Институт собирания информации о благонадежности контрагентов в России (историко-правовой анализ)

(Серова Ю. Г.) («История государства и права», 2012, N 7) Текст документа

ИНСТИТУТ СОБИРАНИЯ ИНФОРМАЦИИ О БЛАГОНАДЕЖНОСТИ КОНТРАГЕНТОВ В РОССИИ (ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ) <*>

Ю. Г. СЕРОВА

——————————— <*> Serova YU. G. Institute research of collecting information about contractor loyalty in Russia (historical-law analysis).

Серова Юлия Геннадьевна, начальник планово-производственного отдела управления «КЦОИ-1» Главного управления Центрального банка Российской Федерации по Нижегородской области, кандидат юридических наук.

Статья посвящена исследованию института собирания информации о благонадежности контрагентов в России на основе историко-правового анализа архивных документов и правовых памятников XIX — начала XX в. Также автор рассматривает вопросы деятельности «бюро кредитных историй» в современной России.

Ключевые слова: кредитоспособность, справочные бюро, учетный комитет, бюро кредитных историй, Государственный банк, Банк России.

The article is devoted to the institute research of collecting information about contractor loyalty in Russia on the basis of analysis of archive documents and judicial artifacts of XIX — beginning of XX centuries. Also the author examines issues of credit bureau activity spreading in modern Russia.

Key words: creditworthiness, information office, registration committee, credit bureau, State Bank, Bank of Russia.

Развитие промышленности, сельского хозяйства, транспорта, торгового оборота и финансовых отношений влечет активизацию процесса заключения сделок, лидирующее место из которых занимают договоры «с элементами кредита» (кредитный договор, заем, запродажа, купля-продажа с отсрочкой платежа и т. д.). В XIX в., определяемом высоким уровнем экономического развития России, создались наиболее благоприятные условия для активного применения «кредитных сделок» и стал наиболее актуальным вопрос «собирания точных сведений о коммерческой солидности» <1> контрагента. ——————————— <1> Энциклопедический словарь Брокгауза Ф. А. и Ефрона И. А. URL:http://be. sci-lib. com.

На первоначальном этапе потребность заинтересованных лиц в сведениях о кредитоспособности удовлетворялась исключительно дружественно-деловыми справками <2>. Для этого купец справлялся у другого купца, которого он лично знал, об имущественном положении третьего купца, либо обращался к посредничеству нотариусов, банкиров, маклеров и т. д. Эта система базировалась на убеждении, «что услуги, которые одна фирма оказывает другой, давая требуемые сведения, в свою очередь, окупаются соответствующими услугами с той стороны и что существует общий интерес в торговых и промышленных сферах — обеспечить себя от ненадежных должников» <3>. ——————————— <2> Генкин Д. М. Справки о торговой кредитоспособности (юридическое исследование). М., 1911. С. 2. <3> Справочные бюро о кредитоспособности // Вестник финансов, промышленности и торговли, указатель правительственных распоряжений по Министерству финансов. СПб., 1903. Т. II. С. 293.

Особыми субъектами в процессе получения и распространения сведений о кредитоспособности являлись кредитные учреждения, которые удостоверялись в благонадежности своих заемщиков при помощи существовавших учетных комитетов. Такой практики придерживался и Государственный банк Российской империи. Единообразного подхода в определении кредитоспособности клиентов, применяемого членами учетных комитетов, не существовало, а даваемые ими рекомендации носили субъективный характер. При анализе переписки Нижегородской конторы Государственного банка по вопросам «кредитоспособности фирм и лиц» встречаются следующие результаты оценки благонадежности заемщиков, даваемые учетными комитетами. В отдельных случаях при выдаче заключений учетный комитет ограничивался установлением лимита кредитования. Так, на запрос управляющего Нижегородской конторы Государственного банка об имущественном положении и кредитоспособности Воронежское отделение Государственного банка сообщило, что «по мнению членов Учетного комитета, Баев А. И. заслуживает кредита до 500 рублей» <4>. ——————————— <4> Центральный архив Нижегородской области (далее — ЦАНО). Ф. 403. Оп. 674. Д. 878. Л. 11.

Иногда, помимо указания на лимит кредита, давалась и общая характеристика дел клиента. Так, управляющий Рижской конторой Государственного банка указывал, что «по делам З. И. Хайкевича имею честь сообщить, что по дополнительным сведениям, собранным от членов Учетного комитета Конторы, администрация эта обладает чистым капиталом за вычетом долгов приблизительно в 100 тысяч рублей. Имеет крупные поставки обмундирования на Риго-Орловскую, Северно-Западную, Ташкентскую и Забайкальскую железные дороги. Дела администрации по делам З. И. Хайкевича признаются хорошими и, по мнению членов Учетного комитета Конторы, представляется возможным открыть ей кредит в Государственном банке до 10 тысяч рублей» <5>. ——————————— <5> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д. 878. Л. 114.

В отдельных случаях, кроме финансового состояния дел, учетные комитеты давали оценку и личностным характеристикам потенциального заемщика. Так, управляющий Московским отделением Государственного банка в своем письме информировал о том, что «в Вятке существует Т-д. «Павел Косолапов с С-ми», в котором Михаил Павлович состоит членом и отвечает всем своим имуществом за долги торгового дома. С означенным торговым домом Михаил Павлович Косолапов ведет многолетний судебный процесс о нарушенных имущественных интересах. Не имея права на отдельную торговлю — торговля железом на имя жены Александры Васильевны и на векселях ее ставит свой бланк как поручитель. Следовательно, как торговец Михаил Косолапов отдельно не существует. Торговые обороты значительные, тысяч 300 в год. Имущественная сторона также опасений не внушает, но нравственная сторона и запутанная юридическая сторона взаимоотношений между участниками двух фирм заставляет соблюдать сдержанность» <6>. ——————————— <6> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д. 878. Л. 127.

Случалось, что информация, подготовленная учетными комитетами, служила важным элементом в процессе предотвращения преступлений. Примером предотвращения совершения мошеннических операций служит письмо управляющего Московским отделением, в котором Нижегородской конторе сообщалось о том, что «запрашиваемые лица не обладают абсолютно никакой кредитоспособностью; но у меня возникло сомнение, что их подписи вообще могли появиться на предъявленных во вверенной вашему превосходительству конторе к учету векселях: Братухин умер в начале прошлого года, не оставив никакого имущества; торговое дело его ликвидировано. Вахрушев Тимофей Парфенович умер 3 года тому назад. По его делам учреждено конкурсное управление. Вахрушев Степан Федорович объявлен несостоятельным должником еще в 1912 г. Взыскание с него производится между прочим по поручению Нижегородской конторы по векселям на 8000 р., протестованным в 1912 г.» <7>. ——————————— <7> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д. 994. Л. 122.

В большинстве же случаев члены учетного комитета давали общие формулировки о кредитоспособности заемщиков. Так, например, в ответе управляющего Нижегородской конторы Государственного банка на запрос Сарапульского отделения Государственного банка содержится следующая оценка кредитоспособности заемщика: «пароходное предприятие Пермского купца Николая Васильевича Мешкова, по мнению Учетного комитета Нижегородской конторы, дело очень солидное и заслуживает кредита в крупном размере» <8>. А в письме управляющего Рижской конторой Государственного банка «вследствие отношения от 4 мая сего года за N 14676, имею честь сообщить, что Пелагея Ивановна Полякова (мануфактурная торговля) кредита не заслуживает» <9>. ——————————— <8> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д. 878. Л. 35. <9> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д 994. Л. 51.

Помимо переписки между конторами и отделениями Государственного банка источником сведений о кредитоспособности в дореволюционной России считались справки полиции и податной инспекции <10>. ——————————— <10> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д 878. Л. 36.

В архивах содержится письмо податного инспектора 1-го участка Шадринского уезда Пермской губернии, адресованное Нижегородской конторе Государственного банка, в котором сообщалось, что «Пелагея Георгиевна Будакова, постоянно живущая в дер. Тюриковой Шадринского уезда, имеет в дер. Тюриковой усадьбу, на которой, кроме каменных служб, находятся 4 жилых дома; из них один каменный, приблизительная стоимость этого имущества — до 20 — 25 тысяч руб.; занимается Будакова скупкой для перепродажи, крупными партиями кожи, шерсти, пуха, пера, волоса и щетины; продает на Нижегородской и Ирбитской ярмарках и часто прямо за границу; таковое же дело у нее в г. Троицке Оренбургской губернии по особому промысловому свидетельству; весь оборот ее около 150 тысяч рублей; среди коммерсантов г. Шадринска и в местных банках она пользуется доверием» <11>. ——————————— <11> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д 878. Л. 55.

Обмен информацией о кредитоспособности являлся двусторонним процессом. Конторы и отделения Государственного банка нередко предоставляли информацию по запросу государственных органов власти. Так, начальник Нижегородского удельного округа, обращаясь к управляющему Нижегородской конторы Государственного банка в конфиденциальном порядке, и просил следующее: «Милостивый Государь, Николай Павлович! Петроградско-Брагорское лесопромышленное акционерное Общество, заседание Правления которого в г. Петрограде, Знаменская ул., д. N 6, обратилось с просьбой об открытии ему при покупке леса из дач Нижегородского Удельного округа — кредита под векселя на сумму до пятидесяти тысяч рублей. Ввиду изложенного покорнейше прошу Ваше Превосходительство не отказать в сообщении кредитоспособности означенного Общества» <12>. ——————————— <12> ЦАНО. Ф. 403. Оп. 674. Д 994. Л. 36.

Сложившийся порядок определения кредитоспособности с помощью учетных комитетов не был совершенен. Во-первых, заключения учетных комитетов носили субъективный характер, поскольку на практике «весь учетный портфель каждого банка базировался на знании обширной деловой среды, обслуживаемой банком, какими-нибудь 5 — 10 купцами. Если же принять, что в каждое данное заседание являлось часто 2 — 3 члена, то станет совершенно ясно все несовершенство существующего порядка определения кредитоспособности» <13>. Во-вторых, процесс получения сведений от учетных комитетов характеризовался длительными сроками. ——————————— <13> Назревшая реформа порядка собирания сведений о кредитоспособности // Банковская и торговая газета. СПб. 29.03.1903. N 13. С. 237.

Таким образом, указанные негативные факторы в процессе получения сведений о кредитоспособности приводили к недостаточной осведомленности кредитных учреждений и, как следствие, «отказы в кредитах или кредиты с избыточной осторожностью ограничиваются слишком низкими нормами» <14>, что в целом делало кредит доступным ограниченному кругу лиц. ——————————— <14> Там же. С. 238.

В отличие от кредитных учреждений, промышленники и торговцы не располагали и таким вспомогательным средством для оценки клиентуры, как показания учетных комитетов. Для получения сведений о кредитоспособности купцы содержали особых лиц, получающих, кроме жалованья, еще суммы «на представительство». Задача таких лиц сводилась к тому, чтобы пригласить потенциального клиента в трактир, где от него в неформально обстановке получить данные о его имущественном положении. Такой способ оценки широкого распространения не получил, поэтому вопрос о получении информации о кредитоспособности контрагентов несомненно относился к категории актуальных. Дальнейшее развитие промышленного оборота (возникновение новых промышленных районов, специальных производств), расширение и усложнение торговли (развитие ярмарочной торговли, расширение международной торговли), совершенствование транспорта (расширение сети железных дорог), кредитно-финансовой системы (появление и распространение акционерного дела, увеличение количества торговых сделок «в кредит») привело к необходимости реорганизации существовавших приемов собирания сведений о благонадежности лиц, с которыми приходится вступать в сделки. Так, по мнению А. И. Каминки, адекватным сложившимся экономическим условиям в вопросах определения кредитоспособности лиц являлся «институт справочных бюро, явление совершенно новое и имеющее огромное значение для делового оборота» <15>. ——————————— <15> Каминка А. И. Основы предпринимательского права. М.: Зерцало, 2007. С. 75.

Справочные бюро о кредитоспособности появились и получили развитие в странах англосаксонского права. Первое подобное учреждение возникло в начале XIX в. в Англии. В 1841 г. появилось в Америке первое в мире бюро, которое занималось исключительно кредитом и работало из одного центра с помощью корреспондентов. В Германии первые справочные учреждения были основаны в 1862 г., а с 1872 г. начало свою деятельность справочное учреждение Шиммельпфенга, получившее всемирную известность. В дореволюционной России справочные конторы о кредитоспособности не получили достаточного распространения. Законодательство Российской империи предусматривало существование комиссионных контор <16>; содержалась норма о запрете организовывать «конторы для хождения по делам частных лиц» <17>, а о возможности возникновения справочных контор по кредитоспособности в дореволюционном праве не говорилось ничего. Препятствовало развитию в России контор по кредитоспособности не только отсутствие нормативного регулирования, но и «обычай русского коренного купечества облекать свои дела коммерческой тайной» <18>. ——————————— <16> СЗ РИ. Т. XI. Ч. 2. Устав торговый. Ст. 54 (изд. 1903 г.). <17> СЗ РИ. Т. X. Ч. 1. Ст. 2295 (изд. 1903 г.). <18> Энциклопедический словарь Брокгауза Ф. А. и Ефрона И. А. URL: http://be. sci-lib. com.

В 1898 г. была предпринята попытка пересмотра сложившейся ситуации, вопрос об учреждении контор по кредитоспособности в России разбирался особой комиссией при Министерстве финансов, которая по результатам работы пришла к следующим выводам: «1) конторы должны быть разрешаемыми правительством; 2) разрешение дается только союзам торговцев и промышленников, или торговым учреждениям — биржевым комитетам, купеческим управам, банкам и пр. или частным лицам, отличающимся благонадежностью; 3) в качестве имущественной гарантии обязателен залог; 4) конторы не могут быть открываемы ни анонимными товариществами, ни иностранцами; 5) собирать и выдавать сведения они могут только об имущественном положении лица; 6) контроль со стороны финансовых или административных учреждений (ревизия) обязателен; 7) правительству предоставляется право закрывать заведения и налагать штрафы, а частным лицам взыскивать убытки за злой умысел при сообщении неверных сведений» <19>. Несмотря на то что вопрос об открытии контор по кредитоспособности в России комиссией в целом был рассмотрен положительно, проблема нормативного закрепления статуса так и не была решена. ——————————— <19> Справочные бюро о кредитоспособности // Вестник финансов, промышленности и торговли, указатель правительственных распоряжений по министерству финансов. СПб., 1903. Т. II. С. 297.

Только в 1905 г. был принят закон <20>, которым было предоставлено право открытия контор для выдачи справок о коммерческой кредитоспособности биржевым комитетам, обществам и союзам торговцев, промышленников и торгово-примышленных предприятий, а также частным лицам и учреждениям. В указанном законе содержались высокие требования к таким организациям. Так, решение об открытии (закрытии) контор должно было приниматься министром торговли и промышленности по соглашению с министром внутренних дел; требовался залог в размере 25 тыс. руб. при открытии таких контор. В связи с этим до января 1907 г. открылись только две конторы. ——————————— <20> Энциклопедический словарь Брокгауза Ф. А. и Ефрона И. А. URL: http://be. sci-lib. com.

Таким образом, институт собирания информации о благонадежности контрагентов в Российской империи можно характеризовать в целом следующей цитатой: «В деле определения кредитоспособности Россия предпочла составить исключение в семье культурных народов» <21>. ——————————— <21> Назревшая реформа порядка собирания сведений о кредитоспособности // Банковская и торговая газета. СПб., 1903. С. 239.

В советский период институт собирания сведений о кредитоспособности не получил развития и нормативного закрепления. В Российской Федерации вопрос о создании правовой базы института собирания и хранения сведений о кредитоспособности лиц прорабатывался с 1997 г. Неоднократно в Государственную Думу вносились проекты законов о создании бюро кредитных историй <22>. ——————————— <22> Проект Федерального закона «О Федеральном государственном архиве кредитных историй», внесенный депутатами Государственной Думы Медведевым П. А. и Лунтовским Г. И. в 1997 г. URL: http://www. creditnet. ru/cc/library.

В настоящее время Федеральный закон от 30 декабря 2004 г. N 218-ФЗ «О кредитных историях» <23>, вступивший в силу с 1 июня 2005 г., регламентирует деятельность по оказанию услуг по формированию, обработке и хранению кредитных историй, а также определяет правовой статус коммерческих организаций, оказывающих данные услуги, — бюро кредитных историй. ——————————— <23> Федеральный закон Российской Федерации «О кредитных историях» N 218-ФЗ от 30 декабря 2004 г. // Российская газета. 13.01.2005. N 2 (в ред. N 110-ФЗ от 21 июля 2005 г. // Российская газета. 27.07.2005. N 162; в ред. N 214-ФЗ от 24 июля 2007 г. // Российская газета. 01.08.2007. N 165; в ред. N 65-ФЗ от 6 апреля 2011 г. // Российская газета. 08.04.2011. N 75).

Россия пошла по пути формирования системы частных бюро кредитных историй, хотя на этапе создания нормативной базы, регламентирующей деятельность бюро кредитных историй <24>, так и в настоящее время высказываются мнения о необходимости «создания бюро кредитных историй при Банке России». Плюсы и минусы создания в России публичного бюро кредитных историй это тема отдельного научного исследования. ——————————— <24> Законопроект депутатов Государственной Думы РФ А. Г. Аксакова, И. Ю. Артемьева, Н. Ю. Брусникина и др. «О Федеральном бюро кредитных историй Российской Федерации». URL: http://www. lawmix. ru/law_project.

В настоящее время в России действует 32 бюро кредитных историй <25>, но при законодательно допустимой возможности существования нелимитированного количества бюро кредитных историй важная роль отводится Центральному банку Российской Федерации, он является «единым информационным центром» <26>. ——————————— <25> Официальный сайт Центрального банка Российской Федерации. URL:http://www. cbr. ru. <26> Голубев С. А., Алексеева Д. Г., Пыхтин С. В. и др. Предисловие к комментарию Федерального закона «О кредитных историях» (постатейный) / М.: Волтерс Клувер, 2006.

В структуре Банка России создан Центральный каталог кредитных историй, осуществляющий хранение титульных частей всех кредитных историй, которые ведут бюро кредитных историй на территории России, информации о том, в каких бюро кредитных историй хранятся кредитные истории, соответствующие указанным титульным частям, а также коды субъектов кредитных историй и предоставляет информацию субъектам кредитных историй и пользователям кредитных историй на безвозмездной основе на основании их запросов. Кроме того, Центральный каталог кредитных историй при прекращении деятельности бюро (ликвидация, реорганизация, лишение права заниматься этой деятельностью) до передачи базы данных в дальнейшем другим бюро кредитных историй, осуществляет временное хранение базы данных бюро кредитных историй, за исключением случая, если база данных не была приобретена в установленном законодательством порядке другими бюро. Появление в России специального закона, закрепляющего правовые основы деятельности бюро кредитных историй, несмотря на существование таких спорных вопросов <27>, как соблюдение режима банковской тайны, «полная добровольность практически для всех участников процесса обмена информацией», является, несомненно, важным этапом в развитии института собирания сведений о благонадежности лиц. ——————————— <27> Там же.

На наш взгляд, необходимыми элементами развития в целом института собирания сведений о благонадежности контрагентов и, в частности, распространения деятельности «бюро кредитных историй» в России будут являться следующие направления. Во-первых, это расширение субъектного состава лиц, предоставляющих сведения о благонадежности лиц. Так, получение бюро кредитных историй данных по информационной базе Федеральной налоговой службы РФ, выполненное по запросам банков, несомненно, будет способствовать выявлению истинных параметров кредитоспособности заемщиков. Данное предложение неоднократно высказывалось банковским сообществом, банкиры рассматривают данную меру как возможность минимизации рисков банковского кредитования, вызванными недобросовестными заемщиками <28>. Помимо органов государственной власти интересны в плане пополнения сведений о благонадежности лиц, сведения и от коммерческих структур (например, операторов сотовой связи). ——————————— <28> Плеханова В. Хранители кредитных историй (интервью с А. Клычковым, президентом Национального бюро кредитных историй) // Консультант. 2007. Февраль. N 3.

Во-вторых, это создание комплекса мотивационных мер, направленных на появление заинтересованности у субъектов, обладателей кредитной истории иметь положительную кредитную историю. Так, в Европе XIX в. была распространена практика давать «самопоказания» <29>, делать декларации, поскольку отсутствие историй являлось отрицательным фактором, так же как и наличие негативной кредитной истории. ——————————— <29> Энциклопедический словарь Брокгауза Ф. А. и Ефрона И. А. URL: http://be. sci-lib. com.

И в-третьих, увеличение количества субъектов, способных получать информацию из бюро кредитных историй. Поскольку сфера применения существующего закона о кредитных историях — это отношения, складывающиеся на финансовом рынке страны, а именно в банковском секторе, как следствие, кредитную историю того или иного субъекта могут получить только банки и кредитные организации. Если компания, не являющаяся кредитной организацией, кредитует другую фирму (совершает кредитную сделку), то она также сможет только с согласия дебитора получить в бюро кредитных историй его историю. В ином случае бюро ее просто не выдаст. Если же организация хочет узнать, какая кредитная история у ее потенциального партнера, то на практике проще попросить последнего получить свою кредитную историю и передать ее компании. В противном случае встает вопрос о нарушении коммерческой тайны организации, а в случае с заемщиком-гражданином — его прав на охрану персональных данных. Для развития малого и среднего бизнеса, не имеющего собственной службы безопасности, обеспечивающей информацией о благонадежности потенциального клиента, возможность получения сведений о контрагенте из имеющейся базы значительно снизила бы риски неисполнения обязательств по «кредитным сделкам».

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *