Биометрические технологии в процессе индивидуализации человека

(Мызров С. Н., Лукашевич С. В.) («Российский следователь», 2013, N 15) Текст документа

БИОМЕТРИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ В ПРОЦЕССЕ ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ ЧЕЛОВЕКА <*>

С. Н. МЫЗРОВ, С. В. ЛУКАШЕВИЧ

——————————— <*> My’zrov S. N., Lukashevich S. V. Biometric technologies in the process of individualization of a human being.

Мызров Сергей Николаевич, доцент кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Ульяновского государственного университета, кандидат юридических наук.

Лукашевич Светлана Владимировна, ассистент кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Ульяновского государственного университета.

При рассмотрении физического лица как субъекта права неизбежно возникает вопрос о его индивидуализации. В данной статье рассмотрены способы применения биометрических технологий в процессе индивидуализации человека, а именно применение дактилоскопической информации, индивидуализации по геометрии руки, по сетчатке глаза, ДНК-идентификация. Оценивается состояние нормативно-правовой базы по данному вопросу. Обосновывается необходимость дальнейшей проработки рассматриваемой тематики.

Ключевые слова: индивидуализация человека, ДНК-идентификация, дактилоскопия, идентификация по сетчатке глаза.

When we consider the physical person as legal subject inevitably there is a question on his individualization. The article examines ways of use of biometric technologies, such as fingerprints, hand geometry, eye retina, DNA identification. The condition of the standard-legal base about this question is given. Necessity of the further study of considered subjects is proved.

Key words: individualization of a human being, DNA-identification, dactylography, eye retina identification.

В связи с развитием рынка информационных технологий и появлением новых услуг, таких как удаленное управление банковскими счетами, заказ и оплата товаров и услуг, получение информации и т. д., индивидуализация личности все чаще осуществляется при помощи биометрических технологий. Наиболее распространенным является использование дактилоскопической информации. При этом под дактилоскопической информацией понимается информация об особенностях строения папиллярных узоров пальцев рук человека и о его личности <1>. ——————————— <1> Федеральный закон от 25.07.1998 N 128-ФЗ «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации» (ред. от 27.06.2011) // Российская газета. 1998. N 145.

Использование отпечатков пальцев вышло далеко за рамки криминалистики и широко используется в других отраслях права, в том числе гражданско-правового характера, например при оказании охранных услуг. Это объясняется множеством причин. Во-первых, наличием множества разработанных и используемых сканеров отпечатков пальцев. Во-вторых, существованием готовых к применению устройств и терминалов идентификации отпечатков пальцев. В-третьих, наличием подробно описанных и проверенных практикой алгоритмов идентификации отпечатков пальцев <2>. ——————————— <2> Кухарев Г. А. Биометрические системы: методы и средства идентификации личности человека. СПб.: Политехника, 2001. С. 15 — 16.

Отпечатки пальцев для распознавания личности применялись уже в Древнем Египте, Ассирии, Китае и Японии. В этих странах для удостоверения личности при заключении сделок применялся отпечаток большого пальца. В 1914 г. на Международном полицейском конгрессе, проходившем в Монако, этот метод получил официальное признание как научный. В каждом отпечатке пальцев можно выделить признаки двух видов: глобальные и локальные. К первому относятся признаки, которые можно отличить невооруженным глазом. В отпечатках разных людей могут содержаться идентичные глобальные признаки, однако совершенно невозможно наличие в этих же отпечатках одинаковых локальных признаков. При этом идентификации глобальных признаков может быть достаточно для точного сравнения двух отпечатков пальцев <3>. ——————————— <3> Там же. С. 18 — 20.

Еще одна похожая по принципу действия технология — индивидуализация по форме руки. С помощью специального устройства, состоящего из камеры и нескольких подсвечивающих диодов, строится трехмерный образ кисти руки, по которому формируется сверстка и распознается человек <4>. ——————————— <4> Тумоян Е. П. Разработка и исследование метода создания и использования хранилищ ключевой информации на основе распознавания биометрических образов: Дис. … канд. тех. наук. Таганрог, 2003. С. 20.

Действующее законодательство не предусматривает подобного способа индивидуализации личности, однако он широко используется для идентификации клиентов банков, а также контроля доступа в специальные помещения в банках. Более 100 сканеров геометрии рук установлено в банках России <5>. ——————————— <5> Кухарев Г. А. Указ. соч. С. 42.

В зарубежных странах известны следующие способы использования данной технологии: контроль доступа в Олимпийскую деревню в г. Атланта, США, в 1996 году; контроль доступа в помещения и на объекты аэропортов; контроль доступа на объекты электростанций; контроль доступа в больницы и миграционные службы. Вероятно, подобное применение технологий с использованием геометрии руки может найти место и в России, после закрепления на законодательном уровне. На сегодняшний день существует два способа использования геометрии руки. Первый основан исключительно на геометрических характеристиках руки, второй — на смешанных геометрических и образовых характеристиках. К последним относят образы на сгибах между фалангами пальцев и узоры подкожных кровеносных сосудов. Предпочтительным является второй способ, т. к. в первом случае не исключается возможность использования муляжа кисти руки с характеристиками зарегистрированной в системе личности, что приведет к ошибкам в индивидуализации <6>. ——————————— <6> Там же. С. 40.

Выпускаются и системы, индивидуализирующие человека по расположению вен на лицевой стороне ладони. С помощью инфракрасной камеры считывается рисунок вен на лицевой стороне ладони или кисти руки, полученная картинка обрабатывается, и по схеме расположения вен образуется цифровая сверка <7>. ——————————— <7> Тумоян Е. П. Указ. соч. С. 20.

Все большую популярность приобретает идентификация по сетчатке глаза. Для того чтобы сетчатка глаза стала видна, человеку необходимо посмотреть на удаленную световую точку, и таким образом подсвеченное глазное дно сканируется специальной камерой <8>. ——————————— <8> Там же.

Рисунок радужной оболочки глаза стабилизируется в возрасте от шести месяцев до двух лет и не изменяется в течение всей жизни. Он также является уникальной характеристикой человека. Для его сканирования достаточно использования портативной камеры со специализированным программным обеспечением, позволяющим захватывать изображения части лица, из которого выделяется рисунок радужной оболочки, по которому строится цифровой код для идентификации человека <9>. ——————————— <9> Там же. С. 20 — 21.

Подобные способы идентификации применяются в Германии, Японии и США при проведении банковских операций через банкоматы. В России данный способ идентификации применяется для защиты от несанкционированного доступа к объектам различного рода. Кроме того, такая индивидуализация позволяет отслеживать присутствие и отсутствие людей на рабочих местах, посетителей, лиц, имеющих доступ к каждой точке контроля доступа, и т. д. <10>. ——————————— <10> Лосев М., Сидоров В. Интегрированные биометрические системы контроля доступа по радужной оболочке глаза // Электроника: наука, технология, бизнес. 2004. N 6. С. 14 — 15.

Еще одним способом индивидуализации человека является ДНК-идентификация — современный высокоэффективный метод идентификации личности на основе исследования генетических свойств. Суть снятия отпечатков ДНК заключается в том, что некоторое количество ДНК, полученное из любой ядросодержащей ткани индивидуума, с помощью фермента расщепляют на фрагменты различной величины. Причем набор фрагментов индивидуален для каждого человека и неизменен на протяжении всей жизни. Так как каждый человек в соматических клетках имеет удвоенный набор хромосомных локусов (один от отца, другой от матери), то на основании анализа ДНК можно установить родство <11>. ——————————— <11> Исаева Л. Идентификация личности погибшего // Законность. 2001. N 2. С. 11.

ДНК-идентификация требует самого внимательного отношения к тому, как она применяется, важнейшей задачей здесь является разработка правового обеспечения, которое должно охватить все наиболее значимые аспекты использования ДНК-идентификации в практике. Это связано прежде всего с тем обстоятельством, что этот вид исследования имеет совершенно особенный объект, не имеющий аналогов, — в ДНК в закодированном виде содержится вся наследственная информация об индивидууме. Неправомерное расшифровывание и использование этой информации может нанести моральный, социальный и иной вред ее носителю, повлечь существенное нарушение его конституционных и гражданских прав <12>. Возможно использование полученной генетической информации и против биологических родственников лиц, попавших в сферу судопроизводства. ——————————— <12> Перепечина И. О., Пименов М. Г., Кондратов С. А. Особенности формирования базы данных о генетических признаках на основе автоматизированных информационных систем // Экспертная практика. 1996. N 40. С. 3 — 5.

Еще одним весьма важным моментом является исключительно высокая значимость результатов ДНК-идентификации для правосудия. Результаты ДНК-идентификации необходимы для разрешения гражданских дел, в том числе тех из них, в которых решается вопрос о важнейших правах человека, затрагивающих его имя, происхождение, наследственные права и т. д. Поэтому для хода развития ДНК-идентификации закономерно то, что разработка ее методических, технологических аспектов во всем мире с самого начала сопровождалась разработкой ее правового базиса. Об этом свидетельствуют многочисленные правовые акты, изданные в разных странах. В гражданско-правовой сфере идентификационные исследования с использованием методов анализа ДНК чаще всего проводятся во исполнение ст. 47 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей акты гражданского состояния, подлежащие государственной регистрации. Соответственно п. 5 ч. 1 этой статьи государственной регистрации подлежит установление отцовства; частью третьей регламентирован судебный порядок разрешения споров, возникающих между заинтересованными лицами. Одним из важнейших доказательств здесь может выступать заключение эксперта по результатам идентификационного исследования. Основания для проведения идентификационных исследований в целях установления отцовства, материнства содержатся также в Семейном кодексе Российской Федерации. ДНК-идентификация может использоваться и в связи с реализацией иных пунктов ч. 1 ст. 47, а также во исполнение ст. ст. 42 — 46 ГК РФ, регулирующих гражданско-правовые отношения, связанные с признанием гражданина безвестно отсутствующим или умершим либо отменой соответствующих решений, ст. 19 ГК РФ, а также статей раздела V, определяющих наследственные права. ДНК-идентификация, как правило, проводится в рамках судебной экспертизы, поэтому производство соответствующих исследований осуществляется на основе тех законодательных актов, которые регулируют производство судебных экспертиз. Законодательное регулирование экспертной деятельности в области ДНК-идентификации осуществляется главным образом в рамках общих положений, охватывающих судебную экспертизу в целом. Однако деятельность в области ДНК-идентификации слишком специфична, чтобы ее можно было урегулировать лишь с помощью законодательных актов общего характера. Специальные же вопросы ДНК-идентификации рассмотрены в немногочисленных ведомственных источниках, охватывающих лишь определенные секторы данной области экспертных исследований и не всегда имеющих достаточную юридическую силу. Законодательство России предусматривает как обязательную, так и добровольную геномную регистрацию. Обязательной геномной регистрации подлежат лица, осужденные и отбывающие наказание за совершение тяжких или особо тяжких преступлений, а также всех категорий преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Также обязательная геномная регистрация проводится в отношении неустановленных лиц, биологический материал которых изъят в ходе следственных действий. Кроме того, обязательной геномной регистрации подлежат неопознанные трупы <13>. Добровольную геномную регистрацию могут проходить граждане РФ, а также иностранные граждане и лица без гражданства, проживающие или временно пребывающие на территории страны. Добровольная регистрация проводится по письменному заявлению на платной основе <14>. ——————————— <13> Федеральный закон от 03.12.2008 N 242-ФЗ «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации» (с изм. от 17.12.2009). Статья 7 // Собрание законодательства Российской Федерации. 2008. N 49. Ст. 5740. <14> Статья 8 указ. Закона.

Правовое регулирование деятельности в области баз генетических данных является насущной проблемой современного права. Создание системы геномной регистрации граждан требует тщательного правового регулирования, определяющего контингент лиц, подлежащих указанной регистрации, порядок внесения информации в базу данных, сроки ее хранения и многочисленные другие позиции. В странах, в которых внедрен данный вид учета, законодательный базис соответствующего института формировался в течение целого ряда лет, постоянно дополняясь, обновляясь и совершенствуясь. Этот процесс представляет собой многоэтапное правотворчество. Принятый в России Закон устанавливает лишь самые базовые, фундаментальные положения, для реализации которых требуется разработать и утвердить еще не один нормативно-правовой акт. Отдельной задачей остается правовое регулирование экспертной деятельности в области ДНК-идентификации. Особое место здесь принадлежит проблеме обеспечения конфиденциальности генетической информации, поскольку ДНК содержит всю наследственную информацию об индивидууме. В Законе о геномной регистрации прописан порядок получения, учета, хранения, использования и уничтожения геномной информации базы данных, однако по гражданским делам проходят самые различные лица. Не относясь к контингентам, указанным в Законе, они не будут подлежать геномной регистрации, однако их генетическая информация будет зафиксирована в экспертных заключениях, а биологические образцы и выделенная из них ДНК — находиться в экспертных лабораториях либо храниться при деле. Необходимо обеспечить защиту этой информации и этого биологического материала от несанкционированного использования. Совершенно очевидно, что должны быть строго регламентированы все этапы обращения с генетической информацией. Это должно найти воплощение в особом пропускном режиме ДНК-лабораторий, требованиях к отбору лиц, осуществляющих анализ ДНК, порядку исследования, режиму использования архивов экспертных заключений и т. д. <15>. ——————————— <15> Перепечина И. О. Правовое обеспечение судебной ДНК-идентификации в контексте защиты прав личности // Государственная власть и местное самоуправление. 2008. N 11. С. 41 — 46.

Таким образом, насущной задачей дальнейшей разработки ДНК-идентификации является создание ее правовой базы. Очевидно, что все рассмотренные биометрические средства индивидуализации человека в определенной степени могут использоваться для его идентификации в гражданско-правовых отношениях. Наиболее ярким примером этого служит банковская сфера. Выпуск биометрических карт с данными и фотографией пользователя начал осуществляться в 2009 г. в Астрахани <16>. Предполагается, что в дальнейшем при помощи биометрических данных пользователя будут осуществляться банковские операции и в сети Интернет <17>. Безусловно, для использования подобных систем необходима разработка стандартов их применения. ——————————— <16> Обзор актуальных новостей // Налоги. 2009. N 35. С. 3 — 7. <17> «Инвестбанк» выпустит в России биометрические банковские карты — БАНКСПБ. ru // URL: http://bankspb. ru/news/5970/> (дата обращения: 05.08.2012).

——————————————————————

Название документа «Обзор практики рассмотрения дел Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ» (Карасева С. Ю.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2013) Текст документа

Подготовлен для системы КонсультантПлюс

ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ ПРЕЗИДИУМОМ ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РФ

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 26 июня 2013 года

С. Ю. КАРАСЕВА

Постановление от 16 апреля 2013 г. N 15567/12

Прокурор обратился с заявлением о привлечении ООО «П.» к ответственности по ст. 14.37 КоАП РФ за нарушение требований к установке рекламной конструкции. Решением суда в удовлетворении требования отказано. Апелляционный суд решение отменил, требование удовлетворил: привлек ООО «П.» к ответственности, назначив наказание в виде штрафа в размере 50 000 руб. На фасаде административного здания ООО «П.» разместило баннер с информацией о своем названии и виде деятельности с указанием номера офиса и телефона. Эта информация признана прокурором рекламой. Поскольку реклама была размещена без согласия арендодателя и без получения в установленном порядке разрешения на установку рекламной конструкции в органе местного самоуправления, прокурор вынес постановление о возбуждении дела. Суд первой инстанции исходил из того, что спорная конструкция не содержит сведений рекламного характера, подпадающих под действие ФЗ от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе». Суд счел, что конструкция является вывеской, на которой ООО «П.» разместило сведения информационного характера о своей деятельности, которые не могут быть отнесены к рекламе. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что конструкция на фасаде здания не может рассматриваться в качестве вывески в соответствии со ст. 9 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», в связи с чем к отношениям по ее размещению подлежат применению положения Закона о рекламе. Согласно п. 1 ст. 3 Закона о рекламе рекламой признается информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержания интереса к нему и его продвижение на рынке. Реклама, не соответствующая требованиям законодательства РФ, является ненадлежащей (п. 4 ст. 3 Закона о рекламе). В соответствии с ч. 1 ст. 19 Закона о рекламе распространение наружной рекламы с использованием щитов, стендов, строительных сеток, перетяжек, электронных табло, воздушных шаров, аэростатов и иных технических средств стабильного территориального размещения, монтируемых и располагаемых на внешних стенах, крышах и иных конструктивных элементах зданий, строений, сооружений или вне их, а также остановочных пунктов движения общественного транспорта осуществляется владельцем рекламной конструкции, являющимся рекламораспространителем, с соблюдением требований этой статьи. Установка и эксплуатация рекламной конструкции осуществляются ее владельцем по договору с собственником земельного участка, здания или иного недвижимого имущества, к которому она присоединяется, либо с лицом, управомоченным собственником, в том числе с арендатором (ч. 5 ст. 19 Закона о рекламе). Согласно ч. 9 ст. 19 Закона о рекламе установка рекламной конструкции допускается при наличии разрешения на ее установку, выдаваемого на основании заявления собственника или иного указанного в ч. ч. 5 — 7 данной статьи законного владельца соответствующего недвижимого имущества либо владельца рекламной конструкции органом местного самоуправления муниципального района или органом местного самоуправления городского округа, на территориях которых предполагается осуществить установку рекламной конструкции. Установка без разрешения (самовольная) не допускается (ч. 10 ст. 19 Закона о рекламе). В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан довести до сведения потребителя фирменное наименование (наименование) своей организации, место ее нахождения (адрес) и режим работы. Продавец (исполнитель) размещает эту информацию на вывеске. В силу п. 2 данной статьи до сведения потребителя, в том числе, должна быть доведена информация о виде деятельности изготовителя (исполнителя, продавца), если вид деятельности, осуществляемый изготовителем (исполнителем, продавцом), подлежит лицензированию и (или) исполнитель имеет государственную аккредитацию. ООО «П.» осуществляет деятельность по установке оборудования и систем радиосвязи. Спорная информация размещена на конструкции на лицевой стороне фасада здания, в котором находится ООО «П.», содержит его наименование, номер телефона и представляет собой сведения о виде деятельности ООО «П.» в целях доведения этой информации до потребителей. В такой информации не содержится конкретных сведений ни о товаре, ни об условиях его приобретения или использования. Это свидетельствует о размещении сведений, носящих информационный характер о деятельности общества, которые не могут быть отнесены к рекламе. Следовательно, оснований для признания наличия в его действиях состава правонарушения не имелось. Президиум ВАС РФ отменил Постановление апелляционной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции.

Постановление от 9 апреля 2013 г. N 15792/12

Конкурсный управляющий ООО «Д.» обратился с иском к банку о взыскании 12 909 679,11 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму денежных средств, необоснованно списанных банком с расчетного счета ООО «Д.». Решением суда иск удовлетворен. Апелляционный суд решение отменил, в иске отказал. ФАС округа Постановление апелляционной инстанции отменил, решение суда первой инстанции оставил в силе. По кредитному договору от 01.07.2008 банк открыл ООО «Д.» невозобновляемую кредитную линию с лимитом 134 000 000 руб. на срок до 27.06.2011, по которой у ООО «Д.» образовалась просроченная задолженность. Платежным требованием от 06.04.2010 банк в погашение кредитной задолженности списал с расчетного счета должника в безакцептном порядке 83 679 474,60 руб. Арбитражным судом 09.09.2010 в отношении ООО «Д.» возбуждено дело о банкротстве, решением суда от 28.01.2011 оно признано банкротом, открыто конкурсное производство. В рамках данного дела определением суда от 18.07.2011 признана недействительной упомянутая сделка по безакцептному списанию банком 83 348 000 руб. с расчетного счета общества; применены последствия недействительности ничтожной сделки в виде обязания банка возвратить ООО «Д.» данную сумму. Конкурсный управляющий указал, что 83 348 000 руб. списаны банком по недействительной сделке, банк с 06.04.2010 пользовался денежными средствами ООО «Д.» без законных оснований и, следовательно, с момента зачисления задолженности на счет банка проценты в размере 12 909 679,11 руб. подлежат уплате ООО «Д.» на основании ст. 395 ГК РФ. Банк иск не признал, считая, что при наличии долга ООО «Д.» перед банком ответственность по ст. 395 ГК РФ к банку не должна применяться. Суд первой инстанции, руководствуясь п. 2 ст. 1107, ст. 395 ГК РФ, п. 28 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 08.10.1998 N 13/14 «О практике применения положений ГК РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами», квалифицировал списанную банком сумму как неосновательное обогащение и признал обоснованным расчет начисленных истцом процентов. Суд апелляционной инстанции, приняв во внимание разъяснения п. 27 Постановления N 13/14 о том, что равный размер взаимных обязательств сторон исключает наличие неосновательного обогащения, а нормы о неосновательном денежном обогащении могут быть применены к отношениям сторон лишь при наличии доказательств, подтверждающих, что полученная одной из сторон денежная сумма явно превышает стоимость переданного другой стороне, счел, что выводы суда первой инстанции сделаны при неправильном применении норм материального права, поскольку в спорном случае полученное сторонами взаимное исполнение является равным, что исключает применение норм о неосновательном обогащении. Суд кассационной инстанции обратил внимание на то, что, поскольку ООО «Д.» по сделке по безакцептному списанию ничего не получило, вывод суда апелляционной инстанции о невозможности применения норм о неосновательном обогащении противоречит обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. В соответствии со ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах — если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. К требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке на основании п. 1 ст. 1103 ГК РФ применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60), если иное не предусмотрено законом или иными правовыми актами. В соответствии с п. 28 Постановления N 13/14 при применении последствий недействительности оспоримой сделки, если с учетом п. 2 ст. 167 ГК РФ к отношениям сторон могут быть применены нормы об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, проценты за пользование чужими денежными средствами на основании п. 2 ст. 1107 подлежат начислению на сумму неосновательного денежного обогащения с момента вступления в силу решения суда о признании сделки недействительной, если судом не будет установлено, что приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств ранее признания сделки недействительной. Сделка по безакцептному списанию денежных средств с расчетного счета ООО «Д.» в счет погашения кредита признана недействительной в соответствии с ч. 1 ст. 61.3 ФЗ от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и в силу фактических обстоятельств банку было известно о признаке неплатежеспособности ООО «Д.» ранее вынесения решения суда по данному делу. Следовательно, банк неосновательно пользовался денежными средствами с момента их получения, а именно с 06.04.2010. Президиум ВАС РФ оставил решение суда первой инстанции и Постановление кассационной инстанции без изменения.

Постановление от 26 марта 2013 г. N 16691/12

ОАО «РЖД» обратилось с иском к ООО «Р.» о взыскании 132 107,24 руб. задолженности за перевозку грузов и 30 800 руб. штрафа за задержку вагонов. Решением суда в иске отказано. Апелляционный суд решение оставил без изменения. ФАС округа оставил судебные акты без изменения. Между ОАО «РЖД» и ООО «Р.» (заказчик) заключен договор от 19.01.2010 об организации перевозок грузов. Между ООО «Р.» (грузовладелец), ООО «Э.» (владелец) и ОАО «РЖД» (перевозчик) заключено соглашение от 30.07.2010 на предоставление владельцем во временное пользование грузовладельцу пути необщего пользования для производства грузовых операций, в том числе подачи и уборки вагонов для погрузки и выгрузки грузов. В соответствии с соглашением перевозчик осуществляет подачу и уборку вагонов для грузовладельца на пути ООО «Э.», грузовладелец оплачивает перевозчику предусмотренные сборы и платежи; которые вносятся грузовладельцем перевозчику по договору об организации перевозок. ОАО «РЖД» оказывало ООО «Р.» услуги по подаче и уборке вагонов в октябре, ноябре 2010 и январе 2011 года, что подтверждается ведомостями подачи и уборки вагонов. На станцию в адрес ООО «Р.» 19.01.2011, 24.01.2011, 28.01.2011 по транспортным железнодорожным накладным прибыл груз, перевозка осуществлялась из Казахстана в Россию в соответствии с требованиями Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС) от 01.11.1951, являющегося международным договором. В январе 2011 года ООО «Р.» начислены провозные платежи по одной накладной N 0033193 в размере 81 450 руб. (с НДС — 96 111 руб.), по другой накладной N 0033229 — 81 660 руб. (с НДС — 96 358,80 руб.), по третьей накладной N 0033301 — 81 660 руб. (с НДС — 96 358,80 руб.). ОАО «РЖД» по отправке N 0033193 осуществлен добор в сумме 48 960 руб., по отправкам N 0033301 и 0033229 — 49 099 руб. В марте 2011 года ОАО «РЖД» проведена корректировка по данным отправкам, в связи с чем общая сумма начислений составила 173 646,44 руб., в том числе по накладной N 0033193 с учетом НДС: 153 883,80 руб. — 96 111 руб. = 57 772,80 руб.; по накладной N 0033229 с учетом НДС: 154 295,62 руб. — 96 358,80 руб. = 57 936,82 руб.; по накладной N 0033301 с учетом НДС: 154 295,62 руб. — 96 358,80 руб. = 57 936,82 руб. С учетом кредитового сальдо ООО «Р.» в размере 41 539,20 руб. на едином лицевом счете клиента сумма задолженности по провозным платежам составила 132 107,24 руб. Кроме того, в связи с задержкой вагонов на срок более 36 часов ОАО «РЖД» начислило ООО «Р.» штраф за простой вагонов, принадлежащих перевозчику, в общей сумме 30 800 руб., что подтверждается ведомостями подачи и уборки. Выставленные счета за услуги по договору об организации перевозок ООО «Р.» оплачены в полном объеме. ОАО «РЖД» считает, что у ООО «Р.» образовалась задолженность за перевозку грузов. Суды отказали в иске, признав необоснованным применение перевозчиком при определении размера провозной платы коэффициентов к тарифам, определяемым по правилам раздела 2 ч. I Прейскуранта N 10-01 «Тарифы на перевозки грузов и услуги инфраструктуры, выполняемые российскими железными дорогами», утвержденного Постановлением ФЭК РФ от 17.06.2003 N 47-т/5, на перевозки черных металлов железнодорожным транспортом через пограничные передаточные станции РФ (приложение N 1 к Приказу ФСТ РФ от 07.12.2010 N 389-т/4). Согласно ст. 65 ФЗ от 10.01.2003 N 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта РФ» перевозки грузов в прямом смешанном сообщении осуществляются на основании единого транспортного документа (транспортной накладной), оформленного на весь маршрут следования грузов. Договором об организации перевозок предусмотрено, что в случае корректировки ( уменьшения или увеличения размера) сумм оплаты по оказанным услугам, осуществляемой ОАО «РЖД», заказчик по письменному запросу обязан в течение 3 суток предоставить ОАО «РЖД» оригинал ранее выданного счета-фактуры. ОАО «РЖД» после внесения изменений в порядке, установленном налоговым законодательством, в течение 5 суток возвращает заказчику исправленный экземпляр данного счета-фактуры. Письменного запроса от ОАО «РЖД» об изменении счетов-фактур в адрес ООО «Р.» не поступало. В соответствии с п. 21 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.10.2005 N 30 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Устав железнодорожного транспорта РФ» при рассмотрении споров следует учитывать, что в случаях, когда сторонами заключен договор о производстве расчетов через технологический центр по обработке перевозочных документов (ТехПД) и грузоотправителем (грузополучателем) или иным лицом перечислена перевозчику в порядке предварительной оплаты определенная договором сумма, последний может использовать денежные средства, учитываемые на лицевом счете в ТехПД, только в качестве платежей в целях, предусмотренных договором. Произведя перерасчет провозной платы, истец фактически изменил условия договора, по которому обязательства сторон исполнены ранее надлежащим образом. П. 1 ст. 450 ГК РФ предусмотрена возможность изменения договора по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. В связи с тем, что на момент проведения добора на едином лицевом счете ООО «Р.» на субсчете 4 «Услуги» (НДС 18%) числилось кредитовое сальдо в сумме 41 539,20 руб., общество рассчитало сумму дебиторской задолженности с учетом перечисленных денежных средств. УЖТ не предусмотрено право перевозчика в безакцептном порядке производить списание денежных средств с лицевых счетов, открываемых железной дорогой для клиентов. Суды отклонили ссылку истца на ст. 15 СМГС в части взыскания недобора провозных платежей, сославшись на параграф 7 этой статьи, согласно которому, если между станциями железных дорог двух соседних стран установлен прямой тариф, предусматривающий иной порядок взимания провозных платежей, условия данной статьи не применяются. Суды также установили, что задолженности за оплату штрафа за задержку вагонов на срок более 36 часов в общей сумме 30 800 руб. у ООО «Р.» не имеется. Общим правилом, закрепленным в ст. 13 СМГС, предусмотрено, что провозные платежи исчисляются по тарифам, действующим в день заключения договора перевозки. Договор перевозки грузов согласно нормам СМГС является реальным, поскольку на основании параграфа 5 ст. 8 он считается заключенным с момента приема станцией отправления груза к перевозке по накладной. Прием груза к перевозке удостоверяется наложением на накладную календарного штемпеля станции отправления. Кроме того, станция отправления должна проставить календарный штемпель на дополнительных листах, прикрепленных к накладной, в соответствии с параграфом 12 ст. 7 СМГС. Вступившим в силу с 01.01.2011 Приказом ФСТ РФ от 07.12.2010 N 389-т/4 «Об установлении исключительных тарифов на перевозки грузов железнодорожным транспортом» установлен повышающий коэффициент 1,66 к действующим тарифам, определяемым по правилам раздела 2 ч. I Прейскуранта N 10-01, на перевозки черных металлов железнодорожным транспортом через пограничные передаточные станции РФ. Груз по транспортным железнодорожным накладным N 0033193, 0033229, 0033301 был принят станцией отправления к перевозке в январе 2011 года. С учетом вступления в силу данного Приказа и установленного им коэффициента размер провозной платы, подлежащей уплате ООО «Р.», был скорректирован ОАО «РЖД». В случае неправильного применения тарифов или ошибок в расчете при исчислении провозных платежей, а также в случае невзыскания платежей недобор подлежит уплате, а перебор — возврату (параграф 5 ст. 15 СМГС). Расчеты недоборов и переборов по провозным платежам производятся в соответствии со ставками тарифов, которые действовали на момент заключения договора перевозки. Таким образом, корректировка размера провозной платы с учетом установленного упомянутым Приказом ФСТ РФ коэффициента 1,66 правомерна. Кроме того, ст. 30 УЖТ предусматривает, что окончательные расчеты за перевозку грузов и дополнительные работы (услуги), связанные с перевозкой грузов, производятся грузополучателем (получателем) по прибытии грузов на железнодорожную станцию назначения до момента их выдачи. При выявлении обстоятельств, влекущих за собой необходимость перерасчета стоимости перевозки и размеров иных причитающихся перевозчику платежей и штрафов, перерасчет может производиться после выдачи грузов. Согласно параграфу 1 ст. 13 СМГС провозные платежи в сообщении между станциями железных дорог соседних стран за перевозку по железным дорогам страны отправления и страны назначения исчисляются по тарифам, применяемым железными дорогами этих стран для таких перевозок. На основании параграфа 1 ст. 15 СМГС провозные платежи за перевозку по железным дорогам назначения взимаются с получателя на станции назначения или в соответствии с действующими на железных дорогах назначения внутренними правилами. П. 1.4 Прейскуранта N 10-01 установлено, что плата за перевозку грузов по инфраструктуре РЖД исчисляется за расстояние от железнодорожной станции отправления РЖД (пограничной передаточной станции РЖД) до железнодорожной станции назначения РЖД (пограничной передаточной станции РЖД). Договор об организации перевозок регламентирует порядок взаимодействия между договаривающимися сторонами (ОАО «РЖД» и ООО «Р.») по поводу внесения изменений в счета-фактуры, которые являются документами налоговой отчетности, но не могут определять порядок корректировки стоимости провозных платежей, устанавливаемых федеральным органом исполнительной власти. Поскольку штраф за простой вагонов уплачен ответчиком добровольно, это установлено судами, оснований для удовлетворения требования истца в этой части не имеется. Президиум ВАС РФ отменил судебные акты по делу в части отказа во взыскании 132 107,24 руб. задолженности за перевозку грузов и в этой части иск удовлетворил, в остальной части оставил судебные акты без изменения.

Постановление от 12 марта 2013 г. N 13783/12

ООО «А.» обратилось с иском к местной администрации о признании недействительным пункта договора купли-продажи земельного участка, взыскании излишне уплаченных 1 694 028 руб. по этому договору, 447 999,82 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Решением суда в иске отказано. Апелляционный суд решение оставил без изменения. ФАС округа судебные акты отменил, иск удовлетворил. Между администрацией и ООО «А.» 15.07.2008 заключен договор купли-продажи земельного участка общей площадью 13 748 кв. м. Согласно договору продажа участка обусловлена нахождением на нем принадлежащих ООО «А.» на праве собственности не завершенных строительством объектов: нежилых зданий площадью 1171,2 кв. м и 520,7 кв. м. Право собственности ООО «А.» на них зарегистрировано 06.05.2005. Стоимость участка составила 2 032 834 руб., ООО «А.» перечислило эту сумму платежным поручением от 23.07.2008. Согласно данным государственного кадастра недвижимости, кадастровая стоимость участка на момент заключения договора купли-продажи составляла 13 552 228,48 руб. ООО «А.» указало на несоответствие пункта договора о стоимости участка ст. 2 ФЗ от 25.10.2001 N 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса РФ», считая, что выкупная стоимость участка, приобретенного им на основании ст. 36 ЗК РФ, должна составлять 2,5% его кадастровой стоимости, то есть 338 806 руб. Ввиду несоответствия определенной по договору стоимости участка закону, исходя из ст. 167, 168 ГК РФ, ООО «А.» сочло этот пункт договора недействительным и заявило требование о возврате излишне уплаченной стоимости участка. По его мнению, недействительность данного пункта в соответствии со ст. 180 ГК РФ не влечет недействительности всех иных его условий. Суд первой инстанции, признавая право истца на выкуп участка по льготной цене со ссылкой на то, что принадлежащие ему объекты ранее находились в муниципальной собственности, тем не менее отказал в иске, так как в настоящий момент их собственником является другое лицо — М. Суд счел, что, поскольку на момент обращения в суд ООО «А.» продало объекты недвижимости, оно не может являться надлежащим истцом по заявленным требованиям. Суд апелляционной инстанции привел иное основание для отказа в иске. Сославшись на правовую позицию, изложенную в Постановлении Президиума ВАС РФ от 23.12.2008 N 8985/08, суд указал, что в соответствии со ст. 36 ЗК РФ участки под объектами незавершенного строительства могут быть выкуплены в собственность только в случаях, прямо названных в законе: при приватизации таких объектов в силу п. 3 ст. 28 ФЗ от 21.12.2001 N 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» и при переоформлении права постоянного (бессрочного) пользования участками в силу п. 2 ст. 3 Закона N 137-ФЗ. Однако ООО «А.» приобрело данные объекты недвижимости по сделке купли-продажи от 10.09.2002 у ЗАО «В.», которое стало их собственником в результате приватизации. Кроме того, суд принял во внимание, что истец не доказал наличия у себя, равно как и у продавца объекта, права постоянного бессрочного пользования спорным участком. Суд апелляционной инстанции не признал наличия у ООО «А.» права на приобретение участка по льготной цене, поскольку принадлежащие ему объекты были приватизированы не им самим, а другим лицом, при этом на приобретаемом в соответствии со ст. 36 ЗК РФ участке находятся объекты, не завершенные строительством, что не соответствует п. 1 ст. 2 Закона N 137-ФЗ. Суд кассационной инстанции счел, что право ООО «А.» на выкуп участка на основании п. 1 ст. 36 ЗК РФ не является предметом данного спора, в связи с чем разрешению подлежит только спор о выкупной стоимости участка. Поскольку администрация не доказала правомерность установления выкупной цены отчуждаемого участка, определенной в размере 15% его кадастровой стоимости, суд кассационной инстанции удовлетворил иск. Заявляя иск, ООО «А.» сослалось на наличие у него в соответствии со ст. 36 ЗК РФ права на выкуп участка по льготной цене, поскольку на нем расположены объекты недвижимости, принадлежащие ООО «А.» на праве собственности. Именно по этой причине истец считал недействительным условие договора о цене участка, заявляя одновременно по этому же основанию требование о взыскании спорной суммы как излишне уплаченной. Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно сочли необходимым проверить наличие у ООО «А.» права, предусмотренного ст. 36 ЗК РФ. Президиумом ВАС РФ сформирована правовая позиция о возможности приобретения права собственности на земельный участок, на котором расположен объект незавершенного строительства. Президиум в Постановлениях от 23.12.2008 N 8985/08, от 01.03.2011 N 14880/10 указал, что применение порядка выкупа участков под такими объектами возможно в случаях, прямо названных в законе. К ним, в частности, относится приватизация объектов незавершенного строительства согласно п. 3 ст. 28 Закона о приватизации, переоформление права постоянного (бессрочного) пользования участками в силу п. 2 ст. 3 Закона N 137-ФЗ. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь правовой позицией Президиума ВАС РФ, в целях проверки соответствия ООО «А.» данным требованиям установил, что оно стало собственником объектов незавершенного строительства по сделке купли-продажи, а не в результате их приватизации в соответствии с Законом о приватизации; ООО «А.» не обладает правом постоянного (бессрочного) пользования спорным участком. Это послужило основанием для вывода об отсутствии у него права на приобретение участка в собственность, а по сути — о несоответствии заключенного сторонами договора купли-продажи требованиям закона. Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ). Таким образом, недействительность (ничтожность) договора купли-продажи, не соответствующего требованиям закона, явилась основанием к отказу в иске судом апелляционной инстанции. Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Поскольку заключенная сторонами сделка является недействительной, она в силу закона не повлекла правовых последствий, а применительно к данному спору — возникновения права собственности ООО «А.» на спорный участок. В связи с этим довод ООО «А.», настаивавшего на проверке соответствия закону лишь одного условия договора купли-продажи, о том, что недействительность условия сделки о стоимости участка не влечет недействительности прочих ее частей, не соответствует ст. 180 ГК РФ. Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (ст. 180 ГК РФ). Кроме того, удовлетворяя иск в части признания пункта договора недействительным, суд кассационной инстанции указал лишь на недоказанность правомерности установления администрацией выкупной стоимости. Однако суд, несмотря на то, что эта цена была согласована сторонами договора при его заключении, не указал норму права, которой не соответствует этот пункт договора, квалификацию его с учетом заявления ответчика о применении исковой давности как ничтожного или оспоримого условия, что противоречит ст. 166 ГК РФ. Отсутствие материально-правового обоснования для признания сделки недействительной нарушает также ч. 2 ст. 289 АПК РФ, предусматривающую обязанность суда кассационной инстанции указать законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии постановления. Признание пункта договора недействительным явилось основанием для удовлетворения судом кассационной инстанции требования о взыскании заявленной суммы в размере 1 694 028 руб. — разницы между 2,5% и 15% кадастровой стоимости участка, а также 447 999,82 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Между тем, поскольку истец заявил эти требования, полагая, что обладает правом на льготную цену при выкупе участка в собственность, с чем обоснованно не согласился суд апелляционной инстанции, в их удовлетворении также следовало отказать. Так как суд апелляционной инстанции сделал вывод о недействительности договора в целом, и с учетом того, что истец продал участок другому лицу, а администрация о применении последствий недействительности этой сделки при рассмотрении дела не заявляла, Президиум не нашел оснований для возврата сторон в первоначальное положение в соответствии со ст. 167 ГК РФ. Президиум ВАС РФ отменил Постановление кассационной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции и Постановление апелляционной инстанции.

Постановление от 12 марта 2013 г. N 14182/12

Прокурор обратился с иском в интересах Российской Федерации к ООО «Т.» и Минобороны РФ о признании недействительным в силу ничтожности заключенного ими договора купли-продажи высвобождаемого недвижимого военного имущества в части продажи в составе земельного участка с кадастровым номером 78:6:2125:16 участка площадью 11 069 кв. м с кадастровым номером 78:6:2125:23, являющегося береговой полосой водного объекта, и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде обязания возвратить в федеральную собственность (Минобороны) спорный участок и обязания Минобороны возвратить денежные средства, вырученные от его продажи, ООО «Т.». Решением суда в иске отказано. В суде апелляционной инстанции прокурор отказался от требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки, поскольку спорный участок в результате последующих сделок купли-продажи выбыл из владения ООО «Т.». Апелляционный суд в связи с отказом прокурора от иска в этой части производство по делу в этой части прекратил, в остальной части решение оставил без изменения. ФАС округа оставил судебные акты без изменения. Между Минобороны (продавец) и ООО «Т.» (покупатель) 17.09.2010 заключен договор купли-продажи высвобождаемого недвижимого военного имущества — имущественного комплекса, в состав которого вошел участок с кадастровым номером 78:6:2125:16 общей площадью 48 489 кв. м. Прокурор ссылается на то, что часть участка, проданного по договору от 17.09.2010, является береговой полосой водного объекта, приватизация которой в соответствии с п. 8 ст. 27 ЗК РФ и п. 8 ст. 28 ФЗ от 21.12.2001 N 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» запрещена. Земельный участок, являющийся предметом договора, передан ООО «Т.» в собственность ООО «Н.» по договору купли-продажи от 20.06.2011, переход права собственности зарегистрирован 14.07.2011. Впоследствии этот участок разделен на два: участок с кадастровым номером 78:6:2125:22 площадью 37 420 кв. м и участок с кадастровым номером 78:6:2125:23 площадью 11 069 кв. м (спорный участок), в отношении которого зарегистрированы ограничения прав как на береговую полосу водного объекта. Суд первой инстанции исходил из того, что прокурор избрал ненадлежащий способ защиты, посредством которого не могут быть восстановлены права лица, в интересах которого заявлен иск. В обоснование суд указал, что требования прокурора заявлены в отношении спорного участка, который по смыслу ст. 11.1 ЗК РФ не является предметом договора от 17.09.2010 и в настоящее время принадлежит ООО «Н.», не являющемуся стороной этого договора, а также на п. 34 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Суд апелляционной инстанции указал также на ч. 1 ст. 4 АПК РФ, в силу которой предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица. Суд кассационной инстанции согласился с этим выводом, указав следующее. Участок площадью 48 489 кв. м, являющийся предметом оспариваемого договора, разделен на два участка, и право собственности на них на момент рассмотрения спора зарегистрировано не за ответчиком, а за другими лицами, это право в соответствии с п. 1 ст. 2 ФЗ от 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и с учетом п. 53 Постановления N 10/22 может быть оспорено лишь с использованием установленных гражданским законодательством способов защиты, применяемых с учетом характера и последствий соответствующего правонарушения. Признание первоначальной сделки по отчуждению недвижимого имущества недействительной к таким способам не относится, так как не направлено на восстановление нарушенного права РФ или Минобороны на данный объект, и удовлетворение такого требования не влечет восстановления их прав. Иск прокурора был сформулирован как требование о признании договора от 17.09.2010 недействительным в части включения в него береговой полосы водного объекта на основании ст. 168 ГК РФ как не соответствующего ч. 6 ст. 6 Водного кодекса РФ, п. 8 ст. 27 ЗК РФ, п. 8 ст. 28 Закона о приватизации, запрещающим передачу участков, составляющих береговую полосу водного объекта, в частную собственность, то есть ничтожным. Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В силу ст. 166 ГК РФ сделка, являющаяся ничтожной, недействительна независимо от признания ее таковой судом. Вместе с тем, как разъяснено в п. 32 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ», споры по требованиям о признании недействительной ничтожной сделки подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица, поскольку ГК РФ не исключает возможности предъявления таких исков. Позиция о возможности применения такого способа защиты, как признание недействительными ничтожных сделок без заявления требования о применении последствий их недействительности, неоднократно высказывалась Президиумом ВАС РФ (Постановления от 27.05.2008 N 4267/08, от 05.04.2011 N 15278/10). При этом Президиум указывал, что целью обращения лица в суд может быть подтверждение судом факта существования или отсутствия правоотношений (иск о признании), к числу которых относится иск о признании недействительной сделки. Не подтверждают обоснованность вывода судов об избрании прокурором ненадлежащего способа защиты права и положения п. п. 34 и 53 Постановления N 10/22, на которые ссылаются суды. Ст. 52 АПК РФ предоставляет прокурору право обращаться с исками о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности ничтожных сделок, совершенных органами государственной власти РФ (к числу которых относится Минобороны), органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия РФ, субъектов РФ, муниципальных образований. В силу ФЗ от 17.01.1992 N 2202-1 «О прокуратуре РФ» прокуратура в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства осуществляет надзор за соблюдением Конституции РФ и исполнением законов, действующих на территории РФ, федеральными министерствами, государственными комитетами, службами и иными федеральными органами исполнительной власти, представительными (законодательными) и исполнительными органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций. Целью обращения прокурора с данным иском, как следует из искового заявления, является пресечение нарушений требований закона при совершении Минобороны сделки, повлекшей ущемление прав и законных интересов юридических и физических лиц, Российской Федерации в целом. Президиум считает, что отказ в иске о признании недействительным договора по мотиву избрания ненадлежащего способа защиты нарушенного права не основан на законе и противоречит сложившейся судебной практике. Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, спорный участок полностью располагается в границах береговой полосы водного объекта. В соответствии со ст. 217 ГК РФ имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества. В силу п. 8 ст. 28 Закона о приватизации не подлежат приватизации участки в составе земель водного фонда, земель общего пользования, включая водные объекты, земель, не подлежащих отчуждению в соответствии с законодательством. Запрет на приватизацию участков в пределах береговой полосы установлен п. 8 ст. 27 ЗК РФ. Таким образом, договор в части включения в состав отчуждаемого имущества спорного участка, приватизация которого запрещена, не соответствует закону, а потому в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожным. Президиум ВАС РФ отменил судебные акты по делу в части отказа в иске и иск удовлетворил.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *