Миллионная репутационная компенсация

(Гаврилов Е.) («ЭЖ-Юрист», 2014, NN 18, 19) Текст документа

МИЛЛИОННАЯ РЕПУТАЦИОННАЯ КОМПЕНСАЦИЯ

/»ЭЖ-Юрист», 2014, N 18/

Е. ГАВРИЛОВ

Евгений Гаврилов, специалист-эксперт, юридический отдел, экспертно-правовое управление, г. Красноярск.

В конце 2013 года компенсация нематериального (репутационного) вреда юридическим лицам отметила десятилетие своего существования в судебно-арбитражной практике РФ. При этом имеется не более 10 случаев, прошедших кассационное рассмотрение, по итогам которого была взыскана компенсация, превышающая 1 млн. руб. Рассмотрим три из них с наибольшей суммой репутационной компенсации.

30 млн. руб.

«ОАО «Альфа-Банк» vs ЗАО «Коммерсантъ. Издательский дом» (2004 — 2005) — пожалуй, самое известное судебное дело о взыскании в пользу коммерческой организации компенсации нематериального (репутационного) вреда: два бизнес-гиганта, первый случай взыскания баснословной суммы компенсации, детальный анализ прецедентного характера указанного судебного дела в российской юридической литературе (Постановление ФАС МО от 30.03.2005 N КГ-А40/1052-05). Поводом для судебного разбирательства явилась опубликованная в газете «Коммерсантъ» статья, в которой сообщалось о появлении финансовых проблем у ОАО «Альфа-Банк», о большом количестве клиентов, которые в спешном порядке снимают деньги с банковских карт указанного банка, о том, что несколько отделений банка были закрыты, а в банкоматах закончилась наличность, и т. п. Помимо реализации опровержения и частичного возмещения убытков ОАО «Альфа-Банк» удалось добиться «возмещения репутационного вреда, причиненного умалением деловой репутации» (формулировка суда первой инстанции), «взыскания нематериального (репутационного) вреда» (формулировка суда апелляционной инстанции), «возмещения нематериального вреда» (формулировка суда кассационной инстанции). При применении данного способа защиты деловой репутации арбитражные суды исходили из значения, которое имеет для истца опубликование порочащих сведений в СМИ, реакции вкладчиков после прочтения газеты, печатающейся в 18 городах РФ: отток вкладов более чем на 6 млрд. руб., что представляет материальное выражение утраты доверия со стороны клиентов банка. Нормативным основанием компенсации нематериального вреда выступили ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, Определение КС РФ от 04.12.2003 N 508-О, п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 N 3, Постановление ЕСПЧ от 06.04.2000 по делу «Компания «Комингерсол С. А.» против Португалии». Ссылаясь на ст. 1101 ГК РФ, учитывая требования разумности и справедливости при определении размера компенсации нематериального вреда, арбитражный кассационный суд снизил размер денежной компенсации с 300 млн. руб. до 30 млн. Пожалуй, это самая большая сумма репутационной компенсации в России. По нашему мнению, получение 30-миллионной репутационной компенсации обусловлено тем, что как таковой практики взыскания подобной компенсации в пользу юридических лиц на тот период еще не было (не с кем и не с чем было сравнивать). Огромную роль сыграли значимость деловой репутации для истца, широкое распространение известным СМИ порочащих сведений (особенно в условиях нестабильной финансовой ситуации в стране), а также образовавшиеся у истца вследствие утраты деловой репутации миллиардные убытки в виде оттока вкладов (образовавшиеся убытки были частично восполнены с помощью возмещения убытков). Грамотно использовалась доказательственная база (свидетельские показания, видеозаписи и др.). Просчетом ответчика можно считать то, что он вместо того, чтобы акцентировать внимание на огромной сумме взыскания, ее несоразмерности причиненному вреду и ущемлении СМИ, делал упор на отсутствие правовых норм, устанавливающих возможность взыскания нематериального вреда, причиненного умалением деловой репутации юридического лица. В суде первой инстанции ответчик не представил возражений против суммы репутационной компенсации, не назвал ее разорительной или непосильной. В итоге судебное дело «ОАО «Альфа-Банк» vs ЗАО «Коммерсантъ. Издательский дом» стало классикой жанра в вопросах репутационной компенсации, а адвокаты ответчика были вынуждены отстаивать свою мнимую правоту уже не в суде, а на страницах юридической литературы <1>. Благо, что их теоретические воззрения не возымели действия и не повлияли на сложившуюся судебно-арбитражную практику по делам о защите деловой репутации юридических лиц. ——————————— <1> Астахов П. А. Защита деловой репутации юридических лиц в отсутствие специального закона // Корпоративные споры. 2005. N А (Октябрь); Он же. О защите чести и деловой репутации юридических лиц // Современное право. 2005. N 12; Он же. О соотношении репутационного и морального вреда с убытками // Вестник Московского университета МВД России. 2005. N 1; Скловский К. И. Задача адвоката — оценить и объяснить клиенту перспективы обращения в суд // Арбитражная практика. 2010. N 8; Он же. Об ответственности средств массовой информации за причинение вреда деловой репутации // Хозяйство и право. 2005. N 3; Он же. Причинение вреда деловой репутации // ЭЖ-Юрист. 2004. N 49; Он же. Собственность в гражданском праве. 5-е изд., перераб. М.: Статут, 2010.

10 млн. руб.

Дело «ООО «Стройгазконсалтинг» vs ОАО «494 Управление начальника работ» (2011 — 2012) связано с деятельностью в сфере строительства, без участия СМИ (Постановление ФАС МО от 29.12.2012 по делу N А41-32612/11). Поводом для судебного разбирательства явилось направление ответчиком члену правления ОАО «Газпром» (инвестору строительства) письма, содержащего сведения, которые могут создавать у заказчиков истца ложное представление о его деятельности с использованием контрафактных материалов в строительстве автомагистралей. Арбитражные суды признали указанные сведения недействительными и порочащими деловую репутацию ООО «Стройгазконсалтинг», обязали направить инвестору строительства письмо с опровержением, взыскали с ответчика 10 млн. руб. в качестве нематериального (репутационного) вреда. При взыскании репутационной компенсации арбитражные суды руководствовались п. 2 ст. 151, ст. 152, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 N 3. Ответчик в кассационной жалобе пытался оспорить вынесенные судебные акты. Среди прочего указывал, что «сам по себе факт распространения не соответствующих действительности сведений порочащего содержания не является безусловным основанием для взыскания денежных средств как компенсации вреда, а отсутствие доказательств, достоверно подтверждающих возникновение реальных негативных последствий для деловой репутации заявителя, влечет отказ в удовлетворении требования о денежной компенсации репутационного вреда. Доказательства реальных негативных последствий для деловой репутации истца в материалах дела отсутствуют. Наоборот, истец участвует в строительстве спорного объекта до настоящего времени, что он сам признает». Арбитражный кассационный суд не нашел оснований отменять судебные акты нижестоящих судов. ФАС МО отметил: «Применение к нарушению деловой репутации именно такого способа защиты, как компенсация, хоть и выраженного в денежной форме, но носящего компенсаторный характер, то есть не являющегося эквивалентом нарушенного нематериального блага, обусловлено не только невозможностью определения стоимостной оценки такого нематериального блага, как деловая репутация, но и целевым назначением данного способа защиты (компенсация), направленным не на возмещение вреда и возвращение потерпевшего в первоначальное положение (что исходя из нематериального характера нарушенного права невозможно), а на уравновешивание неимущественной потери. Таким образом, законодателем определено, что размер компенсации не зависит от стоимости возможных имущественных потерь, связанных с распространением не соответствующих действительности, порочащих сведений, поскольку лицо, чья деловая репутация была нарушена, вправе требовать от нарушителя не только компенсации, но и возмещения убытков, причиненных распространением порочащих сведений (п. 5 ст. 152 ГК РФ). Окончательный размер компенсации определяется судом, при этом суд не может быть связан с тем размером компенсации, на котором настаивает истец, а исходит из положений ч. 2 ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, согласно которым основополагающим принципом при определении размера подлежащей взысканию компенсации являются требования разумности и справедливости, предполагающие добросовестный баланс своих и чужих интересов, учет имущественного положения причинителя вреда и поведения самого потерпевшего, соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения». Думается, взыскание репутационной компенсации в таком большом размере (10 млн. руб.) обусловлено отчасти тем, что ответчик не является СМИ. Соответственно не действуют ограничения размера компенсации, связанные со статусом СМИ как «сторожевого пса демократии». Истец правильно сделал, что представил в материалы дела заключение комиссии специалистов, подтверждающее наличие диффамационных признаков. Ответчик не оспаривал возможности компенсации нематериального вреда юридическому лицу (как это было в предыдущем деле), а лишь указывал на необходимость представления доказательств реальных негативных последствий для деловой репутации истца. Действительно, анализ судебных актов по рассматриваемому делу показывает, что истец особо не заморачивался с обоснованием нематериального (репутационного) вреда, не представил доказательств реальных негативных последствий для своей деловой репутации. Однако арбитражные суды посчитали, что при доказанности диффамации в любом случае необходимо осуществить «уравновешивание неимущественной потери» посредством репутационной компенсации. Причем судебные инстанции отметили, что «размер компенсации не зависит от стоимости возможных имущественных потерь». Иными словами, компенсация нематериального вреда не есть возмещение убытков.

3,5 млн. руб.

Суть дела «ОАО «Судостроительный завод «Красные Баррикады» vs ОАО «Группа Каспийская Энергия» (2010 — 2011) в том, что о заводе были распространены ложные сведения о его грядущем объединении (Постановление ФАС ПО от 19.07.2011 по делу N А06-590/2010). Необычной была форма распространения сведений — в виде рекламы на автомобилях. Из Интернета об этом узнали иностранные партнеры завода и отказались с ним сотрудничать, мотивировав это «неопределенностью ситуации в структуре собственника», «попыткой враждебного поглощения завода». Посчитав, что от такой антирекламы происходит умаление деловой репутации и возникает упущенная выгода, завод обратился в арбитражный суд. Арбитражный суд согласился с наличием вреда деловой репутации и со ссылками на ст. 152, п. 2 ст. 1101 ГК РФ и компенсировал заводу «ущерб, причиненный деловой репутации, в размере 3,5 млн. руб.». ФАС ПО отметил: «Информационное сообщение… на автомобилях, как установлено судом первой инстанции, носит не рекламный, а антирекламный характер по отношению к ОАО «ССЗ «Красные Баррикады», поскольку завод представлен в нем как пассивный участник объединения и речь идет о его возможной реорганизации. Такая реклама направлена на ослабление деловой репутации завода и тем самым заставляет контрагентов, клиентов, потребителей, деловых партнеров пересмотреть тот набор качеств и те оценки, с которыми их носитель ассоциируется. Это подтверждается письмами директора компании N СС и председателя компании Rossetti Marino Spa, направленными в УФАС по Астраханской области. Такие действия искажают реальные намерения ОАО «ССЗ «Красные Баррикады», ослабляют его позиции в производственной и предпринимательской действительности и наносят ущерб его деловой репутации». При этом арбитражные суды не приняли во внимание представленный истцом отчет об оценке рыночной стоимости его деловой репутации в размере 494549000 руб. С учетом характера причиненного вреда, разумности и справедливости суд первой инстанции установил размер компенсации в сумме 3,5 млн. руб. С этим решением согласились вышестоящие инстанции. Действительно, экономическая оценка деловой репутации не учитывает нематериальную составляющую деловой репутации, которая априори не поддается точному денежному исчислению. Более того, оценка рыночной стоимости самой деловой репутации не есть оценка вреда деловой репутации. Нематериальный характер такого вреда предполагает судебное усмотрение на основании общих критериев, включая разумность и справедливость. Интересной особенностью данного дела является то, что факт распространения порочащей ложной информации в отношении ОАО «Судостроительный завод «Красные Баррикады» был установлен ранее решением УФАС по Астраханской области от 13.10.2008, оставленным без изменения решением и Постановлением арбитражных судов по делу N А06-6373/2008. В связи с этим факт распространения недостоверной информации и наличие ущерба деловой репутации повторно не доказывались (в силу ч. 2 ст. 69 АПК РФ). На основании анализа вышеназванных судебных дел можно констатировать следующее. Взыскание репутационной компенсации произойдет только при наличии вреда деловой репутации. При этом наличие такого вреда, установленного вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказывается вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела с участием тех же лиц. Репутационная компенсация призвана уравновесить неимущественные потери, которые не поддаются точной денежной оценке, не могут подтверждаться экономической оценкой рыночной стоимости деловой репутации. Истцы не ограничены в запрашиваемой сумме репутационной компенсации. Арбитражный суд может согласиться с этой суммой, а может уменьшить ее до разумных и справедливых пределов, руководствуясь, насколько это возможно, аналогией с компенсацией морального вреда. Помимо этого, учитываются статус истца и ответчика (СМИ или не СМИ), значимость для истца деловой репутации, наличие или отсутствие возражений ответчика относительно размера запрашиваемой денежной компенсации, добросовестный баланс своих и чужих интересов и др. Наряду с компенсацией нематериального (репутационного) вреда можно требовать возмещения убытков, с доказыванием которых возникают определенные сложности.

/»ЭЖ-Юрист», 2014, N 19/

В конце 2013 года компенсация нематериального (репутационного) вреда юридическим лицам отметила десятилетие своего существования в судебно-арбитражной практике РФ. При этом имеется не более 10 случаев, прошедших кассационное рассмотрение, по итогам которого была взыскана компенсация, превышающая 1 млн. руб. В данной статье рассмотрим очередные три дела.

3,549 млн. руб.

Судебное дело «ФГОУ ВПО «Северо-Западная академия государственной службы» vs ЗАО «Коммерсантъ» в Санкт-Петербурге» и Цыганов А. Б.» (2006 — 2008) — пример того, как следует защищать деловую репутацию образовательной организации высшего образования от диффамации со стороны СМИ. Поводом для судебного разбирательства явилось опубликование в газете «Коммерсантъ» в Санкт-Петербурге» двух статей, из которых следовало, что вуз является недобросовестным хозяйствующим субъектом, совершающим мошеннические действия в сфере строительства и ремонта. Помимо опровержения ФГОУ ВПО «Северо-Западная академия государственной службы» просило суд взыскать с ЗАО «Коммерсантъ» в Санкт-Петербурге» 269,5 млн. руб., а с автора статей А. Б. Цыганова — 500 тыс. руб. «денежной компенсации за репутационный вред» (с учетом уточнений). Итого: 270 млн. руб. Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.10.2007 в иске отказано. Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2007 решение суда первой инстанции отменено как принятое с нарушением п. 6 ч. 4 ст. 270 АПК РФ, дело назначено к рассмотрению по правилам суда первой инстанции. Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2008 иск был удовлетворен в части опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений. Кроме того, данный суд взыскал в пользу истца с первого ответчика (СМИ) 3,479 млн. руб., с А. Б. Цыганова — 70 тыс. руб. «в возмещение репутационного вреда». Итого: 3,549 млн. руб. Постановлением ФАС СЗО от 26.05.2008 по делу N А56-52389/2006 вышеназванное Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения, а кассационные жалобы ответчиков — без удовлетворения. Определением ВАС РФ от 05.08.2008 N 10168/08 в передаче в Президиум ВАС РФ дела N А56-52389/06 для пересмотра в порядке надзора Постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2008 и Постановления ФАС ЗСО от 26.05.2008 отказано. Нормативным основанием компенсации нематериального (репутационного) вреда выступили Определение КС РФ от 04.12.2003 N 508-О, п. 2 ст. 151, ст. 152, ст. 1101 ГК РФ, ст. 62 Закона РФ от 27.12.1991 N 2124-1 «О средствах массовой информации», Постановление Европейского суда по правам человека от 06.04.2000 по делу «Компания Комингерсол С. А. против Португалии». Взыскивая репутационную компенсацию, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отметил: «Поскольку характер сведений признан недостоверным, это свидетельствует о том, что истцу причинен репутационный вред, соразмерность которого заявленному размеру денежной компенсации оценивает суд». Таким образом, по мнению арбитражного апелляционного суда, факт диффамации в обязательном порядке влечет обязательства по компенсации нематериального (репутационного) вреда. Арбитражный суд лишь оценивает размер взыскания в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения. Тринадцатый арбитражный апелляционный суд обосновал необходимость взыскания репутационной компенсации в общей сумме 3,549 млн. руб. следующими факторами: распространение диффамации в газетных рубриках «Происшествие» и «Следствие»; указание на «президентский» статус вуза (это создавало дополнительные условия для привлечения к нему интереса читателей); обстоятельства, связанные с расследованием уголовного дела (о котором сообщалось в оспариваемых статьях), явились предметом внимания аппарата полномочного представителя Президента РФ в СЗФО; неразовый характер публикаций; «статьи появлялись в период формирования учебных планов, что могло оказать влияние на конкурентоспособность истца на рынке образовательных услуг»; соразмерность и разумность; уклонение ответчиков от мирного урегулирования спора, несмотря на неоднократные обращения истца; временные затраты, потребовавшиеся для восстановления нарушенных прав истца; создание отрицательного общественного мнения в области осуществления деятельности государственным учреждением; размещение диффамации в региональной газете, имеющей тысячные тиражи; нарушение принципов журналистской деятельности (Постановление от 22.02.2008 по делу N А56-52389/2006). Следует отметить хорошую подготовленность представителей истца. Очевидно, что, предъявляя иск к ответчикам, они изучили прецедентное судебное дело «ОАО «Альфа-Банк» vs ЗАО «Коммерсантъ. Издательский Дом» (об этом говорит как минимум изначально запрашиваемая сумма репутационной компенсации — 30 млн. руб., именно такая сумма была взыскана по итогам указанного прецедентного дела). В качестве одного из доказательств диффамации (основание для взыскания репутационной компенсации) использовалось лингвистическое заключение Института лингвистических исследований РАН. Истцам на руку сыграло то, что ответчики не представили доказательств достоверности распространенных сведений (это его процессуальная обязанность по данной категории дел). К просчетам ответчиков можно отнести и то, что они вместо того, чтобы акцентировать внимание на огромной сумме взыскания, ее несоразмерности причиненному вреду и ущемлении СМИ, настаивали на том, что требования о возмещении репутационного вреда вправе предъявлять лишь коммерческие организации, к которым истец не относится. Думается, указанный тезис о применимости репутационной компенсации лишь в отношении коммерческих организаций не основан на праве, так как искусственно сужает круг лиц, заинтересованных в получении репутационной компенсации. Деловая репутация играет важную роль не только для компаний, но и для некоммерческих организаций, в том числе в сфере высшего образования.

2,1 млн. руб.

Судебное дело «ООО «Сибирский источник-1» vs ЗАО «Издательский дом «Комсомольская правда» и Агафонов А. С.» (2010) касалось защиты деловой репутации производителя бутилированной воды FAMILY spring. В нескольких статьях новосибирского выпуска газеты «Комсомольская правда» в разделе «Ситуация» одним и тем же автором были распространены сведения о том, что производимая компанией вода добывается из подземной линзы, расположенной под кладбищем; источник воды загрязняется бактериями и т. п. ООО «Сибирский источник-1» обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области за защитой своей деловой репутации. Среди прочего просило взыскать с ответчиков в общей сумме 5 млн. руб. репутационной компенсации. Исковые требования удовлетворены частично, с ЗАО «Издательский дом «Комсомольская правда» в пользу истца взыскано 2 млн. руб., с автора статей — 100 тыс. руб. Нормативным основанием компенсации нематериального (репутационного) вреда выступили ст. ст. 151, 152, 1101 ГК РФ. Заметим, что по данному делу суды не обращались к практике КС РФ (имеется в виду Определение КС РФ от 04.12.2003 N 508-О) и ЕСПЧ (имеется в виду Постановление ЕСПЧ от 06.04.2000 по делу «Компания Комингерсол С. А. против Португалии»). ФАС ЗСО счел правомерным вывод нижестоящих судебных инстанций о том, что указанные в спорных статьях не соответствующие действительности сведения вводят в заблуждение читателей относительно условий добычи, производства и качества воды, фасуемой истцом в емкости; формируют у читателей отвращение к фасуемой истцом воде и мнение об истце как о недобросовестном производителе некачественной питьевой воды, обманывающем потребителей. Кроме того, суды отметили о намеренности распространения не соответствующих действительности сведений. На это указывает отсутствие доказательств принятия автором перед публикацией надлежащих мер по их проверке, обращения к истцу за получением необходимой информации, а также то, что публикация статьи «Природную» воду рассмотрят под микроскопом» была продолжена даже после размещения в газете «Комсомольская правда» статьи «Грязными руками в чистую скважину» с опровержениями опубликованных недостоверных сведений (Постановление ФАС ЗСО от 14.12.2010 по делу N А45-4263/2010). При определении размера репутационной компенсации суды учли количество и длительность публикации сведений, порочащих деловую репутацию истца; наличие умысла в распространении этих сведений; размер тиража газеты; степень вины редакции газеты «Комсомольская правда» и автора статей; разумность и справедливость. Тем самым был опровергнут довод ответчиков о том, что «размер компенсации является необоснованным, юридически немотивированным, противоречащим правоприменительной практике». Заметим, что в присуждении истцу репутационной компенсации в размере 2,1 млн. руб. отчасти виноваты сами ответчики: они не доказали соответствие распространенных сведений действительности, материал предварительно не проверялся. Не смутило ответчиков и размещенное опровержение. На размер компенсации существенно повлияло наличие умысла, направленного на формирование у читателей отвращения к фасуемой истцом воде. Добавим, что Определением ВАС РФ от 11.04.2011 N ВАС-1425/11 в передаче в Президиум ВАС РФ дела N А45-4263/2010 для пересмотра в порядке надзора решения Арбитражного суда Новосибирской области от 05.07.2010, Постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2010 и Постановления ФАС ЗСО от 14.12.2010 отказано. Интересная деталь: в своем «отказном» Определении ВАС РФ отметил, что размер компенсации определен судом с учетом разъяснений, изложенных в п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 N 3. Между тем ни в одном из судебных актов по данному делу ссылки на указанный пункт не содержатся.

1,5 млн. руб.

Судебное дело «ЗАО «Строительно-монтажное управление 53» vs ЗАО «Бонниер Бизнес Пресс» (2005 — 2006) связано с деятельностью в сфере строительства и негативным освещением этой деятельности в СМИ. В двух номерах газеты «Деловой Петербург» были опубликованы статьи о том, что ЗАО «Строительно-монтажное управление 53» некачественно выполнило свою часть работ по перекладке инженерных сетей, плохо провело уплотнительные работы, сорвало сроки проведения работ. В арбитражном суде истец среди прочего требовал взыскать с ответчика «денежные средства в размере 1,5 млн. руб. в качестве компенсации вреда, причиненного деловой репутации». Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.03.2006 по делу N А56-51431/2005 иск был удовлетворен в полном объеме, в пользу истца с ответчика взысканы «денежные средства в размере 1,5 млн. руб. в качестве компенсации вреда, причиненного деловой репутации». Вышестоящие судебные инстанции не нашли оснований для отмены данного судебного акта. Нормативным основанием компенсации нематериального (репутационного) вреда выступили ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, Определение КС РФ от 04.12.2003 N 508-О, ст. ст. 151, 152, 1101 ГК РФ, п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 N 3. При определении размера репутационной компенсации суд первой инстанции напрямую применил по аналогии установленные ст. ст. 151, 1101 ГК РФ правила, относящиеся к порядку определения компенсации морального вреда гражданам. Размер компенсации нематериального (репутационного) вреда юридического лица определен судом в зависимости от характера неблагоприятных последствий, который оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред. При рассмотрении требования о взыскании компенсации суд правомерно исходил из характера и содержания публикации, степени ее распространения, а также из иных заслуживающих внимания обстоятельств. При этом суд учел, что сведения распространены в газете, имеющей влияние на формирование общественного мнения, учел время распространения публикаций: первая опубликована в день профессионального праздника строителей, непосредственно связанный с деятельностью истца, а вторая — накануне открытия после осуществления ремонта важной для города транспортной магистрали, то есть события, имеющего существенное значение для города и его жителей, учел неоднократность публикаций (Постановление ФАС СЗО от 16.10.2006 по делу N А56-51431/2005). Просчетом ответчика можно считать то, что он не оспорил размер заявленной истцом репутационной компенсации в суде первой инстанции. Только в кассационной жалобе он указал, что «не может оспаривать сумму компенсации, поскольку не признает иск в принципе, но полагает, что сумма компенсации завышена». В кассационной жалобе ответчик отметил, что «суду при определении суммы компенсации следовало учесть суть и характер причиненного истцу нематериального вреда, обоснованность суммы, способной компенсировать этот вред, характер и степень вины ответчика». Таким образом, наблюдаем противоречивую позицию ответчика: сначала он не оспаривал сумму компенсации, а впоследствии ссылался на необоснованность взыскиваемой суммы. Более того, напрямую упомянул о «причиненном истцу нематериальном вреде», тем самым, как нам кажется, дискредитировал себя перед судом. На основании трех рассмотренных дел можно судить, что отчасти именно ответчики своими тактическими ошибками способствуют присуждению истцу (коммерческой или некоммерческой организации) репутационной компенсации, превышающей 1 млн. руб.: не могут доказать соответствие распространенных сведений действительности; не учитывают ранее реализованное опровержение; не сотрудничают с истцом в период распространения сведений; уклоняются от мирного урегулирования спора; неоднократно распространяют порочащие сведения, причем зачастую делают это в канун событий, имеющих существенное значение как для истца, так и для города и его жителей; не всегда начинают оспаривать размер компенсации в суде первой инстанции, а только при обжаловании и т. п. Все это при грамотных действиях истца, существенной доказательственной базе приводит к тому, что истец получает миллионные репутационные компенсации.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *