Жизнь и жизнеспособность в праве и медицине

(Долинская В. В., Долинская Л. М.) («Законы России: опыт, анализ, практика», 2012, N 4) Текст документа

ЖИЗНЬ И ЖИЗНЕСПОСОБНОСТЬ В ПРАВЕ И МЕДИЦИНЕ

В. В. ДОЛИНСКАЯ, Л. М. ДОЛИНСКАЯ

Долинская Владимира Владимировна, доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры гражданского и семейного права Московской государственной юридической академии им. О. Е. Кутафина.

Долинская Людмила Михайловна, врач, ФГУ «Центр лечебной физкультуры и спортивной медицины Федерального медико-биологического агентства (ФМБА России)».

На основе анализа Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Приказа Минздравсоцразвития России от 27 декабря 2011 г. N 1687н «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке ее выдачи» рассмотрены проблемы определения жизни как нематериального блага, а также связанные с этим вопросы правосубъектности, регистрации актов гражданского состояния, обязательств по оказанию услуг, ответственности, наследственного права.

Ключевые слова: жизнь; наследование; нематериальное благо; ответственность; права человека; правоспособность; рождение.

Life and viability in law and medicine V. V. Dolinskaya, L. M. Dolinskaya

Dolinskaya Vladimira Vladimirovna, doctor of laws, professor, professor of the civil and family law department of Kutafin Moscow state law academy.

Dolinskaya Lyudmila Mikhaylovna, doctor, Federal state institution «Centre of exercise therapy and sport medicine under Federal medicobiologic agency».

Basing on the analysis of the Federal law N 323-FZ «On basics of citizens’ health protection in the Russian Federation», November 21, 2011, and the Order of the Ministry of Health and Social Development of the Russian Federation N 1687n «On medical criteria of birth, the form of the document on the birth and the process of its issuing», December 27, 2011, the problems of defining a life as a non-material good and interrelated issues of legal personality, civil registration, duties on rendering services, liability and inheritance law are discussed.

Key words: life; inheritance; non-material good; liability; human rights; legal personality; birth.

В соответствии с п. 2 ст. 17 Конституции РФ основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Согласно п. 2 ст. 17 Гражданского кодекса РФ правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. То есть с момента рождения граждане могут иметь имущество на праве собственности; наследовать и завещать имущество; заниматься предпринимательской и любой иной не запрещенной законом деятельностью; создавать юридические лица самостоятельно или совместно с другими гражданами и юридическими лицами; совершать любые не противоречащие закону сделки и участвовать в обязательствах; избирать место жительства; иметь права авторов произведений науки, литературы и искусства, изобретений и иных охраняемых законом результатов интеллектуальной деятельности; иметь иные имущественные и личные неимущественные права (ст. 18 ГК). Параграф 2 гл. 59 ГК посвящен возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Глава 16 Уголовного кодекса РФ названа «Преступления против жизни и здоровья». Понятие «жизнь» используется в страховом праве (например, ст. 934 ГК и п. 1 ст. 4 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» <1>), законодательстве об охране труда и безопасности <2> и других правовых актах, но определения жизни ни в одном из них мы не нашли. ——————————— <1> Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 2. Ст. 56. <2> См.: Долинская В. В., Долинская Л. М. Унификация понятия и содержания безопасности в отраслях права // Проблемы модернизации гражданского законодательства: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Волгоград: Станица-2, 2011.

Иногда встречаются косвенные характеристики, например: «…жизнь другого человека, начальным моментом которой является начало процесса физиологических родов, а конечным — биологическая смерть» <3>. ——————————— <3> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 2-е изд., исправ., доп. и перераб. / Под ред. А. И. Чучаева. М.: Контракт; Инфра-М, 2010 (автор комментария к ст. 105 — Л. Л. Кругликов).

Вроде бы начало жизни привязывается к моменту рождения. По п. 1 ст. 53 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» <4> «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов». ——————————— <4> СЗ РФ. 2011. N 48. Ст. 6724.

Глава II Федерального закона от 15 ноября 1997 г. N 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» <5> называется «Государственная регистрация рождения», но среди прочих содержит ст. 20 «Государственная регистрация рождения ребенка, родившегося мертвым или умершего на первой неделе жизни». ——————————— <5> СЗ РФ. 1997. N 47. Ст. 5340.

Еще в конце XIX в. известный правовед Н. Л. Дювернуа в главном своем труде «Чтения по гражданскому праву», в основе которого лежат лекции по гражданскому праву Николая Львовича на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета и который он писал и переписывал более двух десятилетий <6>, выделял «вопросы, важные для точного разумения начального и конечного моментов правоспособности отдельного человека, суть следующие: I. Как в цивильном смысле определить состояние человека в моменты, предшествующие отделению от утробы матери? II. Какие признаки рождения нужны для того, чтобы наличность правоспособного субъекта не возбуждала сомнений? III. Вероятная продолжительность жизни? IV. Прекращение личности отдельного человека. А. Вероятная последовательность смертей, когда достоверности достигнуть нельзя? В. Вероятность смерти, когда трудно предположить продолжение жизни (безвестно отсутствующего)» <7>. ——————————— <6> См.: Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. Изд. 3-е. Т. 1: Введение и часть Общая. Вып. I. СПб., 1898. Вып. III. СПб., 1899. Изд. 4-е. Т. 1. Введение и часть Общая. Вып. I. СПб., 1902. Вып. II. Лица. Вещи. СПб., 1902. Вып. III: Изменение юридических отношений. Учение о юридической сделке. СПб., 1905. <7> Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. Т. 1: Введение. Учение о лице / Под ред. и с предисл. В. А. Томсинова. М.: Зерцало, 2004. Глава I. Учение о физическом лице. § 17 // СПС «Гарант».

Значение двух первых вопросов, а в целом определение жизни через момент рождения проиллюстрируем на следующих примерах. Во-первых, включение в число наследников (возможность призвания к наследованию) лиц, зачатых при жизни наследодателя и родившихся живыми после открытия наследства (ч. 1 п. 1 ст. 1116 ГК). Классики российской цивилистики и современные авторы (например, А. Н. Гуев, В. В. Долинская, Н. Л. Дювернуа, Д. И. Мейер, И. А. Михайлова) обращают внимание на проблему — возникновение правоспособности или отдельного субъективного права до момента рождения. Во-вторых, привлечение медицинских работников к уголовной ответственности за неоказание помощи больному (ст. 124, а также ч. 2 ст. 109 и ч. 2 или ч. 4 ст. 118 УК). Может ли рассматриваться в качестве потерпевшего новорожденный (по каким критериям его надо признавать больным?) и с какого момента (ситуации мертворождения или смерти в первые же мгновения после рождения). В-третьих, по аналогии с предыдущим примером гражданско-правовая ответственность за причинение вреда жизни и здоровью новорожденного (вопрос о жизнеспособности ребенка). Этот вопрос весьма актуален для разрешения скандала в Нальчике по факту смерти нескольких новорожденных в январе 2012 г. В-четвертых, очередность наследования в случае наследственной трансмиссии (ст. 1156 ГК) или при реализации наследования по праву представления (ст. 1146 ГК). В качестве направляющей для дальнейшего исследования проблем еще раз обратимся к Н. Л. Дювернуа и позволим себе объемную цитату в связи с непреходящей актуальностью его замечаний и уклонением представителей современного права (гражданского, медицинского) от рассмотрения такого вопроса. «II. Какие признаки рождения необходимы, чтоб определить отдельную правоспособность рожденного (status nativitatis)? A. Не возбуждает сомнений ни в римском, ни в современном праве требование, чтобы отделившийся от утробы матери младенец был живым (выделено авт.). Отдельная личность не признается существовавшей, если между рождением и смертью нельзя установить никакого промежутка времени, хотя бы самого краткого, для внеутробной жизни, если родившийся есть мертворожденный. События таких родов остаются без всяких последствий для цивильных правоотношений. Несомненно, что рождаемые без признаков жизни могут, в отдельных случаях, искусственно быть призваны к жизни и продолжать существование, как и рожденные живыми. Тогда, натурально, состояние младенца в минуту отделения от матери остается без последствий. Таким образом, чтоб получилась отдельная правоспособность, необходима жизнь родившегося, хотя бы самая непродолжительная, вне утробы матери. Это реквизит, общий для нашего права и для любой европейской системы (см. в актах состояния, отметки мертворожденности еще в петровских формулярах для метрик). B. Больше сомнений возбуждает вопрос о признаках рождения человека живым и о доказывании на суде этого важного момента. Контроверза существовала еще в римской юриспруденции, где прокулеянцы считали непременным признаком живого рождения крик новорожденного, который, правда, обыкновенно сопровождает появление на свет развившегося младенца, но которого нельзя рассматривать как необходимый признак живого рождения. Сабинианцы были против этого мнения, и Юстиниан принял их учение. Любопытно, что в новое время контроверза возобновляется в разных немецких системах. В саксонской группе источников германского права повторяется требование прокулеянцев, чтоб новорожденный огласил четыре стены дома своим криком (das Beschreien der vier Wande des Hauses); в других группах почитается достаточным признаком жизни раскрытие глаз. Несомненно, что такие критерии для определения свойств рождения живого могли иметь смысл при господстве способа доказывать через свидетелей. Это — признаки, которые и ныне могут, в массе случаев, особенно в простонародье, быть единственными удобоприменимыми в практике. В современных кодексах, однако, мы не находим такого ограничения признаков живого рождения, и с этим вместе вопрос о доказанности события становится весьма контроверзным. Ряд современных кодексов ищет выхода из затруднений, встречаемых практикой, следующим способом. Если роды от здоровой матери суть своевременные и плод, стало быть, достаточно развит, тогда презумпируется рождение живым (австр. и сакс. код.). Презумпция, натурально, не исключает доказывания на суде противного. Средства доказывать как живо — так и мертворожденность ничем не ограничены, никакими обязательными признаками, хотя прусский ландрехт удерживает крик ребенка как наиболее надежный и обыденный признак живого рождения. Если событие рождения младенца занесено в акты гражданского состояния, то для доказательства рождения живым достаточно ссылки на эти акты, хотя, опять, такая ссылка не исключает возможности противодоказывания в случае, напр., подлога. C. Мы видели сейчас, что некоторые признаки родов (своевременность) служат основой для предположения живого рождения. Есть, несомненно, физиологически известный предел, ранее которого выделение плода дает необходимо выкидыш (abortus), а не жизнеспособного младенца. Юриспруденция, частью уже римская, стремилась широко воспользоваться для своих целей, — известности и постоянства признаков рождения, — этими физиологическими данными, чтобы точнее определить моменты возникновения отдельной личности. В этих же видах ставят ныне, кроме указанных требований, еще реквизит для правоспособности новорожденного — его жизнеспособность (выделено авт.). Контроверза по этому вопросу для права римского представляется весьма любопытной. Савиньи не находил в римском праве именно выраженного реквизита жизнеспособности (Lebensfahigkeit, Vitalitat) для определения правоспособности родившегося живым. Вехтер, ближе к букве толкуя подходящие места источников, полагает, что для правоспособности требуется отделение не только живого младенца, но и зрелого, доношенного, что де и указывает на реквизит жизнеспособности. Рождение, наступившее 6 месяцев после зачатия, — жизнеспособно, раньше — нет, хотя бы ребенок и жил короткое время после рождения. Так думает Вехтер, основываясь на точном смысле текстов; иначе Савиньи. Мысль Савиньи долгое время господствовала в практике; это легче всего объяснить себе сравнительным удобством судить о правоспособности родившегося по одному признаку рождения живым, чем по этим двум критериям, рождения живым и сверх того рождения, своевременного после зачатия, тем более что последний момент часто совсем нельзя установить с точностью. Если этому реквизиту (Vitalitat) дают этот тесный смысл (собственно perfecte natus, в противоположность с abortus), то различие мнений не ведет к серьезным недоумениям для практики. Но ему дают еще другой, более широкий смысл, рождения не только живого и своевременного, но еще и вообще надежного для продолжения жизни (vitae habilis). Старое германское право показывает несомненные признаки существовавшего в народном сознании взгляда, что одно событие рождения младенца еще ничего не решает окончательно в вопросах семейно-имущественных распорядков. По вестготскому праву влияние на отношения по наследованию новорожденный оказывал только тогда, когда он прожил 10 дней и был окрещен. По Саксонскому зерцалу, в такой же связи выражается требование, чтобы новорожденный был lifliaftich (ne viable способен жить). Испанский кодекс рассматривает как личность в цивильном смысле человека, прожившего 24 часа после полного отделения от утробы матери [см.: Code espagnol (24 июля 1889 г.). Art. 30 (перевод на французск. Levi A)]. Несомненно, что повсюду, где исповедный момент имел значительное влияние на правоспособность, одно рождение, не освященное еще приобщением новорожденного к тому или другому церковному союзу, не решало ничего в вопросах правоспособности. Любопытно, что это старинное требование рождения не только живым, но и жизнеспособным удержалось в одном из передовых нынешних кодексов, в Code civil, а оттуда, вместе с заимствованием Code’а, перешло в Польшу. Оно удержалось у французов не в виде общего реквизита для правоспособности человека, а в некоторых специальных применениях к вопросу о признании законности рождения (Art. 314. П. 3) и в особенности к праву наследования (Art. 725): sont incapables de succeder: a) celui qui n’est pas concu, и b) l’enfant qui n’est pas ne viable… Наш Кодекс не знает этого реквизита. D. Сверх указанных требований в разное время мы встречаемся с требованием от рождаемого образа человеческого как условия правоспособности. Но каким должен быть образ человека и где начинается безобразие, уродство, препятствующее признать рожденного за человеческое существо, об этом ни в старых, ни в новых кодексах мы не найдем ничего определенного. Здесь широкое поле для суеверий всякого рода. Юридическая практика отклоняет от себя вовсе решение вопроса о нормальном человеческом образе как условии правоспособности и руководится в этом отношении исключительно данными физиологии и медицины, которые не допускают рождения от человека не людей» <8>. ——————————— <8> Дювернуа Н. Л. Указ. соч.

Итак, будем искать в современном праве и медицине признаки рождения живым и жизнеспособности. На основании Конвенции ООН о правах ребенка 20 ноября 1989 г. <9>, Всемирной декларации об обеспечении выживания, защиты и развития детей <10>, принятой в г. Нью-Йорке 30 сентября 1990 г., а также для международной сопоставимости отечественной статистики согласно государственной программе перехода Российской Федерации на принятую в международной практике систему учета и статистики в соответствии с требованиями развития рыночной экономики, утвержденной Постановлением Верховного Совета РФ от 23 октября 1992 г. N 3708-1, Приказом Минздрава России и Постановлением Госкомстата России от 4 декабря 1992 г. N 318/190 «О переходе на рекомендованные Всемирной организацией здравоохранения критерии живорождения и мертворождения» утверждены Инструкция об определении критериев живорождения, мертворождения и перинатального периода <11>, а также Инструктивно-методические рекомендации: «Ведение преждевременных родов при сроке беременности 22 недели и более»; «Интенсивная терапия и выхаживание новорожденных с очень низкой и экстремально низкой массой тела»; «Вскрытие мертворожденных и умерших новорожденных с массой тела от 500 до 1000 г». ——————————— <9> Ведомости СНД СССР и ВС СССР. 1990. N 45. Ст. 955. СССР ратифицировал Конвенцию в 1990 г. <10> Дипломатический вестник. 1992. N 6. Россия подписала Декларацию 31 января 1992 г. <11> . Вместо действовавшей ранее Инструкции об определении критериев живорожденности и доношенности (зрелости) плода (новорожденного) (приложение 1 к Приказу Минздрава СССР от 12 июня 1986 г. N 848).

В соответствии с п. 3 ст. 53 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» («Медицинские критерии рождения, в том числе сроки беременности, масса тела ребенка при рождении и признаки живорождения, а также порядок выдачи документа о рождении и его форма утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти»), который вступил в силу с 1 января 2012 г., Приказом Минздравсоцразвития России от 27 декабря 2011 г. N 1687н «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке ее выдачи» утверждены Медицинские критерии рождения <12>. ——————————— <12> http://www. minzdravsoc. ru

Директор Департамента организации медицинской помощи детям и службы родовспоможения Валентина Широкова указала, что «во многих регионах уже давно работают с глубоконедоношенными детьми и довольно успешно их выхаживают. Но медицинское свидетельство о рождении родителям выдавали только в том случае, если ребенок, появившийся на свет на сроке от 22 до 28 недель беременности, прожил 168 часов, т. е. неделю. Теперь, с 2012 года, в соответствии с новым Приказом, медицинское свидетельство о рождении выдается непосредственно по факту рождения» <13>. ——————————— <13> Там же.

Директор Научного центра акушерства и гинекологии академик РАМН Геннадий Сухих в интервью программе «Утро России»: «С 2012 года новорожденных в России будут регистрировать по критериям ВОЗ, справедливо прокомментировал, что «все нововведения касаются, скорее, медицинской статистики и учета. А что касается технологий, то начиная с 1993 года по всей стране это уже делается — недоношенных детей спасают. Однако в каждом отдельном случае успех этих действий зависит от уровня технологического обеспечения и, самое главное, от уровня образования и подготовки врачей» <14>. ——————————— <14> Там же.

Пункт 1 Медицинских критериев рождения дословно повторяет п. 1 ст. 53 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»: «Моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов». Пункт 2 устанавливает медицинские критерии рождения: 1) срок беременности (22 недели и более); 2) масса тела ребенка при рождении (по результатам взвешивания новорожденного, произведенного в течение первого часа его жизни, 500 грамм и более (или менее 500 грамм при многоплодных родах)); 3) длина тела ребенка при рождении (25 см и более (в случае, если масса тела ребенка при рождении неизвестна)). Новорожденные, родившиеся с массой тела до 2500 грамм, считаются новорожденными с низкой массой тела при рождении, до 1500 грамм — с очень низкой массой тела при рождении, до 1000 грамм — с экстремально низкой массой тела при рождении (ч. 2 п. 4 Медицинских критериев рождения). Число новорожденных и их вес при многоплодных родах для признания жизнеспособными и выхаживания не оговаривается. Живорождением является момент отделения плода от организма матери посредством родов при сроке беременности 22 недели и более при массе тела новорожденного 500 грамм и более (или менее 500 грамм при многоплодных родах) или в случае, если масса тела ребенка при рождении неизвестна, при длине тела новорожденного 25 см и более при наличии у новорожденного признаков живорождения (дыхание, сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры независимо от того, перерезана пуповина и отделилась ли плацента) (п. 3 Медицинских критериев рождения). В Инструктивно-методических рекомендациях 1992 г. «Интенсивная терапия и выхаживание новорожденных с очень низкой и экстремально низкой массой тела» этот вопрос освещен более подробно и выделено три уровня состояния новорожденного. При оценке состояния «условно удовлетворительное» после рождения глубоконедоношенный ребенок кричит, самостоятельно дышит, имеет правильный ритм сердечных сокращений (120 — 160 ударов в минуту), обладает ярко-розовой окраской кожных покровов, позой, близкой к флексорной, умеренно сниженным мышечным тонусом. Однако, учитывая, что рождение глубоконедоношенных детей чаще всего связано с тяжелым заболеванием матери, большинство родившихся находятся в среднетяжелом и тяжелом состоянии. При среднетяжелом состоянии в первые минуты жизни самостоятельное дыхание носит нерегулярный характер, с паузами длительностью 5 — 10 сек., частота дыхания может быть уреженной — ниже 20 или учащенной — свыше 60 (при развитии респираторного дистрессиндрома). Тоны сердца несколько акцентуированы или умеренно приглушены. Мышечный тонус снижен, поза конечностей — руки в состоянии полуфлексии, ноги в позе экстензии, физиологические рефлексы — сосания, хватания, Моро — снижены, опоры и ползания не вызываются. Окраска кожных покровов бледно-розовая или с цианотичным оттенком и акроцианозом. При тяжелом состоянии родившегося маловесного ребенка: спонтанное дыхание отсутствует, частота сердечных сокращений менее 100 в мин., тоны сердца глухие, нерегулярные. Возможно нарушение сердечного ритма. Мышечный тонус резко снижен, физиологические рефлексы угнетены. Кожные покровы бледно-цианотичны, нередко с сероватым оттенком. Казалось бы, такие узкоспециальные вопросы не должны были бы интересовать юристов и широкую общественность, если бы не одно но. Как было признано еще в Инструктивно-методических рекомендациях 1992 г. «Интенсивная терапия и выхаживание новорожденных с очень низкой и экстремально низкой массой тела», четких критериев продолжительности первичной реанимации для новорожденных с очень низкой и экстремально низкой массой тела на сегодняшний день нет, за исключением отсутствия сердечной деятельности в течение 5 минут. В каждом конкретном случае вопрос должен решаться индивидуально с учетом степени поражения мозговых структур и мозгового кровотока по данным ультразвукового обследования, снижения pH крови ниже 7,0 и энцефалографическим показателям. То есть нет и четких критериев для привлечения медицинских работников к ответственности в случае смерти ребенка (если вообще будет признан факт живорождения) и — при попадании событий смерти и рождения нескольких лиц, разделенных несколькими минутами, в разные календарные даты — для определения порядка наследования. Мертворождением является момент отделения плода от организма матери посредством родов при сроке беременности 22 недели и более при массе тела новорожденного 500 грамм и более (или менее 500 грамм при многоплодных родах) или в случае, если масса тела ребенка при рождении неизвестна, при длине тела новорожденного 25 см и более при отсутствии у новорожденного признаков живорождения (п. 5 Медицинских критериев рождения). На новорожденных, родившихся живыми, выдается медицинское свидетельство о рождении для государственной регистрации рождения в органах записи актов гражданского состояния. На новорожденных, родившихся мертвыми, — медицинское свидетельство о перинатальной смерти (п. 5 — 6 Медицинских критериев рождения). Такие документы являются основанием для государственной регистрации рождения (п. 1 ст. 14, ст. 20 Федерального закона от 15 ноября 1997 г. N 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»). При этом государственная регистрация смерти ребенка, родившегося мертвым, не производится. На руководителя медицинской организации, в которой происходили роды или в которой ребенок умер, и руководителя медицинской организации, врач которой установил факт рождения мертвого ребенка или факт смерти ребенка, умершего на первой неделе жизни, либо на частнопрактикующего врача — при родах вне медицинской организации, возлагается обязанность заявить не позднее чем через три дня со дня установления факта рождения мертвого ребенка в орган записи актов гражданского состояния о рождении мертвого ребенка или о рождении и смерти ребенка, умершего на первой неделе жизни (п. 3, 4 ст. 20 Федерального закона «Об актах гражданского состояния»). Геннадий Сухих отметил, что выхаживание недоношенных младенцев обходится государству недешево. «Это, безусловно, очень дорогие дети. Ребенок, который родился в 31 неделю весом 1300 — 1700 граммов, пребывает у нас в госпитале до 6 — 8 недель. И только когда он прибавит один килограмм, стабилизируются все системы, мы его выписываем. Реанимационные мероприятия одного месяца укладываются в 1 — 1,5 миллиона рублей», — уточнил он. После выписки такие дети все равно нуждаются в наблюдении. По словам Геннадия Сухих, на базе Научного центра акушерства и гинекологии было создано отделение, которого раньше не было нигде, — своеобразная поликлиника для новорожденных. В ней наблюдаются дети не только с экстремально низкой массой тела, но и те, которые были прооперированы в связи с каким-либо пороком внутриутробного развития. В связи с изданием Приказа Минздравсоцразвития России от 27 декабря 2011 г. N 1687н будут внесены изменения и в порядок выдачи больничных листов при преждевременных родах, наступивших в период от 22 до 30 недель беременности, — в настоящее время подготовлен и проходит согласование соответствующий проект Приказа. Больничный лист сроком на 156 календарных дней будет предоставляться всем без исключения женщинам, у которых произошли преждевременные роды. Сейчас больничный лист в случае преждевременных родов выдается после того, как ребенок прожил неделю. Как видим, вопрос вроде бы медицинской статистики и учета выходит на проблемы понятийного аппарата в праве: жизни как нематериального блага; правосубъектности; регистрации актов гражданского состояния; обязательств по оказанию услуг; ответственности; наследственного права, а также затрагивает разные отрасли права: гражданское, семейное, трудовое, уголовное, право социального обеспечения.

Библиографический список

1. Долинская В. В., Долинская Л. М. Унификация понятия и содержания безопасности в отраслях права // Проблемы модернизации гражданского законодательства: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Волгоград: Станица-2, 2011. 2. Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. Изд. 3-е. Т. 1: Введение и часть Общая. Вып. I. СПб., 1898. Вып. III. СПб., 1899. Изд. 4-е. Т. 1. Введение и часть Общая. Вып. I. СПб., 1902. Вып. II. Лица. Вещи. СПб., 1902. Вып. III: Изменение юридических отношений. Учение о юридической сделке. СПб., 1905. 3. Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. Т. 1: Введение. Учение о лице / Под ред. и с предисл. В. А. Томсинова. М.: Зерцало, 2004. Глава I. Учение о физическом лице. § 17 // СПС «Гарант». 4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 2-е изд., исправ., доп. и перераб. / Под ред. А. И. Чучаева. М.: Контракт; Инфра-М, 2010.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *