Голосование участника корпорации как юридический факт

(Кузьмин А. И.) («Законы России: опыт, анализ, практика», 2014, N 3) Текст документа

ГОЛОСОВАНИЕ УЧАСТНИКА КОРПОРАЦИИ КАК ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКТ

А. И. КУЗЬМИН

Кузьмин Андрей Игоревич, аспирант кафедры предпринимательского права, гражданского и арбитражного процесса Российской правовой академии Минюста России, стажер Адвокатского бюро города Москвы «Юрлов и партнеры».

В настоящей статье автор ставит цель охарактеризовать голосование участника корпорации как юридический факт и обосновать его классификацию в качестве сделки.

Ключевые слова: голосование; юридический факт; корпорация.

Corporation member voting as the legal fact A. I. Kuzmin

Kuzmin Andrey Igorevich, Postgraduate Student of Department of Business Law, Civil and Arbitration Process at the Russian Law Academy, Senior Lawyer of Lawyer Bureau «Urlov and Partners».

In this article the author aims to define the corporation member voting as the legal fact and to prove that voting is a will act.

Key words: voting; legal fact; corporation.

Ключевым актом участника при его участии в управлении корпорацией является голосование на общем собрании. Однако в научных исследованиях практически не затрагивается вопрос правовой природы голосования. Д. В. Ломакин называет голосование по вопросам повестки дня одной из наиболее существенных процедур в процессе проведения общего собрания акционеров. Автор подробно останавливается на принципах голосования (одна акция — один голос) и на способе голосования (поднятием руки, бюллетенем) <1>. Ю. С. Поваров, не останавливаясь на рассмотрении юридической природы голоса участника корпорации, уделяет свое внимание двум вопросам — это принципы голосования, а также внешнее выражение голоса, использование при голосовании бюллетеней <2>. Аналогичным образом рассматривает вопрос голосования О. А. Макарова, уделяя больше внимания субъектам, которые имеют право голоса <3>. ——————————— <1> См.: Ломакин Д. В. Очерки теории акционерного права и практики применения акционерного законодательства. М.: Статут, 2005. С. 152. <2> См.: Поваров Ю. С. Акционерное право России: Учебник для магистров. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2012. С. 549 — 551. <3> См.: Макарова О. А. Корпоративное право: Курс лекций. М.: Волтерс Клувер, 2010. С. 194.

В. В. Долинская указывает, что в корпоративном праве превалируют юридические способы реализации субъективных прав, что происходит подъем на уровень выше в системе юридических фактов: совершение не только сделок, но и юридических актов, т. е. реализация права через всю палитру действий. На взгляд автора, это связано именно с участием акционеров в системе корпоративного управления и в реальном управлении обществом <4>. ——————————— <4> См.: Долинская В. В. Акционерное право: основные положения и тенденции: Монография. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 584.

И. С. Шиткина в своем учебнике также останавливается лишь на технической стороне голосования <5>. ——————————— <5> См.: Корпоративное право: Учебник для студентов вузов, обучающихся по направлению «Юриспруденция» / Е. Г. Афанасьева, В. Ю. Бакшинскас, Е. П. Губин и др.; Отв. ред. И. С. Шиткина. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 153.

Таким образом, в крупных научных исследованиях голосование рассматривается только как корпоративная процедура. Первую в российской науке попытку изучить голосование акционера с точки зрения теории сделал С. С. Вилкин. Автор предлагает различать в рамках процедуры голосования три стадии: 1) выражение отдельным акционером своего мнения (подача голоса); 2) непосредственно стадия принятия решения (голосование); 3) доля участника в общем количестве голосов <6>. ——————————— <6> См.: Вилкин С. С. Гражданско-правовая природа волевых актов коллегиальных органов юридического лица: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 78.

Используя данную классификацию, актом участника является именно подача голоса. С. С. Вилкин отмечает, что подача голоса не уполномоченного на то лица не оказывает влияния на формирование воли юридического лица и является юридически бездейственной <7>. ——————————— <7> См.: Там же. С. 80.

С. С. Вилкин характеризует подачу голоса как мнение, которое заключается в положительной или отрицательной оценке. Также автор говорит о том, что лицо может и воздержаться от голосования. При этом отмечает, что воздержание от участия в голосовании должно быть выраженным, однако этим выражается не мнение по поводу предложения, но отказ от этого мнения. Но при этом такой отказ не воспринимается как отсутствие воли <8>. ——————————— <8> См.: Там же. С. 83.

Важный признак выделяет С. С. Вилкин далее. Он говорит, что подача голоса должна быть содержательно единой. То есть все голоса должны быть поданы только за один вариант голосования. Также С. С. Вилкин говорит о том, что молчание не может являться формой подачи голоса. Следовательно, это должно быть только активное действие. В соответствии со ст. 37 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» <9> и ст. 59 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» <10> участники корпорации осуществляют свои права голоса в процессе деятельности общего собрания. Само голосование является основной процедурой в рамках деятельности органа управления <11>. Традиционно общее собрание относят к волеобразующим органам <12>. В рамках деятельности волеобразующих органов происходит формирование воли общества как юридического лица <13> (правил его поведения). Воля юридического лица формируется в результате внутриорганизационной деятельности органов <14>. Органы юридического лица имеют «людской субстрат» <15>, однако они не отождествляются с указанными лицами <16>. Таким образом, внутриорганизационные отношения по формированию воли юридического лица сводятся к организации проведения общего собрания, а сама же воля складывается в результате голосования участников. Собственно, сущность участия в управлении корпорацией и сводится к возможности формирования воли общества. ——————————— <9> СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 785. <10> СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 1. <11> См.: Ломакин Д. В. Очерки теории акционерного права и практики применения акционерного законодательства. С. 152. <12> См.: Козлова Н. В. Правосубъектность юридического лица / Науч. ред. В. С. Ем. М.: Статут, 2005. С. 319. <13> См.: Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008. С. 289; Могилевский С. Д. Общество с ограниченной ответственностью: законодательство и практика его применения. М.: Статут, 2010. С. 118. <14> См.: Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. С. 280. <15> См.: Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. С. 281; Мейер Д. И. Русское гражданское право: В 2 ч. Ч. 1. По испр. и доп. 8-му изд. 1902 г. М.: Статут, 1997. С. 127 — 128; Козлова Н. В. Правосубъектность юридического лица. С. 352. <16> См.: Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. С. 282.

В немецкой литературе бытовала «теория суммирования», согласно которой воли юридического лица не существует, а есть лишь сумма воль отдельных лиц <17>. Точка зрения, что воля юридического лица образуется физическими лицами, является общепринятой в научной литературе <18>. ——————————— <17> См.: Вилкин С. С. Указ. соч. С. 30. <18> См.: Там же. С. 33.

Результатом такой деятельности физических лиц является правило поведения <19>. Последствием же голосования конкретного участника являются учет этого голоса при определении результатов голосования и принятие в соответствии с ним решения общего собрания участников. ——————————— <19> См.: Там же. С. 43.

Очевидно, что в результате голосования не происходит движение каких-либо обязательственных правоотношений, голосование не влечет перехода прав или возникновения права требования. Последствием юридического факта может являться юридический эффект, и такой юридический факт чаще всего является элементом юридического состава <20>. М. А. Рожкова также отмечает, что помимо юридических фактов, которые влекут движение правоотношений, существуют юридические факты, которые вызывают иные юридические последствия, не предполагающие движение гражданского правоотношения. Автор называет их правопозитивными и при этом отмечает, что в юридической литературе они вовсе не исследовались <21>. ——————————— <20> См.: Скловский К. И. Сделка и ее действие. М.: Статут, 2012. С. 60, 67. <21> См.: Рожкова М. А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. М.: Статут, 2009. С. 58 — 59.

Таким образом, голосование является содержательно единым действием участника, выражающимся в положительной либо отрицательной оценке предлагаемого решения по вопросу повестки дня, учитываемым при принятии решения общим собранием участников корпорации и направленным на формирование воли юридического лица. В иностранной литературе выделяют три теории, которые объясняют право на голос участника корпорации: доктринальную, экономическую и политическую. Доктринальная теория превалирует в Германии и рассматривается как существенная характеристика членства как общности. Все акционеры являются членами компании. Членство же рождает право голоса, поскольку право осуществлять влияние в общности является существенным компонентом членства. Право голоса управомочивает участников на влиятельное участие в делах компании. Из утверждения, что право голоса — существенный признак общности, вытекает тот факт, что это право не может быть отчуждено <22>. ——————————— <22> См.: Cahn A., Donald D. C. Comparative company law: text and cases on the laws governing corporations in Germany, the UK, and the USA. Cambridge University Press, 2010. P. 469.

Р. Краакман замечает, что есть два важнейших элемента в участии в корпорации: право контролировать организацию и право получать часть дохода. Право контроля обычно сводится к праву голоса при выборе руководства и праву голоса при одобрении ключевых операций корпорации <23>. Но далее автор отмечает, что участие в корпорации отличается от партнерства тем, что оно обусловлено вкладом имущества. ——————————— <23> См.: Kraakman R. The anatomy of corporate law: a comparative and functional approach. 2 ed. USA: Cambridge University Press, 2009. P. 15.

Последствия этого подхода выражаются в появлении у внутренних отношений своей собственной природы, вытекающих опять же из того же участия. Экономическая теория стоит на связи между рисками и интересами каждого из акционеров и правильном управлении компанией. Подача голоса является каналом, что соединяет акционера, который несет риски неудач и успехов компании, и менеджмента, который имеет возможность управлять компанией в заданном курсе. В отличие от других субъектов акционеры не имеют каких-либо гарантированных компенсаций и получают свои инвестиции только после реализации гарантий иных лиц. Для экономической теории права голоса ключевым является не возможность акционера свободно принимать решения, но возможность автоматически реагировать на действия менеджмента для увеличения благосостояния. Подобно нервному импульсу, который идет от обожженной руки к мозгу, право голоса подает сигналы удовлетворения или недовольства менеджменту организации. Права голоса позволяют собственникам компании адаптировать ее к изменяющимся обстоятельствам <24>. ——————————— <24> См.: Cahn A., Donald D. C. Comparative company law: text and cases on the laws governing corporations in Germany, the UK, and the USA. P. 471 — 472.

В стиле экономической теории также высказывается и Р. Кларк, который отмечает, что к ограниченным возможностям акционеров привело разделение членства и собственности, а также придание всем внутрикорпоративным правилам стандартизированной формы контракта. Преимущества сильного менеджмента он видит в минимизации издержек на управление и упрощение принятия решений, когда каждый акционер полагается на рекомендации менеджмента. Автор приводит два взгляда на проблему сильного менеджмента. К первому относятся те, кто считает, что существует недостаток использования преимуществ права голоса акционера, Р. Кларк причисляет к ним сторонников «корпоративной демократии». Другие же считают, что голосование акционеров — это мошенничество, церемониальное действие, необходимое, чтобы придать видимость легитимности полномочий менеджмента <25>. ——————————— <25> См.: Chayes, The Modern Corporation and the Rule of Law, in the Corporation in Modern Society 25 / E. Mason ed. 1959.

Но сам Р. Кларк видит истинную роль права голоса в том, что с их помощью можно просто вырвать контроль и власть у должностных лиц компании. С тех пор как право голоса может быть продано, оно способствует снятию действующего менеджмента, а связь между правом голоса и возможностью снятия менеджмента является решающей <26>. ——————————— <26> См.: Clark. R. C. Corporate law. 1986. P. 95.

Таким образом, право голоса сводится лишь к возможности назначить менеджмент корпорации и выразить мнение о его работе. Следующая теория — «политическая» или «демократическая». Как можно догадаться, в рамках этой теории проводится аналогия между государственной представительной системой управления и корпоративной. Причем такая аналогия была рождена в результате заимствования государственной системы управления корпорациями <27>. Акционеры сравниваются в своих правах на голосование с гражданами. Суть права голоса видится хоть и не в существенной, но в возможности оказывать влияние на полномочия менеджмента, сделать его более подотчетным акционерам, права которых вытекают из членства. Право голоса рассматривается как способ узаконить власть менеджмента. ——————————— <27> См.: Cahn A., Donald D. C. Comparative company law: text and cases on the laws governing corporations in Germany, the UK, and the USA. P. 473.

Следует отметить, что экономическая теория распространена в США и, как следствие, там отмечается очень слабая роль такого органа, как общее собрание участников, которое выполняет лишь роль индикатора и электората для менеджмента, а внутриорганизационные отношения там рассматриваются с точки зрения контрактного права. В России общее собрание участников играет гораздо более важную роль. Можно с полной уверенностью сказать, что это высший орган управления, поэтому из вышеперечисленных теорий больше применима доктринальная. Участники корпорации реально влияют на курс корпорации, принимают важнейшие стратегические решения, дают указания менеджменту, определяют его свободу, но не идут у него на поводу в подавляющем большинстве случаев. Решение общего собрания участников корпорации имеет большую регулирующую функцию, следовательно, голосование должно причисляться к фундаментальной юридической категории, разработанной в науке, какой является сделка. Необходимо обратить внимание на высказывание О. С. Иоффе о том, что, поскольку осуществление гражданских прав имеет во всех случаях акты субъективной воли их носителей или представляющих их лиц в качестве необходимой предпосылки, осуществленные правоотношения всегда являются волевыми отношениями независимо от способов их установления <28>. ——————————— <28> См.: Иоффе О. С. Избранные труды по гражданскому праву: Гражданское правоотношение. 2-е изд., испр. М.: Статут, 2003. С. 573.

Как мы выяснили ранее, голосование — это всегда действие, направленное на конкретные юридические последствия. Для классификации этого юридического факта в качестве сделки необходимо определить его волевой характер и значимость направленности действия на юридические последствия. Одним из важнейших признаков, который подлежит выяснению, — это имеет ли голосование волевой характер. Установление этого факта зависит от того, имеют ли значение воля субъектов и направленность их действий для достижения юридически значимого результата. О. А. Красавчиков усматривал отличие юридического поступка от сделки в основном в отсутствие направленности на юридические последствия <29>. ——————————— <29> См.: Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Статут, 2005. Т. 2. С. 154, 158.

Важным является замечание С. В. Сарбаша о том, что воля и сознание индивидов, действующих в соответствии с правовыми установлениями, являются определяющими для юридической квалификации таких действий <30>. ——————————— <30> См.: Сарбаш С. В. Исполнение договорного обязательства. М.: Статут, 2005. С. 44.

А. А. Глушецкий, рассматривая вопрос о признании недействительным бюллетеня для голосования, приходит к выводу, что основания признания бюллетеня недействительным, названные в нормативных актах, связаны с тем обстоятельством, что из бюллетеня нельзя определить истинную волю участника собрания. Например, участник выразил свою волю большее число раз, чем имел право; вообще не выразил своей воли или представитель акционера не имел полномочий выражать его волю <31>. Конечно, сказанное больше относится к пороку волеизъявления, но в то же время подчеркивается определяющее значение воли при голосовании. ——————————— <31> См.: Глушецкий А. Бюллетень для голосования: основания и последствия признания недействительным // Хозяйство и право. 2007. N 4. С. 89.

Голосование, несомненно, имеет волевой характер. Об этом позволяет судить процедура подготовки к проведению общего собрания участников корпорации. Общество обязано предоставить участнику всю необходимую информацию для подготовки к общему собранию участников заблаговременно, чтобы он имел возможность сформировать свою волю относительно управления юридическим лицом. Вопросы, включаемые в повестку дня, должны быть конкретными, лишенными налета расплывчатости, неопределенности и двусмысленности <32>. Так как решение принимается всегда путем выбора из трех вариантов «за», «против» и «воздержался», то и формулировка вопроса повестки дня должна быть конкретная, допускающая возможность ответа на нее вышеприведенными способами. ——————————— <32> См.: Поваров Ю. С. Указ. соч. С. 518.

Отсюда следует, что участник собрания формирует свою волю по каждому из вопросов повестки дня, полностью осознает правовые последствия своего решения. Является ли голосование волевым действием, направленным на конкретные правовые последствия? Направленность действия можно понимать следующим образом: лицо, совершающее юридический акт, должно представлять, к чему приведет его действие. При этом нет необходимости, чтобы субъект представлял юридический эффект действия во всех его деталях. Требуется лишь осознание основных очертаний указанного результата. Нет необходимости, чтобы он разбирался в юридических понятиях и нормах права <33>. Участник корпорации при голосовании осознает свою возможность влиять на итоговое решение, иногда заключает для увеличения этого влияния различные соглашения с другими участниками. Участник при голосовании осознает последствия принятия того или иного решения, и, соответственно, его воля направлена на них. ——————————— <33> См.: Белов В. А. Учение о сделке в российской доктрине гражданского права (литературный обзор) // Сделки: проблемы теории и практики: Сборник статей. М.: Статут, 2008. С. 55.

Юридическое значение направленности голоса можно увидеть в обязанности участника голосовать с соблюдением корпоративного интереса (способствовать получению прибыли, развитию корпорации, голосование не должно влечь решения, которое заведомо причинит обществу убытки). В п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» <34> указывается, что участники могут быть привлечены к ответственности за убытки, причиненные обществу наряду с его директором, если будет доказано, что они действовали заведомо в ущерб интересам юридического лица (в том числе при одобрении сделок на общем собрании участников). Также направленность голосования может проявляться в случае, когда голосование на общем собрании участников дочернего общества осуществляет единоличный исполнительный орган основного общества. В данном случае при голосовании от имени основного общества должен соблюдаться не только корпоративный интерес дочернего общества, но и интерес основного общества. ——————————— <34> СПС «КонсультантПлюс».

Особенностью голосования является неотвратимое наступление юридического эффекта. Голос участника после его подачи в любом случае должен быть учтен при подсчете голосов. Но, исходя из вышеизложенного, всякое ли голосование является юридическим фактом? Ведь голосование лица, у которого один процент в уставном капитале общества по вопросу, который требует простого большинства, не влияет на формирование воли юридического лица, если один из участников обладает простым большинством голосов. На наш взгляд, и в этом случае этот голос является юридическим фактом, поскольку влечет его обязательный учет при подсчете голосов, а также при отрицательном голосовании дает участнику право обжаловать решение общего собрания. Таким образом, из вышеизложенного можно сделать вывод, что голосование является односторонне обязывающей сделкой. Следовательно, к голосованию применимы положения о недействительности сделок, содержащиеся в Гражданском кодексе РФ. Голосование не может быть признано недействительным отдельно от решения общего собрания. Цель признания голосования недействительным — всегда признание недействительным решения общего собрания. Соответственно, на признание недействительным голосования распространяются сроки, предусмотренные для оспаривания решения общего собрания участников корпорации. Единственным последствием признания голосования недействительным является недействительность решения общего собрания, если такой голос влиял на результаты голосования. Основанием для недействительности голосования является порок воли или волеизъявления. В связи с недостатком научных исследований, посвященных голосованию, необходимо обратиться к имеющейся судебной арбитражной практике, касающейся оспаривания решений общих собраний участников из-за пороков голосования. В судебной практике наиболее часто встречаются случаи признания недействительным голосования, когда оно осуществляется через представителя. Так, в одном из дел доверенность представителя участника общества с ограниченной ответственностью была составлена в простой письменной форме в нарушение ч. 2 ст. 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Однако участник ООО впоследствии подтвердил свою волю на участие в судебном заседании через представителя и выразил одобрение результатов голосования (Постановление ФАС Московского округа от 17 декабря 2012 г. по делу N А40-100365/11-48-837 <35>). Таким образом, даже при пороке волеизъявления голосование может быть признано действительным, если голос был учтен на общем собрании (повлек юридический эффект) и полностью соответствовал воле участника. Данный вывод также подтверждается в Постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 5 июня 2013 г. по делу N А41-23712/2011 <36>. В рамках данного дела было установлено, что за участника голосовал его представитель по доверенности, которая была оформлена с нарушениями закона. Однако голосование было признано действительным, так как сам участник результатов собрания не оспаривал. ——————————— <35> СПС «КонсультантПлюс». <36> Там же.

В другом деле участник оспаривал результаты голосования, ссылаясь на то, что им был неправильно заполнен бюллетень при кумулятивном голосовании и он отдал меньшее количество голосов за кандидата, чем хотел. Суд отказался признавать такую ошибку основанием для признания недействительным решения общего собрания, указав, что лицо, осуществлявшее подсчет голосов, выполнило его в соответствии с законодательством. Негативные последствия ошибки при голосовании несет сам участник (Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 21 марта 2013 г. по делу N А82-7700/2012 <37>). Таким образом, волеизъявление участника на общем собрании, совершенное в соответствии с законом и учтенное при подсчете голосов, считается соответствующим его воле. ——————————— <37> Там же.

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 36 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение может быть принято по вопросам, которые не были поименованы в повестке дня, только если на собрании присутствуют все участники. Таким образом, если на собрании хотя бы от одного участника присутствует представитель, то голосование по вопросам, не включенным в повестку дня, должно быть признано недействительным (Постановление ФАС Уральского округа от 18 марта 2009 г. N Ф09-1289/09-С4 по делу N А07-6925/2008-Г-ШЗФ <38>). В таком случае отсутствует какая-либо воля участника по поводу голосования по этим вопросам, так как она не могла быть передана представителю заранее. ——————————— <38> СПС «КонсультантПлюс».

В другом деле в общем собрании от одного из участников присутствовал его представитель. Сам участник об общем собрании уведомлен не был и впоследствии обратился в суд за признанием решения недействительным на этом основании. Суд отказал в удовлетворении требований, так как посчитал, что участие представителя с надлежаще оформленной доверенностью является достаточным для проведения собрания (Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 4 июня 2009 г. N 07АП-737/2009 по делу N А45-10390/2008 <39>). В данном случае, на наш взгляд, позиция Суда является неверной, так как уведомление участника о собрании является обязательным этапом его созыва. Заблаговременное уведомление позволяет участнику сформировать волю на голосование, ознакомиться с информацией к общему собранию, обеспечить свое участие на собрании. При отсутствии уведомления участника можно судить, что он не смог сформировать свою волю, а следовательно, не передал ее своему представителю. И если участник не подтверждает волеизъявление своего представителя на собрании, то это значит, что оно не соответствует его воле, а голосование является недействительным. ——————————— <39> Там же.

В рамках судебного дела было установлено, что во время общего собрания с одним из участников связались по телефону, данный факт зафиксирован на аудиозаписи собрания. Суд, признавая недействительным общее собрание участников, указал, что «соответствие формы проведения собрания, доведенной до участников в уведомлениях, фактической форме собрания также обеспечивает права и законные интересы участников общества, поскольку избранная форма предоставляет особенности подготовки собрания, восприятия доводимой до участников информации, общения в порядке обсуждения вопросов повестки дня». Суд указал, что содержание телефонных переговоров не позволяет сделать вывод о том, что участник воспринимал этот разговор как голосование по вопросам повестки дня, а также по другим вопросам, не внесенным в повестку дня (Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2011 г. по делу N А75-10648/2010 <40>). Нарушения при подготовке и проведении собрания, пороки волеизъявления при голосовании не позволили установить истинную волю участника, который фактически не присутствовал на собрании. ——————————— <40> СПС «КонсультантПлюс».

В одном из дел решение собрания было признано недействительным, так как отсутствовало какое-либо подтверждение волеизъявления участников по вопросам повестки дня. Так, в дело не были представлены бюллетени голосования или подписанный участниками протокол общего собрания, сами же участники в своих объяснениях также не подтвердили волеизъявления (Постановление Тринадцатого арбитражного суда от 19 марта 2013 г. по делу N А26-6072/2012 <41>). Таким образом, голосование — это прежде всего волеизъявление, и оно должно быть объективировано в какой-либо форме, позволяющей установить волю участников по конкретным вопросам повестки дня общего собрания. ——————————— <41> Там же.

Недееспособность представителя также может повлечь недействительность общего собрания. Так, в Постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 декабря 2012 г. по делу N А56-20704/2012 <42> указано, что истец не представил доказательств того, что его представитель на общем собрании в этот момент находился на лечении в психиатрической больнице. Следовательно, можно сделать вывод о том, что данные обстоятельства могли бы послужить основанием для признания голосования недействительным, так же как и недееспособность самого участника или невозможность им осознавать свои действия и руководить ими. ——————————— <42> Там же.

Случаи признания результатов голосования недействительными на основании порока воли физического лица (принуждение, неспособность осознавать свои действия и руководить ими) в судебной практике не встречаются. Однако из некоторых судебных актов следует, что это было бы возможно при наличии соответствующей доказательственной базы (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 1 февраля 2012 г. по делу N А32-10879/2011, Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 30 августа 2005 г. N Ф08-3830/2005 по делу N А63-9168/2004-С4, А63-1529/2004-С1, А63-160/2005-С1 <43>). ——————————— <43> СПС «КонсультантПлюс».

Для уяснения сделочной природы голосования также необходимо затронуть еще одну категорию дел: оспаривание голосования единоличного исполнительного органа основного общества на общем собрании дочернего общества. В случае, если иное не установлено уставом общества, единоличный исполнительный орган самостоятельно формирует волю по вопросам повестки дня общего собрания дочернего общества. В соответствии со ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» единоличный исполнительный орган обязан действовать разумно и добросовестно в интересах управляемого им общества. Интересами общества являются получение прибыли и отсутствие убытков. Таким образом, обязанность голосовать на общих собраниях дочерних обществ также входит в обязанности единоличного исполнительног о органа. Наибольшие риски для основного общества и его участников связаны с тем, что на общем собрании дочернего общества будут приняты решения, влекущие убытки для общества, например об отчуждении имущества, о заключении каких-либо сделок (кредит, заем, залог, поручительство). Участники основного общества не смогут оспорить решение общего собрания дочернего, поскольку отсутствуют какие-либо правовые основания для этого. Основное общество и дочернее общество составляют единую экономическую систему (Постановление Президиума ВАС РФ от 4 декабря 2012 г. N 8989/12 <44>). Изменение имущественного положения дочернего общества не может не влиять на благосостояние основного общества, а следовательно, и его акционеров (такая позиция изложена, в частности, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 6 марта 2012 г. N 12505/11 <45>). ——————————— <44> Вестник ВАС РФ. 2013. N 8. <45> Вестник ВАС РФ. 2012. N 6.

Законодательство РФ устанавливает ограниченные возможности участников корпорации оспаривать сделки, совершаемые обществом. Поскольку голосование единоличного исполнительного органа на общем собрании дочернего общества может повлечь одобрение сделок, которые могут существенно повлиять на имущественное состояние общества, то к таким решениям должны применяться положения об оспаривании крупных сделок. Также, на наш взгляд, возможно применение к голосованию ст. 174 ГК РФ. Как следует из судебной практики, голосование является волевым действием. Формирование воли должно быть обеспечено обществом путем заблаговременного уведомления участника о проведении собрания и предоставления ему всей необходимой информации по предлагаемой повестке дня. Голосование является волеизъявлением, которое должно выразиться в объективированной форме и повлечь юридический эффект в виде учета его при подсчете голосов. Подлинность воли участника при голосовании подтверждается юридическим эффектом от совершенного в соответствии с законодательством РФ волеизъявления.

Библиографический список

1. Белов В. А. Учение о сделке в российской доктрине гражданского права (литературный обзор) // Сделки: проблемы теории и практики: Сборник статей. М.: Статут, 2008. 2. Вилкин С. С. Гражданско-правовая природа волевых актов коллегиальных органов юридического лица: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. 3. Глушецкий А. Бюллетень для голосования: основания и последствия признания недействительным // Хозяйство и право. 2007. N 4. 4. Долинская В. В. Акционерное право: основные положения и тенденции: Монография. М.: Волтерс Клувер, 2006. 5. Иоффе О. С. Избранные труды по гражданскому праву: Гражданское правоотношение. 2-е изд., испр. М.: Статут, 2003. 6. Козлова Н. В. Правосубъектность юридического лица / Науч. ред. В. С. Ем. М.: Статут, 2005. 7. Корпоративное право: Учебник для студентов вузов, обучающихся по направлению «Юриспруденция» / Е. Г. Афанасьева, В. Ю. Бакшинскас, Е. П. Губин и др.; Отв. ред. И. С. Шиткина. М.: Волтерс Клувер, 2007. 8. Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Статут, 2005. Т. 2. 9. Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008. 10. Ломакин Д. В. Очерки теории акционерного права и практики применения акционерного законодательства. М.: Статут, 2005. 11. Макарова О. А. Корпоративное право: Курс лекций. М.: Волтерс Клувер, 2010. 12. Мейер Д. И. Русское гражданское право: В 2 ч. Ч. 1. По испр. и доп. 8-му изд. 1902 г. М.: Статут, 1997. 13. Могилевский С. Д. Общество с ограниченной ответственностью: законодательство и практика его применения. М.: Статут, 2010. 14. Поваров Ю. С. Акционерное право России: Учебник для магистров. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2012. 15. Рожкова М. А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. М.: Статут, 2009. 16. Сарбаш С. В. Исполнение договорного обязательства. М.: Статут, 2005. 17. Скловский К. И. Сделка и ее действие. М.: Статут, 2012. 18. Cahn A., Donald D. C. Comparative company law: text and cases on the laws governing corporations in Germany, the UK, and the USA. Cambridge University Press, 2010. 19. Chayes, The Modern Corporation and the Rule of Law, in the Corporation in Modern Society 25 / E. Mason ed. 1959. 20. Kraakman R. The anatomy of corporate law: a comparative and functional approach. 2 ed. USA: Cambridge University Press, 2009.

——————————————————————

Название документа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *