Регулирование обычно-правовыми нормами правового статуса женщины в браке у коми (зырян) в XIX — начале XX в

(Плоцкая О. А.) («Семейное и жилищное право», 2013, N 4) Текст документа

РЕГУЛИРОВАНИЕ ОБЫЧНО-ПРАВОВЫМИ НОРМАМИ ПРАВОВОГО СТАТУСА ЖЕНЩИНЫ В БРАКЕ У КОМИ (ЗЫРЯН) В XIX — НАЧАЛЕ XX В. <*>

О. А. ПЛОЦКАЯ

——————————— <*> Plotskaya O. A. Regulation by common-law norms of legal status of a woman in marriage in komi (zy’ryans) at the end of the XIX — beginning of the XX centuries.

Плоцкая Ольга Андреевна, доцент кафедры теории и истории государства и права юридического факультета ФБГОУ ВПО «Сыктывкарский государственный университет», кандидат юридических наук, доцент.

Статья посвящена исследованию роли обычно-правового регулирования правового положения женщины в браке у коми (зырян) в XIX — начале XX в. Представлены особенности правового статуса зырянской женщины. Особое внимание уделяется анализу прав и обязанностей зырянской женщины в гражданско-правовых, брачно-семейных отношениях.

Ключевые слова: правовой обычай, правовой статус женщины, зыряне, обычно-правовые отношения, объект права, брачно-семейные отношения.

This paper investigates the role of customary law regulating the legal status of women in marriage at Komi (zyryanj) in the XIX — early XX centuries. The features of the legal status of women Zyryan. Particular attention is paid to the analysis of the rights and responsibilities of Zyryan women in civil, marriage and family relations.

Key words: legal practice, the legal status of women, Zyrians commonly — law relationship, the object of law, marriage and family relationships.

Исследование роли обычно-правового регулирования правового положения женщины в браке у коми (зырян) в XIX — начале XX в. сегодня представляется все более актуальным. Обычно-правовое регулирование жизнедеятельности народов, проживающих на территории Российской Федерации, в контексте этноправовых традиций, играет значительную роль в правовом пространстве нашей страны. Юридические обычаи, веками формировавшиеся в брачно-семейных отношениях, являлись регулятором процесса обеспечения жизнедеятельности общества. Сегодня необходимо учитывать сформированные в течение многих веков особенности обычно-правовых систем субъектов РФ. Это, в свою очередь, повысит эффективность всей правовой системы России. Особенно это актуально в брачно-семейных отношениях, которые формировались на основе обычно-правовых норм и традиционных воззрений народов. Брачно-семейные отношения являлись одной из наиболее разработанных сторон обычного права у коми (зырян), регламентировавшего наиболее важные черты гражданского бытия членов семьи. Семья, создававшаяся супругами, являлась важным, обязательным составляющим элементом социально-экономической жизни коми (зырян). «Заключение брака и создание семьи понималось как необходимое условие существования и функционирования крестьянского двора» <1>. Заключение зырянского брака и образование семьи отражалось на правовом статусе женщины, вступающей в брак. ——————————— <1> Крюкова С. С. Русская крестьянская семья во второй половине XIX в. М., 1994. С. 104.

Специальное комплексное изучение правового положения замужней зырянской женщины в XIX — начале XX в. не составляло самостоятельного предмета исследования научных работ. Однако различные аспекты брачно-семейных отношений и роли зырянской женщины в жизни зырянской общины неоднократно находились в центре внимания российских ученых в различные периоды. В дореволюционной российской литературе некоторые вопросы, посвященные возрастным нормам совершеннолетия, показателям брачности, порядку вступления в брак, различиям в брачном возрасте у девушек и молодых людей, проведению брачной процедуры, хозяйственно-бытовым занятиям женщины, рассматривались в работах М. Михайлова, И. Попова, О. Ежова, В. Аврамова, А. Фролова, Ф. А. Арсеньева <2>. ——————————— <2> Михайлов М. Физические и нравственные свойства зырян // Вологодские губернские ведомости. 1853. N 17; Поповъ И. Черты изъ быта, нравовъ и обычаевъ Зырянъ Яренскаго уезда, Удорского края // Вологодские губернские ведомости. 1875. N 90; Ежов О. Личность и отличительные качества зырян // Вятские губернские ведомости. 1857. N 22, 23; Аврамов В. Жители Яренского уезда и их хозяйственный быт // Вологодские губернские ведомости. 1859. N 37, 42; Фролов А. Свадебные и похоронные обычаи жителей села Устьнемскаго, Устьсысольского уезда // Вологодские губернские ведомости. 1885. N 21; Арсеньев Ф. А. Хозяйственно-статистический очерк Вологодской губернии за 1869 г. Вологда, 1873.

В научных трудах советских ученых <3> раскрывались общие сведения о традиционных семейных и свадебных обрядах. В работах предпринимались попытки определить показатели брачности, факторы, влияющие на характер брачно-семейных отношений у коми (зырян), этнические особенности заключения брака у коми (зырян), национальные занятия зырянских женщин, их роль в хозяйственно-экономической жизни общины <4>. ——————————— <3> Белицер В. Н. Очерки по этнографии народов коми (зырян и пермяков) // Труды Института этнографии АН СССР. Т. 45. М., 1958; Плесовский Ф. В. Свадьба народа коми. Сыктывкар, 1968; Плесовский Ф. В. К вопросу о развитии семьи у коми и удмуртов. Историко-филологический сборник. Вып. 6. Сыктывкар, 1961. <4> Соловьев В. В. Брачно-семейные отношения коми крестьян в конце XIX в. — начале XX в. // Вопросы этнографии народа коми. Труды ИЯЛИ Коми филиала АН СССР. Вып. 32. Сыктывкар, 1985.

В современных исследованиях практически нет специальных юридических работ, посвященных правовому статусу женщины в браке у зырян. Отдельные работы в рамках исторических, этнологических исследований <5> частично касались традиционных семейных обрядов народов Европейского Севера, мифологических аспектов брачных ритуалов, гендерных и демографических характеристик лиц, вступающих в брак, роли женщины в семье. ——————————— <5> Краева И. Ю. Традиционная коми семья: особенности воспитания. Сыктывкар, 2010; Вишнякова Д. В. Матримониальное поведение населения Европейского Северо-Востока России в XIX — начале XX в.: тендерные характеристики // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Ч. I. 2012. N 6(20); Вишнякова Д. В., Семенов В. А. Брачность населения Европейского Северо-Востока России во второй половине XIX — начале XX в. // Известия Коми научного центра УрОРАН. 2010. N 4.

Однако рассматриваемая проблема как правовое явление по своей сущности долгое время не подвергалась правовому научному анализу, что обосновывает необходимость и актуальность проведения исследования в означенной сфере. В настоящей работе предпринята попытка проведения анализа правового статуса зырянской женщины в браке в XIX — начале XX в., а также форм регулирования его обычно-правовыми нормами. Необходимо отметить, что, несмотря на наличие централизованного государства в рассматриваемый период, а также на существование интегрированных общегосударственных законодательных норм, тем не менее писаное право полностью не регулировало всю хозяйственно-экономическую и правовую жизнь зырянской общины, а соответственно, и не могло заменить обычно-правовые нормы, так как экономическая замкнутость хозяйств при их региональных особенностях, социальная обособленность отдельных групп зырянского населения не могли не создать условия для бытования специфических обычно-правовых норм, регулировавших правовое положение замужней женщины. Ограниченный правовой статус зырянской женщины, закрепляясь в обычно-правовых нормах, культивировался в правосознании зырян сызмальства и стал даже частью правовой культуры зырянского этноса. Неравноправие в правовом статусе девочек и мальчиков проявлялось уже с самого рождения, так как в общественном сознании царила идея превосходства кормильца-мужчины. «Мальчиков ценятъ вообще гораздо больше; рожденiе девочки не составляетъ праздника для семьи, и она не является здесь желательной гостьей… уже съ самыхъ раннихъ летъ она должна начинать отрабатывать тотъ кусокъ, который ей достается после братьев, а когда она подрастетъ, ее ценятъ исключительно какъ рабочую силу…» <6>. ——————————— <6> Мартынов С. В. Печорский край. Очерки природы и быта. Населенiе, культура, промышленность. СПб., 1905. С. 59.

В годы юношества правовой статус девушки сильно не изменялся. «Впоследствии, когда она станет девушкой, на нее взглядъ остается тотъ же: что она съесть — это не вернется со временемъ обратно, такъ какъ во время полного развитiя ея рабочей силы ее придется отдавать въ чужую семью» <7>. Таким образом, нужно отметить, что на молодую незамужнюю девушку уже с раннего возраста смотрели как на рудиментарный элемент, который не принесет полной отдачи семье, взрастившей ее во время расцвета сил. Поэтому обычно-правовые зырянские воззрения изначально ограничивали девушку в правах, так как ее даже не считали членом семьи. «Не являясь членом семьи, нераздельно съ ней связаннымъ, девушка живетъ только будущимъ — она должна заботиться сама о себе, копить свое собственное имущество и пользоваться всякимъ случаемъ въ свою собственную пользу получить что можно изъ общихъ заработковъ семьи. И она сама, и все окруженiе ея родные смотрят на нее не какъ на члена семьи, а какъ на лицо самостоятельное, временную неприятную гостью-дармоедку, которая может жить и поступать, как угодно, поскольку это не нарушаетъ общихъ интересовъ» <8>. ——————————— <7> Там же. <8> Там же.

У коми (зырян) при вступлении в брак решающую роль играли материальные мотивы. Договоры о браке заключали не брачующиеся лица, а их родители или старшие родственники. Характерны были браки лиц с большим возрастным диапазоном. Распространенной формой был калымный брак. Обычное право детально регламентировало условия уплаты калыма как своеобразной платы или выкупа, вносившегося женихом родителям или родственникам невесты. Договор, предусматривавший размер, вид калыма и время его внесения, имел юридическую силу и являлся важнейшим актом заключения брака. Невеста являлась не субъектом права, а объектом, в отношении которого заключается договор. Пребывание в браке для взрослого дееспособного человека по обычно-правовым воззрениям и традиционной модели брачного поведения у коми (зырян) считалось обязательным. Замужество для женщины являлось не только потерей свободы, но и сменой привычного, обыденного образа жизни. Она, попадая в семью своего мужа, приобретала статус младшего члена семьи, который обозначал выполнение ею всех поручений мужа, и одновременное подчинение нескольким лицам. Так, кроме почитания и подчинения своему мужу женщина должна была исполнять требования еще нескольких лиц в семье. В большой семье ее главой являлся старик-отец, которому необходимо было подчиняться всем членам семьи. Кроме того, существовала старшая женщина, обычно являвшаяся женой старика-отца, которая управляла ведением всех домашних дел, в том числе приготовлением пищи, хозяйственными работами во дворе, работой в поле и т. д. Ей помогали снохи и дочери. Кроме того, девушке, вступившей в брак, необходимо было подчиняться старшей женщине. «Если, еще будучи девушкой, женщина должна работать, пока ей позволять силы, и находится подъ гнетомъ семьи, испытывая полное къ себе равнодушiе, то после выдачи ея замужъ положенiе ея становится еще тяжелее. Мужъ такъ же, какъ и вся новая семья, смотритъ на нее только какъ на рабочую силу въ хозяйстве, а пока она сделается самостоятельной хозяйкой и распорядительницею дома, она является младшимъ членомъ семьи, на нее взваливаются все тяжелыя и неприятныя работы при постоянномъ, къ тому же, гнете и преследованiяхъ со стороны свекрови» <9>. ——————————— <9> Там же. С. 60.

Со временем, когда главой семьи становился супруг вместо старика-отца, жена, согласно обычно-правовым нормам, занимала подчиненное положение по отношению к своему мужу. Она являлась старшей женщиной в семье и руководила хозяйственными работами и женским населением семьи, так как сама зырянская семья являлась трудовым коллективом, в котором четко распределялись трудовые роли, что и обеспечивало отлаженный хозяйственный быт. Подчиненное положение женщины по отношению к мужу выражалось также и в том, что ей не позволялось принимать участие в общественной жизни общины. Она также не обладала правом голоса на общинных сходках, где рассматривались вопросы, связанные с распределением сельскохозяйственных земель (хотя большая часть земледельческих работ выполнялась женщинами и детьми), обустройством села, некоторые спорные вопросы, касающиеся наследственных процессов, и т. д. Как правило, на общинных сходах интересы женщины представлял ее муж, обладавший правом голоса. Существовала система запретов для женщин, предписывавших ей линию поведения. В соответствии с обычно-правовыми нормами как в органы управления мирским обществом, так и в органы государственной власти при необходимости, как правило, обращался супруг. Только в редких случаях, когда женщина оставалась вдовой, она могла подать прошение о рассмотрении ее дела, соблюдая определенный порядок. Так, ей необходимо было получить решение мирского (общинного) схода и только после этого подавать прошение в органы государственной власти (в Вологодскую казенную палату). «Первобрачному мужу моему… крестьянину… досталась отъ покойного крестьянина… не имеющаго у него наследниковъ поданному имя… По смерти… первобрачного мужа по согласiю мирскаго общества и учиненному того 1826 года октября 10 дня приговору приняла я въдомъ… прошу… изследовать отведенное… именiе…» <10>. Таких прошений среди архивных данных сохранилось немного, чаще всего встречаются прошения от главы семейства или нескольких домохозяев. «1830 года февраля… дня Мы нижеподписавшиеся — Устьсысольского округа ведомства Устькуломского волостного правления… государственные черносошные крестьяне будучи в общем Собрании въ мирской Схожей избъ учинили сей мирской приговоръ…» <11>; «Приговор сельского схода крестьян… Выльгортской волости Устьсысольского уезда созыва 23 декабря 1892 года… На него явилось: сельский староста, «58» Домохозяев имеющих голоса…» <12>. ——————————— <10> «Прошение крестьянской женки Софьи Васильевны Тарабукиной Устькуломского селения от 25 марта 1830 г. N 126» // НА РК. ф. 99, оп. 1, д. 298. С. 5. <11> «Прошение… от февраля 1830 г.» // НА РК. ф. 99, оп. 1, д. 298. С. 18. <12> Приговор сельского схода крестьян… Выльгортской волости Устьсысольского уезда созыва 23 декабря 1892 г. // НА РК. ф. 6, оп. 1, д. 54. С. 132.

Неравноправность женщины по отношению к ее мужу проявлялась также и в том, что ей не позволялось сидеть за одним столом в присутствии иных мужчин, пришедших в гости. Эти ограничения были связаны с той ролью, которую она выполняла в домашнем хозяйстве. «Прежде всего, на нее ложатся все домашние работы по уходу за избой и скотным двором. Если на Печоре живут сравнительно очень опрятно и избы моются два раза в неделю, то это покупается ценою беспрерывной работы женщины, отражающейся на ее здоровье. Скотный двор убирать приходится каждый день, что представляет работу тяжелую и очень грязную… Кроме того, на печорской женщине лежатъ и все полевые работы» <13>. Она обязана была также помогать мужу в хозяйственных делах. ——————————— <13> Мартынов С. В. Указ. соч. С. 60 — 61.

Выезжать за пределы своего селения женщина могла с согласия своего супруга, что происходило не часто. Хотя в полных общинах «при землераспределенiи по едокамъ мужское и женское населенiе никогда не выделяются другъ отъ друга и получаютъ совершенно равные паи» <14> во многих районах зырянского края, при распределении земель на женщину не выделяли земли. «На Удоре женщина получала лишь четверть душевого надела. Замужнюю женщину часто называли не ее именем, а по имени мужа, например: Федя готыр, Костя готыр, т. е. жена Феди, жена Кости. Нередко у коми прибавляли и второе мужское имя, например Тимиха Петровна, т. е. жена Тимофея Петровича, или Климиха Вань, т. е. жена Климентия Ивановича. Иногда, говоря о той или иной женщине, называли имена мужчин нескольких поколений, например: Гриш-Микол-Вась готыр» <15>. Подобное обезличенное для женщины обращение по имени мужа или его родственников, в котором терялась женская сущность, дополнительный раз свидетельствует о бесправном положении женщины и превращении ее правового статуса в производную составляющую от правового статуса мужчины. Кроме того, исследователи рассматриваемого периода отмечали подобное бесправие замужней женщины, «…нет уважения к женщине, в которой видят не столько мать семейства, сколько домовницу и работницу. Общий обычай требует со стороны жены безусловного повиновения мужу: всякую обиду она должна сносить от него с безмолвным терпением, без прекословия и жалоб» <16>. ——————————— <14> Труды экспедиции по использованию земель Печорского края Вологодской губернии / Под ред. П. И. Соколова. Т. II. СПб., 1910. С. 56. <15> Краева И. Ю. Традиционная коми семья: особенности воспитания. Сыктывкар, 2010. С. 51. <16> Михайлов М. И. Домашний и семейный быт зырян // Архангельские губернские ведомости. 1852. N 23. С. 13.

Зырянская женщина была также ограничена и в распоряжении денежными средствами и семейным имуществом, так как без согласия супруга жена не обладала правом распоряжения совместно нажитым имуществом. Исключением являлись денежные средства, которые она получала от продажи продуктов питания, холста собственного производства и собственного приданого. Подобные обычно-правовые нормы не только лишали замужнюю зырянскую женщину права участия в общественной жизни, но и закрепляли ее зависимое по отношению к мужу положение. Однако необходимо заметить, что существуют публикации того времени, в которых отмечается совершенно иное положение женщины, где ее правовой статус приравнивается к правовому статусу мужа. Так, в Усть-Цильме, где достаточно сильное влияние на обычное право коми (зырян) оказало принесенное обычное право пришлого старообрядческого русского населения, мать имела право высказывания и право голоса на семейных советах, а к уважаемым пожилым женщинам обращались как к старосте за советом. «Женщина совершенно свободна, она равноправный член семьи, положение ее прочно. Там нет угнетения, крайне редки случаи носильной выдачи замуж… Входя в дом мужа, она становится полноправной хозяйкой, безотчетно распоряжающейся всем добром — муж только знай зарабатывай…» <17>. Подобное положение женщины, по мнению С. В. Мартынова, доставалось большой ценой. «…Пресловутая самостоятельность и высокое положенiе женщины в Печорскомъ крае, где она является не безответной рабой мужа, а полноправнымъ членомъ семьи, покупается очень дорогой ценой и отражается на ее здоровье» <18>. ——————————— <17> Ончуков Н. Е. О расколе на низовой Печоре // Живая старина. 1901. Вып. 3 — 4. С. 44. <18> Мартынов С. В. Печорский край. Очерки природы и быта. Населенiе, культура, промышленность. СПб., 1905. С. 60 — 61.

В пользу отсутствия абсолютной зависимости от мужа и бесправия женщины свидетельствуют также и исследования П. Вологдина. «Женщины здесь представляют элемент консервативный. Крепко держатся они за свой родной язык и пальцам не пошевелят, чтобы научить детей русскому языку. Крестьяне мне признавались, что они не прочь с малолетства учить мальчиков и девочек, да с бабами не сладишь, ничего не поделаешь! Мужчины вынуждены сноситься с внешним миром (незырянским), женщины же избавлены от этой необходимости и являются действительными хранительницами зырянства во всевозможной его чистоте» <19>. Исходя из описаний П. Вологдина, можно заметить, что зависимость женщины от мужа не являлась абсолютной, так, например, женщина самостоятельно определяла необходимость изучения детьми русского языка и тем самым способствовала длительному сохранению традиционного правового воспитания подрастающего поколения, основанному на обычно-правовых нормах. ——————————— <19> Вологдин П. Лесное царство // Слово. 1878. Сентябрь — ноябрь. С. 71.

Выполняя роль хозяйки дома, она была ответственна за воспитание детей. Обладая родительской властью матери и нравственным авторитетом у собственных детей, она имела право требовать от детей уважительного отношения к ней и послушания. Кроме того, она поддерживала родственные связи, принимала участие и организовывала семейные праздники, ритуалы. Мужчина в этих сферах ее не ограничивал. В зырянской семье существовало межполовое и межвозрастное разделение труда, что определяло такую особенность, как огромная загруженность женщины в сельскохозяйственных работах, особенно в период отсутствия мужчины. Также определенной самостоятельностью женщина обладала и в те периоды, когда мужчина находился вне дома, занимаясь промыслами. Женщина в этот период становилась «самостоятельной домохозяйкой», так как решение всех хозяйственно-бытовых, земледельческих вопросов ложилось на ее плечи. По мнению К. М. Добрянского, «эта самостоятельность приобреталась ценой исключительно тяжелого труда, но зато он же обеспечил зырянке известную долю уважения и независимости и избавил ее от презрительного отношения со стороны мужского населения, которое испытывают ее ближайшие соседки — самоедки и остячки» <20>. Такой тяжелый труд обеспечивал зырянской женщине уважение и определенную независимость от мужчины, так как ей приходилось принимать серьезные решения, касающиеся всей семьи, во время длительного многомесячного отсутствия супруга. ——————————— <20> Добрянский К. М. Женщина-коми (зырянка). М., 1928. С. 14.

Нередко браки заключались по взаимному согласию и симпатии, а не на хозяйственном расчете, поэтому супруги уважали и понимали друг друга. «Муж и жена зависимы друг от друга в интересах общего благосостояния и поэтому уважают друг друга» <21>. Вероятно, в связи с этим исследователи отмечают не только прочность семейных уз, но также и незначительное количество разводов. «По материалам переписи 1897 года в трех уездах Коми края только 26 человек находились в разводе» <22>. Минимальному количеству разводов способствовало и воспитание детей, особенно девочек, которые с детства усваивали основное предназначение женщины в браке — это материнство, а для этого необходимо было сохранять институт брака. ——————————— <21> Држевецкий А. Медико-топография Устьсысольского уезда Вологодской губернии. М., 1872. С. 42. <22> Бондаренко О. Е. Население Коми края в конце XIX века (по материалам переписи 1897 г.) // Коми крестьянство в эпоху феодализма и капитализма. Труды ИЯЛИ КФАН СССР. Сыктывкар, 1983. Вып. 29. С. 42.

Жена и дети обладали правом пользования всем общим семейным имуществом. В связи с этим женщина в семье не была полностью бесправной. Она не только обладала принадлежащим ей имуществом, т. е. приданым и всем тем, что она производила и изготавливала в процессе совместной семейной жизни, но и имела право самостоятельно распоряжаться данным имуществом, как личным имуществом. Приданое и производимое женщиной имущество выделялись из общего семейного имущества в отдельный разряд. Таким образом, в брачно-семейных отношениях у коми (зырян) существовали как имущественные, так и личные отношения, регулировавшиеся нормами обычного права. В имущественной сфере признавалось доминирующее положение мужа как главы семьи и главного распорядителя семейным имуществом. Зырянская женщина, за исключением Усть-Цильмы, как правило, распоряжалась лишь денежными средствами, которые она получала от продажи товаров собственного производства и собственным приданым. В личных отношениях, несмотря на зависимое положение жены от мужа, на лишение ее права участия в общественной жизни, существовало взаимное уважение супругов, которое основывалось на традиционных зырянских обычно-правовых нормах и воспитывалось с детства.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *