Краткий анализ судебной практики по трудовому спору, связанному с увольнением работника военного комиссариата по сокращению численности или штата работников

(Ефремов А. В.) («Право в Вооруженных Силах», 2012, N 5) Текст документа

КРАТКИЙ АНАЛИЗ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ТРУДОВОМУ СПОРУ, СВЯЗАННОМУ С УВОЛЬНЕНИЕМ РАБОТНИКА ВОЕННОГО КОМИССАРИАТА ПО СОКРАЩЕНИЮ ЧИСЛЕННОСТИ ИЛИ ШТАТА РАБОТНИКОВ

А. В. ЕФРЕМОВ

Ефремов А. В., начальник юридического отделения военного комиссариата Чувашской Республики.

В статье приведен краткий анализ судебной практики по трудовому спору, связанному с увольнением работника по организационно-штатным мероприятиям.

Ключевые слова: работодатель, работник, трудовой договор, сокращение штата, приказ, военный комиссариат, уведомление об увольнении.

A brief analysis of jurisprudence on labour dispute relating to the dismissal of military commissariat, organizational and staffing activities A. V. Efremov

This article provides a brief analysis of jurisprudence on labour dispute involving the dismissal of an employee on organizational and staffing activities.

Key words: employer, employee, employment contract, reduced state order, military commissariat, notice of termination.

Попытка упорядочить процесс оформления прекращения трудовых отношений в настоящее время делается, но при этом не снимается острота проблемы. В существенной корректировке ТК РФ, на взгляд автора настоящей статьи, прежде всего заинтересован работодатель, так как в большинстве случаев при рассмотрении трудовых споров суды удовлетворяют требования именно работников, а не работодателей. Неверное определение дня увольнения при расторжении трудового договора приводит к нарушению норм трудового законодательства, касающихся сроков выдачи трудовой книжки, осуществления окончательного расчета с уволенным сотрудником. Как свидетельствует судебная практика, не всегда при разрешении трудовых споров, подобных тому, который будет рассмотрен в настоящей статье, суды соглашались с позицией работодателя, которому не удавалось противостоять недобросовестным работникам только из-за несовершенства законодательства. А это связано не только с перспективой возникновения судебных тяжб, временных и денежных издержек организации, но и с возможностью привлечения к административной ответственности ее должностных лиц. Рассмотрим случай увольнения работника воинской части, являющегося членом профсоюза, по сокращению численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) из судебной практики автора: работник гр. Е. обратилась в суд с иском к воинской части о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что Приказом командира воинской части от 29 апреля 2009 г. N 90 она уволена с должности старшего инспектора делопроизводства мобилизационной службы, защиты государственной тайны по п. 2 ст. 81 ТК РФ (по сокращению численности работников) с 28 апреля 2009 г. Считает увольнение незаконным, так как работодателем (командиром воинской части) при ее увольнении нарушено действующее законодательство: фактического сокращения ее должности не было, было только переименование должности в должность помощника начальника делопроизводства мобилизационной службы, защиты государственной тайны. В приказе об увольнении сказано, что Е. увольняется не по сокращению штатов, а по сокращению численности работников. Фактически сокращения работников не было, так как было принято более 10 человек новых работников. Приказ N 90 подписан «задним числом» — 29 апреля 2009 г., а она уволена с 28 апреля 2009 г. При увольнении Е. нарушено требование ст. 179 ТК РФ: как работник с большим стажем и опытом работы она имеет право на преимущественное оставление на работе. В нарушение ст. 180 ТК РФ Е. не была предложена другая вакантная должность. В устной форме ей было сказано, что она уже в пенсионном возрасте и пора уходить, однако ст. 3 ТК РФ запрещает ограничивать в трудовых правах по возрасту. Истица просила восстановить ее на работе в должности помощника начальника делопроизводства мобилизационной службы, защиты государственной тайны в воинской части, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула и моральный вред в сумме 10000 руб. В ходе производства по делу истица уточнила свои требования и просила суд восстановить ее на работе в должности помощника начальника мобилизационного отделения. Остальные требования оставлены истицей без изменения. Представитель ответчика — военного комиссариата гр. Щ. требования истицы не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Указал, что при увольнении истицы нарушений действующего законодательства не допущено. В настоящей статье автор хотел бы обратить внимание должностных лиц военных комиссариатов на то, что, если работник уволен по сокращению численности или штата работников, бремя доказывания правомерности такого увольнения лежит именно на работодателе в отличие от увольнения работника по собственному желанию, т. е., например, если работник утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то бремя доказывания такого принуждения лежит именно на работнике. Остается только надеяться на то, что суды примут это указание высшей судебной инстанции к действию и не будут возлагать на работодателей бремя опровержения фактов, которые, объективно говоря, могут быть доказаны только работниками. Прокурор Л. в своем заключении полагала, что при увольнении истицы ответчиком не была соблюдена процедура увольнения, в связи с чем ее увольнение является незаконным. Так, истица уволена 28 апреля 2009 г., в этот день она была временно нетрудоспособна, что подтверждается листком нетрудоспособности. Ответчиком в суд был представлен лишь протокол заседания профкома по вопросу увольнения истицы. В нарушение положений ст. 373 ТК РФ в профком для составления мотивированного мнения по вопросу увольнения истицы не были направлены проект приказа о ее увольнении и копии документов, положенных в обоснование увольнения. Однако истица не подлежит восстановлению на работе в должности, в которой она ранее не работала. Поэтому следует признать ее увольнение незаконным, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в сумме 5000 руб. Заслушав доводы участников процесса, свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, личного дела гр. Е., суд пришел к следующему. Судом установлено, что истица работала у ответчика в должности старшего инспектора делопроизводства мобилизационной службы, защиты государственной тайны. Приказом военного комиссара от 29 апреля 2009 г. N 90 она уволена с 28 апреля 2009 г. по ст. 81 ТК РФ по сокращению численности работников. Суд, рассматривая иски о восстановлении на работе лиц, уволенных по сокращению штатов, обязан проверить, имелись ли основания увольнения и соблюдены ли работодателем требования закона при увольнении по данному основанию. В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации. Проверяя наличие законного основания увольнения, суд исследовал представленные работодателем сведения. Следует отметить: для того чтобы обосновать правомерность увольнения работников по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, работодатель, скорее всего, должен будет представить в суд свое штатное расписание. Очень важно, чтобы оно соответствовало унифицированной форме N Т-3, утвержденной Постановлением Госкомстата России от 5 января 2004 г. N 1, хотя в этой форме не очень-то просто отразить имеющиеся в организации вакансии, так как она не содержит для этого специальной графы. Но это можно сделать в примечании к каждой строке формы и тем самым соблюсти и требования ТК РФ, и требования статистики. Районный суд, исследуя справки (л. д. 44), усмотрел следующее: до принятия решения о проведении организационно-штатных мероприятий в воинской части действовало три штатных расписания по различным подразделениям. С 1 апреля 2009 г. военный комиссариат субъекта Российской Федерации содержится по двум штатным расписаниям: управление, основные подразделения и подразделения обеспечения — по штату, утвержденному 8 декабря 2008 г., и отдел социального обеспечения — по штату, утвержденному заместителем начальника Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации. Приказом от 19 января 2009 г. N 8 «Об организационно-штатных мероприятиях, проводимых в военном комиссариате в 2009 году» указанное подразделение военного комиссариата с одного штата переводится на другой штат и содержится численностью 90 должностей гражданского персонала. Указанный Приказ издан в соответствии с Директивой Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации. Согласно данной Директиве предписано провести организационные мероприятия по переводу на новые штаты вышеуказанной воинской части Министерства обороны Российской Федерации. Как видно из содержания штатного расписания, по состоянию на 31 марта 2009 г. в нем имелась должность истицы в службе защиты государственной тайны. Согласно выписке из штатно-должностной книги на 28 апреля 2009 г. должность старшего инспектора делопроизводства мобилизационной службы, защиты государственной тайны в ней отсутствует. Должность истицы — старший инспектор делопроизводства мобилизационной службы, защиты государственной тайны в действовавшем на момент принятия решения о сокращении штатов штатном расписании была единственной. Таким образом, у ответчика действительно имело место сокращение штатов, в соответствии с которым была сокращена единственная должность, которую занимала истица, и, следовательно, у ответчика имелись законные основания для увольнения истицы по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Проверяя довод истицы о том, что фактически не было сокращения ее должности, а имело место лишь переименование должности, суд полагает, что указанный довод истицы не соответствует действительности. Так, из анализа должностной инструкции истицы по ранее занимаемой ею должности следует, что исходя из положений Приказа Министра обороны Российской Федерации от 19 апреля 1996 г. N 150 «О тарифно-квалификационных характеристиках (требованиях) по должностям специалистов и исполнителей, замещаемым гражданским персоналом воинских частей» <1> и выписки из штатно-должностной книги на 21 января 2009 г. для занятия должности истицы требовалось среднее профессиональное образование без предъявления требований к стажу работы или среднее общее образование и специальная подготовка по специальной программе. ——————————— <1> В настоящий момент Приказ утратил силу. На момент принятия решения судом данный Приказ в Министерстве юстиции Российской Федерации не был зарегистрирован.

В новом же штатном расписании имеется мобилизационное отделение, в котором имеются три должности: начальника отделения, старшего помощника начальника отделения и помощника начальника отделения — по всем должностям требуется наличие высшего профессионального образования, различен и круг должностных обязанностей по названным должностям. Проверяя соблюдение работодателем порядка увольнения истицы, суд приходит к следующему. В соответствии с ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение по сокращению численности или штата работников организации допускается, если невозможно перевести работника с его согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния его здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором (соглашением), трудовым договором. В соответствии со ст. 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в той же организации, соответствующую квалификации работника; о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращении численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под расписку не менее чем за два месяца до увольнения. Как следует из копии уведомления, за два месяца до увольнения истица была предупреждена о предстоящем увольнении и исключении должности старшего инспектора мобилизационного производства службы защиты государственной тайны. В тексте уведомления, представленном в суд ответчиком как врученное профкомом истице на собрании 21 января 2009 г., имеется уведомление «Об увольнении по п. 2 ст. 81 ТК РФ». Истица получение уведомления от работодателя либо от профкома отрицала. В материалах личной карточки истицы имеется копия уведомления об увольнении в связи с сокращением должности истицы с 1 апреля 2009 г., совпадающая по тексту с имеющимся на руках у истицы и полученным, с ее слов, на собрании гражданского персонала воинской части, с распиской о получении 21 января 2009 г. Как пояснила суду истица, иного текста уведомления от работодателя она не получала. Исходя из имеющихся доказательств, суд приходит к выводу о том, что уведомление с тем текстом, который представлен работодателем суду, истице вручалось. Таким образом, работодателем истица об увольнении по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ была предупреждена и требования по п. 2 ст. 81 ТК РФ при увольнении истицы ответчиком не нарушены. Анализируя довод о том, что истице не были предложены вакансии, суд приходит к следующему. Из справки о наличии вакантных мест усматривается, что на 28 апреля 2009 г. у работодателя имелось шесть вакансий — должности заведующего продовольственным складом (допустимо среднее образование и подготовка по специальной программе), начальника отделения по работе с гражданами (высшее профессиональное образование), начальника финансово-экономического отделения (высшее профессиональное образование), начальника группы радиосвязи (высшее профессиональное образование), механика в группе радиосвязи (высшее профессиональное образование), начальника группы телефонно-телеграфной связи (высшее профессиональное образование). Указанный список подтверждается выписками из штатно-должностной книги на 29 апреля 2009 г. Таким образом, из всего списка имевшихся у работодателя вакансий истице по уровню ее образования и квалификации могла быть предложена только одна должность — заведующего продовольственным складом. Предложение указанной вакансии истица отрицала, однако ее доводы опровергаются следующими доказательствами. Как видно из содержания составленного работодателем акта от 27 марта 2009 г., истице была предложена вакантная должность начальника вещевого склада, от которой она отказалась. Указанный акт подтвержден в суде показаниями свидетелей гр. М. и гр. Я., оснований не доверять которым не имеется. Поэтому суд приходит к выводу о том, что предложение указанной должности истице имело место и от указанной должности истица отказалась. Автор обращает внимание представителей военных комиссариатов, участвующих в судебных заседаниях по трудовым спорам, на то, что Верховный Суд Российской Федерации разъяснил (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 (далее — Постановление)), что не является изменением существенных условий труда или переводом на другую работу и не требует письменного согласия работника его перемещение на другое рабочее место или в другое структурное подразделение той же организации в той же местности без изменения трудовой функции данного работника, если только в трудовом договоре место работы не было определено с указанием конкретного структурного подразделения. В последнем случае перемещение в другое структурное подразделение является изменением существенных условий труда и возможно лишь с письменного согласия работника. Таким образом, Верховный Суд Российской Федерации разрешил внутреннюю коллизию ТК РФ, возникшую между его ст. ст. 57 и 72, первой из которых предусмотрено, что указание структурного подразделения является существенным условием труда, а второй — что перемещение в другое структурное подразделение переводом на другую работу не признается и согласия работника не требует. Но очевидно, что полностью устранить данную коллизию, представляющую собой очевидную ошибку законодателя, Верховный Суд Российской Федерации не в состоянии, тем не менее он нашел весьма «практичный» выход из этой ситуации: на практике лишь немногие трудовые договоры заключаются с указанием структурного подразделения и, следуя логике Верховного Суда Российской Федерации, работника, заключившего трудовой договор без такого указания, можно переводить в другие структурные подразделения без изменения трудовой функции без его письменного согласия. Однако в связи с тем что ТК РФ, в отличие от ГК РФ, не предусмотрена возможность признания незаключенным договора, в котором отсутствует установленное законом существенное условие (ст. 432 ГК РФ), возникла парадоксальная ситуация, в которой не только работодатели, но и Верховный Суд Российской Федерации поощряют практику заключения трудовых договоров, не содержащих одного из существенных условий, предусмотренных законом, — указания структурного подразделения. Прямое нарушение закона оказывается законным! Однако автор повторяет, что Верховный Суд Российской Федерации сделал в сложившейся ситуации все, что мог, теперь дело за законодателем, которому следует либо исключить из ст. 57 ТК РФ упоминание о структурном подразделении, либо, признав собственную ошибку, вообще исключить из названного Кодекса понятие существенного условия трудового договора, не подкрепленное необходимыми теоретическими конструкциями. Возвратимся к рассмотрению судебного процесса. Суд указал, что доводы истицы о том, что она могла быть переведена на должности помощника начальника секретной части, начальника отделения по работе с гражданами, не могут быть приняты во внимание вследствие отсутствия у истицы высшего профессионального образования, необходимого для занятия указанных должностей. Кроме того, имеется письмо из вышестоящего штаба военного округа от начальника финансово-экономического управления об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении на должность помощника начальника секретной части работника гр. Е. в связи с отсутствием высшего образования и стажа работы, обязательное наличие которого установлено тарифно-квалификационными характеристиками. Таким образом, все иные вакантные должности истице не могли быть предложены, так как высшее профессиональное образование у нее отсутствует. Здесь автор статьи хотел бы дать разъяснение по вопросу о том, какие вакансии работодатель должен предлагать работнику, увольняемому по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, — имеющиеся в организации в целом или только в той местности, где работник работал до сокращения. Однако следует обратить внимание на то, что в п. 29 Постановления сохранена норма п. 23 Постановления от 22 декабря 1992 г. N 16 в редакции от 15 января 1998 г., согласно которой работодатель должен доказать суду, что у него не было возможности предложить сокращаемому работнику ни вакансию, соответствовавшую его прежней должности, ни вакансию по нижестоящей должности. Напомним, что эта формулировка пришла на смену разъяснению о том, что суды не вправе проверять целесообразность перестановки работников, когда вышестоящему более квалифицированному работнику в связи с проводимым сокращением предлагается перевод на нижестоящую должность, а работник, занимающий эту должность, увольняется. Поэтому суды с 1998 г. не проверяют возможность трудоустройства сокращаемого работника путем перевода на нижестоящую должность, ограничиваясь проверкой отсутствия в организации каких бы то ни было пригодных для него вакансий. На практике это приводит к тому, что работодатель, сокращающий достаточно высокооплачиваемого специалиста, вынужден под расписку предлагать ему все имеющиеся в организации вакансии, вплоть до лифтеров и уборщиц, что часто расценивается работниками как издевательство. Но без такого предложения предписание Верховного Суда Российской Федерации выполнить невозможно. Поэтому, исходя из сложившегося в судебной системе подхода, автор статьи рекомендует работодателям, сокращающим работников в одном структурном подразделении, предлагать этим работникам все пригодные для них вакансии, имеющиеся в организации по всем обособленным структурным подразделениям. Возможно, это перестраховка, однако следует пойти на нее во избежание восстановления на работе лиц, уволенных по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, если суд посчитает их права нарушенными в связи с тем, что им предложили только вакансии, имевшиеся у работодателя в той же местности, где работники проживали на момент увольнения. Исследуя далее правомерность увольнения работника, районный суд приходит к выводу о том, что, как видно из материалов гражданского дела, истица является членом профессионального союза и, следовательно, в силу положений ст. 373 ТК РФ ее увольнение по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ должно осуществляться с учетом мотивированного мнения профсоюзной организации. В соответствии с данной нормой работодатель направляет в профком проект приказа об увольнении и копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения. В течение семи рабочих дней со дня получения копии приказа и указанных документов профком рассматривает названный вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. В личной карточке истицы отсутствуют сведения о направлении проекта приказа об увольнении и приложенных к нему документов в профком и о получении мотивированного мнения профкома по вопросу увольнения истицы. Из протокола заседания профкома следует, что на заседании профкома происходил разбор письма-отношения командования воинской части о даче согласия на увольнение работника гр. Е. Суд приходит к выводу о том, что допущенное работодателем нарушение при получении мотивированного мнения профкома по вопросу увольнения истицы — не были представлены проект приказа об увольнении истицы в профком и иные документы, являющиеся основанием для принятия решения об увольнении, — не влечет незаконности составления мотивированного мнения по вопросу увольнения истицы и не свидетельствует об отсутствии такого мнения профкома. Доводы истицы о нарушении работодателем требований ст. 179 ТК РФ при ее увольнении не могут быть приняты во внимание, поскольку сокращаемая должность истицы была единственной. Анализируя доводы истицы о незаконности увольнения в силу нарушения положений ч. 6 ст. 81 ТК РФ, в соответствии с которой не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период временной нетрудоспособности работника и в период пребывания работника в отпуске, суд приходит к следующему. Как видно из содержания приказа военного комиссара об увольнении истицы, она уволена Приказом от 29 апреля 2009 г. N 90 с 28 апреля 2009 г., в день, в который согласно листку нетрудоспособности она была временно нетрудоспособна. Указанное нарушение само по себе не влечет незаконности увольнения, поскольку в силу положений ст. 14 ТК РФ течение сроков, с которыми данный Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений. В соответствии со ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с ТК РФ или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность). Истица уволена 28 апреля 2009 г., в последний день временной нетрудоспособности (что подтверждается листком нетрудоспособности), который является последним днем ее работы, а прекращение трудовых отношений имело место 29 апреля 2009 г., когда закончилось действие листка нетрудоспособности. Таким образом, в этой части нарушения требований закона ответчиком не допущено. Военным комиссарам и их представителям в судах в данном случае необходимо знать, что согласно ч. 6 ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его временной нетрудоспособности. Данная статья не запрещает работодателю уволить работника по собственному желанию, если в период временной нетрудоспособности (что подтверждается листком нетрудоспособности) истекает срок предупреждения, указанный в его заявлении. Однако если работник по окончании временной нетрудоспособности не подал заявления об увольнении по собственному желанию с новой датой, то действия работодателя неправомерны. Если все же работник не воспользовался возможностью продолжить трудовые отношения в другой должности, оформляется расторжение трудовых отношений по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Важно помнить: ст. 81 ТК РФ запрещает расторгать трудовой договор по инициативе администрации, когда сокращаемый находится в отпуске, а также во время его временной нетрудоспособности. Последнее требование часто называют «когда он на «больничном», забывая, что листок нетрудоспособности может быть выдан не только при болезни работника, но и при необходимости ухода за ребенком. Однозначности здесь нет. Поскольку в законе идет речь о временной нетрудоспособности самого работника, рассматривается только «больничный» по болезни, но нигде в то же время нет и уточнения, что уход за ребенком не является препятствием для расторжения отношений. Таким образом, когда сотрудник находится в отпуске, на «больничном» из-за собственного недуга или болезни ребенка, процедуру сокращения лучше отложить до его выхода на работу. В последний день трудовой деятельности сотруднику должны быть выданы трудовая книжка, по письменному заявлению — другие документы, связанные с работой, и произведен окончательный расчет. В рассматриваемом примере истица также просила восстановить ее на работе в должности помощника начальника мобилизационного отделения, на которой она никогда не работала, ставя, по существу, вопрос о заключении с ней трудового договора по новой должности. Суд указал, что такое требование не соответствует положениям ст. 394 ТК РФ и не подлежит удовлетворению. Представленные ответчиком справки о заработной плате истицей не оспариваются. Таким образом, увольнение истицы признано судом законным и он в полном объеме отказал в удовлетворении требований истицы о восстановлении ее на работе, о взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *