Отказ от исполнения договора о размещении и распространении наружной рекламы

(Зоркольцев Р. Д.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2011) Текст документа

Подготовлен для системы КонсультантПлюс

ОТКАЗ ОТ ИСПОЛНЕНИЯ ДОГОВОРА О РАЗМЕЩЕНИИ И РАСПРОСТРАНЕНИИ НАРУЖНОЙ РЕКЛАМЫ

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 1 октября 2011 года

Р. Д. ЗОРКОЛЬЦЕВ

Зоркольцев Р. Д., адвокат, член Адвокатской палаты г. Москвы.

Показаны возможности сохранения денежных средств у исполнителя, когда заказчик желает расторгнуть договор в ходе распространения наружной рекламы и вернуть деньги за оставшийся период.

В практике наружной рекламы нередко встречаются случаи, когда рекламодатели после размещения рекламы хотят расторгнуть договор, причем тогда, когда большая часть периода распространения рекламы уже прошла. Обосновывают они это п. 1 ст. 782 ГК РФ, который говорит о праве заказчика отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Бывает, что рекламодатели, не учитывая коммерческих условий и рисков рекламораспространителей, уже на стадии заключения договора хотят включить в него положение о возможности расторгнуть договор в период распространения рекламы с условием возврата рекламодателю неиспользованных денежных средств (т. е. средств, уплаченных заказчиком за фактически несостоявшийся период распространения рекламы). Рекламные агентства в такой ситуации поступают по-разному: одни, не найдя правовых оснований, частично возвращают денежные средства за несостоявшееся распространение, другие - нет. В таких случаях отказ от исполнения договора до истечения срока распространения рекламы может сопровождаться для заказчика определенными имущественными потерями.

1. Решение проблемы исходя из существа договора оказания услуг в сфере наружной рекламы

Гражданское законодательство не содержит правового регулирования договора о размещении и распространении наружной рекламы, за исключением тех особенностей регулирования отношений, возникающих в процессе производства, размещения и распространения рекламы, которые имеются в Федеральном законе от 13 марта 2006 года N 38-ФЗ "О рекламе" (далее - Закон о рекламе) <1>. -------------------------------- <1> Проектом Федерального закона N 548559-5 "О внесении изменений в Федеральный закон "О рекламе" и Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" предлагается дополнить Закон о рекламе ст. 19.1 ("Договор на оказание услуг по распространению наружной рекламы"), предусмотрев, в частности, что в этом договоре обязательно должны быть указаны: описание вида рекламной конструкции, место установки (территориального размещения) рекламной конструкции, наименование уполномоченного органа местного самоуправления, дата оформления и реестровый номер разрешения на установку и эксплуатацию рекламной конструкции, выданного владельцу рекламной конструкции для оказания услуг по распространению наружной рекламы, социальной рекламы, площадь информационного поля рекламной конструкции, период времени распространения наружной рекламы, стоимость услуг по распространению наружной рекламы. Законопроект размещен в автоматизированной системе обеспечения законодательной деятельности на сайте Государственной Думы РФ (www. duma. gov. ru).

Спецификой предмета договора об изготовлении, размещении и распространении наружной рекламы является изготовление рекламы (рекламного носителя), ее монтаж на рекламной конструкции, а также распространение рекламы в течение всего срока, который согласован сторонами в договоре. У многих операторов на рынке наружной рекламы существует коммерческое условие размещения рекламы - срок ее распространения не может быть менее определенного периода, например, не менее одного месяца, одного квартала, полугодия или года. Такой срок зависит от затрат исполнителя, стратегии развития его предпринимательской деятельности и других факторов, при которых размещение рекламы на меньший срок коммерчески невыгодно исполнителю, в результате чего этот срок становится существенным условием его деятельности как юридического лица на данном рынке. Стоимость услуг рассчитывается им исходя из такого минимального срока распространения рекламы и указывается в прайс-листе на услуги. Условие о таком сроке всегда сообщается заказчику при проведении с ним переговоров перед заключением договора и отражается в самом договоре, становясь, таким образом, существенным договорным условием исполнителя, при отсутствии которого договор считался бы незаключенным (ст. 432 ГК РФ). Если заказчика это существенное условие исполнителя в отношении минимального срока распространения рекламы не устраивает, он может отказаться от установления правоотношений с исполнителем, не заключать с ним договор и произвести размещение рекламы на других рекламных носителях и конструкциях, заключив договор с другим рекламораспространителем. В рамках исполнения договора о размещении и распространении наружной рекламы возмездное оказание услуг и выполнение работ неотъемлемо друг от друга, т. е. распространение рекламы не может осуществляться без ее размещения на рекламном носителе. Размещение рекламы представляет собой совокупность действий и в зависимости от конкретных отношений сторон (и если под "размещением" также понимать производство рекламы) может включать, в частности, изготовление и установку рекламной конструкции, нанесение рекламной информации на рекламный носитель, монтаж. Распространение наружной рекламы - процесс длящийся и выражается в возможности фактического нахождения (демонстрации, экспонирования, воспроизведения, показа) наружной рекламы на рекламном носителе в течение определенного периода. По договору оказывается комплекс услуг (работ): для распространения наружной рекламы исполнителю необходимо выполнить работу по ее размещению (изготовить рекламный носитель, осуществить нанесение на него рекламной информации, осуществить монтаж рекламного носителя на согласованном сторонами месте его расположения, получив предварительные разрешения в уполномоченных органах власти - когда устанавливается новая рекламная конструкция), а в ходе распространения рекламы - осуществлять техническое обслуживание (чистку, помывку, а при необходимости ремонт и восстановление рекламного носителя), причем это обслуживание осуществляется без дополнительной оплаты. Поскольку по договору выполняется как работа, так и услуги, этот договор является смешанным и содержит в себе элементы подряда и возмездного оказания услуг. Однако противопоставлять размещение как работы и распространения как услуги друг другу в условиях данного договора нельзя, поскольку результат работы (рекламный носитель) не передается в собственность заказчика, а размещение рекламы является безусловной необходимостью осуществления ее распространения. Такое противопоставление отсутствует, когда рекламный носитель или рекламные материалы предоставляются рекламодателем и задача рекламораспространителя сводится к монтажу рекламы на рекламной конструкции и предоставлению рекламодателю возможности распространять рекламу на рекламной конструкции, таким образом, фактически лишь к услуге по распространению (но не изготовлению) рекламы. Техническое обслуживание, осуществляемое в период распространения рекламы, не является отдельной услугой - оно неразрывно связано со всем комплексом услуг по размещению и распространению рекламы, которые оказываются по договору. Это своего рода аналог гарантийного обслуживания техники, поставленной по договору поставки, отказ от гарантийного обслуживания которой не дает покупателю права отказаться от поставленного товара. В юридической литературе не без оснований отмечается отрицательное отношение некоторых авторов к резкому противопоставлению в гражданском праве понятий "услуга" и "работа": услугой является действие, оказывающее помощь, пользу другому, а работой - занятие каким-либо делом, применение своего труда. Каждая услуга становится объектом гражданско-правового обязательства тогда, когда выражается в какой-то работе, а работа - когда она принимает форму оказания услуги <2>. В связи с этим нужно учитывать отсутствие достаточно последовательной линии в законодательстве <3>. По мнению некоторых авторов, признак материальности и отделимости результата работы исполнителя, присущий как подряду, так и некоторым отношениям по оказанию услуг, не может служить универсальным для отграничения этих правовых типов <4>. -------------------------------- <2> См.: Брагинский М. И. Общее учение о хозяйственных договорах. Минск, 1967. С. 30. <3> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая / Под ред. проф. Т. Е. Абовой и А. Ю. Кабалкина. М., 2006 (комментарий к ст. 783). Аналогичное утверждение см.: Кабалкин А. Ю. Договор возмездного оказания услуг // Российская юстиция. 1998. N 3. С. 14. <4> См.: Пак М. З. О юридической природе договора на оказание юридических услуг // Адвокат. 2006. N 1. С. 37.

На отсутствие необходимости разграничения понятий "работа" и "услуга" указывает и российское законодательство о государственном регулировании внешнеторговой деятельности. Так, Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 164-ФЗ "Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности" в п. 8 ст. 2 в числе основных понятий, используемых в Законе, называет внешнюю торговлю услугами, определяемую как "оказание услуг (выполнение работ), включающее в себя производство, распределение, маркетинг, доставку услуг (работ) и осуществляемое способами, указанными в статье 33 настоящего Федерального закона". Стоит отметить также, что в Генеральном соглашении по торговле услугами (ГАТС) от 15 апреля 1994 г. <5>, являющемся элементом всемирной торговой системы и имеющем обязательную силу для всех членов ВТО, применяется только термин "услуги", а термин "работа" отсутствует. -------------------------------- <5> Текст Соглашения опубликован в сборнике "Всемирная торговая организация: документы и комментарии" / Под ред. С. А. Смирнова. М., 2001.

Оказывая услуги и изготавливая рекламный носитель для размещения и распространения рекламной информации заказчика, исполнитель с учетом своих коммерческих условий, рассмотренных выше, безусловно, рассчитывает, что реклама будет распространяться в течение всего периода распространения, согласованного с заказчиком и отраженного в договоре, тем более что такой период является для исполнителя существенным условием договора. Поскольку рассматриваемый договор является смешанным по своей сути, к нему применяется норма п. 3 ст. 421 ГК РФ. В соответствии с этой нормой к отношениям сторон по смешанному договору правила ГК РФ о договорах, элементы которых в нем содержатся, применяются в соответствующих частях только в том случае, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Существо же рассматриваемого договора заключается в оказании комплекса услуг (работ) по размещению рекламы на изготавливаемом рекламном носителе и ее распространению не менее определенного срока и при нераздельности друг от друга работ и услуг. Применить к указанному договору в соответствующих частях положения о договоре подряда - к размещению, и положения о возмездном оказании услуг - к распространению рекламной информации, как это предусмотрено общим правилом п. 3 ст. 421 ГК РФ, невозможно исходя из того что иное как раз и вытекает из существа этого смешанного договора и может вытекать из соглашения сторон. В соответствии со ст. 783 ГК РФ к данному договору применимы общие положения о подряде постольку, поскольку это не противоречит особенностям предмета этого договора. Следовательно, в числе прочих к нему может применяться ст. 717 ГК РФ. Исходя из ст. 717 ГК РФ, если имеет место отказ заказчика от исполнения договора, исполнитель вправе потребовать от заказчика возмещения убытков в пределах разницы между общей стоимостью всего комплекса услуг и стоимостью услуг, оказанных на момент расторжения договора. Сумма, которую заказчик хочет возвратить себе, когда он необоснованно отказывается от исполнения договора в течение срока распространения рекламы, и есть сумма убытков исполнителя. В данном случае она может быть не возвращена: это является неблагоприятным последствием для заказчика, который, действуя недобросовестно и злоупотребляя своим правом на односторонний отказ от исполнения договора, лишает исполнителя доходов, на которые он вправе рассчитывать, и если бы каждый заказчик действовал таким образом, то рекламораспространитель рисковал бы недополучать доходы. Вероятно, норма п. 1 ст. 782 ГК РФ о праве заказчика отказаться в любое время от исполнения договора возмездного оказания услуг, уплатив исполнителю фактически понесенные им расходы, подлежит применению к услугам в их типичном (классическом) понимании - не имеющим овеществленного результата и особенностей предмета договора. Ее применение к услугам по распространению наружной рекламы не учитывает специфику таких отношений. Думается, что данную норму необходимо рассматривать в системной связи с иными нормами законодательства и с учетом особенностей юридических отношений. В отношениях по размещению и распространению наружной рекламы оплата услуг чаще всего происходит на условиях предварительной оплаты, т. е., во-первых, либо на условиях выплаты аванса в размере 100% стоимости услуг, во-вторых, либо на условиях выплаты аванса в меньшем размере, уплачиваемого после заключения договора, и окончательного платежа за услуги, уплачиваемого или перед размещением, или непосредственно после размещения рекламы. Конечно, имеются случаи рассрочки платежа, однако в этом случае стоимость услуг на основании ст. ст. 809 и 823 ГК РФ может увеличиваться. Редко когда в данной сфере полная или частичная оплата услуг по размещению и распространению наружной рекламы осуществляется после истечения срока ее распространения: такое условие существенно повышало бы риск исполнителя, связанный с возможной неоплатой услуг заказчиками по разным причинам (например, по мотивам, якобы, неэффективности рекламы). Представляется, что применительно к рассматриваемому договору отказ заказчика на основании п. 1 ст. 782 ГК РФ от исполнения договора о распространении наружной рекламы с возвратом ему уплаченных денежных средств по договору за вычетом фактических расходов исполнителя возможен только до размещения рекламы на рекламном носителе. В этот период отказ заказчика от исполнения договора, возможно, был бы оправданным. Любой отказ от исполнения договора после размещения рекламы представляется обоснованным, только если исполнителем нарушаются условия договора или когда договор не может далее исполняться исходя из иных обстоятельств, не зависящих от воли сторон (но никак не вследствие утраты интереса заказчика к исполнению). В противном случае отказ возможен только с определенными имущественными потерями для заказчика, поскольку цель договора - размещение рекламы для ее распространения в течение запланированного сторонами срока - уже достигнута, далее осуществляется только обслуживание: рекламная информация уже размещена и никакие обстоятельства не препятствуют ее распространению, причем все возможные "препятствия" могут выразиться только лишь во временном демонтаже рекламного носителя, когда это необходимо для проведения ремонта либо восстановления рекламного носителя или рекламного материала в случае их повреждения или гибели, но эти обстоятельства никак не влияют на качество распространения рекламы, поскольку срок ее распространения в таких случаях, как правило, продлевается на период ремонта. Поэтому в данном случае неясно, от какого такого "исполнения договора", применяя норму п. 1 ст. 782 ГК РФ, заказчик может при таких обстоятельствах отказаться. Получается, основанием для такого отказа заказчика будет являться то, что он "просто передумал" <6>. В этом случае отказ заказчика от исполнения договора в течение срока распространения информации с условием оплаты исполнителю фактически понесенных расходов или сопровождающийся требованием к исполнителю о частичном возврате уплаченных заказчиком за услуги денежных средств пропорционально сроку несостоявшегося распространения рекламы, от которого он отказался, в соответствии со ст. 10 ГК РФ можно рассматривать как злоупотребление заказчиком своим правом. -------------------------------- <6> ГК РФ только в пяти статьях прямо предусматривает возможность и последствия утраты интереса кредитора к исполнению: п. 2 ст. 405 предусматривает возможность отказа кредитора от принятия исполнения при просрочке должника (при этом согласно п. 2 ст. 396 должник освобождается от исполнения обязательства в натуре); п. 2 ст. 417 допускает прекращение обязательства на основании акта государственного органа, если исполнение утратило интерес кредитора, даже тогда, когда этот акт будет признан недействительным; п. 2 ст. 457 в отношении договора купли-продажи указывает, что данный договор признается заключенным с условием его исполнения к строго определенному сроку, если из договора ясно вытекает, что при нарушении срока его исполнения покупатель утрачивает интерес к договору; п. 3 ст. 1289 предусматривает право заказчика отказаться от договора авторского заказа непосредственно по окончании срока, установленного договором для его исполнения, если договор к этому времени не исполнен, а из его условий явно вытекает, что при нарушении срока исполнения договора заказчик утрачивает интерес к договору. Больше нигде в ГК РФ не сказано о последствиях утраты интереса кредитора к исполнению или к обязательству в целом (в том числе к договору).

Совершенно очевидно, что в свете правовых положений никто не может лишить заказчика права на односторонний отказ от исполнения договора. Однако при таком отказе применительно к договору о размещении и распространении наружной рекламы денежные средства, уплаченные заказчиком по договору, не могут быть ему возвращены и должны остаться у исполнителя, что при определенных условиях будет правомерно, поскольку налицо произвольный (необоснованный) отказ заказчика от оказанных услуг. Эта сумма является убытками исполнителя.

2. Нормы законодательства и судебная практика

Необходимо отметить, что имеется судебная практика федеральных арбитражных судов округов (федеральных кассационных судов) по вопросу о расторжении договора об оказании рекламных услуг <7>. Однако она неоднозначна и касается рассматриваемой проблемы лишь опосредовано. В целом, анализируя судебную практику, можно заметить, что суды исходят из того, что при отказе заказчика от исполнения договора он обязан оплатить исполнителю фактически понесенные им расходы, при этом договором не могут предусматриваться положения, ограничивающие право заказчика на односторонний отказ от исполнения договора. -------------------------------- <7> См.: Постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 2 июля 2008 г. N Ф08-3601/2008 и от 13 августа 2007 г. N Ф08-5215/2007; Постановление ФАС Дальневосточного округа от 25 декабря 2007 г. N Ф03-А37/07-1/5934.

Так, например, в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 2 июля 2008 г. N Ф08-3601/2008 речь идет о недопустимости какого бы то ни было ограничения права заказчика на односторонний отказ от исполнения договора об оказании рекламных услуг, в том числе взыскания штрафа в случае полной или частичной отмены заказчиком рекламной кампании. Обстоятельства дела, способствующие такому выводу суда, представляют особый интерес, поскольку в договорах об оказании рекламных услуг такое договорное условие встречается довольно часто. Согласно фабуле этого дела договором между исполнителем и заказчиком было предусмотрено, что в случае полной или частичной отмены заказчиком рекламной кампании (под рекламной кампанией здесь надо понимать распространение рекламы, ее демонстрацию - Прим. Р. З.) последний выплачивает исполнителю штраф в соответствующий месяц демонстрации в следующем размере: - в момент размещения - 100% от суммы оплаты за размещение; - менее чем за 5 дней до начала рекламной кампании - 60%; - в период от 8 до 6 дней до начала рекламной кампании - 40%; - в период от 10 до 9 дней до начала рекламной кампании - 30%; - в период от 15 до 11 дней до начала рекламной кампании - 20%. При этом договор может быть расторгнут по соглашению сторон или в одностороннем порядке в соответствии с положениями действующего законодательства после проведения взаиморасчетов. Сторона, имеющая намерение расторгнуть договор, предупреждает об этом другую сторону не менее чем за 30 рабочих дней до предполагаемой даты расторжения. Суд кассационной инстанции при рассмотрении этого дела сделал следующий вывод: "Отменяя решение суда первой инстанции, апелляционная инстанция правомерно указала на то, что это условие договора в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса РФ является ничтожным, так как противоречит положениям статьи 782 Кодекса, предусматривающим неограниченное право сторон (как исполнителя, так и заказчика) в любое время отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг. При этом согласно пункту 1 статьи 782 Кодекса заказчик обязан возместить исполнителю фактически понесенные им расходы. Таким образом, законодатель предусмотрел гарантии исполнителя в случае одностороннего расторжения заказчиком договора, и другие дополнительные обременения за право расторжения договора не могут быть установлены". В Постановлении ФАС Дальневосточного округа от 25 декабря 2007 г. N Ф03-А37/07-1/5934 речь идет о случае отказа от размещения рекламы в периодических печатных изданиях. В нем суд указывает на то, что к данным отношениям применяются положения п. 1 ст. 782 ГК РФ, предоставляющие заказчику право отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты фактически понесенных им расходов, а свои реальные затраты исполнитель может компенсировать из суммы, предварительно оплаченной заказчиком. При этом в судебных постановлениях судами однозначно указывается на то, что отказ от исполнения заказчиком договора возмездного оказания услуг после выполнения исполнителем работ (услуг) и передачи их результата заказчику недопустим; также правильно определяется и правовая природа договора о размещении и распространении наружной рекламы как смешанного договора о возмездном оказании услуг и подряде <8>. Так, в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 13 августа 2007 г. N Ф08-5215/2007 судом кассационной инстанции отмечается правильность определения судом первой инстанции правовой природы заключенного договора на оказание таких услуг как смешанного договора о возмездном оказании услуг и подряде, что в соответствии со ст. 783 ГК РФ влечет применение к договору возмездного оказания услуг общих положений о подряде. -------------------------------- <8> См.: Постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 13 августа 2007 г. N Ф08-5215/2007 и от 15 января 2007 г. N Ф08-6844/2006.

По иным случаям отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг также имеется судебная практика федеральных арбитражных судов округов, но нет актов ВАС РФ. И в этих случаях суды исходят из того, что при отказе заказчика от исполнения договора он обязан оплатить исполнителю фактически понесенные им расходы. Это, в частности, касается отказа от услуг по содержанию и ремонту общего имущества многоквартирных домов <9>, от аудиторских услуг <10> и проч. -------------------------------- <9> Постановление ФАС Центрального округа от 17 июня 2008 г. N А54-5000/2007-С14. <10> Постановление ФАС Уральского округа от 25 февраля 2009 г. N Ф09-666/09-С5.

В деловом обороте хозяйствующие субъекты - рекламораспространители (исполнители) и рекламодатели (заказчики) - решают вопрос по-разному: кто-то из исполнителей при отказе заказчика от исполнения договора в течение периода распространения рекламы не возвращает ему денежные средства, кто-то - возвращает ему частично денежные средства за несостоявшееся распространение либо стороны засчитывают денежные средства в счет исполнения других обязательств между собой (по договорам в отношении других рекламных конструкций). Однако представляется, что при произвольном отказе заказчика от дальнейшего распространения наружной рекламы с учетом рассмотренных выше норм права и при условии правильного составления договора постановка вопроса о возврате денежных средств (хотя бы и частичном, с оплатой исходя из фактического периода распространения рекламы) будет являться необоснованной, поскольку такой отказ может причинять исполнителю убытки. В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" <11> указано, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т. п. -------------------------------- <11> Российская газета. 1996. 13 августа.

Что касается упущенной выгоды, то в п. 11 указанного Постановления содержится положение о том, что размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено. В частности, по требованию о возмещении убытков в виде неполученного дохода, причиненных недопоставкой сырья или комплектующих изделий, размер такого дохода должен определяться исходя из цены реализации готовых товаров, предусмотренной договорами с покупателями этих товаров, за вычетом стоимости недопоставленного сырья или комплектующих изделий, транспортно-заготовительских расходов и других затрат, связанных с производством готовых товаров. Основные затраты исполнителя при исполнении договора о размещении и распространении наружной рекламы возникают до начала распространения рекламы, когда изготавливается рекламный носитель (или рекламная конструкция), макет рекламы, рекламно-информационные материалы, получается разрешительная документация в уполномоченных органах власти. Расходы исполнителя в период распространения информации связаны только с техническим обслуживанием, связанным с поддержанием рекламного носителя в надлежащем эстетическом состоянии или с возможным ремонтом (восстановлением) при его повреждении (утрате). Но все это - лишь сопутствующие распространению рекламы обязанности, неисполнение которых дает право заказчику при определенных обстоятельствах отказаться от исполнения договора. Некоторые авторы полагают, что отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг возможен в любое время как до начала оказания услуги, так и в любое время ее оказания до завершения <12>. Это мнение представляется верным для всех случаев отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг, но последствия такого отказа заказчика могут быть далеко не те, что указаны в п. 1 ст. 782 ГК РФ. -------------------------------- ------------------------------------------------------------------ КонсультантПлюс: примечание. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) (под ред. О. Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2006 (5-е издание, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики). ------------------------------------------------------------------ <12> Это мнение выражено Левшиной Т. Л.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ (постатейный) / Под ред. О. Н. Садикова. М., 1998 (комментарий к ст. 782).

Достаточно представить себе услуги по организации проведения выставки и предоставления выставочных площадей ее участникам. Отказаться от услуг и участия в выставке с возмещением исполнителю фактически понесенных им расходов можно только до начала предоставления услуг. Если заказчик отказывается от участия в выставке после ее начала (т. е. в процессе оказания услуг), то налицо убытки исполнителя - он уже никому выставочные площади не сможет предоставить в аренду на период выставки и тем самым не получит доход, который он, безусловно, получил бы в условиях своей обычной деятельности, если бы данный заказчик не отказался от исполнения договора. Таким образом, видно противоречие - реализация права заказчика на односторонний отказ от исполнения договора причиняет убытки исполнителю (и реальный ущерб, и упущенную выгоду). Аналогично после одностороннего отказа заказчика от исполнения договора (распространения рекламы, проведения рекламной кампании) у исполнителя возникают убытки, как реальный ущерб, так и упущенная выгода. В частности, убытки возникают тогда, когда рекламные носители находятся в аренде у исполнителя. Когда заказчик отказывается от исполнения договора, исполнитель вынужден оплачивать их аренду далее независимо от того, размещена рекламная информация на рекламной конструкции или нет, при этом для него такая аренда невыгодна, поскольку его расходы по арендным платежам не покрываются из стоимости услуг по размещению и распространению рекламы, так как такого распространения нет. Это не что иное, как расходы, которые он производит или должен производить за аренду рекламной конструкции, независимо от причин отсутствия рекламной информации на ней, а это, несомненно, больше чем лишь фактически понесенные расходы, это - реальный ущерб исполнителя. Между тем п. 1 ст. 782 ГК РФ не предполагает возмещения каких-либо убытков исполнителю, кроме как их части - расходов, которые были понесены им фактически. Можно перечислить иные убытки, которые могут возникнуть у исполнителя по договору в случае отказа заказчика от его исполнения. Во-первых, транспортные расходы (расходы на аренду транспортных средств и иной техники для демонтажа рекламного носителя или удаления рекламы, а если используются собственные транспортные средства, то расходы на ГСМ). Во-вторых, расходы на оплату труда водителей транспортных средств, монтажников, когда график их работы изменяется в связи с необходимостью внепланового демонтажа, а также убытки, связанные с изменением логистических операций: у рекламораспространителя все операции по монтажу (демонтажу), нанесение рекламы или удаление ее с носителя, как правило, четко спланированы в рамках хозяйственной деятельности, а внеплановый демонтаж может вызвать изменения плановых операций и связанные с этим убытки. В-третьих, расходы на оплату труда работников и выпл ату вознаграждения рекламным агентам (уплата вынужденных бонусов, процентов, иных выплат, связанных с результатами поиска и подбора другого заказчика для размещения рекламы на этом рекламном месте). В-четвертых, неполученный доход исполнителя. Поиск другого заказчика предполагает затраты определенного времени, поскольку между демонтажем рекламного носителя или удалением рекламы, от распространения которой заказчик отказался (т. е. после расторжения договора), до заключения договора с другим заказчиком может пройти определенное, порой длительное время, которое может превысить оставшийся срок распространения рекламы. В течение этого времени исполнитель мог получать доход, который он получил бы при обычных условиях своей деятельности, если бы его право на вознаграждение за надлежащее предоставление услуг по договору не было нарушено заказчиком. В-пятых, неполученный доход, когда исполнитель был вынужден отказать в заключении договора другому потенциальному заказчику в пользу того заказчика, который в результате отказался от дальнейшего распространения рекламы и исполнения договора, в случаях, когда на заключение договора претендовало несколько лиц. В обычных условиях оборота исполнитель имел бы доход (прибыль) в течение всего срока распространения рекламы, поскольку подавляющее большинство заказчиков не отказываются от распространения рекламы. При определении упущенной выгоды исполнителя, безусловно, могут быть приняты во внимание разъяснения, данные в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8, и, следовательно, по требованию о возмещении убытков в виде неполученного дохода (упущенной выгоды), причиненных исполнителю отказом заказчика от исполнения договора в процессе распространения рекламы, размер такого дохода должен определяться исходя из цены реализации данным исполнителем услуг по размещению и распространению наружной рекламы, предусмотренной договорами с заказчиками этих услуг, за вычетом стоимости расходов, связанных с такой реализацией. В-шестых, расходы, связанные с получением разрешения на установку рекламной конструкции. К таким расходам относятся также расходы по оплате государственной пошлины за выдачу разрешения на установку и эксплуатацию рекламной конструкции, а при заключении нового договора - те же расходы, поскольку они могут быть связаны уже с установкой новой рекламной конструкции. Поскольку распространение наружной рекламы, как было указано выше, выражается лишь в возможности фактического нахождения (демонстрации) наружной рекламы на рекламном носителе в течение определенного периода, такая возможность предоставляется заказчику с размещением рекламы в установленном месте после получения на это необходимых разрешений, и поэтому, представляется, что встречное удовлетворение исполнителем с этого момента считается по большей части предоставленным. Дальнейшие обязательства исполнителя, по сути, сводятся только к поддержанию надлежащего внешнего состояния рекламного носителя и рекламной конструкции. Если эта обязанность не будет исполняться, заказчик имеет право отказаться от исполнения договора (но уже по иным основаниям, нежели по п. 1 ст. 782 ГК РФ), а выдвинутое им при этом требование о возврате соответствующей части денежных средств будет считаться обоснованным. Как видно, и отношения по распространению наружной рекламы имеют специфику, и предмет договора об оказании этих услуг имеет особенности. Поэтому на основании ст. 783 ГК РФ к такому договору может применяться ст. 717 ГК РФ, согласно которой исполнитель вправе требовать от заказчика возмещения убытков, заменив свои требования правом не возвращать денежные средства, уплаченные заказчиком до расторжения договора. Ее применение не противоречит особенностям предмета договора о размещении и распространении наружной рекламы, а учитывая то, что услуги по размещению и распространению наружной рекламы оказываются на условиях предварительной оплаты, при отказе заказчика от исполнения договора также подлежит применению п. 4 ст. 453 ГК РФ, в соответствии с которым стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. Это подтверждается судебной практикой федеральных арбитражных судов округов <13>. Например, в Постановлении ФАС Дальневосточного округа от 10 февраля 2003 г. N Ф03-А16/03-1/58 указывается, что в соответствии с п. 4 ст. 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. Согласно выводу суда соглашением сторон, а также нормами гражданского законодательства, регулирующими правоотношения по договору возмездного оказания услуг, право истца (в данном деле - заказчика) требовать возвращения исполненного им по договору не предусмотрено. -------------------------------- <13> См.: Постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 3 апреля 2007 г. N Ф08-1643/2007 и от 6 ноября 2007 г. N Ф08-6954/07; Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 11 сентября 2006 г. N Ф04-5890/2006(26344-А46-5); Постановление ФАС Дальневосточного округа от 10 февраля 2003 г. N Ф03-А16/03-1/58.

Что касается возможных доводов заказчика о том, что денежные средства, оставляемые исполнителем у себя, будут считаться его неосновательным обогащением, со ссылкой на п. 3 ст. 1103 ГК РФ, в соответствии с которым правила о неосновательном обогащении подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством, то в применении данной статьи суд как раз может заказчику отказать. Дело в том, что на основании указанной статьи положения о неосновательном обогащении применяются в этом случае, только если иное не установлено ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений; рассмотренная же специфика услуг в сфере наружной рекламы показывает, что иное как раз и вытекает из существа этих отношений. На этот счет имеется информационное письмо Президиума ВАС РФ от 11 января 2000 г. N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении" <14>. В нем отмечена возможность истребования исполненного по договору после его расторжения, поскольку происходит отпадение правового основания. Этот вывод сделан на основании конкретного судебного дела об отказе от исполнения договора транспортной экспедиции, когда денежные средства заказчиком были уплачены, а исполнитель еще не приступил к оказанию услуг. Обстоятельства дела, способствовавшие такому выводу суда, стоит отметить особо: по этому рассмотренному в обзоре делу клиент перечислил экспедитору денежные средства в счет оплаты будущих услуг, однако эти услуги не были оказаны. Суд указал, в частности, что положения п. 4 ст. 453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. Нужно обратить внимание на то, что таким образом суд выделил два условия для возможности такого истребования: 1) встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено; 2) обязанность его предоставить отпала. При этом согласно буквальному толкованию этого вывода суда право такого требования возникает при одновременном наличии двух этих условий, а не только одного из них. -------------------------------- <14> Вестник ВАС РФ. 2000. N 3.

Исполнитель же по договору о размещении и распространении наружной рекламы до момента отказа заказчика может не только начать предоставление услуг, но и надлежащим образом исполнить основную их часть: получить соответствующее разрешение, разместить рекламу, и она будет беспрепятственно распространяться (демонстрироваться) на рекламном носителе. Таким образом, встречное удовлетворение им уже будет предоставляться. Стоит отметить, что поскольку вывод суда в вышеуказанном Обзоре сделан на основании материалов конкретного дела с учетом определенных фактических обстоятельств (а решения по судебным делам не являются в Российской Федерации источником права), то и на все случаи (исключая, возможно, подобные рассмотренному в данном деле, с учетом необходимости одновременного наличия двух условий для истребования неосновательного обогащения) этот вывод распространяться не может. Об этом свидетельствует то, что этот Обзор носит информационный, но не обязательный характер, какой имеют для арбитражных судов на основании п. 2 ст. 13 Закона об арбитражных судах в Российской Федерации Постановления Пленума ВАС РФ, а следовательно, он не может применяться ко всем отношениям без учета их существа. В юридической литературе высказано спорное мнение о возможности применения в ряде случаев п. 4 ст. 453 ГК РФ. В частности, авторы комментария к ГК РФ <15> делают вывод о том, что правило п. 4 ст. 453 Кодекса не подлежит применению в случаях, когда оно противоречило бы характеру договорных отношений сторон, независимо от того, имеются ли в законе предписания, прямо исключающие его применение (например, при досрочном расторжении судом в соответствии со ст. 620 ГК РФ договора аренды по требованию арендатора в отношении имущества, арендная плата за которое внесена предварительно), но, что характерно, делают этот вывод не категорично, а предположительно. При этом, однако, надо заметить, что суды применяют п. 4 ст. 453 ГК РФ и к договорам аренды. Так, в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 6 ноября 2007 г. N Ф08-6954/07 указано, что в силу п. 4 ст. 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон; согласно выводу суда, соглашение между сторонами не предусматривает возвращения арендодателем денежных средств, переданных ему в счет арендной платы арендатором. -------------------------------- ------------------------------------------------------------------ КонсультантПлюс: примечание. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (под ред. О. Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2005 (3-е издание, исправленное, переработанное и дополненное). ------------------------------------------------------------------ <15> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ (постатейный) / Под ред. О. Н. Садикова. М., 1998 (комментарий к ст. 453 ГК РФ).

Вывод, который делают авторы вышеуказанного комментария, скорее, необходим для последствий неосновательного обогащения, нежели для последствий расторжения договора, так как в п. 4 ст. 453 ГК РФ четко указано, что в законе или в соглашении сторон должно быть прямо установлено право требовать возвращения того, что было исполнено сторонами по обязательству до момента расторжения договора. Суды кассационной инстанции особо обращают на это внимание судов низших инстанций. Так, в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 3 апреля 2007 г. N Ф08-1643/2007 указано, что суды низших инстанции должны учитывать следующие обстоятельства: "В силу пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны не вправе требовать того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. По смыслу указанной нормы, если стороны своим соглашением предусмотрели возможность возврата уплаченной суммы либо исполнение обязательства носит односторонний характер, сторона, добросовестно исполнившая свое обязательство, вправе требовать возврата предварительной оплаты". Что касается возможных возражений заказчика на применение судом п. 4 ст. 453 ГК РФ при рассмотрении спора и утверждении того, что оставляемая исполнителем у себя сумма будет считаться неосновательным обогащением (со ссылкой на ст. 1102 ГК РФ), то и тут имеется судебная практика, позволяющая исполнителю при отказе заказчика от исполнения договора сохранить у себя деньги. В частности, в Постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 11 сентября 2006 г. N Ф04-5890/2006(26344-А46-5) судом кассационной инстанции отмечается: "В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). Суд первой инстанции пришел к выводу, что поскольку спорная сумма перечислена заказчиком подрядчику во исполнение договора подряда в пределах суммы договора, у истца отсутствует право требовать ее возврата в качестве неосновательного обогащения". Денежное обязательство заказчика по заключенному договору о размещении и распространении наружной рекламы и возникает на основании данного договора, и исполняется в период действия этого договора, то есть в силу существующего правового основания - договора. В данной ситуации на основании п. 1 ст. 10 ГК РФ расторжение договора при отказе заказчика от его исполнения на стадии распространения рекламы не может рассматриваться как отпадение правового основания, которое должно, безусловно, сопровождаться возможностью возврата полученного по договору. При определенных условиях такой возврат на основании п. 4 ст. 453 ГК РФ невозможен. При этом заказчику в ряде случаев могут не помочь даже ссылки на то, что в период действия договора изменилось законодательство, что позволяет, по его мнению, отказаться от исполнения договора и требовать возврата денежных средств. Как указано в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 13 августа 2007 г. N Ф08-5215/2007, заказчик сослался на вступление в силу Федерального закона от 2 июля 2005 года N 80-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О лицензировании отдельных видов деятельности", согласно которому предусмотрено лицензирование деятельности по производству и продаже игрового оборудования, и поскольку заказчик не имеет такой лицензии, то, как он полагает, его обязательство по договору с исполнителем прекратилось невозможностью исполнения в связи с вступлением в силу акта государственного органа. Этот довод заказчика об изменении в период действия договора законодательства, регулирующего вопросы лицензирования отдельных видов деятельности, суд правомерно отклонил, поскольку само по себе это не влияет на условия договора и обязанность заказчика оплатить стоимость фактически выполненных работ и оказанных услуг до расторжения договора. Чтобы у рекламодателя было правильное понимание коммерческих условий и рисков рекламораспространителя, которые складываются у него при оказании услуг в сфере наружной рекламы, и существа таких отношений в целом, рекламораспространителю, намеренному защитить свои интересы, в договоре с заказчиком не следует предусматривать возможность одностороннего расторжения договора после размещения рекламы, а если предусматривать, то не следует включать условие о возврате уплаченных денежных средств. Заказчик, необоснованно заявляя о своем отказе от исполнения договора, может выдвигать возражения относительно этих условий, оперируя положениями п. 1 ст. 782 ГК РФ. Исполнитель же в данном случае вправе руководствоваться ст. ст. 10, 421, 453 и 717 ГК РФ. Все спорные вопросы, конечно, могут перевестись в плоскость судебного разбирательства, однако у исполнителя имеется достаточно правовых средств и оснований для разрешения дела в свою пользу. Довод же заказчика относительно законности своего требования о возврате денежных средств суд, принимая во внимание обстоятельства дела, может расценить как формальный и недопустимый в силу положений п. 1 ст. 10 ГК РФ. В связи с этим в интересах рекламодателя перед заключением договора, прежде всего, тщательнее проводить мониторинг и сравнивать конкурентные условия оказания соответствующих услуг различными рекламораспространителями с целью найти наиболее оптимальные для себя. Вопрос же об отказе от исполнения договора нужно ставить не произвольно, а в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения контрагентом своих обязательств.

------------------------------------------------------------------

Название документа "Обзор практики рассмотрения федеральными арбитражными судами округов споров, связанных с признанием сделок недействительными (второй квартал 2011 года)" (Карасева С. Ю.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2011) Текст документа

Подготовлен для системы КонсультантПлюс

ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫМИ АРБИТРАЖНЫМИ СУДАМИ ОКРУГОВ СПОРОВ, СВЯЗАННЫХ С ПРИЗНАНИЕМ СДЕЛОК НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМИ (ВТОРОЙ КВАРТАЛ 2011 ГОДА)

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 30 сентября 2011 года

С. Ю. КАРАСЕВА

1. Суд отказал в иске налоговой инспекции о признании недействительным договора на выполнение работ, поскольку инспекция не обосновала, каким образом признание его недействительным на основании ст. 168 ГК РФ будет способствовать поступлению налогов в бюджет (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 30.06.2011 по делу N А11-5468/2010).

Налоговая инспекция обратилась с иском к ООО "Спецробот КЭМЗ" и ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" о признании недействительным договора на выполнение работ (услуг). Решением суда в иске отказано. Апелляционный суд решение оставил без изменения. Инспекция считает, что суды неправильно применили ст. 168, 183 ГК РФ, ст. 6, 7 Закона РФ от 21.03.1991 N 943-1 "О налоговых органах Российской Федерации", информационное письмо Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 "О некоторых вопросах практики применения ст. 183 ГК РФ". Инспекция не согласна с выводом судов о том, что налоговый орган не обосновал, каким образом признание сделок недействительными связано с полномочиями и задачами налоговых органов и будет способствовать поступлению в бюджет налогов. По ее мнению, в результате признания оспариваемой сделки недействительной сведения, содержащиеся в документах о выполнении работ ООО "ТРЕЙДИМПЭКС", будут признаны ненадлежащими документами, не имеющим юридической силы, что является основанием для безусловного отказа в вычете по НДС и признания неправомерными расходов по налогу на прибыль. Инспекция считает необоснованным вывод судов о последующем одобрении сторонами сделки, поскольку П., числящийся единственным учредителем и руководителем ООО "ТРЕЙДИМПЭКС", документы по сделкам не подписывал, что свидетельствует об отсутствии надлежащего волеизъявления ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" на оказание услуг. Согласно договору от 10.01.2006 на выполнение услуг ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" (исполнитель) обязалось произвести гальванопокрытие и термообработку деталей, а ООО "Спецробот КЭМЗ" (заказчик) - принять и оплатить выполненные работы. Со стороны ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" договор подписан П., являющимся согласно учредительным документам его генеральным директором. В материалы дела представлены протокол согласования договорной цены на изготовление изделий (приложение N 1), акт сдачи-приемки работ, счета-фактуры от 17.01.2006, от 23.01.2006 и от 29.03.2006. Инспекция установила, что П. директором ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" не являлся, договоры на оказание услуг, протокол согласования цены, акты выполненных работ и счета-фактуры не подписывал, расчетные счета в банках не открывал, фирмы с названием ООО "Спецробот КЭМЗ" не знает. Согласно результатам проведенной налоговым органом почерковедческой экспертизы подписи в договоре от 10.01.2006, протоколе согласования договорной цены на выполненные работы (услуги), актах сдачи-приемки работ, спорных счетах-фактурах выполнены не П., а другим лицом. Руководствуясь п. 1 ст. 53, ст. 153, п. 1 ст. 160, ст. 168, ст. 183 ГК РФ, ст. 6, абз. 4 п. 11 ст. 7 Закона N 943-1, Определением Конституционного Суда РФ от 25.07.2001 N 138-О, п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 10.04.2008 N 22 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением ст. 169 ГК РФ", п. 5 информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 "О некоторых вопросах практики применения ст. 183 ГК РФ", суд первой инстанции отказал в иске, поскольку инспекция не обосновала, каким образом признание сделок недействительными на основании ст. 168 ГК РФ связано с полномочиями и задачами налоговых органов и будет способствовать поступлению в бюджет налогов. Согласно абз. 4 п. 11 ст. 7 Закона N 943-1 налоговым органам предоставляется право предъявлять в суде и арбитражном суде иски о признании сделок недействительными и взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам. Ст. 6 Закона N 943-1 к главным задачам налоговых органов отнесен контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в бюджетную систему РФ налогов и сборов, а в случаях, предусмотренных законодательством РФ, - за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в бюджетную систему РФ других обязательных платежей, установленных законодательством РФ. Конституционный Суд РФ в Определении от 25.07.2001 N 138-О о разъяснении Постановления Конституционного Суда РФ от 12.10.1998 по делу о проверке конституционности п. 3 ст. 11 Закона РФ "Об основах налоговой системы в РФ" указал, что в случае непоступления в бюджет соответствующих денежных средств для установления недобросовестности налогоплательщиков налоговые органы вправе в целях обеспечения баланса государственных и частных интересов осуществлять необходимую проверку и предъявлять в арбитражных судах требования, обеспечивающие поступление налогов в бюджет, включая иски о признании сделок недействительными и взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам, как это предусмотрено п. 11 ст. 7 Закона. В п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 10.04.2008 N 22 разъяснено, что судам при применении абз. 4 п. 11 ст. 7 Закона N 943-1 необходимо учитывать, что указанное право может реализовываться налоговыми органами лишь постольку, поскольку удовлетворение соответствующего требования направлено на выполнение задач налоговых органов, определенных ст. 6 данного Закона. Способствовать этому может признание сделки мнимой или притворной (ст. 170 ГК РФ). В силу ст. 171, 172, 252 НК РФ, а также Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" признание сделки недействительной в связи с ее совершением неуполномоченным лицом не является безусловным основанием для признания правомерным доначисления налога на прибыль и НДС и не обеспечивает поступление налогов в бюджет. Суд сделали вывод, что инспекция не обосновала, каким образом признание оспариваемой сделки недействительной по основанию, предусмотренному в ст. 168 ГК РФ, в рассматриваемом случае будет способствовать поступлению в бюджет налогов. Ст. 183 ГК РФ установлено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения. В п. 5 информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 разъяснено, что при оценке судами обстоятельств, свидетельствующих об одобрении представляемым - юридическим лицом соответствующей сделки, необходимо принимать во внимание, что независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или лица, уполномоченных в силу закона, учредительных документов или договора заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение. Таким образом, суды для применения п. 2 ст. 183 ГК РФ должны были установить факт подписания спорных товарных накладных и счетов-фактур от имени ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" уполномоченным лицом. В материалы дела не представлены документы, подтверждающие подписание счетов-фактур и товарных накладных от имени ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" уполномоченным лицом. При таких обстоятельствах вывод судов об одобрении и исполнении сделки ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" не соответствует ст. 183 ГК РФ и разъяснениям Президиума ВАС РФ. Вместе с тем данный вывод не привел к принятию неправильных по существу судебных актов. Довод инспекции о том, что апелляционный суд в Постановлении по другому делу пришел к выводу о нереальности хозяйственных операций между ООО "ТРЕЙДИМПЭКС" и ООО "Спецробот КЭМЗ", отклонен, так как требование инспекции о признании недействительным договора по данному делу не основано на ст. 170 ГК РФ. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

2. Суд признал недействительным договор поставки и применил последствия его недействительности, установив, что условия, на которых заключен оспариваемый договор, не соответствуют условиям, указанным в документации о проведении аукциона (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 06.05.2011 N А33-8053/2010).

Администрация Рыбинского сельсовета Мотыгинского района обратилась с иском к ЗАО "Сибирская машиностроительная компания" о признании недействительным договора поставки и применении последствий недействительности сделки. Решением суда иск удовлетворен. Апелляционный суд решение оставил без изменения. Судебные акты приняты со ссылкой на п. 2 ст. 1, ст. 8, 153, п. 1 ст. 166, ст. 167, 168, 307, 422, п. 1 ст. 527, ст. 1103 ГК РФ; ч. 2 ст. 3, ст. 5, 9, 10, ч. 1 ст. 40, п. 11 ч. 2 ст. 55 ФЗ от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд"; п. 32 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части 1 ГК РФ". Аукцион N 1/2009 "На право поставки водовозного автомобиля на полноприводном шасси для нужд администрации Рыбинского сельсовета" признан несостоявшимся. В силу п. 11 ч. 2 ст. 55 Закона N 94-ФЗ заказчиком осуществляется размещение заказа у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика) в случае, если конкурс или аукцион признан несостоявшимся и контракт не заключен в соответствии с ч. 1 ст. 31, ч. 1 ст. 40 данного Закона. Согласно ч. 1 ст. 40 Закона N 94-ФЗ в случаях, если аукцион признан несостоявшимся и контракт не заключен с единственным участником аукциона, участвующим в аукционе, или участником размещения заказа, который подал единственную заявку на участие в аукционе либо который признан единственным участником аукциона (при наличии таких участников), заказчик, уполномоченный орган вправе объявить о проведении повторного аукциона либо направить документы о проведении аукциона и признании его несостоявшимся в уполномоченный на осуществление контроля в сфере размещения заказов орган исполнительной власти субъекта РФ (при размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд муниципального образования, нужд муниципального бюджетного учреждения). По согласованию с указанным органом заказчик может принять решение о размещении заказа у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика). При этом контракт должен быть заключен на условиях, предусмотренных документацией об аукционе, цена такого контракта не должна превышать начальной (максимальной) цены контракта (цены лота), указанной в извещении о проведении открытого аукциона. Из этих норм следует, что в случае признания аукциона несостоявшимся заказчик может по согласованию с уполномоченным органом разместить заказ у единственного поставщика, заключив с ним контракт на тех же условиях, которые были предусмотрены документацией об аукционе. Исследовав договор поставки от 18.12.2009, приложение к нему (спецификацию N 1), акт приема-передачи от 02.03.2010, документацию о проведении аукциона (извещение о проведении открытого аукциона N 1/2009; информационную карту открытого аукциона N 01/2009; проект муниципального контракта; техническое задание на поставку водовозного автомобиля на полноприводном шасси), суды установили, что условия, на которых заключен оспариваемый договор, отличны от условий, указанных в документации о проведении аукциона. Это несоответствие является достаточным основанием для признания договора недействительным на основании ст. 168 ГК РФ как не соответствующего требованиям Закона N 94-ФЗ. Довод ответчика об отсутствии оснований для признания договора недействительным, так как его заключение было согласовано с уполномоченным органом исполнительной власти субъекта РФ, не может повлиять на вывод о недействительности договора, поскольку в основание принятого судом решения положен вывод о нарушении требований Закона N 94-ФЗ ввиду несоответствия условий, на которых заключен оспариваемый договор, условиям, указанным в документации о проведении аукциона. Согласование заключения договора с органом исполнительной власти субъекта РФ не может устранить данное нарушение. Довод ответчика о неправомерности применения реституции ввиду неисследования вопроса о наличии автомобиля (являющегося предметом договора) у истца в натуре отклонен как необоснованный в связи со следующим. Вывод о реституции сделан судами в соответствии со ст. 167 ГК РФ на основании исследования имеющихся в деле доказательств. При этом нарушений ст. 71 АПК РФ не допущено. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

3. Установив, что договор ипотеки является действующим независимо от погашения регистрационной записи об ипотеке, суд признал недействительным договор купли-продажи заложенного имущества, поскольку залогодержатель не давал согласия на его продажу (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 20.04.2011 N А33-10949/2010).

ООО Коммерческий банк "Стромкомбанк" обратилось с иском к ООО "Автовокзал-2" и ООО "СИБИРСКИЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ" о признании договора купли-продажи недвижимости недействительным и применении последствий его недействительности. В обоснование иска истец сослался на несоответствие договора требованиям ст. 37 ФЗ от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", п. 2 ст. 346 ГК РФ, выразившееся в отсутствии согласия залогодержателя на отчуждение предмета залога. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Суды руководствовались ст. 167, 168, 329, 334, 352 ГК РФ, ст. 1, 10, 11, 25, 37, 39 Закона об ипотеке, ст. 29 ФЗ от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" и исходили из того, что отчуждение предмета ипотеки без согласия залогодержателя является ничтожной сделкой. Установив, что сделка является возмездной и исполненной стороной в полном объеме, суды применили последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции путем обязания ООО "Автовокзал-2" возвратить истцу спорное помещение и восстановления задолженности последнего перед ООО "Автовокзал-2" в сумме 2 500 000 руб., погашенной на основании соглашения о погашении взаимной задолженности от 06.04.2009. 21.07.2008 между истцом (кредитор) и ООО "СИБИРСКИЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ" (заемщик) заключен кредитный договор, в соответствии с которым кредитор обязался предоставить заемщику кредит в размере 7 000 000 руб. на срок до 20.08.2008. 21.07.2008 в качестве обеспечения кредитного договора между теми же лицами заключен договор ипотеки, согласно которому залогодатель передает в залог залогодержателю нежилое помещение площадью 109,7 кв. м; в течение всего срока действия данного договора заложенное имущество не может быть использовано залогодателем в качестве предмета залога в его договорах с третьими лицами, передано в собственность, аренду, внесено в качестве вклада в имущество (уставный капитал) хозяйственного товарищества или общества, паевого взноса в имущество производственного кооператива либо использовано иным образом без письменного согласия залогодержателя. 18.07.2008 Банком выдана доверенность Д. (единственный учредитель и директор ООО "СИБИРСКИЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ") сроком до 18.07.2011 на представление интересов Банка в регистрирующем органе по вопросам регистрации договоров ипотеки, обременений и погашения регистрационных записей об ипотеке. 24.07.2008 договор ипотеки зарегистрирован. 19.03.2009 регистрирующим органом на основании заявления Д., действующего от имени Банка по доверенности от 18.07.2008, была погашена регистрационная запись об ипотеке. 06.04.2009 между ответчиками заключены договор купли-продажи спорного объекта и соглашение о погашении взаимной задолженности по договору купли-продажи оборудования от 06.05.2008 путем осуществления зачета на сумму 2 500 000 руб. В силу параграфа 3 гл. 23 ГК РФ залог является способом обеспечения исполнения обязательств. Гражданским законодательством предусмотрено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок; соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное (п. 1 ст. 434, п. 1 ст. 452). В соответствии со ст. 39 Закона об ипотеке при отчуждении заложенного имущества с нарушением п. 1 и 2 ст. 37 данного Закона залогодержатель вправе потребовать признания сделки недействительной и применения последствий, предусмотренных ст. 167 ГК РФ. Согласно п. 2 ст. 346 ГК РФ и п. 1 ст. 37 Закона об ипотеке, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога, залогодатель вправе отчуждать предмет залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им только с согласия залогодержателя. Каких-либо иных ограничений на право залогодателя отчуждать заложенное имущество законодательно не установлено. Прекращение залога возможно по основаниям, приведенным в п. 1 ст. 352 ГК РФ, положения которого корреспондируют со ст. 34 Закона об ипотеке, а именно: в случае прекращения обеспеченного залогом обязательства, гибели заложенного имущества, истечения срока действия права, составляющего предмет залога, перехода прав на предмет залога к залогодержателю, иных случаях, предусмотренных законом. При этом о прекращении ипотеки должна быть сделана отметка в ЕГРП, в котором зарегистрирован договор об ипотеке (п. 2 ст. 352 ГК РФ, п. 1 ст. 19 Закона об ипотеке). Основания погашения регистрационной записи об ипотеке указаны в Законе об ипотеке. Таким образом, только после прекращения ипотеки по предусмотренным Законом основаниям подлежит прекращению и зарегистрированное обременение (погашение регистрационной записи). Суды правильно отметили, что погашение регистрационной записи об ипотеке и совершение в реестре отметки о прекращении ипотеки не являются действиями, признаваемыми государственной регистрацией прав. Установив, что договор ипотеки от 21.07.2008 в судебном порядке или по инициативе сторон не расторгался, основания для прекращения ипотеки на момент подписания оспариваемого договора и дату рассмотрения настоящего спора не наступили, суды признали договор ипотеки действующим независимо от погашения регистрационной записи об ипотеке. Поскольку договор ипотеки являлся действующим (обеспечивающим исполнение кредитных обязательств) и залогодержатель (истец) не давал согласия на продажу предмета залога, залогодатель не вправе был отчуждать спорное имущество. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

4. Суд признал недействительным договор на охрану здания и гаражей районной администрации, поскольку у частного охранного предприятия нет полномочий на выполнение функций государственной охраны объектов органа местного самоуправления (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.04.2011 N А33-10072/2010).

Прокурор обратился с иском к Администрации Уярского района Красноярского края и ООО "Бастион-Канск" о признании недействительным в силу ничтожности на основании ст. 168 ГК РФ договора на охрану общественного порядка, осуществление контрольно-пропускного режима и охрану помещений с материальными ценностями, заключенного между ответчиками. Иск мотивирован несоответствием договора, заключенного исполнительно-распорядительным органом местного самоуправления с частным охранным предприятием на охрану административного здания администрации района и гаражей, ст. 11 Закона РФ от 11.03.1992 N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в РФ" и Постановлению Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 "Вопросы негосударственной (частной) охранной и негосударственной (частной) сыскной деятельности". Решением суда иск удовлетворен. Администрация указывает, что решением Уярского районного Совета утверждена смета на охрану в 2010 году здания администрации района на сумму 400 000 руб., которая соразмерна стоимости охранных услуг, предоставляемых ООО "Бастион-Канск"; что администрация не располагает необходимыми денежными средствами в размере около 1 400 000 руб. для оплаты охранных услуг, которые могут быть предоставлены вневедомственной охраной УВД; что признание недействительным данного договора повлечет невозможность обеспечения охраны здания администрации. Прокурор указал, что охрана здания администрации не может осуществляться частным охранным предприятием. 11.01.2010 ООО "Бастион-Канск" и администрация заключили спорный договор, по условиям которого ООО "Бастион-Канск" приняло для круглосуточной охраны здание администрации. Согласно приложению N 1 к договору в перечень охраняемых объектов включены здание администрации и гаражи администрации. В перечне-расчете стороны согласовали время охраны - круглосуточно, сумму оплаты 33 000 руб. в месяц или 396 000 руб. в год. Договор заключен до 31.12.2010, вступил в силу с момента его подписания. Администрация использует здание и гаражи на основании договора от 21.04.2009 о порядке использования муниципального имущества, закрепленного на праве оперативного управления за администрацией района, заключенного между муниципальным образованием "Уярский район" и администрацией. Суд квалифицировал договор как договор возмездного оказания услуг, предусмотренный гл. 39 ГК РФ и ФЗ от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд". Суд исходил из того, что ЧОП было привлечено к охране зданий администрации, относящихся к объектам органа местного самоуправления, и из того, что спорный договор заключен с нарушением Закона N 2487-1 и Постановления Правительства РФ от 14.08.1992 N 587, следовательно, является недействительным в силу ничтожности. В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Согласно ст. 11 Закона N 2487-1 (в редакции ФЗ от 18.07.2006 N 118-ФЗ и от 22.12.2008 N 272-ФЗ) частная охранная деятельность организаций не распространяется на объекты, подлежащие государственной охране, перечень которых утверждается Правительством РФ. Постановлением Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 (в редакции Постановления Правительства РФ от 02.11.2009 N 886) утвержден Перечень объектов, подлежащих государственной охране, в число которых входят здания (помещения), строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории органов местного самоуправления (п. 1 Перечня). В материалах дела отсутствуют доказательства, которые бы свидетельствовали о наличии у ООО "Бастион-Канск" полномочий на выполнение функций государственной охраны объектов органа местного самоуправления. Суд сделал вывод о наличии у охраняемых объектов статуса объектов, подлежащих государственной охране, и о ничтожности спорной сделки. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции без изменения.

5. Установив, что стороны в один день заключили договоры аренды и хранения в отношении одного и того же имущества, суд признал договор хранения мнимой (ничтожной) сделкой, так как она совершена без намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 11.04.2011 N А10-1187/2010).

ЗАО "ГК-Аурум" обратилось с иском к ОАО "Прииск "Ципиканский" и ООО "Прииск "Ципиканский" о признании недействительным в силу ничтожности сделки как мнимой договора хранения, заключенного ответчиками. Решением суда в иске отказано. Апелляционный суд решение отменил, иск удовлетворил. Суд первой инстанции исходил из того, что сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, при этом принятие имущества на хранение влечет правовые последствия, в связи с чем признаки мнимости спорного договора отсутствуют. Апелляционный суд исходил из того, что обязательства по содержанию и хранению имущества возлагаются на ООО "Прииск "Ципиканский" как по договору хранения, так и по договору аренды в порядке ст. 616 ГК РФ, поэтому спорная сделка заключена без намерения создать правовые последствия. Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Мнимая сделка характеризуется тем, что воля сторон при ее заключении не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки. Мнимая сделка является таковой независимо от формы ее заключения и фактического исполнения сторонами своих обязательств. Между ответчиками подписан договор хранения от 03.03.2009, согласно которому ОАО "Прииск "Ципиканский" (заказчик) поручает, а ООО "Прииск "Ципиканский" (исполнитель) принимает на себя обязанность по содержанию и обеспечению сохранности движимого и недвижимого имущества должника - ОАО "Прииск "Ципиканский" согласно приложению N 1. В договоре стороны согласовали стоимость содержания и хранения имущества в сумме 200 000 руб. в месяц. 03.03.2009 между теми же лицами подписан договор аренды, по условиям которого ОАО "Прииск "Ципиканский" (арендодатель) обязуется передать за плату во временное владение и пользование арендатора (ООО "Прииск "Ципиканский") спецтехнику и транспортные средства согласно актам приема-передачи (приложение N 1). Размер арендной платы устанавливается в размере 200 000 руб. в месяц. Судами установлено, что по договору аренды ООО "Прииск "Ципиканский" передано то же имущество, что и по договору хранения. Учитывая, что сумма за содержание и хранение имущества равна сумме за пользование арендованным имуществом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обязательства по внесению арендной платы могут считаться прекращенными зачетом в порядке ст. 401 ГК РФ. Обязательства по содержанию и хранению, возложенные на ООО "Прииск "Ципиканский" по договору хранения, также возлагаются на него и в силу договора аренды в порядке гл. 34 ГК РФ. Суд апелляционной инстанции отклонил ссылку конкурсного управляющего на определение арбитражного суда по другому делу о признании разумными действий конкурсного управляющего ОАО "Прииск "Ципиканский" по заключению договоров хранения и аренды. Данный судебный акт не имеет преюдициальной силы для рассмотрения настоящего спора, поскольку по тому делу в предмет доказывания не входил вопрос о действительности спорной сделки. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что между сторонами сложились отношения по договору аренды и необходимости в подписании договора хранения у них не имелось. Отсюда следует, что договор хранения является мнимой (ничтожной) сделкой, так как совершен без намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия. ФАС округа оставил постановление апелляционного суда без изменения.

6. Суд отказал в признании недействительным договора субподряда, поскольку истец не указал, какие пороки цели и волеизъявления сторон свидетельствуют о заключении договора без намерения создать последствия (мнимость), а какие - о направленности воли сторон на совершение иной сделки (притворность), и не представил доказательств отсутствия у ответчиков намерения исполнять условия сделки, не преследуя указанной в договоре цели строительства (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 07.06.2011 N Ф03-1750/2011).

ООО "Финист" обратилось с иском о признании недействительным заключенного между ООО "СК "Дальрегионстрой" и ООО "ДСК "Дальрегионстрой" договора субподряда. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. 02.01.2008 между ООО "СК "Дальрегионстрой" (генподрядчик) и ООО "ДСК "Дальрегионстрой" (субподрядчик) заключен договор на выполнение строительно-монтажных работ, по условиям которого генподрядчик поручил, а субподрядчик принял обязательство согласно проектно-сметной документации по строительству в срок с 02.01.2008 по 20.09.2009 жилого дома с подземным гаражом-стоянкой стоимостью работ 95 600 000 руб. (с учетом дополнительного соглашения от 15.01.2008). ООО "Финист", являющееся заказчиком строительства, считает, что договор субподряда противоречит ст. 155, 308, 310, 313, 422 ГК РФ и является недействительным на основании ст. 163, 165, 168, 170 и 179 ГК РФ как совершенный мнимо и притворно, фиктивно, вследствие обмана и злонамеренного соглашения. В соответствии со ст. 706 ГК РФ, если из закона или договора подряда не вытекает обязанность подрядчика выполнить предусмотренную в договоре работу лично, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков). В этом случае подрядчик выступает в роли генерального подрядчика. Суды пришли к выводу, что ни законом, ни договором подряда не предусмотрено обязательство подрядчика выполнить работы лично, в связи с чем отклонили доводы истца о недействительности договора субподряда. Довод истца со ссылками на п. 1 Примерных правил N 1/2 от 07.02.2008 договорных условий строительства о возможности привлечения подрядчиком субподрядчиков только с согласия заказчика отклонен, поскольку Примерные правила представлены только в суд кассационной инстанции. Также суды отклонили доводы истца о несоблюдении формы сделки, что влечет ее недействительность в силу ст. 163, 165 ГК РФ, поскольку положения ГК РФ не предъявляют к форме договора субподряда требования о нотариальном удостоверении. Кроме того, сам договор субподряда не содержит условия о его нотариальном удостоверении. Суды также не приняли во внимание доводы истца о недействительности договора субподряда со ссылками на ст. 170 и 179 ГК РФ. Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила. Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Однако истец не указал, какие из усматриваемых им пороков цели и волеизъявления сторон свидетельствуют о заключении договора без намерения создать последствия (мнимость), а какие - о направленности воли сторон на совершение иной сделки (притворность) и не представил доказательств отсутствия у ответчиков намерения исполнять условия сделки, не преследуя указанной в договоре субподряда цели строительства. В соответствии с п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Данная норма предоставляет право оспорить сделку, совершенную злонамеренно, только потерпевшему. Истец стороной договора субподряда и, следовательно, потерпевшим не является. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции без изменения.

7. Суд отказал в применении двусторонней реституции, установив, что переданный по недействительному договору объект в результате капитального ремонта изменен, включая его назначение, и в том состоянии, в котором он был передан, отсутствует (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 11.04.2011 N Ф03-562/2011).

Унитарное муниципальное предприятие "Производственное управление водопроводно-канализационного хозяйства" обратилось с иском к предпринимателю Б. о применении последствий недействительности ничтожной сделки - заключенного между сторонами договора купли-продажи: обязать Б. передать предприятию в натуре сооружение, а предприятие - возвратить Б. 234 180,80 руб., уплаченных по договору. Иск обоснован тем, что судебными актами арбитражного суда по другому делу с участием тех же лиц договор купли-продажи признан ничтожной сделкой. В связи с этим по отношению к данной сделке подлежат применению последствия ее недействительности, предусмотренные ст. 167 ГК РФ. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. Судебные акты мотивированы тем, что согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ последствием недействительности ничтожной сделки является приведение сторон в первоначальное положение. Поскольку спорное сооружение в результате произведенного ответчиком капитального ремонта изменено, включая его назначение, и в том состоянии, в котором оно было передано ответчику, отсутствует, то иск о применении двусторонней реституции удовлетворению не подлежит, что не препятствует истцу избрать иной способ защиты права. По договору купли-продажи от 27.05.2004 предприятие (продавец) передало Б. (покупатель) в собственность сооружение механической очистки сточных вод. Стоимость сооружения определена в размере 234 180 руб. и оплачена Б. в полном объеме, что подтверждено справкой предприятия. Вступившим в законную силу решением арбитражного суда по другому делу установлено, что право муниципальной собственности на сооружение зарегистрировано 17.06.2005, а право хозяйственного ведения предприятия - 10.06.2006. В связи с этим суд сделал вывод о недействительности (ничтожности) договора купли-продажи от 27.05.2004, поскольку переданным по данному договору имуществом распорядилось лицо, не имеющее права на распоряжение им. Решением арбитражного суда от 23.05.2008 предприятие признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. По смыслу данной нормы целью реституции является приведение сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки. Суды инстанций пришли к выводу, что переданное по договору сооружение в первоначальном виде отсутствует. Суды установили, что письмом от 19.05.2004 предприятие обратилось в Комитет по управлению имуществом за разрешением на снятие сооружения с баланса предприятия и на его реализацию по остаточной стоимости 234 180,80 руб. Из письма следует, что сооружение находится в неудовлетворительном состоянии, ремонту и восстановлению не подлежит. 20.11.2005 Комитетом, предприятием и Б. согласована смета на ремонт и реконструкцию сооружения и прилегающей к нему территории, согласно которой полная сметная стоимость реконструкции с материалами и работой составила 2 755 951 руб. В результате ремонтных и строительных работ спорное сооружение претерпело архитектурно-строительные изменения и в период спора соответствует минимальному составу помещений, который определен в СНиПе 31-02-2001 "Дома жилые одноквартирные". С 2006 года ответчик проживает в спорном объекте со своей семьей. Ответчик представил заключение "Натурное обследование сооружений", которое суды признали доказательством, подтверждающим изменение технических характеристик и назначения сооружения. Кроме того, сопоставив техпаспорт спорного объекта по состоянию на 06.07.2004 с планом сооружения, приложенным к заключению, суд установил несоответствие сведений об имеющемся в настоящее время объекте описанию конструктивных элементов сооружения, указанных в техпаспорте. Суды пришли к выводу о фактическом отсутствии переданного по договору от 27.05.2004 сооружения в первоначальном виде, так как оно приобрело качественно иные улучшенные характеристики, изменилось его функциональное назначение. Доказательств обратного истец не представил. Истребуемое истцом имущество обладает другими индивидуально-определенными признаками, поэтому не может быть возвращено по правилам ст. 167 ГК РФ. Доводы истца о фальсификации заключения и о необходимости проведения экспертизы, в том числе экспертизы в отношении заключения, отклонены, поскольку при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций истец не заявлял ходатайства о фальсификации заключения и о проведении экспертизы. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции без изменения.

8. Суд отказал в признании недействительным договора залога, подписанного от имени истца неуполномоченным лицом, поскольку истец в дальнейшем, заключая договоры страхования заложенного имущества и оплачивая страховые премии, одобрил договор залога (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 16.06.2011 по делу N А45-21012/2010).

ООО "Сибирский Авиационный Комплекс" со ссылкой на ст. 168 ГК РФ обратилось с иском к Ханты-Мансийскому банку о признании недействительным договора залога оборудования. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. Между Банком и ООО "Транспортные технологии" (заемщик) заключен договор кредитной линии от 27.03.2008. В обеспечение обязательств заемщика по кредитному договору между Банком (залогодержатель) и истцом (залогодатель) в лице заместителя генерального директора А., действующего на основании доверенности от 14.12.2007, заключен договор залога оборудования от 27.03.2008. Истец считает, что у А. отсутствовали полномочия на заключение такого вида договоров. Суд пришел к выводу, что договор залога от имени истца подписан неуполномоченным лицом, однако истец в дальнейшем, заключая договоры страхования заложенного имущества и оплачивая страховые премии, одобрил договор залога. В соответствии со ст. 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения. Оценив доказательства и руководствуясь информационным письмом Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 "О некоторых вопросах практики применения статьи 183 ГК РФ", суды пришли к выводу об одобрении истцом как юридическим лицом договора залога, подписанного А. с превышением полномочий. Платежное поручение от 04.05.2008 о выплате страховой премии по договору страхования от 27.03.2008, заключенному во исполнение спорного договора, является надлежащим доказательством одобрения сделки. Истцом не представлено доказательств, которые опровергали бы выводы о фактическом перечислении денежных средств. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

9. Суд признал госконтракт частично недействительным, поскольку в нем функции государственного надзора по контролю за соблюдением допустимых весовых параметров и габаритов транспортных средств, составлению актов и сбору денежных доходов, поступающих в областной бюджет, фактически возложены на коммерческую организацию, что противоречит действующему законодательству (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 24.05.2011 по делу N А27-8732/2010).

Прокурор обратился с иском к Государственному учреждению Кемеровской области "Дирекция автомобильных дорог Кузбасса" и ОАО "Мариинскавтодор" о признании частично недействительным госконтракта. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Прокурором оспариваются пункты заключенного между Дирекцией (заказчик) и ОАО "Мариинскавтодор" (исполнитель) госконтракта от 03.01.2010, согласно которым исполнитель обязан организовать на постах весового контроля инструментальный контроль весовых нагрузок с целью выявления тяжеловесных грузов; обеспечить надлежащее составление актов о превышении транспортным средством параметров, установленных Инструкцией по перевозке крупногабаритных и тяжеловесных грузов автомобильным транспортом по дорогам РФ, утвержденной Министерством транспорта РФ 27.05.1996, а также правильность и достоверность вносимых и содержащихся в этих актах сведений; обеспечивать расчет платы с владельцев или пользователей автомобильного транспорта, перевозящего тяжеловесные грузы, при проезде по автомобильным дорогам общего пользования, регионального или межмуниципального значения Кемеровской области, а также обеспечить достоверность и правильность расчетов платы; обеспечить выполнение задания по сбору доходов, поступающих в областной бюджет от эксплуатации и использования имущества автомобильных дорог, находящихся в собственности субъектов РФ, согласно доведенному заданию (приложение N 6 к контракту). Суды пришли к выводу, что ОАО "Мариинскавтодор" переданы функции Дирекции по осуществлению надзора и контроля за автомобильным транспортом. При этом суды исходили из п. 3 ст. 15 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", запрещающей совмещение функций федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов РФ, иных органов власти, органов местного самоуправления и функций хозяйствующих субъектов, а также наделение хозяйствующих субъектов функциями и правами указанных органов, в том числе функциями и правами органов государственного контроля и надзора. Как следует из п. 6.1 Инструкции от 27.05.1996, контроль за соблюдением допустимых весовых параметров и габаритов транспортных средств осуществляют органы управления дорогами, органы Российской транспортной инспекции и Государственной автомобильной инспекции. В ст. 11, 12, 13 ФЗ от 08.11.2007 N 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" перечислены полномочия органов государственной власти РФ, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления в области использования автомобильных дорог и осуществления дорожной деятельности, в том числе порядок осуществления весового и габаритного контроля, контроля за обеспечением сохранности автомобильных дорог регионального, межмуниципального и местного значений, а также определение размера вреда, причиняемого транспортными средствами, осуществляющими перевозки тяжеловесных грузов. В силу п. 5.5.2 Положения о Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.07.2004 N 398, Ространснадзор осуществляет в установленном порядке весовой контроль автотранспортных средств, осуществляющих грузовые перевозки, и организацию на федеральных автомобильных дорогах стационарных пунктов для проведения такого контроля. В соответствии с п. 2 Указа Президента РФ от 09.03.2004 N 314 "О системе и структуре федеральных органов государственной власти" под функциями по контролю и надзору понимается осуществление действий по контролю и надзору за исполнением органами государственной власти, органами местного самоуправления, их должностными лицами, юридическими лицами и гражданами установленных Конституцией РФ, федеральными конституционными законами, федеральными законами и другими нормативными правовыми актами общеобязательных правил поведения. Эти положения свидетельствуют о том, что контроль за соблюдением весовых параметров и габаритов транспортных средств является функцией государственных органов исполнительной власти и их осуществление не может быть передано другим субъектам. Суды пришли к выводу, что оспариваемыми пунктами контракта функции государственного надзора по контролю за соблюдением допустимых весовых параметров и габаритов транспортных средств, составлению актов и сбору денежных доходов, поступающих в областной бюджет, фактически возложены на коммерческую организацию. Поскольку такое положение не соответствует требованиям действующего законодательства, суды сделали вывод о недействительности сделки в этой части. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

10. Суд отказал в признании недействительным протокола распределения квартир и нежилых помещений между дольщиками, поскольку протокол нельзя рассматривать как самостоятельную сделку и применять к нему нормы о недействительности, из буквального толкования текста протокола следует, что в нем стороны только зафиксировали имеющиеся у них правоотношения (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 16.05.2011 по делу N А45-12275/2010).

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Новосибирский государственный технический университет" обратилось с иском к ООО "НовосибВУЗстрой" о признании недействительной сделки - протокола распределения квартир и нежилых помещений между дольщиками по строительству здания. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. По мнению истца, не доказаны обстоятельства, которые суды посчитали установленными, а именно факт существования между сторонами правоотношений дольщиков при строительстве объекта. Суды не исследовали вопрос о правах ответчика на распределенные ему по протоколу помещения. Суд разрешил вопрос о правах и обязанностях Российской Федерации в отношении федерального имущества (общежития), при этом федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на управление и распоряжение государственным имуществом, не был привлечен к участию в деле. Суды неправомерно отказали истцу в удовлетворении ходатайств о представлении дополнительных доказательств. Между ГОУ ВПО "НГТУ" (инвестор) и ООО "НовосибВУЗстрой" (заказчик) заключен договор об инвестиционной деятельности от 05.11.2002, предметом которого определена инвестиционная деятельность по обеспечению строительства жилого дома для малосемейных (общежитие) с встроенными офисами на 1,2 этажах, с подземной автостоянкой и спортивно-оздоровительным комплексом в целях получения первого подъезда жилого дома для малосемейных (общежитие) и спортивно-оздоровительного комплекса. 21.12.2004 между ГОУ ВПО "НГТУ" и ООО "НовосибВУЗстрой" подписан протокол распределения квартир и нежилых помещений между дольщиками. В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Суд, не усмотрев в протоколе наличия обязательств сторон по отношению друг к другу, а также конкретных оснований для возникновения у сторон прав распоряжения определенными квартирами и нежилыми помещениями, пришел к выводу, что протокол нельзя рассматривать как самостоятельную сделку и применять к ней нормы о недействительности, указав, что из буквального толкования текста протокола следует, что в нем стороны только зафиксировали имеющиеся у них правоотношения. Исследовав договор об инвестиционной деятельности, суд согласился с утверждением ответчика о том, что протокол подписан во исполнение данного договора. Суд также указал на неподтвержденность того факта, что протокол явился основанием для регистрации права собственности на указанные в нем объекты недвижимости третьих лиц. Истец не доказал наличия обстоятельств, свидетельствующих о нарушении его прав, подлежащих судебной защите, путем обращения с настоящим иском. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции без изменения.

11. Суд отказал в признании недействительным договора добровольного страхования имущества, поскольку нахождение объекта страхования в зоне разлива рек и ведение строительно-монтажных работ на территории застрахованного земельного участка не подтверждено доказательствами (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 05.05.2011 по делу N А45-18333/2010).

ООО "Страховая Компания "Согласие" обратилось с иском к ООО "Топ-Экспресс" о признании недействительным договора добровольного страхования имущества как сделки, совершенной под влиянием обмана. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. Истец не согласен с выводами судов относительно установления обстоятельств определения уровня подтопления и границ территории затопления на момент заключения договора. Страхователь при заключении спорного договора со страховщиком знал, что подлежащая страхованию АЗС находится в зоне разлива рек и в местах ее понижения происходит затопление. Это является общеизвестным фактом и имеет существенное значение для определения убытков от наступления страхового случая. Истец считает, что обстоятельства ведения на территории АЗС строительно-монтажных работ, влияющие на степень страхового риска, подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами. По заключенному между ООО "СК "Согласие" (страховщик) и ООО "Топ-Экспресс" (страхователь) договору страхования имущества и земельных участков от 28.04.2010 объектом страхования являются имущественные интересы страхователя, связанные с владением, пользованием, распоряжением зданием АЗС, резервуаром металлическим и земельным участком, предназначенным для эксплуатации АЗС. В договоре предусмотрены страховые риски, такие как заливы от наводнения, от аварии водопроводных, канализационных, отопительных и иных гидравлических систем. Срок действия договора определен с 00 часов 00 минут 29.04.2010 до 24 часов 00 минут 28.10.2010. 29.04.2010 в 3 часа 00 минут из-за разлива рек на территории АЗС произошло затопление земельного участка и здания АЗС, в результате чего имуществу страхователя был причинен материальный ущерб. Страховщик считает, что при заключении договора страхования ему были заведомо не сообщены сведения о проведении на территории земельного участка (в непосредственной близости) строительно-монтажных работ и расположении земельного участка в зоне разлива рек, которые в силу п. 1 ст. 944 ГК РФ являются существенными условиями. Условием действительности договора страхования является исполнение страхователем обязанности по сообщению страховщику об известных ему обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска). Сообщение заведомо ложных сведений является основанием для оспаривания договора как сделки, совершенной под влиянием обмана в силу п. 1 ст. 179 ГК РФ. Таким образом, при оспаривании договора страхования, совершенного под влиянием обмана путем сокрытия страхователем от страховщика сведений об обстоятельствах, определенно оговоренных последним в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе, истец должен был представить доказательства умышленного введения страхователем в заблуждение страховщика относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения договора страхования. Судом установлено, что в 2010 году зафиксирован максимальный уровень весеннего половодья - 1023 см. Исследовав доказательства в совокупности, в том числе акт от 11.05.2010, утвержденный председателем КЧС и ПБ администрации Тогучинского района Новосибирской области, суды пришли к выводу, что затопление территории АЗС происходило с 29.04.2010 по 08.05.2010, следовательно, на момент заключения договора страхователю не было известно о начале затопления объекта страхования. С учетом установленного по состоянию на 28.04.2010 уровня воды - 958 см - суды признали представленные истцом результаты гидрологических работ недостаточным доказательством в подтверждение довода страховщика о затоплении территории АЗС на момент заключения договора страхования. Суды приняли во внимание уточненные выводы результатов гидрологических работ об отсутствии затопления АЗС по состоянию на 28.04.2010, изложенные в пояснениях. Нахождение объекта страхования в зоне разлива рек и ведение строительно-монтажных работ на территории застрахованного земельного участка также не подтверждено доказательствами. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

12. Суд признал недействительным договор простого товарищества, установив, что стороны не обладают необходимым для заключения такого договора статусом (Постановление ФАС Московского округа от 06.06.2011 N КГ-А40/4760-11-П).

В. обратился с иском к Ю. о признании недействительным договора простого товарищества и о применении последствий недействительности в виде возврата В. суммы внесенного вклада в размере 3 416 000 руб. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Между В. и Ю. 25.09.2006 заключен договор простого товарищества на строительство двух коттеджей с целью их дальнейшей продажи. Во исполнение договора В. передал Ю. 3 416 000 руб. Ю. факт получения этой суммы не оспаривал. Суды исходили из того, что спорный договор не соответствует п. 2 ст. 1041 ГК РФ, в связи с чем в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожной сделкой. Согласно п. 2 ст. 1041 ГК РФ сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. Ни истец, ни ответчик необходимым для заключения договора простого товарищества статусом не обладают. В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения. Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Суды установили, что полученные по ничтожному договору денежные средства ответчиком возвращены не были. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

13. Суд признал недействительным договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО, поскольку в уставе общества и учредительном договоре установлен запрет участникам общества продавать или уступать доли третьим лицам (Постановление ФАС Московского округа от 06.05.2011 N КГ-А40/2338-11).

Б. обратилась к Ч. и Компании с ограниченной ответственностью "ЮНОТЕК ДЕВЕЛОПМЕНТ ИНК" (EUNOTECH DEVELOPMENT INC) с иском о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО "Велорр", заключенного между ответчиками. Решением суда иск удовлетворен. Апелляционный суд решение оставил без изменения. 19.07.2007 между Ч. (продавец) и Компанией с ограниченной ответственностью "ЮНОТЕК ДЕВЕЛОПМЕНТ ИНК" (покупатель) был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО "Велорр" (в договоре допущена ошибка в наименовании общества - указано ООО "Веллорр", а не ООО "Велорр"), согласно которому продавец продал, а покупатель купил долю общества, составляющую 1563 руб., что соответствует 5,9% уставного капитала. При этом в договоре указано, что продавец гарантирует возможность продажи этой доли без запрета на это уставом ООО "Велорр". По утверждению истца, ему об этом договоре стало известно лишь 20.10.2009 из апелляционной жалобы по другому делу, а данным договором были нарушены его законные права и интересы как участника общества, ибо был предусмотрен запрет на продажу долей третьим лицам. Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Из ст. 93 ГК РФ следует, что продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале ООО третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных Законом об ООО, если это не запрещено уставом общества. В ст. 21 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных данным Законом, если это не запрещено уставом общества. В уставе общества в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого договора, и в учредительном договоре установлен запрет участникам общества продавать или уступать доли третьим лицам. Оспариваемая сделка была заключена с нарушением запрета на отчуждение доли в уставном капитале ООО "Велорр" третьему лицу со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями, включающими в себя в том числе и недействительность сделки. Суд отклонил доводы ответчика о том, что поскольку протоколами общих собраний участников ООО "Велорр" от 20.07.2007, 06.08.2007 и 09.08.2007 были фактически одобрены договоры купли-продажи долей, включая оспариваемый договор, третьим лицам, то положения устава и учредительного договора ООО "Велорр" и ст. 93 ГК РФ, устанавливающие ограничения в виде запрета на продажу долей третьим лицам, не действуют. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

14. Суд признал недействительным договор купли-продажи автомобиля, установив, что подпись продавца в договоре выполнена другим лицом (Постановление ФАС Московского округа от 27.04.2011 N КГ-А40/998-11).

Предприниматель Ф. обратилась с иском к Некоммерческой организации Благотворительный Фонд "Фонд социальной реабилитации ветеранов и военнослужащих войск специального назначения ВДВ "Сокольники" о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля и применении последствий недействительности сделки в виде возврата автомобиля. Решением суда иск удовлетворен. Апелляционный суд решение оставил без изменения. 24.04.2007 между Ф. и фондом был заключен договор купли-продажи автомобиля. В силу ч. 1 ст. 161 ГК РФ должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: 1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; 2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. Согласно ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. В связи с тем что истцом оспаривалась его подпись на договоре купли-продажи, была назначена почерковедческая экспертиза. Согласно заключению эксперта подпись от имени Ф. выполнена другим лицом с подражанием какой-то подписи Ф. В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. На основании ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие о том, что оспариваемый договор истцом не подписывался, суды пришли к выводу о признании его недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата истцу автомобиля. Довод ответчика о том, что экспертиза проведена с нарушением установленных требований, отклонен. На основании ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. В соответствии со ст. 10 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" объектами исследований являются в том числе вещественные доказательства, документы, образцы для сравнительного исследования, а также материалы дела, по которому производится судебная экспертиза. Под образцами для сравнительного исследования в данном случае понимаются, в частности, объекты, отображающие свойства или особенности человека, предмета, материала или вещества, а также другие образцы, необходимые эксперту для проведения исследований и дачи заключения (ст. 9). Эти требования были выполнены, судом для проведения экспертизы были представлены образцы для сравнительного исследования - подлинники документов, содержащих образцы подписи Ф., а также подлинник договора купли-продажи. При этом судами было учтено, что законом не определено количество документов, содержащих образцы подписи, которые должны быть представлены эксперту, а представленные материалы явились достаточными для проведения экспертизы и дачи заключения. В силу ч. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов. Ответчик ходатайств о проведении повторной экспертизы не заявлял. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

15. Суд признал недействительной сделку по передаче прав по администрированию доменных имен, поскольку она совершена с явным ущербом для истца, он утратил возможность по своему усмотрению определять порядок использования доменов, что заведомо ставит под угрозу эффективность осуществления уставного вида деятельности, а также иных видов деятельности, направленных на извлечение прибыли (Постановление ФАС Поволжского округа от 07.07.2011 по делу N А57-10483/2010).

В. обратился с иском к ООО "ИНФОРМЕР" и С. о признании недействительной сделки по передаче прав по администрированию доменных имен в части передачи прав на доменные имена sarinform. ru и saratovinform. ru от ООО "ИНФОРМЕР" к С., обязать С. передать права администрирования доменов на имя ООО "ИНФОРМЕР", направив в автономную некоммерческую организацию "Региональный сетевой информационный центр" заявление о перерегистрации. Решением суда в иске отказано. Апелляционный суд решение отменил, иск удовлетворил. 15.03.2007 между АНО "Региональный сетевой информационный центр" (исполнитель) и ООО "ИНФОРМЕР" (заказчик) в лице директора У. заключен договор об оказании услуг, в соответствии с которым исполнитель принимает на себя обязательства по оказанию услуг согласно приложению N 1 (перечень предоставляемых услуг) и приложению N 2 (тарифы на услуги), а заказчик обязуется принять и оплатить услуги в размере и в сроки, соответствующие условиям договора. В соответствии с приложением N 1 исполнитель в том числе оказывает услуги по регистрации доменных имен в домене RU, продлению регистрации доменного имени в домене RU. АНО "Региональный сетевой информационный центр" с 16.05.2006 является регистратором доменных имен sarinform. ru и saratovinform. ru. ООО "ИНФОРМЕР" являлось администратором (владельцем) этих доменных имен с 16.03.2007 по 22.09.2009. Это подтверждается и актами сдачи-приемки услуг, а также произведенной ООО "ИНФОРМЕР" оплатой. Таким образом, ООО "ИНФОРМЕР" в период с 16.03.2007 по 22.09.2009, будучи стороной договора, являлось администратором (владельцем) доменных имен и, соответственно, определяло порядок их использования и осуществляло организационную и техническую поддержку их функционирования. Согласно уставу ООО "ИНФОРМЕР" целью его деятельности является развитие предпринимательской деятельности и получение прибыли. Издание электронной газеты является одним из основных направлений деятельности. ООО "ИНФОРМЕР" является учредителем электронной газеты "Саратовинформ", что подтверждено свидетельством о регистрации СМИ от 09.06.2006. С момента регистрации на имя ООО "ИНФОРМЕР" спорных доменных имен электронная газета "Саратовинформ" размещалась им в сети Интернет на этих доменных именах, что подтверждено письмом Управления Роскомнадзора от 22.07.2010. В соответствии с регламентом регистрации доменов в домене RU, опубликованным на сайте www. nic. ru, применение которого было согласовано сторонами договора, передача прав на администрирование доменных имен от одного лица к другому оформляется по установленной форме письмом, которое направляется в АНО "Регистрационный сетевой информационный центр". 25.08.2009 У. совершена сделка по передаче прав по администрированию доменных имен sarinform. ru и saratovinform. ru новому администратору - С., которая в установленном порядке оформлена письмом от 25.08.2009 на имя компании RU-CENTER (АНО "Региональный сетевой информационный центр"). Материалами дела подтверждается, что в период совершения сторонами сделки У. являлся директором ООО "ИНФОРМЕР" и осуществлял полномочия исполнительного органа, С. занимала должность главного бухгалтера ООО "ИНФОРМЕР". Письмо о передаче ООО "ИНФОРМЕР" прав по администрированию спорных имен С. получено АНО "Регистрационный сетевой информационный центр" 22.09.2009. В этот же день С. в соответствии с регламентом регистрации доменных имен в домене RU подтвердила свое намерение стать администратором доменных имен sarinform. ru и saratovinform. ru и с указанной даты является таковым. Учредитель ООО "ИНФОРМЕР" В. считает, что сделка по отчуждению прав администрирования доменных имен не соответствует ст. 10 ГК РФ, ст. 44 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью". Суд первой инстанции не установил обстоятельств, позволяющих признать сделку не соответствующей ст. 10 ГК РФ, а также сделал вывод, что нарушение п. 1 ст. 44 Закона N 14-ФЗ при совершении единоличным исполнительным органом сделки не является основанием для признания сделки ничтожной, при этом указал, что правовыми последствиями нарушения лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа, п. 1 ст. 44 Закона N 14-ФЗ является возмещение убытков. Доменное имя используется в сети Интернет для идентификации владельца информационного ресурса и ассоциируется у потребителя с конкретным участником хозяйственного оборота или его деятельностью. Доменные имена фактически трансформировались в средство, выполняющее функцию товарного знака, который дает возможность отличать товары и услуги одних юридических или физических лиц от однородных товаров и услуг других юридических или физических лиц. Такая правовая позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 16.01.2001 N 1192/00. В соответствии со ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага. Учитывая, что информационная технология имеет определенную ценность и может быть предметом сделки, доменное имя, право его администрирования следует квалифицировать как имущественное право, заключающееся в возможности лица, зарегистрировавшего доменное имя, разместить в сети Интернет информационный ресурс, доступ к которому осуществляется пользователем сети Интернет путем набора определенных символов, составляющих доменное имя. Доменное имя является средством индивидуализации, которое индивидуализирует информационный ресурс, размещенный под данным доменным именем. В соответствии с ч. 1 ст. 129 ГК РФ объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) либо иным способом, если они не изъяты из оборота или не ограничены в обороте. В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. При этом для квалификации действий стороны как злоупотребление правом по смыслу данной нормы не требуется исключительно наличия воли, направленной с целью причинить вред другому лицу. Оно может быть выражено и в иной форме. Совершение сделки в нарушение ст. 10 ГК РФ влечет в порядке ст. 168 ГК РФ ее недействительность. В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. С использованием спорных доменов ООО "ИНФОРМЕР" осуществляло размещение электронной газеты. Кроме того, эти имена использовались им для извлечения прибыли путем предоставления иным организациям за плату возможности размещения на них своей информации. Сайты sarinform. ru и saratovinform. ru использовались ООО "ИНФОРМЕР" для проведения различных коммерческих проектов, в том числе онлайн-конференций. Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей в соответствии с п. 1 ст. 44 Закона N 14-ФЗ должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Исходя из п. 3 ст. 10 ГК РФ о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченный употребил свое право исключительно во зло другому лицу. Действия У. в отношении передачи прав по администрированию доменных имен С. не отвечают критериям добросовестности и разумности. Перевод имущественных прав на С. не направлен на соблюдение интересов ООО "ИНФОРМЕР". Передача прав осуществлена в отсутствие каких-либо встречных обязательств со стороны С. Утрата этих прав лишила ООО "ИНФОРМЕР" права на определение порядка использования доменов и осуществление организационной и технической поддержки их функционирования, которые вытекают из статуса администратора доменов. Эти обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением арбитражного суда от 21.07.2010 по другому делу. В силу ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сделка по передаче прав по администрированию доменных имен совершена не в интересах ООО "ИНФОРМЕР", а следовательно, при ее совершении У., действуя в качестве единоличного исполнительного органа, злоупотребил предоставленным ему правом. Сделка совершена с явным ущербом для ООО "ИНФОРМЕР", поскольку в результате ее совершения общество утратило возможность по своему усмотрению определять порядок использования доменов, что заведомо ставит под угрозу эффективность осуществления уставного вида деятельности по выпуску электронной газеты, а также иных видов деятельности юридического лица, направленных на извлечение прибыли, в частности возможность предоставления использования доменных имен иным организациям за плату. Дальнейшие действия С. свидетельствуют об отсутствии намерения использовать доменные имена sarinform. ru и saratovinform. ru. Так, 23.04.2010 С. оформлено заявление, в котором она просит передать права по администрированию этих доменных имен новому администратору В. Доказательств обратного, а равно сведений об использовании С. доменных имен после совершения сделки, в материалах дела не имеется. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что спорная сделка совершена в нарушение п. 1 ст. 10 ГК РФ, при отчуждении прав ООО "ИНФОРМЕР" директор общества У., злоупотребив правом, действовал вопреки законным интересам ООО "ИНФОРМЕР", вытекающим из целей и задач его уставной деятельности, при этом новому администратору С. могло и должно было быть известно об этих обстоятельствах. ФАС округа оставил постановление апелляционной инстанции без изменения.

16. Суд признал недействительным пункт договора об оказании услуг телефонной связи, которым предусмотрена возможность приостановления предоставления доступа к услугам связи в случае задержки платежа либо иного нарушения, поскольку приостановление доступа лечебного учреждения к услугам связи может привести к возникновению угрозы жизни и здоровью граждан и нарушению их прав (Постановление ФАС Поволжского округа от 23.06.2011 по делу N А55-18078/2010).

Прокурор обратился с иском к ОАО "Ростелеком", муниципальному учреждению здравоохранения "Центральная районная больница Сызранского района Самарской области" о признании недействительным пункта договора об оказании услуг междугородной и международной телефонной связи. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Между ОАО "Ростелеком" и МУЗ "Центральная районная больница Сызранского района Самарской области" (пользователь) был заключен договор междугородной и международной телефонной связи с предварительным выбором оператора от 01.08.2007, по условиям которого ОАО "Ростелеком" обязалось оказывать пользователю услуги связи, а пользователь обязался оплачивать услуги связи на условиях и в порядке, изложенных в договоре. Действие договора автоматически пролонгируется на следующий год, если иное не заявлено любой из сторон за два месяца до истечения срока его действия. Согласно п. 7.2 договора в случае задержки платежа либо иного нарушения пользователем требований, установленных Законом РФ "О связи", Правилами оказания услуг связи или договором, ОАО "Ростелеком" вправе приостановить предоставление доступа к услугам связи на срок до полного погашения задолженности пользователем либо соответственно устранения иных допущенных пользователем нарушений. Возобновление предоставления доступа к услугам связи производится не позднее 5 рабочих дней с даты исполнения пользователем нарушенных обязательств надлежащим образом. В силу п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422). В соответствии с уставом больница на основании имеющихся лицензий и сертификатов осуществляет профилактическую, лечебно-диагностическую и реабилитационную помощь населению, а также деятельность, связанную с оборотом сильнодействующих, ядовитых, наркотических и психотропных веществ, фармацевтическую деятельность. Согласно ст. 12 Закона РФ от 05.03.1992 N 2446-1 "О безопасности", действовавшего на момент заключения договора от 01.08.2007 и предъявления иска, силы обеспечения безопасности включают в себя также и органы охраны здоровья населения. Суды исходили из того, что приостановление доступа лечебного учреждения к услугам связи может привести к возникновению угрозы жизни и здоровью граждан, к нарушению их прав, предусмотренных ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ, ст. 17 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, основания для прекращения, приостановления или ограничения услуг связи этим учреждениям могут быть установлены только законом или принятыми на его основе нормативными правовыми актами. Согласно п. 4 ст. 51.1 ФЗ от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи" при исполнении государственного контракта на оказание услуг связи для нужд обороны страны, безопасности государства и обеспечение правопорядка оператор связи, заключивший указанный государственный контракт, не вправе приостанавливать и (или) прекращать оказание услуг связи без согласия в письменной форме государственного заказчика. В силу ст. 2 ФЗ от 26.07.2006 N 132-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О связи" действие п. 4 ст. 51.1 Закона о связи распространяется не только на отношения, вытекающие из заключенных государственных контрактов, но и из иных договоров на оказание услуг связи для нужд обороны страны, безопасности государства и обеспечения правопорядка. Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В соответствии со ст. 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

17. Суд отказал в признании договора купли-продажи недвижимости недействительным из-за неверных сведений в нем о правах продавца на земельный участок под объектами недвижимости, установив, что на момент заключения договора продавец не обладал правом собственности на участок, на котором находится отчуждаемое имущество (Постановление ФАС Поволжского округа от 26.05.2011 по делу N А12-19147/2010).

Предприниматель О. обратилась с иском к ОАО "Альтернатива" о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании 650 000 руб. и 7556,25 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Решением суда иск удовлетворен частично: договор признан недействительным; применены последствия недействительности сделки; взыскано 650 000 руб., О. обязана возвратить ОАО "Альтернатива" здания склада, ограждение, дизельные колонки, бензоколонки и емкости; в остальной части иска отказано. Апелляционный суд решение отменил, в иске отказал. 01.04.2008 между ОАО "Альтернатива" (продавец) и О. (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого, а также по условиям дополнительного соглашения от 07.08.2009 продавец обязался продать и передать покупателю здания склада площадью 1083,8 кв. м и 49,8 кв. м, ограждение длиной 248,7 м, 2 дизельные колонки, 2 бензоколонки, 3 емкости, а покупатель - принять и оплатить имущество. Имущество передано покупателю по актам приема-передачи от 19.06.2008. В соответствии с договором цена сделки определена в сумме 650 000 руб. без НДС. Истец во исполнение обязательств по договору оплатил: 17.01.2008 - 30 000 руб., 23.01.2008 - 20 000 руб., 18.02.2008 - 10 000 руб. и 16.06.2008 - 590 000 руб. В договоре указано, что отчуждаемое имущество расположено на находящемся в бессрочном постоянном пользовании ОАО "Альтернатива" земельном участке площадью 87 827 кв. м. Истец считает, что договор содержал неверные сведения о правах ответчика на земельный участок. Суд первой инстанции исходил из того, что договор заключен с нарушением п. 4 ст. 35 ЗК РФ, а апелляционный суд - из того, что на момент заключения договора и его исполнения ответчик не являлся собственником земельного участка. Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. П. 4 ст. 35 ЗК РФ предусмотрено, что отчуждение здания, строения, сооружения, находящихся на земельном участке и принадлежащих одному лицу, за исключением указанных в ЗК РФ случаев, производится вместе с земельным участком. Не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. В соответствии с п. 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 24.03.2005 N 11 "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства" сделки, воля сторон по которым направлена на отчуждение здания, строения, сооружения без соответствующего земельного участка или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты принадлежат на праве собственности одному лицу, являются ничтожными. Эти ограничения применяются в случаях отчуждения объектов недвижимости лицом, в собственности которого находятся как объекты недвижимости, так и земельный участок, на котором они расположены. Моментом совершения оспариваемой сделки в силу п. 1 ст. 433 ГК РФ апелляционным судом определен момент заключения (подписания) договора - 01.04.2008. На момент заключения договора ОАО "Альтернатива" не обладало правом собственности на земельный участок, на котором находится отчуждаемое имущество. Вступившим в законную силу решением арбитражного суда от 03.03.2010 по иску О. к ОАО "Альтернатива" о признании права собственности на земельный участок установлено, что ОАО "Альтернатива" на момент заключения договора от 01.04.2008 и его исполнения не являлось собственником земельного участка. В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Апелляционный суд отказал в иске, указав на возможность защиты прав иным способом. ФАС округа оставил Постановление апелляционной инстанции без изменения.

18. Суд признал недействительным договор уступки права требования в части передачи прав по договору подряда, поскольку согласно этому договору ни одна из сторон не имеет права передавать свои права и обязанности по договору третьей стороне без письменного согласия другой стороны (Постановление ФАС Поволжского округа от 23.05.2011 по делу N А12-17514/2010).

ОАО "Махачкалинские городские электрические сети" обратилось с иском о признании недействительным договора уступки права требования, заключенного между ООО "Таврида Электрик Юг" и ЗАО "Группа компаний "Таврида Электрик". Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, договор в части уступки прав по договору подряда признан недействительным, в остальной части иска отказано. 04.02.2010 ЗАО "ГК "Таврида Электрик" (цессионарий) и ООО "Таврида Электрик Юг" (цедент) заключили договор уступки права требования, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования с ОАО "Махачкалинские городские электрические сети" долга в размере 5 937 580,03 руб. Обязательство, вытекающее из уступки права требования, возникло на основании договоров поставки от 21.12.2008 в размере 5 339 060,30 руб. (в том числе НДС 18%) и подряда от 21.10.2008 в сумме 598 519,73 руб. (в том числе НДС 18%). Считая, что уступаемое право по договору поставки не является бесспорным, а п. 12.4 договора подряда содержит условие о необходимости предварительного согласия стороны сделки на уступку прав, которое не было получено от истца, являвшегося стороной договора подряда, истец заявил о недействительности договора уступки права требования. Суды исходили из того, что передаваемое право требования к истцу в размере 598 519,73 руб. возникло из договора подряда от 21.10.2008, в соответствии с п. 12.4 которого ни одна из сторон не имеет права передавать свои права и обязанности по договору третьей стороне без письменного согласия другой стороны. Письменного согласия на уступку прав от ООО "Таврида Электрик Юг" другим лицам истцом не давалось. Доказательства, подтверждающие согласие истца на уступку права требования новому кредитору, в материалах дела отсутствуют. Согласно п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. В силу п. 2 ст. 382 ГК РФ согласия должника для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется, если иное не предусмотрено законом или договором. Исходя из этих норм, а также ст. 167, 168 ГК РФ и п. 12.4 договора подряда, суд признал недействительным договор уступки права требования в части уступки прав по договору подряда. Отказывая в иске в остальной части, суд исходил из того, что договор уступки права требования в части передачи права требования, вытекающего из договора поставки от 21.12.2008, в размере 5 339 060,30 руб. не противоречит ст. 382 ГК РФ. Эти выводы соответствуют п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ", по смыслу ст. 390 ГК РФ передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права требования. При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее право. Из ст. 390 ГК РФ следует, что действительность соглашения об уступке права требования не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке права требования влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право. П. 8, 15 информационного письма от 30.10.2007 разъяснено, что допустимость уступки права требования не ставится в зависимость от того, является ли оно бесспорным и обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником. ГК РФ, закрепляя в ст. 386 право должника на заявление возражений против требований нового кредитора, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления об уступке, наоборот, исходит из допустимости наличия спора относительно уступленного права требования. Если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке права требования или его части к новому кредитору переходят полностью или в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом требования. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

19. Суд отказал в применении последствий недействительности договора купли-продажи товара из государственного резерва, поскольку стороны были вправе согласовать размер неустойки за нарушение покупателем своих обязательств по договору при заключении договора (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 21.06.2011 по делу N А56-58906/2010).

ООО "VIP-Промсервис" обратилось с иском к Управлению Росрезерва о применении последствий недействительности ничтожной сделки - договора купли-продажи товара из государственного резерва в части пунктов, которыми установлено право продавца требовать уплаты неустойки, не ограниченной его убытками, при невыборке оплаченного товара в предусмотренный договором срок и за нарушение сроков оплаты товара. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. Управление Росрезерва (продавец) и ООО "VIP-Промсервис" (покупатель) заключили договор купли-продажи товара из государственного резерва от 27.10.2009, согласно которому продавец передает (выпускает) в собственность покупателя, а покупатель оплачивает и принимает дизельное топливо зимнее (0,2-35), ГОСТ 305-82, в количестве 3272 тонны (без учета норм естественной убыли), находящееся на территории ФГУ комбинат "Балтика". Срок оплаты - до 15.12.2009, срок выпуска (выборки) - до 31.12.2009. П. 5.3 договора предусмотрено, что при невыборке с комбината оплаченного товара в предусмотренный договором срок покупатель уплачивает продавцу неустойку в размере 10% от стоимости несвоевременно выбранного товара. Ответственность покупателя за нарушение сроков оплаты товара установлена п. 5.4 договора в виде неустойки в размере 0,5% от стоимости своевременно не оплаченного товара за каждый день просрочки. ООО "VIP-Промсервис" считает, что эти пункты противоречат действующему законодательству. Суд указал, что стороны были вправе согласовать размер неустойки за нарушение покупателем своих обязательств по договору при заключении договора. Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Из этой нормы следует, что неустойка является способом обеспечения исполнения обязательств и мерой имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. При заключении договора стороны согласовали размер неустойки за нарушение покупателем обязательств по договору - невыборку товара в предусмотренный договором срок (п. 5.3) и нарушение сроков оплаты товара (п. 5.4). Судами не установлено наличия разногласий сторон при установлении оснований и размера ответственности покупателя по спорному договору. Ссылка истца на то, что ответчик не вправе участвовать в гражданско-правовых отношениях, отклонена. В соответствии с п. 1.1 и 1.9 Положения, утвержденного Приказом Минэкономразвития РФ от 17.12.2004 N 336, Управление Росрезерва является его территориальным органом. В силу п. 1 ст. 124 ГК РФ Российская Федерация, субъекты РФ: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования - выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами. Таким образом, Управление Росрезерва может быть участником гражданско-правовых отношений. Суды ошибочно сослались на ФЗ от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд", однако это не привело к принятию неправильного решения. Отношения между истцом и ответчиком регулируются ФЗ от 29.12.1994 N 79-ФЗ "О государственном материальном резерве". Отсутствие в этом Законе положений о неустойке не лишает стороны возможности установить в договоре условие о неустойке, что не противоречит ни данному Закону, ни ст. 421 ГК РФ. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

20. Суд признал недействительным договор аренды нежилого помещения, поскольку предметом договора является помещение, уже переданное по договору аренды другому лицу (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 21.06.2011 по делу N А42-2722/2010).

Администрация городского поселения Кильдинстрой Кольского района Мурманской области обратилась с иском к предпринимателю Н. о признании недействительным (ничтожным) договора аренды нежилого помещения и дополнительного соглашения, а также об обязании ответчика освободить помещение. К участию в деле в качестве соответчика привлечен Комитет по управлению муниципальным имуществом и земельными ресурсами. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Н. считает, что договор аренды, заключенный администрацией и ООО "Мурманпродсервис", был прекращен по истечении срока его действия, а значит, договор аренды, заключенный с предпринимателем, не может быть признан недействительным. Администрация (арендодатель) и ООО "Мурманпродсервис" (арендатор) заключили договор от 18.09.2006 аренды нежилого помещения общей площадью 80,8 кв. м для использования под магазин сроком с 01.08.2006 по 30.07.2007. Суды пришли к выводу, что после истечения срока действия договора арендатор продолжал пользоваться помещением и, следовательно, в отсутствие возражений со стороны арендодателя в силу ч. 2 ст. 621 ГК РФ договор был возобновлен на неопределенный срок. Администрация (арендодатель) и Н. (арендатор) подписали договор от 16.11.2007 аренды встроенного нежилого помещения общей площадью 80,8 кв. м для использования под магазин. Дополнительным соглашением от 28.12.2009 стороны уточнили и дополнили его условия. Законом Мурманской области от 27.06.2007 N 859-01-ЗМО "О решении вопросов местного значения вновь образованных поселений Кольского района и разграничении муниципального имущества в 2008 году", актом приема-передачи от 01.08.2007 городскому поселению Кильдинстрой Кольского района передано в муниципальную собственность имущество, расположенное по данному адресу. Согласно ст. 2 данного Закона право собственности на имущество у вновь образованных поселений наступает с 01.01.2008, но не ранее дня подписания соответствующего передаточного акта. Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 20.02.2010 право собственности на спорное помещение зарегистрировано за муниципальным образованием. Администрация считает, что договор и дополнительное соглашение, заключенные с Н., являются недействительными и он без законных оснований занимает помещение. В соответствии со ст. 611 ГК РФ на арендодателя возлагается обязанность предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. Сделка по предоставлению арендодателем имущества, уже переданного в аренду иному лицу, не соответствует требованиям действующего законодательства. На дату заключения договора аренды с Н. от 16.11.2007 договор аренды с ООО "Мурманпродсервис" от 18.09.2006 на тот же объект не был расторгнут или прекращен в установленном порядке. Суды пришли к выводу о недействительности договора от 16.11.2007 и дополнительного соглашения от 28.12.2009, заключенных в отношении помещения, уже переданного в аренду иному лицу. При отсутствии правовых оснований для пользования помещением суды удовлетворили требование об освобождении ответчиком спорного помещения. Довод Н. о том, что договор от 18.09.2006 не может считаться заключенным, поскольку подписан неуполномоченным лицом и впоследствии не был одобрен юридическим лицом, отклонен. В силу п. 1 ст. 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. Суды пришли к выводу, что договор от 18.09.2006, подписанный и. о. начальника отдела, исполнявшей обязанности начальника отдела, был впоследствии одобрен арендодателем. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

21. Суд отказал в признании недействительным договора купли-продажи долей в уставном капитале ООО, поскольку те правовые последствия, на которые была направлена воля сторон, наступили, поэтому нет оснований для признания договора мнимой сделкой (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 11.05.2011 по делу N А52-2748/2010).

С. А. обратился с иском к Е. о признании недействительным договора купли-продажи 47% долей в уставном капитале ООО "НЕФТЭН" и передаче спорной доли истцу. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. С. А. указывает, что на момент заключения оспариваемого договора состоял с ответчицей в зарегистрированном браке, а потому условия сделки стороны не исполняли и не имели намерений создать соответствующие сделке правовые последствия. По мнению С. А., государственная регистрация изменений в уставных документах не свидетельствует о законности сделки. С. А. и Е. 07.10.2005 вступили в зарегистрированный брак. После заключения брака Е. присвоена фамилия С. ООО "НЕФТЭН" в качестве юридического лица создано 13.06.2007, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись. Его учредителями являлись супруги С., которые на момент регистрации общества оплатили 100% уставного капитала путем внесения денежных средств на временный счет и распределили доли в уставном капитале по 50%. Генеральным директором являлся С. А. 28.04.2009 ими заключен договор купли-продажи части доли в уставном капитале, согласно которому С. А. продал С. К. 47% долей в уставном капитале за 300 000 руб. Стороны 30.04.2009 письменно уведомили общество в лице генерального директора С. А. о состоявшейся уступке. В дальнейшем общество внесло соответствующие изменения в учредительные документы, которые были зарегистрированы в установленном порядке. С. А. и С. К. расторгли брак на основании решения мирового судьи от 24.05.2010, что подтверждается представленным решением и свидетельством о расторжении брака от 17.06.2010. После расторжения брака С. К. присвоена фамилия Е. С. А. ссылается на то, что договор от 28.04.2009 является ничтожной сделкой, совершенной без намерения создать правовые последствия для его сторон. Суды исходили из того, что договор был совершен в письменной форме, содержал существенные условия и был подписан сторонами. Истец мог предвидеть правовые последствия совершения сделки и нес риск наступления неблагоприятных последствий. Согласно п. 1 ст. 21 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ (в редакции от 29.04.2008, с изменениями от 27.10.2008) "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества либо ее часть одному или нескольким участникам данного общества. Согласия общества или других участников общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. В соответствии со ст. 33 СК РФ владение, пользование и распоряжение имуществом, нажитым супругами во время брака, осуществляются по закону или договору. При отсутствии между супругами соответствующего договора имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества, что следует из п. 1 ст. 256 ГК РФ. Общая собственность супругов является разновидностью совместной собственности. Независимо от способа участия в формировании совместной собственности супруги имеют равные права на общее имущество. У участников совместной собственности нет определенной доли в праве общей собственности. Такая доля может возникнуть только при ее выделе или разделе, то есть в случае прекращения существования совместной собственности. Уставный капитал общества оплачен супругами в период брака. В соответствии с п. 1 ст. 254 ГК РФ раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть определены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество. В силу п. 4 ст. 256 ГК РФ правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются законодательством о браке и семье. В соответствии со ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен по их соглашению. В случае раздела общего имущества супругов в период брака та часть имущества, которая не была разделена, а также имущество, нажитое супругами в период брака в дальнейшем, составляют их совместную собственность. В силу п. 2 ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества прекращает право совместной собственности супругов на указанное в соглашении имущество и влечет возникновение права собственности у каждого из супругов в соответствии с его условиями. Из протокола собрания учредителей общества от 06.06.2007 и учредительного договора от того же числа следует, что С. А. и С. К. определили, что каждому из них принадлежит 50% в уставном капитале номинальной стоимостью 5000 руб. Следовательно, стороны в установленном законом порядке произвели раздел общего имущества. При таких обстоятельствах следует признать, что, продавая ответчице 47% в уставном капитале, истец распорядился принадлежащей ему долей, в отношении которой было прекращено право совместной собственности супругов. В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. П. 1 ст. 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. С. А. не представил доказательств того, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки. Напротив, из совокупности представленных документов следует, что те правовые последствия, на которые была направлена воля сторон, наступили, а потому основания для признания договора мнимой сделкой отсутствуют. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

22. Суд отказал в признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале общества, поскольку устав общества не содержит условия о необходимости получения согласия всех участников на отчуждение участником своей доли на безвозмездной основе третьему лицу (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 29.06.2011 по делу N А32-32350/2010).

Учредители ООО "Ингури" С. и О. обратились с иском к К. и П. о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале общества, заключенного ответчиками и удостоверенного нотариусом. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. Судебные акты мотивированы тем, что устав общества не содержит условий о необходимости получения согласия других участников общества на отчуждение участником своей доли на безвозмездной основе (дарение) третьему лицу. Ответчики определили все существенные условия договора дарения доли, условие об обязательном нотариальном удостоверении соблюдено. Обстоятельства, на которые ссылаются истцы в обоснование притворности договора дарения, не имеют правового значения, поскольку не свидетельствуют о возмездности сделки и носят предположительный характер. Истцы считают, что суды не дали надлежащей оценки их доводам о возмездности договора дарения, получении П. материальных благ и выдаче нотариально удостоверенной доверенности на имя ООО "Центральная транспортная компания" в лице генерального директора К. Согласно уставу и разъяснениям п. 12 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" любая уступка доли участника общества другому лицу, в том числе и в форме дарения, требовала согласия остальных участников общества. Учредителями и участниками общества с момента его учреждения являлись О. - 40% доли в уставном капитале (4000 руб.), С. - 30% (3000 руб.) и П. - 30% (3000 руб.). 16.04.2010 П. направил С. и О. письма с предложением приобрести принадлежащую ему долю: С. - 12% по цене 6 000 000 руб., О. - 18% по цене 9 000 000 руб. 27.08.2010 П. (даритель) и К. (одаряемый) заключили договор дарения доли в уставном капитале общества, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому 30% доли номинальной стоимостью 3000 руб. Договор удостоверен в нотариальном порядке. Решением арбитражного суда от 03.12.2010, оставленным без изменения апелляционным судом 01.02.2011 и ФАС округа 06.04.2011, С. и О. отказано в иске к К. о передаче ООО "Ингури" доли, принадлежащей К., с выплатой ему ее действительной стоимости. Судебные акты мотивированы тем, что устав общества не содержит запрета на переход доли или части доли участника в уставном капитале общества к другому лицу на основании безвозмездной сделки. Истцы считают, что договор дарения от 27.08.2010 является недействительным (ничтожным) в силу п. 2 ст. 170 ГК РФ. В силу данной нормы притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Из ч. 1 ст. 572 ГК РФ следует, что договор дарения является безвозмездной сделкой. Суды пришли к выводу, что указанные истцами обстоятельства не имеют правового значения при рассмотрении дела, поскольку не свидетельствуют о возмездности сделки. Эти доводы носят предположительный характер. Суды сослались на ст. 21 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и разъяснения пп. "б" и "е" п. 12 Пленума N 90/14 и пришли к выводу, что устав общества не содержит условий о необходимости получения согласия всех участников на отчуждение участником своей доли на безвозмездной основе (дарение) третьему лицу, в связи с чем договор дарения от 27.08.2010 не противоречит требованиям приведенных норм. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

23. Суд отказал в признании недействительным договора купли-продажи недвижимости, поскольку сделка заключена более чем за шесть месяцев до подачи заявления о признании должника банкротом; факта отчуждения имущества должника по заведомо заниженной цене не установлено (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 28.06.2011 по делу N А53-3337/2009).

Решением арбитражного суда от 24.09.2009 ООО "Индустрия" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Ш. В рамках дела о банкротстве Ш. и кредитор должника Л. со ссылкой на п. 3 ст. 103 ФЗ от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" обратились с заявлениями о признании недействительным договора купли-продажи строений и земельного участка, заключенного ООО "Индустрия" и А., применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска сослались на то, что имущество должника отчуждено по заведомо заниженной цене. Определением суда договор признан недействительным в части продажи земельного участка, в остальной части иска отказано. Суд исходил из того, что отчуждение участка произведено по заниженной цене. Апелляционный суд отстранил Ш. от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утверждена К. Апелляционный суд определение отменил, в иске отказал в связи с тем, что распределение в договоре стоимости сделки на стоимость земельного участка и стоимость жилого дома само по себе не свидетельствует о занижении стоимости одного из объектов. Истцы не представили доказательств того, что стоимость проданного объекта занижена и не опровергли его рыночную стоимость, установленную заключением эксперта. Оплата по договору произведена в полном объеме. 05.05.2008 ООО "Индустрия" (продавец) и А. (покупатель) заключили договор купли-продажи, по которому продавец продал, а покупатель купил принадлежащие продавцу на праве собственности строения (жилой дом 1923 года постройки площадью 64,9 кв. м, гараж площадью 18,3 кв. м и сарай площадью 12,1 кв. м) и земельный участок (площадь 222 кв. м) категории земель населенных пунктов с разрешенным использованием для эксплуатации жилого дома. Имущество продано за 2 754 400 руб.: жилой дом - 2 750 100 руб., участок - 4300 руб. Стороны подтверждают, что расчет между ними произведен в полном объеме до подписания договора. Оспариваемая сделка совершена до дня вступления в силу ФЗ от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ", а потому к ней подлежат применению положения ст. 103 Закона N 127-ФЗ. Из системного толкования ст. 103 (п. 1) и 129 (п. 3) Закона N 127-ФЗ следует, что конкурсный управляющий вправе оспаривать сделки должника по основаниям, предусмотренным федеральным законом. Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам (п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"). Оспариваемая сделка совершена 05.05.2008. Государственная регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости осуществлена 07.05.2008. Процедура банкротства - наблюдение - в отношении продавца введена определением от 02.04.2009. Апелляционный суд не установил факта отчуждения имущества должника по заведомо заниженной цене. Из представленного в материалы дела заключения ООО "Судебная экспертиза "ЮФО СЭО" от 03.11.2010 следует, что по состоянию на 05.05.2008 рыночная стоимость спорного объекта недвижимости (1923 года постройки) с земельным участком составляла 2 745 892 руб. Доказательств, подтверждающих недостоверность данного заключения, в материалах дела нет. С заявлением о его фальсификации истцы не обращались. Учитывая, что рыночная стоимость имущества согласно отчету оценщика составляет 2 745 892 руб., а спорная сделка по отчуждению имущества совершена по цене 2 754 400 руб., апелляционный суд отклонил доводы истцов о том, что эта сделка направлена на уменьшение конкурсной массы по заведомо заниженной цене. Кроме того, судом учтено, что сделка совершена 05.05.2008, а заявление о признании должника банкротом подано 24.02.2009. Таким образом, сделка заключена более чем за шесть месяцев до подачи заявления о признании должника банкротом. Из договора следует, что стороны пришли к соглашению о цене 2 754 400 руб. Расчет произведен полностью до подписания договора. Это свидетельствует об исполнении сторонами обязательств по договору. Доказательств обратного конкурсный управляющий не представил. ФАС округа оставил постановление апелляционной инстанции без изменения.

24. Суд признал недействительными дополнительные соглашения к договорам на право осуществления пассажирских перевозок автотранспортными средствами общего пользования, поскольку они заключены без обеспечения возможности равного доступа всех участников товарного рынка услуг автомобильных перевозок для заключения такого договора (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 19.05.2011 по делу N А53-22723/2010).

Прокуратура обратилась с иском к администрации г. Гуково, ООО "Оригинал", ООО "Такси" о признании недействительными заключенных администрацией с ООО "Такси" и ООО "Оригинал" дополнительных соглашений к договорам на право осуществления пассажирских перевозок автотранспортными средствами общего пользования. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, иск удовлетворен. Суд исходил из того, что дополнительные соглашения противоречат ст. 16 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции"; при их заключении администрация нарушила нормы ФЗ от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", ФЗ от 10.12.1995 N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения", не убедившись в том, что техническое состояние автотранспортных средств ООО "Такси" и ООО "Оригинал" соответствует предъявляемым требованиям к пассажирским перевозкам, а также не проверив гарантированность качественного обслуживания населения. По мнению администрации, дополнительные соглашения являются элементом административного регулирования органами местного самоуправления правоотношений с перевозчиками на территории муниципального образования и не являются сделками, поэтому к ним неправомерно применена ст. 168 ГК РФ. По результатам конкурса на право осуществления пассажирских перевозок автобусами на маршрутах администрация заключила договоры с ОАО "Гуковское ПАТП", ООО "Экспресс", ООО "Такси" от 23.01.2009 и ООО "Оригинал" от 30.01.2009. Комиссией по регулированию рынка пассажирских перевозок в муниципальном образовании "Город Гуково" в связи с неоднократным нарушением договорных обязательств принято решение считать расторгнутыми в одностороннем порядке договоры от 23.01.2009, заключенные администрацией с ОАО "Гуковское ПАТП" и ООО "Экспресс", и передать обслуживаемые этими лицами маршруты ООО "Такси" и ООО "Оригинал" (протоколы от 11.02.2010, 28.05.2010). Администрация направила им соответствующие уведомления (от 11.02.2010 и 31.05.2010). В связи с расторжением договоров комиссия приняла решение о подготовке администрацией проекта распоряжения о проведении конкурса на право предоставления транспортных услуг населению города, передаче маршрутов ООО "Такси", ООО "Оригинал" согласно поданным ими заявкам до подведения итогов очередного конкурса (протокол от 04.06.2010). 04.06.2010 администрация заключила с ООО "Такси" и ООО "Оригинал" дополнительные соглашения к договору от 23.01.2009 и к договору от 30.01.2009 о передаче маршрутов, ранее обслуживавшихся ОАО "Гуковское ПАТП" и ООО "Экспресс". Поскольку администрация передала право осуществления пассажирских перевозок автобусами на маршрутах без проведения конкурса, прокуратура обратилась с иском. Согласно п. 7 ч. 1 ст. 16 Закона N 131-ФЗ к вопросам местного значения городского округа относится создание условий для предоставления транспортных услуг населению и организация транспортного обслуживания населения в границах городского округа. Закон N 196-ФЗ предусматривает обязанность органов местного самоуправления по организации дорожного движения и регулированию деятельности на автомобильном, городском наземном электрическом транспорте и дорожном хозяйстве (ст. 5, 21). Постановлением мэра г. Гуково от 07.07.2009 N 791 (в редакции Постановления от 09.12.2009 N 1586) утверждены Правила организации перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в муниципальном образовании "Город Гуково", Положение о формировании и выполнении заказа на осуществление пассажирских перевозок автомобильным транспортом, Положение о проведении конкурсов на осуществление пассажирских перевозок автомобильным транспортом в муниципальном образовании "Город Гуково" (приложения N 1, 2, 3). В силу п. 1.3, 1.4 Положения о проведении конкурсов конкурсы проводятся в целях выявления обладателей преимущественного права выполнения пассажирских автоперевозок на городских маршрутах, обеспечивающих лучшие условия выполнения заказа на осуществление пассажирских перевозок автомобильным транспортом. Организатором конкурса является администрация города, выполняющая функции заказчика (организатора) пассажирских перевозок. По итогам конкурса администрация заключает с победителем договор на транспортное обслуживание населения (раздел 3 Положения о формировании и выполнении заказа на осуществление пассажирских перевозок автомобильным транспортом). В соответствии с п. 4 ст. 16 Закона N 135-ФЗ запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, ЦБ РФ или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов. Суды исходили из того, что оспариваемые соглашения заключены без обеспечения возможности равного доступа всех участников товарного рынка услуг автомобильных перевозок для заключения такого договора, что противоречит п. 4 ст. 16 Закона N 135-ФЗ. Доказательств обратного ответчики не представили. Администрация заключила дополнительные соглашения в связи с тем, что договоры с предыдущими перевозчиками расторгнуты, а необходимость предоставления транспортных услуг населению и организация транспортного обслуживания населения на спорных маршрутах не отпала. Однако из условий соглашений и иных документов не следует, что они заключены временно, и воля администрации направлена на соблюдение баланса интересов населения и участников товарного рынка услуг автомобильных перевозок. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу о ничтожности дополнительных соглашений в соответствии со ст. 168 ГК РФ. Доводы администрации о том, что договоры на право осуществления пассажирских перевозок и дополнительные соглашения к ним не обладают признаками сделки (ст. 153, 420 ГК РФ) и к ним неприменимы положения ст. 168 ГК РФ, основаны на неверном толковании закона. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

25. Суд отказал в признании недействительным договора строительного подряда, установив, что у ответчиков не было цели прикрыть сделку по предоставлению земельного участка, поскольку он был предоставлен на законных основаниях и приобретен по договорам аренды до заключения оспариваемого договора (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 18.05.2011 по делу N А32-8664/2010).

Прокурор обратился к МУ "Муниципальное управление капитального строительства" (учреждение), МУП МО город-курорт Геленджик "Управление капитального строительства" (предприятие), ООО "Интер Строй" с требованием признать недействительным (ничтожным) договор строительного подряда, заключенный предприятием и обществом. В обоснование требования указано, что договор подряда является притворной сделкой, прикрывающей сделку по передаче обществу земельного участка под строительную площадку. При передаче участка в аренду обществу нарушен предусмотренный ст. 30, 30.1, 30.2 и 38.2 ЗК РФ порядок, поскольку торги по продаже права на заключение договора аренды земельного участка для строительства не проводились. Решением суда, оставленным без изменения апелляционным судом, в иске отказано. Суды пришли к выводу об отсутствии в действиях ответчиков цели прикрыть сделку по предоставлению участка, поскольку он был предоставлен на законных основаниях и приобретен учреждением по договорам аренды до заключения оспариваемого договора и, следовательно, не может являться мнимой (притворной) сделкой. Это исключает применение оснований признания договора подряда ничтожным. По мнению прокурора, договор строительного подряда, заключенный на основании ничтожных договоров, не является основанием для передачи подрядчику во временное пользование под жилищное строительство земельного участка; суды сделали неправильный вывод о том, что строительные работы могут осуществляться на объекте строительства без передачи строительной площадки и без оформления прав на используемый участок. Учреждению на основании Постановления главы администрации муниципального образования город-курорт Геленджик от 09.11.2006 предоставлен земельный участок в аренду сроком на 49 лет для строительства и эксплуатации многоквартирного жилого дома. Заключен договор аренды от 16.11.2006. 01.09.2008 предприятие (заказчик-генподрядчик) и общество (подрядчик) заключили договор строительного подряда, предметом которого является строительство многоквартирных жилых домов. В соответствии с договором подрядчик обязуется выполнить на свой риск собственными и привлеченными силами все работы по сооружению многоквартирного жилого дома, внутридомовых сетей, наружных сетей водоснабжения и канализации, теплоснабжения, подвод газопровода от газового хранилища, слаботочка (наружные сети) и благоустройство придворовой территории согласно проектной документации по строительству, включая возможные работы, определенно в ней не упомянутые, но необходимые для полного завершения работ, и создать объект, готовый к эксплуатации в установленном порядке, а заказчик-генподрядчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат в установленном порядке и уплатить обусловленную договором цену. Заказчик-генподрядчик принимает на себя обязательство передать подрядчику по акту строительную площадку на период производства работ и до их завершения. Прокурор ссылается на то, что правообладателем участка, переданного обществу в качестве строительной площадки, является учреждение на основании договоров аренды от 16.11.2006. Право постоянного (бессрочного) пользования спорным участком неправомерно переоформлено на право аренды. Договоры аренды от 16.11.2006 являются ничтожными, поскольку заключены в нарушение ст. 30.1 ЗК РФ, согласно которой земельный участок для жилищного строительства может быть предоставлен в аренду хозяйствующему субъекту путем продажи права на заключение договора аренды участка на торгах. Передача прав по договорам аренды от 16.11.2006 третьим лицам в установленном законом порядке не осуществлялась. Договор подряда, в рамках которого используется участок в качестве строительной площадки, подлежит признанию недействительным как притворный, заключенный с целью осуществить фактическую передачу участка обществу для жилищного строительства. В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила. Суды установили, что ни постановление о переоформлении прав на земельный участок, ни сами договоры аренды участка и все последующие соглашения о передаче прав и обязанностей по договору никем не оспорены и не признаны судом недействительными. Суды указали, что наступление правовых последствий заключенного сторонами договора строительного подряда подтверждается исполнением ими обязанностей, взятых на себя по данному договору. Так, материалами дела подтверждается факт ведения строительства жилого дома. Из письма администрации муниципального образования от 21.05.2010 следует, что объект находится в стадии строительства. Строительно-монтажные работы выполнены на 35% в пределах объема финансирования по заключенным договорам долевого участия в строительстве. Строительство осуществляется на основании разрешения администрации от 27.08.2008, срок действия которого продлен до 06.09.2010. Договор подряда не предполагает передачу прав на земельный участок обществу. В нем лишь указано, что заказчик-генподрядчик обязан передать подрядчику строительную площадку на период производства работ и до их завершения. Довод о том, что участок для строительства предоставлен в нарушение действующего законодательства, отклонен, поскольку Постановление от 09.11.2006 и договоры аренды от 16.11.2006 не оспорены, действительны и не являются предметом данного спора. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции без изменения.

26. Суд отказал в признании недействительным дополнительного соглашения к договору аренды в отношении залогового платежа, поскольку установление в договоре условия, обеспечивающего исполнение арендатором договора и гарантирующего законные интересы арендодателя в исполнении этого договора, законодательству не противоречит (Постановление ФАС Уральского округа от 27.06.2011 N Ф09-3618/11).

ООО "Элемент-Трейд" обратилось с иском о признании недействительным дополнительного соглашения к договору аренды в отношении залогового платежа как не соответствующего требованиям ГК РФ и ограничивающего право истца как арендатора на досрочный отказ от договора. Решением суда иск удовлетворен частично, признано недействительным 2-ое предложение абз. 2 п. 3 дополнительного соглашения - "в случае досрочного расторжения договора аренды по инициативе арендатора залоговый платеж возврату не подлежит". В остальной части иска отказано. Апелляционный суд решение оставил без изменения. По мнению ООО "Торговый комплекс "На Бархотской", выводы судов противоречат нормам материального права. Руководствуясь ст. 421 - 422 ГК РФ, арендатор и арендодатель заключили дополнительное соглашение, в котором предусмотрели право арендодателя не возвращать залоговый платеж при досрочном прекращении договора по инициативе арендатора. Гл. 23 и 34 ГК РФ не содержат ограничений, препятствующих включению в договор оспариваемых положений. Стороны исходили из того, что вносимые денежные средства являются способом обеспечения исполнения обязательств арендатора и могут быть удержаны арендодателем в качестве неустойки, штрафа за нарушение условий договора. Суды неверно определили внесенные по договору денежные средства исключительно как залог. Обозначение в договоре спорной денежной суммы как залогового платежа не означает, что она относится к предмету залога. Договор залога между сторонами не заключался. По его мнению, судами сделан неверный вывод о том, что спорные положения ограничивают права арендатора на расторжение договора, договор аренды может вообще не предусматривать право арендатора на добровольный односторонний отказ от исполнения договора, что соответствует ст. 310 ГК РФ. По мнению истца, положение о невозможности возврата залогового платежа, ограничивающее право арендатора на расторжение договора, в соответствии со ст. 168 ГК РФ является ничтожным. Поскольку право стороны на расторжение договора предусмотрено ГК РФ, оно не может быть ограничено соглашением сторон. Такая позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 07.09.2010 N 2715/10. Между ООО "Элемент-Трейд" (арендатор) и ООО "Торговый комплекс "На Бархотской" (арендодатель) заключен договор аренды нежилых помещений от 01.01.2006. 01.07.2008 стороны заключили дополнительное соглашение, в соответствии с которым арендатор обязался внести залоговый платеж в сумме 984 201,30 руб. Абз. 2 п. 3 дополнительного соглашения предусмотрено, что залоговый платеж подлежит возврату арендатору при условии прекращения договора аренды в связи с истечением срока его действия и отсутствия у арендатора задолженности по арендной плате или плате за техническое обслуживание арендуемых помещений. В случае досрочного расторжения договора аренды по инициативе арендатора залоговый платеж возврату не подлежит. Суды исходили из того, что досрочное расторжение договора аренды по основаниям, предусмотренным законом и договором, является правом арендатора, вытекающим из договорных условий и правовых норм, регулирующих данный вид договора. Предусмотренное в абз. 2 п. 3 дополнительного соглашения условие о невозвращении залогового платежа в случае досрочного расторжения договора аренды по инициативе арендатора ограничивает право арендатора на расторжение договора и в соответствии со ст. 168 ГК РФ является ничтожным. Суды также отметили, что данное условие для невозвращения залогового платежа в случае досрочного расторжения договора аренды по инициативе арендатора противоречит обеспечительной природе залогового платежа, выраженной в обеспечении исполнения обязательств, а не в ограничении в реализации права. Суд апелляционной инстанции указал также на отсутствие на стороне арендодателя иных правовых оснований для удержания спорной суммы, поскольку она не может быть квалифицирована как арендная плата, так как пользование имуществом не осуществлялось, и не может быть удержана в качестве гражданско-правовой санкции имущественного характера, поскольку противоправные действия со стороны арендатора в данном случае также отсутствуют. В силу ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. П. 1 ст. 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. На основании п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Согласно п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. В соответствии со ст. 606, 614 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование, а арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. Ст. 620 ГК РФ предусмотрены случаи досрочного расторжения договора по требованию арендатора, а также указано, что договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендатора в соответствии с п. 2 ст. 450 ГК РФ. Согласно п. 3 дополнительного соглашения в течение 10 календарных дней с момента его подписания арендатор вносит залоговый платеж, размер которого составляет 984 201,30 руб. без НДС. В абз. 2 соглашения предусмотрено, что залоговый платеж подлежит возврату арендатору при условии прекращения договора аренды в связи с истечением срока его действия и отсутствия у арендатора задолженности по арендной плате или плате за техническое обслуживание арендуемых помещений. В случае досрочного расторжения договора аренды по инициативе арендатора залоговый платеж возврату не подлежит. Исходя из условий договора и дополнительного соглашения при досрочном расторжении договора по инициативе арендатора, он несет ответственность в размере залогового платежа. В данном случае спорная сумма не является залогом как таковым, исходя из положений ст. 334 - 341 ГК РФ. Определение ее в соглашении как залоговой не означает, что она относится к предмету залога. Договор залога между сторонами не заключался. Внесенный ООО "Элемент-Трейд" обеспечительный взнос является гарантией обеспечения платежеспособности арендатора и в силу ст. 329 ГК РФ может быть отнесен к иным способам обеспечения обязательства, учитывая при этом, что ГК РФ допускает любые предусмотренные законом или договором способы обеспечения обязательств. В данном случае надо учитывать ст. 421 ГК РФ, согласно которой стороны свободны в определении условий договора. Граждане и юридические лица приобретают и осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора. Стороны могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предусмотрено законом или иными правовыми актам. Следовательно, в силу ст. 421 ГК РФ в гражданско-правовые отношения субъекты гражданского права вступают по своей воле и в своем интересе, руководствуясь принципом свободы договора. При этом согласно ст. 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется на свой страх и риск и, соответственно, при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность. Установление в договоре аренды условия, обеспечивающего исполнение арендатором договора и гарантирующего законные интересы арендодателя в исполнении этого договора, нормам действующего гражданского законодательства, в частности ст. 421, 432 ГК РФ, не противоречит. Поэтому нет оснований для признания абз. 2 п. 3 дополнительного соглашения недействительным (ничтожным). Ссылка на Постановление Президиума ВАС РФ от 07.09.2010 N 2715/10 является несостоятельной, так как в нем рассматривался вопрос о правомерности соглашения о неустойке, ограничивающей право заказчика на расторжение договора возмездного оказания услуг. ФАС округа отменил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции в части признания недействительным 2-го предложения абз. 2 п. 3 дополнительного соглашения и в этой части иска отказал.

27. Суд признал договор ОСАГО недействительным, поскольку он был заключен без проведения открытого конкурса, который необходим для такого вида договоров в соответствии с законодательством о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд (Постановление ФАС Уральского округа от 27.06.2011 N Ф09-3425/11-С5).

Прокурор обратился с иском к администрации Усть-Ницинского сельского поселения и ООО "Росгосстрах" о признании недействительным (ничтожным) заключенного между ответчиками договора ОСАГО и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возврата ООО "Росгосстрах" администрации страховой премии. Решением суда иск удовлетворен. Апелляционный суд решение оставил без изменения. Между ООО "Росгосстрах" (страховщик) и администрацией (страхователь) заключен договор ОСАГО от 12.02.2010, предметом которого является обязательство страховщика за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного договором события (страхового случая) осуществить страховую выплату потерпевшему в целях возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевшего, в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Срок действия договора с 26.02.2010 по 25.02.2011. Страховая премия составляет 2876,72 руб. Эта сумма перечислена страхователем страховщику, что подтверждается платежным поручением от 24.02.2010. Суды пришли к выводу о ничтожности спорного договора в силу ст. 168 ГК РФ, так как он заключен с нарушением требований ч. 1 ст. 18 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции". В соответствии с ч. 1 ст. 72 Бюджетного кодекса РФ размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд производится в соответствии с законодательством РФ о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд. Федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов РФ, органы местного самоуправления, государственные внебюджетные фонды, субъекты естественных монополий осуществляют отбор финансовых организаций путем проведения открытого конкурса или открытого аукциона в соответствии с положениями Федерального закона о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд для оказания финансовых услуг, в том числе страхования ответственности (п. 11 ч. 1 ст. 18 Закона N 135-ФЗ). Нарушение данной нормы является основанием для признания соответствующих сделок или торгов недействительными (ч. 2 ст. 18 Закона N 135-ФЗ). Согласно ч. 1, 2 ст. 10 ФЗ от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" размещение заказа может осуществляться путем проведения торгов в форме конкурса, аукциона, в том числе аукциона в электронной форме и без проведения торгов (запрос котировок у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика), на товарных биржах). Во всех случаях размещение заказа осуществляется путем проведения торгов, за исключением случаев, предусмотренных данным Законом. Нарушение предусмотренных Законом N 94-ФЗ положений о размещении заказа является основанием для признания судом, арбитражным судом недействительным размещения заказа по иску заинтересованного лица или по иску уполномоченных на осуществление контроля в сфере размещения заказов федерального органа исполнительной власти, органа исполнительной власти субъекта РФ или органа местного самоуправления (ч. 5 ст. 10 Закона N 94-ФЗ). Установив, что спорный договор заключен без проведения открытого конкурса, в то время как для его заключения необходимо проведение открытого конкурса по правилам, предусмотренным Законом N 94-ФЗ, суды сделали вывод о наличии оснований для признания данного договора недействительным (ничтожным) и применения последствий его недействительности. В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (п. 2 ст. 167 ГК РФ). Принимая во внимание отсутствие страховых случаев в период действия данного договора, суды пришли к выводу о возможности возвращения сторон в первоначальное положение и обязали страховщика возвратить страхователю полученную страховую премию. Доводы о том, что договор заключен в соответствии с требованиями п. 14 ч. 2 ст. 55 Закона N 94-ФЗ, отклонены исходя из того, что исключение, предусмотренное данной нормой, не распространяется на спорный договор. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

28. Суд признал недействительным договор на эксплуатацию рекламного места, обязав освободить крышу жилого дома и демонтировать средство наружной рекламы, поскольку вопрос о предоставлении общего имущества дома в пользование третьим лицам не был согласован с собственниками жилых помещений (Постановление ФАС Уральского округа от 24.05.2011 N Ф09-1953/11-С5).

Прокурор обратился с иском к администрации городского округа г. Уфа, МУП "Управление дизайна и наружной рекламы городского округа города Уфа", ООО "Вудсток" о признании недействительным договора на эксплуатацию рекламного места на территории городского округа и применении последствий недействительности сделки в виде освобождения крыши жилого дома и демонтажа средства наружной рекламы площадью 75,0 кв. м. Решением суда признан недействительным (ничтожным) договор на долевое участие по восстановлению конструктивных элементов жилых зданий. Применены последствия недействительности ничтожной сделки. Апелляционный суд решение оставил без изменения. Между ООО "Вудсток" (рекламораспространитель) и администрацией в лице директора МУП "Управление дизайна и наружной рекламы" заключен договор на эксплуатацию рекламного места на территории городского округа от 15.01.2009, в соответствии с которым рекламораспространитель приобретает за плату право на размещение в рекламном месте на крыше жилого дома, предназначенном для распространения наружной рекламы, оговоренного средства наружной рекламы, законным владельцем которого он является. За предоставление права на размещение и эксплуатацию средства наружной рекламы рекламораспространитель вносит плату в размере, определенном в приложении N 2 к договору. Прокурор ссылается на то, что этот договор заключен с нарушением п. 5 ст. 19 ФЗ от 13.03.2006 N 38-ФЗ "О рекламе", ст. 36, 44 ЖК РФ, а также ст. 290 ГК РФ. Суды пришли к выводу о несоответствии договора требованиям закона, что в силу ст. 168 ГК РФ влечет признание его недействительным. В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. В соответствии с п. 5, 9, 10 ст. 19 Закона N 38-ФЗ установка и эксплуатация рекламной конструкции осуществляются ее владельцем по договору с собственником земельного участка, здания или иного недвижимого имущества, к которому присоединяется рекламная конструкция, либо с лицом, управомоченным собственником такого имущества. Установка рекламной конструкции допускается при наличии разрешения на установку рекламной конструкции (далее - разрешение), выдаваемого на основании заявления собственника или иного, указанного в п. 5 - 7 данной статьи, законного владельца соответствующего недвижимого имущества либо владельца рекламной конструкции органом местного самоуправления муниципального района или органом местного самоуправления городского округа, на территориях которых предполагается осуществить установку рекламной конструкции. Установка рекламной конструкции без разрешения (самовольная установка) не допускается. П. 1 ст. 290 ГК РФ предусмотрено, что собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры. Согласно Правилам содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491, внешние стены, крыши и иные конструктивные элементы зданий, строений и сооружений входят в состав общего имущества. Согласно ч. 4 ст. 36 ЖК РФ по решению собственников помещений в многоквартирном доме, принятому на общем собрании таких собственников, объекты общего имущества в многоквартирном доме могут быть переданы в пользование иным лицам в случае, если это не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц. К компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме относится принятие решений о пользовании общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме иными лицами, в том числе о заключении договоров на установку и эксплуатацию рекламных конструкций, если для их установки и эксплуатации предполагается использовать общее имущество собственников помещений в многоквартирном доме (пп. 3 п. 2 ст. 44 ЖК РФ). Проанализировав протоколы общих собраний собственников помещений жилого дома от 08.09.2009 и 01.02.2010, объяснения председателя собрания, пояснения жильцов, пояснения работников ООО "ЖЭУ N 12", суды пришли к выводу об отсутствии доказательств согласования с собственниками жилых помещений вопроса о предоставлении общего имущества дома в пользование третьим лицам на момент заключения договора. ФАС округа оставил решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции без изменения.

------------------------------------------------------------------

Название документа