Процессуальные проблемы рассмотрения дел о преодолении несогласия или восполнении отсутствующего согласия ответчика на совершение истцом юридически значимых действий (на примере дел о несогласии либо уклонении от дачи согласия родителя на выезд несовершеннолетнего из Российской Федерации)

(Юдин А. В.) ("Вестник гражданского процесса", 2012, N 1) Текст документа

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ О ПРЕОДОЛЕНИИ НЕСОГЛАСИЯ ИЛИ ВОСПОЛНЕНИИ ОТСУТСТВУЮЩЕГО СОГЛАСИЯ ОТВЕТЧИКА НА СОВЕРШЕНИЕ ИСТЦОМ ЮРИДИЧЕСКИ ЗНАЧИМЫХ ДЕЙСТВИЙ (НА ПРИМЕРЕ ДЕЛ О НЕСОГЛАСИИ ЛИБО УКЛОНЕНИИ ОТ ДАЧИ СОГЛАСИЯ РОДИТЕЛЯ НА ВЫЕЗД НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО ИЗ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ)

А. В. ЮДИН

Юдин А. В., доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского процессуального и предпринимательского права Самарского государственного университета.

В статье автор раскрывает особенности рассмотрения дел о преодолении несогласия или восполнении отсутствующего согласия ответчика на совершение истцом юридически значимых действий на примере дел о несогласии либо уклонении от дачи согласия родителя на выезд несовершеннолетнего из Российской Федерации.

Ключевые слова: гражданский процесс, особое производство.

In article the author reveals the features of cases of overcoming dissent or filling the lack of agreement to commit the defendant by the plaintiff of any legal action by the example cases of disagreement or deviation from the consent of the minor parent's departure from the Russian Federation.

Key words: civil process, special proceedings.

На основании ст. 20 Федерального закона от 15 августа 1996 г. N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" <1> (далее - Федеральный закон о порядке выезда) "несовершеннолетний гражданин Российской Федерации, как правило, выезжает из Российской Федерации совместно хотя бы с одним из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей. В случае, если несовершеннолетний гражданин Российской Федерации выезжает из Российской Федерации без сопровождения, он должен иметь при себе кроме паспорта нотариально оформленное согласие названных лиц на выезд несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации с указанием срока выезда и государства (государств), которое (которые) он намерен посетить". -------------------------------- <1> СЗ РФ. 1996. 19 авг. N 34. Ст. 4029.

В соответствии с абз. 1 ст. 21 Федерального закона о порядке выезда "в случае, если один из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей заявит о своем несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации, вопрос о возможности его выезда из Российской Федерации разрешается в судебном порядке". Из абз. 2 п. 5 Правил подачи заявления о несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 12 мая 2003 г. N 273 "Об утверждении Правил подачи заявления о несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации" <1> (далее - Правила подачи заявления о несогласии на выезд), следует, что суд по таким делам выносит решение о возможности выезда из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина. -------------------------------- <1> СЗ РФ. 2003. 19 мая. N 20. Ст. 1902.

Подобные дела нередко встречаются в судебной практике, однако какое-либо единообразие в их разрешении отсутствует, что обусловливает актуальность исследования соответствующих проблем. Как вытекает из буквального текста закона и по мнению большинства комментаторов, если ребенок выезжает за границу только с одним из родителей, нотариальное согласие второго родителя не требуется <1>. Не менее единодушны комментаторы и во мнении о том, что реалии совершенно иные: на контрольно-пропускных пунктах от родителя, выезжающего за границу с ребенком, требуют наличия нотариально заверенного согласия второго родителя на поездку. Кроме того, такое согласие иногда требуется для въезда в иностранное государство <2>. Есть определенный резон и в рассуждениях о том, что родитель, не согласный с выездом ребенка, вероятнее всего, выразит свое несогласие в случае, когда узнает о факте планируемого выезда из страны. -------------------------------- <1> Мохов Г. А. Выезд ребенка за границу // Главбух. Приложение "Учет в туристической деятельности". 2004. N 4; Гришаев С. П. Семейные правоотношения с участием иностранных граждан (СПС "КонсультантПлюс"); Ильина О. Ю. Права отцов: де-юре и де-факто. М.: Городец, 2007; Смагин П. В. Вопрос-ответ (СПС "КонсультантПлюс"); Юкша Я. А. Нужна ли доверенность? Правила выезда российских детей за границу // Туризм: право и экономика. 2006. N 4 и др. <2> Мохов Г. А. Указ. соч.; Ильина О. Ю. Указ. соч. и др.

Позиция о достаточности согласия только одного из родителей подтверждается и отдельными материалами судебной практики. Так, Определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 17 января 2006 г. (дело N 33-16/2006) было отменено решение суда первой инстанции, которым суд удовлетворил исковые требования М., возложив на Л. обязанность предоставить М. согласие на выезд А. за пределы Российской Федерации до совершеннолетия ребенка, и постановлено новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Как следует из обстоятельств дела, М. обратилась в суд с иском к Л. о предоставлении согласия на выезд несовершеннолетнего сына за границу. В обоснование иска она указала, что с 20 июня 1997 г. по 9 октября 2000 г. состояла с ответчиком в зарегистрированном браке, от которого имеет несовершеннолетнего сына А. По причине отсутствия согласия ответчика на выезд сына за границу в сопровождении истца, А. не смог в 2004 г. выехать на отдых в Турцию и Египет. Кроме того, ребенок обучается в лингвистической гимназии, где практикуются выезды детей в другие страны для изучения иностранного языка, а также возможны выезды несовершеннолетнего А. из Российской Федерации в составе спортивной команды по рукопашному бою. Своим уклонением от дачи согласия на выезд ребенка за границу ответчик действует не в интересах ребенка и нарушает установленное законом право последнего на выезд из Российской Федерации. Представитель ответчика иск не признал, пояснив, что истцом не конкретизировано, в какую страну и в какой период запланирована поездка несовершеннолетнего сына. Не представлено доказательств безопасности выезда ребенка из Российской Федерации. Кроме того, выезд ребенка за границу потребует больших материальных средств, истец в будущем может предъявить к нему иск о взыскании дополнительных расходов на содержание сына, а ответчик имеет небольшой заработок и не в состоянии возместить такие расходы. Более того, имеются опасения, что А. может выехать за границу на постоянное место жительства и право отца на осуществление своих родительских прав будет нарушено. Разрешая спор и удовлетворяя иск, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчик Л., уклоняясь от предоставления согласия на выезд несовершеннолетнего сына А. из Российской Федерации, нарушает право ребенка на выезд за пределы Российской Федерации. Однако по смыслу положений Федерального закона о порядке выезда в случае временного выезда несовершеннолетнего ребенка за границу с одним из родителей (усыновителей) согласия второго родителя (усыновителя) по закону не требуется, поскольку оно предполагается (презюмируется). Согласие родителей, оформленное нотариально, необходимо только в случае временного выезда из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации без сопровождения хотя бы одного из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей. Положения Закона устанавливают возможность разрешения в судебном порядке спора между родителями относительно временного выезда несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации за границу только в случае, если один из родителей заявит о таком несогласии в установленном порядке, либо в случае уклонения одного из родителей от предоставления нотариально оформленного согласия, когда несовершеннолетний выезжает из Российской Федерации без сопровождения законных представителей. Между тем, как видно из материалов дела и пояснений сторон, истица обращалась к ответчику дважды в 2004 г. за получением нотариально оформленного согласия на выезд ребенка из Российской Федерации в Турцию и Египет, намереваясь выехать совместно с ребенком в названные страны для отдыха. Поскольку в данном случае письменного согласия на выезд А. в силу закона не требовалось, то уклонение ответчика от предоставления такого согласия не нарушило права несовершеннолетнего ребенка на выезд из Российской Федерации <1>. -------------------------------- <1> Бюллетень судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда за первый квартал 2006 г. Утв. Постановлением Президиума Свердловского областного суда от 10 мая 2006 г. (доступен в СПС "КонсультантПлюс").

Однако далеко не всегда суды и органы, уполномоченные на разрешение выезда (органы пограничного контроля), придерживаются буквального понимания смысла нормы. Так, М. М. обратилась в суд с иском к М. А. о разрешении на выезд и проживание в Норвегии М. Я. Обосновывая исковые требования, истица указала, что состояла с ответчиком в зарегистрированном браке с 18 июля 2003 г., от которого они имеют дочь М. Я. 5 мая 2006 г. брак с М. А. расторгнут. С 30 октября 2005 г. ответчик проживает отдельно от семьи, дочь проживает с ней. М. А. воспитанием дочери не занимается, алименты платит нерегулярно, не видел дочь более трех лет. 17 апреля 2009 г. она (М. М.) вступила в брак с гражданином Норвегии К. и желает проживать с мужем и дочерью в Норвегии. Истица считала, что выезд дочери за пределы Российской Федерации отвечает интересам ребенка, так как дочь будет проживать с матерью в благоприятных условиях. Имеется согласие Норвегии о приеме девочки в детский сад и школу, где обучение начинается с шестилетнего возраста. Дочери гарантировано медицинское обслуживание. Ответчик препятствует выезду дочери за пределы Российской Федерации. Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 7 августа 2009 г. исковые требования М. М. были удовлетворены и разрешен выезд М. Я. на постоянное место жительства в Норвегию. Как следует из определения суда кассационной инстанции, которым постановленное решение было оставлено в силе, отец ребенка препятствует выезду ребенка за пределы Российской Федерации, так как отказался дать письменное заявление о своем согласии. Данных о том, что ответчик подал письменное заявление о своем несогласии на выезд, в материалах дела нет. Между тем суд второй инстанции не обратил внимания на данное обстоятельство и не дал ему какой-либо юридической оценки. Изложенное делает актуальным исследование проблем, возникающих как при запрете выезда в соответствии с буквальным смыслом нормы, так и при запрете выезда при ее расширительном толковании, встречающемся на практике. Исходной точкой в анализе спорных процессуальных вопросов рассмотрения судами данной категории дел должно стать определение вида гражданского производства, по правилам которого рассматриваются соответствующие дела. Логично предположить, что суть требований истца (заявителя) по данной категории дел сводится к вопросу о порядке осуществления родительских прав, как правило, родителем, проживающим отдельно от ребенка (ст. 66 СК РФ). Подобные дела рассматриваются по правилам искового производства, поскольку между родителями имеется спор о праве по делам, возникающим из семейных правоотношений. Поводом для обращения в суд могут послужить две формы поведения ответчика: 1) подача заявления о своем несогласии на выезд несовершеннолетнего; 2) уклонение ответчика от дачи нотариально оформленного согласия на выезд несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации с указанием срока выезда и государства (государств), которое (которые) он намерен посетить, в случаях, когда несовершеннолетний выезжает без законных представителей. В первом случае истец оспаривает действие ответчика, выразившееся в подаче заявления, во втором - имеет место незаконное, по мнению истца, бездействие ответчика. Истец настаивает на выезде несовершеннолетнего, тогда как другой родитель путем указанных действий или бездействия возражает против такого выезда. Праву истца на осуществление родительских прав определенным образом (в данном случае - в форме выезда несовершеннолетнего за рубеж) ответчик противопоставляет свое право на участие в воспитании ребенка (ч. 1 ст. 66 СК РФ). Данное суждение верно и для ситуаций бездействия ответчика, когда последний не высказывает прямо своего несогласия с выездом, однако уклоняется и от выражения согласия. Уклонение лица далеко не во всех случаях является формой осознанного осуществления родительских прав определенным образом: зачастую родителю просто безразлична судьба его бывшей семьи, и он не намеревается тратить время на походы к нотариусу, а иногда просто и неспособен к этому в силу ведения антиобщественного образа жизни. В любом случае несовершение ответчиком должного не опровергает вывода о спорном и, соответственно, исковом характере таких дел. Более сложная правовая ситуация возникает в случаях, когда местонахождение родителя неизвестно и получение от него согласия либо несогласия становится невозможным по объективным причинам, тогда как выезд несовершеннолетнего планируется без сопровождения законных представителей. В этом случае деятельность суда уже не сводится к проверке законности отказа либо уклонения от дачи ответчиком согласия на выезд несовершеннолетнего. Суд должен установить фактический состав в виде невозможности дачи родителем согласия либо несогласия на выезд и наличие оснований для осуществления либо неосуществления выезда. Установление соответствующих юридических фактов и санкционирование выезда либо отказ в санкционировании позволяют предположить, что при неизвестности местонахождения ответчика данные дела по своей правовой природе тяготеют к делам особого производства. Кроме того, дополнительным аргументом в пользу отнесения подобных дел к особому производству может служить то, что ответчик не нарушает какую-либо предписывающую или обязывающую норму закона, которая требовала бы от него давать согласие на выезд ребенка за границу. Поведение ответчика в большинстве случаев есть действие(-я) в соответствии с его субъективными представлениями о воспитании ребенка определенным образом. В самом общем плане принадлежность дел о разрешении выезда к особому производству может строиться на том, что по таким делам имеет место установление судом юридических фактов, с которыми связывается возможность выезда несовершеннолетнего за рубеж. В качестве антитезы можно сослаться на то, что даже отсутствие ответчика не меняет искового характера данных дел, поскольку суд имеет дело с помехой, неопределенностью в существовании права. Например, признание лица утратившим право пользования жилым помещением в связи с выездом в неизвестном направлении не дает суду право рассматривать такие дела в порядке особого производства, так как спор о праве существует здесь объективно. Однако и первое, и второе суждение представляется излишне категоричным. Сложно отрицать исковой характер таких дел в ситуациях, когда ответчик прямо оспаривает право истца на осуществление выезда с несовершеннолетним: дело не сводится здесь к установлению юридических фактов, и суд обязывается к разрешению разногласий сторон. Установление юридических фактов необходимо здесь суду для разрешения правового спора. Излишним максимализмом будет страдать, на наш взгляд, и второе гипотетическое возражение о том, что даже объективное отсутствие ответчика не опровергает искового характера данных дел. Если, например, предположить, что один из родителей несовершеннолетнего признан безвестно отсутствующим (а закон не устанавливает для такого случая изъятий в виде, например, отсутствия необходимости получения согласия на выезд или иного упрощенного порядка решения вопроса), то рассмотрение дела в исковом производстве будет являться фикцией. Если обратиться к встречающемуся в судебной практике порядку разграничения видов производств применительно к другим случаям, то, например, в Постановлении Пленума ВС РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" предлагается следующая дифференциация рассмотрения дел о приобретении права собственности в порядке приобретательной давности: 1) дело о признании права собственности в силу приобретательной давности рассматривается в исковом порядке и ответчиком привлекается прежний собственник имущества (абз. 1 - 2 п. 19); 2) дело рассматривается в порядке особого производства, когда прежний собственник недвижимого имущества неизвестен (абз. 3 п. 19). Аналогичным образом при неизвестности местонахождения одного из родителей заявитель должен иметь право обратиться в суд в порядке особого производства с заявлением о разрешении выезда несовершеннолетнего за рубеж. Возвращаясь к исковой процедуре рассмотрения дел о получении согласия на выезд несовершеннолетнего, необходимо определить предмет требования истца по исследуемой категории дел. Здесь возможны следующие варианты, которые демонстрирует нам закон и практика его применения: 1) признать право на выезд; 2) обязать дать согласие на выезд; 3) признать незаконным отказ в даче согласия на выезд (возможно, с присоединением требования, указанного в п. 2); 4) обязать не препятствовать выезду ребенка за пределы РФ; 5) иск о разрешении выезда и въезда и др. Выбор "правильного" требования не может быть осуществлен без определения характера субъективного права несовершеннолетнего на выезд, а также характера субъективного права родителя согласиться или не согласиться с выездом несовершеннолетнего. Право несовершеннолетнего на выезд. Частью 2 ст. 27 Конституции РФ каждому гарантируется право свободного выезда за пределы Российской Федерации. Федеральный закон о порядке выезда не конкретизирует цели, для которой может быть осуществлен выезд, - предполагается, что такая цель лежит за рамками правового регулирования отношений и может сводиться к удовлетворению самых различных потребностей: культурных, духовных, эстетических, физических, деловых и др. Также вполне очевидно, что поездка за рубеж не должна причинять вред физическому, нравственному здоровью несовершеннолетнего, посягать на принадлежащие ему блага. Из ст. 15 Федерального закона о порядке выезда вытекает, что ограничения на выезд сопряжены с ситуациями, когда государство может иметь основания для подозрения гражданина в том, что с помощью поездки он намеревается уклониться от уголовного преследования, от прохождения военной службы, от исполнения своих гражданско-правовых обязательств и др. Таким образом, с точки зрения Закона право несовершеннолетнего на выезд не предопределено какой-либо нормативно заданной целью, не ставится в зависимость от исполнения им за рубежом какой-либо особой миссии и не требует соблюдения каких-либо особых ограничений (разумеется, не считая ограничения, составляющие предмет исследования). Иными словами, несовершеннолетний может отправиться за границу "просто так". Следовательно, говорить о "законности" или "незаконности" поездки в данном случае не приходится, и такая законность не может составлять предмет судебной проверки. Право родителя согласиться либо не согласиться с выездом несовершеннолетнего, как указывалось выше, есть право на осуществление родительских прав определенным образом. Родитель имеет основания опасаться, что поездка несовершеннолетнего за рубеж не будет способствовать его физическому и нравственному развитию, а будет способна причинить ему вред (например, если ставится вопрос о поездке в страну, где идут боевые действия). Поэтому родитель своей властью может в одностороннем порядке запретить выезд, никак не мотивируя свой запрет в момент его оформления. Равным образом родители или один из них имеют право настаивать на поступлении ребенка в школу с английским или с французским уклоном, при этом никому не давая отчет в своих действиях и никак не мотивируя свои желания. Указанная сфера составляет область свободного усмотрения лиц, при том что такое усмотрение уже по определению не может выступить предметом проверки на законность или незаконность. Исследуемый нами вопрос выступил предметом рассмотрения КС РФ, который в Определении от 27 января 2011 г. N 109-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Маниович Светланы Александровны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 21 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" и пунктом 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации" фактически уклонился от разрешения вопроса, поставленного заявительницей. Из обстоятельств дела следовало, что С. А. Маниович состояла в браке с гражданином М. Я. Маниовичем, который является отцом двух ее несовершеннолетних детей, оставшихся после расторжения брака проживать с матерью. 28 марта 2008 г. дочери заявительницы было отказано в пересечении Государственной границы Российской Федерации, поскольку М. Я. Маниович подал заявление в органы пограничного контроля о несогласии на выезд из Российской Федерации своих несовершеннолетних детей. В связи с этим С. А. Маниович обратилась в суд с иском, в котором, в частности, требовала обязать М. Я. Маниовича не препятствовать выезду их детей за пределы территории Российской Федерации. Суды всех инстанций отказали в удовлетворении требований заявительницы, по мнению которой оспариваемые законоположения не соответствуют Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют суду отказывать в удовлетворении иска о разрешении на выезд несовершеннолетних детей из Российской Федерации без исследования оснований запрета на выезд и учета интересов детей и не обязывают родителя, препятствующего данному выезду, обосновывать свое решение. Конституционный Суд РФ, отказывая в принятии жалобы, сослался на то, что выяснение оснований запрета на выезд несовершеннолетних граждан как требующее исследования фактических обстоятельств дела, равно как и проверка вынесенных по делу судебных актов, в том числе с точки зрения правильности применения оспариваемых законоположений с учетом всесторонней, полной и объективной оценки имеющихся в деле доказательств, не входит в полномочия КС РФ. Из требований заявительницы, однако, не следовало, что она просит оценить законность оснований для отказа: в обращении ставился вопрос о достаточности для суда считать основанием к отказу сам по себе ничем не мотивированный запрет одного из родителей. Между тем общественные отношения, складывающиеся в семейной сфере, часто порождают ситуации такого конфликта интересов супругов или бывших супругов, который, с одной стороны, оставаясь неуязвимым для правового воздействия в силу глубоко личных оснований и поводов такого конфликта, с другой стороны, не может оставаться неразрешенным, ибо создает почву для самоуправства, для более глубоких конфликтов и для правовой неопределенности. СК РФ задает лишь самые общие требования к осуществлению родительских прав (ст. 7, 65), которые суд должен конкретизировать применительно к индивидуальному семейно-правовому спору. Следовательно, право запретить или разрешить выезд, ставшее предметом судебной проверки, может быть сопоставлено с рядом формализованных критериев, главный из которых - интересы детей. Однако даже в этих случаях нельзя вести речь о проверке законности запрета на выезд, ибо оно a priori законно, - точнее говорить о целесообразности сохранения либо отмены запрета. В случаях, когда ответчик никак не выражает свою позицию, уклоняясь от дачи нотариального разрешения, а несовершеннолетний следует без сопровождения, предметом судебной проверки должна стать целесообразность осуществления выезда. Придание делам о праве на выезд одностороннего характера, при котором рассмотрение исчерпывалось бы только проверкой наличия запрета на выезд и при его наличии приводило бы к автоматическому отказу в удовлетворении требований, чревато различными злоупотреблениями со стороны лица, обладающего подобной бесконтрольной родительской властью. Так, заочным решением Октябрьского районного суда г. Мурманска от 4 марта 2010 г. были удовлетворены исковые требования Т. в интересах несовершеннолетней К. к К. А. о признании права на выезд за пределы РФ и разрешении на временный выезд несовершеннолетнего ребенка за пределы РФ. Суд признал право К. на выезд за пределы Российской Федерации в отсутствие согласия отца - К. А. в период с 27 марта 2010 г. по 8 апреля 2010 г. включительно. Был разрешен временный выезд за пределы Российской Федерации несовершеннолетней К. в отсутствие согласия отца - К. А. в период с 27 марта 2010 г. по 8 апреля 2010 г. включительно. В обоснование удовлетворения исковых требований суд указал, что К. посещает студию ансамбля танца с 2003 г. С 27 марта по 8 апреля 2010 г. данный коллектив приглашен принять участие в Международном фестивале-конкурсе "Калинка", который состоится в г. Хургада (Египет). Поездка уже оплачена, забронирована гостиница, куплены билеты. Однако ответчик отказывает в выдаче согласия на вывоз ребенка. Фактически из анализа пояснений истца суд усматривает, что ответчик отказывает в выдаче своего согласия, добиваясь от истца отказа от алиментов на содержание дочери, устранения препятствий его встречи с дочерью. Однако суд приходит к выводу, что указанные требования ответчика являются незаконными и необоснованными, поскольку алименты взыскиваются на содержание несовершеннолетнего ребенка и защищают его интересы. Доказательств того, что истец препятствует общению ответчика с дочерью, не представлено и в судебном заседании не добыто. Как следует из пояснений истца, дочь сама не хотела видеть отца, о чем сообщила судебному приставу-исполнителю <1>. -------------------------------- <1> http:// okt. mrm. sudrf. ru/ modules. php? name= docum_sud&id;=188

Также необходимо заметить, что СК РФ и Федеральный закон о порядке выезда прямо ставят осуществление права на запрет выезда под судебный контроль, что надо расценивать в качестве прямого нормативного дозволения суду осуществить такой контроль по заявлениям заинтересованных лиц. В числе нормативных предписаний общего характера норма абз. 2 ч. 2 ст. 66 СК РФ, устанавливающая, что, если родители не могут прийти к соглашению, спор разрешается судом с участием органа опеки и попечительства по требованию родителей (одного из них). Таким образом, требование лица по данной категории дел должно сводиться не к оценке законности, а к проверке целесообразности сохранения, отмены запрета либо дачи разрешения на выезд. Применительно ко всем требованиям, так или иначе сопряженным с "корректировкой" воли ответчика (обязать дать согласие, признать незаконным отказ в даче согласия и др.), необходимо указать на несколько значимых обстоятельств, касающихся ограничений прав суда, которые проистекают из природы органа судебной власти и задач правосудия в обществе. Во-первых, суд не вправе обязать (принудить) ответчика дать согласие. Согласие либо несогласие - это некое проявление личной и свободной воли истца, "вытребовать" которое посредством юридических средств невозможно. Во-вторых, суд не может дать согласие "вместо" ответчика. Разрешение судом выезда несовершеннолетнего по результатам рассмотрения дела нетождественно даче им согласия на выезд вместо ответчика. В-третьих, суд лишен возможности признать согласие ответчика состоявшимся (полученным). Такое решение, в отличие, например, от решений, по которым суд признает наличие некоего права или факта, будет фиктивным, поскольку никакого согласия ответчиком в действительности дано не было. В-четвертых, "признание отказа незаконным", "обязание дать согласие" и т. п. требования и решения ничего не изменят в правовом положении истца, поскольку последний должен добиваться от суда не констатирующего, а деятельного момента, сводящегося к получению разрешения на выезд. Резолютивная часть решения суда, отменяющая волеизъявление ответчика, будет попросту неисполнима. В этом случае логика органов, непосредственно разрешающих выезд, может сводиться к следующему: ответчик обязывается дать согласие - тогда где оно? Отказ ответчика признан незаконным - тогда где его согласие? Суждение о том, что суд по рассматриваемой категории дел лишен фактической и юридической возможности изменить волю ответчика, приводит к мысли, что требование истца по таким делам обращено как бы мимо ответчика и адресовано скорее суду, нежели ответной стороне. Именно суд, а не ответчик способен помочь истцу в устранении препятствий для выезда; ответчик уже по определению не может совершить действия (бездействие), которые бы устранили нарушение прав истца (конечно, если он не изменит свою позицию и не даст согласия на выезд). Суд проверяет не столько обоснованность отказа ответчика, сколько наличие оснований для санкционирования выезда. Нечто похожее происходит по таким делам особого производства, как дела о совершенных нотариальных действиях (или об отказе в их совершении) и дела об ошибках в записях актов гражданского состояния: суд проверяет соответственно наличие оснований для производства нотариального действия или для совершения актовой записи, абстрагируясь от законности или незаконности совершенного нотариусом или органом загса действия или отказа в совершении действия. По рассматриваемой категории дел суд также устанавливает совокупность обстоятельств, с которыми связывается выезд несовершеннолетнего за рубеж, и разрешает подобный выезд либо отказывает в даче разрешения. Разрешение суда на выезд, будучи санкцией, заключенной в любом судебном решении, имеет принудительный характер, как и решение суда по любой другой категории дел искового производства. Такая принудительность, определяющая суть права суда на разрешение выезда либо на отказ в разрешении выезда, имеет несколько проявлений. Во-первых, это "проверка" (иногда, как в приводимом далее примере, дополнительная проверка вслед за ответчиком) оснований, по которым тот не дает согласия на выезд. Так, например, по одному из дел, рассмотренных Советским районным судом г. Самары, ответчик отказывался дать согласие на выезд ребенка в Израиль, поскольку опасался, что мать ребенка хочет оставить его там на постоянное местожительство. Истица утверждала, что ребенок нуждается в лечении, которое может быть предоставлено на должном уровне только в этой стране. Суд запросил из соответствующего медучреждения необходимую документацию, предоставил ответчику возможность ознакомиться с ней, после чего согласие на выезд было дано. Результаты такой проверки, объективированные в судебном решении в виде установленных судом фактов и правоотношений, становятся обязательными для сторон при вступлении решения в законную силу. Во-вторых, это "подавление" злонамеренного поведения ответчика, при котором тот не дает согласия "просто так" либо требует неких выгод или уступок в свою пол ьзу, никак не связанных с вопросом выезда несовершеннолетнего. Несмотря на то что, как мы выяснили, понуждения к даче ответчиком согласия здесь не происходит и происходить не может, нельзя не согласиться с тем, что посредством принятия судебного решения происходит преодоление (опровержение) воли ответчика. На основании абз. 2 п. 5 Правил подачи заявления о несогласии на выезд заявление о несогласии на выезд из Российской Федерации не рассматривается, если имеется вступившее в законную силу решение суда о возможности выезда из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина. В-третьих, это "восполнение" волеизъявления ответчика в случае, когда оно отсутствует, в том числе по причине неизвестности местонахождения ответчика или невозможности получения его согласия на выезд по другим объективным причинам. Как мы установили выше, суд не имеет ни фактической, ни юридической возможности дать согласие "вместо" ответчика, однако он может своим решением заместить, восполнить недостающую волю ответчика. Нечто похожее происходит по многим категориям гражданских дел, например по делам о признании приватизации состоявшейся в случаях, когда заявитель умер, успев подать заявление о приватизации и тем самым выразив свою волю на приобретение жилья безвозмездно в свою собственность; по делам о регистрации сделки с недвижимым имуществом при уклонении стороны сделки от государственной регистрации; по делам о выплате стоимости изымаемой в пользу других сособственников доли участника общей собственности, размер которой незначителен и в использовании которой он не имеет интереса; другие дела. Можно также обнаружить немало частных проблем процессуального характера по рассматриваемой категории дел. Вот некоторые из них. 1. Территориальная подсудность. Как уже отмечалось, проблемы с получением разрешения на выезд ребенка возникают в ситуациях раздельного проживания родителей ребенка; при этом совсем необязательно, что место жительства родителя, претендующего на направление в поездку несовершеннолетнего, будет совпадать с местом жительства родителя, препятствующего этому. Нельзя исключать того, что места жительства родителей ребенка будут определяться не разными районами одного и того же города, а различными субъектами Российской Федерации или даже различными государствами. Между тем альтернативная подсудность установлена только для исков о взыскании алиментов, об установлении отцовства, о расторжении брака (если при истце находится несовершеннолетний или по состоянию здоровья выезд истца к месту жительства ответчика представляется для него затруднительным) (ч. 3 - 4 ст. 29 ГПК РФ). Необходимость обращения истца в "неудобный" по территории суд может повлечь для него неоправданные сложности с получением судебной защиты. Если позиционировать поездку за рубеж как полезное (отдых, обучение и т. п.) или даже необходимое (лечение и т. п.) для несовершеннолетнего мероприятие, то установление альтернативной подсудности по таким делам и сопряженная с этим необходимость ответчика участвовать в суде на "территории" истца могут быть расценены как неудобство ответчика, сопряженное с несением им обязанности по воспитанию своих детей (ч. 1 ст. 63 СК РФ). 2. Сроки рассмотрения дел о даче разрешения на выезд. Как известно, выезд за рубеж сопряжен с соблюдением ряда процедур, некоторые из которых имеют непредсказуемый характер (например, получение визы государства пребывания); с получением ряда документов, имеющих ограниченный срок действия (например, виза может быть дана только на срок поездки, который заранее обозначен); сама поездка ограничена определенными сроками, перенос которых может быть либо невозможен (например, необходимость посещения мероприятия с фиксированной датой), либо нецелесообразен (например, курортный период), либо будет сопряжен с дополнительными финансовыми затратами (например, замена туристической путевки). Отсюда напрашивается вывод о том, что судебный процесс о разрешении выезда должен быть каким-то образом хронологически увязан с периодом, в котором поездка несовершеннолетнего за рубеж представляет для него интерес и сохраняет какую-то ценность. Иными словами, истец должен быть заинтересован в получении испрашиваемых мер судебной защиты. Разумеется, это не означает того, что суд должен "подстраиваться" под работу туроператора, под личные планы истца и т. п., - вполне логично, что истец должен сам заранее озаботиться своевременностью обращения в суд. С другой стороны, "погружение" истца в длительный процесс с неопределенным финалом, который, например, будет увязываться с производством экспертизы, с разрешением другого дела и иными труднопрогнозируемыми обстоятельствами, просто девальвирует для него ценность возможного в будущем положительного судебного решения. В затяжке дела может быть заинтересован и ответчик, поскольку отсутствие вступившего в законную силу судебного решения на момент выезда будет равнозначно претворению в жизнь его запрета на выезд. Отсюда, учитывая ограниченный временной период существования защищаемых благ, логично предположить, что интересам эффективной защиты прав несовершеннолетнего отвечал бы сокращенной срок рассмотрения дел данной категории.

------------------------------------------------------------------

Название документа