Отдельные проблемы оспаривания в рамках процедуры банкротства сделок «с предпочтением»

(Ковалев С. И.) («Имущественные отношения в Российской Федерации», 2014, N 2) Текст документа

ОТДЕЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОСПАРИВАНИЯ В РАМКАХ ПРОЦЕДУРЫ БАНКРОТСТВА СДЕЛОК «С ПРЕДПОЧТЕНИЕМ»

С. И. КОВАЛЕВ

Сергей Иванович Ковалев, доцент кафедры гражданского и трудового права Российского университета дружбы народов, партнер адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры», кандидат юридических наук (г. Москва).

Автор статьи рассматривает отдельные проблемы, с которыми сталкиваются юристы в процессе оспаривания сделок «с предпочтением» в рамках процедуры банкротства, в том числе исчисление сроков исковой давности для оспаривания сделок при банкротстве кредитных организаций. Указывает случаи, когда суды не выделяют отдельные основания для оспаривания сделок с преимущественным удовлетворением интересов кредиторов, что приводит к практической невозможности защиты интересов ответчиков в таких спорах. Делает вывод о том, что сторона сделки не всегда является приобретателем по ней, а именно к приобретателю должны применяться последствия недействительности оспариваемой сделки.

Ключевые слова: процедура банкротства, сделки «с предпочтением», Закон о банкротстве, арбитражные суды.

Selected issues contesting in bankruptcy transactions with a preference S. I. Kovalev

The author considers some of the problems faced by lawyers in the process of challenging transactions with a preference in bankruptcy, including the calculation of the statute of limitations for challenging transactions in bankruptcy of credit institutions. Indicates cases where the courts do not allocate separate grounds for challenging transactions with primary satisfaction of creditors interests, which leads to the practical impossibility of protecting the interests of defendants in such disputes. Concludes that a party to the transaction is not always the purchaser on it, namely, the acquirer shall apply the consequences of invalidity of the challenged transaction.

Key words: bankruptcy, the deal «with a preference», Bankruptcy Law, arbitration courts.

Сегодня институт несостоятельности (банкротства) привлекает серьезное внимание практикующих российских юристов, поскольку в результате его использования можно сделать работу большей части судебной системы Российской Федерации как эффективной, так и во многом бесполезной. Основой большинства судебных споров является взыскание денежных средств. Очевидно, что инициаторы таких процессов ставят в качестве своей основной цели не только получение положительного судебного акта, но и взыскание с должника реальных денег. Однако достижению этой цели существенно может помешать процедура банкротства. Рассмотрим стандартную ситуацию, когда вы на основании принятого в вашу пользу и вступившего в законную силу судебного акта обращаетесь к должнику и обнаруживаете, что являетесь далеко не единственным его кредитором. В этом случае механизм несостоятельности (банкротства) может: 1) стать для вас непреодолимым препятствием для возврата ваших денег (результат — принятый в вашу пользу судебный акт будет проигнорирован и, как следствие, не исполнен); 2) явиться возможностью получить деньги, не дав при этом ни должнику, ни иным кредиторам злоупотребить своими правами (результат — принятый в вашу пользу судебный акт в итоге будет исполнен). По сути, соотношение указанных вариантов в судебной правоприменительной практике и будет являться индикатором работы судебной системы в целом. В общем приближении воздействие на процедуру несостоятельности (банкротства) имеет два основных направления: 1) сохранение и пополнение конкурсной массы; 2) справедливое распределение конкурсной массы между кредиторами. В настоящей статье речь пойдет о пополнении конкурсной массы за счет признания недействительными определенной категории сделок — сделок, совершенных с преимущественным удовлетворением требований одних кредиторов по отношению к другим (статья 61.3 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее — Закон о банкротстве).

Правовые основания для обжалования сделок, совершенных с преимущественным удовлетворением интересов отдельных кредиторов

В силу пункта 1 статьи 61.3 ФЗ Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением). Основная проблема заключена в определении оснований для оспаривания таких сделок — множественности оснований в Законе и отсутствие четкого разделения оснований в судебной практике. В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено следующее: «Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором — пятом пункта 1 указанной статьи (статьи 61.3 — С. К.), судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне… Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице». Исходя из этих разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также принимая во внимание непосредственное содержание указанной статьи Закона, очевидно, что основания для признания сделок должника недействительными, предусмотренные абзацами 2 — 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, различаются. Однако на практике сложилась обратная ситуация. Анализ целого ряда судебных решений показал, что арбитражные суды, разрешая подобные споры, не выделяют конкретные абзацы статьи 61.3 Закона о банкротстве в качестве самостоятельных норм — правовых оснований для признания сделок недействительными. Большинство ссылок, содержащихся в мотивировочной части судебных решений, имеют общий характер. При этом арбитражные суды ограничиваются лишь указанием на номер пункта и статьи Закона <1>. ——————————— <1> См.: судебные акты по делу N А04-5707/2010 (закончено Определением Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2012 года); по делу N А75-13006/2009 (закончено Определением Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2012 года); по делу N А60-13641/2011 (закончено Определением Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 мая 2012 года).

Очевидно, что в подобных случаях суды напрямую нарушают принцип законности, раскрытый в том числе в части 1 статьи 125 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ). Указанные процессуальные положения предусматривают обязательность ссылки истца в исковом заявлении на норму права, обосновывающую заявленные требования, а также обязательность ссылки суда в принятом судебном акте на конкретную правовую норму в обоснование вынесенного судебного акта. Более того, такой подход российских арбитражных судов противоречит основам теории права. Если обратиться к любому учебнику, то из определения нормы права ясно следует, что норма права представляет собой правило поведения <2>. Иначе говоря, несколько норм права — это несколько самостоятельных правил поведения. ——————————— <2> См., например: Алексеев С. С. Право: азбука — теория — философия: опыт комплексного исследования. М.: Статут, 1999. С. 33.

Таким образом, если в статье закона содержится несколько различных правил поведения (норм), то суд для выполнения требования части 4 статьи 170 АПК РФ должен указать одно из них, в противном случае общая ссылка на такую статью будет являться ссылкой на группу норм и не позволит определить подлежащую применению норму, что само по себе повлечет нарушение процессуального закона. Следуя изложенной логике при анализе рассматриваемой в рамках статьи проблемы, можно констатировать следующее. Пункт 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве содержит четыре самостоятельные правовые нормы, раскрываемые в абзацах 2 — 5. При этом очевидно, что в зависимости от оснований заявленных требований различается и круг обстоятельств, подлежащих установлению судом и доказыванию сторонами (предмет доказывания) в целях принятия правильного решения (ст. 65 АПК РФ). Следовательно, для признания сделки недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве необходима ссылка на одно из условий (конкретный абзац), каждому из которых будет соответствовать свой предмет доказывания. Проанализируем это положение. Абзац 2 пункта 1 статьи 61.3: «Сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки». Элементы предмета доказывания: — факт существования основного обязательства; — факт возникновения в результате совершения оспариваемой сделки обеспечительного обязательства (залог, поручение и т. д.) <3>. ——————————— <3> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 4 апреля 2012 года по делу N А78-7619/2010.

Абзац 3 пункта 1 статьи 61.3: «Сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки». Элементы предмета доказывания: — состав очередей кредиторов; — факт перемещения кредитора в результате совершения оспариваемой сделки из одной очереди в другую <4>. ——————————— <4> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 25 июля 2012 года по делу N А43-19517/2009.

Абзац 4 пункта 1 статьи 61.3: «Сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами». Элементы предмета доказывания: — факт существования у должника на момент совершения оспариваемой сделки кредиторов, срок исполнения обязательств перед которыми не наступил; — факт совершения оспариваемой сделки между должником и одним из таких кредиторов при условии, что перед остальными кредиторами обязательства не были исполнены в срок <5>. ——————————— <5> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 21 августа 2012 года по делу N Ф09-414/11.

Абзац 5 пункта 1 статьи 61.3: «Сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве)». Элементы предмета доказывания: — факт существования у должника на момент совершения оспариваемой сделки кредиторов, срок исполнения по обязательствам которых наступил; иными словами, требования предъявлены; — факт исполнения должником в результате совершения сделки обязательств одного кредитора и неисполнение обязательств иных кредиторов <6>. ——————————— <6> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21 июня 2012 года по делу N А53-19296/2010.

Таким образом, если арбитражные суды при применении пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве выносят судебные акты без ссылки на соответствующий абзац указанной нормы Закона, а значит, без ссылки на конкретную норму права и, соответственно, без четкого установления предмета доказывания, то это, по сути, означает нарушение судами целой группы процессуальных норм права, в частности статьями 65 и 170 АПК РФ. Однако начиная с середины 2012 года арбитражные суды кассационной инстанции стали менять подход к этой проблеме. В частности, Федеральный арбитражный суд Московского округа в Постановлении от 18 июля 2012 года по делу N А41-16922/11 указал: «…из обжалуемых судебных актов не усматривается, в соответствии с каким из условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд пришел к выводу о наличии предпочтения ЗАО «Зик» АБ перед другими кредиторами» <7>. ——————————— <7> Аналогичная позиция содержится в Постановлениях Федерального арбитражного суда Московского округа от 23 июля 2012 года по делу N А41-16922/11 и Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 16 января 2013 года по делу N А56-50209/2011.

На взгляд автора настоящей статьи, наметившаяся тенденция поможет ликвидировать сложившуюся ранее судебную практику, приводившую к правовому нигилизму и возникшую во многом по причине прокредиторской направленности процесса банкротства. В качестве еще одной причины можно назвать большую загруженность арбитражных судов, рассматривающих такую категорию споров, следствием чего является объективное отсутствие у судей времени для детального изучения обстоятельств и анализа правовых оснований каждого из заявлений по оспариванию сделок.

Применение последствий недействительности сделок «с предпочтением»

В пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве указано следующее: «Все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества». Основная проблема заключена в том, что суды применяют последствия недействительности сделки не к фактическим приобретателям по сделке, а к ее сторонам, хотя бы они и не получили каких-либо имущественных выгод в результате совершения сделки. Пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) устанавливает: «При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) — возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом». Как следует из приведенного ранее положения пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, этим Законом предусмотрены иные последствия недействительности сделки — последствия должны применяться не к стороне по сделке, а напрямую к приобретателю по сделке. Термин «приобретатель» мы можем истолковать в соответствии со статьей 302 ГК РФ, содержащей определение добросовестного приобретателя. Таким образом, можно сделать вывод о том, что приобретатель по сделке — это лицо, получившее в соответствии со сделкой имущество в своем интересе. В частности, стороной по сделке, не являющейся приобретателем по этой сделке, может быть агент, комиссионер, доверительный управляющий или доверительный собственник, действующий в соответствии с нормами иностранного права. В связи с этим при оспаривании сделок «с предпочтением», сторонами которых являются указанные лица, эти лица должны быть ответчиками по требованию о признании сделки недействительной, а сторонами по требованию о применении последствий недействительности сделки должны быть фактические приобретатели имущества — принципалы, комитенты, учредители и (или) выгодоприобретатели в отношениях доверительного управления или доверительной собственности. В качестве частного примера можно привести пункт 5 статьи 61.6 Закона о банкротстве. Указанный пункт регламентирует ситуацию, в рамках которой стороной оспариваемой сделки является центральный контрагент (лицо, производящее взаиморасчеты между третьими лицами с использованием денежных средств этих третьих лиц в соответствии с Федеральным законом от 7 февраля 2011 года N 7-ФЗ «О клиринге и клиринговой деятельности»). Поскольку денежные средства, находящиеся у центрального контрагента, принадлежат третьим лицам, Закон о банкротстве предусматривает в качестве последствия признания сделки недействительной обязанность третьих лиц (не стороны по сделке) возместить убытки должника по оспариваемой сделке. Совокупное толкование общих положений статьи 167 ГК РФ и специальных норм статьи 61.6 Закона о банкротстве позволяет утверждать следующее: требование о применении последствий недействительности сделки должно предъявляться к лицу, являющемуся приобретателем по такой сделке. Таким образом, исходя из смысла норм статей 167 и 302 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве следует, что требование о применении последствий недействительности сделки в виде возврата полученного по сделке имущества может предъявляться исключительно к лицу, получившему (приобретшему) имущество по такой сделке. В настоящее время имеется немногочисленная судебная практика, подтверждающая указанные выводы. Так, признанный в дальнейшем банкротом в рамках дела N А40-33689/11-95-171Б «Неополис-Банк» перечислил с расчетного счета ООО «СРХ» в адрес различных получателей денежные средства. Как указал по этому делу Девятый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 31 января 2013 года, «конкурсный управляющий просит применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «СРХ» денежных средств. Однако данное требование не согласуется с нормами п. 1 ст. 61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и ст. 167 ГК РФ. В данному случае ООО «СРХ» денежные средства по оспариваемым сделками не получало» <8>. ——————————— <8> Аналогичная позиция содержится в Постановлениях Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 января 2013 года по делу N А40-33689/11-95-171Б, Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 25 декабря 2012 года по делу N А13-1277/11 и Федерального арбитражного суда Уральского округа от 5 февраля 2013 года по делу N А50-20209/11.

Однако в настоящее время в подавляющем большинстве случаев арбитражные суды, разрешая дела о банкротстве и признавая сделки недействительными, истребуют имущество от лиц, которые его фактически не получали, тем самым нарушая закрепленный в законе принцип реституции.

Значение и исчисление сроков при обжаловании сделок «с предпочтением» кредитных организаций

Здесь основная проблема состоит в том, что неясности законодательства, касающиеся исчисления сроков, толкуются арбитражными судами в интересах кредиторов. Статьей 195 ГК РФ установлено: «Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено». Пунктом 1 статьи 28 Федерального закона от 25 февраля 1999 года N 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (далее — Закон о банкротстве кредитных организаций) установлено право временной администрации на оспаривание сделок кредитной организации (должника) по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, в том числе по основаниям пункта 1 статьи 61.3 этого Закона. Совокупное толкование общей нормы (статья 195 ГК РФ) и специальной нормы (пункт 1 статьи 28 Закона о банкротстве кредитных организаций) позволяет заключить, что с назначением временной администрации у последней в силу закона появляется право на защиту нарушенных прав/интересов кредитной организации путем оспаривания недействительных сделок, а значит, начинает течь срок исковой давности. Кроме того, согласно сложившемуся в судебной практике подходу срок исковой давности исчисляется с момента, когда первое уполномоченное на предъявление искового заявления лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для признания сделки недействительной. Применительно ко всем юридическим лицам, за исключением кредитных организаций, первым уполномоченным на предъявление иска лицом (статья 61.9 Закона о банкротстве) является арбитражный управляющий (внешний или конкурсный). Исковая давность начинает течь с момента, когда арбитражный управляющий узнал или мог узнать о наличии оснований, предусмотренных главой III.1 Закона о банкротстве. Это правило закреплено в статье 61.9 Закона о банкротстве и пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63. Применительно к кредитным организациям первым уполномоченным на предъявление иска лицом является руководитель временной администрации — это императивная норма пункта 1 статьи 28 Закона о банкротстве кредитных организаций. Соответственно, срок исковой давности в отношении кредитных организаций начинает течь с момента, когда руководитель временной администрации узнал или должен был узнать о соответствующих основаниях недействительности. Правомерность указанного вывода обоснована тем, что нормы Закона о банкротстве кредитных организаций являются специальными по отношению к нормам Закона о банкротстве. В связи с этим общие положения Закона о банкротстве, в частности положения статьи 61.9, будут применяться лишь в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве кредитных организаций. Следовательно, в случае банкротства кредитной организации срок исковой давности по оспариванию рассматриваемой категории сделок начинает течь с момента, когда временная администрация банкротящегося банка узнает о факте ее совершения. При исчислении сроков исковой давности в рамках дел по обжалованию сделок «с предпочтением» суды в качестве начала течения таких сроков используют дату введения конкурсного производства или внешнего управления <9>. ——————————— <9> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 24 января 2013 года по делу N А40-46120/12-71-120; Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 3 октября 2012 года по делу N А60-45787/2010; Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 5 августа 2009 года по делу N А12-17035/2008.

Из изложенного можно заключить, что при применении срока исковой давности арбитражные суды также применяют прокредиторский подход в ущерб принципу законности. В настоящей статье были рассмотрены три частные проблемы, основная суть которых сведена к тому, что в ряде случаев арбитражные суды попросту игнорируют буквальное толкование Закона (статьи 61.3 и 61.6 Закона о банкротстве) или совместное толкование общего и специального Законов (статью 61.9 Закона о банкротстве и статью 28 Закона о банкротстве кредитных организаций). В судебной практике уже наметилась положительная тенденция в разрешении ряда обозначенных проблем, однако в вопросе применения исковой давности при обжаловании сделок с предпочтением, совершенных кредитными организациями, ситуация, к сожалению, не меняется. Безусловно, рассмотренные в настоящей статье проблемы не имеют исчерпывающий характер, но являются яркой иллюстрацией подходов арбитражных судов к их разрешению и еще раз доказывают, что за законность в сфере судебного правоприменения нужно и можно бороться даже тогда, когда предыдущая практика является негативной.

Литература

1. Федеральный закон от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 2. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 3. Судебные акты по делу N А75-13006/2009. 4. Судебные акты по делу N А04-5707/2010. 5. Судебные акты по делу N А60-13641/2011. 6. Федеральный закон от 24 июля 2002 года N 95-ФЗ «Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации». 7. Алексеев С. С. Право: азбука — теория — философия: опыт комплексного исследования. М.: Статут, 1999. 8. Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 4 апреля 2012 года по делу N А78-7619/2010. 9. Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 25 июля 2012 года по делу N А43-19517/2009. 10. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 21 августа 2012 года по делу N Ф09-414/11. 11. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21 июня 2012 года по делу N А53-19296/2010. 12. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 18 июля 2012 года по делу N А41-16922/11. 13. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 23 июля 2012 года по делу N А41-16922/11. 14. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 16 января 2013 года по делу N А56-50209/2011. 15. Федеральный закон от 30 ноября 1994 года N 51-ФЗ «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)». 16. Федеральный закон от 7 февраля 2011 года N 7-ФЗ «О клиринге и клиринговой деятельности». 17. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 января 2013 года по делу N А40-33689/11-95-171Б. 18. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 января 2013 года по делу N А40-33689/11-95-171Б. 19. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 25 декабря 2012 года по делу N А13-1277/11. 20. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 5 февраля 2013 года по делу N А50-20209/11. 21. Федеральный закон от 25 февраля 1999 года N 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций». 22. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 24 января 2013 года по делу N А40-46120/12-71-120. 23. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 3 октября 2012 года по делу N А60-45787/2010. 24. Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 5 августа 2009 года по делу N А12-17035/2008.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *