Некоторые вопросы, возникающие при рассмотрении дел о защите деловой репутации банков в арбитражной практике

(Полуйчик Н.)

(«Хозяйство и право», N 12, 1997)

Текст документа

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ,

ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ РАССМОТРЕНИИ ДЕЛ О ЗАЩИТЕ

ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ БАНКОВ В АРБИТРАЖНОЙ ПРАКТИКЕ

Н. ПОЛУЙЧИК

Согласно Конституции Российской Федерации 1993 года достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (ст. 21, 23). Новый Гражданский кодекс Российской Федерации наряду с общим правилом о защите чести, достоинства и деловой репутации граждан предусмотрел в п. 7 ст. 152 право на судебную защиту деловой репутации организаций (предприятий). Указание в ГК на возможность опровержения в судебном порядке распространенных сведений, порочащих деловую репутацию организаций, обусловлено сложившимися экономическими отношениями, необходимостью усиления защиты предпринимательской деятельности.

При распространении порочащих сведений в отношении организаций умаляется именно деловая репутация.

Репутация (лат. reputatio — обдумывание, размышление) — сложившееся у окружающих мнение о нравственном облике того или иного человека (или коллектива), основанное на его предшествующем поведении и выражающееся в признании его заслуг, авторитета, в том, чего от него ожидают в дальнейшем, какая мера ответственности на него возлагается и как оцениваются его поступки.

С одной стороны, в ней воплощено общественное признание достоинства прошлой деятельности, а с другой — она оказывает влияние на роль и место данного субъекта в дальнейшей совместной деятельности.

В последнее время в арбитражной практике появились иски о защите деловой репутации банков, что, несомненно, представляет определенный интерес, поскольку их рассмотрение весьма специфично и требует глубокой оценки не только материально — правовых, но и морально — психологических аспектов.

Основными критериями эффективной работы банков являются стабильность, финансовая устойчивость, способность к безусловному выполнению взятых на себя обязательств. Подобные и иные качества финансовой структуры принимают во внимание клиенты и партнеры при выборе банка, которому они намерены доверить свои деньги или ценности, обратиться за финансовой поддержкой, квалифицированной консультацией.

Поэтому всякое упоминание негативного характера о банке отрицательно влияет на его деловую репутацию: снижает интерес к нему со стороны партнеров, закладывает сомнение у лиц, вложивших деньги в акции банка и желающих иметь стабильный доход, в возможности их возврата, порождает недоверие со стороны органов власти и управления, формирует негативное отношение средств массовой информации.

Деловая репутация юридического лица, в частности, банка, должна рассматриваться как всестороннее отражение восприятия банка его клиентами и партнерами, контролирующими органами, гражданами, государственными структурами и общественными организациями.

Надежность и финансовая устойчивость банков находится под пристальным вниманием не только Центрального банка Российской Федерации, являющегося по закону основным органом банковского регулирования и надзора за деятельностью кредитных организаций, но также и крупных клиентов, которые судят о конкретном банке, прежде всего, по годовым и промежуточным балансам, подтверждаемым аудиторскими заключениями.

Рассмотрим два наиболее интересных примера из арбитражной практики по рассматриваемой проблеме.

В арбитражном суде г. Москвы рассматривалось исковое заявление от 29 ноября 1995 года о защите деловой репутации и компенсации морального вреда АКБ «Менатеп» к КБ «Альфа — банк», банку «Российский кредит», АБ «Инкомбанк».

26 ноября 1995 года ответчики выступили с совместным заявлением «О финансовых проблемах приватизации, взаимоотношениях банка «Менатеп» и некоторых правительственных структур», впоследствии опубликованных в газетах «Известия», «Коммерсант — daily» и других средствах массовой информации.

По мнению истца, в указанном заявлении содержался ряд заведомо ложных сведений, порочащих деловую репутацию истца, в результате чего ему был нанесен моральный вред. В частности, в заявлении утверждалось, что истец, активно участвуя в приватизации, принял на себя инвестиционные обязательства по более чем 60 предприятиям на сумму более 600 млн. долларов, что сумма в 1,1 млрд. долларов более чем в 10 раз превышает собственный капитал истца. Содержались намеки на обусловленность финансовых проблем приватизации некими специфическими взаимоотношениями истца с некоторыми правительственными структурами, отмечалось, что «по многим неисполненным обязательствам идут судебные процессы». Кроме того, в указанном заявлении выдвигался тезис о намерении истца участвовать в аукционах по акциям АООТ «НК ЮКОС».

В исковом заявлении истец подчеркивал, что он в силу статуса коммерческого банка законодательством о приватизации лишен права участвовать в таких аукционах. Кроме того, он рассматривает опубликование ответчиками заявления как попытку недобросовестных конкурентов, прикрываясь рассуждениями об интересах государства, создать истцу, зарекомендовавшему себя надежнейшим российским финансовым институтом, проблемы в осуществлении его деятельности, а также как проявление недобросовестной конкуренции, направленное на введение потребителей банковских услуг в заблуждение.

Принимая во внимание, что занимаемое заявителями положение руководителей крупнейших банков страны есть признание их высоких профессиональных качеств, в том числе способности адекватно оценивать правовые и финансовые нюансы банковской практики, приведенные в тексте заявления утверждения не являются добросовестным заблуждением авторов, а представляют собой целенаправленное введение общественности в заблуждение, имеющее конечной целью воспрепятствовать проведению запланированного соответствующими государственными органами конкурса, создать благоприятные условия для реализации собственных намерений относительно характера участия в конкурсе по «ЮКОСУ».

Суду было представлено заявление Минфина РФ, подтверждающее позицию истца и опубликованное в «Коммерсант — daily» 30 ноября 1995 года. В заявлении отмечалось, что указанное совместное заявление трех банков является абсурдным с финансовой точки зрения, поскольку государственные средства Минфина РФ ограничены сметой на содержание органа государственного управления и по своим параметрам несопоставимы со средствами, необходимыми для участия в приватизации. Кроме того, банку «Менатеп» средства из федерального бюджета ни в текущем, ни в прошлом году не выделялись. Напротив, банк «Менатеп» предоставляет кредиты Правительству РФ в процессе исполнения федерального бюджета. Более того, утверждения авторов о возможном увеличении дефицита бюджета в связи с действиями отдельных коммерческих банков безграмотны по существу, поскольку дефицит федерального бюджета утверждается Законом о федеральном бюджете и Минфин РФ не вправе вносить изменения в этот показатель в процессе исполнения бюджета. Минфин РФ выражает серьезную обеспокоенность по поводу начавшегося с использованием средств массовой информации выяснения отношений между отдельными коммерческими структурами в намеренно некорректной форме, затрагивающей Минфин, и ожидает публичных объяснений со стороны авторов заявления.

Решением арбитражного суда г. Москвы первой инстанции от 25 января 1996 года исковые требования были удовлетворены, отказ истца о возмещении морального вреда судом принят. Сведения, распространенные КБ «Альфа — Банк», КБ «Российский кредит» и АБ «Инкомбанк» в совместном заявлении «О финансовых проблемах приватизации, взаимоотношениях банка «Менатеп» и некоторых правительственных структур», признаны судом недействительными. Суд обязал банки — ответчики в 10-дневный срок дать опровержение фактов, изложенных в совместном заявлении, в средствах массовой информации, в том числе в газетах «Труд» и «Коммерсант — daily».

Не согласившись с принятым решением, «Альфа — банк», «Инкомбанк» и банк «Российский кредит» обратились с апелляционными жалобами, в которых просили решение по делу отменить и дело производством прекратить, поскольку данный спор арбитражному суду неподведомствен, так как для полного и всестороннего исследования обстоятельств дела необходимо привлечь физических лиц — авторов публикаций в газетах «Известия» Д. Докучаева и «Коммерсант — daily» Г. Баранова, права и обязанности которых как физических лиц, не являющихся гражданами — предпринимателями, могут быть установлены только в суде общей юрисдикции.

В апелляционных жалобах ответчики указали также на то обстоятельство, что суд вышел за пределы исковых требований, поскольку обязал их дать опровержение в средствах массовой информации, от которого истец отказался в судебном заседании, что суд признал сведения, распространенные ими в совместном заявлении, недействительными, однако, учитывая, что сведения не являются ни сделкой, ни актом ненормативного характера, у суда не было оснований признавать их недействительными.

Более того, суд, обязав ответчиков опубликовать опровержение в газетах «Труд», «Коммерсант — daily», вынес решение о правах и обязанностях третьих лиц, не привлеченных к участию в деле, то есть редакций названных газет. Кроме того, суд не вынес суждения об обязанности ответчиков опубликовать опровержение в газете «Известия». Банки — ответчики настаивали, что не распространяли сведений, порочащих деловую репутацию истца, поскольку почерпнули данные, содержащиеся в совместном заявлении, из публикаций в средствах массовой информации, а также из интервью руководителей АКБ «Менатеп». По мнению ответчика, суд первой инстанции не указал конкретно, какие из сведений в совместном заявлении порочат деловую репутацию истца и в чем собственно критерий порочности.

В постановлении апелляционной коллегии указано, что в соответствии с требованиями ст. 11, 152 ГК РФ и ст. 22 АПК РФ спор о защите деловой репутации подведомствен арбитражному суду, исходя из субъектного состава лиц, участвующих в деле. Согласно ст. 57 Закона РФ «О средствах массовой информации» редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, если они получены от информационных агентств.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 года N 11 в редакции постановления Пленума от 25 апреля 1995 года N 6 под распространением сведений, порочащих деловую репутацию юридических лиц, следует понимать сообщение этих сведений хотя бы одному лицу, которого они не касаются. Ответчиками по искам об опровержении сведений, порочащих деловую репутацию, являются лица, распространившие эти сведения, то есть ответчик по этому делу. Таким образом, доводы ответчиков о том, что данный спор арбитражному суду неподведомствен, несостоятельны, как и то, что, обязав ответчиков дать опровержение фактов, изложенных в совместном заявлении, в газетах «Труд» и «Коммерсант — daily», суд вынес решение о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, то есть редакций газет, поскольку суд обязал дать опровержение не редакции газет, а ответчиков, то есть указал средство массовой информации, где это опровержение должно быть помещено, но не вынес решения о правах и обязанностях редакций как субъектов права.

«Инкомбанк» не доказал, что текст совместного заявления не передавался в информационное агентство с принадлежащего ему факсимильного аппарата или что текст этого совместного заявления сфабрикован кем-либо.

Судебная коллегия не согласилась с доводами ответчиков, сославшихся на то, что в резолютивной части решения суд признал сведения, содержащиеся в совместном заявлении, недействительными, а не несоответствующими действительности, в результате чего, по мнению ответчиков, вынесенное судом первой инстанции решение должно быть отменено.

По своей этимологии слово «недействительные» (сведения) означает несоответствие чему-либо, поэтому признание судом сведений недействительными по своей сути означает признание их не соответствующими действительности.

Критерием порочности сведений, изложенных в совместном заявлении, является помимо их несоответствия действительности главным образом то, что они умаляют деловую репутацию АКБ «Менатеп» как участника гражданского оборота во мнении иных участников как потенциальных контрагентов АКБ «Менатеп». Такие высказывания, как «практическое невыполнение принятых обязательств, ведение судебных процессов по этому поводу, расчет на использование госсредств Минфина РФ, чревато финансовой дестабилизацией», судебная коллегия оценивает как способные убедить неопределенный круг лиц, ознакомленный с совместным заявлением ответчиков, во мнении о недостаточной надежности АКБ «Менатеп» как делового партнера, что несомненно умаляет (наносит вред) деловую репутацию АКБ «Менатеп» как хозяйствующего субъекта.

Ответчики не представили суду доказательств того, что распространенная в совместном заявлении информация является частным мнением лиц, подписавших это заявление.

Учитывая, что суд первой инстанции правомерно прекратил производство по делу в части требования о компенсации морального вреда, поскольку истец отказался от иска в этой части и отказ принят судом, суд апелляционной инстанции счел решение от 15 января 1996 года правомерным и оставил его в силе.

Постановлением апелляционной коллегии арбитражного суда г. Москвы решение оставлено в силе, а апелляционные жалобы — без удовлетворения.

Впоследствии в кассационных жалобах ответчики просили отменить состоявшиеся по делу судебные акты по основаниям нарушения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права (ст. 152 ГК РФ) и норм процессуального права (ст. 22, ч. 1 ст. 37, п. 5 ст. 102, п. 1 ст. 108, ч. 2 ст. 52, ч. 1 ст. 53, ч. ч. 1, 2 ст. 54, ч. 2 ст. 127, п. п. 3, 4 ч. 1 ст. 158 АПК РФ).

Не принято во внимание судами, по мнению ответчиков, и Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».

Ответчики производство по делу просили прекратить ввиду неподведомственности данного спора арбитражному суду.

Кассационной инстанцией Федерального арбитражного суда Московского округа было установлено следующее. Пункт 7 ст. 152 ГК предусматривает право юридического лица обратиться в арбитражный суд с требованием об опровержении порочащих его деловую репутацию сведений или о признании этих сведений не соответствующими действительности. В силу ст. 22 АПК РФ указанный спор подведомствен арбитражному суду.

Ссылка ответчиков на п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 года с последующими изменениями и дополнениями, предусматривающий необходимость привлечения в качестве ответчиков в случае распространения сведений в средствах массовой информации автора статьи и редакции соответствующего средства массовой информации, несостоятельна.

В связи с отсутствием в настоящий момент постановления Пленума ВАС РФ либо совместного постановления ВАС РФ и Верховного Суда РФ по вопросам применения ст. 152 ГК названное выше Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 года, на которое ссылаются ответчики, может применяться лишь в части, не противоречащей Арбитражному процессуальному кодексу. В силу же ч. 2 ст. 35 АПК РФ привлечение к участию в деле другого ответчика в арбитражном суде допускается с согласия истца.

Истец же обратился в суд с иском и доказал факт распространения не соответствующих действительности и порочащих его деловую репутацию сведений банками: АБ «Инкомбанк», КБ «Альфа — банк», банк «Российский кредит».

При таких обстоятельствах суд не вправе был по своей инициативе привлекать к участию в деле других ответчиков, а именно: редакции газет, главных редакторов, журналистов, на чем настаивали представители ответчиков в ходе рассмотрения дела.

Также не предусматривает процессуальное законодательство и возможности передачи дел по инициативе суда из арбитражных судов судам общей юрисдикции и наоборот.

Факт распространения порочащих деловую репутацию истца сведений банками — ответчиками по делу доказан истцом. Данный вывод основан на доказательствах, представленных в соответствии со ст. 52 — 60 АПК РФ, которым судом дана надлежащая оценка.

В силу ч. 2 ст. 176 АПК РФ нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием к изменению либо отмене решения или постановления, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Судом дело рассмотрено полно и всесторонне с соблюдением норм материального и процессуального законодательства.

Постановлением кассационной инстанции Федерального арбитражного суда Московского округа решение арбитражного суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции Московского арбитражного суда оставлены без изменений.

Рассмотрение и разрешение судами дел этой категории, особенно тех, когда после вынесения решения в случае удовлетворения иска последовала публикация — опровержение в печати или иных средствах массовой информации, безусловно имеет большое превентивное, общественно-нравственное значение.

Следует отметить, что сторонами не всегда достаточно глубоко изучается действующее законодательство в области защиты деловой репутации, что приводит к прекращению производства по делу либо отказе в иске.

23 июля 1996 года АБ «Инкомбанк» обратился в арбитражный суд г. Москвы с иском к ЗАО «ОРТ», редакции программы «Время» о защите деловой репутации и компенсации морального вреда. В исковом заявлении истец просил признать сведения, распространенные в программе «Время» 12 июля 1996 года в части информации о финансовом состоянии истца и мерах, к нему применяемых, не соответствующими действительности, обязать ответчика дать опровержение по данной информации, компенсировать нанесенный моральный вред в размере, определенном судом.

Рассмотрев материалы дела, суд установил, что информация о том, что «существует реальная угроза невыполнения банком своих обязательств», дословно воспроизводит фрагмент статьи газеты «Коммерсант — daily» от 12 июля 1996 года «Проверка «Инкомбанка» произвела большой шум» (авторы М. Логинов, Ю. Пелехова). Между тем в соответствии с п. 6 ст. 57 Закона РФ «О средствах массовой информации» редакция и журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, если эти сведения являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространенных другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности за данное нарушение законодательства РФ о средствах массовой информации.

Содержащиеся в исковом заявлении утверждения о том, что далее следовала информация «о введении временной администрации» и «снятии руководства «Инкомбанка», не совсем точно соответствуют представленным истцом и ответчиком доказательствам (видеозапись сюжета «Ситуация вокруг «Инкомбанка» от 12 июля 1996 года и ее расшифровка). Высказывание автора сюжета Н. Иванова: «Среди вариантов сохранения банка — смена его руководства или введение администрации ЦБ» — подтвердилось титульным листом микрофонной записи. Указанный сюжет был авторским произведением, поскольку вышел в прямом эфире без предварительной записи, что освобождает ответчика от ответственности в соответствии с п. 5 ст. 57 Закона о средствах массовой информации, а его автор имел право на распространение информации, изложение своих личных суждений и оценок, которые не подлежат цензуре в силу ст. 29 Конституции РФ и ст. 58 Закона о средствах массовой информации.

Арбитражным судом производство по делу в отношении редакции программы «Время» прекращено, в иске АБ «Инкомбанк» к ЗАО «ОРТ» о защите деловой репутации отказано. Также прекращено в связи с неподведомственностью производство по делу в части компенсации морального вреда банку как юридическому лицу.

Ознакомление с материалами судебной практики приводит к выводу, что существующие пробелы в действующем законодательстве относительно вопросов защиты деловой репутации предприятий (организаций) иногда приводят к неединообразному решению, а именно: отдельные суды в ряде случаев необоснованно отказывают в удовлетворении заявленных требований либо, наоборот, выносят решения, не исследовав всесторонне обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения дела. Кроме того, в решениях иногда не указываются срок и конкретный способ опровержения порочащих сведений.

В арбитражной практике не исключены ситуации, когда установить лицо, распространившее сведения, порочащие деловую репутацию банка, равно как и любого другого юридического лица, невозможно. Согласно п. 6 ст. 152 ГК в таких случаях субъект, в отношении которого распространены эти сведения, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности. Однако до настоящего времени законом не урегулирован вопрос, в каком производстве подлежит рассмотрению такое заявление — в исковом или ином. Поскольку в данном случае нет ответчика, представляется, что упомянутое заявление следовало бы рассматривать в порядке «особого производства», закрепив соответствующее правило в главе 19 АПК РФ «Особенности производства по отдельным категориям дел».

В целях устранения и предупреждения фактов распространения не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию юридических лиц, суды в силу ст. 141 АПК РФ вправе при вынесении решений по этой категории дел выносить частные определения.

——————————————————————

Название документа