Циркулярно, спешно, с совершенным почтением (служебная судебная переписка в конце XIX — начале XX в. в ее современном прочтении)

(Латышева Н. А.) («Российский судья», 2012, N 1) Текст документа

ЦИРКУЛЯРНО, СПЕШНО, С СОВЕРШЕННЫМ ПОЧТЕНИЕМ (СЛУЖЕБНАЯ СУДЕБНАЯ ПЕРЕПИСКА В КОНЦЕ XIX — НАЧАЛЕ XX В. В ЕЕ СОВРЕМЕННОМ ПРОЧТЕНИИ) <*>

Н. А. ЛАТЫШЕВА

——————————— <*> Latysheva N. A. Circular, quickly, respectfully yours.

Латышева Наталья Аркадьевна, начальник отдела обеспечения судопроизводства Архангельского областного суда.

Статья основана на изучении материалов переписки Архангельского окружного суда периода конца XIX — начала XX в., которые находятся на хранении в Государственном архиве Архангельской области. В работе представлен анализ практики оформления служебных документов в судебном ведомстве указанного периода, приведены выдержки из источников получения информации — писем. На основе использования сравнительно-исторического метода сделаны выводы об общем и особенном при ведении переписки и оформлении документов.

Ключевые слова: стандарт оформления документа, бланк суда, судебное делопроизводство, реквизиты, поступающая корреспонденция, администрирование, документооборот, срок исполнения документа, деловой стиль переписки, источник комплектования архива.

The article is based on study of materials of correspondence of the Arkhangelsk District Court during the period of the end of the 19th — beginning of the 20th century which are kept in the State Archieve of Arkhangelsk District. The work presents analysis of practice of formalization of official documents in judicial department of the said period, cites extracts from the sources of information — letters. On the basis of use of comparative-history method the author makes a conclusion on the general and particular in correspondence and formalization of documents.

Key words: standard of formalization of document, court letterhead, judicial clerical work, requisites, incoming correspondence, administering, document turnover, period of execution of document, official style of correspondence, source of acquisition of archieve.

Мысли по вопросам несения государственной службы, изложенные на бумаге чиновниками судебного ведомства XIX — начала XX в., дошли до наших дней в нарядах судебной переписки. Каждый из сохраненных служебных документов является ценными источником информации. Переписка, обеспечивая ведение судебного делопроизводства и решение тех или иных внутренних ведомственных вопросов в обозначенный период, имеет четкую преемственность в правилах и стандартах оформления современных документов. За более чем столетнюю эволюцию в служебной переписке произошло обновление по всем составляющим в оформлении документов. Стал иным формат используемой в работе чиновников бумаги — если ранее не существовало строгих ограничений по формату листа, то в настоящее время он стандартизирован. Стали другими и инструменты, с помощью которых служебные письма получили свое отображение в материальном мире. Перо, а чуть позже и печатную машинку в настоящее время сменил персональный компьютер, который дает современным госслужащим значительные преференции в виде возможности тщательной выверки подготавливаемого ими документа. Часто расположение реквизитов, выбираемое авторами конца XIX — начала XX в., оставалось, как говорится, делом вкуса. Следует особо подчеркнуть, что внутри данного временного промежутка, отмеряемого двумя десятками лет, происходили существенные изменения в практике оформления документов. В начале XX в. они становятся более стандартизированы как по внешнему оформлению, так и по внутреннему содержанию. Причем, если письмо исходило из вышестоящих государственных органов и представлялось в виде циркулярных писем <1>, то оно имело более четкую структуру расположения реквизитов, а также изготавливалось на более качественной по всем параметрам бумаге. Как, например, в представленном ниже служебном документе, угловой штамп которого изготовлен типографским способом <2>. ——————————— <1> Циркуляр — директивное распоряжение, приказ, рассылаемые подведомственным учреждениям или подчиненным должностным лицам (Современный толковый словарь русского языка / Под ред. С. А. Кузнецова. СПб.: Норинт, 2002. С. 917). <2> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 70, л. д. 53.

Министерство Юстиции Копия. Второй Департамент Циркулярно. Отдел Распорядительный 5 Делопроизводство Председателям судебных мест декабря 5 дня 1914 год N 83004 г. Петроград

Согласно ст. 12 прил. к ст. 318 Учрежд. Сенат, «статьи, следующие к напечатанию в Сенатских объявлениях, должны быть присылаемы от присутственных мест и должностных лиц в Сенатскую Типографию за подписью Секретарей по введенным формам с тем, чтобы можно было напечатать в типографии, не прибавляя и не убавляя ничего»… Между тем в числе представленных в Сенатскую Типографию объявлений встречаются, и в очень большом количестве, объявления, не снабженные подписью, или предъявляются чистые, незаполненные бланки, не утвержденные подписью или написанные до того неразборчивым почерком, что при самом тщательном разборе и сличении отдельных букв не представляется возможным установить имена, отчества, фамилии и другие существенные данные, без коих объявление напечатано быть не может. Указанные недостатки объявлений в большинстве случаев не только служат препятствием для своевременного напечатания их, но и создают совершенно лишнюю переписку. Полагая, что изложенные недостатки присылаемых в Сенатскую Типографию объявлений по казенным, правительственным и судебным делам при внимательном составлении их должностными лицами не могли бы иметь места, прошу Ваше Превосходительство о принятии зависящих мер. Объявления должны составляться по установленной форме и ясным, не возбуждающим сомнений, почерком.

Товарищ Министра Юстиции А. Веревкин

Тонкая писчая бумага, неровные отрезы внешних границ листов, формат современного тетрадного листа и менее — это характерные внешние признаки служебных бумаг, поступавших в суд из районов губернии. Примером расположения реквизитов в письме, исходящем от частного лица, является следующее послание в адрес председателя Архангельского окружного суда <3>. ——————————— <3> ГААО. Ф. 69, оп. 15, д. 1, л. д. 6.

Директор Глубокоуважаемый Архангельской губернской Александр Герасимович! гимназии

Его Высокоблагородию На письмо Ваше А. Г. Преснякову от 19 сентября за N 622 имею честь сообщить, что принимать участие в заседаниях Окружного Суда я нахожу для себя более удобным в феврале и ноябре месяцах. Примите мои уверения в совершенном моем почтении и преданности.

N 657 Директор (роспись) сентября 21-го дня 1896 г.

В целом весь поток входящей служебной документации в Архангельском окружном суде можно классифицировать по трем направлениям: 1. Корреспонденция, получаемая из центральных государственных органов, имеющая обязательный для исполнения характер. Содержание писем данной группы достаточно сухо и абсолютно лаконично, выбор слов и построение фраз подчеркивают значимость автора документа. К примеру, 10 сентября 1914 г. в адрес Г-на Председателя Архангельского окружного суда за подписью Старшего председателя Московской судебной палаты Г-на Линка поступило письмо за N 2141 с грифом «спешно» следующего содержания: «Вследствие отношения Первого Департамента Министерства Юстиции от 2-ого сего Сентября за N 43761 имею честь уведомить Ваше Превосходительство для сведения, что Государь Император, по всеподданнейшему докладу Военного Министра Генерал-Адъюнта Сухомлинова, в 21 день Августа сего года Высочайше повелевает соизволить безотлагательно отобрать принудительным порядком, без уплат денежного вознаграждения все самодвижущиеся экипажи, принадлежавшие австрийским подданным, проживающим в России, обратив эти машины на нужды войны» <4>. В этот же период в Архангельском окружном суде получен циркуляр N 2147 однотипного содержания, но уже по отношению к «германским подданным». Письмо Председателя Московской Судебной Палаты за N 2140 требовало произвести действия по организации отбора «всех лошадей, повозок и упряжек, принадлежавших германским и австрийским подданным» <5>. ——————————— <4> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 70, л. д. 36. <5> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 70, л. д. 37 — 38.

Можно привести еще один пример из данной категории переписки. Представленное ниже письмо, казалось бы, носит лишь информационный характер, но при этом оно не теряет своей значимости для получившего его адресата. Из Второго Департамента Министерства Юстиции 16 ноября 1914 г. за N 84192 в адрес «Г. г. Председателей и Прокуроров судебных мест» направлен служебный документ, имеющий следующее содержание: «Государь Император 3 сего декабря Высочайше утвердить соизволит Положение о благотворительной лотерее 1914 года в пользу раненых и больных воинов, семей лиц, призванных на войну, пострадавших от военных бедствий… Продажа лотерейных билетов начнется 8 текущего декабря… Сообщая об этом, прошу Ваше Превосходительство оказать содействие к распространению билетов означенной лотереи путем оповещения о ней подведомственных Вам должностных лиц» <6>. ——————————— <6> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 70, л. д. 51.

2. Вторая группа служебной корреспонденции представляет письма судов, равных по статусу Архангельскому окружному суду. Это такие окружные суды, как Московский, Вологодский, Петрозаводский, Казанский, Смоленский, Рижский, Калужский, Радомский, Минский, Житомирский, Петроковский, Ковенский и другие. Большая часть из писем данной группы носит характер судебных поручений. Содержание текстов в письмах носит конструктивный, шаблонный характер. Так, из Вологодского окружного суда 7 марта 1899 г. за N 1157 в Архангельский окружной суд направлен документ: «Препровождая при сем, на основании ст. 249 ст. уч. гр. суд., повестку в двух экземплярах с приложениями на имя архангельской мещанки Александры Павловны Павловой, жительствующей в г. Архангельске в домах Соловецкого подворья, Окружной Суд просит распоряжения Архангельского Окружного Суда о вручении одного экземпляра этой повестки с приложением в порядке ус. гр. суд. и о возвращении в Вологодский Окружной Суд второго экземпляра повестки с распиской получателя о времени вручения ему таковой» <7>. ——————————— <7> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 22, л. д. 27.

3. Третья группа поступающей корреспонденции, пожалуй, самая многочисленная. Она представлена письмами-запросами от подчиненных и иных государственных и местных органов власти, а также прошениями частного характера от заявителей, представляющих различные социальные группы населения. Использование принятых в делопроизводстве реквизитов при построении документов в деловой переписке XIX — начала XX в. имело свои характерные черты. При этом необходимо оговориться, что в обозначенный период правило написания названий звучало иначе, чем в настоящее время. Ныне действует правило — в названиях организаций единичного характера с прописной буквы пишутся первое слово и входящие в состав названия собственные имена, а названия организаций неединичного характера пишутся со строчной буквы. Более ста лет назад в русском языке действовал другой стандарт, считающий правильным писать: «Архангельский Окружной Суд», «Мировой Судья», «Товарищ Председателя Суда» и т. п. Это необходимо учитывать, анализируя оформление заголовочной части документов. Реквизит «дата документа» также имел особое написание, к примеру «ноября 6 дня 1898 г.». Номер документу присваивался единым валовым порядком, без разбивки по нарядам. Расходятся и подходы к присвоению номера исходящего документа: в угловом штампе, выше даты его подписания проставлялся номер, а чуть ниже, после реквизита «место составления или издания документа» фиксировался номер дела, в связи с которым велась переписка. Как известно, в отечественном судебном делопроизводстве советского и современного периодов действует принцип ведения переписки по номеру дела. Ныне действующими федеральными стандартами документооборота прямо не оговаривается порядок оформления документов на бланке организации при направлении их в адрес ее же структурных подразделений, которые в своем документообороте также используют данный бланк. К примеру, целесообразно ли использовать бланк суда субъекта Российской Федерации при направлении документов с сопроводительным письмом об оплате участия присяжных заседателей из отдела обеспечения судопроизводства уголовной коллегии в адрес финансово-экономического подразделения суда? Или может ли использовать бланк районного (городского) суда приемная этого суда при перенаправлении данного запроса, скажем, администратору суда? Как разрешался данный вопрос в дореволюционном судебном документообороте? Письмом от 5 ноября 1898 г. на типографским способом изготовленном бланке Архангельского Окружного Суда в верхнем правом углу установлен адресат: «Архивариус Архангельского Окружного Суда». Здесь же проставлена отметка данного должностного лица о получении документа, которая совпадает с датой его подписания председателем суда. Содержание документа созвучно с поручениями, которые даются современным архивариусам: «Окружной суд поручает Вам выдать под расписку секретаря гражданского отделения дела Архангельского уездного суда 1880 г. об утверждении крестьянки Татьяны Акимовны Шубной в правах наследства по имуществу…» Далее следовали подписи товарища председателя и секретаря. В нижнем поле листа архивариус, исполнив поручение, произвел отметку «дела доставлены 5 ноября под расписку в книге под N 356 и 357» <8>. Таким образом, использование бланка суда при направлении документа должностному лицу того же суда имело место в дореволюционной практике организации судебного делопроизводства. Кроме этого, в нарядах Архангельского окружного суда встречаются бланочные документы, изготовленные типографским способом, адресованные какому-либо подразделению суда, с оставлением свободного места для размещения текста документа, содержащего то или иное служебное задание. ——————————— <8> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 20а, л. д. 1.

Эволюция систем администрирования и документооборота в настоящее время использует иные формы исполнительской работы, такие как: служебное задание, устное поручение руководителя, детальная проработка обязанностей в должностном регламенте. Кроме этого, решение может быть найдено путем издания внутреннего нормативного акта, регулирующего вопросы делопроизводства и документооборота в суде. При этом необходимо учитывать два основных момента. Первое: реквизиты заголовочной части бланка согласно действующей системе стандарта <9> с 1 по 19 номера содержат общие сведения о суде, которые в подразделении-авторе и в подразделении-адресате одинаковы. Второе, и не менее важное: суды используют гербовые бланки, изготовленные типографским способом <10>, которые находятся на строгом учете и используются по целевому назначению для потребностей организации внешнего документооборота суда как органа государственной власти. Подводя итог размышлениям о возможности использования официальных бланков во внутреннем документообороте, необходимо отметить, что применение в судах электронных систем, обслуживающих движение документов внутри суда, в том числе Государственной автоматизированной системы «Правосудие», во многом позволяет снять актуальность данного вопроса. ——————————— <9> ГОСТ Р 6.30-2003 «Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов», введен в действие Постановлением Госстандарта России от 3 марта 2003 г. N 65-ст. <10> Постановление Правительства Российской Федерации от 27 декабря 1995 г. N 1268 «Об упорядочении изготовления, использования, хранения и уничтожения печатей и бланков с воспроизведением Государственного герба Российской Федерации», в ред. от 14 декабря 2006 г.

Не менее интересным не только с точки зрения порядка оформления, но и сроков исполнения является письмо, изготовленное на бланке председателя Архангельского окружного суда от 10 мая 1897 г. N 811, адресованное «В Архангельский Окружной Суд по Гражданскому отделению». Текст его следующий: «Вследствие отношения Министерства Юстиции от 28 февраля сего года за N 1176, прошу Окружной Суд доставить мне не позднее 10 июня сего года сведения о количестве бывших в производстве, как Окружного Суда, так и упраздненных палат Уголовного и Гражданского суда в 1894, 1895 и 1896 годах за каждый год отдельно… (далее перечислялись категории дел. — Авт.)» <11>. ——————————— <11> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 11, л. д. 33.

Справедливо замечено, что в служебных письмах особое внимание уделяется вопросам этики и специфике делового стиля переписки <12>. Современные письма-запросы и письма-просьбы используют выражения-канцеляризмы, которые используются в шаблонных документах. К примеру, некоторые из них: «Просим оказать содействие…», «Просим выслать в наш адрес…», «Прошу довести до сведения…» и т. д. Делопроизводство сегодняшнего дня во главу угла ставит принцип: «Чтобы сохранить объективность содержания, тон деловой переписки должен во всех случаях оставаться нейтральным». Исследователи особо отмечают: «Нельзя впадать в. крайность — чрезмерную вежливость. Так, совершенно неуместны в деловых текстах фразы типа: «Не откажите в любезности…», так как для деловой переписки скорее характерны сухость и строгость, чем увлечение чрезмерной вежливостью, не обоснованной интересами дела» <13>. Более чем столетие назад деловая переписка была построена на правилах, которые требовали более чем наглядно показывать уважение и почтение к адресату. К примеру, Отделением Государственного банка в Архангельской области при использовании типографского бланка своей организации 23 февраля 1899 г. за N 1673 было направлено письмо следующего содержания: «По встретившейся надобности Отделение Государственного Банка имеет честь покорнейше просить Окружной Суд не отказать доставить в отделение Государственного Банка копию с определения конкурсного управляющего о свойствах несостоятельности бывшего Архангельского 2-ой гильдии купца Петра Андриановича Бартакова» <14>. Реквизит «подпись» представлен в документе тремя наименованиями банковских должностей, подписавших данный документ: управляющий, контролер, секретарь. Причем за личными подписями представленных должностных лиц отсутствует их расшифровка. Данная особенность характерна для большинства документов периода конца XIX — начала XX в., что увеличивает сроки точного определения авторства документа или делает его спустя столетия невозможным. Резолюция же председателя Архангельского окружного суда лаконична: «сообщить копию». Век нынешний, требующий детальной проработки исполнительской дисциплины, рекомендует руководителю указывать не только порядок действий, но и конкретного исполнителя(ей) в порядке очередности и возрастания меры ответственности, а также срок исполнения поручения. К тому же в зависимости от степени важности документа в современном судебном делопроизводстве документ может быть взят на контроль с проставлением соответствующей отметки. Есть все основания предполагать, что применение механизма «контрольного документа» в том смысле, который вкладывается в него в настоящее время, в дореволюционном делопроизводстве не реализовывалось. Однако речь о сроках исполнения поручений в некоторых документах категории «служебная переписка» все же встречается. Причем без указаний фамилий исполнителей и получения с них личных подписей. ——————————— <12> Андреева В. И. Делопроизводство: организация и ведение. М.: Кнорус, 2007. С. 123. <13> Кирсанова М. В., Анодина Н. Н., Аксенов Ю. М. Деловая переписка. М.: Инфра-М, 2007. С. 40. <14> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 22, л. д. 16.

Запрос мирового судьи 3-го участка г. Архангельска, направленный в Архангельский окружной суд 6 марта 1899 г., имел следующее содержание: «Прошу сообщить — нет ли каких-либо исков или споров на имущество мещанки Анны Герасимовны Григорьевой, заключающемся в двухэтажном деревянном доме, расположенном в 3 части г. Архангельска, по Американской улице». В нижней части страницы листа, на котором составлен данный запрос, имеется отметка, осуществленная безымянным исполнителем: «справка на обороте». Действительно, на обороте листа под заголовком с подчеркиванием «справка» присутствует следующий текст: «На означенном недвижимом имении мещанки Анны Герасимовны Григорьевой никаких исков и справок по делам суда не состоит». Далее проставлена дата исполнения — «марта 9 дня 1899 года», а также наименование должности исполнителя — секретарь и его роспись без расшифровки <15>. Представленный метод работы по фиксации того, какого содержания дан ответ на свободном поле листа самого запроса, был характерен для ведения служебной переписки конца XIX — начала XX в. ——————————— <15> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 22, л. д. 17.

Ставшая привычной сегодня в деловом документообороте отметка о наличии приложения в документах конца XIX в. отсутствовала повсеместно. В Архангельский окружной суд 15 марта 1899 г. за N 431 поступил рапорт волостного старшины Шенкурского уезда следующего содержания: «Во исполнение предписания от 17 минувшего февраля за N 357, имею честь представить подписку крестьянина Петра Семеновича Костылева в получении копии Окружного Суда за N 356 и в объявлении означенного предписания». Кроме волостного старшины данное письмо, по сути и стилю изложения относящееся к сопроводительному, заверено не только подписью волостного старшины, но и писарем той же волости. В документе нет отметки о соответствующем приложении, но так как подшивка в наряде произведена с соблюдением принципа последовательности, то расписка адресата предписания приложена фактически. Сам по себе текст данного судебного документа представляет интерес для изучения тонкостей формулирования выражений, имеющих типовой для канцелярского языка конца XIX в. характер: «1899 года марта 5 дня, я нижеподписавшийся крестьянин Устьпаденгской волости Шенкурского уезда деревни Корняковской Петр Семенович Костылев даю сию расписку в том, что предписание Устьпаденгского Волостного старшины от 26 минувшего февраля за N 1950 мне объявлено, и при этом препровожденную копию из Архангельского окружного суда от 17 минувшего февраля за N 356 получил, в чем и подписываюсь». Далее, чуть ниже в документе представлена собственноручная отметка самого подписывающегося, причем с указанием социального статуса: «крестьянин Петр Костылев». В нижнем поле листа содержание документа завершает приписка «расписку отобрал сельский староста», с его аккуратно вензелями украшенной подписью <16>. ——————————— <16> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 22, л. д. 22, 23.

Содержание текста документа по общему требованию современного делопроизводства должно иметь лаконичный и четкий характер, быть максимально наполнено при помощи минимума слов. Кроме этого, содержание текста служебного письма не должно оставлять неясных вопросов давать повод к дальнейшей переписке. Служащие конца XIX в. принимали данный подход к подготовке документов. Всего несколько строк имеет ответ Архангельского Губернского правления на запрос Архангельского окружного суда, но информативность данного документа максимально высока: «Вследствие отношения от 15 сего июня за N 1308 Губернское правление имеет честь уведомить Окружной Суд, что в донесении Советника Губернского правления от 24 июня 1886 года за N 5, командированного Г. Губернатором для расследования причин пожара, бывшего в г. Онега 5 июня 1886 года, и его последствий, между прочим, значится следующее: «по объяснению Уездного Судьи фон Миллера ни одно из текущих дел Уездного Суда не сгорело, а уничтожены только архивы и мебель» <17>. Письмо заверено росписями Вице-губернатора, Старшего советника и Советника без указания в трио реквизита «подпись» расшифровки фамилий, имен и отчеств подписавших документ чиновников. ——————————— <17> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 22, л. д. 59.

Каждое оконченное производством дело является источником комплектования архива и по его сдаче в архивохранилище становится единицей архивного хранения. Современное законодательство и вытекающие из него нормы судебного делопроизводства полностью исключают передачу дел в иные органы государственной власти. Век девятнадцатый применял иные подходы. В Архангельский окружной суд из Архангельской контрольной платы 29 ноября 1897 г. поступило письмо следующего содержания: «Контрольная палата, на основании 158 статьи Правил счетоводства для распорядительных правил имеет честь покорнейше просить Архангельский Окружной Суд прислать в палату на короткое время дела гражданского отделения о поступивших в казну пошлинах (кроме судебных) по утверждении торгов, по признанию права собственности по давности и по выкупу недвижимого имущества за август — декабрь 1896 года» <18>. Как следовало из дальнейшей переписки, в адрес палаты незамедлительно, 12 декабря 1897 г., было выслано 19 дел. Возвращены же они были 10 января 1898 г. ——————————— <18> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 11, л. д. 70.

Организация архивного хранения документов включает хранение тех из них, которые были представлены суду, являлись одним из оснований для вынесения судебного решения и были приобщены к материалам дела. В современном судебном делопроизводстве данный вопрос четко урегулирован. Однако так было не всегда. Письмо, полученное Архангельским окружным судом из одноименного губернского правления от 4 января 1900 г. за N 14, имеет примечательное содержание: «Палатой Уголовного и Гражданского Суда при отношении от 31 августа 1890 года за N 5094, препроводила в Губернское правление для хранения в архив Губернской Чертежной четыре плана на имения крестьян… и четыре выкипировки с планов… По Высочайше утвержденному 2-ого декабря 1989 года Положению Комитета Министров и инструкции для межевых архивов постановлено хранить в архивах Губернских Чертежных только планы на надельные земли, между тем, как, по рассмотрении вышеуказанных планов, оказалось, что они не есть планы на всю землю, поступившую в наделы крестьян, а только планы на мелкие земельные участки, и как не представляющие собой документа и не имеющие подписей и даже печати Главного Выкупного Учреждения, в Губернских Чертежных архивах хранимы быть не могут. Вследствие чего Губернское правление имеет честь возвратить при сем означенные четыре плана и четыре выкипировки на распоряжение Архангельского Окружного Суда». Так отправленные десятилетие назад документы были препровождены обратно. Резолюция председателя поставила точку в вопросе: «Присланные планы приобщить к делу… и хранить в Архиве Суда» <19>. ——————————— <19> ГААО. Ф. 69, оп. 2, д. 24, л. д. 6.

Служебная переписка конца XIX — начала XX в. отличается удивительным своеобразием. Это в первую очередь относится к одному из центральных реквизитов документа — его содержанию. Из века в век документы служебной судебной переписки через мысли авторов документов донесли дух давно ушедшего времени. Возможность ознакомиться с нарядами Архангельского окружного суда под наименованием «Переписка, прошения по разным предметам и всякого рода другие бумаги, поступившие в суд» представлена благодаря принятию их на вечное хранение в государственные архивохранилища. Согласно действующей редакции «Перечня документов федеральных судов общей юрисдикции, с указанием сроков хранения» срок хранения документов категории «переписка» составляет 5 лет ЭПК. Только после принятия соответствующего решения экспертной комиссией суда возможно уничтожение документов, относимых к служебной переписке, а значит, и сохранение наиболее ценных из них для будущих поколений.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *