Защита информации ограниченного доступа в трудовых отношениях в странах ЕврАзЭС: проблемы взыскания ущерба с работника

(Станскова У. М.) («Трудовое право в России и за рубежом», 2013, N 3) Текст документа

ЗАЩИТА ИНФОРМАЦИИ ОГРАНИЧЕННОГО ДОСТУПА В ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЯХ В СТРАНАХ ЕВРАЗЭС: ПРОБЛЕМЫ ВЗЫСКАНИЯ УЩЕРБА С РАБОТНИКА <*>

У. М. СТАНСКОВА

——————————— <*> Stanskova U. M. Information security of limited access in employment relationships in the eurasec countries: problems of exaction of damage from the worker.

Станскова Ульяна Михайловна, старший преподаватель кафедры трудового и социального права Южно-Уральского государственного университета, г. Челябинск.

В статье рассмотрены проблемы взыскания ущерба с работника в странах Европейско-Азиатского региона за разглашение информации ограниченного доступа и коммерческой тайны. Изучено трудовое и гражданское законодательство, устанавливающее ответственность работника за разглашение коммерческой тайны после прекращения трудовых отношений. В статье сформулированы предложения по совершенствованию законодательства о взыскании с работника ущерба за разглашение информации ограниченного доступа.

Ключевые слова: информация ограниченного доступа, коммерческая тайна, работник, материальная ответственность, разглашение, трудовые отношения.

The article considers the problems of compensation from the employee in the countries of the Euro-Asian region for the disclosure of restricted information and trade secrets. Studied labor and civil legislation establishing liability of employees for disclosure of commercial secrets after termination of employment. The paper formulates proposals on improving legislation on collecting from the worker damage for disclosure of restricted information.

Key words: restricted access information, trade secrets, employee, liability, disclosure, labor relations.

Одной из актуальных проблем современного общества является обеспечение защиты информации, в том числе правовыми средствами. Особые сложности вызывает защита информации ограниченного доступа (далее — ИОД) от незаконного разглашения и использования в трудовых отношениях. Несмотря на принятие специальных законов, направленных на защиту ИОД <1> и внедрение соответствующих норм в трудовое законодательство стран ЕврАзЭС <2>, фактическая защита ИОД в трудовых отношениях остается малоэффективной. ——————————— <1> Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 г. N 94-VЗ РК «О персональных данных и их защите»; Закон Республики Казахстан от 11 января 2007 г. N 217-III «Об информатизации» // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 2007. N 2(2483). Ст. 13; Закон Республики Казахстан от 31 января 2006 г. N 124-III «О частном предпринимательстве» // Казахстанская правда. 2006. N 27(24998). 7 февраля; Закон Кыргызской Республики от 30 марта 1998 г. N 27 «О коммерческой тайне». <2> Трудовой кодекс Республики Казахстан от 17 мая 2007 г. N 252-III // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 2007. N 9(2490). Ст. 65; Трудовой кодекс Кыргызской Республики от 4 августа 2004 г. N 106 // Ведомости Жогорку Кенеша Кыргызской Республики. 2006. N 4. Ст. 392; Трудовой кодекс Республики Беларусь от 26 июля 1999 г. N 296-З // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 1999. N 2/70.

Существующие в странах Европейско-Азиатского региона нормативные правовые акты по защите ИОД разрознены, содержат пробелы. Так, в Трудовом кодексе Республики Казахстан отсутствует специальное основание для наступления полной материальной ответственности за ущерб, причиненный разглашением ИОД (п. 5 ст. 167 — причинение ущерба незаконными действиями работника, подтвержденными в порядке, установленном законодательством Республики Казахстан). В Трудовом кодексе Республики Беларусь обязанность работника хранить государственную и служебную тайну, не разглашать без соответствующего разрешения коммерческую тайну нанимателя не подкреплена специальным основанием прекращения трудового договора с работником. В данной ситуации возможно применить только п. 4 ст. 42 — за систематическое нарушение трудовой дисциплины. То же самое касается полной материальной ответственности. Возможно применение только общих оснований — например, если ущерб причинен при совершении преступления. Трудовой кодекс Республики Таджикистан не предусматривает обязанности работника не разглашать ИОД работодателя, нет специальных оснований расторжения трудового договора. Но в п. 8 ст. 136 предусмотрено наступление полной материальной ответственности за умышленное разглашение служебной и коммерческой тайны, если условия ее сохранения предусмотрены трудовым договором. Трудовой кодекс Республики Узбекистан <3> не предусматривает специальных обязанностей работника по рассматриваемому вопросу и специальных оснований расторжения трудового договора. Однако п. 6 ст. 202 Трудового кодекса Республики Узбекистан предусматривает наступление полной материальной ответственности работника за разглашение коммерческой тайны. ——————————— <3> Трудовой кодекс Республики Узбекистан от 21 декабря 1995 г. // Ведомости Олий Мажлиса Республики Узбекистан. 1996.

Россия как член ВТО должна применять Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) <4>. В Соглашении предусмотрено, что члены обеспечивают, чтобы их национальное законодательство содержало процедуры для осуществления прав интеллектуальной собственности, позволяющие прибегнуть к эффективным действиям, направленным против любого нарушения прав интеллектуальной собственности, включая закрытую информацию. Действующее российское законодательство содержит нормы, направленные на защиту ИОД, в том числе и в трудовых отношениях. Но предусмотренные меры предотвращения нарушений и санкции недостаточно эффективны. ——————————— <4> Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС). Заключено в г. Марракеш 15 апреля 1994 г. // СПС «КонсультантПлюс».

Специфичность информации как объекта защиты ставит вопрос о неэффективности применения к работникам, разгласившим ИОД, только полной материальной ответственности. Проблематичным является взыскание с работника материального ущерба, соответствующего реальным потерям работодателя от неправомерного разглашения ИОД, а также привлечение работника к ответственности после прекращения трудовых отношений. Решение проблемы видится в применении к данной категории работников ответственности по нормам гражданского законодательства (по аналогии с руководителем организации). В том случае, если сохранять концепцию полной материальной ответственности, то норма п. 7 ст. 243 Трудового кодекса РФ <5> требует внесения изменений и дополнений. Анализ норм федеральных законов, предусматривающих обязанности работников по обеспечению конфиденциальности или секретности информации и ответственности за их нарушение, позволяет сделать вывод об отсутствии необходимости в установлении прямой зависимости между возможностью привлечения работника к полной материальной ответственности за разглашение информации ограниченного доступа и случаями, предусмотренными федеральными законами. Поэтому представляется необходимым исключить из п. 7 ч. 1 ст. 243 ТК РФ ссылки на «иные федеральные законы», с указанием на условие наступления такой ответственности — введение режима конфиденциальности или секретности в соответствии с федеральными законами. ——————————— <5> Трудовой кодекс РФ от 30 декабря 2001 г. N 197-ФЗ // СЗ РФ. 2002. N 1 (ч. 1). Ст. 3 (далее — ТК РФ).

При сохранении обязанностей по обеспечению конфиденциальности после прекращения трудовых отношений возникает вопрос о природе ответственности, наступающей в случае их нарушения. Распространенной является точка зрения, в соответствии с которой бывший работник обязан возместить убытки, исчисленные по нормам гражданского законодательства. Однако существует и другая позиция по этому вопросу <6>. И. А. Костян считает, что трансформации юридической ответственности не происходит; работник как сторона трудового договора является субъектом трудовых правоотношений и несет юридическую ответственность, предусмотренную ТК РФ, т. е. материальную <7>. Однако данное утверждение представляется спорным ввиду того, что материальная ответственность наступает при причинении ущерба другой стороной трудового договора: работником или работодателем. В рассматриваемом случае субъектом ответственности выступает бывший работник по отношению к бывшему работодателю. Иная ситуация складывается, если работник причинил ущерб разглашением в период трудовой деятельности, будучи стороной трудового договора. Статья 1472 Гражданского кодекса РФ <8> предусматривает, что нарушитель исключительного права на секрет производства, в том числе лицо, которое неправомерно получило сведения, составляющие секрет производства, и разгласило или использовало эти сведения, а также лицо, обязанное сохранять конфиденциальность секрета производства в связи с исполнением своих трудовых обязанностей, обязано возместить убытки, причиненные нарушением исключительного права, если иная ответственность не предусмотрена законом или договором с этим лицом. В ТК РФ не предусмотрено ответственности за нарушение требований конфиденциальности информации после прекращения трудового договора. Установить в договоре вид ответственности также не представляется возможным в связи с отсутствием подобной конструкции в ТК РФ. В проекте федерального закона о внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса РФ и Федеральный закон «О коммерческой тайне» <9> обоснованно предлагается включить нормы, предусматривающие возможность взыскания с работника убытков, причиненных разглашением коммерческой тайны после прекращения трудовых отношений. Тем самым признается гражданско-правовой характер таких отношений. Если рассматривать отношения по обеспечению конфиденциальности как отношения, непосредственно связанные с трудовыми, то норму о применении гражданско-правовой ответственности к бывшему работнику в случае незаконного распространения им информации после прекращения трудовых отношений необходимо предусмотреть в ТК РФ. Так как в регулировании ответственности работников преобладают публично-правовые начала, то во всех случаях, когда к работникам применяется ответственность по нормам других федеральных законов, в ТК РФ содержится соответствующая ссылка на такую возможность (например, ст. 277 ТК РФ). Исходя из содержания ч. 4 ст. 5 ТК РФ в случае противоречия между ТК РФ и федеральным законом, содержащим нормы трудового права, применяется ТК РФ. Ввиду неопределенности правовой природы отношений между бывшим работником и работодателем по обеспечению конфиденциальности информации нормы о виде ответственности должны быть отражены в ТК РФ, а не в Законе «О коммерческой тайне». Именно законодатель должен определить природу таких отношений и правовые последствия нарушения принятых обязанностей. ——————————— <6> Кузнецов Ю. А. Трудоправовая ответственность: понятие, виды: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Пермь, 2005. С. 20. <7> Костян И. А. Комментарий эксперта // Трудовое право. 2009. N 10. С. 36. <8> Гражданский кодекс РФ (часть четвертая) от 18 декабря 2006 г. N 230-ФЗ // СЗ РФ. 2006. N 52 (ч. 1). Ст. 5496. <9> Проект Федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Российская газета. 2012. 7 февраля.

В этой связи интерес представляет новый Закон Республики Беларусь «О коммерческой тайне» <10>. Данный Закон предусматривает возможность заключения с работником обязательства о неразглашении коммерческой тайны, которое определено в ст. 1 этого Закона как гражданско-правовой договор, заключаемый владельцем коммерческой тайны (лицом, получившим к ней доступ) с лицом, состоящим в трудовых отношениях с владельцем коммерческой тайны, или лицом, получившим к ней доступ, и определяющий обязательства сторон, связанные с соблюдением конфиденциальности сведений, составляющих коммерческую тайну. Такое обязательство заключается дополнительно к трудовому договору (ст. 8). Указанное обязательство может содержать условия о выплате вознаграждения работнику за доступ к коммерческой тайне, а также срок, в течение которого оно действует. Предусматривается также включение ответственности работодателя за неизвещение работника об изменении обязательства или прекращении конфиденциальности сведений. Предусмотренная этим законом ответственность — гражданско-правовая, т. е. взыскание убытков (включая упущенную выгоду). При соотнесении норм данного Закона с Трудовым кодексом Республики Беларусь очевидно противоречие: Трудовой кодекс не содержит норм, предусматривающих наступление гражданско-правовой ответственности (в ст. 400 предусмотрено взыскание только реального ущерба). Согласно п. 6 ст. 404 взыскание с работника полной материальной ответственности, в том числе включая неполученные доходы, возможно, если ущерб причинен не при исполнении трудовых обязанностей. В Законе Республики Беларусь «О коммерческой тайне» подобных норм нет. В Законе Республики Таджикистан «О коммерческой тайне» <11> предусматривается срок сохранения обязанностей по неразглашению (срок определяется соглашением либо на срок не менее трех лет). При этом работодатель вправе потребовать возмещения причиненных убытков лицом, прекратившим с ним трудовые отношения, в случае если это лицо виновно в разглашении информации, составляющей коммерческую тайну, доступ к которой это лицо получило в связи с исполнением им трудовых обязанностей, если разглашение такой информации последовало в течение установленного срока. Согласно Трудовому кодексу Республики Таджикистан с работника не может быть взыскана упущенная выгода, возможно привлечение работника только к полной материальной ответственности за умышленное разглашение ИОД, если условие о ее сохранности предусмотрено в трудовом договоре. ——————————— <10> Закон Республики Беларусь от 5 января 2013 г. N 16-З «О коммерческой тайне» // Национальный правовой интернет-портал Республики Беларусь. 2013. 10 января. <11> Закон Республики Таджикистан от 18 июня 2008 г. N 403 «О коммерческой тайне» // Ахбори маджлиси оли РТ. 2008. N 6. Ст. 461.

Противоречие норм трудового и гражданского законодательства не позволит взыскать с работника, разгласившего коммерческую тайну, упущенную выгоду, поэтому требуется внесение соответствующих изменений именно в трудовые кодексы стран ЕврАзЭС. Например, в Трудовом кодексе Республики Армения <12> расширено понятие ущерба, который включает в себя и упущенную выгоду (ст. 241). ——————————— <12> Трудовой кодекс Республики Армения от 14 декабря 2004 г. НО-124. URL: http://base. spinform. ru/ show_doc. fwx? rgn=8660 (дата доступа: 02.07.2013).

——————————————————————

Название документа