Кто виноват?

(Колоколов Н.)

(«ЭЖ-Юрист», 2012, N 16)

Текст документа

КТО ВИНОВАТ?

Н. КОЛОКОЛОВ

Никита Колоколов, доктор юридических наук, г. Москва.

Военнослужащие рискуют здоровьем не только в бою, но и во время тренировок. Чьи виновные действия привели к смерти и кто должен нести наказание, если во время испытаний или спарринг-боя потерпевшему наносили удары несколько человек? Расскажем об особенностях дифференциации ответственности и процессуальных ошибках в одном из уголовных дел.

Опасности спорта

«Причинение смерти по неосторожности» — вот и все, что сочли нужным сказать авторы уголовного закона в диспозиции ч. 1 ст. 109 УК РФ. Современный законодатель, устанавливая ответственность за лишение жизни в условиях отсутствия той или иной формы умысла (прямого или косвенного) (ч. 1 ст. 25 УК РФ), в отличие от своего предшественника, в конструкции нормы избегает даже некогда такого привычного термина, как «убийство» (ст. 106 УК РСФСР). Действующий закон звучит гораздо мягче, на треть смягчено и наказание, максимум два года лишения свободы.

За разъяснениями, что такое «неосторожность», авторы УК РФ по традиции отсылают к ст. 26 УК РФ. Согласно содержащемуся в ней регламенту таковой признается содеянное по «легкомыслию» или «небрежности».

В первом случае виновное лицо предвидит возможность общественно опасных последствий, самонадеянно рассчитывает их предотвратить (ч. 2 ст. 26 УК РФ). Во втором случае — не предвидит возможности их наступления, хотя при некой необходимой внимательности и соответствующей предусмотрительности должно и, более того, могло общественно опасные последствия предвидеть (ч. 3 ст. 26 УК РФ).

Как видим, уголовный закон буквально перегружен оценочными категориями: «необходимая внимательность», «предусмотрительность», «должное», «возможное», «предвидение».

Впрочем, в изучение этих понятий специалисты углубляются лишь тогда, когда по причине «отсутствия предвидения у конкретных лиц» кто-то реально погиб.

Как показывает практика, уяснение перечисленных оценочных понятий, выстраивание на их основе суждений и формирование логически выверенных и понятных обществу умозаключений юристам дается нелегко.

Классический пример: нашумевшее убийство спортсменом Мизраевым студента Агафонова. Удар — всего лишь один, на видео зафиксирован ход конфликта, а расследование деяния затянулось почти на целый год.

«Мужские забавы»

В войсковой части, дислоцированной в Ленинградской области, сложилась неформальная традиция «принятия сдачи спортивных и физических нормативов бойца взвода специального назначения». Алгоритм испытания прост: кросс, комплекс физических упражнений на силу и выносливость плюс три боя-спарринга с тремя противниками продолжительностью по три минуты каждый с перерывами между ними не более 40 секунд. Результат успешной сдачи — символическое вручение тельняшки.

Несмотря на то что подобные «нормативы» сдаются неофициально, факт их сдачи легализован в официальных документах, отражающих прохождение службы: в характеристиках, представлениях и т. п.

10 июня 2010 года такой «норматив» совершенно добровольно вызвался сдать военнослужащий — рядовой Е. Для участия в боях-спаррингах на территорию части без соответствующего разрешения прибыли ветераны подразделения П., А. и З.

Виноват прапорщик

Сдачу «норматива» организовал военнослужащий части, инструктор (рукопашного боя) разведывательной группы взвода специального назначения стрелкового батальона — прапорщик В., являющийся для рядового Е. и по должности, и по воинскому званию начальником. Естественно, что прапорщик В. должен был как следует подумать о возможных последствиях испытания, тем более это ему как командиру и начальнику вменялось в обязанность целым рядом нормативных актов.

В соответствии с п. 1 приложения к Приказу ГКВВ МВД России от 04.12.2009 N 420 организатор мероприятия прапорщик В. был обязан лично убедиться в том, что:

— созданы и обеспечены все необходимые условия для безопасного проведения испытания;

— рядовой Е. не только усвоил доведенные до него требования безопасности, но и обладает практическими навыками их выполнения.

Положения ст. ст. 100, 101, 356 методического пособия ГКВВ МВД России от 24.01.2007 «По организации медицинского обеспечения внутренних войск МВД России» для оценки соответствия величины и интенсивности физических нагрузок физическому развитию рядового Е. предписывали обязательное привлечение к контролю за испытанием специалистов медицинской службы (врача, фельдшера).

Статьи 75 — 81 Устава внутренней службы ВС РФ гласят: командир (начальник) обязан отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных, принимать все возможные меры по обеспечению их защищенности от опасных факторов службы.

Нельзя сказать, что прапорщик В. все перечисленные нормы проигнорировал, он даже снабдил одного из подчиненных аптечкой и возложил на него обязанность при необходимости оказать нуждающимся лицам медицинскую помощь.

После выполнения комплекса упражнений на силу и выносливость начались бои-спарринги. Их участники, в том числе и рядовой Е., были в защитных шлемах и боксерских перчатках. Бои с ним последовательно провели: А., П. и З. В ходе боев каждый из них нанес рядовому Е. не менее 10 ударов руками в область головы и по телу, ногами по ногам.

После завершения испытаний рядовой Е. потерял сознание, был доставлен в больницу, где спустя шесть суток (16 июня 2010 года) скончался. Причина смерти: ушиб головного мозга тяжелой степени, кровоизлияние в мозг.

Органами предварительного расследования прапорщик В. был обвинен в умышленном конкретизированном превышении должностных полномочий (действиях, явно выходящих за пределы его компетенции), что по неосторожности повлекло причинение тяжких последствий (п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ) — смерть подчиненного.

В судебном заседании прапорщик В. вину признал полностью и подробно рассказал об имевших место событиях.

Государственный обвинитель — прокурор 53-й военной прокуратуры опасных целей (умышленного конкретизированного превышения полномочий) в действиях прапорщика В., фактически просто приписанных ему органами предварительного расследования, не обнаружил и поставил вопрос о переквалификации содеянного виновным на ч. 2 ст. 293 УК РФ (квалифицированная должностная халатность ввиду смерти человека).

21 октября 2010 года с данной правовой позицией согласился Пушкинский гарнизонный суд, назначивший на основании данного закона прапорщику два года лишения свободы на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком один год.

Неосторожность спарринг-партнеров

Осуждением прапорщика В. органы предварительного расследования не ограничились, ибо усмотрели и необходимость привлечения к уголовной ответственности и спарринг-партнеров рядового Е.

Из приговора Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 18.02.2011 следует, что ветераны подразделения П., А. и З. наносили удары по голове, телу и конечностям рядового Е., «не предвидя возможности причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности они должны были и могли это предвидеть».

Подсудимые П., А. и З. своей вины в смерти рядового Е. не признали и заявили, что чего-либо необычного в их действиях не было.

К сожалению, иного выхода из ситуации, как дифференцировать ответственность в точном соответствии с содеянным каждым из виновных, если основания для такой дифференциации отсутствуют, пока не найдено.

Опасности ринга

В анализируемом примере «стрелочник» выявлен и наказан — это прапорщик В., который смотрел на спарринг-бои со стороны. Именно он, как в силу своего опыта (инструктора), так и по должности должен был вовремя заметить, что рядовой Е. не в состоянии доказать, что он достоин «тельняшки».

Что касается спарринг-партнеров, то они получили добро на проведение боев, пусть и негласное, от руководства воинской части, от непосредственного организатора испытания — прапорщика В. и, главное, от самого рядового Е. Скрыв свое состояние, он подвел к уголовной ответственности и прапорщика В., и своих спарринг-партнеров.

Согласно приговору виновен прапорщик В. Однако он виновен не в том, что разрешил в течение девяти минут «бить» рядового Е., а в том, что вовремя не заметил ухудшения состояния «испытуемого».

Уголовное дело в отношении военнослужащего прапорщика В. и уголовное дело в отношении бывших военнослужащих П., А. и З. — единое целое, ибо причина их возбуждения одна — смерть рядового Е.

В таких условиях единым целым должно было быть и судебное разбирательство в отношении всех перечисленных лиц. Искусственное его разделение привело к тому, что суд «гражданский», осуждая П., А. и З., проигнорировал выводы суда военного, хотя в силу ст. 90 УПК РФ они для него обязательны по крайней мере в той части, что виновный в смерти рядового Е. уже осужден.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *