Историко-правовые основы оказания медицинской помощи заключенным (1917 — 1930 гг.)

(Пертли Л. Ф.) («Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление», 2013, N 3) Текст документа

ИСТОРИКО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ОКАЗАНИЯ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ ЗАКЛЮЧЕННЫМ (1917 — 1930 ГГ.)

Л. Ф. ПЕРТЛИ

Пертли Лариса Федоровна, начальник отдела Научно-исследовательского института Федеральной службы исполнения наказаний, кандидат юридических наук.

Статья посвящена правовому регулированию и организации медицинского обеспечения лиц, лишенных свободы, в годы становления Советского государства.

Ключевые слова: пенитенциарная система, медицинское обеспечение, охрана здоровья, заключенные.

Historical and legal basis provide medical care to prisoners (1917 — 1930) L. F. Pertli

Article focuses on the legal regulation and organization of medical care of persons deprived of their liberty, in the formative years of the Soviet state.

Key words: penitentiary system, armamentarium, health protection, prisoners.

Вопросы охраны здоровья лиц, содержащихся под стражей и осужденных к лишению свободы в исправительных учреждениях, являются весьма актуальными для современной России. Право на охрану здоровья является естественным неотъемлемым правом лиц, лишенных свободы. В процессе лишения свободы на государство в лице его органов возлагается особая обязанность — обеспечить сохранение и поддержание на должном уровне психического и физического здоровья заключенных. Охрана здоровья осужденных обеспечивается созданием надлежащих условий содержания в местах лишения свободы, мерами по ограничению опасных факторов, проводимыми администрацией исправительных учреждений во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении жизни и здоровья осужденных является обязанностью администрации и медицинской службы пенитенциарных учреждений. Наш современник, видный пенитенциарный ученый профессор А. С. Михлин теоретически обосновал и выделил основные причины охраны здоровья лиц, лишенных свободы <1>: ——————————— <1> Михлин А. С. Нормативное регулирование и правовые проблемы охраны здоровья лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы // Проблемы исполнения наказаний и деятельности уголовно-исполнительной системы: Сборник научных трудов. М.: ВНИИ МВД России, 1997. С. 28 — 40.

— осужденные являются гражданами России, и на них распространяется действие ст. 11 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на охрану здоровья и медицинскую помощь; — меры по охране здоровья осужденных должны приниматься из гуманных соображений; — лица, лишенные свободы, отбывают наказание временно, после чего оказываются на свободе и должны содержать себя и семью, при этом их возможности как кормильцев напрямую связаны с их состоянием здоровья, а болезнь неизбежно приведет к материальным расходам государства на их лечение и содержание; — нетрудоспособность освободившихся исключит их из трудового баланса страны, и они не смогут вносить свой вклад в создание общественного продукта; — если осужденные больны инфекционными заболеваниями и не излечились к моменту освобождения, они становятся источником распространения инфекции и заражения других граждан, с которыми общаются на работе, в быту, в транспорте, в семье. Происходящий в настоящее время поиск организационных и правовых методов совершенствования медицинского обслуживания осужденных актуализирует изучение позитивного отечественного опыта в решении данных вопросов. В первые годы после Октябрьской революции становление пенитенциарной медицины было связано с поиском наиболее рациональной и приемлемой формы оказания медицинской помощи заключенным и обеспечения медицинского надзора, при которой исключалась бы полная зависимость медицинского персонала от администрации мест заключения. Говоря об историко-правовом аспекте рассматриваемой проблемы, следует сказать, что становление и развитие пенитенциарной медицины происходило параллельно и во взаимосвязи с развитием государственной медицины как ее неотъемлемой части. По мнению историков медицины <2>, в первые годы советской власти медико-санитарное обслуживание населения России значительно ухудшилось: в стране свирепствовали эпидемии сыпного и брюшного тифа, холеры и других инфекционных заболеваний, не хватало квалифицированных медицинских кадров, медикаментов и лечебных учреждений. В целях создания единого центрального органа, ведающего всем медико-санитарным делом в стране, декретом от 11.07.1918 был учрежден Народный комиссариат здравоохранения, на который были возложены задачи по разработке законодательных норм, изданию ведомственных нормативных правовых актов: общеобязательных для всех учреждений и граждан распоряжений и постановлений в области медико-санитарного дела <3>. Вскоре после создания Наркомат здравоохранения разработал принципы и задачи советского здравоохранения: государственный характер и плановость; профилактическое направление; общедоступность; бесплатность и высокое качество медицинской помощи; единство медицинской науки и практики здравоохранения; участие общественности и широких масс трудящихся в деятельности органов и учреждений здравоохранения. ——————————— <2> Елина Н. К. Историко-правовые аспекты формирования законодательства о медицинской деятельности в годы становления Советского государства // История государства и права. 2011. N 13. С. 17 — 20. <3> Артемьев Ф. А. Правовые аспекты организации здравоохранения в СССР. М., 1979. С. 11.

В этот период проблема качественного медико-санитарного обслуживания заключенных в местах лишения свободы была одной из наиболее сложных. Общее наблюдение за условиями содержания заключенных и за всеми санитарными вопросами тюрем было возложено на тюремную коллегию при Народном комиссаре юстиции <4>. ——————————— <4> Постановление НКЮ РСФСР от 06.01.1918 «Об учреждении тюремной коллегии для заведования всеми отраслями тюремного быта и выработки основных начал реформы тюремных учреждений» // СУ РСФСР. 1918. N 15. Ст. 223.

В учрежденный в мае 1918 г. при Народном комиссариате юстиции Карательный отдел и в карательные отделы в составе Губернских комиссариатов (отделов) юстиции (вместо упраздненных на местах тюремных инспекций) были введены врачи. Места заключения после революции оказались сильно разрушены, в связи с чем 115 тюрем, совершенно не пригодных в санитарном отношении, а также мелких было закрыто. В целях улучшения санитарных условий в тюрьмах в период 1918 — 1919 гг. были проведены ремонтные и строительные работы на общую сумму 10 млн. руб., что позволило Л. Саврасову на VII Съезде Советов «утверждать, что никогда до сего времени на врачебно-санитарное дело в местах заключения не обращалось столько внимания, как сейчас» <5>. В подтверждение сказанного были приведены статистические данные о заболеваемости. В течение 1919 г. возвратным тифом болело всего 507 человек, туберкулезом — 512, холерой — 4 и дизентерией — 165 человек. Несмотря на эпидемию в стране тифа, скученность и текучесть заключенных, а также недостаточность питания в местах заключения, с 1 ноября 1918 г. по 1 октября 1919 г. болело сыпным тифом всего 2 434 человека. Амбулаторных больных зарегистрировано за этот период 78 490 человек, что говорит о плохом состоянии здоровья заключенных (общее количество: мест заключения — 217, заключенных — 25 947, в том числе 23 501 мужчина, 2406 женщин и 40 несовершеннолетних). ——————————— <5> Тюремное дело в РСФСР (1918 — 1919 гг.): отчет Центрального карательного отдела НКЮ VII Съезду Советов. М.: Типография при московской Таганской тюрьме. С. 3.

Одной из причин сравнительно благополучного состояния мест заключения явилось усиление в них штатов медицинских работников: в каждой самой маленькой тюрьме был постоянный врач и фельдшер; число врачей и фельдшеров увеличивалось из расчета 1 врач и 1 фельдшер на каждые 250 заключенных. Во всех столичных, губернских и некоторых больших уездных городах при местах заключения имелись свои больницы, в которых, если число коек превышает 75, имелся отдельный заведующий больницей врач. Всего врачей по местам заключения в республике — 403 человека, зубных врачей — 36, фармацевтов — 25, фельдшеров — 451, сестер милосердия — 186, служителей и нянь для ухода за больными — 3026 <6>. ——————————— <6> Там же. С. 4.

В соответствии с Постановлением НКЮ от 23 июля 1918 г. «О лишении свободы, как о мере наказания и о порядке отбывания такового (Временная инструкция)» <7> в состав мест заключения были включены тюремные больницы и карательно-лечебные заведения для помещения арестантов с заметно выраженными психическими дефектами, дегенератов и т. п. ——————————— <7> СУ РСФСР. 1918. N 53. Ст. 598.

Центральный карательный отдел Наркомюста в соответствии с Временной инструкцией состоял из девяти постоянных отделений, в том числе 5-е отделение — врачебно-санитарное, перед которым были поставлены задачи: заведования в контакте с Народным комиссариатом здравоохранения медико-санитарным делом в местах лишения свободы; постановки врачебно-санитарного дела на местах; оценки помещений с санитарно-технической точки зрения; устройства больниц и амбулаторий для заключенных и пересыльных; организации предохранительных прививок; снабжения медикаментами, медицинскими материалами и инструментами мест заключения; выработки оснований для распределения заключенных по категориям по состоянию здоровья на предмет привлечения их к работам; разработки норм питания здоровых и больных заключенных, а также обработки статистических материалов по врачебно-санитарным вопросам. Временная инструкция также предусматривала врачей в составе местных карательных отделов и врачебного персонала в штате мест лишения свободы. Таким образом, в пенитенциарной системе сложилась своя медицинская служба; врачебно-санитарное отделение Центрального карательного отдела возглавило медицинское обслуживание заключенных на местах; была разработана и введена отчетность, позволяющая анализировать работу и осуществлять руководство медицинскими отделами на местах. Постановлением ВЦИК от 17.05.1919 «О лагерях принудительных работ» <8> общий надзор за санитарным состоянием лагерей принудительных работ был возложен на отделы здравоохранения местных исполнительных Комитетов. Ближайшее санитарное наблюдение и оказание медицинской помощи заключенным возлагалось на врачей и фельдшеров, назначаемых отделом здравоохранения местного Исполнительного комитета. В обязанности врачу вменялось: посещение лагеря не менее двух раз в неделю, осмотр и лечение больных, опрашивание заключенных о состоянии их здоровья, наблюдение за санитарным состоянием помещений лагеря, особенно кухни, жилых домов, отхожих мест и т. п. В случаях внезапных заболеваний врач мог быть вызван в лагерь в любое время. В лагере постоянно находился фельдшер, который заведовал приемным покоем и аптекой, оказывал медицинскую помощь заключенным, осматривал вновь прибывших заключенных, контролировал качество продуктов питания. При лагере устраивался приемный покой из расчета по 15 коек на каждые 300 заключенных и аптека. ——————————— <8> СУ РСФСР. 1919. N 20. Ст. 235.

В этот период шел активный поиск путей оптимизации медицинского обслуживания заключенных, выведения медицинского персонала из подчинения и зависимости от администрации мест лишения свободы. Специальным циркуляром Центрального карательного отдела НКЮ N 79 от 31.10.1919 «О передаче врачебно-санитарного дела в ведение Наркомздрава» врачебно-санитарная часть с 1 ноября 1919 г. была передана в ведение Народного комиссариата здравоохранения <9>. Такой порядок просуществовал до 1930 г. ——————————— <9> Сборник действующих циркуляров Центрального карательного отдела НКЮ за 1917 — 1920 гг. М.: Изд-во Центр. карат. отдела, 1921. С. 95.

Положением об общих местах заключения <10>, утвержденным Постановлением НКЮ РСФСР от 15.11.1920, было введено коллегиальное руководство всеми местами заключения, которые управлялись заведующим (начальником или директором) и состоящей при нем коллегией, в состав которой входил заведующий врачебно-санитарной частью. В § 12 Положения были закреплены должностные обязанности заведующего врачебно-санитарной частью места заключения: освидетельствование, лечение и удостоверение смерти заключенных; выяснение способности заключенных выносить изоляцию в одиночной камере; наблюдение за санитарным состоянием места заключения; осмотр и исследование предметов пищевого и вещевого довольствия заключенных для выяснения влияния на здоровье; лечение служащих в месте заключения лиц и членов их семейств, живущих в районе места заключения. В тех местах заключения, в которых имелось несколько врачей, заведующий врачебно-санитарной частью распределял перечисленные обязанности между ними. ——————————— <10> СУ РСФСР. 1921. N 23 — 24. Ст. 141.

Положение, так же как и Общая тюремная инструкция 1915 г., регулировало порядок приема вновь поступающих в общие места заключения: разрешало принимать вместе с заключенными грудных детей без указания предельного возраста, которые помещались вместе с матерями; обязывало изолировать заключенных при явных признаках болезненного состояния или особой нечистоплотности; обязывало подвергать медицинскому осмотру всех принятых в место заключения, по возможности немедленно, но не позднее 24 часов со времени прибытия; устанавливало правила санитарной обработки и обязательный карантин. Порядок лечения и содержания больных заключенных регулировался отдельным разделом Положения (§§ 103 — 110), который почти в неизменном виде сохранился и сегодня: — больные заключенные имели право на соответствующую медицинскую помощь врачебного персонала места заключения, а также могли воспользоваться за свой счет услугами посторонних врачей; — при появлении среди заключенных инфекционных заболеваний об этом немедленно сообщалось в губернский Карательный отдел и принимались меры к изолированию больных и к предупреждению развития эпидемии; — при проявлении признаков душевного расстройства заключенный должен был немедленно изолироваться в отдельную камеру, одновременно с этим вызывался врач для осмотра заболевшего и принятия соответствующих мер; — при необходимости больничного лечения заключенные, в случаях невозможности помещения их в больницу места заключения или в специальную больницу для заключенных, препровождались в общегражданскую больницу; — больные заключенные имели право на диетическое питание по назначению врача; — одежда, белье и постельные принадлежности, предназначенные для больных заключенных, должны были храниться, мыться и чиститься отдельно от одежды здоровых и подвергаться тщательной дезинфекции. В качестве приложения к Положению об общих местах заключения было принято Положение «О врачебно-санитарной части в местах лишения свободы». Оно закрепляло, что врачебно-санитарная часть в местах лишения свободы сосредоточивалась на общих основаниях в ведении Народного комиссариата здравоохранения и его органов на местах. Однако все врачебно-санитарные мероприятия, касающиеся общего распорядка в местах лишения свободы, могли проводиться в жизнь лишь с согласия Центрального карательного отдела. Назначение врачей в местах лишения свободы производилось губернским или городским отделом здравоохранения по соглашению с губернским Карательным отделом, которому принадлежало право отвода. Назначение лиц среднего и младшего ухаживающего персонала производилось местным отделом здравоохранения по соглашению с коллегией или, где ее нет, заведующим местом заключения. Увольнение медицинского персонала производилось местным губернским или городским отделом здравоохранения по своей инициативе или по мотивированным предложениям губернского Карательного отдела в отношении врачей, и коллегией или заведующим местом заключения — в отношении среднего и младшего персонала. Весь медицинский персонал должен был подчиняться существующим в местах лишения свободы правилам. Старший врач места заключения входил в состав коллегии с правом решающего голоса как заведующий врачебно-санитарной частью. Заведующий местом заключения имел право приостанавливать те распоряжения врача, которые затрагивали установленный в местах лишения свободы порядок, с немедленным внесением на рассмотрение коллегии, а в случае разногласия в коллегии по этому вопросу — на разрешение губернского Карательного отдела. По отношению к лицам среднего и младшего медицинского персонала, в случае нарушения ими общих правил мест лишения свободы, коллегии, а где таковой нет, заведующему, по соглашению с врачом, принадлежало право наложения дисциплинарных взысканий. Врачи всех мест лишения свободы были обязаны присылать в Центральный карательный отдел все требуемые статистические сведения по установленным формам, а также периодические отчеты о медико-санитарном состоянии мест лишения свободы. Исследуемый период характеризуется совершенствованием организационно-правовых основ оказания медицинской помощи заключенным. В июле 1921 г. Народным комиссаром здравоохранения, Председателем ВЧК и Народным комиссаром юстиции была утверждена Инструкция для мест лишения свободы РСФСР по медико-санитарной части. По указанной инструкции назначение врачей в места лишения свободы производилось исключительно губернским или городским здравотделом, причем начальник мест лишения свободы был ограничен в правах по отношению к врачам, назначенным в возглавляемые им учреждения. Он имел право налагать veto на те распоряжения врача, которые касались установленного центральной властью порядка. При этом он обязан немедленно внести на рассмотрение коллегии колонии спорный вопрос, а в случае разногласия в коллегии по этому вопросу — доложить губернской карательной власти по существу разногласия, которая в свою очередь должна рассмотреть этот вопрос с губернским или городским здравотделом. В обязанности врачу мест лишения свободы вменялось наблюдение за санитарным состоянием всех помещений и точным соблюдением в них гигиенических требований в целях поддержания санитарного благоустройства и предотвращения эпидемических заболеваний среди заключенных. Для постоянного санитарного обслуживания места лишения свободы врачу предоставлялась возможность по его выбору и с согласия администрации создать из числа заключенных, для обеспечения контроля и поддержания на должном уровне санитарного порядка, санитарный отряд, численность которого зависела от наполнения места заключения. В качестве стимулов для заключенных, принимающих участие в работе санитарного отряда, он мог использовать денежное вознаграждение за счет Наркомздрава, а также возбуждать ходатайства перед администрацией места заключения о применении предусмотренных законом льгот. Инструкция специально оговаривала порядок приема лиц, вновь поступающих в места заключения. Для них в обязательном порядке выделяется изолированное от остальных карантинное помещение, срок пребывания в котором должен быть не менее двух недель. Для обслуживания карантинного отделения рекомендовалось назначить особый медицинский персонал и надзор, чтобы можно было своевременно выявлять заболевших и, в случае необходимости, изолировать их от других лиц, содержащихся в карантинном отделении. При решении вопросов трудового использования заключенных администрация места заключения обязана руководствоваться заключением врача об их пригодности или непригодности к выполнению конкретных работ. В случае внезапных заболеваний или отказа от работ по болезни заключенный до осмотра врачом не мог быть направлен на работу. Кроме того, Инструкция установила норму питания заключенных, рассчитанную на 2500 калорий <11>. ——————————— <11> Детков М. Е. Содержание пенитенциарной политики Российского государства и ее реализация в системе исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы в период 1917 — 1930 годов. М., 1992. С. 103.

Прослеживая взаимосвязь и взаимозависимость развития пенитенциарной и государственной медицины, следует сказать, что в первые послереволюционные годы было принято большое количество правовых актов, регулирующих медицинское обслуживание населения страны. Особое место среди них занимает утвержденный ВЦИК и СНК РСФСР Декрет от 01.12.1924 «О профессиональной работе и правах медицинских работников» <12>, который более 50 лет регламентировал правовые основы медицинской деятельности и раскрывал правовой статус медицинских работников в нашей стране <13>. ——————————— <12> СУ РСФСР. 1924. N 88. Ст. 892. <13> Гладун З. С. Законодательство о здравоохранении: проблемы формирования новой теоретической модели // Государство и право. 1994. N 2. С 118.

Первый Исправительно-трудовой кодекс РСФСР был утвержден Постановлением ВЦИК 16 октября 1924 г. <14>, который в ст. 6 закрепил, что содержание в исправительно-трудовых учреждениях не должно иметь целью причинение физических страданий и унижение человеческого достоинства. В Кодексе особенно подчеркивалась необходимость лечения заболевших заключенных, для которых предусматривалось создание специальных учреждений (ст. 46 — 48) с особыми условиями содержания в них больных: колонии для психически неуравновешенных, туберкулезных и других больных заключенных, институты психиатрической экспертизы, больницы и т. п. При этом закрепил, что питание больных заключенных производится по нормам, установленным для лечебных учреждений (ст. 129). ——————————— <14> СУ РСФСР. 1924. N 86. Ст. 870.

ИТК РСФСР 1924 г. практически дословно повторил порядок приема в места заключения (ст. 108 — 111), установленный Положением об общих местах заключения 1920 г., но расширил медицинское обследование: во время пребывания в карантине, в целях определения степени трудоспособности и общего состояния здоровья, а также пригодности к тому или другому роду труда заключенные подвергаются более тщательному медицинскому осмотру (ст. 112). Кроме того, ИТК РСФСР 1924 г. установил, что медико-санитарные мероприятия в местах заключения, их осуществление, порядок их применения и надзор за ними устанавливаются Народным комиссариатом здравоохранения РСФСР по соглашению с Главным управлением местами заключения РСФСР на основании особого положения (ст. 195). В соответствии со ст. 195 ИТК РСФСР Народным комиссариатом здравоохранения РСФСР 19.05.1927 было утверждено Положение о медико-санитарном обслуживании мест заключения РСФСР. Для общего руководства врачебно-санитарным делом в местах заключения РСФСР в составе Народного комиссариата здравоохранения в его лечебном отделе функционировала медико-санитарная часть мест заключения. На местах руководство осуществляли лечебные подотделы региональных здравотделов, а также санитарно-эпидемические подотделы. Заведование врачебно-санитарным делом в месте заключения возлагалось на главного врача места заключения, который непосредственно подчинялся губернскому (областному, краевому, уездному) здравотделу и назначался им по согласованию с региональным органом управления местами заключения. В обязанности главного врача входило принимать все зависящие от него меры по созданию в месте заключения необходимых условий для нормальной жизнедеятельности заключенных, их труда и быта. Начальник места заключения и его вышестоящие начальники не имели права вмешиваться в распоряжения главного врача, относящиеся к его лечебной и санитарной деятельности. В отдельных случаях начальник места заключения мог обжаловать действия главного врача в соответствующие инстанции. Положение требовало, чтобы в каждом месте заключения были установлены предельные нормы вместимости. При этом нормы кубатуры воздуха на одного заключенного, нормы освещения камер, нормы питания и вещевого снабжения заключенных устанавливались Народным комиссариатом здравоохранения РСФСР по согласованию с ГУМЗ. Такие нормы определялись ежегодно перед началом бюджетного года и доводились до мест заключения. Устанавливались нормы и правила обеспечения заключенных одеждой, обувью, постельным бельем, посудой, водой, а также санитарно-гигиенические требования <15>. ——————————— <15> Андреев В. Н. Содержание под стражей в СССР и России (порядок и условия). М.: Спарк, 2000. С. 58 — 59.

Наряду с разработкой правовых основ медико-санитарной службы в местах заключения в этот период пытались придать этому направлению общественную значимость, сделать обеспечение санитарного порядка общим делом администрации и заключенных. В этих целях Народным комиссариатом внутренних дел и Народным комиссариатом здравоохранения 28.04.1928 была утверждена Инструкция по санитарно-просветительной работе в местах заключения <16>. Согласно Инструкции проведение санитарно-просветительной работы в местах лишения свободы возлагалось на врачебно-санитарную часть, учебно-воспитательную часть и санитарно-просветительные бюро (ячейки), формируемые из числа заключенных. Для обеспечения надлежащего взаимодействия в каждом месте заключения создавалось санитарно-просветительное бюро (санпросвет-ячейка) в составе врача места заключения — на правах председателя, представителя учебно-воспитательной части и санитарных старост, выбираемых из числа заключенных по одному от камер каждого отделения. На санитарно-просветительное бюро возлагалась обязанность разработки плана санитарно-просветительных мероприятий и обеспечение его выполнения, а также инструктаж старост по вопросам организации их работы. Основными формами санитарно-просветительной работы в местах заключения были признаны массовая, кружковая и камерная. Массовая работа проводилась на базе клубов мест заключения и содержала доклады о работе медико-санитарной части, публичные лекции, демонстрации кинофильмов, проведение диспутов, инсценировок, агитсудов и т. д. При этом рекомендовалось широко использовать развертывание в местах заключения передвижных выставок, устройство уголков «здоровья», проведение кампаний за здоровый быт, формирование санитарных отрядов. В камерах санитарным просвещением и непосредственной работой по поддержанию порядка занимались старосты, камерные культурники. На них возлагалась организация конкурсов на лучшее санитарное состояние камеры, оформление «досок вопросов и ответов по вопросам здоровья», плакатов и т. д. ——————————— <16> ГАРФ. Ф. 4042. Оп. 2. Д. 4886. Л. 28 — 30.

В приветствии II Всероссийскому съезду работников пенитенциарного дела представитель Наркомздрава т. Спасокукоцкий при оценке проделанной исправительно-трудовыми учреждениями работы заявил: «…в своей каждодневной работе по медико-санитарному обслуживанию мест заключения Наркомздрав с каждым днем убеждается, что товарищи проявляют огромные усилия для того, чтобы восстановить необходимый порядок в наших местах заключения… Наркомздрав поручил мне заявить, что в этой вашей большой почетной работе он окажет вам полное содействие и просил передать вам свое горячее приветствие» <17>. Этим выступлением он дал краткую, но весьма яркую характеристику тех изменений, которые претерпели места лишения свободы за годы Советской власти, и в то же время принял от имени Наркомздрава обязательство и впредь всемерно помогать им в организации оказания медицинской помощи заключенным и решении встающих в этом вопросе проблем. ——————————— <17> Материалы II Всероссийского съезда работников пенитенциарного дела: ноябрь 1924 года. С. 21 — 22.

Однако эти обязательства в дальнейшие годы Наркомздравом не были выполнены. С одной стороны, с созданием в местах лишения свободы своей медицинской службы Наркомздрав все больше отходил от участия в работе исправительно-трудовых учреждений, в конце концов совершенно перестав этим заниматься. С другой стороны, места лишения свободы постепенно замыкались в своей работе, изолировались, руководство НКВД старалось уйти из-под контроля и руководства советских и партийных органов, в учреждения Наркомата внутренних дел не допускали работников других ведомств. Если посмотреть несколько вперед, то следует сказать, что и в дальнейшем, несмотря на решения руководства страны, возлагавшего на советские органы ответственность за работу мест лишения свободы и обязывающих их принимать участие в этом деле, органы здравоохранения как в центре, так и на местах очень мало проявляли заинтересованности в работе исправительно-трудовых учреждений и весьма недостаточно оказывали им содействие в организации лечебной помощи осужденным. В заключение следует сказать, что в первые послереволюционные годы налицо стремление советского государства к упорядочению организационно-правовых основ оказания медицинской помощи в местах заключения, их совершенствованию и развитию. Этот процесс продолжается и сегодня. Вывод медицинских частей из прямого подчинения начальникам мест лишения свободы с последовательным сближением с системой государственной медицины — объективный поступательный процесс, приближающий уровень медицинского обслуживания осужденных к общегосударственному уровню.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *