К дискуссии о будущем нотариата

(Романовская О. В.) ("Нотариус", 2013, N 5) Текст документа

К ДИСКУССИИ О БУДУЩЕМ НОТАРИАТА <*>

О. В. РОМАНОВСКАЯ

-------------------------------- <*> Romanovskaya O. V. On discussion of the future of notariat.

Романовская Ольга Валентиновна, профессор кафедры частного и публичного права Пензенского государственного университета, доктор юридических наук.

В статье рассматривается современная концепция развития нотариата. Отстаивается точка зрения о необходимости государственного контроля по отношению к нотариальной деятельности и придания особого статуса нотариальной палате.

Ключевые слова: нотариат, проект закона, концепция развития, нотариальная палата.

The article considers the contemporary conception of development of notariat; protects the viewpoint on the necessity of state control with regard to notarial activity and attribution of the special status to the notarial chamber.

Key words: notariat, draft law, conception of development, notarial chamber.

В феврале 2013 г. Основы законодательства РФ о нотариате (далее - Основы о нотариате) <1> отметили свое 20-летие. Это уже значительный срок действия нормативного акта. Можно делать определенные выводы о тех достоинствах, которые изменили концепцию развития российского нотариата, и о тех недостатках, которые тормозят поступательное движение нотариата к обретению своего цивилизованного лица. Кроме того, сейчас активизировалась дискуссия о необходимости модернизации российского законодательства в анализируемой сфере, о чем свидетельствуют появление проекта Федерального закона "О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации" (опубликован в "Российской газете" от 18 ноября 2011 г.) и многочисленные публикации с попытками прогнозов. Среди наиболее ярких хотелось бы отметить статью В. В. Яркова и И. Г. Медведева "Есть ли у либеральной модели нотариата будущее?" <2>. На нее появился отклик Н. М. Шарафетдинова в журнале "Нотариус" <3>. Пожалуй, обе статьи представляют собой альтернативное видение путей развития нотариата. Правда, если первая отличается проработкой именно юридической составляющей с реальными предложениями по совершенствованию правовой базы, вторая - своей импрессивностью, причем негативного характера. Нуриман Фейзрахманович пытается обосновать свою идею исключительности нотариата, и это далеко не первая попытка: "Нотариальный феномен предназначен Создателем для подготовки индивида и всего социально-политического организма, включая его политико-правовую практику, к переходу на новую, более высокоразвитую социальную парадигму... Существует максимальная степень неотвратимой и вечной ответственности нотариуса, а также всего нотариального сообщества перед Всевышним за нарушение Его воли, противоправные деяния и неисполнение миссии нотариального феномена... Отрицание нотариального феномена есть отрицание права, справедливости, мира, любви как столпов мирового порядка и законов, установленных Всевышним" <4>. В указанной выше статье Н. Ф. Шарафетдинова та же высокопарность: "У бюрократической модели нотариата нет будущего, потому что с таким нотариатом нет будущего у российского нотариата, а главное - у самой России!" (Многострадальная Россия, без чего только у нее нет будущего!). -------------------------------- <1> Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1993. N 10. Ст. 357. <2> Ярков В. В., Медведев И. Г. Есть ли у либеральной модели нотариата будущее? // Нотариальный вестникъ. 2012. N 10. С. 35 - 39. <3> Шарафетдинов Н. Ф. У бюрократической модели нотариата нет будущего! // Нотариус. 2012. N 6. С. 6 - 25. <4> Шарафетдинов Н. Ф. Нотариальный феномен в позитивистском, либертарном и юснатуралистическом типах правопонимания: от феноменолог. теории к эссенциал. метатеории. М.: Фонд развития правовой культуры, 2006.

Обратимся также к известному ученому, внимательно относящемуся к чистоте юридической терминологии, В. И. Круссу, высказывавшемуся по работам Н. Ф. Шарафетдинова: "Более того, мы вполне признаем право автора мыслить подобным образом и излагать свои мысли (оставляя за скобками эклектичность и поверхностность аргументации), а равно и столь проникновенно любить свое профессиональное поприще. Но как быть с другими учеными, пусть и не столь "креативно" мыслящими, но постепенно также утверждающимися в определенном понимании права или от случая к случаю его выбирающими? А ведь есть еще и студенты. Они приходят к неспособному осуществить конституционную деконструкцию приведенного текста преподавателю теории права и настойчиво просят пояснений. Они сомневаются в научно-образовательной состоятельности того знания о праве и юридической практике (включая нотариальную), которое готовы предложить им разнообразные учебники, ничего об очередном концептуальном прорыве не повествующие" <5>. -------------------------------- <5> Крусс В. И. Юридические предпосылки и перспективы конституционализации российского законодательства // Конституционное и муниципальное право. 2008. N 5.

И В. В. Ярков, и И. Г. Медведев - состоявшиеся ученые, пользующиеся серьезным авторитетом, навряд ли нуждаются в пламенной защитной речи (хотя их почти назвали нанятыми агентами номенклатурной буржуазии - коррумпированной бюрократии) <6>. В приведенных статьях действительно есть противоборство мировоззрений, на которых есть смысл остановиться подробнее. -------------------------------- <6> Были и другие претензии в иных статьях, но из-за их научной малозначительности не будем упоминать ни авторов, ни названия статей, дабы не добавлять им рейтинга в Российском индексе научного цитирования.

Начнем с констатации фактов. 1. В 1993 г. государство в корне изменило правовые основы организации и деятельности нотариата. Значительно повысились требования к кандидатам, претендующим на должность нотариуса, обязательным стало наличие юридического образования, прохождение стажировки, сдача квалификационного экзамена, получение лицензии. Появился новый субъект правоотношений - нотариус, занимающийся частной практикой. Ничего подобного до этого времени система государственного управления нотариатом не знала и не опробовала. Основы о нотариате отчасти стали экспериментом, о последствиях которого мало кто задумывался (по простой причине - отсутствовал опыт построения такой модели нотариального обслуживания). Ярким является пример с нормами, посвященными контролю, по поводу которых сейчас развиваются основные споры. Как раз В. С. Репин, представлявший Закон о нотариате в Верховном Совете РФ при его принятии, неоднократно вспоминал, что депутаты вообще не желали вводить данную норму, полагая, что достаточно только судебного контроля. Причиной служили господствовавшая тогда эйфория по поводу правил рыночной экономики и взгляд на государство как на "ночного сторожа". Министерство юстиции РФ с трудом отстояло хотя бы такую редакцию Основ. О латинском нотариате думали меньше всего. 2. Налицо определенная политика государства по вытеснению нотариата из гражданского оборота и ужесточению фискальной политики. Нотариусы "отлучены" от удостоверения наиболее доходных сделок. На протяжении последних десяти лет происходят постоянные баталии нотариального сообщества с налоговыми органами: от применения контрольно-кассовых машин при осуществлении расчетов с населением и включения взносов в нотариальную палату в состав затрат нотариуса до уплаты налога на добавленную стоимость (каждый год возникает та или иная проблема с финансовым обеспечением деятельности нотариуса). В чем причины такого отношения государства к нотариату? В констатации "особого" отношения как В. В. Ярков и И. Г. Медведев, так и Н. Ф. Шарафетдинов едины. Во-первых, в нерешенности внутренних проблем самого нотариата. Нотариальное сообщество разобщено. На протяжении 20 лет государство и общество наблюдают взаимные обвинения и метания внутри корпорации. Можно почитать подшивку журнала "Нотариальный вестникъ" с отчетами собраний представителей нотариальных палат, чтобы иметь представление о характере дискуссий: от демаршей о приостановлении уплаты взносов до публичных обструкций. Например, в Отчете Правления Федеральной нотариальной палаты о работе, проделанной в 2002 г., например, отношение руководства Московской городской нотариальной палаты к решениям, принимаемым органами Федеральной нотариальной палаты, названо саботажем <7>. Сейчас можно констатировать определенную стабильность в отношениях внутри сообщества, что является безусловной заслугой руководства Федеральной нотариальной палаты. Благодаря снятию многих внутренних противоречий начинает формироваться нормальный диалог с представителями органов государственной власти, следствием чего стали проекты многих федеральных законов, так или иначе затрагивающих основы организации и деятельности нотариата. Во-вторых, практика применения Основ о нотариате показала наличие многих системных ошибок, исправить которые государство пыталось неоднократно, инициируя внесение изменений и дополнений. В решении большинства очевидных проблем заинтересованы сами нотариусы более, чем кто-либо, но именно профессиональное сообщество долгое время занимало позицию неприятия всего того, что шло от органов государственной власти. Это привело к обратной реакции: нотариат стал восприниматься как раздражитель. Не зря в свое время Министерство экономического развития РФ предлагало полностью либерализовать систему нотариата, превратив ее в "стандартный" бизнес: лицензии смогут получить все желающие без каких-либо количественных ограничений. По этому пути пошла Украина. В результате: в каждом доме по нотариальной конторе. В-третьих, над нотариатом витает дух стяжательства. Это констатируется и зарубежными коллегами: "Тот, кто внимательно следит за современным состоянием дел в российском нотариате, вынужден, к сожалению, признать, что нотариальная профессия серьезно поражена духом наживы... Столь остро эти вопросы встают только в России, что не может не беспокоить честных и рассудительных людей, которые, к счастью, продолжают верить в институт нотариата" <8>. Об этом свидетельствует даже создание экранных образов, которые отнюдь не блещут высокими моральными принципами. Достаточно обратиться в любую нотариальную контору и увидеть, что взимаемый тариф весьма расходится с теми размерами, которые указаны в ст. 22 Закона о нотариате. Сейчас доступность текста нормативных актов высока, и граждане прекрасно видят происходящие нестыковки. Рассуждения же о необходимости содержания нотариальной конторы для большинства выглядят неубедительными. -------------------------------- <7> Нотариальный вестник. 2003. N 7. С. 18. <8> Мерлотти М. Нотариат - это инструмент мира: послание рос. коллегам // Российская юстиция. 2003. N 5. С. 10.

Что же предлагают В. В. Ярков и И. Г. Медведев? Это - целенаправленное сотрудничество с компетентными органами государства в интересах точного определения форм, методов и пределов эффективного государственного контроля; подтверждение особого статуса нотариальных палат ("только построение субординированной, вертикально интегрированной нотариальной системы отвечает специфике нотариальной деятельности, создает в совокупности с другими мерами надлежащие гарантии качества нотариальных актов"); открытость нотариальной системы, "когда наличие соответствующих знаний, компетенций и навыков обеспечивает приоритетный доступ в профессию при соблюдении одинаковых и объективных правил игры". Как видим, ничего того, что было бы нехарактерным для любой системы нотариата в нормальном развитом государстве с демократическими ценностями, авторы не предлагают. Их оппонент Н. Ф. Шарафетдинов предлагает обратиться к опыту Франции, Германии, стран Балтии (наших ближайших соседей). Обращение к зарубежному опыту полезно во всех отношениях. Возьмем, к примеру, контроль. Существует мнение, что нотариус в России и так ощущает на себе чрезмерный государственный контроль, осуществляемый всеми ветвями государственной власти. В частности, "законодательная - через принятие законов, регламентирующих всю деятельность нотариуса. Это и порядок совершения нотариальных действий, размер государственной пошлины, ставки налогообложения и других обязательных платежей и многое другое" <9>. Однако нормы закона закрепляют всего лишь стандарт поведения нотариуса, но они не содержат гарантии, что нотариус в обязательном порядке их будет соблюдать. Ведь наличие Уголовного кодекса в стране не гарантирует того, что преступность будет ликвидирована. Налогообложение же вообще не имеет цели организации контроля за деятельностью каких-либо органов. -------------------------------- <9> Черемных Г. Органы юстиции должны работать вместе ради защиты прав и интересов граждан // Нотариальный вестник. 1998. N 3.

Н. Ф. Шарафетдинов идет дальше: "Неэффективное государство в принципе не может обеспечить качественный контроль". В статье данного автора содержится значительное количество "страшилок" о неоимперии, усилении роли силовых структур, монопартийности и др. Для полной картины не хватает только выяснения, кто голосовал за В. В. Путина, чтобы провести демаркационную линию между демократами и тоталитаристами. Следуя такой логике, просто все государство необходимо разрушить, или всем сразу непонятно, куда эмигрировать. Обратимся к зарубежному опыту, например к странам Балтии. Первые положения главы 1 Закона Латвийской Республики "О нотариате" закрепляют: "1. Ведение нотариальных дел под надзором судебных учреждений поручается присяжным нотариусам в установленном настоящим Законом порядке. 2. Присяжными нотариусами являются принадлежащие к судебной системе лица, которые осуществляют свою деятельность при окружных судах и выполняют установленные для них законом обязанности. 3. В области должностной деятельности присяжные нотариусы приравниваются к должностным нотариусам государственной службы". Закон взял модель, при которой общие функции нотариата и суда позволяют объединить два этих ведомства в организационном плане. В связи с этим непосредственный надзор за деятельностью присяжных нотариусов подведомствен тому окружному суду, в округе которого находится их должностное место. Соответственно, деятельность, книги и дела присяжных нотариусов в любое время могут быть проверены судьей, направленным окружным судом. Председатель окружного суда наделен существенными полномочиями по осуществлению контроля за профессиональной деятельностью нотариуса. Так, он вправе давать присяжным нотариусам указания и распоряжения. В то же время создана Коллегия присяжных нотариусов Латвии, а Совет присяжных нотариусов Латвии вправе возбудить дисциплинарное дело в отношении нотариуса по представлению суда или прокурора, а также по жалобам лиц или по собственной инициативе. Кроме того, ст. 181 Закона "О нотариате" предусматривает: "За нарушение законов и иных нормативных актов, а также инструкций, регулирующих деятельность присяжных нотариусов, и за допущение присяжным нотариусом халатности в своей деятельности, или неисполнение своих обязанностей, или совершение вне службы такого заслуживающего порицания поступка, который несовместим с должностным положением и достоинством присяжного нотариуса или с его пребыванием в должности или в прежнем месте практики, Министр юстиции может возбудить дисциплинарное дело по представлению суда или прокурора, а также по жалобам лиц или по собственной инициативе". Министр юстиции при возбуждении дисциплинарного производства уполномочен отстранить нотариуса от исполнения обязанностей до рассмотрения его дела. Закреплены гарантии защиты прав нотариуса от возможного преследования со стороны органа нотариального сообщества. Так, решение Совета присяжных нотариусов Латвии о наложении взыскания направляется Министру юстиции. Оно вступает в силу, если Министр юстиции в двухнедельный срок после получения решения не сообщает: 1) о том, что решение по дисциплинарному делу, возбужденному в отношении присяжного нотариуса за тот же проступок, будет пересмотрено; 2) о том, что дисциплинарное дело, возбужденное в отношении присяжного нотариуса, прекращено. С другой стороны, Министр юстиции до принятия решения по дисциплинарному делу должен представить его в Совет присяжных нотариусов Латвии для дачи им заключения о дальнейшем оставлении присяжного нотариуса в должности, его отставке от должности или переводе на другое место практики. Как видим, Закон умело использует систему сдержек и противовесов, когда полномочия одного органа уравновешены полномочиями другого. При этом закреплены способы разрешения разногласий, которые в первую очередь основаны на приоритете прав государственных органов. Закон Эстонской Республики "О нотариате" (ст. 5) предусматривает иную схему контроля. Общее правило исходит из того, что надзор за служебной деятельностью нотариуса осуществляет Министр юстиции через уполномоченных им чиновников. В то же время Министр юстиции может привлекать к осуществлению надзора Нотариальную палату. Министр юстиции может делегировать надзор по отдельным вопросам Нотариальной палате и издавать для его осуществления инструкции. Министром юстиции могут вноситься изменения в решения Нотариальной палаты, принятые по названным вопросам. Таким образом, контроль государственного органа первичен, и он, в свою очередь, имея право усмотрения, может отдельные функции делегировать нотариальной палате либо привлекать таковую к осуществлению контроля. В любом случае контроль за нотариальной палатой со стороны органа юстиции не прекращается. Законодательство стран Балтии не оригинально. Для стран Западной Европы характерно наличие государственного контроля как за самими нотариусами, так и за нотариальными палатами. Сами нотариальные палаты выполняют значительный объем публичных функций, во многом приближающий их статус к органам государственной власти. § 64a Закона Германии "О нотариате" закрепляет: "Управления юстиции федеральных земель устанавливают по собственной инициативе все фактические обстоятельства, необходимые для решения административного дела, связанного с нотариальной деятельностью. Они оценивают доказательства, которые представляются необходимыми по их усмотрению". § 66 устанавливает: "(1) Нотариальная палата является образованием публичного права. Устав нотариальной палаты и его изменения принимаются на собрании палаты. Они должны быть утверждены в управлении юстиции федеральной земли и подлежат опубликованию в издании, указанном управлением юстиции. (2) Управление юстиции федеральной земли ведет государственный надзор над нотариальными палатами. Федеральное Министерство юстиции Германии ведет государственный надзор за нотариальными палатами. Предмет надзора составляет соблюдение законов и устава, в особенности выполнение задач, возложенных на нотариальные палаты". Такого "суперлиберального" формата взаимоотношений нотариата и государства нет ни в одной демократической стране. Неясно только, почему любое направление к тому вектору развития, которое характерно для большинства стран, придерживающихся принципов латинского нотариата, вызывает такую бурную отрицательную реакцию, да еще и апеллирование к принципам демократии? И как, например, отнесутся сторонники либерального нотариата к рецепции правила из законодательства Германии (где спокойно, без жестоких переделов и коррупционных скандалов, развиваются рыночные отношения), согласно которому устанавливается ответственность нотариуса в размере до 100 тысяч евро только за проявление страсти к наживе? <10> -------------------------------- <10> Клеппи Д. Нотариат в Германии // Юстиция Беларуси. 2004. N 2.

Несколько слов о статусе нотариальной палаты. Опять же обращаясь к зарубежному опыту, нетрудно увидеть, что нотариальные палаты в странах, придерживающихся принципов латинского нотариата, - не клуб граждан, объединенных одной профессией. Это - особый вид юридического лица публичного права, сочетающий в себе начала органа государственной власти и самоуправления и самоорганизации. В этом случае совершенствование норм о нотариате не должно ограничиваться установлением государственного контроля, речь идет об интеграции нотариальной палаты в систему государственного управления. Негосударственная организация выполняет функции органа государственной власти. Именно такой подход должен подчеркнуть статус нотариальной палаты, выделить принципы ее организации и деятельности, ее место в системе управления нотариатом и взаимодействия с органами государственной власти. На данной позиции настаивают и В. В. Ярков и И. Г. Медведев, в чем следует их настоятельно поддержать. Именно на таких базовых моментах строится и авторская позиция относительно организации и деятельности современного российского нотариата <11>. -------------------------------- <11> См., например: Романовская О. В. К проекту Закона о нотариате // Нотариус. 2012. N 4. С. 4 - 9.

В. В. Яркову и И. Г. Медведеву вменяется, что их статья - "публичный манифест". Хотелось бы, чтобы данный манифест был услышан как представителями нотариального сообщества, так и государством, чтобы столь долгожданное принятие Федерального закона "О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации" произошло как результат их диалога, а сам закон не был бы заложником конфликта, который и так уже затянулся.

------------------------------------------------------------------

Название документа