Проблемы виктимологической профилактики неуставных взаимоотношений между военнослужащими

(Лукашев А. А.) («Военно-юридический журнал», 2013, N 2) Текст документа

ПРОБЛЕМЫ ВИКТИМОЛОГИЧЕСКОЙ ПРОФИЛАКТИКИ НЕУСТАВНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ МЕЖДУ ВОЕННОСЛУЖАЩИМИ <*>

А. А. ЛУКАШЕВ

——————————— <*> Lukashev A. A. Problems of Victimological Prophylactics of Military Hazing among Military Men.

Лукашев Аркадий Анатольевич, военный прокурор отдела надзора (за исполнением законов при расследовании преступлений) военной прокуратуры Восточного военного округа, полковник юстиции.

Автор на основании прокурорской практики привел проблемные вопросы виктимологической профилактики неуставных взаимоотношений в воинских коллективах и пути их решения.

Ключевые слова: прокуроры, профилактика, неуставные взаимоотношения.

On the basis of procurator’s practice the author touches upon controversial issues of victimological prophylactics of military hazing in military collectives and the ways of solution thereof.

Key words: procurators, prophylactics, military hazing.

Существует такая интересная наука — виктимология. Как правило, ее изучают или хотя бы поверхностно рассматривают в юридических вузах, но думаю, что некоторые знания по виктимологии могут быть интересны и полезны многим. До тех пор, пока существует преступность, люди будут задавать себе вопросы: как я мог бы этого избежать, как не спровоцировать подобные ситуации и т. д. Как раз на подобные вопросы и пытается ответить виктимология. Для начала основные термины. Виктимология (лат. victima — жертва, лат. logos — учение) — учение о жертве преступления, наука о потерпевших, обладающих индивидуальной или групповой способностью стать жертвами преступного деяния. Виктимность (от лат. victima — жертва; комплекс жертвы) — склонность субъекта к поведению, повышающему шансы на совершение преступления в отношении его. Итак, виктимология изучает жертву преступления и факторы, способствовавшие тому, чтобы данное лицо стало жертвой. В целом основные идеи виктимологии сводятся к следующему: — на преступное поведение особое влияние оказывает поведение жертвы, которое может облегчать и даже провоцировать его, и наоборот, оптимальное поведение обеспечит невозможность преступного посягательства, или сведет его к минимуму, или хотя бы позволит избежать серьезных последствий; — вероятность стать жертвой преступления зависит от виктимности — особых свойств конкретной личности, социальной роли или социальной ситуации, которые провоцируют или облегчают преступное поведение, следовательно, выделяются личностная, ролевая и ситуативная виктимность (чем больше вероятность, тем выше виктимность); — величина виктимности может изменяться, ее увеличение свидетельствует о виктимизации, а уменьшение — о девиктимизации; соответственно, влияя на факторы виктимности (на личностные характеристики; правовой статус лица, специфику его функций, материальной обеспеченности, уровня защищенности; степени конфликтности ситуации; особенностей места и времени и т. д.), можно эффективно воздействовать на преступность, в том числе против военной службы. Очевидно, что специфические условия военной жизнедеятельности повышают уязвимость (виктимность) человека, следовательно, имеются основания для выделения воинской виктимности. Такое выделение обусловлено наличием у воинской виктимности собственного генезиса, кроющегося в основных противоречиях: необходимости одновременного поощрения сохранения жизни и пожертвования ею, поощрения применения силы (уничтожения) к противнику и запрещения насилия в отношении других лиц (некомбатантов, сослуживцев и т. д.), а также в том, что главная цель при выполнении боевых задач войсками обеих сторон состоит в повышении степени уязвимости и поражаемости противоборствующей стороны, т. е. в повышении виктимности противника и понижении своей. Все это предполагает преодоление страха и пренебрежение к опасности и смерти, способствует формированию среди военнослужащих субкультуры насилия, которая ввиду отсутствия у них социального опыта и соответствующего позитивного влияния со стороны должностных лиц может распространяться и переноситься на другие виды отношений, в том числе применение насилия к сослуживцам, начальникам для разрешения внутренних конфликтов и достижения неправомерных целей. Также особенно активно влияют на военнослужащего по призыву следующие факторы: смена обстановки, разрыв прежних социальных связей, вынужденный характер пребывания, строгая упорядоченность воинского общежития без права выбора места, времени и коллектива, высокая степень регламентированности взаимоотношений, жесткая иерархия военной организации, запрещение обсуждения приказов командира и обязанность беспрекословного ему подчинения — в итоге все это вызывает у него подавленное состояние, влечет ослабление защищенности и снижение сопротивляемости, особенно неуставным действиям, т. е. повышает степень виктимизации, которая происходит не по его вине, а объективно — вследствие особенностей военной службы. Соответственно общество и государство в лице военного командования, органов военной прокуратуры и военных следственных органов обязаны снижать виктимность военнослужащих, т. е. реально обезопасить потенциальную жертву правонарушения, для чего первоначально довести до военнослужащего хотя бы рекомендации по оптимизации его поведения, при которой вероятность стать жертвой в армейской среде значительно снизится. Таким образом, деятельность по снижению виктимности военнослужащих — реальный путь эффективного воздействия на преступность против военной службы. Исследования показывают, что поведение преступника нередко обусловлено как поведением его жертвы, так и особыми ее качествами, а также взаимоотношениями преступника с потерпевшим, сложившимися ранее или в процессе столкновения. Нередко преступное поведение провоцируется отклоняющимся от норм безопасности поведением потерпевшего (жертвы). За 8 месяцев 2011 г. (в сравнении с аналогичным периодом 2010 г.) в войсках, поднадзорных военной прокуратуре ВВО, от неуставных проявлений пострадали 347 (392, снижение на 11,5%) военнослужащих, один (2 — 2 раза) из которых погиб, 9 (17 — 47%) причинен тяжкий вред здоровью. В сложившейся обстановке большое значение приобретают виктимологические аспекты профилактики, ее правильная и всесторонняя организация. Для этого наряду с изучением индивидуальных свойств личности преступника следует должное внимание уделять изучению личности потерпевшего и конкретной жизненной ситуации. Знание последних необходимо и потому, что преступление есть результат взаимодействия жизненной ситуаций с антиобщественными установками личности виновного, а в конкретной жизненной ситуации в той или иной мере проявляются и личность, и поведение потерпевшего. Между тем осуществляемые профилактические мероприятия продолжают носить односторонний характер и нацелены главным образом на лиц с антиобщественным поведением, от которых можно ожидать совершения преступлений. Безусловно, решающая роль принадлежит в конечном счете этим лицам. Вместе с тем жизнь, правоохранительная практика убедительно свидетельствуют о том, что в генезисе преступлений во многих случаях не последнюю роль играют и сами потерпевшие. Исследование личности потерпевшего имеет большое значение не только для квалификации преступления, но и для изучения и предупреждения преступности. Виктимологическая профилактика — это специфическая деятельность социальных институтов, направленная на выявление, устранение или нейтрализацию факторов, обстоятельств, ситуаций, формирующих виктимное поведение и обусловливающих совершение преступлений; выявление групп риска и конкретных лиц с повышенной степенью виктимности с целью восстановления или активизации их защитных свойств; а также разработка либо совершенствование уже имеющихся специальных средств защиты граждан и конкретных лиц от преступлений. Актуализации специфических причин нарушений уставных правил взаимоотношений в воинских коллективах в немалой степени способствует отсутствие в Вооруженных Силах Российской Федерации целостной системы виктимологической профилактики неуставных взаимоотношений. Данный фактор приводит к тому, что представители прибывающего молодого пополнения не знают необходимых правил поведения в воинской среде (от способов избежания конфликтов до уяснения положений «необходимой обороны») и не умеют обращаться за помощью (от обращения в медицинские учреждения до обращения к командованию). В результате молодые воины, столкнувшиеся с неуставными отношениями, в абсолютном большинстве оказываются не готовыми к противодействию им и единственно возможными выходами из сложившейся ситуации видят либо терпеливое подчинение, либо обращение за помощью к родственникам, либо самовольный уход из части, либо суицид. В большей степени это является результатом проведенных организационно-штатных мероприятий в Вооруженных Силах Российской Федерации, существенного сокращения офицерского состава. Так, в войсках Восточного военного округа офицерский корпус сокращен на 48% офицеров, из них проводивших воспитательную работу с личным составом — более чем в 7 раз. Отсутствие в войсках виктимологической профилактики связано и с тем обстоятельством, что нередко сами командиры не обладают познаниями в этой области. На вопросы о том, кто из его подчиненных может быть потенциальным потерпевшим, почему именно этого человека подвергают притеснениям сослуживцы, какие из воинских должностей, в каких местах и в какое время потенциально виктимны, что может сделать военное командование для их девиктимизации, командир, как правило, не имеет ответа. В лучшем случае он вынужден принимать решения, руководствуясь личным опытом либо опытом своих бывших командиров, также не имеющих достаточных познаний в этой области. В худшем — командир предпочитает не замечать данную проблему. Основными чертами личности военнослужащего, в наибольшей степени являющимися факторами виктимизации, обычно выступают следующие: 1) неуравновешенность психики; 2) недостаточность физического и интеллектуального развития; 3) неряшливость и нечистоплотность; 4) замкнутость; 5) наличие физических недостатков; 6) малодушие, трусость и безволие; 7) лживость и хитрость; 8) эгоизм и жадность; 9) негативное отношение к военной службе; 10) неспособность в силу недостатков интеллектуального развития усвоить элементарные знания и навыки по получаемой воинской специальности; 11) лень и стремление уклониться от обязанностей за счет товарищей; 12) более молодой, по сравнению со «старослужащими», возраст (разница в 1 год и больше весьма существенна для психологической дифференциации военнослужащих по призыву); 13) внешние особенности поведения, воспринимаемые окружающими как отклонение от нормы; 14) отсутствие элементарных навыков самообслуживания (неумение пришить пуговицу, постирать носки); 15) несобранность и забывчивость; 16) обостренное самолюбие и завышенная самооценка, заносчивость и грубость, проявляющиеся в межличностном общении, и др. Так, рядовые Архипов, Аввакумов и Есманович в январе 2011 г., недовольные тем, что их сослуживец рядовой Шишигин необоснованно распространяет о себе слухи в воинском коллективе о том, что якобы обладает заслуженным авторитетом среди сослуживцев и может решить любые вопросы, связанные с повседневной служебной деятельностью воинского подразделения, в котором они проходят службу, а также что последний поступил нечестно в отношении их сослуживца — рядового Усатова, не вернув последнему одолженную денежную сумму, с целью наказания применили к нему насилие, причинив побои. Уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 335 УК РФ, расследовано в военном следственном отделе по Белогорскому гарнизону и рассмотрено в военном суде с вынесением обвинительного приговора. В марте 2011 г. рядовой Жданов, желая собрать деньги для подготовки к поездке домой в связи с окончанием срока воинской службы по призыву, целенаправленно выбрал в качестве объекта вымогательства физически слабого рядового Ермолаева, который не смог бы оказать сопротивления. В период с марта по апрель Жданов неоднократно будил Ермолаева по ночам и требовал передачи ему денег. Получая отказ в выполнении его незаконных требований, он наносил ему побои. 5 мая 2011 г. Ермолаев, сломленный неоднократными посягательствами со стороны Жданова, покончил жизнь самоубийством. Уголовное дело, возбужденное по признакам преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163 и ст. 110 УК РФ, находится на рассмотрении в военном суде. Наряду с указанными социально-психологическими и психофизиологическими качествами военнослужащих процессу их виктимизации существенно способствуют объективные факторы следующего содержания: 1) разобщенность потерпевших; 2) пассивное отношение значительной части офицеров и сержантов к случаям правонарушений в сфере межличностных отношений (это выражается, например, в том, что 9% респондентов, опрошенных в апреле 2011 г. научно-исследовательским центром (социологический) Вооруженных Сил Российской Федерации в рамках ежегодного всеармейского мониторинга, сообщили о несправедливом отношении офицеров и такое же количество — о несправедливости и грубости со стороны сержантов (старшин); 3) нежелание командования предавать гласности факты правонарушений; 4) низкая правовая культура новобранцев; 5) вольное толкование подзаконных нормативных актов офицерами и сержантами, негативно отражающееся на правах молодых солдат; 6) «круговая порука» и наличие в воинском подразделении неформальной системы взаимоотношений; 7) отсутствие у потенциальных жертв уверенности в получении помощи от офицеров и сержантов в случае обращения к ним (всего 37% респондентов готовы обратиться к своему командиру по личному вопросу, 23% — к сержантам и лишь 16% — к помощнику командира по работе с личным составом, 6% — к психологу, аналогичные результаты дало анкетирование военнослужащих воинских частей ВВО, проведенное при участии офицеров Главной военной прокуратуры в рамках исполнения плана работы межведомственной рабочей группы на первое полугодие 2011 г.); 8) отсутствие у военнослужащих информации о том, куда и к кому следует обращаться за помощью. В качестве наглядного примера разобщенности потерпевших славянских национальностей в отношении противоправных действий военнослужащих, призванных из регионов Северного Кавказа, можно привести следующее. В сентябре 2010 г. рядовой Сепиев, угрожая насилием, потребовал от рядовых Дорохина и Шангина встать на колени, а затем, взяв в руки деревянную палку и крича «Аллах-Акбар», нанес каждому из них по одному удару в область шеи, имитируя отрубание головы, после чего Дорохин и Шангин упали на пол, притворившись мертвыми. При этом все происходящее по требованию Сепиева рядовой Гурьев снимал на видеокамеру телефона. Уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 335 УК РФ, рассмотрено в военном суде с вынесением обвинительного приговора. В ходе прокурорской проверки, проведенной офицерами военной прокуратуры ВВО в одном из соединений округа в декабре 2010 г., выявлены факты глумлений и издевательств со стороны военнослужащих, призванных из Северо-Кавказского региона страны, по отношению к другим военнослужащим по призыву, также снятые на фотокамеры мобильных телефонов. Во всех указанных случаях потерпевшие имели численное превосходство над обидчиками, однако каких-либо мер в свою защиту не предприняли. Не последнюю роль в виктимизации военнослужащих играет продолжающаяся в войсках негативная практика сокрытия преступлений командованием воинских частей, вследствие чего в сознании пострадавших порождается чувство незащищенности и бесполезности обращения за защитой к командирам, а у недисциплинированных военнослужащих — мнение о вседозволенности и безнаказанности их противоправных действий, что приводит к новым более тяжким преступлениям. За 8 месяцев 2011 г. военными прокурорами гарнизонов ВВО выявлены 18 сокрытых командованием преступлений, что в 1,5 раза больше, чем за аналогичный период прошлого года. Так, в январе 2010 г. командиром одной из воинских частей округа подполковником Михальчуком Ю. К. были скрыты 5 насильственных преступлений, совершенных военнослужащими более позднего призыва в отношении своих сослуживцев. Такое беспринципное отношение командования к совершаемым в войсковой части правонарушениям породило у виновных лиц чувство безнаказанности, а у пострадавших — незащищенности со стороны государственной власти. В результате в названной войсковой части, где проходят службу не более 20 военнослужащих по призыву, произошел гигантский рост неуставных проявлений, количество которых превысило аналогичные в некоторых соединениях округа. Апогеем бездействия командования стало причинение одному из пострадавших вреда здоровью средней тяжести в виде перелома грудины, что не удалось скрыть от органов военной прокуратуры. По результатам принятых мер прокурорского реагирования подполковник Михальчук Ю. К. привлечен с дисциплинарной ответственности и снят с должности. Одними из самых доступных и в то же время достаточно действенных мер в рамках удовлетворительной системы предупреждения рассматриваемых преступлений являются меры виктимологической профилактики, позволяющие предотвратить ситуации, в которых поводом для противоправных действий послужили личные качества или поведение потерпевшего. Для их реализации требуются в основном только желание, инициатива и энтузиазм воинских должностных лиц и самих военнослужащих по призыву. Этот комплекс мер по характеру и времени реализации можно разделить на следующие меры: 1) меры, основанные на виктимологических рекомендациях военнослужащим по призыву относительно того, как избежать виктимизации в рамках неуставных отношений, не стать жертвой этих преступлений либо минимизировать последствия преступных посягательств. С подобными рекомендациями военнослужащие должны быть ознакомлены на сборном призывном пункте до отправки в воинскую часть или еще ранее, в процессе приписки к призывному пункту и оформления личного дела призывника. Реализация данных мер предполагает разработку и доведение до каждого призывника соответствующих виктимологических памяток, а также организацию и проведение кратких курсов подготовки призывников при военкоматах; 2) меры, основанные на виктимологических рекомендациях по оптимальному поведению, направленному на успешную интеграцию в воинский коллектив (согласно тем же результатам исследований в настоящее время в Вооруженных Силах Российской Федерации адаптивность военнослужащих по призыву составляет 3,2 балла и относится к категории «средняя», при этом по сравнению с 2009 г. она снизилась на 0,1 балла). Именно первые месяцы военной службы несут наибольшую угрозу виктимизации. Поэтому по прибытии в часть молодых военнослужащих при нахождении их в «карантине» необходимо продолжить их виктимологическую подготовку, ознакомить их с рекомендациями по оптимальному поведению при выполнении плановых служебных мероприятий и в быту, при общении с военнослужащими старших призывов, по уяснению необходимости самоконтроля, самодисциплины, чистоплотности и трудолюбия как необходимых условий «бесконфликтной» жизни в воинском коллективе, по оптимальному решению конфликтных вопросов с сослуживцами, по выполнению определенного алгоритма действий в случае противоправных посягательств в их отношении; 3) меры, основанные на виктимологических рекомендациях по оптимальному посткриминальному поведению потерпевшего, предполагающие ознакомление военнослужащих с порядком доклада командованию о факте совершенного преступления, номерами «телефонов доверия», порядком обращения в медицинские органы для фиксации побоев и причиненного вреда здоровью, рекомендациями по оптимальному поведению при проведении предварительного следствия и судебного разбирательства и порядком возмещения ущерба, причиненного преступлением. Безусловно, для успешной реализации вышеуказанных мер необходимо наличие у командиров звена взвод — батальон и иных воинских должностных лиц элементарных знаний основ виктимологической профилактики, которые они могли бы получить в рамках плановой командирской и общегосударственной подготовки офицерского состава. Необходимо лишь, чтобы командиры воинских частей предусмотрели в планах такой подготовки своих подчиненных занятия по виктимологической и уголовно-правовой тематике. Глобальным направлением удовлетворительной системы предупреждения неуставных отношений является деятельность командиров воинских подразделений и иных органов военного управления. Практика показывает, что твердый уставный порядок и хорошая организация быта и досуга личного состава во многом определяют состояние воинской дисциплины подразделения, способствуют поддержанию нормальных взаимоотношений между военнослужащими. Однако, учитывая имеющиеся недостатки воинских уставов, актов органов военного управления, несовершенство военного законодательства и неблагоприятную качественную характеристику современного призывного контингента, для минимизации фактов неуставных отношений командирам подразделений необходимо прилагать отдельные, дополнительные усилия, являющиеся составной частью удовлетворительной системы предупреждения рассматриваемых преступлений. Одним из принципиальных условий успешной борьбы командира с неуставными отношениями в подчиненном подразделении является положение, согласно которому такая борьба должна осуществляться с использованием всего доступного арсенала форм и методов организаторской и воспитательной работы. Такая работа командира должна носить предметный и конкретный характер, планироваться и проводиться с учетом специфики предназначения подразделения, направленности решаемых им задач и особенностей местных условий. Военной прокуратурой ВВО и командованием войсками Восточного военного округа, других воинских формирований и органов принимаются меры, в том числе виктимологического характера, по профилактике насильственных преступлений в армейских коллективах. В частности, в штабах, клубах, в расположениях подразделений оформлены стенды с указанием номеров телефонов командующего войсками округа, командующих армиями, командиров соединений и воинских частей, Главной военной прокуратуры, военной прокуратуры ВВО и военных прокуроров гарнизонов; в служебные задания офицеров, назначаемых в состав комплексных и целевых групп, в обязательном порядке включаются мероприятия по изучению обстановки в воинских коллективах, состояния индивидуальной воспитательной работы, межличностных отношений среди военнослужащих, способности офицеров ротного звена правильно и объективно оценивать социально-психологический портрет подразделения, влиять на процессы, происходящие в них; разработано и направлено в войска методическое пособие командирам по выявлению латентных преступлений, в первую очередь связанных с неуставными проявлениями; во всех воинских частях организовано проведение телесных осмотров всего личного состава, проходящего военную службу по призыву; в целях предупреждения суицидальных происшествий, своевременного выявления лиц с признаками социально-служебной дезадаптации в соединениях и воинских частях с офицерами, прапорщиками и младшими командирами проведены инструкторско-методические занятия по выявлению таких военнослужащих и работе с ними и др. Вопросы повышения эффективности этой работы ежеквартально обсуждаются на координационных и межведомственных оперативных совещаниях при военном прокуроре Восточного военного округа. Следствием проведенной работы стало снижение впервые с 2005 г. количества зарегистрированных насильственных преступлений в воинских коллективах на 7,7%.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *