — это процесс, продолжающийся в течение определенного периода времени. Подобно тому, как мозаика состоит из разных маленьких камешков, интерпретация собирает вместе отдельные неполные интерпретации, которые вращаются вокруг доказательственного комплекса. Даже после того, как интерпретатор придет к пониманию механизма доказывания, отдельные компоненты интерпретации все еще корректируются материалом, который предлагается участниками процесса. Субъект должен выбирать направление интерпретации каждый момент и решать вопросы корректировки юридической позиции. Только та интерпретация, которую суд сможет принять, будет правильной. Это зависит от способности субъекта доказывания к эмпатии и идентификации с судом с целью понять, до какой степени интерпретация является адекватной. Сознание не носит личного характера, основой познания являются наша коммуникация с другими людьми и объектами, а также ситуации и события, интегрированные в один и тот же «контекст значения», предполагающий с необходимостью интерпретативную деятельность. Мы считаем, что при определении сущности процессуального познания и доказывания следует исходить прежде всего из функций субъектов и наличия их специфического интереса. Процессуальное познание нельзя рассматривать в целом как сквозной процесс накопления знаний некоего единого виртуального субъекта, осуществляющего познание в рамках юридического процесса от начальной и до конечной стадии. Каждый из субъектов осуществляет познание в рамках своих специфических функций и полномочий. В равной степени это относится и к доказыванию, которое мы определяем как деятельность по обоснованию сторонами утверждений <23>. В самом понятии «доказывание» заключено положение о том, что одно лицо, убежденное в истинности события, обстоятельства, предлагает другому лицу определенным образом собранные данные с целью формирования у него аналогичного мнения <24>. И если для определения сущности процессуального познания конкретного вида субъекта процессуального познания главную роль играют функции и полномочия, то для доказывания — функции и интерес <25>. В этом контексте можно утверждать: «Доказывание — не познание, оно для познания» <26>. ——————————— <23> Боруленков Ю. П. Юридическое познание в процессуальной, оперативно-розыскной и частной детективной деятельности: Монография. Владимир, 2009. С. 104 — 126. <24> Елизаров В. А. Доказывание сторонами оснований своих требований и возражений в гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1968. С. 4. <25> Об интересе как правовой категории и структурном элементе деятельности субъекта см.: Першин М. В. Частноправовой интерес: понятие, правообразование, реализация: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2004. С. 12 — 18. <26> Курылев С. В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, 1969. С. 134.

В содержательном плане понятия «процессуальное познание» и «доказывание» не только не совпадают, но могут и не пересекаться. При одинаковых объемах сведений, полученных в процессе процессуального познания, стороны по-разному оценивают их, поскольку юридический процесс — всегда спор. Более того, нередко субъекты процессуального познания, находящиеся на одной процессуальной стороне, движимые личными интересами, дают различную интерпретацию тем или иным установленным обстоятельствам. Как указывает Л. Я. Драпкин, «закрывать глаза на объективность существования конфликтных ситуаций в расследовании, делать вид, что непосредственные интересы и цели участников уголовно-следственного процесса совпадают, было бы ошибкой» <27>. Не в меньшей степени наблюдается противоположность интересов сторон в гражданском процессе. ——————————— <27> Драпкин Л. Я. Понятие и классификация следственных ситуаций // Следственные ситуации и раскрытие преступлений. Свердловск, 1975. С. 38 — 42.

Следует заметить, что для ряда субъектов доказывания (например, защитника подсудимого, представителя гражданского истца) интерпретация установленных обстоятельств в процессе доказывания зависит от интереса иных субъектов (подсудимого, гражданского истца), независимо от собственной оценки обстоятельств дела. Как отмечается, «степень цивилизованности общества определяется в том числе и тем, насколько оно готово различать позицию адвоката и позицию его клиента. Смысл профессии адвоката состоит в том, чтобы защищать клиента вне зависимости от того, прав он или не прав, плох он или хорош, нравится он тебе самому или нет. Таковы правила игры, которую называют правосудием» <28>. ——————————— <28> Пастухов В. Беззащитная Россия // Аргументы недели. 2009. 29 января.

Интерпретация не является объективной и нейтральной. Идеализированное представление классического правоведения о судье как о доброжелательном и нейтральном арбитре, при помощи сторон устанавливающего истинный смысл правового явления, неверно. Право не может существовать в отсутствие идеологического, ценностного выбора толкователя и тех, кому он адресует интерпретацию <29>. ——————————— <29> Александров А. С. Введение в судебную лингвистику: Дис. … д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2003. С. 46.

В данном контексте интерпретацию следует классифицировать на внешнюю и внутреннюю. Внешняя интерпретация направлена на обслуживание доказывания другим субъектам юридического процесса, а внутренняя — собственных гносеологических задач. В правоприменении налицо технологическая цепочка <30>, результатом которой является окончательная интерпретация, на основе которой формируется внутреннее убеждение судьи и принимается решение. При этом следует иметь в виду, что точность значений становится все более фрагментарной по отношению к предыдущей, все более субъективной <31>. ——————————— <30> Поляков М. П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Монография. § 4.2.2. Информационное взаимодействие. <31> Суслов В. В. Герменевтика и юридическое толкование // Государство и право. 1997. N 6. С. 117.

В литературе достаточно распространенным является мнение, что при юридической интерпретации ничего нового не создается. Вряд ли с этим можно согласиться. «Если бы толкование не давало нам новые знания, — пишет А. Ф. Черданцев, — то оно было бы не нужно ни практически, ни теоретически» <32>. Интерпретация связана с раскрытием содержания и формы правовых явлений, устранением противоречий, неточностей и иных погрешностей в предписаниях, с установлением четкости и ясности в правовом регулировании, приращением новых знаний, умений, опыта <33>. ——————————— <32> Черданцев А. Ф. Толкование советского права. М., 1979. С. 29. <33> Карташов В. Н. Теория правовой системы общества. С. 352.

Субъекты доказывания, компетентный орган, будучи профессиональными интерпретаторами, не только фиксируют и систематизируют информацию, но и в некотором смысле «обогащают» ее. В определенных случаях информация может быть произведена и обогащена интерпретаторами особого рода — специалистами в науке, технике, искусстве или ремесле <34>. ——————————— <34> См. об этом, напр.: Махов В. Н. Использование знаний сведущих лиц при расследовании преступлений. М., 2000.

Юридическая интерпретация связывает теорию, право и практику и может быть представлена как методологический принцип информационного взаимодействия, материализующийся в определенной схеме производства и использования информации. Юридическое познание представляет собой информационную технологию. Информационный продукт структурно представляет собой: содержание — субъект — метод. Содержание информации дает представление о событиях и явлениях, заданных совместными целями и задачами правовой деятельности; специальный субъект и специфический метод (обладающий процессуальными свойствами) придают информации соответствующую аргументационную силу. Совокупность взаимосвязанных и взаимодействующих между собой способов, правил и принципов интерпретации, научно разработанные основы ее организации и осуществления составляют важную часть интерпретационной тактики. В самом широком смысле данную тактику можно определить как искусство правильно и грамотно управлять участниками ИД, оптимально планировать и организовывать юридические действия и операции (познания, оценку и т. п.), наиболее целесообразно использовать общесоциальные, специально-юридические и технические средства для достижения поставленных целей и вынесения решений <35>. Таким образом, она представляет собой определенную технологию преобразования одного текста в другой, путем использования соответствующей техники и тактики позволяет раскрыть подлинное содержание юридического явления <36>. ——————————— <35> Карташов В. Н. Теория правовой системы общества. С. 360 — 361. <36> Губаева Т. В. Словесность в юриспруденции: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Казань, 1996. С. 15; Ващенко Ю. С. Филологическое толкование норм права: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2002.

На наш взгляд, проблема интерпретационной техники, тактики, стратегии и технологии требует в настоящее время самостоятельного, комплексного и обстоятельного научного исследования с опорой на достижение различных наук, юридическую и социальную практику в целом. Вполне вероятно, что в будущем возможно создание общей теории юридической интерпретации — элемента механизма системы единого юридического процесса <37>. ——————————— <37> Идея всеобщего процесса достаточно давно известна юридической науке. См., напр.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. М., 1991; Павлушина А. А. Теория юридического процесса: итоги, проблемы, перспективы развития / Под ред. В. М. Ведяхина. Самара, 2005.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *