В основе — конфиденциальность. Самореклама и шумиха противопоказаны

(Пантелеев Б. Н.) («Вопросы ювенальной юстиции», 2006, N 3) Текст документа

В ОСНОВЕ — КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ. САМОРЕКЛАМА И ШУМИХА ПРОТИВОПОКАЗАНЫ

Б. Н. ПАНТЕЛЕЕВ

Пантелеев Б. Н., старший научный сотрудник отдела юридической психологии НИИ при Генеральной прокуратуре РФ, кандидат юридических наук, советник юстиции.

Журналисты центральных каналов российского телевидения освоили новую тему: теперь многие из них специализируются на активном показе всевозможных детских проблем развития и подростковой преступности. Заголовки программ телепередач сегодня не перестают удивлять, юные насильники и малолетние воры не сходят с телеэкранов. Не отстают от тележурналистов и сотрудники печатных СМИ. Сравнительно недавно в одном из региональных приложений к газете «Комсомольская правда» была опубликована большая статья о результатах расследования органами прокуратуры громкого дела. Общественность города была потрясена жестоким убийством молодого мужчины и особенно тем фактом, что, как выяснилось в ходе следствия, убийцей оказался несовершеннолетний сын потерпевшего. Статья подготовлена строго по материалам уголовного дела, полностью согласована со следователем и даже проиллюстрирована большой фотографией эпизода следственного эксперимента, предоставленной, как указывается в тексте, пресс-службой соответствующей прокуратуры. На фотографии отчетливо изображен 16-летний мальчишка, детально изображающий на лежащем манекене, как он убивал своего отца. Подобного рода факты злоупотребления свободой массовой информации, к сожалению, весьма распространены в России. Более того, они даже не считаются конкретным нарушением прав человека. Нередко инициаторами таких «информационных взрывов» становятся не только журналисты, но и сами отечественные правоприменители. Мы были свидетелями целых шумных кампаний по «очищению улиц» от беспризорных детей, рейдов милиции вместе с журналистами в притоны несовершеннолетних проституток, публичного разбора административных материалов в отношении родителей малолетних наркоманов. Во всех аналогичных случаях сенсационные репортажи и фотосъемки несовершеннолетних производятся, мягко говоря, не без ведома работников милиции и прокуратуры. Более того, люди в мундирах сами не прочь покрасоваться в СМИ в роли заботливых и активных борцов с детской преступностью. Такая порочная практика, бесспорно, должна быть пресечена, так как она противозаконна и приносит только вред трудному делу профилактики правонарушений среди несовершеннолетних. Для реального и скорейшего исправления подобных ошибок важно подчеркнуть два обстоятельства. Во-первых, активно изучать ныне действующие стандарты деликатного поведения в отношении несовершеннолетних правонарушителей и потерпевших необходимо не только журналистам, но и самим правоприменителям. Во-вторых, внедрение специальных щадящих подходов к несовершеннолетним категорически не отменяет участие СМИ и широкой общественности в профилактической работе, а лишь делает их роль более ответственной и квалифицированной. В отношении несовершеннолетних ныне действующим Законом РФ «О средствах массовой информации» предусмотрены более строгие, чем для обычных граждан, правила защиты их права на имя и неприкосновенность от любого необоснованного вмешательства. Часть 3 ст. 41 в принципе запрещает СМИ разглашать в распространяемых сообщениях и материалах сведения, прямо или косвенно указывающие на личность несовершеннолетнего, совершившего преступление либо подозреваемого в его совершении, а равно совершившего административное правонарушение или антиобщественное действие, без согласия самого несовершеннолетнего и его законного представителя. Согласие это должно быть выражено ясно и недвусмысленно, как правило, в письменной форме. В противном случае рассказ о конфликте возможен только таким образом, чтобы личность несовершеннолетнего не была идентифицирована. Следует обратить особое внимание, что в данном случае законодатель применяет специальный, довольно объемный термин «антиобщественное действие», не имевший до недавнего времени какого-либо конкретного правового содержания. Происхождение в тексте данной правовой нормы этого термина может быть объяснено тем, что законодатель стремился распространить ее действие и на те случаи, когда состав преступления или административного правонарушения отсутствует из-за того, что правонарушитель не достиг положенного по закону возраста деликтоспособности <1>. ——————————— <1> Право массовой информации в Российской Федерации. М.: Международные отношения, 2002. С. 492.

Полагаем, что в этом случае речь идет не только о возрастном критерии. Законодатель, видимо, также имел в виду все разновидности девиантного поведения несовершеннолетних. Очевидно, любое отклонение в негативную сторону от общепринятой нормы поведения не должно становиться общеизвестным фактом, персонифицированным в конкретном подростке. Применяя метод системного толкования действующих норм права, мы считаем необходимым в данном случае обратиться за разъяснениями к тексту Федерального закона РФ от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». Необходимо также учитывать, что 7 июля 2003 г. был принят Федеральный закон N 111-ФЗ о внесении изменений и дополнений в этот Закон и другие законодательные акты РФ. Важность этих поправок заключается в том, что основные понятия Закона впервые дополнены законодательным определением термина «антиобщественные действия несовершеннолетнего». Под таковыми теперь следует понимать любые действия лица, не достигшего возраста восемнадцати лет, выражающиеся в систематическом употреблении наркотических средств, психотропных и (или) одурманивающих веществ, спиртных напитков, занятии проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством, а также иные действия, нарушающие права и законные интересы других лиц. Следуя логике законодателя, теперь уже абсолютно невозможны, например, телевизионные репортажи о ходе заседания комиссии по делам несовершеннолетних, на котором разбираются личные дела конкретных детей из неблагополучных семей. Тем более странно видеть телесюжеты о несовершеннолетних на скамье подсудимых или репортажи из воспитательных колоний. Статья 2 этого Закона устанавливает основные задачи и принципы деятельности по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Важно отметить, что приоритетными задачами деятельности по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних отечественный законодатель считает: — предупреждение безнадзорности, беспризорности, правонарушений и антиобщественных действий несовершеннолетних, выявление и устранение причин и условий, способствующих этому; — обеспечение защиты прав и законных интересов несовершеннолетних; — социально-педагогическая реабилитация несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении; — выявление и пресечение случаев вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий. Раскрыты в тексте Закона и важнейшие принципы осуществления этой работы. Деятельность по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних основывается на принципах законности, демократизма, гуманного обращения с несовершеннолетними, поддержки семьи и взаимодействия с ней, индивидуального подхода к несовершеннолетним с соблюдением конфиденциальности полученной информации, государственной поддержки, деятельности органов местного самоуправления и общественных объединений по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, обеспечения ответственности должностных лиц и граждан за нарушение прав и законных интересов несовершеннолетних. Таким образом, именно конфиденциальность, доверительный подход положены в основу всей профилактической работы с несовершеннолетними. Всякая самореклама и шумиха здесь категорически противопоказаны. Кроме того, в силу ч. 4 ст. 41 того же Закона «О СМИ» ни одна редакция средства массовой информации не вправе разглашать сведения, прямо или косвенно указывающие на личность несовершеннолетнего, признанного потерпевшим, без согласия самого несовершеннолетнего и (или) его законного представителя. Интересно отметить, что такие жесткие запретительные нормы были внесены в Закон о СМИ не так уж и давно, в 2000 г. Но профессиональные журналисты знали об этих ограничениях и ранее. До законодательного закрепления эти нормы существовали как правила профессиональной журналисткой этики и в силу уже этого были обязательны для добросовестного, или, как еще говорят, «рукопожатного», сообщества. Так, § 7 ст. 10 Кодекса профессиональной этики журналиста, принятого Съездом Союза журналистов СССР 24 апреля 1991 г., квалифицировал как проступок против чести и достоинства личности, «если журналист обнародует изображения или конкретные имена несовершеннолетних — подозреваемых, обвиняемых, подсудимых и осужденных, — не задумываясь об их дальнейшем жизненном пути, без согласия на то их самих или их законных представителей» <2>. ——————————— <2> Профессиональная этика журналистов: В 2 т. Т. 1: Документы и справочные материалы. М.: Галерия, 1999. С. 388 — 389.

В ныне действующем Кодексе профессиональной этики российского журналиста аналогичные требования полностью воспроизведены и дополнены запретом на публикацию в СМИ также и имен потерпевших <3>. Таким образом, применительно к отечественным журналистам несоблюдение указанных требований этики и права сегодня можно квалифицировать как искажение норм информационного поля и разновидность «информационной загрязненности» и злоупотребления свободой массовой информации. ——————————— <3> Профессиональная этика журналистов: В 2 т. Т. 1: Документы и справочные материалы. М.: Галерия, 1999. С. 217.

Подобного рода конфликты разбирают по существу органы саморегулирования журналистского сообщества. Весьма авторитетным арбитром выступает, например, Комиссия по жалобам на прессу, созданная недавно по инициативе Союза журналистов России. Правоприменители еще спорят о том, каким должен быть конкретный правовой механизм реализации юридической ответственности в случае нарушения указанных норм. Однако судебная практика уже дает нам различные варианты привлечения виновных к гражданско-правовой ответственности за причинение, как минимум, морального вреда. Часто истцам в особо вопиющих случаях даже не приходится долго убеждать суд в наличии такого вреда в смысле положений ст. ст. 150, 151, 1064 Гражданского кодекса РФ. Что касается правоприменителей, то вопрос об их ответственности за соблюдение специальных прав несовершеннолетних также достаточно проработан в законодательстве. В первую очередь необходимо сослаться на Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия среди несовершеннолетних (Пекинские правила). Этот важнейший для любой цивилизованной правовой системы документ был рекомендован для принятия Седьмым конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшимся в Милане с 26 августа по 6 сентября 1985 г., и принят Резолюцией 40/33 Генеральной Ассамблеи от 29 ноября 1985 г. Пункт 8 специально посвящен проблеме обеспечения конфиденциальности при разборе дел в отношении лиц, не достигших 18 лет: «8.1. Право несовершеннолетних на конфиденциальность должно уважаться на всех этапах, чтобы избежать причинения ей или ему вреда из-за ненужной гласности или из-за ущерба репутации. 8.2. В принципе не должна публиковаться никакая информация, которая может привести к указанию на личность несовершеннолетнего правонарушителя». Мировое сообщество считает аксиомой, что молодежь болезненно реагирует особенно на нанесение ущерба репутации. Результаты проводившихся в различных странах криминологических исследований по вопросу о нанесении ущерба репутации свидетельствуют об отрицательных последствиях (различного рода), связанных с разовым или постоянным применением по отношению к молодым лицам таких определений, как «правонарушитель» или «преступник». Основы такого подхода закреплены также во Всеобщей декларации прав человека Организации Объединенных Наций 1948 г. и подтверждены Международным пактом ООН о гражданских и политических правах 1966 г. В ч. 4 ст. 15 Конституции РФ признается, что международное законодательство по вопросам защиты прав человека является составной частью национальной правовой системы и применяется непосредственно. В ст. 8 Пекинских правил подчеркивается также важность защиты несовершеннолетних от негативных последствий опубликования в средствах массовой информации сообщений об их делах (например, имена подозреваемых или осужденных молодых правонарушителей). Интересы личности следует защищать и гарантировать, по крайней мере, в принципе, и сделать это обязана в каждом конкретном случае государственная правовая машина. Общие положения, содержащиеся в правиле 8, дополнительно конкретизируются в правиле 21, посвященном вопросам ведения протоколов по данной категории дел: «21.1 Материалы дел несовершеннолетних правонарушителей должны храниться строго конфиденциально и не должны передаваться третьим лицам. Доступ к таким материалам должен быть ограничен кругом лиц, непосредственно занимающихся разбором данного дела, или других лиц, имеющих соответствующие полномочия. 21.2 Материалы дел несовершеннолетних правонарушителей не должны использоваться при разборе дел взрослых правонарушителей в последующих случаях, связанных с тем же правонарушителем». В этом правиле делается попытка установить равновесие между конфликтующими интересами в связи с протоколами или материалами дел, а именно: интересами органов полиции, прокуратуры и других органов с целью совершенствования выполнения функций надзора и интересами несовершеннолетнего правонарушителя. Выражение «другие лица, имеющие соответствующие полномочия» обычно подразумевает среди прочих лиц исследователей и специально уполномоченную общественность. Вся ответственность за надлежащее хранение документации, например фотографий и видеозаписей из уголовных дел, полностью лежит на должностных лицах правоохранительных органов, которые и обязаны обеспечить необходимый режим конфиденциальности. Следовательно, по всем фактам выявленных в этой сфере нарушений должны проводиться служебные проверки, и виновные лица подлежат привлечению к строгой ответственности. Однако, как мы уже отмечали, особенности профилактической работы с несовершеннолетними не означают тотальной секретности, и достижение реальных результатов практически невозможно без активного участия СМИ и заинтересованной общественности. Пункт 25 Пекинских правил призывает обеспечить и стимулировать мобилизацию добровольцев и других общинных служб для качественного и эффективного решения проблем несовершеннолетних правонарушителей. Следует обязательно привлекать добровольцев, добровольные организации, местные учреждения и другие общинные службы с тем, чтобы они внесли свой действенный вклад в перевоспитание несовершеннолетних в рамках общины и, насколько это возможно, в рамках семьи. Это правило с позиций международного права отражает необходимость постоянной ориентации всей работы с несовершеннолетними правонарушителями на их кропотливое подлинное перевоспитание. Для эффективного выполнения указаний и возложенных на осужденных ограничений компетентных органов власти сотрудничество с общиной имеет исключительно большое значение. В частности, добровольцы и добровольные службы оказывают государственным правоохранительным органам чрезвычайно ценные услуги в качестве поручителей, примирителей, психологов и т. п. В некоторых случаях значительную помощь могут оказывать бывшие правонарушители (в том числе бывшие наркоманы). По оценкам экспертов, в Российской Федерации в настоящее время их возможности используются недостаточно. Прокуроры и судьи на местах постоянно сталкиваются с предложениями о сотрудничестве, поступающими от СМИ и правозащитных организаций. Чаще всего с такими идеями выступают объединения, провозглашающие в качестве одной из своих основных уставных целей защиту гражданских прав в целом или на конкретном участке, готовые оказывать в той или иной форме содействие правоохранительным органам в деле укрепления законности и правопорядка. С представителями этих СМИ и общественных объединений сотрудники прокуратуры и судьи должны уметь грамотно взаимодействовать на правовом поле и в информационной сфере. На это прямо нацеливают, в частности, действующий Приказ Генерального прокурора РФ N 45 от 08.07.1998 «О задачах органов прокуратуры по взаимодействию со средствами массовой информации, совершенствованию общественных связей» и указание Генерального прокурора РФ N 74 от 17 декабря 2002 г. «Об организации взаимодействия органов прокуратуры с правозащитными и иными общественными организациями». Реализация указанных предложений позволит, на наш взгляд, реально защитить права несовершеннолетних в информационной сфере, а также повысить статус российских СМИ и общественных организаций, укрепить авторитет правоохранительных органов и правосудия, совместно и профессионально решать задачи укрепления законности, поставленные перед органами прокуратуры Российской Федерации, судебной системой и всем обществом.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *