Особенности изменения и прекращения договора о создании юридического лица

(Сикачев М. Н.) («Законодательство и экономика», 2013, N 10) Текст документа

ОСОБЕННОСТИ ИЗМЕНЕНИЯ И ПРЕКРАЩЕНИЯ ДОГОВОРА О СОЗДАНИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

М. Н. СИКАЧЕВ

Старший преподаватель кафедры гражданского права и гражданского процессуального права ФГБОУ ВПО «Хабаровская государственная академия экономики и права», юрисконсульт Управления по договорной и претензионно-исковой работе Холдинга RFP Group (г. Хабаровск) М. Н. Сикачев рассматривает основные способы и гражданско-правовые последствия изменения и прекращения договора о создании юридического лица. Автор указывает на возникающие трудности использования общих положений ГК РФ об обязательствах и сделках в динамике договорных отношений учредителей в процессе создания корпоративных организаций и предлагает пути решения наиболее существенных научных и практических проблем правового регулирования в данной сфере.

В современной литературе наблюдается повышенный спрос на научно-практические исследования отдельных вопросов, связанных с учреждением юридических лиц, в частности с заключением договоров о создании юридического лица <1>. Существующая дискуссия о правовой природе данного договора тем не менее не позволила авторам разойтись в ответе на вопрос о возможности применения к нему общих положений ГК РФ об обязательствах и сделках, хотя специальных исследований по данной тематике в российской цивилистике практически не наблюдается <2>. ——————————— <1> Степанов Д. И. Особенности договора учредителей о создании акционерного общества // Хозяйство и право. 2000. N 2. С. 42 — 56; Цепов Г. В. Акционерные общества: теория и практика: Учеб. пособие. М., 2008. С. 68 — 81; Брагинский М. И. Договоры об учреждении коллективных образований // Право и экономика. 2003. N 3. С. 51 — 53; Новикова А. А. Правовая природа договора о создании хозяйственного общества // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011. N 5. С. 45 — 51. <2> Сикачев М. Н. Договоры о создании юридических лиц в российском гражданском законодательстве // Нотариус. 2010. N 2. С. 15 — 18.

При этом бесспорно, что изменение и прекращение договора о создании юридического лица, равно как и его исполнение, являются компонентами динамики учредительного правоотношения. В советской цивилистике было верно отмечено: всякое правоотношение проходит в своем развитии несколько стадий. Таковы прежде всего стадии возникновения и прекращения, признаваемые обязательными в движении правоотношения, и стадия изменения, характеризующаяся как промежуточная и не всегда имеющая место <3>. Однако между собой данные правовые категории существенным образом отличаются. ——————————— <3> Иоффе О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Л., 1949. С. 115; Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Госюриздат, 1958. С. 76.

Профессор О. С. Иоффе отмечал: в промежутке между возникновением и прекращением правоотношений входящие в их состав элементы (субъекты и объекты, правомочия и обязанности) могут подвергаться полному или частичному изменению, отражающему изменение движения правоотношения в целом <4>, а Б. С. Лесиным данное определение было уточнено указанием на то, что «изменение правоотношения может иметь место при изменении как всех образующих его элементов, так и каждого из них в отдельности» <5>. В то же время большое количество советских и современных авторов склоняются к более узкому понятию изменения договора (обязательства): либо это только изменение содержания и субъектов обязательства <6>, либо только изменение содержания <7>. ——————————— <4> Иоффе О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. <5> Лесин Б. С. Изменение жилищных правоотношений // Вестник ЛГУ. Экономика, философия и право. 1970. N 25. Вып. 4. С. 155. <6> Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 77, 90; Черепахин Б. Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву. М.: Госюриздат, 1962. С. 6; Алексеев С. С. Общая теория социалистического права. Вып. 2. Свердловск, 1964. С. 158. <7> Басин Ю. Г. Вопросы советского жилищного права. Алма-Ата, 1963. С. 161; Мананкова Р. П. Развитие теории гражданско-правового договора. Томск: Томский государственный университет, 2007. С. 23, 24.

Не ставя под сомнение аргументацию указанных авторитетов в науке права, укажем: изменением договора о создании юридического лица будет являться такая стадия в динамике учредительного правоотношения, при которой: — сохраняется целевая направленность договора о создании корпорации, т. е. изначально поставленная учредителями цель (создание конкретного юридического лица с определенной организационно-правовой формой) остается неизменной при модификации обязательства; — не меняется сущность учредительной сделки двух — или многостороннего соглашения, т. е. число учредителей должно оставаться не менее двух лиц, если иное не предусмотрено специальным законом. Как видно из приведенного перечня условий, первое из них имеет отношение к трансформации содержательной части договора о создании юридического лица. Следовательно, при изменении содержания могут изменяться (дополнительно) одно или несколько субъективных прав или юридических обязанностей учредителей, составляющих элементарные правоотношения (обязательственные связки «права требования — обязанность» у М. А. Рожковой <8>) в рамках учредительного правоотношения. Например, стороны при создании ООО могут изменить порядок внесения имущества в оплату долей (взамен денежных вкладов передать в уставный капитал по соглашению недвижимые вещи), перенести срок обращения конкретного учредителя в регистрирующий орган с заявлением о государственной регистрации общества. ——————————— <8> Рожкова М. А. К вопросу о динамике обязательств // СПС «КонсультантПлюс».

По одному из судебных дел кассационная инстанция фактически указала со ссылкой на статью 450 ГК РФ, что изменения в договор о создании ЗАО, предусматривающие внесение в оплату уставного капитала имущества взамен права пользования имуществом на 49 лет, являются изменением договорных условий по соглашению сторон <9>. Подобные изменения в целом не должны приводить к фактическому преобразованию учредительного правоотношения, т. е. появлению нового договора (обязательства). Если учредители после заключения договора передумали создавать хозяйственное товарищество по причине большого предпринимательского риска со стороны самих учредителей и определились учредить общество с ограниченной ответственностью, в этом случае имеет место прекращение первоначального учредительного обязательства и появление нового, даже несмотря на «сохранение» некоторых прав и обязанностей учредителей в неизменном виде. Другими словами, главнейшие («магистральные») права и обязанности учредителей, соединенных договором, не могут изменяться без воздействия на весь договор в целом, трансформируя его. ——————————— <9> Постановление ФАС Московского округа от 16 октября 2006 г. N КГ-А41/8650-06 по делу N А41-К1-28479/05 // СПС «КонсультантПлюс».

С изменением договора о создании юридического лица в его субъектном составе ситуация выглядит несколько сложнее. Р. П. Мананкова придерживается достаточно жесткой позиции, отрицающей любое изменение субъектного состава в качестве частного случая изменения договора. В поддержку своего взгляда на проблему приводит следующий тезис: «Если исходить из понятия правоотношения как конкретной юридической связи определенных лиц, то выбытие и замена одного из участников правоотношения как раз и нарушают эту определенность, поскольку выбывает или заменяется новым носителем данный носитель определенных прав и обязанностей. Замена выбывшего участника правопреемником приводит… к возникновению нового правоотношения оставшегося субъекта с новым субъектом…» <10>. ——————————— <10> Мананкова Р. П. Указ. соч. С. 23.

Представляется, здесь также следует отталкиваться от критерия цели конкретного обязательства, содержание которого находит свое отражение в основных элементарных обязанностях внутри каждого обязательственного отношения. Если такие обязанности учредителей не претерпели корректировку, нельзя утверждать, что учредительное обязательство прекратилось. «Золотое правило» было установлено О. С. Иоффе: «При изменении субъектов сохраняется тот же вид обязательства, но между другими лицами, тогда как при замене одного обязательства другим между теми же самыми субъектами прежний вид обязательственных связей исчезает, а новый появляется. Поэтому в первом случае речь должна идти об изменении и только во втором — о прекращении обязательства» <11>. Так, М. И. Брагинский отнес ситуацию, когда меняются стороны договора, а само обязательство сохраняется в неизменном виде, к специальным случаям изменения договора. В отличие от изменения в содержательной части договора последний случай им назван внешним изменением <12>. ——————————— <11> Иоффе О. С. Обязательственное право. М.: Госюриздат, 1975. С. 184. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография М. И. Брагинского, В. В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное). —————————————————————— <12> Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения. М., 2011. Книга первая: Общие положения. С. 466.

Фактически ГК РФ предлагает два варианта замены учредителей в договоре о создании юридического лица: переход прав учредителя, выступающего в качестве кредитора, к третьему лицу в порядке цессии (§ 1 гл. 24), перевод учредителем-должником своего долга на другое лицо (§ 2 гл. 24), образующие изменение соответствующего правоотношения при неизменном (устойчивом) его содержании <13>. Из этого следует, что изменение договора о создании юридического лица представляет собой факультативную стадию в движении договора о создании юридического лица как обязательства, при которой модифицируются отдельные элементарные права и обязанности, входящие в состав содержания, и (или) стороны договора, при сохранении целевой направленности и сущности учредительного правоотношения. В свою очередь, прекращение договора между учредителями является неминуемым событием, поскольку любые обязательства рано или поздно ликвидируются. Именно как отпадение правовой связи субъектов обязательства, влекущее утрату субъективных прав и обязанностей, составляющих содержание обязательственного правоотношения, прекращение договора на сегодняшний день рассматривается большинством специалистов <14>. ——————————— <13> После регистрации корпоративной структуры изменение состава учредителей (участников) может происходить по специальным правовым основаниям, не указанным в общей части обязательственного права (например, по договору о купле-продаже акций, отчуждению долей в ООО и др.). <14> Иоффе О. С. Обязательственное право. С. 185; Долинская В. В. Договоры в предпринимательской деятельности: Учеб. пособие. М.: Эксмо, 2005.

Таким образом, прекращение договора о создании юридического лица — последняя обязательная стадия движения учредительного обязательства, при которой действие учредительных прав и обязанностей исчерпано, а правовая связь между учредителями утрачена. Под общими основаниями прекращения обязательств подразумевается: — надлежащее исполнение обязательства; — соглашение сторон об отступном; — зачет встречного однородного требования; — совпадение должника и кредитора в одном лице; — новация долга; — прощение долга; — невозможность исполнения, вызванная обстоятельствами, за которые стороны не отвечают, в результате издания акта государственного или муниципального органа; — смерть гражданина; — ликвидация юридического лица (гл. 26 ГК РФ). Самым логичным завершением совместных действий учредителей является создание юридического лица, т. е. иначе говоря, исполнение обязательства, что влечет его окончание в силу статьи 408 ГК РФ. В данном случае под исполнением надо понимать достижение вышеуказанной юридической цели договора о создании, с чем согласны большинство специалистов <15>. В то же время заочная дискуссия разразилась по вопросу момента достижения такой цели, а следовательно, определения момента прекращения договора <16>. По мнению Г. С. Шапкиной, «после регистрации общества и приобретения им статуса юридического лица совместная деятельность по его созданию завершается» <17>, в дальнейшем договор, по ее мнению, используется в качестве документа, подтверждающего факт создания общества. Т. В. Ламм приурочивает момент достижения цели к факту создания корпорации безотносительно исполнения обязательства в целом. Она пишет: «…многосторонний договор может быть прекращен исполнением, даже при ненадлежащем исполнении своих обязанностей кем-либо из участников (например, по внесению вклада)» <18>. Г. В. Цепов является сторонником частичного прекращения договора о создании достижением цели договора — государственной регистрации, а именно «в части отношений простого товарищества» <19>. ——————————— <15> Шапкина Г. С. Применение акционерного законодательства. М.: Статут, 2009. С. 29; Цепов Г. В. Акционерные общества: теория и практика: Учеб. пособие. М.: Проспект, 2008. С. 79. <16> Имеются в виду договоры, не относящиеся к учредительным, по отношению к которым авторы единодушны в выводах об их действии, связанным с периодом существования самого юридического лица. <17> Шапкина Г. С. Указ. соч. <18> Ламм Т. В. Многосторонние договоры в гражданском праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2003. С. 27. <19> Цепов Г. В. Указ. соч.

С ними категорически не согласен Д. В. Ломакин. По его мнению, договор о создании акционерного общества не может прекращаться моментом создания юридического лица, т. е. в момент государственной регистрации АО. «Действительно, — указывает автор, — с созданием акционерного общества достигается основная цель заключения договора, однако данный договор продолжает действовать… Он продолжает действовать и после государственной регистрации акционерного общества до окончания исполнения сторонами обязательств по договору» <20>. ——————————— <20> Ломакин Д. В. Договоры о создании и реорганизации юридических лиц: значение и место в структуре Гражданского кодекса РФ // Законодательство. 2004. N 2.

Концепции Г. С. Шапкиной и Т. Д. Ламм объединяет то, что в них достижение цели учредительного обязательства и прекращение его исполнением рассматриваются как осуществление его сторонами конкретной обязанности — регистрации юридического лица. Подобная теория, привязывающая факт исполнения обязательства к выполнению центральной обязанности по договору, находит свою поддержку в теории обязательственного права. По существу об этом пишет Ф. И. Гавзе: «Исполнить обязательство — значит совершить то действие, которое указано в обязательстве: передать покупателю в собственность или в оперативное управление проданную ему вещь, построить для завода здание, перевезти груз и т. п.» <21>. ——————————— <21> Гавзе Ф. И. Обязательственное право (общие положения). Минск: Изд-во БГУ им. В. И. Ленина, 1968. С. 37.

Однако подобный взгляд на вещи создает новые доктринальные проблемы. В частности, остается непонятной судьба некоторых обязанностей по договору о создании, срок исполнения которых еще не наступил либо продолжает течь после осуществления государственной регистрации юридического лица. Если по-прежнему признать их частью содержания учредительного правоотношения, абсурдно говорить об их обязательном характере для учредителей, поскольку прекращение всего обязательства есть прекращение входящих в его состав частных обязанностей на будущее время. Если же говорить об ограниченном, частичном сохранении договора о создании, с точки зрения формальной логики это противоречит самому тезису о прекращении всей сделки. По авторитетному мнению О. С. Иоффе, «действие обязательства исчерпывается, как только входящие в его состав права и обязанности будут полностью осуществлены» <22>. Именно выполнение всех учредительных обязанностей по договору о создании юридического лица может свидетельствовать о достижении его цели. При таком подходе цель договора равнозначна созданию корпорации, требующему более широкого толкования, нежели утвердившееся в науке гражданского права, а именно: создание — это не только осуществление регистрации нового субъекта, но и производство всех других сопряженных с учреждением действий, входящих в содержание договора. Поэтому невозможно представить себе ситуацию с прекращением договора о создании юридического лица без полной оплаты учредителями долей (акций) и т. д. ——————————— <22> Иоффе О. С. Обязательственное право. С. 184.

Вопрос о применении иных оснований прекращения договора о создании корпорации остается не выясненным в науке. При этом констатируем фактическое отсутствие теоретических исследований, касающихся принципиальной возможности «общегражданских» оснований прекращения (изменения) договоров о создании юридического лица, а также ограничений (пределов) такого правоприменения, в частности относящихся к императивным корпоративным правилам регулирования отношений между участниками. Существенные признаки, отличающие договоры о создании корпораций от им подобных и иных договоров, не всегда приводят к прекращению договора по основаниям, которыми оперирует в таких случаях ГК РФ. В. В. Долинская полагает, что «с природой договора о создании юридического лица не соотносятся такие основания прекращения обязательств, как предоставление отступного взамен исполнения (ст. 409 ГК РФ), зачет (ст. 410 ГК РФ), совпадение должника и кредитора в одном лице (ст. 413 ГК РФ), прощение долга (ст. 415 ГК РФ)» <23>. В то же время авторы учебника по гражданскому праву Российской Федерации Н. В. Козлова и В. С. Ем настаивают, что учредительный договор может быть изменен или расторгнут на общих основаниях, однако только до момента государственной регистрации юридического лица; далее обязательства изменяются (прекращаются) с учетом корпоративной специфики <24>. ——————————— <23> Долинская В. В. Прекращение договоров о создании юридических лиц // Законы России: опыт, анализ, практика. 2008. N 2. С. 39. <24> Витрянский В. В., Ем В. С., Козлова Н. В. и др. Гражданское право: Учебник: В 2 т. / Под ред. Е. А. Суханова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2005. Т. 2. Полут. 2.

Поскольку единая позиция в научных и учебных работах не выработана, следует остановиться на данном вопросе. Действительно, все указанные случаи прекращения рассчитаны на двусторонние договоры с полярными экономическими интересами его сторон, а не на многосторонние обязательства, к которым относится договор о создании корпорации. Во-первых, многосторонний характер договора учредителей создает ситуацию, когда прекращение договорной связи в отношении одного учредителя не прекращает обязательство в отношении других его участников (за исключением отдельных случаев, например, в хозяйственных товариществах). Во-вторых, каждый из учредителей в отношении других учредителей одновременно выступает и кредитором (всех и каждого), и их должником. Так, в отношении отступного О. Ю. Шилохвост указал: «Поскольку отступное является своеобразной платой за отказ от исполнения обязательства, оно возможно во всех случаях, когда имеется обязанность одного лица совершить в силу обязательства определенное действие в пользу другого лица» <25>. ——————————— <25> Шилохвост О. Ю. Отступное — способ прекращения обязательств // Российская юстиция. 1998. N 11. С. 7.

Может ли соглашение о предоставлении отступного прекратить учредительное обязательство, в том числе при наличии двух учредителей? Представляется, ответ будет отрицательным. Спроецируем ситуацию с передачей учредителем взамен ранее согласованного имущественного вклада (нежилое здание) денежной суммы по соглашению с другими учредителями. Например, зачастую на момент передачи вклада он изъят у учредителя по другим законным основаниям, утрачены права на него и т. д. Понятное дело, что внесение денежной суммы на счет юридического лица означает оплату доли в уставном (складочном) капитале, следовательно, имущественная обязанность учредителя на этом и прекращается. Однако вести речь о полном отпадении учредительного обязательства в этом случае неправильно. Не стоит забывать: договоры о создании непременно содержат условия организационного характера, подразумевающие участие всех сторон до достижения основной цели — создания корпорации. Имущественные обязанности здесь не являются центральными, стержневыми для существования самого обязательства. Поэтому в указанном аспекте с общим выводом В. В. Долинской можно отчасти согласиться. Однако в последнее время судебная практика стала придерживаться следующего направления: условия соглашения сторон о полном прекращении обязательства путем предоставления отступного являются диспозитивным правилом, действующим в качестве нормативной презумпции. Другими словами, в соглашении об отступном можно установить обратное: отдельные обязанности сторон по основному договору сохраняют свою силу и после предоставления отступного, в частности, если стоимость предоставляемого отступного меньше долга по обязательству <26>. Следовательно, хозяйственная практика задает новое звучание статьи 409 ГК РФ: обусловленное ею соглашение об отступном более не является исключительно основанием прекращения обязательства в целом. Значит, конструкция отступного в учредительном правоотношении может использоваться, а в ряде случаев — быть весьма удобной для учредителей. ——————————— <26> См.: пункты 3 и 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 102 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 Гражданского кодекса РФ» // Вестник ВАС РФ. 2006. N 4. Надо отметить, что императивная норма пункта 1 ст. 16 Закона об ООО прямо запрещает прекращать обязанность по оплате доли в части, не покрывающей номинальную стоимость такой доли.

В судебно-арбитражной практике имеется подходящий пример. Так, по решению арбитражного суда завода в пользу научно-производственной фирмы (далее — фирма) взыскано 150000 долл. США. В ходе разбирательства суд установил, что по условиям учредительного договора завод (учредитель) обязался предоставить в пользование фирме без права продажи помещения в оплату доли. Впоследствии между сторонами договора подписано соглашение об уплате заводом фирме штрафа в размере 150000 долл. в случае одностороннего досрочного изъятия ответчиком переданных помещений. Удовлетворяя иск, суд указал: изъятие имущества состоялось, при этом обязательство по предоставлению в пользование помещения, т. е. обязательство по предоставлению вещи, заменено сторонами на обязательство по предоставлению денежных средств. Поскольку данное обязательство не противоречит требованиям статьи 409 ГК РФ об отступном, суд признал недопустимым односторонний отказ ответчика от его исполнения <27>. ——————————— <27> Постановление ФАС Московского округа от 9 января 2007 г. N КГ-А41/12486-06-П по делу N А41-К1-15818/05 // СПС «КонсультантПлюс».

По нашему мнению, соглашением об отступном учредители могут прекратить свои имущественные обязанности по договору о создании, т. е. частично прекратить учредительное правоотношение. Прекращение обязательств между учредителями зачетом (ст. 410 ГК РФ) невозможно, прежде всего когда это прямо запрещено законом: при оплате доли в учреждаемом ООО (абз. 2 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» <28>), при оплате размещенных акций в АО (п. 1 ст. 99 ГК РФ) — в указанных случаях оплата должна производиться способами, прямо указанными в самом законе. ——————————— <28> СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 785.

В остальных случаях, например при оплате вклада в складочном капитале товарищества, представляется, зачет также не применим в силу особенностей самого договора о создании юридического лица. Дело в том, что предоставление по учредительному обязательству не производится другим участникам, и в данном значении договор между ними не является взаимным. Цель договора — создание правосубъектной организации путем объединения усилий, для чего предоставление осуществляется будущему субъекту права — корпорации, не становящейся, однако, участником договора о создании юридического лица. В силу чего такое непременное условие применения зачета, как встречность засчитываемых обязательств, здесь теряет свой смысл. Направив второму учредителю заявление, что долг по оплате своей доли в капитале юридического лица погашается зачетом встречного требования ко второму учредителю (например, по оплате товара, возврату кредита), первый учредитель не сможет прекратить свою имущественную обязанность по учредительному договору. Его доля останется неоплаченной. Кроме того, верной, на наш взгляд, является точка зрения Р. С. Бевзенко и Т. Р. Фахретдинова. Они полагают, что соответствующие ограничения связаны с гарантийной функцией уставного (складочного) капитала, важнейшим требованием которой является наличность капитала: «…необходимость действительного внесения учредителями вкладов в общество с ограниченной ответственностью, необходимость действительной оплаты акций акционерного общества. Ясно, что при допущении возможности зачета требования учредителя к обществу против его обязанности внесения вклада уставный капитал не получит реального наполнения, не будет сформирован и, следовательно, не сможет выполнять свои гарантирующие функции» <29>. ——————————— <29> Бевзенко Р. С., Фахретдинов Т. Р. Зачет в гражданском праве: опыт исследования теоретической конструкции и обобщения судебной практики. М.: Статут, 2006.

Поскольку совпадение должника и кредитора в одном лице (confusio) представляет собой случай «собственно юридического совпадения встречно управомоченного и обязанного субъектов, а также… их имущественных сфер» <30>, аналогично зачету требований соответствующее основание прекращения обязательств не может использоваться в учредительном обязательстве. Дело в том, что «прекращение обязательств влечет за собой полное освобождение первоначальных должника и кредитора от всех ранее связывавших их прав и обязанностей» <31>. ——————————— <30> Кузнецова Л. В. Спорные вопросы прекращения обязательства совпадением должника и кредитора в одном лице // Вестник ВАС РФ. 2008. N 11. С. 7. <31> Гражданское право России: Курс лекций / Под ред. О. Н. Садикова. М.: Юридическая литература, 1996. Ч. 1. С. 281.

Если представить себе, что трое их четырех учредителей по договору цессии передали свое право требования к четвертому учредителю об оплате им доли, данное соглашение приведет фактически к неоплате уставного капитала, что нарушает императивные нормы корпоративного законодательства. По аналогичным основаниям невозможно прекращение всего или части договора о создании юридического лица путем прощения долга, поскольку это противоречит основной цели такого договора. Кроме того, «прекращение многостороннего договора прощением долга недопустимо и потому, что нарушит интересы не только самих участников, но и «внешних» кредиторов, что запрещено ст. 415 ГК РФ» <32>. ——————————— <32> Ламм Т. В. Указ. соч. С. 28.

Смерть гражданина-учредителя и ликвидация юридического лица — учредителя является основанием прекращения договора о создании в «объединениях лиц», таких как полное и коммандитное товарищество, что связано с особым лично-доверительным характером отношений внутри таких корпораций, по общему правилу не терпящих субъектных изменений. Указанное основание также специально закреплено в пункте 1 ст. 76, абзаце 2 п. 1 ст. 86 ГК РФ: хозяйственное товарищество ликвидируется (а учредительный договор — прекращает свое действие) в случаях смерти кого-либо из участников полного товарищества, признания одного из них безвестно отсутствующим, ликвидации участвующего в товариществе юридического лица. Однако товарищество может продолжить свою деятельность, если это предусмотрено учредительным договором товарищества или соглашением остающихся участников. Другими словами, участники по заключении учредительного договора либо после наступления соответствующих обстоятельств могут согласовать условие о продолжении действия учредительного договора далее. Необходимо учесть: подобное правило для прекращения учредительного договора действует по букве закона после государственной регистрации товарищества в качестве юридического лица, поскольку речь идет лишь об участниках товарищества, получающих такой статус с появлением правосубъектной организации. В отношении же «дорегистрационного» периода действия учредительного договора, а также договоров о создании хозяйственных обществ вопрос об их прекращении смертью учредителя остается дискуссионным и не нашедшим решения в научной литературе. Данный вопрос можно разрешить, уяснив, является ли учредительное обязательство неразрывно связанным с личностью учредителя как кредитора и должника в одном лице по смыслу статьи 418 ГК РФ. Представляется, достаточные основания для такого вывода отсутствуют. Права и обязанности учредителя (как имущественного, так и организационного порядка) могут переходить в порядке правопреемства к другим лицам, а те, в свою очередь, заместить их в таком статусе без какого-либо ущерба для существования учредительного отношения. Поэтому следует распространить правило об универсальном правопреемстве по обязательствам в случае смерти учредителя по правилам статьи 387 разд. V ГК РФ «Наследственное право». Права требования, вытекающие из договора о создании юридического лица до государственной регистрации, наследуются по общим правилам, установленным главами 61 — 64, а корпоративные права, включенные в содержание учредительного договора, — по правилам статьи 1176 ГК РФ. При ликвидации юридического лица — учредителя, по нашему мнению, прекращает свое действие лишь двусторонний договор о создании юридического лица, поскольку дальнейшее участие одного участника договорного правоотношения противоречит его природе. При большем числе участников договора о создании хозяйственного общества при ликвидации одного из учредителей в отсутствие специальной нормы подлежат применению в порядке аналогии закона (ст. 6 ГК РФ) правила статьи 451 ГК РФ «Изменение или расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств», поскольку здесь налицо существование формальных признаков «существенного изменения обстоятельств». Согласно норме пункта 2 ст. 451 оставшиеся учредители могут по соглашению привести договор о создании ООО (АО) в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами либо расторгнуть его, не имея намерений продолжать совместные действия по созданию юридического лица в отсутствие выбывшей стороны. Приведение договора в соответствие с изменившимися обстоятельствами в данном контексте подразумевает повторное согласование условий (содержания) договора, исполнение которых подразумевалось либо уже было начато ликвидированной стороной. Недостижение соответствующего соглашения влечет за собой юридические последствия в виде возможности расторжения договора о создании по иску заинтересованного лица в судебном порядке, а в исключительных случаях, перечисленных в пункте 4 ст. 451 ГК РФ, — изменения договора судом. Однако данная норма не в полном объеме учитывает интересы оставшихся учредителей, поскольку нацелена (за редким исключением) на судебное расторжение договора, т. е. прекращение на будущее прав и обязанностей сторон. Представляется, разумным и справедливым было бы регулирование, позволяющее суду более гибко подходить к разрешению спора и учитывать интерес учредителей к сохранению обязательства, даже с такой крайней мерой, как прекращение договора в отношении конкретных участников, не желающих продолжать совместную деятельность по созданию корпорации. Кроме того, имеется необходимость закрепления в ГК РФ последствий такого судебного прекращения обязательств учредителя. Позволим себе не согласиться с В. В. Долинской в части ограничения сферы применения к учредительному обязательству статьи 416 ГК РФ, касающейся прекращения обязательства невозможностью исполнения. При выделении ею нескольких вариантов такой невозможности (хозяйственно-технические факторы, определяющие невозможность изготовления предмета обязательства и невозможность его поставки; юридические факторы, определяющие невозможность должника действовать законно, целесообразно, нравственно; явления непреодолимой силы) она все же приходит к выводу: поскольку «основная форма вкладов в уставный (складочный, паевой) капитал… — денежная», невозможность исполнения исключается, а по аналогии с нормой пункта 3 ст. 401 ГК РФ следует говорить о невозможности исполнения лишь «в случае действия непреодолимой силы» <33>. ——————————— <33> Долинская В. В. Указ. соч. С. 40.

Представляется, данное правовое основание прекращения является универсальным во всех случаях, когда учредительное обязательство в своем исполнении не может достичь цели создания юридического лица. Дело в том, что гражданское законодательство не знает в качестве самостоятельного основания прекращения невозможность достижения цели, однако регулирование последствий такой невозможности является краеугольным камнем для всех видов общецелевых договоров, и это отмечается в диссертационных исследованиях <34>. Вместе с тем применение статьи 416 ГК РФ рассчитано на случаи, когда ни одна из сторон не отвечает за основания наступления невозможности исполнения. В иных же случаях, на наш взгляд, суду при рассмотрении соответствующих споров следует правильно квалифицировать такие основания прекращения (расторжения) договора и применять требуемые нормы (например, пункт 2 ст. 450 ГК РФ — при существенном нарушении договора о создании одной из сторон, статью 451 ГК РФ — при существенном изменении обстоятельств). ——————————— <34> Ламм Т. В. Указ. соч. С. 27, 28.

Большой вопрос вызывает возможность новирования договора о создании юридического лица в другое обязательство (новация). Например, В. В. Долинская называет случаем новации трансформацию учредительного договора в договор простого товарищества. Не оспаривая принципиальную возможность новации учредительного обязательства, думается, после создания корпорации замена первоначального обязательства (например, обязанности по оплате доли, вклада, акции) другим обязательством невозможна в хозяйственных обществах по причине императивного запрета (п. 2 ст. 90, п. 2 ст. 99 ГК РФ), а в хозяйственных товариществах — в силу прямого действия специальных правил, касающихся замены предмета или способа исполнения. Если речь идет о замене обязательства другим договором о создании юридического лица, имеет место преобразование товарищества (ст. 68 ГК РФ) как форма реорганизации, а не его «новация» <35>, представляющая собой обязательственно-правовой институт. Если же учредители решили на базе имущества хозяйственного товарищества создать простое товарищество (гл. 55 ГК РФ), им не удастся новировать правоотношение в обход норм, определяющих порядок ликвидации юридического лица. Учредители в данном случае могут претендовать лишь на ликвидационный остаток (п. 7 ст. 63 ГК РФ). ——————————— <35> Используемая здесь В. В. Долинской терминология представляется не вполне точной.

Особенности договоров о создании корпораций не могут исключать возможность использования его учредителями общих оснований расторжения договора, установленных статьями 450 и 451 ГК РФ. В то же время расторжение гражданско-правового договора представляет собой случай прекращения обязательства; следовательно, при использовании соответствующего категориального аппарата в учредительных обязательствах нельзя «плодить сущности», сводя к расторжению большинство случаев модификации отношений учредителей. Так, каждый из учредителей имеет право одностороннего отказа от исполнения договора о создании юридического лица только в случаях, предусмотренных законом или договором (ст. 310, п. 2 ст. 407, п. 3 ст. 450 ГК РФ). Однако отказ учредителя от дальнейшего участия в договоре может иметь разные правовые последствия в зависимости от характера договора, количества сторон и факта государственной регистрации юридического лица. Рассмотрим возможные варианты. Первый вариант. Отказ от исполнения влечет за собой расторжение договора о создании в общем порядке и с последствиями, указанными в статье 453 ГК РФ, т. е. с прекращением обязательства на будущее время. О каких договорах учредителей здесь идет речь? Во-первых, могут быть расторгнуты любые договоры о создании, не относящиеся к учредительным документам корпорации, как до, так и после регистрации корпорации; во-вторых, институт расторжения не претит специфике учредительных договоров, но до регистрации, поскольку на данный момент действуют лишь обязательственные условия соглашения, после же регистрации изменение состава участников осуществляется в силу специальных институтов, существенно отличающихся от рассматриваемых; в-третьих, первый вариант возможен только в двусторонних договорах о создании, при большем числе участников действует третий вариант. Второй вариант. Отказ от исполнения влечет прекращение договора, относящегося к числу учредительных документов, с процедурой и юридическими последствиями, установленными специальными корпоративными нормами. Так, право выхода учредителя хозяйственного товарищества обозначено в статье 77 ГК РФ, что влечет за собой прекращение товарищества как общее правило (ст. 81 ГК РФ). И хотя законодательно момент, с которого возможно применять данную норму, не обозначен, но по ее смыслу следует, что имеется в виду «разрыв» по инициативе учредителя (товарища) корпоративного отношения, возникающего после регистрации товарищества. Третий вариант. Односторонний отказ от исполнения влечет изменение договора о создании, поскольку происходят модификации обязательства в субъектном составе и его содержании. Соответствующий расклад наблюдается в многосторонних договорах о создании. Действительно, выход из учредительного отношения одного из учредителей не может таким образом разбалансировать существующую правовую связь, чтобы привести к юридической и фактической невозможности достижения основной цели учредительства. Другими словами, договор о создании прекращается в отношении выходящего из него учредителя, что равнозначно его изменению. Можно говорить о едином подходе в институтах изменения «неучредительных» договоров о создании и учредительных договоров до момента создания корпорации. Выход из многостороннего договора о создании на этой стадии влечет прекращение учредительных прав и обязанностей вышедшего лица на будущее время (п. 2 ст. 453 ГК РФ). Другой вопрос возникает, когда появляется необходимость имплементации общих положений об изменении (расторжении) договора в судебном порядке (п. 2 ст. 450 ГК РФ) в договор о создании. Многосторонний характер договора о создании корпоративной структуры накладывает и здесь свой отпечаток. Во-первых, соответствующее требование может быть предъявлено в суд не только одним, но и несколькими учредителями. Во-вторых, судебное решение может повлечь в ряде случаев прекращение договора лишь в отношении конкретного лица и изменение учредительного обязательства по субъектному составу. Наиболее распространенным случаем судебного расторжения называют исключение учредителя из корпоративной организации. Подобная возможность принудительного прекращения членских правоотношений предусмотрена законодательством в отношении учредителей хозяйственных товариществ (п. 2 ст. 76, п. 2 ст. 82 ГК РФ), производственного кооператива (п. 2 ст. 111 ГК РФ), ООО (ст. 10 Закона об ООО), жилищного накопительного кооператива (ст. 10 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 215-ФЗ «О жилищных накопительных кооперативах» <36>). ——————————— <36> СЗ РФ. 2005. N 1 (ч. I). Ст. 41.

Позиция современной науки и практики состоит в том, что с вступлением в законную силу соответствующего судебного решения между участником корпорации и самой корпорацией прекращается правоотношение участия (членства). Соответственно происходит изменение учредительного договора, связанное с исключением одного из участников общества, и расторжение договора в отношении данного лица <37>. А в недавних публикациях также уточняется: «…законодательство об ООО не содержит норм о порядке одностороннего расторжения договора в отношении исключаемого участника. Вследствие отсутствия специальных норм применению подлежат общие нормы ГК РФ о договорах и сделках» <38>. ——————————— <37> Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008; Витрянский В. В., Ем В. С., Козлова Н. В. и др. Гражданское право: Учебник; пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». <38> Урюжникова А. В. К вопросу об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью // Юрист. 2006. N 8. С. 11.

Однако еще Е. А. Суханов выражал недоверие к такому «договорному подходу», называя его «искусственным» <39>, не раскрывая, правда, причины для такого вывода. ——————————— <39> Суханов Е. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. 1998. N 5. С. 47.

На наш взгляд, институт исключения члена корпорации из ее рядов не имеет ничего общего с расторжением договора о создании юридического лица. Экстраполяция соответствующего института на правовые нормы об исключении участника на практике может лишь разрушить устоявшиеся воззрения на систему гражданско-правовых мер защиты. Расторжение по смыслу статей 450 и 453 ГК РФ не может быть частичным, подразумевает уничтожение действия обязательства в целом. Между тем исключение, которое применяется в качестве меры корпоративного принуждения только после создания корпорации, влечет изменение договора о создании с сохранением его в измененном виде на будущее. При этом случившийся принудительный «выход» учредителя прекращает как корпоративное, так и обязательственное (учредительное) правоотношение в отношении его. Вместе с тем корпоративный иск об исключении учредителя не является обязательственно-правовым иском о расторжении договора по основаниям и в порядке статей 450, 452, 453 ГК РФ. В противном случае мы будем вынуждены признать возможность использования договорного способа защиты лицом, не являющимся стороной договора (в частности, право требования исключения из общества учредителя имеется у участников ООО с совокупной долей не менее 10% уставного капитала общества). Кроме того, основаниями для исключения могут служить действия (бездействие) учредителя, не связанные с исполнением учредительного обязательства, а в судебной практике в подавляющем большинстве случаев такими основаниями являются злоупотребление корпоративными правами либо их прямое нарушение <40>. В то же время судебное расторжение договора связано либо с существенным нарушением обязательства (подп. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ), либо с иными негативными действиями контрагента, но вытекающими из самого договора (п. 2 ст. 428, п. 2 ст. 578, ст. 619, 620, п. 2 ст. 687 ГК РФ), а не из последующих правоотношений, возникших на базе юридических фактов (сделок), имеющих место при исполнении договора. ——————————— <40> См., например: подпункт «б» п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 90, Пленума ВАС РФ N 14 от 9 декабря 1999 г. «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»; Постановление Президиума ВАС РФ от 26 августа 2003 г. N 7325/03 по делу N А73-8694/2002-10 // СПС «КонсультантПлюс»; Постановление ФАС Московского округа от 28 июня 2010 г. N КГ-А41/5167-10-П по делу N А41-15319/08 // URL: http://kad. arbitr. ru/Card/efe951ee-6d86-43c1-b3a4-38fbed854919.

Таким образом, исключение по аналогии с выходом учредителя из состава корпорации влечет за собой изменение договора о создании или его прекращение (в случае сохранения в корпорации лишь одного учредителя). Одним из спорных моментов, продолжающих оставаться дискуссионным в науке, является решение вопроса о юридических последствиях изменения (прекращения) договора о создании корпорации. На наш взгляд, возможность применения положений пункта 4 ст. 453 ГК РФ к договору о создании вызывает большие сомнения. Указанная норма устанавливает: стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. Данное правило предусмотрено для договоров со встречным предоставлением. В свою очередь, предоставление по учредительному правоотношению как элемент исполнения не подразумевает в качестве своего адресата конкретного учредителя или даже всех остальных учредителей. Также очевидно, что действие этой нормы рассчитано на случай, когда расторжение договора происходит в ситуации равенства имущественных предоставлений, сделанных друг другу сторонами договора <41>, чего не наблюдаем в договоре о создании, где учредители не связаны рыночным равенством передаваемого имущества и других объектов гражданских прав. ——————————— <41> Бевзенко Р. С. Некоторые вопросы судебной практики применения положений гл. 29 ГК РФ об изменении и расторжении договора // Вестник гражданского права. 2010. N 2. С. 168.

Наибольшее распространение сейчас получил подход, в соответствии с которым исполнение, переданное по расторгнутому договору, может быть признано неосновательным обогащением другой стороны расторгнутого договора в отсутствие или в случае неравнозначности встречного предоставления <42>. Однако предложенное наукой и судебной практикой решение о распространении кондикционных обязательств на договорные отношения в целях защиты стороны расторгнутого и им исполненного договора не может быть применено к расторжению (изменению) договора о создании корпорации. В силу отсутствия признака встречности учредители не могут быть в роли незаконного приобретателя имущества по смыслу статьи 1102 ГК РФ, поскольку не приобретают и не сберегают имущество другого учредителя. Не является таким «приобретателем» и юридическое лицо, которое на данный момент еще не существует как правосубъектное образование. ——————————— <42> См., например: пункт 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11 января 2000 г. N 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»; Ем В. С. Обязательства вследствие неосновательного обогащения // Законодательство. 1999. N 7.

Таким образом, можно констатировать: вопрос о судьбе имущества, служившего предметом исполнения договора о создании со стороны вышедшего из него учредителя, в настоящий момент не решен. Применение по аналогии, если оно здесь вообще уместно, предусмотренных статьями 78, 94 ГК РФ последствий выхода участника из корпорации также не соответствует интересам учредителей (например, выплата действительной стоимости доли в ООО не равнозначна стоимости переданного во вклад имущества), да и ответчиком по иску о возврате имущества (обязательственно-правовой спор) вряд ли сможет стать само юридическое лицо — не сторона договора о создании. В научной литературе прозвучала следующая мысль: при расторжении «в случае внесения имущества в счет оплаты вкладов в уставный (складочный, паевой) капитал оно возвращается инвесторам» <43>. Выход из ситуации видим только за введением самостоятельных положений в ГК РФ, регулирующих порядок возврата имущества, переданного до расторжения учредителем в оплату уставного (складочного) капитала корпорации. ——————————— <43> Долинская В. В. Указ. соч. С. 39.

Другое дело, если произошли выход либо исключение учредителя. Данные юридические факты не являются основаниями для возврата имущества, переданного в качестве вклада, что связано с целью защиты интересов юридического лица, у кого право собственности или иное право на имущество в данном случае возникло. С учетом общецелевого характера сделки о создании корпоративной организации ее расторжение влечет исчерпывание правомочия кредитора требовать исполнения всех обязанностей должника (другого учредителя), как будущих, так и тех, срок исполнения которых наступил. Указанная особенность отличает учредительное обязательство от большинства договоров. Следовательно, сделанный в судебной практике вывод, что кредитор вправе требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора <44>, здесь не может быть применим. ——————————— <44> См. Постановление Президиума ВАС РФ от 18 мая 2010 г. N 1059/10 по делу N А45-4646/2009 // URL: http://kad. arbitr. ru/Card/4da73ff9-9175-4b47-829e-89c61364930b.

После создания корпорации любая модификация договора о создании, как уже было сказано, преломляется через интересы корпоративных участников и самой юридической личности, поэтому находится в прямой зависимости от наличия или утраты корпоративного статуса конкретного учредителя. По данной причине любой выход или исключение учредителя не должно сказываться на имущественном положении самой организации. Для реализации такой цели законодателем введены дополнительные гарантии для хозяйствующих субъектов. Однако система гарантий установлена не во всех требуемых случаях, что снижает ее действенность. В силу пункта 4 ст. 26 Закона об ООО любой выход учредителя не прекращает его учредительную обязанность по оплате вклада, исполнение которой является условием встречных имущественных предоставлений со стороны корпорации, связанных с прекращением участия <45>, тогда как соответствующая норма по хозяйственным товариществам и другим формам корпоративных образований не установлена, что формально позволяет учредителям злоупотреблять своим правом на выход из юридического лица. ——————————— <45> См.: Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 15 марта 2005 г. N Ф04-694/2005(8751-А70-11) // СПС «КонсультантПлюс».

Как уже было сказано, прекращение учредительного договора по специальным основаниям, изложенным в статье 76 ГК РФ, влечет за собой проведение ликвидационных процедур и направлено в первую очередь на исчерпание собой корпоративного правоотношения. Однако вместе с ним прекращают свое действие неисполненные учредительные обязанности, входящие в содержание учредительного договора.

Библиография

Алексеев С. С. Общая теория социалистического права. Свердловск, 1964. Вып. 2. Басин Ю. Г. Вопросы советского жилищного права. Алма-Ата, 1963. Бевзенко Р. С. Некоторые вопросы судебной практики применения положений гл. 29 ГК РФ об изменении и расторжении договора // Вестник гражданского права. 2010. N 2. Бевзенко Р. С., Фахретдинов Т. Р. Зачет в гражданском праве: опыт исследования теоретической конструкции и обобщения судебной практики. М.: Статут, 2006. Брагинский М. И. Договоры об учреждении коллективных образований // Право и экономика. 2003. N 3. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография М. И. Брагинского, В. В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное). —————————————————————— Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения. М., 2011. Книга первая: Общие положения. Витрянский В. В., Ем В. С., Козлова Н. В. и др. Гражданское право: Учебник: В 2 т. / Под ред. Е. А. Суханова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2005. Гавзе Ф. И. Обязательственное право (общие положения). Минск: Изд-во БГУ им. В. И. Ленина, 1968. Гражданское право России: Курс лекций / Под ред. О. Н. Садикова. М.: Юридическая литература, 1996. Ч. 1. Долинская В. В. Договоры в предпринимательской деятельности: Учеб. пособ. М.: Эксмо, 2005. Долинская В. В. Прекращение договоров о создании юридических лиц // Законы России: опыт, анализ, практика. 2008. N 2. Ем В. С. Обязательства вследствие неосновательного обогащения // Законодательство. 1999. N 7. Иоффе О. С. Обязательственное право. М.: Госюриздат, 1975. Иоффе О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Л., 1949. Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Госюриздат, 1958. Кузнецова Л. В. Спорные вопросы прекращения обязательства совпадением должника и кредитора в одном лице // Вестник ВАС РФ. 2008. N 11. Ламм Т. В. Многосторонние договоры в гражданском праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2003. Лесин Б. С. Изменение жилищных правоотношений // Вестник ЛГУ. Экономика, философия и право. 1970. N 25. Вып. 4. Ломакин Д. В. Договоры о создании и реорганизации юридических лиц: значение и место в структуре Гражданского кодекса РФ // Законодательство. 2004. N 2. Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008. Мананкова Р. П. Развитие теории гражданско-правового договора. Томск: Томский государственный университет, 2007. Новикова А. А. Правовая природа договора о создании хозяйственного общества // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011. N 5. Рожкова М. А. К вопросу о динамике обязательств // СПС «КонсультантПлюс». 2013. Сикачев М. Н. Договоры о создании юридических лиц в российском гражданском законодательстве // Нотариус. 2010. N 2. Степанов Д. И. Особенности договора учредителей о создании акционерного общества // Хозяйство и право. 2000. N 2. Суханов Е. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. 1998. N 5. Урюжникова А. В. К вопросу об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью // Юрист. 2006. N 8. Цепов Г. В. Акционерные общества: теория и практика: Учеб. пособие. М., 2008. Черепахин Б. Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву. М.: Госюриздат, 1962. Шапкина Г. С. Применение акционерного законодательства. М.: Статут, 2009. Шилохвост О. Отступное — способ прекращения обязательств // Российская юстиция. 1998. N 11.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *