Реализация права на дополнительную общую площадь жилого помещения некоторых категорий военнослужащих

(Глухов Е. А.) («Право в Вооруженных Силах», 2013, N 10) Текст документа

РЕАЛИЗАЦИЯ ПРАВА НА ДОПОЛНИТЕЛЬНУЮ ОБЩУЮ ПЛОЩАДЬ ЖИЛОГО ПОМЕЩЕНИЯ НЕКОТОРЫХ КАТЕГОРИЙ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ

Е. А. ГЛУХОВ

Глухов Е. А., преподаватель СПВИ ВВ МВД России, кандидат юридических наук, подполковник юстиции.

В статье комментируется законоположение о предоставлении некоторым категориям военнослужащих права на дополнительную общую площадь жилого помещения. Анализируются вопросы несвоевременного предоставления жилья военнослужащим и взаимосвязь права на дополнительную жилую площадь с освобождением от воинской должности военнослужащего.

Ключевые слова: военнослужащий, дополнительная площадь жилья, льготы в жилищной сфере военнослужащим, освобождение от воинской должности, срок реализации права на жилище.

The implementation of the right to an additional total area the dwelling of some categories of military E. A. Glukhov

The article commented statute granting rights to certain categories of military personnel to more general area of the dwelling. The issues delayed the provision of housing for servicemen and the relationship of the right to an additional living area with exemption from military post serviceman.

Key words: soldier, an additional area of housing benefits in the field of housing to servicemen, exemption from military position, the term of the right to housing.

Статья 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» начинается так: «Государство гарантирует военнослужащим предоставление жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение в порядке и на условиях, которые устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации». Важным здесь является то, что государство не просто гарантирует определенной категории своих граждан — военнослужащим предоставление жилья, но и то, что такое предоставление осуществляется в предусмотренном законодательством Российской Федерации порядке. Данный порядок включает в себя различные формы жилищного обеспечения, регулируется множеством нормативных правовых актов и во многом противоречив. В настоящей статье мы рассмотрим некоторые противоречия и пробелы в такой форме жилищного обеспечения военнослужащих <1>, как предоставление им дополнительной жилой площади в соответствии с п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (далее также — комментируемая норма Закона). ——————————— <1> Далее под военнослужащими будем иметь в виду лишь военнослужащих — граждан Российской Федерации, проходящих военную службу по контракту.

Напомним, что в соответствии с указанной нормой следующие категории граждан имеют право на дополнительную общую площадь жилого помещения размером не менее 15 квадратных метров и не более 25 квадратных метров: 1) офицеры в воинских званиях от полковника и выше (капитаны 1 ранга, генералы, адмиралы); 2) командиры воинских частей; 3) военнослужащие, имеющие почетные звания Российской Федерации; 4) военнослужащие — преподаватели военных образовательных учреждений профессионального образования, военных кафедр при государственных образовательных учреждениях высшего профессионального образования; 5) военнослужащие — научные работники, имеющие ученые степени и (или) ученые звания. Причем дословное толкование п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» позволяет утверждать, что лишь граждане первой из приведенных выше категорий (офицеры в воинских званиях от полковника и выше) имеют право на предоставление жилья с учетом дополнительной площади как в период прохождения военной службы, так и после увольнения с нее, но только по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями. Именно такая формулировка содержится в комментируемой норме Закона. Про остальные четыре категории лиц, перечисленных в комментируемой норме Закона, можно сказать, что это именно военнослужащие, т. е. лица, не утратившие данный статус. Военная служба оканчивается в день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части (п. 23 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы <2>). ——————————— <2> Утверждено Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. N 1237 «Вопросы прохождения военной службы».

Так, например, интересным в ракурсе настоящей статьи представляется дело офицера Поликарпова, приведенное в обзорной справке о судебной работе гарнизонных военных судов по рассмотрению гражданских дел в 2011 г. Поликарпов, имея ученую степень «кандидат военных наук», проходил военную службу в должности преподавателя кафедры тактики, оперативного использования и инженерно-технического обеспечения внутренних войск Военно-инженерного университета. Приказом главнокомандующего внутренними войсками МВД России от 11 марта 2000 г. он был уволен с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями с оставлением в списках очередников, нуждающихся в улучшении жилищных условий. На его обращение к главнокомандующему внутренними войсками МВД России с просьбой разъяснить, имеет ли он право на дополнительную жилую площадь, был дан ответ, в котором указано, что Поликарпов состоит в списках для улучшения жилищных условий, а права на дополнительную жилую площадь не имеет, так как в связи с увольнением с военной службы он соответствующей должности преподавателя не занимает. Полагая свои права нарушенными, Поликарпов обратился в Московский гарнизонный военный суд с заявлением, в котором просил признать незаконными действия главнокомандующего внутренними войсками МВД России, связанные с отказом в признании за ним права на дополнительную жилую площадь. Гарнизонный военный суд заявление Поликарпова удовлетворил. Рассмотрев дело в кассационном порядке, Московский окружной военный суд решение гарнизонного военного суда отменил и в удовлетворении заявления Поликарпову отказал по следующим основаниям. Поскольку после увольнения с военной службы Поликарпов военнослужащим-преподавателем либо научным работником быть перестал, а право на дополнительную жилую площадь реализуется при предоставлении жилого помещения, вывод суда первой инстанции о неправомерности действий главнокомандующего внутренними войсками МВД России, связанных с указанием в ответе заявителю об отсутствии у него права на дополнительную жилую площадь, является неправильным. Конституционный Суд Российской Федерации также в нескольких своих определениях указывал, что право на получение дополнительной жилой площади по своему характеру является льготой, предоставляемой тем или иным категориям граждан с учетом их особого правового статуса (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2007 г. N 446-О-О, от 21 февраля 2008 г. N 100-О-О и от 24 июня 2008 г. N 559-О-О). Следовательно, прекращение необходимого правового статуса предполагает и утрату права на данную льготу, что само по себе не нарушает конституционные права соответствующей категории лиц <3>. ——————————— <3> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 1021-О-О // URL: http://base. consultant. ru/cons/cgi/online. cgi? req=doc;base=ARB;n=223099.

Кроме того, многие военнослужащие для реализации своего права на дополнительную площадь жилого помещения должны занимать определенные должности (командиров воинских частей, преподавателей, научных работников). Лишь военнослужащим в воинских званиях от полковника и выше, а также имеющим почетные звания Российской Федерации, комментируемой нормой Закона предоставлено право на получение жилья с учетом дополнительной площади вне зависимости от занятия какой-либо должности. Иные категории военнослужащих, перечисленные в п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», могут реализовать право на дополнительную жилую площадь только в период прохождения ими военной службы на соответствующих должностях. В Определении Конституционного Суда Российской Федерации описан спор о праве на дополнительную жилую площадь офицера, который находился в распоряжении командира воинской части и одновременно занимался преподавательской деятельностью в военном училище согласно трудовому договору; на воинскую должность преподавателя военного образовательного учреждения он не назначался. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации оспариваемое заявителем положение п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», закрепляющее гарантии в жилищной сфере для определенной категории военнослужащих, неразрывно связанные с особенностями их военной службы на должностях преподавателей образовательных учреждений, не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителя, осуществляющего преподавательскую деятельность на основании трудового договора <4>. ——————————— <4> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 1198-О // URL: http://base. consultant. ru/cons/cgi/online. cgi? req=doc;base=ARB;n=285306.

Однако из данного правила о непременном занятии воинской должности из перечня комментируемой нормы Закона, по мнению автора, есть исключение. Как указано в Справке о рассмотрении военными судами гражданских дел, связанных с жилищным обеспечением военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей, «при зачислении военнослужащего — преподавателя военного образовательного учреждения профессионального образования в распоряжение командира (начальника) по причине освобождения от воинской должности в связи с проведением организационно-штатных мероприятий за ним сохраняется право, установленное п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих». В качестве примера в указанной Справке приведено гражданское дело по заявлению подполковника П., проходившего военную службу по контракту в воинской должности преподавателя кафедры организации связи Кемеровского высшего военного командного училища связи (военного института). С ноября 1999 г. по указанному месту службы П. состоял на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении. Решением жилищной комиссии от 1 июля 2010 г. П. на семью из трех человек с его согласия была выделена трехкомнатная квартира в г. Томске общей площадью 76,8 квадратного метра, при этом учтено наличие у заявителя права на дополнительную общую площадь жилого помещения, предусмотренного п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» для военнослужащих — преподавателей военных образовательных учреждений профессионального образования. Начальник КЭУ отказал в согласовании списка распределения указанного жилого помещения, аргументировав свой отказ сокращением в 2009 г. и неисполнением заявителем на август 2010 г. воинской должности преподавателя военного образовательного учреждения профессионального образования. Кемеровский гарнизонный военный суд оставил без удовлетворения заявление П. об оспаривании указанного решения воинского должностного лица. В кассационном порядке окружной военный суд отменил обжалованное заявителем судебное постановление и обязал начальника КЭУ согласовать список распределения П. упомянутого жилого помещения по следующим основаниям. В силу п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие — преподаватели военных образовательных учреждений профессионального образования имеют право на дополнительную общую площадь жилого помещения размером не менее 15 квадратных метров и не более 25 квадратных метров. Следовательно, военнослужащий — преподаватель военного образовательного учреждения профессионального образования вправе претендовать на получение от государства постоянного жилья на состав семьи из трех человек размером от 69 (18 x 3 + 15) до 88 (18 x 3 + 25 + 9) квадратных метров. Как видно из материалов дела, на момент замещения воинской должности преподавателя военно-учебного заведения заявитель отвечал перечисленным требованиям, а поэтому до зачисления в распоряжение начальника связи мог рассчитывать на обеспечение вышеупомянутой квартирой, что не ставится под сомнение. Согласно ст. 42 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», а также ст. 13 Положения о порядке прохождения военной службы в их взаимосвязи прохождение военной службы не на воинской должности в порядке зачисления в распоряжение командира (начальника) является исключением из общего правила и обусловливается обстоятельствами, не зависящими от военнослужащего. Такое изменение служебно-должностного положения предопределяется необходимостью разрешения вопросов дальнейшего прохождения военнослужащим военной службы и ограничивается конкретными сроками. В соответствии с представленными материалами во время прохождения военной службы по контракту в воинской должности преподавателя военно-учебного заведения с апреля 2009 г. в отношении П. государством в лице Минобороны России не был исполнен Федеральный закон «О статусе военнослужащих» в части обеспечения жилым помещением по договору социального найма с учетом дополнительной общей площади жилого помещения. Освобождение названного лица от указанной должности в августе 2009 г. вызывалось объективным фактором — проведением организационно-штатных мероприятий и не зависело от воли заявителя, чье служебное предназначение в установленный вышеназванным Положением шестимесячный срок так и не было определено. В приказе, которым П. зачислили в распоряжение начальника связи, имеется ссылка на необеспечение этого военнослужащего жилым помещением по нормам жилищного законодательства. В связи с изложенным кассационная инстанция нашла заявление П. обоснованным и констатировала нарушение его жилищных прав начальником КЭУ при осуществлении полномочий. В том случае, когда военнослужащий уже уволен с военной службы, утратил статус военнослужащего (за исключением офицеров в воинских званиях от полковника и выше), он не подлежит обеспечению дополнительным жильем. Подтверждением такому выводу служат материалы судебной практики как военных судов, так и Конституционного Суда Российской Федерации. Из приведенных выше примеров судебной практики можно сделать следующие выводы: право гражданина на дополнительную жилую площадь, предусмотренное п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», было мотивировано тремя обстоятельствами: а) наличием у него статуса военнослужащего; б) первичным невыполнением государством своих обязательств по обеспечению военнослужащего жильем в установленные законом сроки с учетом его права на дополнительную жилую площадь; в) отсутствием виновных и даже инициативных действий заявителя в процессе освобождения его от воинской должности, дающей право на получение жилья с учетом дополнительной жилой площади. Рассмотрим указанные условия более подробно на примере увольняемого по «льготному» основанию офицера — преподавателя военного вуза, имеющего более 10 лет выслуги на военной службе и являющегося нуждающимся в жилых помещениях. Выше мы довольно подробно проиллюстрировали необходимость наличия у лица статуса военнослужащего для реализации им права на жилье с учетом дополнительных метров. В дополнение к сказанному следует отметить, что военнослужащий, находящийся в распоряжении командира (начальника), по-прежнему обладает соответствующим статусом, даже при наличии в отношении его состоявшегося приказа об увольнении. Далее рассмотрим вопрос о невыполнении государством в лице военного ведомства своих обязанностей по своевременному обеспечению военнослужащих жилыми помещениями в период, когда они имеют право на такое обеспечение с учетом дополнительной площади. В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащим и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место военной службы служебные жилые помещения с учетом права на дополнительную жилую площадь. Фактически здесь указана не просто гарантия государства по предоставлению жилья военнослужащим, но и более сжатые по сравнению с другими категориями граждан сроки ее осуществления. Анализ вышеприведенного пункта Закона позволяет говорить, что он распространяется не на всех военнослужащих, а лишь на тех, которые имеют право на обеспечение служебными жилыми помещениями, так как в приведенном законоположении идет речь только о них. Из положений п. п. 1 и 3 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» в их взаимосвязи следует, что право на обеспечение служебными жилыми помещениями имеют военнослужащие, заключившие первый контракт о прохождении военной службы после 1 января 1998 г., а также заключившие его и до указанной даты, но прибывшие после нее к новому месту военной службы или проходящие военную службу в закрытых военных городках (при условии отсутствия у них по месту прохождения военной службы права на иные жилые помещения). Соответственно права этих категорий военнослужащих чаще всего нарушаются непредоставлением им жилья в период прохождения военной службы в воинских должностях, дающих право на дополнительную площадь жилого помещения. Реализация права на получение постоянного жилья военнослужащим не должна длиться годами и десятилетиями. Тем более в абз. 12 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» говорится, что обеспечение постоянным жильем некоторых категорий военнослужащих производится именно при увольнении их с военной службы, а само увольнение в идеале также не должно длиться годами. Не секрет, что в военных ведомствах существуют многотысячные очереди на получение жилья, в некоторых населенных пунктах военнослужащие ждут получения заветных квартир десятилетиями. Так, например, по данным средств массовой информации, только в Вооруженных Силах Российской Федерации на начало 2010 г. было 90,3 тыс. военнослужащих, нуждающихся в получении жилья <5>, а в октябре 2010 г. — 97 тыс. <6>. Официальная статистика оперирует большими цифрами: 129782 человека, нуждающихся в жилых помещениях, по состоянию на 1 января 2009 г. <7> и 56 тыс. бесквартирных офицеров по состоянию на февраль 2013 г. <8>. Естественно, такая ситуация свидетельствует о массовом нарушении государством продекларированной им же своей обязанности по трехмесячному сроку обеспечения их жильем. ——————————— <5> Мухин В. Г. Выполнение жилищных программ для военнослужащих вновь обрастает проблемами // Независимая газ. 2010. 22 апр. <6> Рос. газ. 2010. 29 окт. <7> Отчет Счетной палаты Российской Федерации о результатах контрольного мероприятия «Проверка законности и эффективности использования государственных средств, выделенных в 2008 — 2009 годах на обеспечение жильем военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации» // Бюлл. Счетной палаты Рос. Федерации. 2010. N 9. <8> Моск. комсомолец. 2013. 19 февр.

Таким образом, именно государство в лице органов военного управления чаще всего первым нарушает условия заключенного с военнослужащим контракта о прохождении военной службы в части своевременного обеспечения его жилым помещением, в том числе с учетом права на дополнительную жилую площадь. И в идеале при выполнении государством своих обязательств по жилищному обеспечению военнослужащих в установленные сроки не было бы и многочисленной судебной практики по вопросу обеспечения их дополнительной жилой площадью; данный вопрос решался бы в период исполнения ими обязанностей на соответствующих должностях. Невыполнение военным ведомством в отношении военнослужащего в период прохождения им военной службы требований закона в части обеспечения его надлежащим жильем не освобождает государство от взятых на себя обязательств. Иное толкование закона противоречит действующему жилищному законодательству и закрепленному в ст. 19 Конституции Российской Федерации принципу равенства, поскольку, не реализовав своевременно свое право на жилье по установленным нормам в период военной службы, военнослужащий не может быть лишен права на его получение с учетом дополнительной площади на том основании, что он освобожден от воинской должности в связи с организационно-штатными мероприятиями. Что касается виновных либо хотя бы инициативных действий военнослужащего в процессе освобождения его от воинской должности, дающей право на получение жилья с учетом дополнительной жилой площади, то такие действия связаны либо с переводом военнослужащего на иную воинскую должность, увольнением, либо с зачислением его в распоряжение командира (начальника). Указанные действия могут как производиться по инициативе командования (например, перевод военнослужащего в порядке плановой замены), по инициативе военнослужащего (например, перевод его на иную воинскую должность по семейным обстоятельствам), так и не зависеть от воли сторон (например, освобождение военнослужащего от воинской должности, которую он не может исполнять по состоянию здоровья). И если освобождение военнослужащего от воинской должности, дающей право на получение жилья с учетом дополнительных метров, производится по инициативе военнослужащего, то сам военнослужащий и должен предусмотреть последствия таких действий и отвечать за них. К примеру, если преподаватель военного вуза (в воинском звании ниже полковника и не имеющий почетных званий) написал рапорт с просьбой назначить его на любую воинскую должность, кроме преподавателя, научного работника, командира воинской части, то тем самым он как бы соглашается на обеспечение его в период службы в такой должности жильем без дополнительной площади (если ему на указанной должности не будет присвоено воинское звание полковника или капитана первого ранга). В иных же случаях, когда освобождение военнослужащего от воинской должности преподавателя, научного работника или командира воинской части производится не по его инициативе, он должен иметь возможность воспользоваться непредоставленной ему ранее государством льготой. Иначе любого такого военнослужащего, не обеспеченного своевременно жильем, можно перед предоставлением жилья освободить от такой «льготной» должности, а потом просто «простить» ему право на дополнительную жилую площадь. В итоге на каждом таком военнослужащем государство в лице военного ведомства может сэкономить немалые деньги. Особенно актуальным данный вопрос становится в период увольнения военнослужащего и в последней попытке реализации им своего права на получение жилья от военного ведомства. Не секрет, что в период изменения облика Вооруженных Сил Российской Федерации были сокращены и реорганизованы сотни воинских частей, десятки военных вузов, лишились своих воинских должностей тысячи военнослужащих, имеющих в начале реформы право на обеспечение дополнительной жилой площадью. Проблема заключается в том, что многие из указанных военнослужащих согласно абз. 2 п. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» при выслуге более 10 лет и обладании статусом нуждающихся в улучшении жилищных условий без их согласия не могли быть уволены с военной службы по «льготным» основаниям без предоставления им жилых помещений. Поскольку их должности были сокращены, а уволены без жилья они не могли быть, то такие военнослужащие массово зачислялись в распоряжение командиров (начальников) именно до обеспечения их жилыми помещениями. Причем освобождение от воинских должностей и зачисление в распоряжение командиров (начальников) здесь допускалось без желания самих военнослужащих. Право на жилище у них осталось и после зачисления в распоряжение командиров (начальников), но вот право на его получение с учетом дополнительной площади уже ставилось под сомнение квартирными органами, так как на момент распределения жилья такие военнослужащие не занимают должностей, перечисленных в п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Ведь с точки зрения формальной логики на момент обеспечения их жильем они не обладают необходимым статусом для получения жилья с учетом дополнительной площади. Вот так, без каких-либо не то что своих виновных, но даже волевых действий, военнослужащий может потерять от 15 до 25 квадратных метров жилой площади, положенной ему ранее от государства. В данном случае гарантия законодателя о запрете увольнения некоторых категорий военнослужащих без жилья, в том числе с учетом дополнительной жилой площади, трансформировалась в гарантию по обеспечению их жильем хоть и в период военной службы, но уже без дополнительной общей площади жилого помещения. Такое положение дел является по меньшей мере несправедливым. Во-первых, Россия провозгласила себя социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ч. 1 ст. 7 Конституции Российской Федерации). Более того, в ст. 2 Конституции Российской Федерации продекларировано, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства. Поэтому вряд ли соответствует названным статьям Конституции Российской Федерации правоприменительная деятельность по отказу в предоставлении военнослужащим, ранее имевшим все основания для получения дополнительной жилой площади, в ее предоставлении после зачисления их в распоряжение командования по независящим от них причинам. Во-вторых, нарушенное первоначально именно государством право военнослужащего на жилище подлежит защите и восстановлению судами в полном объеме, в каждой из составляющих: и как право на обеспечение жильем от военного ведомства в установленные сроки, и как право на получение жилья с учетом неполученной ранее из-за нарушения условий контракта со стороны государства <9> дополнительной жилой площади. Недаром Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предписывает судам, признав заявление обоснованным, принимать решения об обязанности соответствующего органа государственной власти, должностного лица устранить в полном объеме допущенное нарушение прав и свобод гражданина или препятствие к осуществлению гражданином его прав и свобод. ——————————— <9> Так, например, в Определении Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 3 марта 2009 г. N 6н-425/08 описан случай, когда длительное непредоставление военнослужащему О. О. Андрееву служебного жилого помещения послужило признанием нарушения в отношении его условий заключенного им контракта о прохождении военной службы.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *