Принцип «компетенции компетенции» и спортивный арбитраж в России и Германии

(Кислякова Н. Н.) («Арбитражный и гражданский процесс», 2012, N 10) Текст документа

ПРИНЦИП «КОМПЕТЕНЦИИ КОМПЕТЕНЦИИ» И СПОРТИВНЫЙ АРБИТРАЖ В РОССИИ И ГЕРМАНИИ <*>

Н. Н. КИСЛЯКОВА

——————————— <*> Kislyakova N. N. Principle of «competence of competence» and sport arbitration in Russia and Germany.

Кислякова Наталья Николаевна, магистр юриспруденции (Московский государственный институт международных отношений — МГИМО).

В данной статье проводится анализ различных аспектов принципа компетенции компетенции спортивных арбитражей в России и Германии.

Ключевые слова: доктрина компетенции компетенции, международный арбитраж, юрисдикция, спортивное право, спортивный арбитраж, альтернативное разрешение споров.

In this article different aspect of competence competence doctrine of sport arbitral tribunals in the Russian Federation and Germany are analyzed.

Key words: competence competence doctrine, international arbitration, jurisdiction, sport law, court of arbitration of sport, alternative dispute resolution.

Суть доктрины «компетенции компетенции» (Kompetenz-Kompetenz — нем.) заключается в том, что арбитражным панелям предоставляется право самостоятельно принимать решение о наличии у них компетенции на рассмотрение того или иного спора. Трибуналы могут решать вопрос о наличии у них компетенции без обращения к государственному суду, который осуществляет последующий контроль в отношении такого решения в пределах и порядке, которые установлены законом. «Компетенция компетенции» является широко распространенным неотъемлемым принципом, признаваемым как доктриной, так и практикой арбитражных трибуналов, и имеет императивный характер, не предоставляя сторонам права договариваться об исключении либо об ограничении полномочий третейского суда решать вопрос о наличии у него компетенции. Представляется интересным рассмотреть суть принципа и обратить внимание на его применимость к достаточно необычной категории спортивных споров.

Источники принципа

Принципиальный подход компетенции компетенции закреплен в ряде общих международных актов, таких, в частности, как Типовой Закон ЮНСИТРАЛ о Международном коммерческом арбитраже 1985 г. (ст. 16), где говорится о том, что арбитражный трибунал может сам вынести постановление о наличии у него юрисдикции, в т. ч. по любым возражениям относительно наличия или действительности арбитражного соглашения. Европейская Конвенция о внешнеторговом арбитраже 1961 г. (ч. 3 ст. 5) содержит положение о том, что арбитражный суд, против которого заявлен отвод о неподсудности, не должен отказываться от разбирательства дела и имеет право сам вынести решение по вопросу о своей компетенции или о наличии или действительности арбитражного соглашения, с тем, однако, что указанное решение арбитражного суда может быть впоследствии обжаловано в компетентном государственном суде в соответствии с законом страны суда. Несмотря на то что спортивные споры нельзя с уверенностью отнести к категории торговых, судебная практика свидетельствует о том, что положения Типового закона применяются к спортивным спорам, яркий пример — дело Krutov v. Vancouver Hockey Club <1>, однако в решениях по спортивным спорам чаще встречаются обоснования данного принципа нормами национального права и положениями арбитражных регламентов <2>. ——————————— <1> Krutov v. Vancouver Hockey Club Ltd, British Columbia Supreme Court 22 ноября 1991 г. Канада. URL: http://www. uncitral. org. <2> Oschutz F. Sportschiedsgerichtsbarkeit: die Schiedsverfahren des Tribunal Arbitral du Sport vor dem Hintergrund des schweizerischen und deutschen Schiedsverfahrensrechts. Berlin: Duncker & Humblot, 2005. § 5. P. 248 — 253.

Говоря о национальном законодательстве России и Германии, следует отметить § 1040 Гражданского процессуального уложения Германии, закрепляющий то, что арбитраж вправе сам вынести постановление о действительности арбитражной оговорки, а также ст. 16 Федерального закона о международном коммерческом арбитраже от 7 июля 1993 г., которая является имплементацией ст. 16 Типового Закона ЮНСИТРАЛ, о содержании которой говорилось выше. Несмотря на то что Регламенты спортивных арбитражей нельзя в полной мере охарактеризовать в качестве источников права, их положения также могут предусматривать данный принцип. Так, в соответствии с п. 5 ст. 3 Регламента Спортивного арбитража при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, утвержденного Приказом ТПП РФ от 21 апреля 2009 г. N 21, вопрос о компетенции Спортивного арбитража по конкретному делу решается составом Спортивного арбитража, рассматривающим спор. Часть 4 ст. 3 Регламента спортивного арбитражного суда при автономной некоммерческой организации «Спортивная Арбитражная Палата», утвержденного Автономной некоммерческой организацией «Спортивная Арбитражная Палата» 10 июня 2003 г., предусматривает, что вопрос о компетенции Суда по конкретному спору решается составом Суда, рассматривающим дело. В Регламенте Спортивного арбитража при немецком институте арбитража (Deutsche Institution fur Schiedsgerichtsbarkeit) данный вопрос не находит свое регулирование. Можно предположить, что данный принцип Kompetenz-Kompetenz настолько уверенно закрепился в законодательстве, юридической доктрине и практике, что немецкие коллеги сочли нецелесообразным дублирование данного положения Германского процессуального уложения в Регламенте Спортивного арбитража <3>. ——————————— <3> О принципе «компетенции компетенции» в немецкой доктрине см., например: Czapski, Zum Umfang der Kompetenz-Kompetenz von Schiedsgerichten. Betrieb, 1956; Werner, Zum Problem der Kompetenz-Kompetenz der Schiedsgeiichte. Bonn, Univ., Diss., 1961; Hamburger, Zur Frage der Kompetenz-Kompetenz der Schiedsgerichte in Zivil-, Handels — und Arbeitssachen, Internationales Jahrbuch (s. Nubbaum, Hrsg.) Band III, 1931; Kreuzer, Zur Kompetenz-Kompetenz der Schiedsgerichte, NJW, 1954; Schottelius, Die Kompetenz-Kompetenz in der Schiedsgerichtsbarkeit, KTS, 1959; Bach, Kompetenz-Kompetenz des Schiedsgerichts — Anmerkung zu BGH, 13. Januar 2005, III ZR 265/03, SchiedsVZ 2005, 98 — 100 (gemeinsam mit Peter Huber); Schafer, Die Einrede der Kompetenz-Kompetenz des Schiedsgerichts in Festschrift fur Wolfram Henckel, 1995.

Статья R39 Спортивного арбитражного кодекса предусматривает, что международный спортивный арбитраж сам выносит постановление о наличии у него юрисдикции, не принимая во внимание какие бы то ни было разбирательства по данному делу и между теми же сторонами, проходящие в государственном суде либо ином арбитражном трибунале, за исключением случаев, когда имеются существенные основания отложения производства. В случае, когда заявляется возражение по компетенции, Секретариат либо арбитражная панель (если она на тот момент уже сформирована) просит стороны представить письменные обоснования юрисдикции международного спортивного арбитража <4>. ——————————— <4> Спортивный арбитражный кодекс (Code of Sports-related Arbitration) // URL: http://www. tas-cas. org.

Автономность спортивного арбитражного соглашения

Как правило, вопрос о компетенции исследуется спортивными арбитрами в связи с возражениями, которые на этот счет выдвигаются ответчиком и которые предполагают анализ заключенного между сторонами арбитражного соглашения. То есть, иными словами, арбитражная оговорка рассматривается как автономное положение в договоре преимущественно в целях сохранения принципа компетенции компетенции трибунала <5>. ——————————— <5> International Commercial Arbitration, Gary B. Born (2009). P. 335; Международный коммерческий арбитраж: компетенция арбитров и соглашение сторон. М.: Издательство Торгово-промышленной палаты СССР, 1988. С. 44; Арбитражный процесс / Под ред. В. В. Яркова. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Инфотропик Медиа, 2010. Глава 24, § 2.1.

Принцип автономности арбитражной оговорки находит свое выражение в двух последних предложениях ч. 2 ст. 16 Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже 1985 г. Арбитражное соглашение, являющееся частью договора, рассматривается независимо от других положений договора, и вынесение арбитражным судом решения о недействительности договора не влечет за собой ipso jure недействительности арбитражной оговорки. Проще говоря, судьба арбитражного соглашения отделена от судьбы основного договора, в который это соглашение включено или к которому оно относится. При этом спортивные споры не являются исключением, так, принцип автономности арбитражной оговорки прямо закреплен в регламентах спортивных арбитражных институтов, в частности, ч. 4 ст. 4 Регламента Спортивного арбитража при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, утвержденного Приказом ТПП РФ от 21 апреля 2009 г. N 21, предусматривает, что третейское соглашение сохраняет свою силу и в том случае, когда Спортивный арбитраж признает сам договор недействительным в ходе третейского разбирательства. Аналогичное положение содержится в ч. 6 ст. 3 Регламента спортивного арбитражного суда при автономной некоммерческой организации «Спортивная Арбитражная Палата», утвержденного Автономной некоммерческой организацией «Спортивная Арбитражная Палата» 10 июня 2003 г. Регламент Спортивного арбитража при немецком институте арбитража (Deutsche Institution fur Schiedsgerichtsbarkeit) не содержит положений об автономности арбитражной оговорки предположительно по тем же причинам, по которым он не указывает на принцип компетенции компетенции. Доктрина автономности арбитражной оговорки находит свое подтверждение в многочисленной судебной практике самых различных государств. Не будем приводить солидный перечень решений судов и трибуналов самых различных юрисдикций, т. к. это не входит в предмет нашего исследования, однако, поскольку настоящая статья посвящена спортивному арбитражу, представляется интересным остановиться на известном и уже упомянутом выше деле Krutov v. Vancouver Hockey Club Ltd <6>. ——————————— <6> Krutov v. Vancouver Hockey Club Ltd, British Columbia Supreme Court 22 ноября 1991 г. Канада. URL: http://www. uncitral. org.

Крутов, хоккеист, проживающий в Москве, и хоккейный клуб, корпорация Британской Колумбии, заключили трехлетний договор на участие Крутова в играх. Клуб отказался выплатить Крутову гонорар за второй и третий сезоны, а Крутов, в свою очередь, отказался играть. Крутов ссылался на недействительность договора и поэтому указывал, что никакого арбитражного соглашения не существует. Суд указал на принцип автономности арбитражной оговорки и признал необходимость передачи дела в арбитраж на основании ст. 8 Типового Закона ЮНСИТРАЛ. Таким образом, даже если спортивный трибунал признает, что основной договор является недействительным, арбитражная оговорка, включенная в такой договор, остается действительной, а у арбитров имеются полномочия вынесения решения относительно последствий недействительности основного соглашения. Условия действительности арбитражного соглашения определяются в первую очередь нормами специального законодательства об арбитраже. Принцип компетенции компетенции не ограничивается автономностью оговорки, однако последняя играет огромную роль для реализации данного принципа.

Заявления возражений по юрисдикции

Несмотря на то что у трибунала имеются полномочия рассматривать вопрос о наличии у него юрисдикции, сделать это возможно при условии наличия возражений стороны, т. к. пределы рассмотрения по собственной инициативе являются ограниченными (во-первых, по тем же основаниям, по которым государственный суд мог ex officio отменить решение третейского суда или отказать в его исполнении, во-вторых, проверка соблюдения императивных норм закона, например, устанавливающих требования к форме заключения третейского соглашения) <7>. ——————————— <7> Арбитражный процесс / Под ред. В. В. Яркова. 4-е изд., перераб. и доп. Глава 24, § 2.1.

Возражение стороны по компетенции должно быть подано в определенный срок, не позднее заявления возражений по иску (в соответствии с ч. 2 ст. 16 Типового закона ЮНСИТРАЛ). Указание на срок для реализации этого права означает возложение на стороны третейского разбирательства обязанности своевременно представлять третейскому суду соответствующие заявления. Третейский суд имеет право выбора рассматривать вопрос о наличии или об отсутствии у него компетенции как до начала рассмотрения спора по существу как «вопрос предварительного характера», так и одновременно с принятием окончательного решения по делу (в соответствии с ч. 3 ст. 16 Типового закона ЮНСИТРАЛ). Аналогичное положение содержится в ст. R39 Спортивного арбитражного кодекса международного спортивного арбитража, где говорится о том, что решение международного спортивного трибунала о наличии юрисдикции выносится либо в форме предварительного решения, либо вместе с решением по существу <8>. ——————————— <8> Спортивный арбитражный кодекс (Code of Sports-related Arbitration) // URL: http://www. tas-cas. org.

Такое определение о компетенции оформляется промежуточным решением.

Возможность обжалования в государственном суде промежуточного решения третейского суда о компетенции

В Российской Федерации и Германии существуют различные подходы к возможности обжалования определения третейского суда о наличии компетенции. В России существует подход, что обжалование промежуточных решений о компетенции третейского суда должно быть предусмотрено законом (п. 1 ст. 235 АПК РФ), и поскольку такой нормы в законе нет, то обжалование решения третейских судов в судах арбитражных невозможно. 19 января 2011 г. на сайте ВАС РФ было опубликовано Постановление Президиума по делу об обжаловании решения третейского суда. Президиум ВАС РФ посчитал, что арбитражные суды не могут рассматривать жалобы на решения третейских судов о наличии у последних компетенции на рассмотрение споров <9>. ——————————— <9> URL: http://www. consultant. ru.

В Германии возможность такого обжалования следует из Предложений 2 и 3 § 1040 Германского процессуального уложения, и срок для такого обжалования составляет 1 месяц. Однако допускается обжалование постановлений о наличии, а не об отсутствии компетенции. Так, когда в государственный суд был подан иск с оспариванием вывода трибунала об отсутствии у него компетенции на рассмотрение спора и суд указал, что данный институт имеет иное значение и иные цели — оспаривание определений о наличии, а не отсутствии компетенции. Цель данного института — сохранение права на судебную защиту в государственном суде в случае, если арбитражный трибунал необоснованно заявляет о наличии у него юрисдикции, а не наоборот <10>. ——————————— <10> Решение Верховного суда Германии BGH от 6 июня 2002 г. N III ZB 44/01. URL: http://www. dis-arb. de.

Таким образом, утверждение в судебном порядке компетенции арбитражного трибунала не представляется возможным даже несмотря на то, что процедура защиты прав стороны в трибунале менее обременительна и имеет преимущества, которых сторона лишается при вынесении трибуналом определения об отсутствии у него компетенции.

Отмена решения спортивного арбитража на основании отсутствия компетенции

Помимо спорного вопроса отмены промежуточного решения, продолжает оставаться возможность подачи заявления об отмене окончательного решения на основании ст. 34 Типового Закона ЮНСИТРАЛ. При этом сторона, заявляющая такое ходатайство, должна представить доказательства недействительности арбитражного соглашения, а срок подачи такого ходатайства составляет три месяца. Интересно привести в качестве примера Определение ВАС РФ от 19 февраля 2010 г. N ВАС-17003/09 по делу N А40-52970/09-63-374. Мужской баскетбольный клуб «Динамо-Москва» обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об отмене решения Спортивного Арбитражного Суда при Автономной некоммерческой организации «Спортивная Арбитражная Палата». В обоснование заявления клуб указывал на порочность формы третейского соглашения и отсутствие у Арбитражного суда компетенции на рассмотрение спора. Третейский суд, в который обратился Самойленко П. М., при разрешении вопроса о своей компетенции не просто учел арбитражную оговорку, но также процессуальные действия сторон: со стороны Самойленко П. М. — обращение с иском, со стороны клуба — предъявление отзыва на иск, участие в формировании состава суда и фактическое участие представителей в процессе. Стороны согласовали компетенцию третейского суда, и в ходе рассмотрения дела в третейском суде возражений относительно компетенции спортивного арбитража на рассмотрение указанного спора ни одна из сторон не заявляла. Таким образом, ВАС РФ указал, что у спортивного арбитража и компетентного суда не имеется оснований сомневаться в содержании включенной в договор третейской оговорки, подтвержденной действиями обеих сторон и исходящими от них документами, обеспечивающими фиксацию третейского соглашения.

Пределы принципа (контроль государственного суда)

Несмотря на то что принцип «компетенции компетенции» признается практически всеми странами мира, отмечается, что он небезграничен и существует необходимость последующего контроля со стороны государственных судов. В спортивных спорах основное бремя контроля за действительностью арбитражного соглашения ложится именно на государственные суды <11>. ——————————— <11> Fritzweiler J., Pfister B., Summerer T. Praxishandbuch Sportrecht. Munchen: Beck, 1998; XXV. P. 574.

Решения спортивных арбитражей по общему правилу исполняются в обычном порядке на основании Нью-Йоркской Конвенции 1958 г. о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений <12>. В случае если спортивный трибунал вынесет постановление о наличии юрисдикции, данное решение может стать впоследствии предметом оспаривания. Как правило, оспаривание происходит в государственном суде на основании ст. V 1(a) Нью-Йоркской Конвенции 1958 г. ——————————— <12> Matzler A. Die internationalen Organisationsstrukturen im Spitzensport und die Regelwerke der Sportverbande. Wien, 2009. URL: http://othes. univie. ac. at.

То есть спортивные арбитражные суды, с одной стороны, принимают решения по вопросу действительности арбитражной оговорки, а, с другой стороны, у государственного суда существует возможность проверить, обладал ли трибунал компетенцией на вынесение решения. Таким образом, вопрос действительности арбитражного соглашения в дальнейшем, на стадии признания и исполнения арбитражного решения, передается государственным судам, и потому в случае, если арбитражная оговорка была недействительной, а спортивный трибунал тем не менее признал за собой наличие компетенции на рассмотрение спора, в признании и исполнении арбитражного решения может быть отказано.

«Негативный эффект» принципа «компетенции компетенции»

Некоторые авторы отмечают, что у принципа «компетенции компетенции» есть позитивный и негативный эффекты <13>. В данном случае имеется в виду то, что, помимо того что сами арбитры могут вынести постановление о наличии у них компетенции на рассмотрение того или иного спора, государственные суды при обнаружении арбитражной оговорки обязаны направить дело в арбитражный трибунал, за исключением тех случаев, когда арбитражное соглашение недействительно. Данный принцип называют также дерогационным эффектом арбитражной оговорки, который находит свое выражение не только в национальном праве России и Германии (§ 1032 Германского процессуального уложения, в Российской Федерации ст. 148 АПК), но и в абз. 2 ст. 5 Нью-Йоркской Конвенции 1958 г. ——————————— <13> Gaillard E. & Banifatemi Y. Negative Effect of Competence-Competence: The Rule of Priority in Favour of the Arbitrators, in: Enforcement of Arbitration Agreements and International Arbitral Awards — The New York Convention in Practice, ed. E. Gaillard & D. Di Pietro. London: Cameron May, 2008. P. 257.

При этом спортивные споры не являются исключением: если при рассмотрении дела была обнаружена арбитражная оговорка, предусматривающая юрисдикцию спортивного арбитража, государственный суд обязан признать, что у него отсутствует компетенция на рассмотрение данного спора. При этом у государственного суда есть полномочия на рассмотрение арбитражной оговорки на предмет ее действительности <14>. ——————————— <14> Oschutz F. Sportschiedsgerichtsbarkeit: die Schiedsverfahren des Tribunal Arbitral du Sport vor dem Hintergrund des schweizerischen und deutschen Schiedsverfahrensrechts. Berlin: Duncker & Humblot, 2005. P. 248.

Так, районный суд Штутгарта в деле от 2 апреля 2004 г. N 17 O 611/00, анализируя спортивную арбитражную оговорку, пришел к выводу, что стороны предусмотрели компетенцию не международного спортивного арбитража, а разрешение спора в рамках спортивной федерации легкой атлетики, поэтому такая оговорка не лишила государственный суд права на рассмотрение дела <15>. ——————————— <15> Решение районного суда Штутгарта по делу 17 O 611/00 от 2 апреля 2002 г. URL: http://www. dis-arb. de.

В деле Krutov v. Vancouver Hockey Club Ltd канадский суд, указав на принцип автономности арбитражной оговорки, признал необходимость передачи дела в арбитраж на основании ст. 8 Типового Закона ЮНСИТРАЛ <16>. ——————————— <16> Krutov v. Vancouver Hockey Club Ltd, British Columbia Supreme Court 22 ноября 1991 г. Канада. URL: http://www. uncitral. org.

Государственные суды не могут рассматривать вопрос о своей компетенции до заявления возражений по данному вопросу, данные возражения должны быть поданы не позднее заявлений возражений по существу.

Иск об установлении факта

В немецком процессуальном праве при рассмотрении спортивных споров распространена подача иска в порядке § 1032 Германского процессуального уложения об установлении факта действительности арбитражной оговорки <17>. Иск подается до формирования состава арбитражной панели и касается установления допустимости либо недопустимости третейского производства <18>. В Российской Федерации практика установления факта действительности арбитражной оговорки и допустимости третейского производства в порядке рассмотрения дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение (Глава 27 АПК), не распространена. ——————————— <17> Oschutz F. Op. cit. P. 250. <18> Oschutz F. Op. cit. P. 251.

Установление действительности арбитражной оговорки может быть доверено секретариату спортивного арбитражного института. Такие полномочия по установлению факта отсутствия арбитражного соглашения предоставлены в соответствии со ст. ст. R52 и R39 Спортивного арбитражного кодекса Генеральному секретарю спортивного арбитража <19>. ——————————— <19> Спортивный арбитражный кодекс (Code of Sports-related Arbitration) // URL: http://www. tas-cas. org.

Заключение

Процессуальное право России и Германии в вопросах принципа «компетенции компетенции» во многом схоже — в обеих странах различные аспекты доктрины нашли свое выражение как в законодательстве, так и на практике, при этом спортивные споры не являются исключением. Тем не менее отдельные особенности, в частности подача исков об установлении факта наличия арбитражного соглашения, возможность оспаривания в государственном суде промежуточного решения трибунала о наличии компетенции, урегулированы различным образом. Также отличается наличие отдельных положений принципа в Регламентах спортивных арбитражных институтов. Как арбитражные трибуналы, так и государственные суды в России и Германии принимают меры для обеспечения рассмотрения спортивного спора в надлежащей инстанции, в зависимости от того, является ли арбитражное соглашение действительным. При этом вопрос компетенции спортивного арбитража может быть как первым, так и последним словом государственного суда, а взаимодействие спортивных арбитражей с государственными судами остается крайне важным.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *