Нефтяные контракты

(Мороз С. П.) («Энергетическое право», 2007, N 2) Текст документа

НЕФТЯНЫЕ КОНТРАКТЫ

С. П. МОРОЗ

Мороз С. П., доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Алматинской юридической академии КазГЮУ.

Нефтяные контракты представляют собой разновидность контрактов на недропользование и соответственно обладают как общими признаками, присущими всем контрактам на недропользование, так и отличительными особенностями, которые позволяют их выделить в отдельную группу договоров. Контракт на недропользование — это соглашение сторон об осуществлении определенного вида пользования недрами (разведки полезных ископаемых, добычи полезных ископаемых, совмещенной разведки и добычи полезных ископаемых и других). Данный контракт имеет ряд признаков, характерных только для него. Во-первых, одной из сторон контракта на недропользование всегда выступает государство в лице своих органов; во-вторых, заключению контракта обязательно предшествуют проведение конкурса инвестиционных программ на право недропользования или проведение прямых переговоров. В-третьих, основания и порядок его заключения, изменения, прекращения или расторжения регламентируются специальным законодательством (законодательством о недрах и недропользовании), а не гражданским законодательством. Конечно, для обычных гражданско-правовых договоров это не свойственно. Первоначально в Законе о недрах предусматривалась лицензионно-контрактная система, в соответствии с которой контракт на недропользование не мог быть заключен без наличия соответствующей лицензии. В последующем законодатель отказался от лицензионно-контрактной системы и установил контрактную систему и лицензионную систему предоставления права пользования недрами. Поэтому согласно действующему законодательству право недропользования предоставляется двумя способами: путем проведения конкурса инвестиционных программ на получение права недропользования и заключения контракта и путем проведения прямых переговоров и заключения контракта. Право недропользования считается предоставленным и возникшим только с момента заключения контракта <1>. Основанием для начала ведения переговоров по заключению контракта выступает решение компетентного органа на проведение прямых переговоров или протокол конкурсной комиссии о победителе конкурса. ——————————— <1> Постановление Правительства РК «Правила предоставления права недропользования» от 21.01.2000 N 108 // САПП РК. 2000. N 3. Ст. 39.

Сторонами контракта выступают недропользователь и компетентный орган, в зависимости от этого можно выделить следующие виды контрактов: 1) контракт на разведку, добычу, совмещенную разведку и добычу полезных ископаемых (где компетентным органом является Министерство энергетики и минеральных ресурсов РК); 2) контракт на строительство и (или) эксплуатацию подземных сооружений, не связанных с разведкой и (или) добычей, и государственного геологического изучения недр (компетентным органом является Комитет геологии и недропользования Министерства энергетики и минеральных ресурсов РК); 3) контракт на разведку и (или) добычу общераспространенных полезных ископаемых в коммерческих целях (компетентным органом выступают местные исполнительные органы). Процедурные особенности контракта на недропользование заключаются в том, что согласованный сторонами проект контракта до его подписания подлежит обязательной экономической и налоговой экспертизе; наряду с этим проект контракта подлежит обязательному согласованию с различными министерствами и ведомствами; после проведения переговоров, проведения экспертиз и согласования проекта контракта контракт подлежит обязательной государственной регистрации в государственном органе, заключившем контракт. В соответствии с Законом о недрах и недропользовании компетентный орган вправе приостановить операции по недропользованию на срок до шести месяцев в случаях: 1) нарушения недропользователем условий контракта; 2) систематического нарушения недропользователем требований законодательства РК в части казахстанского содержания, охраны недр и окружающей среды, безопасного ведения работ <2>. ——————————— <2> Закон РК «О недрах и недропользовании» от 27.01.1996 N 2828 // Ведомости Верховного Совета РК. 1996. N 2. Ст. 182.

Из вышесказанного можно сделать вывод о том, что, несмотря на существенные изменения законодательства о недрах и недропользовании, в отношениях между недропользователями и государством публично-правовые начала все еще сохраняют свои позиции и превалируют над частноправовыми началами. Поэтому пока еще нет достаточных оснований для того, чтобы согласиться с утверждением А. С. Ударцева о том, что принятие модели контрактной системы означает исключительно гражданско-правовое регулирование права пользования недрами <3>. По мнению Е. В. Новиковой, в сфере природопользования отсутствует необходимая публичная прозрачность принимаемых решений; допускается неоправданное дублирование административных процедур; реальный механизм обеспечения стабильности отношений природопользования отсутствует, что нельзя признать удовлетворительным для нормальной инвестиционной деятельности <4>. Но мы полагаем, что в процессе дальнейшего развития инвестиционных правоотношений в сфере недропользования в основу взаимодействия между государством и недропользователями будут положены частноправовые начала. При этом уже сейчас должно быть однозначно и понятно, что в договорных отношениях между государством и недропользователем государство становится участником частноправовых отношений, т. е. выступает наравне с недропользователем, следовательно, не может быть никаких сомнений в гражданско-правовой, а не административно-правовой природе договоров (контрактов) в сфере недропользования. ——————————— <3> Ударцев А. С. Субъекты права недропользования: сравнительно-правовой терминологический аспект // Субъекты гражданского права: Сб. материалов Международной научно-практической конференции / Отв. ред. М. К. Сулейменов. Алматы: КазГЮА, 2001. Т. 2. С. 101. <4> Новикова Е. В. Об эколого-правовых рисках в деятельности недропользователей // Сб. материалов второго Атырауского правового семинара. — Атырау: ТОО СП «Тенгизшевройл», 2004. С. 57.

Однако в юридической литературе эта проблема не получила своего разрешения: высказываются предположения о появлении неких разноотраслевых договоров, которые наряду с гражданско-правовыми договорами используются за пределами гражданского права. Это утверждение М. И. Брагинского и В. В. Витрянского основано на принципе субсидиарного применения гражданско-правовых норм к семейным, трудовым отношениям и отношениям по использованию природных ресурсов и охране окружающей среды (речь идет о ст. 1 ГК РФ и соответственно о ст. 1 ГК РК). Данный принцип означает, что ко всем договорам, в соответствии с которыми осуществляется использование природных ресурсов, должны применяться общие нормы гражданского законодательства, если иное не предусмотрено в специальном законодательстве. При этом, по мнению М. И. Брагинского и В. В. Витрянского, такие нормы пользуются несомненным приоритетом, что объясняется не иноотраслевым характером указанных норм, а тем, что они являются хотя и гражданско-правовыми, но специальными <5>. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография М. И. Брагинского, В. В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное). —————————————————————— <5> Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право: Общие положения. М.: Издательство «Статут», 1998. С. 17 — 24.

В целом можно согласиться с таким суждением, потому что действительно договоры в сфере природопользования обладают определенной спецификой по сравнению с обычными гражданско-правовыми договорами, одновременно сохраняя черты, присущие всем договорам. Однако сам термин «разноотраслевые договоры» представляется нам не совсем удачным: если договоры в сфере природопользования являются гражданско-правовыми, то почему они называются разноотраслевыми? Такая формулировка ставит под сомнение вопрос о гражданско-правовой природе договоров в сфере природопользования, свидетельствует о том, что эти договоры обладают иной отраслевой сущностью (или, другими словами, «разноотраслевой» сущностью, как полагают авторы). Думается, что некоторые трудности в определении сущности договора в сфере недропользования объясняются сохранением лицензионно-контрактной системы предоставления права недропользования в российском законодательстве о недрах. Так, А. И. Перчик отмечает, что регулирование отношений недропользования между государством — собственником недр и недропользователем в рамках российской правовой системы возможно на основе либо административного, либо гражданского законодательства: режим, установленный Законом РФ «О недрах», базируется на нормах административного права и лишь в ряде случаев предусматривает действие норм Гражданского кодекса РФ; в свою очередь, режим, установленный Федеральным законом «О соглашениях о разделе продукции», базируется на нормах гражданского права и лишь в отдельных случаях предусматривает действие норм административного права <6>. Положительно оценивая изменения, произошедшие после отхода от лицензионно-контрактной системы предоставления права недропользования в нашей стране, мы согласны с высказанным в этой связи предложением О. М. Теплова о ликвидации государственной системы лицензирования пользования недрами в России и замене ее исключительно договорными отношениями с недропользователями <7>. ——————————— <6> Перчик А. И. Горное право: Учебник. М.: Издательский Дом «ФИЛОЛОГИЯ ТРИ», 2002. С. 270. <7> Теплов О. М. Развитие федерального законодательства о недрах // Журнал российского права. 2003. N 3(75). С. 36.

Говоря об особенностях инвестиционных контрактов в сфере недропользования, К. С. Мауленов отмечает, что специфический характер этих контрактов, по мнению зарубежных исследователей, более схож с характером публичных правовых контрактов, чем частных правовых контрактов <8>. Полагаем, что в данном случае зарубежные ученые недопонимают и недооценивают смысл формулировки «публичный контракт»; раз это контракт, то уже частноправовые начала в нем преобладают независимо от того, кто выступает стороной контракта. Поэтому поддерживаем позицию А. И. Худякова, в соответствии с которой контракт на недропользование является типичным гражданско-правовым соглашением <9>, и разделяем мнение отечественных ученых, в частности Ю. Г. Басина, о том, что гражданско-правовым соглашением выступает и соглашение о разделе продукции, которое несет в себе черты договора подряда <10>, а также Е. Б. Жусупова, который считает, что контракт на недропользование является гражданско-правовым договором, опосредствующим товарно-денежные отношения <11>. В общем несомненно одно — договоры в сфере природопользования в целом и в сфере недропользования в частности являются гражданско-правовыми договорами и могут быть выделены в отдельную группу договоров. В этой связи А. И. Перчик говорит о необходимости кардинального решения проблемы дополнения ГК РФ новыми типами договоров — договоров на недропользование, концессионных договоров и договоров транспортировки нефти и газа <12>. ——————————— <8> Международное частное право: Учебное пособие / Под ред. М. А. Сарсембаева. Алматы, 1998. С. 253 — 254. <9> Худяков А. И. Финансовое право Республики Казахстан: Особенная часть: Учебник. Алматы: ТОО Издательство НОРМА-К, 2002. С. 171. <10> Гражданское право: Учебник для вузов (академический курс) / Под ред. М. К. Сулейменова, Ю. Г. Басина. Алматы: НИИ частного права КазГЮУ, 2002. Том II. С. 243. <11> Право и внешнеэкономическая деятельность в Республике Казахстан / Отв. ред. М. К. Сулейменов. Алматы: КазГЮА, 2001. С. 202. <12> Перчик А. И. Правовые проблемы развития трубопроводного транспорта в России // Нефть. Газ. Право. М., 2005. N 5(65). С. 13.

Вопросы классификации контрактов в сфере недропользования также не получили надлежащего законодательного разрешения. Действующим законодательством предусматривается деление видов контрактов на недропользование в зависимости от вида недропользования (разведка, добыча, совмещенная разведка и добыча, строительство и эксплуатация подземных сооружений, не связанные с добычей (разведкой) полезных ископаемых) (ст. 42 Закона РК о недрах и недропользовании). Ранее перечень контрактов на недропользование был более конкретным и детальным, в него включались: контракт о концессии, контракт о разделе продукции, контракт на предоставление услуг (сервисный контракт), контракт о совместной деятельности. Нужно отметить, что, несмотря на отсутствие в законодательстве конкретных видов контрактов на недропользование, это не означает, что какие-либо из указанных выше видов контрактов не могут быть использованы. Данные виды контрактов широко применяются в договорной практике зарубежных государств и соответственно могут быть использованы и в Казахстане. Отечественными учеными Ю. Г. Басиным, М. К. Сулейменовым, Е. Б. Осиповым и О. И. Ченцовой была предложена единая классификация видов контрактов на недропользование, согласно которой можно выделить два основных типа контрактов на недропользование с подразделением их на виды: 1) контракты арендного типа (концессионные контракты; контракты на строительство и эксплуатацию различных подземных сооружений); 2) контракты подрядного типа (контракт подряда на геологическое изучение недр; контракт (соглашение) о разделе продукции; сервисный контракт) <13>. Однако, как отмечает М. К. Сулейменов, эта классификация применима лишь в том случае, если признавать гражданско-правовую природу договоров на недропользование <14>. ——————————— <13> Сулейменов М. К. Проблемы применения законодательства в нефтегазовой отрасли Республики Казахстан // Сб. материалов второго Атырауского правового семинара. Атырау: ТОО СП «Тенгизшевройл», 2004. С. 10 — 11. <14> Сулейменов М. К. Проблемы применения законодательства в нефтегазовой отрасли Республики Казахстан. С. 11.

Данное замечание справедливо в том смысле, что не всегда гражданско-правовая природа контрактов на недропользование очевидна. Например, в РФ наряду с названными видами широко применяется лицензионное соглашение. Лицензионное соглашение в своем первоначальном виде представляло собой документ, являющийся неотъемлемой частью лицензии, и назывался «условия лицензии на пользование участком недр», сегодня с инвестором-недропользователем заключается лицензионное соглашение, облеченное в форму гражданско-правового договора. Так, по мнению А. И. Перчика, структура лицензионного соглашения выглядит следующим образом: 1) общие положения (статьи, определяющие цели и предмет соглашения, намерения сторон, в частности иностранной, сотрудничать с российскими объединениями и участвовать в социальном развитии региона, в котором находится месторождение); 2) регулирование производства (статьи, регламентирующие структуру управления проектом освоения месторождения, производственные требования и обязательства недропользования); 3) регулирование правовых отношений (право на территорию; распоряжение углеводородами; право собственности на имущество; переуступка прав; отказ от прав; процедура разрешения споров; форс-мажор и т. д.); 4) регулирование экономической деятельности (статьи, касающиеся перечня, порядка и ставок платежей и налогов, которые должен платить недропользователь); 5) процедурные вопросы (конфиденциальность; дата вступления договора в силу; извещения; подписи уполномоченных лиц, подписавших договор, и т. п.) <15>. Несмотря на применение понятия «соглашение (договор)», считаем, что в данном случае правильнее было бы использовать термин «лицензия на право недропользования» (хотя, конечно, содержание лицензии расширено за счет включения в него отдельных договорных норм). С учетом сказанного можно охарактеризовать лицензионное соглашение как властное решение компетентного (уполномоченного) государственного органа, которому придана форма гражданско-правового договора. ——————————— <15> Перчик А. И. Горное право: Учебник. С. 272 — 275.

В целом можно выделить следующие основные виды договоров в сфере недропользования: концессионное соглашение (договор концессии), соглашение о разделе продукции, сервисный контракт (контракт на предоставление услуг). Благодаря сложившейся международной практике под общим названием «нефтяные контракты» довольно часто объединяют концессионные соглашения и соглашения о разделе продукции. Однако, на наш взгляд, ограничение понятия «нефтяные контракты» только двумя видами контрактов (пусть даже наиболее распространенными) вряд ли оправданно. Здесь решающим критерием будет служить предмет договора — если это проведение нефтяных операций, то несомненно, что данные контракты будут нефтяными. Поэтому к нефтяным контрактам могут быть отнесены такие виды, как: 1) концессионное соглашение; 2) соглашение о разделе продукции; 3) соглашение типа «роялти — налог на прибыль»; 4) контракт на предоставление услуг (сервисный контракт); 5) контракт о совместной деятельности. Концессионное соглашение является одной из первых договорных форм в сфере недропользования. По своей природе концессионное соглашение (договор концессии) представляет собой арендное соглашение. В соответствии с действующим законодательством по договору имущественного найма (аренды) наймодатель обязуется передать нанимателю имущество за плату во временное владение и пользование (ст. 540 ГК РК). При этом в имущественный наем могут быть переданы предприятия и другие имущественные комплексы, земельные участки и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (так называемые непотребляемые вещи). Арендатор, приобретая право срочного владения и пользования предметом аренды, не обладает правом распоряжения и не становится собственником, хотя и ограничивает на время доступ к предмету аренды для всех остальных участников гражданского оборота. Наряду с этим концессионное соглашение, будучи разновидностью арендного соглашения, обладает рядом присущих только ему особенностей: 1) одной из сторон договора концессии всегда выступает государство в лице своих органов; 2) передается в пользование концессионеру только объект государственной собственности (тогда как при аренде могут передаваться и объекты, находящиеся в частной собственности); 3) концессионер, как правило, не может стать собственником передаваемого в концессию имущества (тогда как при аренде возможен выкуп арендуемого имущества). Неслучайно в гражданском законодательстве содержится норма, определяющая, что законодательными актами могут быть установлены особенности сдачи в имущественный наем жилых помещений, земельных участков, участков недр и других обособленных природных объектов, в том числе на основе концессионных соглашений, а также в иных случаях (п. 4 ст. 541 ГК РК). В частности, с принятием Закона РК «О концессиях» от 7 июля 2006 г. наконец-то получили свое отражение основные вопросы государственного и договорного регулирования концессионных отношений. Так, согласно ст. 21 Закона о концессиях договор концессии должен содержать: 1) сведения об объекте концессии; 2) условия о правах концессионера на объект концессии и (или) о правах на осуществление определенного вида деятельности; 3) условия и объемы проведения необходимых улучшений объекта в целях предоставления концессионером необходимого количества и качества услуг; 4) порядок компенсации затрат концессионера; 5) условия и порядок предоставления возможности осуществлять определенный вид деятельности; 6) условие о размерах инвестиций в основные фонды, сроки и условия финансирования концессионного проекта согласно разработанному бизнес-плану (рабочей программе); 7) виды деятельности (работы, услуги, предоставленные по условиям договора); 8) стандарты качества предоставляемых концессионером по договору концессии товаров (работ, услуг); 9) срок действия договора; 10) права и обязанности сторон; 11) требования по охране окружающей среды и безопасности ведения работ; 12) порядок и условия передачи государству объекта концессии, а также земельных участков, переданных в связи с исполнением договора концессии; 13) ответственность сторон; 14) условия изменения и прекращения договора; 15) местонахождение и банковские реквизиты сторон; 16) порядок осуществления контроля концедентом за исполнением договоров концессии; 17) меру государственной поддержки при ее предоставлении; 18) иные условия, не противоречащие законодательству РК <16>. Следует отметить, что Закон о концессиях сохранил главную особенность концессии — передача по договору концессии объектов государственной собственности осуществляется во временное владение и пользование в целях улучшения и эффективной эксплуатации, следовательно, концессионер не становится собственником передаваемых в концессию объектов государственной собственности, которые после завершения периода эксплуатации передаются государству. ——————————— <16> Закон РК «О концессиях» от 07.07.2006 N 168-III // Казахстанская правда. 2006. 19 июля. N 177(25148).

К числу нефтяных контрактов, получивших распространение в последнее время, относится соглашение о разделе продукции, или «продакшн шеринг», как его называют во всем мире. Г. Т. Утегенова отмечает, что данный договор был впервые заключен в 1966 г. в Индонезии; он представлял собой новый юридический инструмент в регулировании отношений собственности между принимающими странами и международными нефтяными компаниями, особенности которого заключаются в том, что нефтяная компания осуществляет нефтяные операции за свой счет и за свой риск: при обнаружении нефти часть добываемой продукции направляется на возмещение затрат нефтяной компании (кост ойл), а оставшаяся часть делится между сторонами в определенной пропорции (профит ойл) <17>. Отличительной особенностью соглашения о разделе продукции также выступает то обстоятельство, что в основном этот вид соглашения используется при добыче нефти, хотя, на наш взгляд, возможно его применение и при разработке других полезных ископаемых. В целом благодаря сложившейся международной практике концессионные соглашения и соглашения о разделе продукции довольно часто объединяют под общим названием — «нефтяные контракты». ——————————— <17> Право и иностранные инвестиции в Республике Казахстан / Отв. ред. М. К. Сулейменов. Алматы: Жетi Жаргы, 1997. С. 171.

Говоря об использовании таких договорных форм, как соглашения о разделе продукции при разработке нефтяных месторождений в Малайзии, Анголе, Перу, КНР, Нигерии, Д. А. Сураншиева подчеркивает, что страны — участницы СНГ, так как Россия, Казахстан, Азербайджан стали применять соглашения о разделе продукции в качестве контракта на недропользование с начала 1990-х годов (в Казахстане первые соглашения о разделе продукции были заключены в 1992 г.) <18>. В настоящее время, как в продолжение темы указывает А. У. Аккайсиева, механизм соглашения о разделе продукции успешно действует в 64 странах мира <19>. ——————————— <18> Сураншиева Д. А. Некоторые вопросы налогообложения недропользователей, работающих на основании СРП // Сб. материалов третьего Атырауского правового семинара. Атырау: ТОО СП «Тенгизшевройл», 2005. С. 128. <19> Аккайсиева А. У. Анализ видов нефтяных контрактов: мировой опыт // Сб. материалов третьего Атырауского правового семинара. Атырау: ТОО СП «Тенгизшевройл», 2005. С. 15.

В РК принят специальный законодательный акт, регулирующий вопросы заключения такого вида контракта на недропользование, как соглашение о разделе продукции, — Закон РК «О соглашениях (контрактах) о разделе продукции при проведении нефтяных операций на море» от 8 июля 2005 г. <20>. Но в отличие от аналогичного закона в РФ (Федерального закона «О соглашениях о разделе продукции» от 30 декабря 1995 г.) сфера его регулирования ограничена проведением нефтяных операций на море. В частности, Закон РК о соглашениях о разделе продукции регулирует общественные отношения, связанные с предоставлением права на проведение нефтяных операций, заключением, исполнением, изменением и прекращением соглашений о разделе продукции в казахстанской части Каспийского и Аральского морей, и определяет основные правовые условия таких соглашений, а также последующего распределения продукции между Республикой Казахстан и подрядчиком (ст. 1 Закона). Сферу регулирования Федерального закона о соглашениях о разделе продукции составляют подрядные отношения, возникающие в процессе разработки месторождений полезных ископаемых, в которых государство выступает в роли заказчика, а недропользователь является подрядчиком. На наш взгляд, является неоправданным сужение сферы применения Закона РК о соглашениях о разделе продукции нефтяными операциями на море, необходимо законодательно закрепить возможность применения данной договорной формы не только при добыче нефти, но и при добыче других полезных ископаемых. Нужно заметить, что в России разрабатываются проекты использования режима соглашения о разделе продукции при освоении газовых месторождений, месторождений угля, драгоценных камней и металлов <21>. Представляется, что этот опыт может быть учтен и в РК при совершенствовании законодательства о соглашениях о разделе продукции. Полагаем, что вопросы специального законодательного регулирования в этой области в достаточной степени не решены, поэтому представляется более целесообразным принятие Закона РК о соглашениях о разделе продукции. ——————————— <20> Закон РК «О соглашениях (контрактах) о разделе продукции при проведении нефтяных операций на море» от 08.07.2005 N 68-III // Казахстанская правда. 2005. 15 июля. N 188 — 189(24798 — 24799). <21> Перчик А. И. Горное право: Учебник. С. 278.

В качестве основных особенностей данного вида договора А. И. Перчик называет следующие: 1) добытая продукция остается в государственной собственности до точки раздела; 2) основанием предоставления права недропользования является гражданско-правовой договор; 3) применяется специальный налоговый режим в форме раздела продукции <22>. Говоря о выгодах государства применительно к соглашениям о разделе продукции, К. Б. Сафинов отмечает, что ряд стран последовательно требует, чтобы инвестор при разработке природных ресурсов, получая часть из них себе в собственность, использовал при разведке и добыче оборудование, товары и услуги, произведенные в стране, а не ввозимые извне <23>. Совершенно очевидно, что сегодня в Казахстане этот зарубежный опыт широко внедряется. Вместе с тем необходимы последовательное изучение всех преимуществ такой договорной формы, как соглашение о разделе продукции, и реализация их на практике в полном объеме с учетом позитивного опыта других стран в этой области. ——————————— <22> Перчик А. И. Горное право: Учебник. С. 280 — 281. <23> Сафинов К. Б. Проблемы реализации соглашений о разделе продукции в Республике Казахстан // Актуальные проблемы правового регулирования нефтегазовой отрасли Казахстана: Сб. материалов конференции. Астана: KPLA, 2003. С. 16.

В соответствии с соглашением типа «роялти — налог на прибыль» недропользователь уплачивает государству наряду с платежом за право недропользования и налогом на прибыль и некоторые другие налоги. Как указывает А. И. Перчик, эти соглашения применялись с начала развития собственной нефтедобычи в странах Европы и Северной Америки, после нефтяного кризиса начала 70-х годов прошлого столетия этот тип соглашений полностью вытеснил широко распространенные в остальных нефтедобывающих странах Азии, Америки и в Австралии концессионные соглашения <24>. С точки зрения А. И. Перчика, соглашение типа «роялти — налог на прибыль» обладает следующими признаками: пользователь недр получает эксклюзивное право на поиск, разведку и разработку месторождения, которые он осуществляет за счет собственных средств, принимая на себя все риски; вся добытая продукция принадлежит пользователю недр, который имеет право распоряжаться ею самостоятельно; пользователь уплачивает государству — собственнику недр платежи за право поиска и разведки, за право добычи продукции; пользователь недр уплачивает налог на прибыль, а также другие оговоренные соглашением или законом общие налоги; сооружения и оборудование, используемые для нефтяных операций, являются собственностью пользователя недр <25>. А. Т. Кенжебаева называет данный контракт «договор налоги-роялти» или «договор концессии» и указывает, что существует два вида договоров концессии: 1) когда минеральное сырье, еще не извлеченное на поверхность, может находиться в частной собственности; 2) когда право собственности на минеральное сырье переходит к недропользователю в момент поднятия его на поверхность, то есть на устье скважины <26>. Первый вид договоров концессии в Казахстане не применяется, поскольку законодательство РК не предусматривает права частной собственности на минеральные ресурсы, находящиеся в недрах; второй вид (договоры «налоги-роялти») применяется на практике и нашел свое отражение в законодательстве (договоры концессии) <27>. ——————————— <24> Перчик А. И. Горное право: Учебник. С. 277 — 278. <25> Перчик А. И. Горное право: Учебник. С. 280. <26> Кенжебаева А. Т. Право собственности на минеральное сырье // Актуальные проблемы практического применения законодательства Республики Казахстан. Алматы: Salans, 2004. С. 144. <27> Кенжебаева А. Т. Указ. соч. С. 144.

Несмотря на то что это принятая в международной практике классификация, считаем, что понятие договора концессии гораздо шире, и не следует его ограничивать понятием договора «налоги-роялти» или какой-либо иной его разновидностью (тем более что договоры концессии применяются не только в недропользовании). Полагаем, что контракт типа «роялти — налог на прибыль» представляет собой разновидность договора концессии вследствие того, что он предусматривает обязательную передачу права собственности на все добытые полезные ископаемые недропользователю при условии выполнения обязательства недропользователем по своевременной и полной уплате налогов и других обязательных платежей в бюджет. Контракт на предоставление услуг (сервисный контракт), как отмечает А. И. Перчик, наибольшее распространение получил в Бразилии <28>. Г. Т. Утегенова указывает, что подобные соглашения были заключены в Иране, Ираке, Венесуэле, Нигерии и Вьетнаме <29>. Специфика сервисного контракта заключается в том, что сервисная компания, беря на себя все риски, производит поиск и разведку полезных ископаемых; в сл учае обнаружения месторождения полезных ископаемых сервисная компания обустраивает его за свой счет и затем передает это месторождение государственной нефтяной компании, при этом расходы сервисной компании будут возмещаться за счет добытых полезных ископаемых. С учетом того что государство может принять на себя обязательство по проведению разведки (всей или части), сервисные контракты могут быть подразделены на контракты без риска («страйт сервис») и с риском («риск сервис»). ——————————— <28> Перчик А. И. Горное право: Учебник. С. 281. <29> Право и иностранные инвестиции в Республике Казахстан. С. 180.

В сфере нефтедобычи также используются и такие договорные формы, как контракты о совместной деятельности. В основе их дальнейшей дифференциации лежит тот же критерий, что и в основе деления видов совместной деятельности: с образованием юридического лица или без образования юридического лица (консорциум). С позиций Г. Т. Утегеновой совместная деятельность в нефтяной промышленности представляет собой такой вид соглашения, при котором государство или государственная нефтяная компания, являющаяся собственностью государства, и некая другая, обычно иностранная нефтяная компания, совместно осуществляют разведку и добычу, неся совместно и риск потерь <30>. Следовательно, характерными признаками контрактов о совместной деятельности являются: обязательное участие государства как стороны в договоре и распределение расходов, рисков, а также доходов и прибыли между участниками. ——————————— <30> Право и иностранные инвестиции в Республике Казахстан. С. 183 — 184.

Сравнительно-правовой анализ различных договорных форм, используемых при проведении нефтяных операций с позиции их приемлемости и выгодности для государства, предоставляющего недра во владение и пользование, позволяет прийти к выводу об особой значимости соглашения о разделе продукции. К числу преимуществ соглашения о разделе продукции следует отнести право государства на часть добытой продукции. Если по концессионному соглашению государство имеет право только на получение платежей, то по соглашению о разделе продукции государство становится собственником части продукции (нефти), что, несомненно, очень важно в современных условиях постоянно растущих цен на нефть. Полагаем, что здесь одновременно достигаются две цели: 1) государством не привлекаются собственные ресурсы (и в первую очередь финансовые) для получения этой продукции (нефти), 2) у государства есть готовая продукция, которую можно использовать в дальнейшем по своему усмотрению. На наш взгляд, широкое использование данной договорной формы в сфере нефтедобычи является очень перспективным и экономически выгодным.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *