Оценка судьями качества судебно-медицинских экспертиз для совершенствования судебно-медицинской деятельности

(Долгова О. Б., Кондрашов Д. Л.) («Российский юридический журнал», 2013, N 6) Текст документа

ОЦЕНКА СУДЬЯМИ КАЧЕСТВА СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКИХ ЭКСПЕРТИЗ ДЛЯ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

О. Б. ДОЛГОВА, Д. Л. КОНДРАШОВ

Долгова Оксана Борисовна, кандидат медицинских наук, доцент кафедры судебной медицины Уральского государственного медицинского университета (Екатеринбург).

Кондрашов Дмитрий Львович, кандидат медицинских наук, начальник Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (Екатеринбург).

Проанализированы мнения судей о качестве судебно-медицинской деятельности. По результатам интервьюирования определены недочеты в работе судебно-медицинских экспертов. Сделаны предложения по оптимизации деятельности судебно-медицинской службы Свердловской области.

Ключевые слова: мнение судей, судебно-медицинская экспертиза, качество работы, совершенствование деятельности, судебно-медицинская служба.

Judges’ evaluation of the quality of forensic medical examinations for improvement of forensic medical activity O. B. Dolgova, D. L. Kondrashov

Judges’ opinions about the quality of forensic medical activities are analyzed. On the results of interviews shortcomings in the work of forensic experts are identified. Proposals for the optimization of forensic medical service of the Sverdlovsk region are made.

Key words: judges’ opinion, forensic medical examination, quality of work, improvement of activity, forensic medical service.

Объективность, всесторонность и полнота исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники, закреплены законом в качестве принципов деятельности судебно-медицинского эксперта <1>. Важным условием улучшения взаимодействия судов, правоохранительных органов и судебно-медицинской службы является углубленный и всесторонний анализ ошибок, допускаемых сторонами судебного процесса при организации, назначении и производстве экспертиз. На первый план при оценке работы судебно-медицинских экспертов выходит качество и эффективность проведения экспертизы <2>. Сегодня в нормативных документах, регламентирующих организацию и проведение судебно-медицинских экспертиз в Российской Федерации <3>, не представлены критерии оценки качества экспертной деятельности, что существенно затрудняет контроль за работой врачей судебно-медицинских экспертов с учетом их процессуальной независимости. Несмотря на это, совершенствование деятельности судебно-медицинской службы в регионах, изменение организационно-правовых основ, условий труда врачей, повышение требований к качеству работы и ее результативности определяют интерес к проблеме оценки и контроля деятельности судебно-медицинских экспертов. В соответствии с государственными стандартами, рассматривающими как результативность, так и эффективность работы учреждения в целом с точки зрения системы менеджмента качества, для совершенствования работы организации важна удовлетворенность потребителей (в нашем случае — судей) качеством услуг (судебно-медицинских экспертиз) <4>. ——————————— <1> Федеральный закон от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». <2> Малкова Т. Л., Столяров Е. Е. внутренний и внешний контроль качества судебно-химических экспертных исследований. Пермь, 2009. С. 73. <3> Приказ Минздравсоцразвития России от 12 мая 2010 г. N 346 «Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-медицинских учреждениях Российской Федерации»; Постановление Правительства РФ от 17 августа 2007 г. N 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»; Приказ Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 г. N 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». <4> ГОСТ Р ИСО 9000-2001 Государственный стандарт Российской Федерации.

В основу нашего исследования легла деятельность бюро судебно-медицинской экспертизы Свердловской области (в Екатеринбурге и районных отделениях). В 2011 г. судебно-медицинские эксперты участвовали в судебных заседаниях 370 раз: в 140 случаях они приглашались для разъяснения вопросов в связи с экспертизой трупов, в 230 — по вопросам экспертизы живых лиц. Из 41 районного отделения бюро не участвовали в судебных заседаниях эксперты лишь четырех отделений. Нами выполнен расчет рабочего времени, затраченного врачами-судебно-медицинскими экспертами на такую форму работы, как участие в судебном процессе. Этот расчет позволил выявить потребности судов в общении с экспертом, а также определить эффективность использования рабочего времени и экономическую составляющую деятельности судебно-медицинской службы при работе в суде. В ходе исследования учитывалось количество рабочих часов в году, профиль отдела (отделения), определяющий продолжительность рабочей недели (36 ч для врачей-танатологов и 38,5 ч для врачей отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц). Расчет был выполнен с поправкой на дни отпуска и праздничные дни. Показатель эффективности использования рабочего времени для учреждения в целом определялся соотношением времени, затраченного судебно-медицинскими экспертами на выступления в судебных заседаниях, к общему количеству рабочих часов в году (сумме фактически отработанных судебно-медицинскими экспертами часов) и выражался в процентах. Экономическая составляющая указанного вида экспертной деятельности для учреждения в целом определялась как процентное соотношение затрат на оплату труда судебно-медицинских экспертов в период работы в суде к планируемой оплате труда врачей без участия в судебных заседаниях. Для выявления мнения судей о качестве деятельности судебно-медицинской службы, проблемах взаимодействия в процессе судопроизводства, а также для выработки управленческих решений по оптимизации совместной работы судей и судебно-медицинских экспертов проведено исследование в форме интервьюирования судей районных судов Екатеринбурга. Опрошено 65 респондентов. Предложенные судьям анкеты содержали 50 вопросов. В ходе опроса определены общие характеристики респондентов (пол, возраст, место работы, стаж); выявлены наиболее актуальные проблемы в совместной работе судов и судебно-медицинской службы. Среди респондентов женщины составили 68%, возраст большинства опрошенных — от 30 до 50 лет (от 30 до 39 лет — 51%, от 40 до 49 лет — 29%). Стаж работы 55% интервьюируемых составил от 1 года до 9 лет. Свое отношение к судебной медицине как науке, к специалистам в этой области судьи выразили при ответе на вопрос об уровне сложности объектов судебно-медицинской экспертизы: 35% полагают, что сложны все объекты или более чем один объект. Большинство решило, что самым сложным объектом для экспертизы является труп или части трупа. Лишь один судья посчитал, что ни один из видов судебно-медицинского исследования сложности не представляет. Мы попросили оценить по 5-балльной шкале работу всех отделов и отделений бюро судебно-медицинской экспертизы. Полученные данные свидетельствуют о высокой оценке работы: исключительно «отлично» и «хорошо» получили отдел экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц, а также медико-криминалистическое отделение; остальные отделы также были в основном оценены на «хорошо» и «отлично»; оценку «удовлетворительно» поставили не более 10% судей. Встретились единичные высказывания о неудовлетворительной работе отдела сложных комиссионных экспертиз и биологического отделения. Потребность в выступлении экспертов в судебном заседании определялась по ответам на вопросы о том, как часто эксперты приглашаются для участия в суде и по каким объектам экспертиз возникает большинство вопросов. Было выявлено, что 34% опрошенных общаются с экспертами в судебном заседании чаще одного раза в год, причем 24% приглашают экспертов чаще одного раза в полгода. По мнению судей, допрос эксперта в равной степени необходим как самим судьям, так и участникам судебного процесса, инициатором вызова эксперта в 42% случаев является судья. Больше всего вопросов возникает по такому объекту, как живое лицо. Крайне редко имеется необходимость допроса по двум объектам одновременно: трупу и вещественным доказательствам. Необходимость дополнительных разъяснений после проведенной экспертизы трупа возникает в 22% случаев от общего количества вызовов экспертов в суд. Эксперты отдела сложных комиссионных экспертиз по материалам повторных экспертиз по трупу и живому лицу приглашаются в судебное заседание редко — 8% случаев от общего количества выступлений экспертов в суде. Нас интересовало мнение судей об умении судебно-медицинских экспертов в ходе выступления в судебном заседании аргументировать свои выводы, дать научное обоснование, подтвердить выводы данными практики. Вопросы были заданы в отношении всех объектов судебно-медицинской экспертизы. По результатам было выяснено, что в подавляющем большинстве выступлений эксперты стараются обосновывать и подтверждать свои выводы, хотя имеются случаи полного отказа от ответа на вопросы суда (только по вопросам по экспертизе трупа). Отмечено, что иногда приходится задавать эксперту многочисленные уточняющие вопросы, чтобы получить удовлетворяющий суд ответ, что, на наш взгляд, характеризует в большей степени личность врача и в меньшей — его профессиональную компетенцию. Поводами для допроса эксперта в суде Уголовно-процессуальный кодекс РФ называет необходимость разъяснения и дополнения данного экспертом заключения. Нами предпринята попытка проанализировать причины вызова эксперта в суд. Мы попытались выяснить, совпадают ли причины допросов эксперта в суде и допроса эксперта следователем на этапе предварительного следствия. Причины были разделены на две группы. Первая группа — это причины, напрямую связанные с качеством экспертной деятельности: неполные ответы или отсутствие ответов на вопросы, противоречия в заключении экспертизы, формальные причины (отсутствие подписи эксперта в положенном месте, неверное указание фамилий пострадавших, обвиняемых, неточное указание количества листов в заключении и т. д.). Вторая группа — это причины, не зависящие напрямую от качества экспертной деятельности: несоответствие выводов эксперта обстоятельствам дела, наличие вновь открывшихся обстоятельств дела и недостаток времени на назначение дополнительной экспертизы, невнимательность следователя и, как результат, неполный объем вопросов при назначении первичной экспертизы, ходатайства участников процесса. В ходе опроса судьи дополнили предложенный список причин, что, по нашему мнению, свидетельствует об их заинтересованности в данной исследовательской работе и ее результатах. Интересно отметить, что иногда, как считают судьи, вызова эксперта для допроса можно было бы избежать, если бы он «понимал значение своих выводов для уголовного дела», что позволило бы эксперту несколько расширить объем выводов. Следует согласиться со сказанным и подчеркнуть, что в некоторых случаях недостаточно того объема информации, который предоставлен эксперту на момент составления экспертных выводов. Мы полагаем, что более подробное знакомство судебно-медицинского эксперта с обстоятельствами дела должно осуществляться в первую очередь в ходе следствия. Это позволит избежать шаблонности постановлений и самих экспертных выводов. Вызов в суд по причинам, напрямую не связанным с качеством экспертизы, производится, по данным анкетирования, в 30% случаев от общего количества экспертных выступлений, в ходе предварительного следствия допрос эксперта следователем по указанным причинам требуется в 18% случаев от числа всех допросов. Судьи указывают, что нередко (в 17% вызовов в суд) из-за невнимательности и технических ошибок судебные медики неверно указывают фамилии пострадавших, не ставят в положенном месте подписи, что делает необходимым выезд в судебное заседание; аналогичные формальные причины в 8% случаев становятся поводом допроса эксперта следователем. Подобные недочеты могут быть полностью исключены посредством усиления контроля за качеством работы со стороны как самого эксперта, так и проверяющих. Отмечено, что на этапе предварительного следствия в основном устраняется неполнота ответа на вопросы постановления и добавляются ответы на вопросы, которые остались без внимания эксперта; указанные причины становятся поводом для вызова судебного медика в суд в два раза реже, чем при проведении следственных действий. Судьи считают, что неполные ответы на вопросы постановления встречаются в 11% экспертиз, отсутствуют ответы на ряд вопросов в 3% случаев. Таким образом, существенная часть допросов эксперта в судебном заседании определена недостатками работы судебно-медицинских экспертов, что требует разработки и реализации мер по устранению недочетов. При этом главным проверяющим, как считает треть респондентов, должен быть заместитель начальника бюро по экспертной работе. Кроме того, проверять качество экспертной деятельности могут врачи организационно-методического отдела бюро, профессорско-преподавательский состав кафедры судебной медицины и эксперты по качеству судебно-медицинской деятельности (это предложили от 7 до 8% опрошенных). Пятая часть респондентов указала, что было бы целесообразно возлагать функцию контроля на лиц, в чьем профессиональном статусе сочетаются указанные должности и чей стаж работы судебно-медицинским экспертом составляет не менее 10 лет. Треть опрошенных считает, что проверки экспертной деятельности следует проводить один раз в квартал, остальные респонденты высказались за проведение проверок не реже одного раза в год. Более трети судей предлагает контролировать все виды экспертной деятельности, в том числе допрос эксперта в судебном заседании. Наиболее тщательно должен осуществляться контроль экспертизы живого лица, экспертизы по материалам дел и осмотра трупа на месте его обнаружения. Почти все судьи (92%) в своей практике сталкивались с необходимостью назначения повторных комиссионных экспертиз после проведения первичных, хотя 73% опрошенных утверждают, что дела, в которых имеются результаты повторных экспертиз, составляют менее 10% от всех рассматриваемых дел. Часто поводом для назначения повторной экспертизы выступают формальные причины, в том числе неточное указание количества листов в заключении эксперта, неверные данные пострадавших, обвиняемых и т. д. (об этом заявил 31% опрошенных). К обозначенным нами причинам судьи предлагают добавить ошибки следователя (дознавателя) на этапе предварительного следствия, в том числе «обстоятельства, на которые не обратил внимание следователь, но которые необходимы для приговора». Из всех респондентов лишь один считает, что поводом для назначения повторных экспертиз является профессиональная некомпетентность судебно-медицинских экспертов. В качестве не зависящих от эксперта причин, ставших поводом для назначения повторной комиссионной экспертизы, пятая часть респондентов назвала несоответствие выводов обстоятельствам дела. Кроме того, дополнительной причиной может быть «отмена судебного решения вышестоящим судом и указание на необходимость проведения повторной экспертизы», при этом сам судья не усматривал этой необходимости при принятии решения и вынесении приговора. Поводами для назначения повторных экспертиз выступают также неполные ответы на вопросы постановления или отсутствие ответов на некоторые вопросы, противоречия в самом экспертном заключении первичной экспертизы. Опрошенные признают, что выводы повторной экспертизы почти всегда или в большинстве случаев подтверждают выводы первичной экспертизы; 60% судей полностью удовлетворены полнотой, аргументированностью и научной обоснованностью выводов повторной экспертизы. Четверть опрошенных отмечают встречающуюся неполноту ответов на вопросы, но имеющиеся ответы считают аргументированными. Лишь один судья указал, что в его практике ни разу не встретилось заключение повторной экспертизы, которое полностью бы его удовлетворило. Большинство повторных экспертиз назначаются по такому объекту, как живое лицо, вторым объектом по частоте их назначения является труп, далее следует сочетание указанных объектов. Судя по результатам повторной экспертизы эксперты при производстве первичной самые большие трудности испытывают при формулировании ответов на вопросы о наличии, характере, механизме образования повреждений, а также причинно-следственной связи между заболеванием (повреждением) и наступлением смерти (отметили 37% респондентов). Редко, но возникает несовпадение выводов экспертной комиссии и эксперта, проводившего первичную экспертизу, по вопросам о причине смерти, давности ее наступления, прижизненности и давности образования повреждений. Полученные данные свидетельствуют о необходимости более полного, подробного анализа выводов первичных и повторных экспертиз. Это при наличии четких критериев оценки экспертной документации позволит сделать вывод о качестве деятельности экспертов отделов и отделений бюро судебно-медицинской экспертизы. Предполагая расхождения мнений об экспертной работе врачей разных структурных подразделений учреждения, мы сформулировали ряд вопросов, ответы на которые позволили выявить возможные причины низких оценок, а также проблемы во взаимодействии отделов и отделений. Так, работа с гистологическими препаратами всегда проводится в рамках судебно-медицинских исследований и экспертиз трупов. Судьи, рассматривающие дела в уголовном процессе, практически одинаково оценили работу отдела судебно-медицинской экспертизы трупов и судебно-гистологического отделения, что, по нашему мнению, говорит как об объективности оценки, так и о глубоком понимании значения взаимодействия морфологических экспертных подразделений учреждения здравоохранения. 44% респондентов ответили, что крайне редко, но встречаются противоречия в заключениях танатологов и гистологов, что связано с недостаточным объемом данных, предоставляемых экспертам-гистологам. По мнению судей, необходимость назначения повторных экспертиз в связи с противоречиями в заключениях морфологов возникает крайне редко, хотя один из опрошенных утверждает, что приходится назначать повторные экспертизы в большинстве случаев. Значительное количество судей отметили, что выводы судебно-медицинских экспертов-гистологов подтверждаются результатами повторной комиссионной экспертизы. Особый интерес представляют мнения судей о качестве работы судебно-медицинских экспертов-биологов и экспертов отдела сложных комиссионных экспертиз, поскольку только их деятельность получила среди прочих отрицательные оценки. Частую необходимость проведения повторных экспертиз после выполнения первичных в судебно-биологическом отделении отметил только один судья. 39% опрошенных затруднились дать ответ на представленный вопрос. Более половины судей (52%) сказали, что необходимость назначения повторных экспертиз возникает крайне редко или не возникает вовсе. Мы сравнили ответы на вопрос, подтверждают ли повторные экспертизы выводы первичных, выполненных в судебно-биологическом отделении и отделе сложных комиссионных экспертиз. Часть судей затруднились ответить, остальные сказали о высоком проценте совпадения выводов экспертиз. 14% судей находят ответы экспертной комиссии неполными, один судья считает экспертные комиссии недостаточно профессионально компетентными. По мнению опрошенных, назначение повторных экспертиз после первичных судебно-биологических экспертиз в равной степени связано с неполнотой ответов на вопросы, противоречиями в заключении первичной экспертизы и противоречиями выводов обстоятельствам дела (по 9,3% респондентов). Один судья считает, что повод для назначения повторных экспертиз — формальные причины, еще один судья называет значимым недочетом отсутствие ответов на ряд вопросов. Пятая часть судей вынуждена назначать повторные экспертизы после проведенных комиссионных и судебно-биологических по двум и более обозначенным нами причинам (как зависящим напрямую от качества работы врачей, так и не зависящим). К сожалению, четверть респондентов указала, что сегодня судебно-медицинские эксперты практически не используют в практике новые технологии, научные разработки, патентованные методики, хотя знания о них имеются. 12% интервьюированных считают, что новые методики используются часто, 43% сказали об их использовании от случая к случаю. Уровень развития медицинской науки и практики судебно-медицинской экспертизы обязывает применять современные диагностические возможности для полного и обоснованного заключения. Мотивацией для повышения профессиональной квалификации, внедрения в работу инноваций, по нашему мнению, может стать система поощрений (материальных, моральных и т. д.) при четких и унифицированных критериях оценки качества работы эксперта.

Выводы

1. В ходе работы определены основные проблемы, которые, по мнению судей, актуальны в совместной работе судебной системы и судебно-медицинской службы Свердловской области. 2. При создании на уровне учреждения здравоохранения — ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» — системы контроля качества судебно-медицинских экспертиз и исследований требуется разработка четких критериев, позволяющих устранить недочеты. 3. Качество экспертной работы должно оцениваться как путем анализа экспертной документации, так и посредством контроля различных видов деятельности судебно-медицинских экспертов, в том числе выступлений в судебных заседаниях. 4. Одним из важных критериев качества работы может служить мнение специалистов, являющихся потребителями продукта деятельности судебно-медицинской службы, в том числе судей. Это позволит оперативно устранять недочеты в работе, приведет к уменьшению количества выходов эксперта в судебные заседания и, следовательно, позволит снизить затраты рабочего времени эксперта на указанную деятельность. В дополнение к сказанному следует отметить, что в 2012 г., впервые за 75-летнюю историю кафедры судебной медицины Уральской государственной медицинской академии, с целью повышения профессиональной квалификации и качества экспертной деятельности реализована программа дополнительного профессионального образования. Программа постдипломной подготовки составлена с учетом актуальных проблем экспертной практики, полностью адаптирована к условиям работы судебно-медицинских экспертов Свердловской области и других регионов РФ, включает в том числе обсуждение вопросов качества работы экспертов в судебном заседании.

References

GOST R ISO 9000 — 2001 Gosudarstvennyj standart Rossijskoj Federacii // SPS «Konsul’tantPlyus». Malkova T. L., Stolyarov E. E. Vnutrennij i vneshnij kontrol’ kachestva sudebno-ximicheskix ehkspertnyx issledovanij. Perm’, 2009. Federal’nyj zakon ot 31 maya 2001 g. N 73-FZ «O gosudarstvennoj sudebno-ehkspertnoj deyatel’nosti v Rossijskoj Federacii» // SPS «Konsul’tantPlyus». Prikaz Minzdravsocrazvitiya Rossii ot 24 aprelya 2008 g. N 194n «Ob utverzhdenii Medicinskix kriteriev opredeleniya stepeni tyazhesti vreda, prichinennogo zdorov’yu cheloveka» // SPS «Konsul’tantPlyus». Prikaz Minzdravsocrazvitiya Rossii ot 12 maya 2010 g. N 346 «Ob utverzhdenii Poryadka organizacii i proizvodstva sudebno-medicinskix ehkspertiz v gosudarstvennyx sudebno-medicinskix uchrezhdeniyax Rossijskoj Federacii» // SPS «Konsul’tantPlyus». Postanovlenie Pravitel’stva RF ot 17 avgusta 2007 g. N 522 «Ob utverzhdenii Pravil opredeleniya stepeni tyazhesti vreda, prichinennogo zdorov’yu cheloveka» // SPS «Konsul’tantPlyus».

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *