У Федеральной нотариальной палаты нет и не может быть контрольных функций в сфере нотариата

(Черемных Г. Г.) («Нотариус», 2014, N 2) Текст документа

У ФЕДЕРАЛЬНОЙ НОТАРИАЛЬНОЙ ПАЛАТЫ НЕТ И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ КОНТРОЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ В СФЕРЕ НОТАРИАТА

Г. Г. ЧЕРЕМНЫХ

Черемных Геннадий Григорьевич, член правления Московской городской нотариальной палаты, доктор юридических наук, профессор.

В статье поднята исключительно острая проблема — проблема контроля в сфере нотариата. Автор твердо стоит на позиции необходимости действенного государственного контроля в лице судебных органов, органов юстиции, нотариальных палат субъектов Российской Федерации при условии четкого законодательного определения для каждого контролирующего органа предмета и пределов такого контроля. Однако он предельно категоричен в одном: такого права не может быть у Федеральной нотариальной палаты без изменения ее правового статуса некоммерческой организации.

Ключевые слова: организация нотариата, нотариальная палата, контрольные функции, саморегулирование, государственная поддержка, Единая информационная система нотариата.

The Federal notary chamber does not have and cannot have supervisory functions in the sphere of notarial system G. G. Cheremny’kh

Cheremny’kh Gennadij Grigor’evich, member of the Board of the Moscow City Notary Chamber, doctor of juridical sciences, professor.

The article raises a very important problem relating to the control in the sphere of notarial system. The author is absolutely certain that the state control in the form of judicial agencies, agencies of justice, notary chambers of the subjects of the Russian Federation is necessary providing the subject-matter and the limit of such control for each agency are clearly determined. However he is judgmental about one point: such a right cannot be exercised by the Federal Notary Chamber without changing its legal status of a non-commercial organization.

Key words: organization of the notarial system, notary chamber, supervisory functions, self-regulation, state support, Singe Information System of Notaries.

Когда человек не знает, к какой пристани держит путь, для него ни один ветер не будет попутным.

Сенека <1>

——————————— <1> Афоризмы со всего мира. Энциклопедия мудрости. URL: http://www. foxdesign. ru.

Провозглашенная Министерством юстиции РФ и Федеральной нотариальной палатой реформа нотариата уже пятый год держит в напряжении нотариусов страны. Отсутствие программы развития, концепции нового закона о нотариате, противоречивые публичные выступления привели к тому, что сегодня никто не знает, каким будет нотариат в России уже завтра. Естественно, утверждения о якобы осуществляемой реформе нотариата напрямую увязываются с новым законом. Попытки подготовить такой закон были и раньше. Более того, установилась своеобразная традиция, когда каждый вновь избранный президент ФНП пытался увековечить свое имя новым законом о нотариате. В силу отсутствия объективных предпосылок для принятия закона и неумения организовать подготовку законопроекта все эти попытки провалились. Не осталась в стороне от соблазна остаться «в памяти народной» и избранная президентом ФНП М. И. Сазонова. С 2009 г. в центре внимания и нотариусов, и депутатского корпуса очередной проект ФЗ «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации», подготовленный ФНП. О том, что это ее проект, вольно или невольно подтвердил вице-президент палаты В. В. Ярков на собрании представителей региональных нотариальных палат 24 ноября 2010 г., поименно назвав со словами благодарности разработчиков <2>. ——————————— <2> Ярков В. В. Выступление на собрании представителей нотариальных палат субъектов Российской Федерации 24 ноября 2010 г. Сайт ФНП; Ярков В. В. Вопросы привлечения нотариуса к дисциплинарной ответственности остались в законодательстве // Нотариальный вестник (журнал). 2011. N 1.

Проект дорабатывался еще два года, до декабря 2012 г., и тем не менее получил отрицательную оценку как специалистов, так и многих нотариусов. В частности, нотариус Московской области И. Г. Собин на страницах нотариальной конференции образно высказал свое мнение: «Впечатление такое, что законы пишутся на Луне, а оттуда не очень хорошо видно, что тут у нас происходит. Работа кипит, бумаги туда-сюда летают уже несколько лет. Толку — ноль. Не любят нас, нотариусов, не уважают «лунные небожители». За красивыми словами, которые там произносились, существуют дела, которые практически не соответствуют заявленным целям. Ведь на данный момент все сообщество противится принятию закона в том варианте, который подготовлен «лунными человечками» <3>. ——————————— <3> Собин И. Г. Публикация на сайте http://www. monp. ru.

Действительно, в предложенном виде законопроект ФНП не нужен никому: ни обществу, ни государству, ни нотариусам. Ведь предложенное им реформирование означает лишь одно: ликвидацию в стране нотариата латинского типа. По существу, предлагается восстановление государственного нотариата, но без бюджетного финансирования, т. е. финансовое обеспечение его деятельности будет не со стороны государства, а ляжет на самих нотариусов и граждан. Предусматривается, в частности: — очередное многократное увеличение страховой суммы (при отсутствии реальных рисков) и введение дополнительных поборов в виде так называемой финансовой институции, когда все нотариусы должны будут постоянно вносить огромные средства в гарантийную кассу для возмещения ущерба, причиненного умышленными преступными действиями отдельных нотариусов, что для российского права является нонсенсом; — замена судебного контроля административным, троекратное увеличение контролирующих организаций с неограниченными полномочиями в отношении нотариуса; — право ФНП смены легитимно избранных правления и президента региональной нотариальной палаты. Предлагаемая в проекте замена существующей сегодня самоуправляемой модели небюджетного нотариата бюрократической, административно-командной системой, полный отказ от введения саморегулирования, пожалуй, единственно возможного сегодня пути развития организационной модели нотариата, сопровождается немотивированными утверждениями со стороны руководства ФНП. Так, М. И. Сазонова считает, что нотариат не вписывается в организационно-правовую структуру саморегулируемых организаций <4>. ——————————— <4> Сазонова М. И. Выступление на совещании в Госдуме РФ «Совершенствование законодательства о саморегулировании на современном этапе экономического развития: проблемы и перспективы». 17.03.2011. Сайт ФНП.

В свою очередь, В. В. Ярков на упомянутом выше собрании представителей нотариальных палат говорит: «Мы прямо не указывали на придание нотариальным палатам статуса саморегулируемых организаций, хотя, по сути, они ими являются. Но если такого рода указание будет сформулировано в тексте закона, мы можем подпасть и под регулирование, существующее специально для них» <5>. От пояснений, в чем эта опасность, В. В. Ярков, конечно, уклонился. ——————————— <5> Ярков В. В. Выступление на собрании представителей нотариальных палат субъектов Российской Федерации 24 ноября 2010 г. Сайт ФНП; Ярков В. В. Вопросы привлечения нотариуса…

Позиция ФНП по дальнейшему развитию системы нотариата становится понятна из интервью М. И. Сазоновой журналу «Профиль» в декабре 2010 г. «Нотариусы возьмут все». На вопрос: кому и зачем понадобился новый закон о нотариате, последовал ответ: «Все последние годы мы пытались перестроить нашу страну с помощью чужого опыта, не учитывая наших особенностей. Мы просто одурели от свободы, которая на нас свалилась. Но жизнь показала, что без правового регулирования, без государственного контроля обойтись нельзя: рынок и демократические институты сами ничего не сделают» <6>. Как говорится, приехали! Но если уважаемая Мария Ивановна в этом интервью говорит лишь о государственном контроле, то тот же В. В. Ярков и И. Г. Медведев более откровенны: «Только построение субординированной, вертикально интегрированной нотариальной системы отвечает специфике нотариальной деятельности, создает в совокупности с другими мерами надлежащие гарантии качества нотариальных актов» <7>. ——————————— <6> Сазонова М. И. Нотариусы возьмут все // Профиль (журнал). 2010. Декабрь. <7> Ярков В. В., Медведев И. Г. Есть ли у либеральной модели нотариата будущее // Нотариальный вестник. 2012. N 10.

Такой взгляд на модель нотариата вызвал немало возмущенных откликов. Более того, по этой теме был выпущен специальный номер журнала «Нотариус». В частности, А. В. Скурлатов, один из авторов Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (далее — Основы), пишет: «Если бы это не было напечатано в журнале, я бы этому не поверил — ведь зовут они нас вперед… в прошлое, фактически к возврату государственного нотариата, со всеми его атрибутами, и прежде всего — практически к полной зависимости нотариуса от воли чиновника и, соответственно, невозможности реально обеспечить надежную защиту имущественных прав участников гражданского оборота. При этом (если обратиться к проекту нового ФЗ «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации», подготовленному при активном участии представителей ФНП) нотариусам заботливо предлагаются весьма приятные «бонусы» в виде полной материальной ответственности и необходимости содержать аппарат той же ФНП, уже весьма, кстати, раздутый, и опять же при полном ему подчинении» <8>. ——————————— <8> Скурлатов А. В. // Нотариус. 2012. N 6.

Как известно, полномочия Федеральной нотариальной палаты определены ст. 29 — 31 Основ. Согласно ст. 30 она осуществляет координацию деятельности нотариальных палат; представляет их интересы в органах государственной власти и управления, в международных организациях; участвует в проведении экспертиз законопроектов по вопросам нотариальной деятельности; обеспечивает повышение квалификации нотариусов и других специалистов, защиту их социальных и профессиональных прав; организует страхование нотариальной деятельности. Однако реальная деятельность ФНП выходит за рамки установленных законом перечисленных полномочий. Она присвоила себе право контроля деятельности региональных нотариальных палат, принятия решений, носящих административный, приказной характер и для палат, и для нотариусов. С приходом на пост М. И. Сазоновой изменился даже стиль формулировок постановлений Собрания представителей нотариальных палат субъектов Российской Федерации. Например: «Обязать Московскую городскую нотариальную палату принять меры к уплате членских взносов нотариусами в процентном отношении от их валового дохода с 1 января 2010 г.» <9>; ——————————— <9> Постановление Собрания представителей нотариальных палат субъектов РФ от 19 ноября 2009 г.

«Признать практику неисполнения некоторыми нотариальными палатами решений Собрания — высшего органа нотариального сообщества неконструктивной и негативно сказывающейся на положительном имидже нотариата РФ» <10>. ——————————— <10> Постановление Собрания представителей нотариальных палат субъектов РФ от 15 — 16 апреля 2010 г.

Конечно, слова «признать», «обязать» — это пустышка, сотрясение воздуха, никакой юридической силы в них нет. Приведенные примеры свидетельствуют об одном — остром желании ФНП создать «субординированную, вертикально интегрированную нотариальную систему», о которой говорят В. В. Ярков и И. Г. Медведев. И эта система уже функционирует, у нотариусов страны появилась вышестоящая инстанция — «высший орган нотариального сообщества» в лице Собрания представителей нотариальных палат субъектов РФ. Эта некоммерческая организация позиционирует себя сегодня как вышестоящая организация по отношению не только к региональным нотариальным палатам, но и к нотариусам, как этакое нотариальное министерство. Естественно, что с точки зрения права подобные подходы несостоятельны. Согласно ст. 31 Основ Собрание представителей нотариальных палат субъектов РФ является высшим органом Федеральной нотариальной палаты (ст. 31 Основ), но никак не нотариального сообщества. Сам термин «нотариальное сообщество» — это из области разговорного жанра, публицистики, но не права. Такого понятия в действующем законодательстве нет. К тому же вполне очевидно, что «сообщество», не являясь ни юридическим лицом, ни иным организационно оформленным образованием нотариусов, какие-либо органы, в том числе высший — в лице Собрания представителей региональных нотариальных палат, иметь не может. Чтобы убедиться в этой азбучной истине, достаточно заглянуть в ст. 53 Гражданского кодекса РФ и прочитать, что органы могут быть только у юридических лиц, но не у абстрактных сообществ. С подачи ФНП термин «нотариальное сообщество» практически стал синонимом слова «нотариат». Сами того не подозревая, нотариусы применяют его сплошь и рядом, не вдаваясь в смысл этого понятия. При этом манипулирование словосочетанием «нотариальное сообщество» позволяет ФНП выработать у нотариусов, а главное — у президентов региональных нотариальных палат — устойчивый психологический и поведенческий стереотипы, в основе которых лежит та же самая идея о верховенстве любых решений «высшего органа нотариального сообщества». Организация деятельности нотариата не по праву, а по понятиям постоянно навязывается нотариусам страны. Сегодня на сайте ФНП можно обнаружить схему под названием «Структура нотариального сообщества». Она очень напоминает картинку из учебника истории для средней школы советского времени, где изображалась система государственного устройства крепостной России. Вверху — царь и помещики, а где-то внизу — крепостной крестьянин, пашущий сохой землю на дохлой лошадке. На сайте на вершине этой пирамиды место царя занимает ФНП, а в самом низу — на месте крестьянина — значится нотариус. Присутствуют и соответствующие пояснения: «Федеральная нотариальная палата (ФНП) — это некоммерческая организация, основанная на принципах самоуправления, саморегулирования и самофинансирования. Она объединяет всех нотариусов России посредством обязательного коллективного членства в ней нотариальных палат субъектов РФ. Иными словами, любой нотариус, действующий на территории нашего государства, автоматически становится членом ФНП одновременно с назначением на должность и вступлением в региональную нотариальную палату. Нотариальные палаты субъектов РФ, в свою очередь, основаны на обязательном членстве в них всех нотариусов, занимающихся частной практикой на территории того или иного региона. ФНП осуществляет свою деятельность в соответствии с Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, Основами законодательства Российской Федерации о нотариате, Федеральным законом «О некоммерческих организациях», другими правовыми актами органов государственной власти, международными договорами, Уставом ФНП, а также Профессиональным кодексом нотариусов Российской Федерации. При этом Палата обладает всеми правами юридического лица с полной финансово-хозяйственной самостоятельностью и аппаратом, позволяющим эффективно реализовывать возложенные на нее законодательством и Уставом функции по организации нотариальной деятельности, контрольные полномочия и представлять интересы нотариального сообщества в органах государственной власти» <11>. ——————————— <11> Сайт ФНП.

Таким образом, насаждаемое ФНП представление о вертикальной организационной системе нотариата на деле предусматривает не что иное, как двойное членство нотариусов: как в региональной нотариальной палате, так и в ФНП, что, по ее мнению, оправдывает не только директивный характер решений органов управления ФНП, но и существующий порядок исчисления и уплаты членских взносов в ФНП. Согласно ее решениям плательщиками членских взносов в ФНП являются не нотариальные палаты, а нотариусы. Статус некоммерческой организации «Федеральная нотариальная палата» уже был предметом острой дискуссии. Еще в 2001 г. Минюстом России было дважды отказано в регистрации новой редакции Устава ФНП. Первое заключение, утвержденное заместителем Министра Е. Сидоренко 6 июля 2001 г., было достаточно кратким и, в основном, содержало ссылки на нормы права, которым не соответствовали те или иные статьи новой редакции Устава ФНП. Не согласившись с отказом, руководство ФНП предприняло повторную попытку внесения на регистрацию той же отбракованной редакции Устава. На этот раз Минюстом РФ было вынесено мотивированное, подробное заключение об отказе в регистрации от 21 сентября 2001 г. N 08-1187. Этот документ, отвечающий на многие вопросы, естественно, ФНП не был опубликован, но он сохранился в делах Московской городской нотариальной палаты, и имеет смысл его процитировать: «Департамент по делам общественных и религиозных объединений рассмотрел обращение Федеральной нотариальной палаты в Министерство юстиции Российской Федерации по поводу отказа в регистрации изменений и дополнений в Устав ФНП. С изложенными в данном обращении доводами нельзя согласиться по следующим основаниям. Так, ч. 1 ст. 3 Устава ФНП определяет Палату как особый вид, имеющую публично-правовой характер, наделенную в силу закона властными государственными полномочиями, при этом в доводах, изложенных в обращении относительно данной статьи, делается ссылка на п. 3 ст. 50 ГК РФ, п. 3 ст. 2 ФЗ «О некоммерческих организациях» и на ст. 30 Основ законодательства РФ о нотариате. Пункт 3 ст. 50 ГК РФ и пункт 3 ст. 2 ФЗ «О некоммерческих организациях» предусматривают возможность существования различных форм некоммерческих организаций — перечень, содержащийся в данном пункте, не является исчерпывающим. Однако именно в этом пункте закреплено правило, что эти «другие формы» могут устанавливаться только законом. Таким законом в данном случае являются Основы законодательства РФ о нотариате, ст. 29 которого содержит определение формы Федеральной нотариальной палаты как некоммерческой организации, представляющей собой профессиональное объединение нотариальных палат субъектов Российской Федерации. Понятие «особый вид» в данном определении отсутствует. Деятельность ФНП не определена действующим законодательством как имеющая публично-правовой характер. Конституционный Суд РФ своим Постановлением от 19 мая 1998 г. N 15-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 2, 12, 17, 24 и 34 Основ законодательства РФ о нотариате» говорит о публично-правовом предназначении нотариусов при совершении ими нотариальных действий, а также нотариальных палат субъектов РФ, которое проявляется в их контрольных функциях за исполнением нотариусами их профессиональных обязанностей. Федеральная нотариальная палата указанными контрольными функциями не наделена (ст. 30 Основ законодательства РФ о нотариате), следовательно, ее деятельность не носит публично-правового характера. Наделение Палаты «властными государственными полномочиями» через ее Устав также не представляется правомерным. Властное полномочие есть обеспеченное законом ориентирующее требование уполномоченного субъекта определенного поведения и действий, обращенное к физическим и юридическим лицам. Закрепление и регламентирование властных полномочий в законодательстве означает их связанность с правом. Властные полномочия регулируются прежде всего конституциями и законами. Перечень полномочий ФНП, определенный ст. 30 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Ссылка ФНП на то, что она совместно с Минюстом России принимает участие в определении порядка прохождения стажировки, разработке положений о квалификационной и апелляционной комиссиях и правил нотариального делопроизводства, не может быть признана достаточно убедительной, поскольку участие ФНП в разработке совместно с Минюстом России указанных документов не может быть расценено как осуществление государственно-властных полномочий. Возражения по поводу замечаний по пунктам «е» и «ж» ст. 5 и пункту «б» ст. 9 относительно контрольных функций ФНП противоречат ст. 30 Основ законодательства РФ о нотариате, в которой не предусмотрены данные полномочия, — перечень полномочий ФНП, определенный данной статьей, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Доводы по вопросу использования Государственного герба Российской Федерации также не представляются убедительными — частью 2 ст. 4 Федерального конституционного закона «О Государственном гербе Российской Федерации» от 25.12.2000 N 2-ФКЗ регламентировано, что Государственный герб Российской Федерации помещается на печатях федеральных органов государственной власти, иных государственных органов, организаций и учреждений, а также органов, организаций и учреждений независимо от форм собственности, наделенных отдельными государственно-властными полномочиями. При отсутствии законодательно закрепленных публично-правовых функций, властных государственных полномочий ФНП использование печати с изображением Государственного герба Российской Федерации неправомерно. Возражения по поводу замечаний к ст. 37.1 и 37.2 Устава со ссылкой на ст. 28 Федерального закона «О некоммерческих организациях» также не могут быть приняты — статья 28 Федерального закона «О некоммерческих организациях» от 12.01.1996 с последующими изменениями и дополнениями действительно регламентирует, что структура, компетенция, порядок формирования и срок полномочий органов управления некоммерческой организацией, порядок принятия ими решений и выступления от имени некоммерческой организации устанавливаются учредительными документами некоммерческой организации. Однако следует учесть, что в пункте 3 статьи 14 упомянутого Закона, перечисляющего требования к учредительным документам некоммерческой организации, подчеркивается, что положения этих документов не должны противоречить законодательству. А законодательство о нотариате не предусматривает контрольных функций Федеральной нотариальной палаты — в перечень полномочий ФНП, определенный ст. 30 Основ законодательства РФ о нотариате, не включен контроль за деятельностью нотариальных палат. Перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Следовательно, и создание комиссий по упомянутому контролю неправомерно <12>. ——————————— <12> Бюллетень Московской городской нотариальной палаты. 2001. N 10.

И тем не менее на протяжении ряда лет на официальном сайте Федеральной нотариальной палаты была размещена эта отбракованная, не зарегистрированная Минюстом России редакция Устава, в котором в числе «публично-правовых полномочий» ФНП указывался и контроль за деятельностью нотариальных палат. Новый, зарегистрированный Минюстом РФ Устав ФНП появился только в 2009 г. Его текст напрямую уже не содержит упоминания о контрольных полномочиях ФНП, теперь в разделе «Цели, задачи и полномочия Палаты» присутствует иная формулировка: «…получать информацию о деятельности нотариальных палат путем изучения соответствия их деятельности действующему законодательству и настоящему Уставу и давать рекомендации нотариальным палатам по совершенствованию их деятельности» <13>. ——————————— <13> Устав Федеральной нотариальной палаты.

По сути, это тот же пресловутый контроль деятельности региональных нотариальных палат, только в закамуфлированной форме. Ничего не изменилось и на практике. Выездные контрольные проверки со стороны ФНП продолжаются, существует и Комиссия ФНП именно по контролю за деятельностью нотариальных палат. Возникает вопрос: зачем все это нужно ФНП? По закону контрольные полномочия — это прерогатива исключительно государственных органов в определенной сфере деятельности, во-вторых, у ФНП нет и не может быть каких-либо правомочий на выдачу обязательных предписаний по устранению нарушений. Ответ лежит на поверхности. Искусственное повышение статуса и значимости ФНП, создание иллюзии отношений вертикали власти между ФНП и нотариальными палатами, иллюзии подчиненности региональных нотариальных палат Федеральной для ФНП важно даже с точки зрения психологии: появляется реальная возможность дачи руководящих указаний, минимизируется вероятность критики «руководства нотариального сообщества» со стороны нижестоящих организаций — нотариальных палат, не говоря уже о нотариусах, создается, наконец, видимость работы. Фактически надуманные «публично-правовые полномочия ФНП» отбрасывают на второй план, заслоняют собой острые наболевшие вопросы общероссийского масштаба, давно требующие нормативного урегулирования. Она не может не то что их решать, а даже вычленить, обозначить и сформулировать. Недавно из недр ФНП вышел документ с громким названием «Программа действий нотариального сообщества России и Федеральной нотариальной палаты по развитию нотариата и нотариальной деятельности на период 2013 — 2018 годов» <14>. Так она отреагировала на принятие государственной программы «Юстиция». Даже судя по названию этого документа, ФНП — это одно, а «нотариальное сообщество» — это другое, хотя ФНП — это объединение нотариальных палат. Вызывают вопросы и задачи: «повышение клиентоориентированности нотариусов», «транспарентности процедур доступа к профессии», «взвешенное PR-сопровождение» и т. д. Все последние годы наблюдается и другая известная картина: с одной стороны, мощная пиар-кампания о реформировании нотариата, с другой — неспособность, несмотря на затраченные миллионы рублей, подготовить соответствующий закон, который пытается подправить Министерство юстиции РФ. ——————————— <14> Сайт ФНП.

Именно по этой причине 2 декабря 2013 г. председателем Комитета Госдумы по законодательству П. В. Крашенинниковым внесен законопроект с аналогичным названием «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации», подготовленный группой депутатов с привлечением специалистов в области права. Это означает, что пятилетняя работа над проектом ФНП — Минюста, несмотря на всю ее «масштабность и публичность», закончилась полным крахом. По качеству правовой проработки депутатский законопроект, безусловно, выгодно отличается от первого. Данные отличия проявляются особенно при сравнении положений, касающихся порядка и правил совершения нотариальных действий. Однако будущие нормы организации нотариата в том и в другом проектах практически не отличаются друг от друга — один другого хуже. В целом оба законопроекта: и ФНП, и группы депутатов — ничего реформаторского в сфере нотариата не содержат. Без изменения остаются предусмотренные Основами все основные институты организации нотариата: подготовка, порядок назначения и лишения полномочий нотариуса, его права и обязанности, возможность замещения при временном отсутствии его помощником, нотариальная тайна, имущественная ответственность, организация нотариата в виде палат с обязательным членством, самоуправление на основе устава. Сохраняется совместное, Минюста РФ и ФНП, принятие положений, регулирующих отдельные сферы организации нотариата и нотариальной деятельности. Перечень можно продолжать. Оба законопроекта решают одну конкретную задачу: законодательно закрепить контроль ФНП и над региональными нотариальными палатами, и над нотариусами в полном объеме их деятельности, включая совершение нотариальных действий. Кроме того, они закрепляют все негативное, отрицательное, что вопреки действующим Основам создано за эти годы. Прежде всего, это подмена высшего органа нотариата России в лице собрания представителей нотариальных палат собранием президентов по принципу «один президент — один голос»; лишение нотариусов права баллотироваться и избираться в органы ФНП; необязательность утверждения ежегодной сметы доходов и расходов ФНП и на ее основе принятие решений о размере членских взносов; возложение обязанностей уплаты членских взносов в ФНП на нотариусов, хотя они в силу закона, как уже отмечалось, и вопреки утверждению ФНП не являются ее членами; введение незаконной статистической отчетности о финансовой деятельности нотариусов с целью контроля за уплатой ими членских взносов в ФНП; установление для себя (президентов палат) ежемесячной заработной платы за счет членских взносов нотариусов вместо возможной компенсации расходов, связанной с участием в работе нотариальных палат. Весь этот перечень махрового, граничащего с криминалом беззакония закрепляется в проектах нового Закона и объявляется «реформой нотариата» <15>. ——————————— <15> Информационный бюллетень Нотариальной палаты Санкт-Петербурга. 2013. N 5(152); проект Закона о нотариате с пояснениями / Под ред. П. В. Крашенинникова. Комитет Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству. М.: Издательство «Статут», 2014.

Особенно вопиющим стало принятие этим «клубом президентов» решения о внесении в Устав ФНП запрета баллотироваться на пост президента Федеральной нотариальной палаты даже члену ее правления, действующему президенту региональной нотариальной палаты. Понятно, что данное решение было персонально, конкретно направлено против президента Московской городской нотариальной палаты К. А. Корсика, чтобы именно его, человека с действительно реформаторскими идеями, умеющего решать крупные, в том числе законодательные, вопросы, осмелившегося отказаться от зарплаты, считая ее получение незаконным, не допустить к руководству ФНП. Стремясь сохранить комфортное положение, некоторые члены правления, чьи полномочия, как и президента ФНП, закончились еще в мае прошлого года, до последнего времени упорно противились проведению собрания по выборам новых руководящих органов ФНП. Позиция ФНП понятна, но и депутатский проект сохраняет и законодательно закрепляет весь этот беспредел. Попытка объяснить позицию депутатского законопроекта сделана Л. Ю. Михеевой, доктором юридических наук, профессором, заместителем председателя Совета Исследовательского центра частного права при Президенте РФ в предисловии к опубликованному издательством «Статут» законопроекту: «Правовое положение нотариальных палат всегда было и останется уникальным. Как известно, нотариус не является должностным лицом, хотя при этом и наделен публичными функциями. По этой причине и нотариальная палата не может быть обычной ассоциацией. Это по своей природе саморегулируемая организация, однако подчинять деятельность нотариальной палаты Федеральному закону от 1 декабря 2007 г. N 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» нет оснований. Для нотариальных палат должно быть предложено специальное правовое регулирование, основанное на их особых функциях, на том, что фактически палаты способны не просто организовать деятельность нотариусов, но и эффективно контролировать и оказывать им поддержку». Если уважаемая Л. Ю. Михеева, говоря о контроле деятельности нотариусов, имеет в виду региональную но тариальную палату, с ней нельзя не согласиться. Однако в законопроекте, в разработке которого она также участвовала, речь идет о контроле за деятельностью как нотариусов, так и нотариальных палат со стороны ФНП, чего не может быть без изменения статуса нотариальных палат, переводе их на саморегулирование, какую бы особую или специальную форму и прочие эпитеты исключительности им ни придавали. По этому вопросу есть и другие, не менее авторитетные мнения, отличные от позиции Л. Ю. Михеевой. В каком направлении должно идти развитие нотариата, неоднократно говорил Министр юстиции РФ А. В. Коновалов. На заседании коллегии Минюста по итогам работы за 2010 г. он, в частности, сказал: «И адвокатские, и нотариальные корпорации должны уйти от контроля Минюста и какого-либо другого органа исполнительной власти. Высокие стандарты качества услуг должны обеспечиваться этими саморегулируемыми организациями. Должны быть отработаны безупречные механизмы этики и внутрикорпоративного контроля». Еще более конкретно эта позиция прозвучала в его выступлении 17 января 2013 г. на парламентском часе в Государственной Думе РФ: «Мы должны двигаться не по пути усиления государственного контроля за деятельностью правовых корпораций, а по пути эффективной ответственности за ненадлежащее качество оказания услуг адвокатами и нотариусами. Полномочия Министерства в части контроля сегодня гораздо шире, чем в ряде других стран со сформировавшимися правовыми системами. Там государственные структуры практически никак не связаны с деятельностью корпорации нотариусов и адвокатов» <16>. ——————————— <16> Коновалов А. В. Выступление на заседании коллегии Минюста РФ по итогам работы за 2010 г. Февраль 2011 г.

В этих коротких фразах, по сути, изложена программа развития небюджетного нотариата, которая в полной мере отвечает стратегической линии государства об ослаблении своих позиций в сфере экономики, бизнеса, ряде других направлений деятельности. На то, что нотариальные палаты обладают всеми признаками саморегулируемой организации, обращал внимание 11 февраля 2013 г. первый заместитель председателя Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Госдумы А. А. Агеев, который сказал дословно: «Развитие нотариальных палат как саморегулируемых организаций наиболее полно отвечает современным требованиям. Необходимо развивать демократические институты нотариата. Непонятно, почему высший орган нотариата формируется из так называемых представителей нотариальных палат субъектов Российской Федерации, а не из делегатов съезда нотариусов России» <17>. Это первое. ——————————— <17> Агеев А. А. Выступление на Международной конференции, посвященной 20-летию нотариата России. 11.02.2013. Сайт ФНП.

Второе. Правовая уникальность частнопрактикующего нотариата не новость. Об этом говорят с момента его возникновения. Данное обстоятельство нашло отражение и в известном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, подтвердившем конституционность права контроля со стороны региональных нотариальных палат за исполнением профессиональных обязанностей ее членов — нотариусов <18>. Однако не надо смешивать контроль нотариальной палаты субъекта РФ и контроль ФНП, это разные правовые категории. Нотариус не является членом ФНП, поэтому никаких контрольных функций с ее стороны в отношении нотариуса не может быть априори. ——————————— <18> Постановление Конституционного Суда РФ от 19 мая 1998 г. N 15-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 2, 12, 17, 24 и 34 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» // СЗ РФ. 1998. N 22. Ст. 2491.

Не основано на законе и утверждение, что нотариальная палата не может быть обычной ассоциацией, что эта некоммерческая организация особой формы и т. д. В Гражданском кодексе РФ, претерпевшем недавно и в этой части существенные изменения, нет некоммерческих организаций, ассоциаций какой-то особой, необычной формы. Не предусмотрены какие-либо особые организационно-правовые формы, специальное правовое регулирование и для нотариата в целом. 21 декабря 2013 г. принят инициированный Московской городской нотариальной палатой, подготовленный в том числе с участием московских нотариусов и поддержанный Министерством юстиции РФ, Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» N 379-ФЗ. Данный Закон несомненно прогрессивен, и его значимость трудно переоценить. Решая многие вопросы деятельности, он вносит существенные изменения в Основы законодательства РФ о нотариате, содержит радикальные изменения в сфере организации нотариата, ломает созданную за многие годы порочную систему формирования органов управления Федеральной нотариальной палаты и порядок принятия ею решений; реализует многочисленные предложения о введении нормы представительства нотариусов в собрании представителей нотариальных палат субъектов РФ: теперь каждый представитель нотариальной палаты имеет не один голос, как установила ФНП, а количество голосов по числу нотариусов — членов палаты; закрепляет право любого нотариуса избираться в любой орган Федеральной нотариальной палаты. Введена новая статья 11.1 «Государственная поддержка нотариата», позволяющая нотариусам арендовать помещения под нотариальную контору без проведения конкурса, а также пользоваться преимущественным правом выкупа таких помещений в собственность. Не менее важны для нотариусов положения закона, исключающие вмешательство в их деятельность, а также в деятельность нотариальных палат органов Федеральной антимонопольной службы; необходимость получать от лиц, обратившихся к нотариусу, согласие на обработку их персональных данных. Нормы Закона, предусматривающие эти нововведения, не имеют прямого действия и вступают в силу с 1 февраля 2014 г. Кроме того, новый Закон предписывает создать Единую информационную систему нотариата, предназначенную для комплексной автоматизации процессов сбора, обработки сведений о нотариальной деятельности и обеспечения всех видов информационного взаимодействия (обмена). Эта система должна включать ведущиеся в электронной форме реестры нотариальных действий, наследственных дел и уведомлений о залоге движимого имущества. И что не менее важно, собственником данной системы и ее оператором должна быть ФНП, а не сторонние организации или фонды. С принятием данного Закона окончательно становится очевидной ненужность принятия нового закона о нотариате. Многие, и прежде всего М. И. Сазонова, все последние пять лет утверждают, что «Основы устарели не только по своему содержанию, но и морально» <19>, что, конечно, не соответствует действительности. Эти люди ничего не видят вокруг себя и кроме себя. Можно предположить, что они уже давно не заглядывали в этот закон и не знают его содержания. Между тем, как и любой базовый закон, Основы — это не застывший, догматический нормативный правовой акт, он активно живет, работает и совершенствуется с учетом развития общества, изменений в предмете регулирования. Начиная с 2003 г., т. е. за десять лет, приняты 22 федеральных закона, которыми внесены изменения в 45 из 103 статей Основ, введены пять новых статей. Таким вниманием законодателя не может похвастаться ни один отраслевой базовый федеральный закон. ——————————— <19> Сазонова М. И. Письмо председателю Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации П. В. Крашенинникову от 5 декабря 2013 г. N 2531.

Новый законодательный акт вносит в Основы еще более масштабные, принципиальные изменения по их совершенствованию. Введены две новые главы, 18 новых статей, в 19 внесены изменения. По большому счету это уже новые Основы, это законодательный акт в сфере правового регулирования организации нотариата и нотариальной деятельности уже завтрашнего дня, который решает практически все вопросы профессиональной деятельности нотариусов и делает бессмысленным принятие как законопроекта ФНП — Минюста, так и депутатского законопроекта.

Литература

1. Агеев А. А. Выступление на Международной конференции, посвященной 20-летию нотариата России. 11.02.2013. Сайт ФНП. 2. Коновалов А. В. Выступление на заседании коллегии Минюста РФ по итогам работы за 2010 г. Февраль 2011 г. 3. Проект Закона о нотариате с пояснениями / Под ред. П. В. Крашенинникова. Комитет Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству. М.: Издательство «Статут», 2014. 4. Сазонова М. И. Нотариусы возьмут все // Профиль (журнал). 2010. Декабрь. 5. Сазонова М. И. Письмо председателю Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации П. В. Крашенинникову от 5 декабря 2013 г. N 2531. 6. Скурлатов А. В. // Нотариус. 2012. N 6. 7. Собин И. Г. Публикация на сайте URL: http://www. monp. ru. 8. Ярков В. В. Вопросы привлечения нотариуса к дисциплинарной ответственности остались в законодательстве // Нотариальный вестник (журнал). 2011. N 1. 9. Ярков В. В., Медведев И. Г. Есть ли у либеральной модели нотариата будущее // Нотариальный вестник. 2012. N 10. 10. Ярков В. В. Выступление на собрании представителей нотариальных палат субъектов Российской Федерации 24 ноября 2010 г. Сайт ФНП.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *